Обложка книги Город с тысячью глаз
Проза

Город с тысячью глаз

0.00 оценок 0 отзывов0+

В Александрии II века н. э. женщине по имени Атенадора в этот день вырезают погребальный бюст — каменное лицо, которое должно пережить её тело.

Зёрна были людьми, богами, словами, слухами, книгами, запахами, взглядами.

О книге

В Александрии II века н. э. женщине по имени Атенадора в этот день вырезают погребальный бюст — каменное лицо, которое должно пережить её тело. Это атмосферная история о свете, о названиях, о том, как звезда может стать главным символом зла — и о том, можно ли сохранить себя в мире, который всё время меняет смыслы. Примечания автора: В моей коллекции есть бюст женщины из античной Александрии, датируемый приблизительно 110–130 годами н. э. Иногда её дух возвращается в этот небольшой каменный бюст, размером с кулак. Согласно мистической традиций Египта того времени. Я же использую его как книгодержатель, так называемый bookend или если хотите по испански sujetalibros . Женщину эту зовут Атенадора. Дар Афины по-гречески. После стольких лет она все еще ищет смысл. Но даже современные книги, которые окружают её на моих полках, не могут ей в этом помочь. Она всегда задаёт один и тот же вопрос, очень настойчиво: можно ли сохранить смысл, если мир — это машина по его преломлению? Этот рассказ — моя попытка заглянуть в её мир. Не всегда же только ей заглядывать в мой.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1Эту историю рассказывают неправильно. Атенадора знала это ещё до того, как её начали рассказывать…Утро в Александрии приходит не со светом, оно приходит с преломлением смысла на разных языках. Сначала город говорит на языке моря: натянутый скрип канатов, влажный стук дерева о дерево, короткий крик чайки. Потом — на языке запахов: смола, соль, рыбья кровь, кислое вино, которым ночью ополаскивали амфоры, и тонкий дым благовоний. И только затем — на языке света, но свет здесь всегда отражённый: будто солнце не доверяет этому городу и отправляет вместо себя сначала гонца — блеск на воде.Атенадора уже проснулась. Она лежит и слушает дом. Дом тоже просыпается — аккуратно, почти мистически: шорох метлы во внутреннем дворе, капля, упавшая в чашу, далёкий кашель в коридоре. Дом всегда просыпается раньше людей: ему нужно заново распределить тени по углам, выставить прохладу в коридоры, вер…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.