«Ex libris» значит «из книг...»

Глава 1

Издавна люди предпочитали как-то помечать свою собственность, в том числе и книги. На всякий случай, хотя это не всегда помогало. Даже со специальными знаками — экслибрисами и суперэкслибрисами — книги теряли, дарили, продавали, крали...

Не так давно в Интернете был задан вопрос: «А есть ли у вас экслибрис?» Задавший вопрос признавал, что когда-то был смысл отмечать свои книги каким-то знаком владельца, но в наше время, мол, зачем?

Правда, читатели поспешили уверить автора вопроса, что отмечать книги как свою собственность все еще актуально.

Как вы уже поняли из заглавия, слово «эклибрис» это часть латинских слов ex libris — из книг (дальше обычно ставится имя владельца). Впрочем, на самых первых владельческих знаках, когда они еще не назывались экслибрисами, этих слов, естественно, не было, да и в наше время многие экслибрисы обходятся без них.

А что было?

Гербы владельцев, само собой.

Тогда они размещались на обложках книг и на корешках. Позднее их назвали суперэклибрисами.

Как видите, на этой книге стоит год — 1596. Кому принадлежал герб на обложке известно — австрийскому роду фон Штаремберг. В XV веке они были баронами, а вот в XVIII — уже князьями.

«Прекрасно! — скажете вы. — Значит, чей герб, того и книга!»

А вот и нет.

На одной из книг Нижегородской областной библиотеки изображен герб кардинала Мазарини, но он никогда не держал книгу в своих руках, и она никогда не находилась в его библиотеке, хотя бы потому, что была издана только в XVIII веке, а кардинал умер в 1661 году.

«Но почему же тогда на книге стоит его герб?» — удивитесь вы.

Объясняется все просто. Умирая, кардинал передал значительные средства и свою библиотеку для основания Колледжа Четырех Наций (учебного заведения для выходцев из провинций, вошедших по результатам Вестфальского и Пиренейского мирных соглашений в состав Франции — Артуа и Эльзаса на севере, Пиньероля и Руссильона на юге). Поэтому и другие книги, поступавшие в библиотеку колледжа, из уважения к основателю колледжа стали отмечать гербом Мазарини. Так что этот герб — суперэкслибрис не кардинала, а колледжа. Да, владельческие знаки могут быть не только у людей, но и у учреждений — самых разных.

И все же это простой случай, а бывают сложные. Вот, к примеру, книга семнадцатого века с королевским гербом на обложке. Что это — владельческий знак или что-то другое, учитывая, что книга печаталась в королевской типографии (в Лувре, кстати)? Думаю, все же — владельческий знак. В те времена новые книги продавались без обложек — только блок, а обложка была заботой владельца.

Ювенал. Сатиры. — Париж: Королевская типография, 1644. — 179 с.

Как книга из королевской библиотеки могла попасть в Россию?

А вы вспомните, сколько во Франции было революций, и не удивляйтесь. А еще вспомните, что в королевских замках всегда было много воров и это были не только слуги, но и высокородные вельможи. Возможно, кто-то когда-то «зачитал» королевскую книгу. А потом и продал. Или потерял — такое тоже случается.

Но все же вернемся к экслибрисам и их разновидностям суперэкслибрисам.

Какие они бывают?

Внутри книги встречаются печати и наклейки. На обложках и корешках — оттиски, в том числе на сургуче, наклейки и даже... вышивки!

Да, посмотрите, какой герб бисером был вышит на одной из книг, принадлежащих князьям Грузинским.

Эти князья Грузинские были потомками грузинских царевичей, выехавших в 1687 году в Россию. Земли они получили в Нижегородских краях. Последний из них — князь Георгий Александрович Грузинский (1762-1852) — неоднократно избирался предводителем нижегородского дворянства, но больше известен даже не этим, а своим буйным нравом и чудачествами. Его махинации с крестьянами вдохновили Гоголя на написание «Мертвых душ», а образ жизни вдохновлял на творчество Мельникова-Печерского. По легенде в 90 лет князь умер от гнева (его просто хватил удар), когда он увидел, что крестьянин идет через господский двор, не снимая шапки!

Но все же вышивка — это редкость и обычно экслибрисы и суперэкслибрисы гораздо проще.

Вот один из примеров печати. Книга начала семнадцатого века, издана в Неаполе. Печатей две. Штамп Горьковской областной библиотеки (ныне — НГОУНБ) вы видите, а вот ниже идет подпись одного из владельцев (В.П. Шереметев), а еще ниже герб с драконом. Нет-нет, я не про крокодила, а именно про дракона. Знаете, чей это герб?

Это герб семьи Бонкомпаньи, известной с XII века. Из этой семьи происходил папа римский Григорий Тринадцатый, которому мы обязаны григорианский календарем. Нет, он не держал эту книгу в руках, она вышла в свет через 16 лет после его смерти, но вот кто-то из его родственников вполне мог ее читать.

Помните теорию пяти рукопожатий? К книгам это тоже относится.

В шестнадцатом веке с папой римским общались его родственники. В 1601 году кто-то из них приобрел эту книгу. В девятнадцатом веке она находилась в библиотеке одного из нижегородских Шереметевых, а в XXI веке ее читаю я. Или вы.

А люди еще удивляются, зачем ставить владельческие знаки на книгах. А ведь эти знаки — символ истории, и, ко всему прочему, они путеводная нить через века.

Как обстоит дело с экслибрисами в нашей стране?

Примерно так же. Один пример экслибриса вы уже видели — вышитый герб князей грузинских. Но были и другие.

Начнем с его императорского величества Павла Первого. У него был довольно простой вензелевый суперэкслибрис (иными словами, экслибрис, размещенный на обложке) — две латинские буквы «Р», что значит Павел Петрович. Тиснение золотом на коже. А книга — это журнал «Ежемесячные сочинения к пользе и увеселению служащих». — Санкт-Петербург, 1756. — Январь-июнь.

А вот у его сына цесаревича Константина в качестве суперэкслибриса был не герб и не вензель, а простой текст:

Или вот один из владельческих знаков графа Аракчеева, того самого — военного министра и организатора военных поселений. Герб с девизом «Без лести предан».

Правда, начиналось все с гораздо более простых владельческих знаков — сначала просто с инициалов будущего графа, а потом уже с вензелями, украшенными сначала баронской, а потом и графской коронами.

В Нижегородской областной библиотеке книг Аракчеева не так уж и мало.

Почему?

Дело в том, что еще при жизни Аракчеев выделил на создание кадетского корпуса в Новгороде 50 тыс. рублей. После его смерти в 1834 году его имущество вместе с библиотекой было передано кадетскому корпусу. Но в 1866 году Аракчеевский кадетский корпус из Новгорода был перемещен в Нижний Новгород и назван военной гимназией, а в 1882 году Нижегородская гр. Аракчеева военная гимназия стала Нижегородским гр. Аракчеева кадетским корпусом. Естественно, в библиотеке есть книги с владельческими знаками как Новгородского, так и Нижегородского кадетского корпусов.

Или вот — суперэкслибрис нижегородской ветви дворян Шереметевых. Он маленький, его пришлось увеличивать и резкость из-за этого стала хуже:

Не думайте, что это единственный владельческий знак Шереметевых. У них были еще и личные владельческие знаки, как самые простые (ниже), так и достаточно сложные — гербовые, в том числе — наклейки.

А вот суперэкслибрис знаменитого писателя Мельникова-Печерского. Обычные инициалы П.М., т.е. Павел Мельников, как собственно и звали писателя на самом деле.

И столь же простой владельческий знак Горького — А.П. (Алексей Пешков).

Но, как вы помните, владельческие знаки стоят не только на книгах людей. Учреждения тоже отмечали свои библиотеки. О библиотеке Колледжа Четырех Наций и Аракчеевском кадетском корпусе я уже упоминала. Вот другое военное заведение со своим владельческим знаком — Сухопутный шляхетский корпус.

Да что говорить, библиотеки и владельческие знаки были даже у пароходных обществ и конкретных пароходов, в чем вы сами можете убедиться. Пароходное общество «Кавказ и Меркурий», книга из библиотеки парохода «Владимир Мономах».

Между прочим, это 4 том иллюстрированного издания Н.В. Гоголя. — Санкт-Петербург: Народная польза, 1902 год.