Эпоха Народной Войны Книга 1-я XVll Бунтарский Век Часть 1-я Смутное время

Глава 1 Батяня Хлопок

ПРОЛОГ

Как известно, в 14 веке из раздробленных княжеств начинает формироваться единое русское государство. Рождалась новая Русь в условиях тяжёлой национально-освободительной борьбы за независимость от Золотой Орды. Великое княжество, ставшее царством, формировалось, как монархическое, централизованное государство.

В ходе этих кровавых событий московскими самодержцами были ликвидированы последние вечевые республики: Новгородская, Псковская, Вятская (Хлыновская). Итогом ликвидации республик стало бегство большого количества ушкуйников за пределы государства на Волгу, Каму и Дон.

Далее, начался процесс ликвидации княжеств и централизация государства.

Оба этих процесса встречали противодействие:

1) как говорилось выше — ушкуйники начали создавать независимые анклавы, неподвластные Москве,

2) лишённые власти князья, ставшие боярами, плели заговоры, мечтая «вернуть всё взад».

Итогом этого противостояния стали репрессии Ивана Грозного — желая сохранить целостность с таким трудом собранного государства, Иоанн Васильевич уничтожал потенциальных и действительных предателей среди бояр, как класс.

После смерти Ивана Грозного боярская верхушка начала готовить реванш. Возглавивший тогдашний олигархат худородный Борис Годунов отменил Юрьев День. С этого момента началась эпоха порабощения русского народа.

Ушкуйники к тому времени, благодаря успешным речным и морским походам, успели неплохо «прокачаться». Их вооружённые анклавы теперь базировались не только на Волге и Дону, но и на Днепровских порогах, Тереке и Яике. А начавшееся порабощение крестьян, а также голод 1601–1603 годов, стали причиной массового бегства крепостных в эти самые анклавы, ставшие впоследствии очагами народного сопротивления.

XVII ВЕК

1603 год можно смело считать началом народного сопротивления, которое продолжалось до самого XX века включительно и, надеюсь, продолжится в XXI веке. Именно в этом году началось Восстание Хлопка Косолапа. Будущий атаман был боевым холопом, то есть представителем особого военного сословия, находящегося в зависимости у дворян и бояр. Начавшийся на Руси голод затронул не только крестьян, но и многих небогатых дворян, которые вынуждены были избавляться от своих боевых холопов, практически оставляя их без средств к существованию. Всё это привело к тому, что эти выброшенные на произвол судьбы люди стали сбиваться в группы. Вот в этих условиях и всплыла фигура атамана Хлопка Косолапа — русского аналога Робин Гуда, вот только действовал он не в Шервурдском лесу, а на дорогах, ведущих из Москвы в Речь Посполитую, а также в разорванную на куски Ливонию.

Вскоре отряды боевых холопов заполонили центральную и западную часть страны. Запылали усадьбы помещиков и богатые монастыри. С проходивших по дорогам купцов взималась дань за проезд. Любые попытки царских властей навести порядок терпели фиаско, так как крестьяне полностью поддерживали «свободные отряды». Боевые холопы щедро делились добычей с крестьянами, что и обеспечивало им абсолютную лояльность местного населения. Да и многие крестьяне сами вступали в отряды боевых холопов.

Ответом на подобный «беспредел» стало послание дворянских отрядов в Можайск, Вязьму, Волок-Ламский, Ржев и район реки Белой. Однако, большого успеха карательные акции не принесли — ввиду описанной выше народной поддержки повстанцев, а также малых сил дворянских отрядов. К тому же, карателям не удавалось застать восставших врасплох. Всё-таки, когда за дело берутся военные, это имеет свой результат — боевые холопы организовывали укреплённые военные лагеря — станы, из которых и совершали свои вылазки. А царскому режиму собрать большие войска в сложнейших экономических условиях было очень проблематично, да и на первых порах власти не придали большого значения происходящему.

Видя неспособность дворян изменить ситуацию, царско-боярский режим посылает на Смоленскую дорогу отряды князей Ивана Татева и Михаила Туренина. Крови князеньки пролили много, но толку от их действий было мало. Итогом карательных походов князей стало массовое бегство крестьян под знамёна боевых холопов.

Дело дошло до того, что Свободные Отряды Хатовара (шутка, конечно же — Хлопка) начали действовать под Москвой и угрожать взятием столицы.

Самым боеспособным формированием был отряд самого атамана Хлопка Косолапа. Тут можно провести некую параллель между Чёрным Отрядом Флориана Гайера и отрядом Хлопка. Оба этих формирования имели приблизительно одинаковую численность (от нескольких сотен до тысячи), и оба являлись самыми боеспособными частями восставших. Однако, более подробное сравнение мы проведём позднее, а сейчас вернёмся под стены Москвы.

Угроза падения столицы поднялась на такой уровень, что Борис Годунов разделил Москву на 11 округов обороны. Все эти округа возглавили только ближние к царю бояре. Однако, понимая, что одной обороной ничего не сделаешь, власть готовит к походу карательный отряд окольничего Ивана Басманова. Целью карателей стал сам атаман Хлопок.

Оба войска сошлись на западных подступах Москвы. Первое боестолкновение закончилось победой отрядов батяни Хлопка — боевые холопы открыли такой шквальный огонь по карателям, что последние вынуждены были отступить. Ну а далее, началось генеральное сражение…

На начальном этапе боевые холопы смогли навязать инициативу противнику. Заманив карателей в засаду, повстанцы нанесли им значительные потери, и даже убили царского воеводу Басманова. Однако, на этом военное счастье восставших закончилось — лучше вооружённые и организованные каратели смогли переломить ход боя. Царские войска пошли на отчаянный, но единственно верный в данной ситуации шаг — контратаковать и убить предводителя боевых холопов. В ходе блестяще проведённой контратаки атаман Хлопок был ранен и взят в плен. После пленения своего командира, до этого яростно и умело сражавшиеся повстанцы, пали духом и бросились бежать. Сам атаман Хлопок Косолап был позднее казнён в Москве.

Информация о пленении и казни Хлопка, очень быстро разлеталась по всей Руси. С этого момента отряды боевых холопов предпочитали не вступать в боестолкновение с царскими войсками, а, узнав от крестьян об их приближении, снимались с лагеря и уходили в леса.

На этом и закончился первый этап Народной Войны. Хотя в ряде регионов, как правило, западных, отдельные «свободные отряды» ещё чудили, однако, основные силы боевых холопов отправились в анклавы казаков-ушкуйников.

Ну а теперь подведём итоги…

Вернёмся к сравнению Хлопка и Гайера. Что же общего было у этих двух отрядов и двух войн? Общее было, но не много… Оба этих отряда были самыми боеспособными в своих фракциях, и оба состояли из профессиональных военных. На этом, пожалуй, совпадения и заканчиваются. Флориан Гайер, в отличие от Хлопка, был богатым рыцарем, выпускником Оксфорда и «персоной приближённой к императору» — кроме шуток — он действительно был не последним человеком при императорском дворе. А Хлопок Косолап — бедолага боевой холоп, не имеющий ни прав, ни имущества.

Да и само восстание Хлопка не было какой-либо организованной силой. В отличие от Крестьянской войны в Германии начала XVI века, которая была начата первой в истории человечества революционной организацией — Движением Башмака.

В отличие от своих германских коллег, боевые холопы не выдвигали никаких политических либо экономических требований. Да они вообще никаких требований не выдвигали — всё, что они хотели, это выжить. А то, что организованной вооружённой фракцией выжить гораздо легче, чем бесправной и замордованной крестьянской общиной — это они понимали прекрасно, точно также, как это понимали примкнувшие к ним крестьяне.

Таким образом, Восстание Хлопка не велось за политические и экономические изменения. Не велось оно и за взятие под контроль какой-либо территории и её удержании. Никакой организации у боевых холопов, естественно, не было. Не было и общего руководства. Не было и общих планов и целей. Люди просто пытались выжить. Одни — оставшись без средств к существованию, а другие - не желая становиться рабами.

А что же наши герои-ушкуйники? А ничего… Нет, конечно же волжские атаманы в это же самое время устроили нехилую козью морду астраханским воеводам, разгромив отряды стрельцов, посланных покарать весёлых речных викингов за гопстоп на Волге. Однако, не будем врать сами себе — эти события не связаны одной целью и одним планом.

А вот, что является важнейшими итогами, казалось бы, провального восстания, так это:

1) Пример того, что с поработителями можно и нужно сражаться, только сражаться более организованно.

2) Начальный, успешный для повстанцев этап восстания неизбежно ударил по авторитету режима.

3) Ну, и самое для нас интересное — отряды боевых холопов (и примкнувших к ним крестьян) не канули в Лету, а ушли к фракциям ушкуйников, тем самым заложив платформу для будущей Крестьянской Войны Ивана Болотникова.

Ино побредём дале…

26.01.22. Иркутск.

Глава 2 Народный царь

ПРОЛОГ

Перенесёмся на несколько лет назад, в 1600 год. А чем же знаменит сей год? А знаменит он тем, что в стольном граде Москве в октябре месяце (по старой русской традиции — военные перевороты осуществляются именно в октябре) шёл бой. Бой лютый. Царские стрельцы штурмовали двор бояр Романовых, решивших свергнуть худородного Бориску Годунова.

Осенью царь Борис серьёзно заболел. Ходили слухи о его скорой кончине. Хотя, вполне возможно, что эти слухи распространяли недруги Годунова. Воспользоваться моментом решили Романовы во главе с их предводителем боярином Фёдором Никитичем Романовым. Из всех романовских вотчин в Москву скрытно стягивались вооружённые отряды. Однако, Борис Годунов совсем не зря ел свой хлебушек в Опричнине, и в делах политического сыска он схомячил не одну собаку. В общем и целом, созданная Годуновым агентура без труда вскрыла факт развертывания сил заговорщиков. В итоге, Романовых обвинили в колдовстве, и верные царю стрельцы начали контртеррористическую операцию.

В ходе тяжёлых и продолжительных боёв некий романовский дворянин по имени Юрий и по фамилии Отрепьев (Нелидов) в одиночку начал отрицательную наступательную операцию. Отрицательно наступал Юрка аж до родной Костромы, до Железноборского монастыря, где он и загасился, прикинувшись ветошью и постригшись в монахи. В иночестве Юрка принял имя Григорий. Так и появился на исторических подмостках великий и ужасный Гришка Отрепьев, который спустя 3 года рванёт когти в Литву.

Мятеж Романовых был успешно подавлен, однако казнить заговорщиков царь Борис не стал, а отправил их в ссылку. Предводитель заговора Фёдор Никитич Романов был насильственным образом пострижен в монахи под именем Филарет. Так родился ещё один монстр, который сыграет роковую роль в истории России.

ЦАРЬ ДИМКА

В прошлый раз мы остановились на разгроме Восстания Хлопка Косолапа. Как известно, большинство свободных отрядов боевых холопов ушло в военизированные анклавы ушкуйников, где усиленно шёл процесс формирования казачества, состоящего из трёх пластов:

1) первым, изначальным пластом, сформировавшим фундамент казачества, были ушкуйники,

2) вторым пластом стали беглые крестьяне, благодаря которым ушкуйники смогли значительно повысить численность своих формирований,

3) третьим пластом стали боевые холопы, благодаря которым казаки-ушкуйники не только повысили мобильность своих отрядов, но и расширили спектр их применения.

Как известно, ушкуйники были народом корабельным, и основным их ТВД (театр военных действий) являлась водная гладь, где с этими лихими русскими викингами мало кто мог тягаться. А прибывшие в их анклавы отряды профессиональных кавалеристов заложили основу для легендарной казачьей конницы, ну и, естественно, значительно повысили возможности казачьих войск.

О лютой неприязни всех трёх пластов формируемого казачества к Московскому режиму говорить не приходится — всё и так очевидно:

1) первые их ненавидели за утрату своей государственности и всевозможные гонения,

2) вторые за попытку превратить их в рабов,

3) третьи, вообще, только что вышли из боёв с царскими войсками.

Таким образом, настрой ушкуйно-казачьих формирований в отношении к Москве очевиден.

А теперь перенесёмся в саму Москву. Несмотря на подавление броуновского движения Хлопка Косолапа, экспроприации на дорогах продолжались. Но это беда малая, на которую можно внимания и не обращать. А вот трёхлетний неурожай, который стал последствием извержения вулкана Уайнапутина (ВойнаПутина — «дотянулся таки проклятый») — по-прежнему был главным бедствием Руси. Страшный голод, каннибализм, бандитизм, Хлопок Косолап… С последним, конечно же справились, но особо не полегчало… В нынешних условиях царь Борис решил повернуться к народу и начал строить монархизм с человеческим лицом. Однако, никакая раздача продовольственных пакетов ситуацию не изменила. Не изменила её и ослабление Крепостного Права, так как подобные меры активно саботировали помещики.

Естественно, подробный разворот — отказ защиты интересов правящего класса в пользу угнетаемого крестьянства, не остался без последствий. Боярские роды, всякие там: Шуйские, Глинские, Романовы, Нагие, Мстиславские и тд и тп, начали «пущать пропаганды», что мол «православныя, царь не настоящий». Ну и, что все беды на Руси-Матушке из-за того, что Боженька гневается глядючи, как на престоле сидит не истинный Рюрикович, а худородный Бориска.

Доведённый до отчаяния люд готов был поверить во что угодно, а тут возьми и появись «истинный государь».

О чём там говорили Гришка Отрепьев с отцом Варлаамом (а также с отцом Мисаилом) на литовской границе, нам не ведомо. А ведомо нам то, что в то самое время, когда свободные отряды боевых холопов уходили на окраины Руси, в Литве (Речи Посполитой) объявился чудом спасшийся от рук годуновских палачей царевич Дмитрий Иоанович — сын Ивана Грозного.

Польский магнат православный князь Вишневецкий из рода Рюриковичей не просто приютил у себя беглого монаха, но признал в Гришке «истинного царя», и решил готовить поход на Москву. Однако, круль и Сейм сею авантюру не поддержали, и пришлось Адаму Вишневецкому и Гришке Отрепьеву действовать на свой страх и риск. Поддерживать авантюристов согласился Сандомирский воевода Юрий Мнишек (родственник Вишневецкого), на чьей дочери обязался жениться лжецаревич. Также, последний обещал пану Мнишеку за помощь восшествия на престол миллион злотых — совершенно чудовищную для тех времён сумму.

А вообще, ездил по ушам Гришка знатно. Ему бы лошадиным барыгой заделаться — озолотился бы. Врал всем. И врал по-царски. Миллион баксов, пардон — злотых — да не вопрос! Территории — пжалста! Католичество на Руси — нет ничего проще!

Вообще, из всей этой затеи вряд-ли бы что получилось, если бы не иезуиты, которые впряглись за самозванца. Эти ушлые ребята вовремя смикитили, что в этой мутной водичке можно таки иметь себе ловить свою рыбу и иметь с этого свой маленький гешефт. Именно этим хлопцам Гришка и втирал в уши — обещая установить католичество на Святой Руси. Благодаря поддержке иезуитов Лжедмитрий был удостоен частной аудиенции короля Сигизмунда, который тоже признал чудом спасённого сына Ивана Грозного.

С этого момента и началась подготовка к походу.

На собранные подельниками деньги удалось нанять полторы тысячи наёмников, к которым присоединились до двух тысяч запорожцев и донцов.

Поход планировался на весну 1604 года. Однако, дотелились аж до октября месяца. Казалось бы, начавшийся в осеннюю распутицу поход обречён на провал, однако, авантюристам повезло…

Едва узнав о пришествии «спасённого царевича», народ в массовом порядке ломанулся поддерживать «законного осударя». Города сдавались один за одним.

Первое крупное сражение произошло под Новгород-Северским 21 декабря 1604 года, где войска царевича Дмитрия разгромили московскую рать под командованием князя Мстиславского.

Однако, вскоре наёмники начали роптать, так как возникли проблемы с выплатами им жалованья, а также из-за категорического запрета на мародёрство. Также, шановне панство раздражал тот факт, что в войске Дмитрия всё больший вес набирают казачьи атаманы Берешко и Карела. Большая часть поляков покинула войско самозванца, в том числе и пан Мнишек. А вот казачьи отряды и толпы крестьян шли в войско «законного царя» практически сплошным потоком.

Следующим крупным сражением стала битва у села Добрыничи, где 22 января 1605 года войско Лжедмитрия было разбито. Разгромлено наголову. Вдребезги. В кровь и шишки.

Казалось бы, авантюре конец… Однако, царские войска устроили такой кровавый террор на поддержавших царевича Дмитрия территориях, что это вызвало всенародный подъём сопротивления карателям. Даже многие московские дворяне, несогласные с такими зверскими методами, стали покидать войско.

Чудом оставшийся в живых Гришка заперся в Путивле, где задумывался об отрицательном наступлении в Литву. Однако, вскоре к нему прибыло такое количество запорожских и донских казаков-ушкуйников, что он вновь воспрянул духом и отправил это многотысячное войско на поддержку гарнизона города Кромы, где держал оборону лихой донской атаман Андрюха Карела. Сам же царевич принялся шлёпать царские указы и вести пропагандистскую деятельность.

Трудно сказать, чем бы закончилась эта война, но Гришке снова фартонуло — царь Борис скоропостижно склеил ласты. А далее, совершенно неожиданно, осаждавший Кромы воевода Пётр Басманов (брат Ивана Басманова, убитого в битве с Хлопком) со всем войском перешёл на сторону царевича Дмитрия.

Война на этом закончилась. Далее пошли тёрки между Гришкой и боярами, итогом которых стало убийство Федьки Годунова — наследника Бориски. Вот таким путём Гришка Отрепьев и оказался на российском престоле.

Правил Гришка меньше года и был убит в ходе мятежа, организованного Шуйскими, которые сперва пустили слух — «православныя, ляхи царя-батюшку убить хотят, айда на Кремль», ну а в ходе штурма двинули следующее — «царь не настоящий».

Гришку убили. Три дня глумились над телом, а потом похоронили на кладбище для пьяниц. Однако, даже мёртвый он пугал боярскую верхушку. Труп Гришки эксгумировали, изрубили в куски, сожгли, прах зарядили в пушку и выстрелили в сторону Польши.

Вообще, у нас принято отрицательно относиться к Гришке — считая его предателем национальных интересов. Однако, анализируя его царствование — картина складывается совсем другая.

Что касается внешней политики, а именно: передачи земель и принятия Русью католичества, то поляки и прочие «нехристи» были посланы в дупу. Ну пусть не на прямую — «такие вопросы с кондачка не решаются, зайдите на недельке». Тем не менее, данные Речи Посполитой и Ватикану обещания Гришка не выполнял и, судя по всему, выполнять не собирался.

В целом же, Дмитрий продолжал внешнюю политику, проводимую Борисом Годуновым, которая заключалась в сближении Руси и Европы. Кстати, Иван Грозный тоже не считал своё государство отдельной от европейской цивилизации частью, и тоже всячески искал сближения с Западными странами.

Готовился царь Дмитрий-1 к войне с Турцией. По плану компании Азов должен был взят и включён в состав России. Таким образом, планировалось пробиться к Азовскому морю. Готовились к походу войска. На Дону строился флот.

Себя царь Дмитрий объявил императором, а Думу переименовал в Сенат.

Ничего не напоминает? Вот именно. Прям копия — Пётр Великий. Вот только на этом, сходства заканчиваются, так как во внутренней политике Петруха залил всё кровищей и загнал народ в рабство.

Во внутренней политике царь Дмитрий удивил всех тем, что разрешил свободный выезд за границу, чему аплодировали даже члены Английского Парламента. Юрьев День был возвращён, причём возвращён реально, а не номинально.

Налоги были снижены, а для юго-западных городов, поддержавших Дмитрия — вообще отменены на 10 лет.

Сам император всея Руси совершенно свободно ходил по Москве и запросто общался с простыми горожанами. По средам и субботам он устраивал аудиенции и принимал жалобы от подданных.

Также, новоиспеченный монарх начал мощнейшую компанию по борьбе с коррупцией. Страна ожила. Стал наводиться порядок.

Лучше ли стало жить народу при царе Дмитрие? Бесспорно!

Подобное положение вещей устраивало всех, кроме боярской верхушки, которая и решила судьбу царя Димки.

Усевшийся на престол Василий Шуйский, а также боярская верхушка вновь стали затягивать пояса на шее у народа. А что же народ? Принял ли он нового исконного царя? Неа, не принял. Народ готовится к войне.

Ино побредём дале…

31.0122. Иркутск.

Глава 3 Народная Война Болотникова

ПРОЛОГ

В мае 1606 года, избавившись от Гришки Отрепьева, Василий Шуйский выдвинул себя любимого главным претендентом на железный трон.

Однако, прежде чем усесться на престол, Васятка Шуйский мамой клялся верой и правдой служить боярскому буржуинству и защищать во всём интересы самых главных эксплуататоров, на чём и давал крестное целование.

Что характерно, большая часть Руси не признала Ваську законным самодержцем. Более подробным разбором этого увлекательного феномена мы займёмся в следующей части, когда появится Тушинский Вор. Потому как, этот самый увлекательный феномен в этот период приобретёт прямо-таки катастрофические масштабы для Шуйских. Ну а сейчас коротенько пробежимся по текущему моменту и самим Шуйским.

Именно Василий Шуйский и его семейка громче всех блажили на всю Ивановскую, что, мол, нет никакого царевича Дмитрия, а есть самозванец Гришка Отрепьев. А Васька в своё время возглавлял расследование по факту гибели царевича Дмитрия, и он действительно был в курсе всех подробностей этого дела.

Затем, именно Васятка Шуйский божился, что Гришка и есть истинный царевич Дмитрий, а, мол, его (Васятку), горемыку, Бориска Годунов заставил оговорить сына царя Ивана Грозного. Затем опять, Вася Шуйский со своим семейством начинают клясться мамой (и своей и божьей), что царевич Дмитрий убит в Угличе, а на престоле сидел самозванец Гришка.

Вот знаете, честно говоря, я бы тоже не очень доверял такой семейке — которая врёт, как дышит. Вот и большинство народа посчитало точно также. Причём, против Васьки выступили не только крестьяне и горожане, но и дворяне, причём массово. Да что там дворяне, против были даже князья! Тут можно было сказать, что это обычная борьба за власть среди высшей аристократии. Вот только князья Шаховской, Мосальский и Телятевский не имели абсолютно никаких прав на престол.

Однако, скотское поведение Шуйских было далеко не единственной причиной непризнания Васьки законным царём.

Стоит напомнить, что тогдашняя Русь, как единое государство, сложилось совсем недавно, и большинство территорий ещё помнили времена независимости и особой любви к Москве не испытывали. Да и вообще, со времён Ивана Калиты Москву на Руси люто ненавидили. И ненавидели за откровенно жополизаторскую позицию по отношению к Орде. Митрополиту Алексию и игумену Сергию Радонежскому пришлось проделать нечеловечески тяжёлую, поистине титаническую работу, чтобы объяснить православным, что Димон — пацан по всем понятиям правильный и за всю Русь-Матушку мазу потянет. Русь, конечно же, поверила святым отцам, и Орда на Куликовом поле огребла по самые помидоры. Ну а дальше начался процесс собирания русских земель вокруг Москвы, однако осадочек остался. И добавили осадочка всевозможные междоусобные войны, инициатором которых, как правило, были московские великие князья и цари. Так что плюнуть Москве на спину на Святой Руси всегда было делом святым и богоугодным. Что характерно, при нормальной власти Москва регионы не раздражала. Однако, как только столица начинала косячить — регионы считали за честь навалить ей под дверь. Вот при таких красочных декорациях и появился на арене Иван Болотников…

НАРОДНЫЙ ВОЕВОДА

Точно также, как и Хлопок Косолап, Иван Болотников был боевым холопом. Неизвестно, что именно стало причиной, но в один прекрасный момент Ваню задолбало рисковать жизнью за просто так, и он навострил лыжи от своего хозяина князя Телятевского — да-да, того самого, что впоследствии выступит против царя Васьки.

Подался Ваня на Волгу, где благодаря своим личным качествам очень быстро поднялся среди ушкуйников до атамана своей кодлы. Как известно, помимо весёлого и увлекательного гопстопа на Волге-Матушке, казаки-ушкуйники любили промышлять подходами на Крымское ханство, Турцию и Персию. Отправившись в один из таких походов «басурманам кровя пущать», Иван Болотников попал в плен к крымским татарам и был продан в рабство на турецкие галеры. Несколько лет Ванька в качестве гребца бороздил просторы в Средиземке, пока в одном из сражений его галера не была взята на абордаж моряками кригсмарине Священной Римской Империи Германских Наций. Благодаря этому, Ивана Болотникова, как и других невольников-хрестиан, освободили от рабства и доставили в Венецию на Фондако-деи-Тедески — местный немецкий торговый двор. И вот там, по ублюдочной гейропейской традиции, поганая немчура сгоношила какую-то деньгу Ваньке на дорогу.

Проходя через земли Речи Посполитой, Иван Болотников встретился с неким Мишкой Молчановым — ближним сподвижником Гришки Отрепьева. Сам Мишка во время свержения и убийства Гришки смог благополучно свалить из Москвы, прихватив с собой царскую печать. И теперь, благодаря этой печати, он от имени вновь-чудесно-спасшегося царя Дмитрия-1 штамповал указы и воззвания. Вокруг Мишки сплотилось некое количество спасшихся от расправы отрепьевцев, которые изображали некое подобие царской свиты.

Поверил ли Иван Болотников, в то, что Молчанов — это и есть царь Дмитрий Иванович, либо просто принял правила игры — это нам не известно. Однако, грамоту о том, что Иван Болотников назначается Самым Воеводистым Воеводой Всея Руси, он принял. Также, Мишка всучил Ваньке письмо князю Шаховскому. Всё, что смог выделить ЛжеЛжедмитрий своему наиглавнейшему полководцу, это несколько человек в качестве телохранителей, кафтан, шапку, саблю, пару пистолетов, и со всем этим делом отправил в Путивль, где очень сильны были позиции убитого на Москве Гришки.

Казалось бы, с таким ничтожными ресурсами у Ваньки не было ни малейшего шанса. Однако, этого оказалось более чем достаточно — Русь поднялась. Чуть ли не вся Русь.

Князь Шаховской признал Ваньку главнокомандующим, а позже к нему присоединился и черниговский воевода князь Телятевский (бывший хозяин Ваньки Болотникова), который тоже принял активное участие в боевых действиях против царя Васьки.

Не желавшие вновь напяливать ярмо крепостного права, крестьяне валом валили под знамя Болотникова. Шли к нему и бывшие братья по классу — боевые холопы. Однако, самым важным было то, что в Народное Войско массово вступала дворянская конница — основная ударная сила русской армии того времени.

Пехота тоже состояла не из одних только крестьян — пришли стрелецкие полки с пушками, а также пешие отряды ушкуйников с лёгкой артиллерией.

Что характерно, казачество в полном составе отказалось признавать власть царя-брехуна Василия Шуйского. И теперь, с Волги, Дона и Запорожья казаки шли под руку атамана-воеводы Ивана Болотникова.

Что касается казаков, то был среди них один прелюбопытнейший персонаж — Илейка Муромец. Терские казаки смикитили, что тема с самозванчеством вполне себе на Руси канает, поэтому решили тоже быть в тренде. Сгоношили по-быстрому круг и порешали на нём двинуть своего самозванца (ну чтобы перед людЯми стыдно не было) — Илейку Муромца, который отныне будет величаться царевич Пётр Фёдорович. Легенда терского резидента была следующая — якобы у сына Ивана Грозного, Фёдора Ивановича, был тайный сын — Пётр Фёдорович (персонаж, абсолютно выдуманный причём, видимо, не очень трезвыми терцами), и вот теперь, этот до поры скрывавшийся царевич решил объявить себя крещёному люду.

Ну правда, шибко гнуть пальцы терские не стали — царевич Пётр Фёдорович признал старшинство дяди Дмитрия Ивановича. Во главе своей кодлы, царевич Петруха двинулся на Москву, чтобы разыграть там сценку «узнаю, узнаю брата Колю!». Однако, воссоединиться детям лейтенанта Шмидта было не суждено — гадский Васька Шуйский завалил царя Дмитрия-1. Узнав об этом, терские ушкуйники со своим липовым царевичем развернулись и двинули восвояси.

А тут, как раз возьми и объявись Ванька Болотников. И теперь Илюха Муромец со своей дружиной богатырской двинулся к воеводе Всея Руси.

На подавление народного восстания царь Василий Шуйский двинул две армии под командованием воевод Трубецкого и Воротынского, осадивших Кромы и Елец. К августу месяцу 1606 года от рождества Христова Народное Войско добралось до основных сил противника. В битве под Кромами войска под командованием Ивана Болотникова и Юрия Беззубцева (дворянина, сотника путивльских казаков) наголову разгромили армию Трубецкого и Нагого. Это была первая, но далеко не последняя победа восставших.

В конце этого же месяца командующий обороной Ельца Истома Пашков разгромил войска воеводы Ивана Воротынского. Истома во главе отряда тульских дворян одним из первых присоединился к войску Болотникова, где очень быстро стал одним из ведущих воевод..

Ещё через месяц, в начале октября, Иван Болотников одержал верх над братом царя князем Иваном Шуйским — одолев его войска под Калугой.

Следующее сражение произошло в конце октября и традиционно закончилось победой болотниковцев.

На берегах реки Лопасня отряды под командованием Истомы Пашкова и Прокопия Ляпунова разгромили войска воеводы Кольцова-Мосальского. В этот раз отличился ещё один предводитель Народного Войска — Прокопий Ляпунов. Прокопий был предводителем рязанских дворян и соратником самого Гришки Отрепьева. Он пользовался огромным авторитетом среди дворянства, и теперь стал одним из самых главных воевод Болотникова.

После победы при Лопасне болотниковцы начали наступление на Москву. Однако, им преградил дорогу молодой (19 лет) князь Скопин-Шуйский. Оба войска сошлись у реки Перхня. Несмотря на численное превосходство, отряды Пашкова и Ляпунова потерпели поражение и вынуждены были отступить к Серпухову.

Однако, потерпев поражение на юго-западном направлении, восставшие начали наступление на юго-восточном. Овладев посадом Калуги, болотниковцы не смогли взять сам город штурмом. Тем не менее, оставив часть сил для осады, Народное Войско двинулось на Москву.

Последней попыткой не дать болотниковцам подойти к столице стала битва у села Троицкое. Битва была страшной, кровавой и упорной. Можно без преувеличения сказать, что на данный момент это было самое ожесточённое сражение этой войны. Московским войском командовали князья Мстиславский, Шуйский, Воротынский, Скопин-Шуйский, Шеин. Однако, все эти представители высшей знати были разгромлены Истомой Пашковым и Прокопием Ляпуновым. Народные командиры реабилитировались за своё прошлое поражение. Теперь Народное Войско наконец-то подошло под стены Москвы, и началась осада…

Несмотря на абсолютно успешные действия Народного Войска в поле, штурм крепостей оказался их слабым местом. Как в своё время болотниковцы не смогли взять штурмом Коломну, так и теперь все их атаки на московские укрепления потерпели неудачу. Самым обидным для Ивана Болотникова было то, что можно было вообще обойтись без штурма — москвичи тоже не шибко любили Ваську Шуйского и готовы были открыть ворота восставшим при условии, что им предъявят спасённого царя Дмитрия. А вот предъявлять то было некого…

В самом Народном Войске в это время наметился раскол. Братья Ляпуновы предъявили права на командование армией. Истома Пашков тоже заявил о своём праве стать верховным главнокомандующим. Иван Болотников, естественно, не собирался никому уступать свою должность.

Помимо командиров, пошёл раскол и среди личного состава. Крестьяне, казаки, боевые холопы горой были за Болотникова, а вот дворяне поддерживали Ляпуновых и Пашкова. Стрельцы разделились.

В это нелёгкое для восстания время к ноябрю месяцу под стены Москвы и прибыл отряд Илейки Муромца…

Тем временем, Васька Шуйский не сидел с пальцем в заднице, а развёл бурную деятельность. Он убедил москвичей, что восставшие будут им мстить за убийство Гришки Отрепьева, чем значительно укрепил обороноспособность Москвы. Также, он послал письма к Ляпунову и Пашкову, где склонял их к сожительству, и таки склонил. Дворянская конница Ляпунова перешла на сторону Шуйского. А когда московские войска предприняли очередную вылазку, тульская рать Истомы Пашкова ударила во фланг Народного Войска. В итоге войска восставших были разбиты и вынуждены были отступить. Болотников ушёл в Калугу, а царевич Пётр Фёдорович (Илейка Муромец) в Тулу. Однако, война ещё не была проиграна…

В декабре московские войска осадили Калугу. Отряды Болотникова отбили все штурмы и успешно выдерживали осаду. А в январе 1607 года от рождества Христова на помощь восставшим прибыло войско запорожцев. Также, Илейка Муромец отправил отряды в помощь Болотникову. Пробиться в Калугу подмога так и не смогла, однако нервы московским войскам потрепала изрядно.

А тут пришла очередь вступить в игру и князю Телятевскому, который выдвинулся из Путивля и в феврале месяце под городом Венёвом разгромил московское войско воеводы Хилкова. После этой победы войска восставших разделились — князь Андрей Телятевский двинулся на Тулу, а князь Василий Мосальский на Калугу. Однако войско Мосальского до Калуги не дошло и были разбито отрядами Ивана Романова. Следующее поражение князь Мосальский потерпел под Серебряными Прудами.

А вот под Тулой восставшим сопутствовала удача. Первый весенний месяц стал для восстания победоносным. Объединённое войско князей Телятевского и Шаховского, а также Илейки Муромца разгромило и обратило в бегство рать князя Воротынского и предателя Истомы Пашкова.

Затем, под Дедиловым было разбито московское войско воеводы Хилкова.

Благодаря этим двум победам Народное Войско воспряло духом и продолжило наступление.

Василий Шуйский понимал, что нужно во что бы то ни стало остановить князя Телятевского, иначе он неизбежно соединится с Болотниковым, и тогда они вновь окажутся под Москвой, что чревато катастрофой. Царь Васька стал спешно собирать разрозненные и разбитые отряды и поставил над ними воеводу Бориса Татева. Любые свободные резервы отправлялись Татеву. Дошло до того, что на фронт были брошены пленные казаки. А вот это было ошибкой. Большой ошибкой. Вот в такой ситуации и намечалось очередное генеральное сражение.

В мае 1607 года оба войска сошлись у деревни Пчельна под Калугой. Сеча была зла и люта. Пленные казаки, естественно, перешли на сторону восставших, и, несмотря на упорное сопротивление, московская армия была практически полностью уничтожена. Воевода Татев был убит. А вот князь Телятевский в очередной раз показал себя как блестящий полководец.

Воспользовавшись ситуацией, Иван Болотников провёл успешную контратаку и, выйдя из осаждённой Калуги, разбил осаждавшие его войска. Теперь его войско двинулось на соединение с армией Телятевского, Шаховского и Илейки Муромца. Однако, на его пути встала рать под командованием самого царя Василия. Теперь, на реке Восьме, в жаркий месяц июнь, и решится судьба Руси…

Вот они наконец-то и встретились — бывший боевой холоп и царь невсея Руси. Это была самая жестокая, самая кровавая и самая упорная битва той войны. Что любопытно, по ходу всего сражения инициативой владел именно Болотников, и он бы разгромил войско царя Васьки, если бы не предательство. Тульский воевода Телятин предательски ударил по своим войскам, а ещё один предатель — Прокопий Ляпунов со своей конницей смог зайти в тыл войску Болотникова. Народное Войско было разбито. Разбито, но ещё не уничтожено.

Воевода Всея Руси с остатками разбитой армии добрался таки до Тулы и приготовился к обороне. С июня по октябрь 1607 года Болотников, Телятевский, Шаховской, Илейка Муромец успешно отбивали все штурмы войск Васьки Шуйского.

Чтобы взять неприступный город-крепость, московские войска перегородили реку Упу, протекающую через Тулу. В результате, вышедшая из берегов река затопила пороховые погреба и склады с продовольствием.

Потеряв возможность дальнейшей обороны, Болотников начал переговоры с царем. Предводитель Народного Войска хотел выторговать жизнь для своих бойцов. Васька Шуйский крест целовал на том, что не прольёт крови сдавшихся. Ваня поверил крестоцелованию Васи, а зря. Хотя, крови царь Васька действительно не пролил — капитулировавших болотниковцев вешали и топили. Илейка Муромец был повешен. Ивана Болотникова ослепили, а затем утопили. Князь Григорий Петрович Шаховской был насильственно пострижен в монахи и сослан в Спасо-Каменный монастырь. К огромному сожалению, неизвестна судьба князя Андрея Андреевича Телятевского - одного из лучших полководцев Народного Войска.

ЭПИЛОГ

Если вспомнить восстание Хлопка Косолапа и сравнить его с восстанием Ивана Болотникова, то разница будет поразительная. За какие-то 2-3 года сопротивление московским узурпаторам выросло на порядок порядков. Народная Война Болотникова — это одна из самых крупных народных войн Европы, если вообще не самая крупная.

Если в первой части нашего повествования мы сравнивали отряды Хлопка Косолапа и Флориана Гайера, то в русской народной войне легендарный Чёрный Отряд просто потерялся бы в массе народных войск. Да и вообще, Крестьянская Война в Германии была бы лишь бледной тенью Народной Войны Болотникова. Размах войны поистине поражает. Количество сражений хватит на несколько средних европейских войн.

Что поразительно — Народное Войско одержало больше побед, чем московские войска, а два важнейших сражения Шуйские смогли выиграть только исключительно благодаря предательству.

Я не буду талдычить про набившие оскомину причины поражения восстания, они всегда одинаковы — предательство.

Дворяне всегда были сильнейшей частью любой народной армии, но они же были и её слабым звеном. Так было всегда, и во всех странах. Именно они, дворяне, всегда в итоге предавали. Но в их массе всегда находились люди чести, до конца верные слову и долгу. Тот же Флориан Гайер, князья Телятевский и Шаховской тому доказательство. Жалко только, что таких было мало.

Какие положительные итоги можно сделать из произошедшего, и есть ли они вообще? Есть! Народ научился воевать и бить поработителей. А консолидация разных территорий и совершенно разных слоёв общества поднялась на невиданный уровень. Именно это приобретённое качество и помогло сохраниться России, как государству, в лихое Смутное Время.

А что же там с Шуйскими? Смогли ли они взять под контроль всю Русь? А вот хрен то там плавал! Несмотря на разгром восстания Болотникова, ситуация для непризнанной династии складывалась хуже некуда. На западе Руси объявился новый спасённый царевич Дмитрий. А это значит, что ничего ещё не закончено…

Ино побредём дале...

04.02.2022. Иркутск.

Глава 4 Спаситель Отечества Тушинский Вор

ТУШИНСКИЙ ВОР

В истории России есть много удивительных и интереснейших персонажей. Одним из таких и является Лжедмитрий ll. По нашей старой доброй традиции гадить на память героев и возносить палачей Лжедмитрия ll (впрочем, как и Лжедмитрия l) принято считать предателем, подонком и вообще конченным бякой. Однако, давайте разберёмся, так ли это на самом деле. И кто в этой истории действительно герой и патриот, а кто предатель...

Лжедмитрий ll объявился в городе Стародубе в июне месяце 1607 года. Кем был этот смелый и отчаянный человек на самом деле - неизвестно. К сожалению, мы не знаем даже его имени, кроме погремухи - "Тушинский Вор". Конечно же, этот человек заслуживает большего в историографии, чем просто это обидное прозвище. Однако, "маемо шо маемо", как говорят родные небратья.

Так вот, по старой русской традиции, новый царь Дмитрий протелился с выступлением в поход аж до конца сентября. И естественно, уже физически не успевал на помощь Ивану Болотникову. Но не будем за это промедление мазать Лжедмитрия ll фекалиями, всё-таки оборона Тулы была весьма успешна и было совершено непонятно, а за счёт чего царь Васька Шуйский вообще может взять город? Однако, как мы знаем, благодаря постройке плотины на реке Упа (кстати, гениальное в военном плане решение, показывающее, что русские умели очень эффективно и разносторонне применять военную инженерию) Тула пала.

Однако, всё это было ещё впереди, а сейчас 3-тысячное войско царя Дмитрия успешно продвигалось к Брянску, куда вскоре и вошло - встречаемое не картечью, а хлебом с солью.

Коротко о составе войск Лжедмитрия ll. На самом начальном этапе его войско состояло из польских шляхтичей и казаков. Понимаю, сейчас начнётся - "привёл поляков-оккупантов, наймитов короля Сигизмунда lll, защитников интересов польской короны и тд и тп...". Однако, это не совсем так. Даже совсем не так. Поляки, пошедшие за Лжедмитрием ll - это повстанцы. Это были шляхтичи из Сандомирского рокоша - восстания шляхты против короля Сигизмунда, который решил установить в Речи Посполитой наследственную монархию. К этому моменту восстание было почти подавлено, и многие шляхтичи, видя неизбежный конец своего безнадёжного предприятия, решили помочь русским повстанцам в борьбе за лучшую долю, ну и заодно - попробовать как-то улучшить своё незавидное положение. Командование над польско-казацким войском принял гетман Меховецкий.

В октябре месяце под Козельском отряды Лжедмитрия ll одержали первую крупную победу - разбив царские войска воеводы Литвинова-Мосальского. После этого успеха, можно было развивать наступление на Тулу, где стояло насемерть Народное Войско Болотникова. Однако, на помощь повстанцам новый самозванец не успел - Тула пала.

Как показала практика, дураком Лжедмитрий ll не был. Он верно оценил обстановку и понял, что с имеющимися силами против войск Шуйского он махач не вывезет. Исходя из этого, царь Димка двинул на Карачев, где впоследствии соединился с чубатыми запорожскими лыцарями.

А в это же самое время, царь Васька Шуйский двинул один из своих отрядов на взятие Калуги, которая, как и подавляющее большинство русских городов, не признавала его за государя Всея Руси. Что любопытно, состоял этот отряд из бывших болотниковцев - Васька не всех казнил, а часть изволил помиловать и отправить искупить вину кровью. И вот теперь, весь этот 4-тысячный отряд, под барабанный бой и с развернутыми знамёнами перешёл на сторону Лжедмитрия ll. Честно говоря, я даже не знаю, как комментировать эту совершенно идиотскую выходку Василия Шуйского. Совершенно непонятно, на что он рассчитывал... С чего он вообще взял, что болотниковцы станут сражаться против своих боевых товарищей... Видимо, Васька, будучи конченной мразью, считал и других людей таким же отребьем, как и он сам... Ну да ладно, Заратустра ему судья... Как сказал один всем известный персонаж - "дураков на Руси, слава Богу, лет на сто припасено".

Другой васькин отряд имел больший успех и захватил Брянск, который до этого встретил самозванца хлебом-солью.

Однако, оставлять верных ему брянчан "сын" Ивана Грозного был не намерен. После прибытия запорожцев и благодаря помощи от царя Васьки в виде 4-тысячного соединения болотниковцев, царь Димон отправился освобождать Брянск.

Взяв город в осаду, Лжедимка не стал ковырять пальцем в носу, а развёл бурную государственную деятельность штампуя указы и возвания.

Тем временем, донцы, глядя на всяких Лжедимонов и на своих терских коллег, объявивших Илейку Муромца царевичем Петром Фёдоровичем, тоже не хотели выглядеть лохами, и тоже пожелали быть в тренде. Объявив какого-то прощелыгу царевичем Фёдором Фёдоровичем (сыном царя Фёдора Ивановича, который в свою очередь был сыном Ивана Грозного) и размечтавшись о кренделях небесных, донские казаки-ушкуйники двинули к царю Димону. И вот теперь, 3-тысячная орава казаков со своим царевичем прибыла под стены Брянска.

Царь Всея Руси Дмитрий Иванович принял лихих донцов с максимальной милостью и почётом. Однако, как уже говорилось выше, дураком новый самозванец не был, и поэтому не захотел плодить сущности и превращать своё предприятие в балаган наподобие бесконечных детей лейтенанта Шмидта. Исходя из таких соображений, Лжедимон отправил "племяша" висеть на берёзе.

Однако, донцы по этому поводу быковать не стали. Пацаны быстро смикитили, что нынешний пахан - чувак крутой, с железными яйцами, а значит дело верное - за таким можно идти.

Тем временем, в Речи Посполитой был окончательно подавлен Сандомирский рокош. И теперь, ища спасения, вслед за своими бежавшими на Русь собутыльниками, пардон муа, соратниками, почти 4-тысячное войско польских повстанцев направилось под руку русского самозванца.

Ко второй половине ноября поляки прибыли в распоряжение войск Лжедимона. Получив под своё командование такие внушительные силы, царь Димка решился на штурм. Бой был страшный и упорный, однако, взять Брянск так и не получилось. А в декабре на выручку осаждённому гарнизону прибыл уже битый самозванцем воевода Литвинов-Мосальский. Лихой атакой, при поддержке отчаянной вылазки гарнизона, воевода смог пробиться в город.

Лжедмитрий ll опять верно оценил обстановку. Видя, что в данной ситуации совершенно бессмысленно биться головой о стену, он принял абсолютно верное решение идти на Орёл и зазимовать там.

Уже туда в Орёл под знамя царя Димона и прибыли: литовский князь Рожинский, легенда лёгкой кавалерии Саня Лисовский, а также один из влиятельнейших польских магнатов и по совместительству русский князь Адам Вишневецкий. С прибытием этих влиятельных и богатых князей под знамя Лжедмитрия ll валом повалили польские шляхтичи и немецкие ландскнехты.

Огромное войско донцов и запорожцев привёл донской атаман Иван Заруцкий. Конные отряды дворян, партизанские отряды крестьян и боевых холопов, стрелецкие сотни постоянно пополняли повстанческое войско. Прискакала даже лихая конница касимовских татар.

Шляхтичи тоже без дела не сидели и устроили знатный срач между собой и борьбу за гетманскую булаву. Богатые и влиятельные князья смогли переманить на свою сторону большинство поляков, а также с помощью грязных интриг очернить в глазах царя Дмитрия гетмана Меховецкого и сместить его с должности, которую теперь занял князь Рожинский.

Сам же пан Меховецкий послал всех в дупу и, забрав с собой 4 тысячи верных сабель, отправился обратно в Речь Посполитую.

Пока поляки увлекались срачем и расколом, царь Димон развлекал себя тем, что раздавал крестьянам земли верных царю Ваське дворян. Таким образом, наделённые землёй крестьяне сами становились дворянами, что многократно усиливало позиции Лжедимона среди крестьянства.

Пересидев зиму, царь Дмитрий двинул своё огромное войско (20-30 тысяч) на Москву. В начале апреля 1608 года польско-казачий отряд полковника Лисовского разгромил под Зарайском рязанско-арзамасское ополчение под руководством воевод Захария Ляпунова (родного брата Прокопия Ляпунова - того самого, который сподвижник Гришки Отрепьева и Болотникова, которого братья и предали под Москвой) и Ивана Хованского.

А через месяц под Болховом сошлись основные силы царей Димона и Васятки. Общее командование повстанческой армией осуществлял гетман Рожинский, а вот московским войском командовали братья царя Васьки Димка и Ванька. Что характерно, оба этих брата-акробата считали себя самыми великими в галактике полководцами. При этом братики проиграли все сражения, в которых они командовали войсками. Бил их Гришка Отрепьев, бил Ванька Болотников, не изменили они своей традиции и сейчас. Хотя, московское войско вполне могло победить, если бы им командовали какие-нибудь более толковые воеводы, а не эти два жопоголовых урода...

Началась битва с грандиозного встречного кавалерийского боя. Польские крылатые гусары и казаки сошлись в яростной рубке с русской дворянской конницей. При поддержке немецких рейтар и ландскнехтов, русские дворянские сотни смогли отразить удар тяжёлой польской кавалерии. Казаки тоже не добились успеха.

Чтобы не дать противнику перехватить инициативу, гетман Рожинский бросил часть сил на передовой полк князя Голицына. Мощный натиск польско-казачих частей опрокинул и смял голицинцев. Передовой полк был на краю гибели, а также нависла угроза для основных сил. Однако, ситуацию спас сторожевой полк князя Куракина, который отчаянной контратакой спас голицинцев от гибели и вынудил противника отступить. Так закончился первый день сражения. Причём, можно смело заявить, что закончился вполне в пользу московского войска.

На следующий день войска царя Васьки успешно отбили несколько упорных лобовых атак войск царя Димки. А потом всё рухнуло...

Объясняю - успешно отбитая атака в любой армии вызывает всплеск эмоций и подъём морального духа. Именно в таких случаях необходимо переходить в контрнаступление. А после нескольких таких всплесков люди перегорели и потеряли веру в командование, которое вместо организации контратаки проторчало с перстом в гузне. В итоге, московское войско было разгромленно и разбежалось, кто куда.

Больше каких-либо серьёзных войск у царя Васьки небыло.

Армия царя Димона наконец-то подошла к стенам Москвы. После нескольких неудачных попыток взять город Лжедмитрий ll опять верно оценил обстановку и понял, что упорные штурмы только обескровят его войско и к тому же настроят москвичей против него. Исходя из этого, его величество приняли решение взять столицу в осаду, а самому встать лагерем в подмосковном селе Тушино, где он и занялся созданием альтернативного государства. Вот так вот Лжедимон и стал Тушинским Вором.

Вскоре Тушинский лагерь стал новой столицей России.

А теперь, давайте сравним законного государя Василия Шуйского и самозванца Лжедмитрия ll.

1) Власть так называемого законного царя в данный момент признают лишь 5 городов: сама Москва, Великий Новгород, Нижний Новгород, Рязань и Казань. И всё! 5 городов! 5, мать их, городов!!! 5 городов, Карлуха!!!

2) Вся остальная Русь-Матушка признала власть царя Димона. Это к вопросу о легитимности того или иного царя.

В Тушино формируется альтернативное правительство. Теперь князья и бояре валом повалили к истинному государю царю Дмитрию Ивановичу. Из этих князей и дьяков формируется государственные институты: Государственная Дума, Совет Федерации, администрация президента, Центробанк и прочие министерства и ведомства. Димон даже чеканит свою монету, которая даже более весомая, чем у царя Васьки. Принимаются новые законы. Собираются налоги. Вот все уголки страны летят телеграммы и царские указы. Назначаются главы областных и городских администраций.

Димон принимает иностранных послов, даёт пресс-конференции.

А в сентябре месяце в Тушинском лагере объявилась сама Марина Мнишек, которая разыграла душещипательную сцену воссоединения с возлюбленным мужем. Марина Юрьевна была девка не промах и сообразила, что быть русской царицей всяко по-прикольнее, чем какой-то занюханной дворянкой. Димону Маринка понравилась. Да и как могло быть иначе - они оба были авантюристами, которые не побоялись пойти вабанк и поставить на кон собственную жизнь в этой игре. В общем, сошлись два одиночества. Естественно, появление Маринки кратно усилило позиции Димона и прибавило ему легитимности.

Тогда же, в сентябре 1608 года началась осада Троице-Сергиева монастыря, куда Лжедимон отправил польские войска. Забегая вперёд скажу - монахи и служилый люд встали насмерть. Горнизон монастыря почти полтора года держал оборону, проявляя чудеса мужества и массового героизма. В итоге, поляки так и не смогли взять эту русскую крепость.

Во время осады Москвы и тушинского сидения раскололась не только высшая аристократия, но и церковь. Помимо патриарха Гермогена у Шуйских, в Тушино появится свой патриарх. Как вы думаете, кто это такой? В жизни не угадаете! Это наш старый знакомый - Филарет, бывший боярин Фёдор Никитич Романов. Тот самый, что плёл интриги против Бориски Годунова.

Вот таким незатейливым образом наш шустрый самозванец умудрялся вполне успешно править страной практически всё лето, осень и зиму.

А как же там царь Васька? А Васька с началом весны 1609 года не придумал ничего лучше, как войти в сговор с шведским королём Карлом lX. Напомню, в то замечательное время, когда Саня Невский в 1240 году чистил рыло шведским нелегальным мигрантам, Швеция уже давно была врагом Руси и постоянно осуществляла вооруженную экспансию на нашу землю. Дальше ситуация нисколько не изменилась, и не изменится аж до начала 19 века. Так вот, Васька вступил в сговор с нашим древним врагом и передал Швеции город Карелы с окрестными землями (своеобразный аналог Кемской волости). Взамен он получил шведский корпус генерала Делагарди для борьбы с самозванцем. Этот гениальный геополитический ход идиота Васьки приведёт Россию к катастрофе. Но об этом позже... А пока, бравые шведские зольдаты маршируют по русской земле. Ведёт шведов молодой племянник царя Васьки - Мишка Скопин-Шуйский. Мишка уже однажды спас Москву (или жопу дяди Васи), разбив войско Ваньки Болотникова. Юный полководец намеревался и в этот раз повторить, а то и улучшить свои результаты по войнеслингу. Под знамя Мишки Скопина-Шуйского стягивались сильные отряды дворянской конницы. Эх, Мишка, Мишка, хороший ты парень... Жалко мне тебя...

А в это время над Русью встаёт чёрная тень оккупации, которая вот-вот накроет её своими смрадными крылами...

В мае 1609 года шведско-русское войско Скопина-Шуйского и Делагарди разгромило отряд польских гусар и казаков пана Кернозицкого. Далее, победы следовали одна за одной. Мишка, опираясь на крепкие шведские пики и алебарды, громил отряды самозванца и приводил города под руку царя дяди Васи.

Узнав об этих событиях, Димон готовил войска к битве с Мишаней. Однако, встретиться им было не судьба...

Поскольку в это время Речь Посполитая и Швеция находились в состоянии войны, то польский король Сигизмунд lll счёл вмешательство Карла lX в дела России опасным для себя фактом. Не долго думая, польский король объявил царю Ваське войну и в сентябре 1609 года упёрся башкой в Смоленск.

Одновременно с объявлением войны, пан круль заявил бывшим участникам Сандомирского рокоша, что они получат прощение в случае перехода на его сторону. Также, Сигизмунд призвал всех тушинцев присягнуть ему на верность в обмен на всевозможные ништяки и жопогоейки.

Димон отказался присягать польскому королю, что стало причиной бунта поляков в его войске.

На новогодние праздники, переев оливье и пересмотрев "Иронию судьбы, или с лёгким паром!" с Барбарой Брыльской, а также наслушавшись поздравлений своего президента, шляхтичи поголовно перешли на сторону Сигизмунда, а Димку решили арестовать и доставить пану крулю. Однако, наш ушлый авантюрист-самозванец умудрился оставить "шановне паньство" с носом и слинял из лагеря, укрывшись в телеге с дровами.

Димон с верными ему повстанцами засел в Калуге, куда стал созывать своих сподвижников и готовиться к войне на два фронта - с царём Васькой и с оккупантом Сигизмундом. Кстати, Маринка тоже припёрлась в Калугу, исполнив что-то наподобие:

"Что ж ты, фраер, сдал назад -

Не по масти я тебе?...".

В общем, царственная чета вновь воссоединилась.

А как же там администрация президента в Тушино? О, там всё прекрасно! Благороднейшие князья и дворяне сразу же переметнулись на сторону Сигизмунда lll. Старая политическая проститутка патриарх Филарет тоже не была исключением. Ну, а что вы хотите? Защищать Родину - это для всяких проходимцев наподобие Тушинского Вора, а истинно-русские и благородные предпочитают вовремя предать.

Все эти уроды не находят ничего лучше, как обратиться к королю Сигизмунду с предложением - посадить на русский престол его сына королевича ВладИслава. Вот вам истинные патриоты, не то что, какой-то там самозванец...

Как всегда, слинял Димон очень вовремя. Так как вступать в генеральное сражение в нынешних условиях было бы полным безумием. И стоило ему свинтить из лагеря, как вскоре под стенами Москвы нарисовался Мишаня с латной шведской пехотой и лихой русской дворянской конницей. Осада героического Троице-Сергиева монастыря, где упорные бойцы-монахи православной Хизбаллы готовы были стать шахидами, но не сдаться врагу, была снята.

Князь Мишаня разгромил польские отряды и разогнал ссаными тряпками весь тушинский бомжатник, после чего триумфально вошёл в Москву. Москвичи встречали молодого красавца князя Михаила Скопина-Шуйского, как национального героя. Реально, прям как Юру Гагарина.

Вольно или невольно, Москва сравнивала царствующего дядю Васю и его героического племянника Мишу. И положив руку на там где сердце, можно смело сказать, что сравнения были далеко не в пользу его величества. На фоне абсолютно аморального, безнравственного и лживого урода Васьки его племянник выглядел, как посланник небес. Да и как могло быть иначе - Мишаня был не только молодым и красивым парнем, но и спасителем Москвы, талантливым полководцем, а также душевным, честным и открытым человеком. В общем, влюбилась Москва в Мишку по-уши. Весь город гудел, как пчелиный улей - вот бы мол нам такого царя, а, православныя?

Истинный и православнейший государь Невсея Руси Василий Шуйский по достоинству оценил настроение москвичей и отправил возлюбленного племянника Михаила Скопина-Шуйского в Царствие Небесное. Дядя Вася не пожалел для племяша Миши самого лучшего яду. Скажите, мне одному это напоминает "Игру Престолов"?

В то время, когда патриарх Филарет со всех ног ломанулся лизать попу Сигизмунду lll, Русская Церковь во главе с патриархом Гермогеном объявляет православный джихад иноземным оккупантам.

Город-Герой Смоленск встал намертво. У города был сильный гарнизон, да и сами смоляне исторически славились своим героизмом. Повезло городу и с командованием - оборону возглавил блестящий полководец Михаил Шеин. Организовав собранные им войска, воевода Шеин разделил их на две части: экипажи (танковых) башен, и вылазный абордажный десант. Первые, держа сектора обстрела, яростно палили из пушек и самопалов, нанося противнику огневое поражение. А затем наступал момент, когда раскрывались аппарели ворот, и, рванув на груди тельники, в атаку пёрла десантура. Из лужёных глоток неслось:

Бросают нас из края в край,

И всякое случается,

Но ведь задача ВДВ во многом заключается

Кого-то груз сомнений жжёт,

Но мы в приметы верим

И покидая самолёт,

Не закрываем двери...

Ощетинившись копьями, совнями бердышами и алебардами, десантура кидалась крушить польские отряды. Наведя суету и расплескав синеву, десантники отходили обратно. Отход абордажных команд прикрывал шквальный огонь башенных мотострельцов.

В общем, пан круль Сигизмунд понял, что он надолго прикурил у стен Смоленска. Дурнем, в отличие от Васьки Шуйского, он не был и понял, что так можно и всю войну прокакать. Исходя из этого, Сигизмунд двинул на Москву коронного гетмана Жолкевского с сильным войском. Сам же король остался у стен Смоленска, насладиться местным колоритом - да и тем более, что на носу были День ВМФ и 2 августа, где аборигены обещали много увлекательных аттракционов: купание в фантанах, битие стеклотары об голову (а также битие морд легальных и нелегальных польско-литовских мигрантов), пение песен про экипаж, усталую подлодку и синеву.

А как там поживает в Калуге наш горемыка самозванец? А наш горемыка, традиционно, не сидел с пальцем в заднице (ну не в его это характере, это же вам не Васька), а рассылал телеграммы в военкоматы, призывая всех, кто может держать в руках оружие, бить поганых польских оккупантов, которые хотят искоренить православие и ввести на Святой Руси сплошной сионизм и содомию, ну в смысле католичество. Сам Димоха клялся божьей мамой, что будет до последней капли крови сражаться с иноземными захватчиками и скорее умрёт, но не отдаст врагу ни единой пяди русской земли.

Вы не поверите, но народ ему опять поверил! Поверил ему - самозванцу, а не "законному" Ваське Шуйскому! Думаете народ не понимал, что Димон на самом деле НеДимон? Да все всё прекрасно понимали. Вот только судили люди по делам. Вот по этому и выбрали Лжедимона.

И со всей Руси-Матушки потянулись в Калугу свободные отряды вольных патриотов. Запомни эти отряды, дорогой друг! Это именно те, кто пошёл за батяней Хлопком Косолапом. Это именно они разрослись и окрепли под знамёнами Гришки Отрепьева. Это именно они закалились в Народной Войне Ивана Болотникова. И это именно они станут основой для обоих Народных Ополчений, которые и скинут с Руси оковы иноземной оккупации.

Усилившись прибывшими отрядами, Димон двунул на Москву, в которой царь Васька (после убийства всеобщего любимца юного героя Миши Скопина-Шуйского) натолкнулся на стену непонимания со стороны москвичей. Обстановка была такая, что сейчас москвичи были на грани бунта и вполне могли поддержать царя Димона.

Вот в таких условиях, войско народного царя и шло к столице, сметая на пути отряды поляков и царя Васьки.

В это время царь Васька отправил войско (выбить крымского хана с ликёро-водочного завода) против гетмана Жолкевского. Единственным полководцем, кто бы мог действительно нанести поражение польскому войску, был Миша Скопин-Шуйский. Но... Мишу царь Вася отравил и не придумал ничего лучше, как поставить во главе армии своего дебильного братца Димку Шуйского. Да-да-да, именно того самого, что просрал Цусиму, ну и всё остальное тоже.

В конце июня 1610 года обе армии сошлись у деревни Клушино. Зная, кто стоит во главе русской армии, совсем не трудно предположить, чем закончилась битва. Правильно - разгромом русских войск. Идиот Димка Шуйский в очередной раз подтвердил свою безупречную репутацию конченного, жопоголового дебила. Что характерно, одной из причин поражения было предательство шведских наёмников, которые перешли на сторону поляков и атаковали русское войско.

Занавес!

Конченный урод и бездарь Васька Шуйский своим диким желанием любой ценой усидеть в президентском кресле довёл Россию до полной катастрофы. Этот наногений того времени додумался отдать шведам "Кемьску волость" в обмен на корпус наёмников. Появление шведского ограниченного контингента привело к войне с Речью Посполитой. Сами наёмники изменили в самый ответственный момент. Забегая немного вперёд, скажу - когда король Швеции Карл lX узнал о том, что польского королевича ВладИслава могут посадить на русский престол, он тут же объявил России войну и оккупировал Новгородские земли. Блестяще! Бурные и продолжительные, бурные и продолжительные аплодисменты, переходящие в овации! Прям великолепнейший геополитический ход царя Васьки. Всё это напоминает ещё одного современного зурумбийского правителя - тоже большого мастера геополитики.

Узнав о разгроме русской армии, москвичи вываливают на Болотную и начинают скандировать: "ты нам больше не Димон!", ну в смысле - не царь.

И тут из-за кулис появляется Захарка Прилепин, шутка, Ляпунов (ну тот самый который и сподвижник, и предатель, ну вы помните) - и свергает пересидента Ваську. Тоже, кстати, сплошные ассоциации с "Игрой Престолов".

Князь-бояре не могут договориться, кому же сидеть на Железном Троне, и организуют Временное Правительство - Семибанкирщину. Эта могучая кучка ублюдков и предателей воевать с оккупантами не собиралась и тут же начала телеграфировать гетману Жолкевскому - "нихт шиссен, их капитулирен".

Ну а далее, эта самая Семибоярщина, в составе бояр Мстиславского, Воротынского, Трубецкого, Голицина, Лыкова-Оболенского, Романова и Шереметьева поддержала инициативу тушинских предателей по поводу восшествия на престол королевича ВладИслава. Однако, пан круль послал их в дупу, заявив, что теперь сам хочет усесться жопой на Железный Трон.

Глядя на весь этот праздник жизни, шведский король Карл lX объявляет России войну, и его войска захватывают Старую Ладогу.

Конечно же, бояре могли бы не вставать на сторону интервентов, а пустить в Москву царя Димона, отряды которого могли бы не только организовать оборону столицы, но и стать основой для новой армии. Однако, бояре боялись, что Димон устроит им всем карапупу за их гнустный характер, патологическую тягу к предательству и немытые ноги.

В общем, подойдя к Москве, царь ДимонЛжеВторой завис. Начались совершенно неконструктивные переговоры с взаимными предъявами, лошадиными понтами и полным отсутствием консенсуса. А тут к Москве возьми и подойди сам коронный гетман Жолкевский со своими весёлыми хлопцами.

Семибоярщина, имея полностью подконтрольный себе Избирком, тут же устроила фальсификацию выборов президента, на которых победил (Владимир Владимирович, нет-нет, ну что вы, совершенно ничего общего) королевич ВладиИслав Сигизмундович.

В таких условиях продолжать попытки взять Москву стало совершенно бесполезно, и царь Дмитрий отправился обратно в ставшую ему родной Калугу.

Для народа теперь было два варианта: либо признать царём Владислава, либо Дмитрия. Большинство выбрало Димона.

И вновь Калуга стала центром сопротивления, и вновь потянулись к ней отряды. И теперь первое Народное Ополчение стало материализоваться. Собрав значительные силы, Димон двинул громить польских оккупантов. Народный царь действовал смело и решительно. Войско в него верило и готово было идти за ним хоть на край света. Менялся и сам характер войны - всё меньше там оставалось места для рыцарского благородства, и всё больше было лютой ненависти. Русский медведь начал звереть. Война стала всё больше приобретать вид кровавой бойни. Даже видавшие виды немецкие ландскнехты, понимая, что могут огрести так, как они ещё никогда не огребали, стали по-тихому сваливать обратно в любимый Фатерланд.

К началу сентября Народное Войско выбило польские отряды из Козельска, Мещовска, Почепа и Стародуба. Народный царь решил идти на Воронеж, который собирался сделать столицей Свободной России.

Направление было выбрано верное. Опираясь на казачьи территории и лихих местных дворян, можно было рассчитывать на успех в боях с интервентами.

В начале декабря атаман Заруцкий разгромил в кровь и шишки войско литовского гетмана Сапеги. С этой победой положение Народного Войска значительно усилилось, а вот перспективы польских интервентов становились всё более печальные. Становилось совершенно очевидно, что Димон это вам совсем не дебил Васька. И что за зиму этот отчаянно-храбрый, решительный и умный самозванец соберёт такое войско, что в весенне-летней компании следующего года он сможет не только взять Москву, но и возможно, что вообще выбить интервентов из России.

Залитая кровью Русь не приняла навязанного ей царя Владислава - она с надеждой смотрела на царя Дмитрия.

Однако, далее события развивались именно как в "Песне Льда и Пламени". Тайвин Ланнистер, пардон муа, мон шеры, Сигизмунд lll решил вопрос с помощью предательства. Наш героический самозванец был убит на охоте князем Урусовым, который перед этим перебежал к нему от Сигизмунда, а после убийства тут же вернулся обратно.

В общем, с помощью предателя Урусова Сигизмунд значительно облегчил себе жизнь.

ЭПИЛОГ

Какие из всего этого можно сделать выводы?

Наверное, самым главным выводом будет то, что народ был готов идти за любым самозванцем и авантюристом - лишь бы скинуть ту мразь, что засела в Кремле. Ту мразь, что загоняла народ в рабство. Ту мразь, что совершала самое страшное преступление перед Русью и русским народом - она убивала в русском человеке гражданина своей страны и порождало недоверие и ненависть к ставшему ему чужим государству.

На фоне этого высокородного отребья, самозванцы, действительно, смотрелись предпочтительнее. Да и надо отдать им должное, оба парня делом доказали свою преданность России. Ни один из них не стал марионеткой Запада, они использовали иностранцев, как свой инструмент, а не наоборот, как всякие Шуйские, тушинские сенаторы и всякая прочая Семибоярщина, которые предали Родину и превратились в марионеток интервентов.

Что же касается Народного Войска, то оно, конечно же, припухло от смерти своего предводителя, однако, не разбежалось. Народ в войске был тёртый и опытный. Люди понимали, что раз уж взяли в руки дубину Народной Войны, то дело надо довести до конца. Борьба не закончилась. Борьба продолжалась.

Ино побредём дале...

14.02.22. Иркутск.

Глава 5 Первое Народное Ополчение и Лжедмитрий lll

ПРОЛОГ

Продолжаем нашу песнь льда и пламени, а по-другому нижеописанное и не назовёшь.

Свергнувший царя Ваську (и загасившийся в Рязани) Прокопий Ляпунов вновь встал на сторону народа. Насмотревшись видосов с возваниями аятоллы Гермогена, Прошка проникся идеями православного газавата и решил постоять за Землю Русскую. Во главе верных ему отрядов Прошка двинулся на занятый коллаборационистами (в виде малороссийского казачества и запорожского ушкуйничества) Пронск. Однако не будем всех чубатых лыцарей записывать в коллаборационисты — запорожцев (впрочем, как и донцов) с обеих сторон было предостаточно. Будущих вторых французов Прошка из Пронска выбил. Однако, победившие хохлов москали в итоге сами оказались в осаде.

Вот тут, в чешуе, как жар горя, на арене появляется наше красно солнышко, воевода зарайский — князь Дмитрий Михайлович Пожарский (не слишком ли много Димонов, а?). А чем же наш князенька был занят до того? А до того его светлость изволили верой и правдой служить царю Ваське Шуйскому. Участвовал князь Димон в карательных походах против повстанцев команданте Болотникова. А затем лихо рубился с войсками Лжедимона номер 2.

После свержения царя Васятки наш князенька находился в растерянности. А когда Семибанкирщина призвала на железный трон Сигизмунда (Третьего Своего Имени короля андалов и первых людей и прочия, и прочия, и прочия…), то наш светлейший Димоха вообще прихуе… гм… был крайне изумлён. Но к счастью, его крайнее изумление разделяли и патриарх Гермоген (призвавший всех православных стать шахидами), и отряды Лжедимона ll под командованием атамана Заруцкого. А тут прям под руку возьми и подвернись бывший враг (а потом союзник, а потом снова враг, а теперь опять союзник) — Прокопий Ляпунов.

Прихватив вверенный ему гарнизон, князь Пожарский двинулся на Пронск — намереваясь деблокировать засевшие там войска Ляпунова. Ну в общем, Пронск князь Димон успешно деблокировал, а вот свой Зарайск не менее успешно прокакал. Всё дело в том, что выбитый Пожарским из-под Пронска атаман Сумбулов (Сунбулов) стремительным броском занял Зарайский острог.

Пару слов об атамане Исайе Никитиче Сунбулове. Изначально — ярый сторонник Болотникова. Затем, вместе с Ляпуновым предаёт команданте, и в итоге встаёт на сторону интервентов и присягает королевичу Владиславу. Правда Прошка службой у оккупантов не запомоился, а вот Исайя Никитич не побрезговал. Ну правда на русскую службу он впоследствии вернулся — воевал со шведами, в Сибири чудил. Одним словом, сюжетец в реальной истории закручен, как минимум не хуже чем у Джона Мартина в «Игре Престолов», либо у Мориса Дрюона в «Проклятых королях».

Князь наш Димка сопли тоже жевать не стал, а не менее стремительной атакой вышиб пана-атамана Сунбулова из Зарайского острога, как пробку из бутылки. Потерпев очередное поражение, лыцари сдриснули обратно в Нэньку. Ну это которые неправильные лыцари, а вот правильные — ещё долго ураганили вместе с атаманом Вся Руси Заруцким, атаманом Просовецким и другими. В общем, теперь Рязанский регион был очищен от интервентов и коллаборационистов, благодаря чему отряд князя Пожарского воссоединился с войсками Прошки Ляпунова.

Помимо Ляпунова, на призыв Его Святейшества откликнулись и атаман Всея Руси Иван Мартынович Заруцкий, а также глава Стрелецкого приказа Дмитрий (ещё один) Тимофеевич Трубецкой. Почему — Всея Руси? Ну потому, что Лжедимон ll пожаловал Заруцкого должностью командующего всех казачьих войск империи. Почему — империи? Ну, потому что Лжедимон l изволили принять титул императора. Кстати, Трубецкой тоже должность главы Стрелецкого приказа получил, будучи в правительстве Лжедимона ll. Ну, а вместе с Трубецким причапало много сенаторов из Совета Федерации того же самого Лжедимона ll, как-то — князья Масальский, Пронский, Козловский, Мансуров, Нащокин, Волконский, Волынский, Измайлов, Вельяминов. Все эти князя со своими ЧВК, а также остатками регулярных и ирегулярных частей представляли серьёзную военную силу. Не менее грозной силой была и ушкуйно-казачья вольница Заруцкого.

Таким вот образом, из Триумвирата Ляпунова, Заруцкого, Трубецкого и родилось Первое Народное Ополчение. С чем мы его и поздравляем.

ЛЖЕДИМОН lll

Как известно, самозванцев на Руси было, как у дурака фантиков. Однако, помимо первых двух Лжедимонов, отдельного рассказа достоин только один — Лжедимон lll. Правда, был среди этой самозванной публики ещё один, более чем достойный персонаж — Илейка Муромец, он же — царевич Пётр Фёдорович. Но, к сожалению, сей славный народный командир давно уже сложил свою голову, будучи казнённым царём Васькой Шуйским. Но, всё равно помянем народного героя добрым словом. Это был отчаянно храбрый человек, добрый рубака и лихой полевой командир, который отдал свою жизнь в борьбе с угнетателями.

Вернёмся однако же к нашему Лжедимону lll. Вроде бы, как звали его Матвеем, а возможно и Сидором, либо Исидором, поскольку в историю он вошёл, как «вор Сидорка» (так наверное и будем его назвать, дабы не плодить сущности). Был наш Сидорка сыном одного из московских дьяков, ну и вроде, как ещё в юные годы свалил из Белокаменной с отрядом казаков.

Весть о гибели Лжедмитрия ll застиг казачий отряд в Новгородчине. Станичники по-быстрому сгоношили круг и решили, что они тоже не хуже людей. В качестве царя решено было выставить сына дьяка: всё-таки самый грамотный и умный — паровоз видел. Сказано — сделано. Пробравшись в Новгород, новоявленный самодержец всероссийский и объявил себя «осударем ампиратором». Однако не проканало. Господин Великий Новгород сразу вкурил, что перед ним не вор, а апельсин, а посему вынес вердикт в отношении самозванца — обоссать и на мороз!

Однако подобные перипетии не сломили дух самозванца, и он, воссоединившись со своим отрядом, двинулся на Ивангород. Подобное направление было выбрано неслучайно, ибо Ивангород присягнул Лжедимону ll и крепко на том стоял.

Нее, стапэ, пацанчики, давайте вернёмся на год назад в лето 1610 от рождества Христова. А иначе трудно будет понять происходящее, да и вообще — далеко не лишним будет осветить малоизвестные, но весьма любопытные исторические события, имевшие место быть на севере России.

Как известно, царь НеВсея Руси Василий Шуйский в 1609 году в обмен на военную помощь передал шведской короне город Корелы со всем уездом. Правда с передачей города вышел казус — кореловцам не таращило идти под шведов, и они заявили, что «царь Васька нам совсем не Димон, а Димон нам, конкретно, только сам Димон!». В общем, вместо Корелы получили шведы от фаллоса уши, ну по крайней мере пока…

А после Клушинской битвы (июль 1610), в которой шведский ограниченный контингент предал царя Ваську и перешёл на сторону поляков, Швеция объявила войну России и захватила Старую Ладогу. Генерал Делагарди со своим корпусом двинулся на Новгородчину с целью захвата северных русских городов. И если в южной и центральной России мы начинаем наблюдать войну всех со всеми только в 1611 году, то на севере это происходило уже на год раньше. Причём северный военно-политический винегрет оказался настолько пёстрым и разнообразным, что всякие там песни льдов и пламенев и рядом не стояли.

В общем, на начало активных боевых действий на севере был следующий расклад. За царя Ваську были Новгород, Корелы и Копорье. Однако, после передачи Карельского узда Швеции, город Корелы сразу проникся к царю Димону (Лжедмитрию ll). А с началом шведской интервенции на сторону царя Димки перешло и Копорье. Таким образом за Ваську Шуйского, а в последствии за Семибанкирщину остался только Новгород. Псков, Ивангород, Ям, Гдов, Старая Ладога стояли на твёрдых продимоновских позициях. Приблизительно перед началом боевых действий в регион прибыли три партии донских казаков, которые забазировались в Ивангороде, Яме и Копорье.

И вот тут и началось! Практически сразу же после Клушинской битвы, то есть в июле 1610 года, до этого лихо громивший поляков полковник Пьер Делавиль де Домбаль с несколькими сотнями своих французских рейтар захватывает Ладогу. Сам полковник, как и его солдаты, видимо был из гугенотов. Тех самых гугенотов, которых добрые католики столь увлечённо резали в Варфоломеевскую Ночь, и с которыми воевали доблестные мушкетёры напополам с гвардейцами кардинала под стенами Ла-Рошели. Однако не одними только французами славилась шведская армия.

На штурм Ивангорода двинулся генерал Врангель (естественно предок того самого Чёрного Барона, который снова готовит нам царский трон), а в его отряде кого только не было: и сами шведы, и англичане, и ирландцы, и шотландцы с немцами. Однако местные жители, а также казаки были не очень рады разнородной банде Врангеля, а посему решили надавать понаехавшим по соплям, чем в итоге и занялись.

Ну и видимо, чтобы добавить красок в и без того пёструю акварель, в регион прибыл пан Лисовский с трёхтысячным войском своих легендарных лисовчиков, состоящим из казаков (в основном запорожцев), поляков, и татар. Пан Лисовский был одним из воевод Лжедимона ll, и казалось, что все тушинцы должны быть ему очень рады, но… Ладно, вернёмся к пану чуть позже…

А тем временем Чёрный Барон (готовивший нам шведский трон) яростно бился башкой о стены Ивангорода. Видимо, не по душе был барону местный климат — наверно в Крым хотел. Ладно, хватит зубоскалить. В общем, бои шли лютые. Защитники города встали насмерть. И не помогли Врангелю ни штурмы, ни шквальный артиллерийский огонь, ни ракетные удары (кроме шуток). Ну и как итог — бравые солдаты с Туманного Альбиона и Островов Зелёного Эрина пришли к выводу, что воевать с русскими совершенно бесполезно, и предпочли доблестно дезертировать. Кстати, командовал дезертирами французский офицер Режи де Винье. В сложившихся обстоятельствах генерал Врангель вынужден был снять осаду с города.

А в это время в Псков прибыл пан Лисовский. Однако же, видимо было в лице шляхтича что-то такое… Да и плюс такая говорящая плутоватая фамилия… В общем, не внушил пан доверия псковичам, и они послали его в жо… гм… в Ивангород — доставить гуманитарку. Обозу с хавчиком пережившие штурм и осаду иваногородцы несказанно обрадовались. Что же касается пана Лисовского… Ну не лежала у православных душа к этому шляхтичу! Ну не лежала! Ну видимо было что-то такое у него в лице, что само за себя говорило… В общем сказали ему иваногородцы — «а не пошёл бы то, пан, в… в Ям». Тем более, что Ям находился под осадой шведских войск.

Пан Лисовский, надо отдать ему должное, не стал кочевряжиться, а двинул свои войска на Ям. А по дороге к нему присоединился и Режи де Винье со своими дезертирами, которым было совершено фиолетово за кого воевать. Ну, а поскольку пан Лисовский платил звонкой монетой, то, как говорится — ничего личного, просто бизнес.

Прибыв под стены осаждённого Яма, пан Лисовский начал лихо долбить шведские войска. Однако, к шведам подошло сильное подкрепление под командованием Горна. В итоге, нашему храброму шляхтичу пришлось по-быстрому сваливать.

А вот далее произошло то, что подтверждает великую мудрость русского народа. Вот не зря же всем православным не нравился пан Лисовский, ой не зря. В общем, в сентябре месяце пан решил перейти на сторону Сигизмунда lll. Что в общем-то очевидно и вполне понятно. Он же всё-таки поляк (наверное), и наверняка патриот своей страны. Так что претензий к пану мы высказывать не будем. Но это мы не будем. А вот казаки атамана Просовецкого (великолепная фамилия, не правда ли?) считали иначе. Матёрых запорожских ушкуйников совершенно не втыкали ни круль Сигизмунд, ни королевич Владислав, ни Семибоярщина. Чубатые лыцари воевали за своего народного царя и с понталыку их сбить было нереально. В общем, послали казаки шляхтича в дупу и разбрелись по Новгородчине — долбить шведских оккупантов. Таким образом, благодаря ушкуйникам Просовецкого, зарождающееся партизанское движение стало реальной боевой силой.

Очень успешно партизаны действовали в районе Копорья. Особенно удачной была их операция по уничтожению шведского отряда численностью в двести морд. Там имел место быть аналог подвига Ивана Сусанна. В общем, один местный «Кузьмич» прикинулся проводником и повёл шведов на дальний кордон. Естественно, интуристы, обалдевая от местной красоты и набираясь впечатлений от прогулки, так и не чухнули, что их завели в засаду казацко-партизанского отряда.

А в это самое время (тоже в сентябре месяце) в Новгород прибыл боярин-коллаборационист Салтыков, присягнувший Сигизмунду lll. Таким образом, Новгород перешёл под власть польской короны. Что характерно, сей персонаж во время Клушинской битвы уже был на стороне поляков и вёл подрывную деятельность внутри русского войска. Так вот, прибыв в Новгород, боярин-предатель сманил под власть королевича Владислава (но на самом-то деле Сигизмунда lll) крепость Орешек, а также отправил отряды на штурм Ладоги.

В этом же сентябре месяце генерал Делагарди направил войска на штурм Корелы и Орешка. Всё-таки надо было забрать подарок Васьки Шуйского, а то как-то перед людя́ми неудобно. Ну и заодно прихватить ещё несколько русских городов.

Тем временем, засевшие в Копорье казаки и конные стрельцы (видимо, русский аналог драгун), а также бродившие в округе партизанские отряды были совершенно не намерены сидеть в обороне, а совершали стремительные рейды на шведские отряды. Нанося удары, копорцы тут же возвращались обратно — либо под стены крепости, либо в глухие леса и болота. Таким образом, район Копорья стал очагом активного сопротивления шведским оккупантам. Что любопытно — одним из копорских воевод был князь Иван Михайлович Кропоткин — естественно, предок того самого князя-анархиста.

Сторонникам польской короны в Копорье тоже был путь заказан. И как ни старались Новгород и Орешек распространить своё влияние на Копорье, но занятие это было совершено бесперспективное и смертельно для коллаборационистов опасное. Правда, шведские отряды, шедшие на подмогу осаждённого новгородцами гарнизона Ладоги, копорцы (несмотря на политические разногласия) тоже усердно колошматили.

Вот мы и дошли с вами до нашего до 1611 от рождества Христова года. Как там в песне — «это был тяжёлый год, был он тяжелей, чем тот…», ну в общем-то и не поспоришь. Начинался сей год совершенно не скучно. Шведы упорно пытались взять Орешек, а русские не менее упорно его обороняли. Далее, в марте 1611 года, несмотря на упорную оборону русских, войска генерала Делагарди взяли Корелу. А с другой стороны — в феврале новгородские войска предателя Салтыкова отбили Старую Ладогу. Так что пока: 1-1. Правда, с Ладогой вышла прелюбопытнейшая история. Новгородские отряды не могли выбить храбрых французов из Ладоги, и тогда Салтыков, собрав значительные силы, сам двинулся в поход. Однако отважные рейтары-гугеноты продолжали успешно отражать все атаки новгородцев. Держались французы долго и упорно, и вполне возможно, что продержались бы ещё столько же, а то и больше, но вот однажды им втемяшилось в буйны головушки, что шведы их швыранули. Естественно, вспыльчивые галлы дали волю эмоциям и обвинили шведов во всех смертных грехах. В результате чего, гугеноты решили сдать крепость православным (ну не католикам же, право слово).

Надо сказать, что сдача города происходила на максимально почётных для гарнизона условиях. Под барабанный бой и с развёрнутыми знамёнами Пьер Делавиль де Домбаль вывел свой отряд из крепости. При этом, рейтары уходили со всем своим имуществом, оружием и даже с артиллерией. Двигаясь парадной колонной, французы беспрепятственно покинули русские зе́мли. Ну прям, мон шеры, сплошное благородство и рыцарство. Аж до слёз. Однако, вся эта благородная «благородства и рыцарства» оставалась только на севере. В центральной и южной России эта война уже потеряла налёт благородства, и теперь это была бойня и резня.

Что же касается «кинутых» французов, то никакого кидалава не было и в помине. Шведы никогда не забывали про храбрый гарнизон Ладоги и несколько раз посылали им подмогу. Правда, все эти отряды были разбиты, как правило, копорскими партизанами и рейдерами. Кстати, тот самый отряд, который предтеча Сусанина завёл в засаду, шёл именно на помощь гарнизону Ладоги. Однако мобильная связь, а также телевидение в те годы работало из рук вон плохо и нерегулярно — именно поэтому храбрые, но вспыльчивые французы ничего этого не знали и закатили истерику.

Однако, недолго Салтыков наслаждался победой. Новгородцы вкурили, что мулька про царя Владислава — полное фуфло. И что на самом деле Салтыков подписал их под Сигизмунда lll. Идти под Речь Посполитую новгородцев совсем не плющило, и они вызвали с фронта Салтыкова, якобы для важного совещания. Ну а когда боярин-предатель прибыл в Новгород — его, с песнями и плясками, посадили на кол.

Ну и естественно, что в таких условиях, для человека смелого и решительного, надо было быть круглым дураком, чтобы не объявить себя очередным многократно спасённым царём Дмитрием Иоановичем. Что в общем-то наш Сидорка и решил воплотить в жизнь. Вот этой вот шикарной новостью он и поделился с новгородцами, которые только что освободили себя от власти Сигизмунда lll. Как отнеслись новгородцы к этой радостной вести — выше уже изложено.

Ну вот мы и вернулись к тому моменту на котором остановились. В марте месяце 1611 года от рождества Христова, казачий отряд во главе с новоспасённым царём двинулся на Ивангород. Пережившие многомесячную осаду шведских войск, а также едва не обобранные до нитки лисовчиками, иваногородцы несказанно обрадовались новому Лжедимону и тут же признали его — чисто-конкретным Димоном. По этому поводу в городе замутили трёхдневные гуляния, салюты, фейерверки, карнавалы и всякий прочий бухлоберфест.

В это же самое время, под оккупированной поляками Москвой соединились нижегородские и рязанские отряды Первого Народного Ополчения. Это были, с одной стороны, войска князя Репнина, куда входили отряды воевод Масальского и Измайлова, а также атамана Просовецкого, а с другой — войско Ляпунова, куда входил и отряд князя Пожарского. Прибывшее к Нерезиновску ополчение взяло город в осаду. Естественно, видя такую движуху москвичи решили ударить в набат и устроить национально-освободительную войну местного значения.

Гетман Гонсевский бросил на подавление восстания отряды ландскнехтов. Карательные немецкие зондеркоманды действали, крайне жестоко — намереваясь буквально в крови утопить все попытки москвичей к сопротивлению. Однако, благодаря восставшим, в Москву смогли проникнуть части князя Пожарского и воевод Бутурлина и Колтовского. Вокруг вошедших в город сил Народного Ополчения тут же сплотились большие группы восставших москвичей, что позволило им вести успешные наступательные действия против оккупантов.

Отряд Пожарского дал хороший бой интервентам в районе Сретенки. В итоге, Пожарский отпракинул войска противника и загнал их в Китай-город. Отряд Бутурлина уверенно держал район Яузских ворот, а Колтовский захватил Замоскворечье.

Видя, что ситуация полностью выходит из-под контроля, гетман Гонсевский приказывает поджечь город. Именно поджог Москвы в нескольких местах позволил польско-немецким частям не только избежать разгрома, но и провести несколько контратак. В одной из таких контратак на Лубянке был ранен князь Пожарский и его пришлось срочно эвакуировать в госпиталь, ну в смысле — в Троицкий монастырь.

В Замоскворечье контратака против Колтовского закончилась для противника неудачей. А вот удар кавалерии пана Зборовского и пана Струся на отряд атамана Просовецкого наоборот был для поляков успешен. Казаки были опрокинуты и понеся большие потери — заныкались в гуляй-городе (полевое укрепление из телег и рогаток). После чего польская кавалерия, с чувством глубокого удовлетворения, вернулась в город. Правда в самой Москве, оккупанты теперь контролировали лишь Кремль и Китай-город. Ну а тут к столице и подошли основные силы Заруцкого, Трубецкого и Ляпунова.

А тем временем на севере, под власть Лжедимона lll, помимо Ивангорода, перешли: воинственное Копорье, героический Ям, а также Гдов.

Комендант Нарвы Филипп Шединг начинает переговоры с новым Дмитрием Иоановичем. Однако шведская сторона быстро понимает, что перед ними не Лжедимон ll на которого они рассчитывали, а реально какой-то фуфломицин, после чего переговоры сворачиваются. Есть конечно же другая версия, что это Сидорка сам не стал тереть за жизнь с оккупантами. И какая из этих версий правильная — ведает один лишь только мифический Мокеле-мбембе.

Однако видя, что спасённый царь-батюшка не идёт на контакт с интервентами, к нему потянулись всевозможные партизаны. Прибыло даже какое-то количество новгородских дворян — желающих постоять за Землю Русскую.

В это же самое время в окрестностях Пскова ураганили банды беспредельщиков пана Лисовского. На борьбу с отморозками-лисовчиками из Пскова выступили несколько казачьих отрядов. Однако, вместо наведения конституционного порядка, казаки-ушкуйники отправились служить царю Димону (Сидорке). И теперь у Лжедимона lll вырисовывалось вполне боеспособное войско, состоящее из казаков, стрельцов, всевозможных партизан и даже какой-то части дворян и детей боярских (военное сословие, практически аналогичное дворянам). Таким образом, закрепившись на определённой территории, и набравши кое-какие военные силы царь-батюшка Лжедимон lll направляется присоединять Псков.

В это же самое время, после казни предателя Салтыкова и перехода на сторону Народного Ополчения, правящая верхушка Новгорода совершает очередной финт ушами и вступает в сговор со шведами, после чего сдаёт город генералу Делагарди и встаёт на путь сепаратизма — замутив свою самостийную учредилку. Отношения между Новгородом и Псковом и до этого были не ахти, так как первые были то за Ваську Шуйского, то за королевича Владислава (читай — короля Сигизмунда lll), а вот вторые были ярыми сторонниками Лжедимона (всех номеров). А теперь, когда нависла угроза того, что Псков уйдёт к очередному Лжедимону, то настало время и прямого вооружённого противостояния. И в итоге, объединённое шведско-новгородское войско под командованием Горна, пошло брать на шпагу город Псков.

Естественно, первым к Пскову прибыло войско царя Димки. Начались тёрки. Пока старшие пацаны решали — признавать им или нет очередного самозванца за конкретного Димона — к последнему валом валили псковичи попроще. Вопрос признания осложнялся тем, что из штаба Народного Ополчения по селекторной связи сообщили, что кантачить со штрибаном Сидоркой полный зашквар. А с другой стороны — всякие Ляпуновы и прочие Пожарские были далеко, а падла Лисовский и лютые шведовцы совсем рядом. И соответственно, сам Хрен-Пойми-Димон-Или-Нет — вот он — под стенами, и с союзным войском.

В общем, пока телились, тут и нагрянул Горн со своим войском.

Царь Лжедимка словил измену лютую и, бросив артиллерию, ломанулся обратно в Ивангород. К счастью, псковичи брошенный артиллерийский парк тут же приняли на вооружение и поставили на стены.

На реке Плюссе одну из колонн отступающих (причём именно ту, где был Лжедимон) настигла шведская кавалерия и разнесла её в кровь и шишки. Сидорка тогда спасся практически чудом, но всё-таки добрался до Ивангорода, где и зацарил.

А вот шведско-новгородское войско (под своим жовто-блакитным прапором шведской короны) завязло под стенами Пскова. Упорные бои шли два месяца, однако в итоге войско Горна взять город не смогло, и крепко получив по соплям уползло восвояси.

В это время под Москвой, вместо того, чтобы начать штурм удерживаемых поляками районов столицы, Народное Ополчение начало выстраивать горизонтальную вертикаль власти. Был создан Земской собор, в который вошли все полевые командиры: князья, бояре, татарские царевичи, атаманы, воеводы и тд и тп… В итоге начались лютые рамсы между знатью и казако-ушкуйниками. Естественно, знать хотела больше крепостничества и «железной руки». Ну, а в свою очередь лихой ушкуйный, а также и всякий бывший подневольный народ — хотел максимально больше воли, гражданских свобод и всяческих прав человека.

Вроде бы как поляки пустили мульку, что Прошка Ляпунов хочет извести на Святой Руси всё казачество. В итоге, казаки вызвали Прошку на круг, где и задрушлатили его в паклю.

Естественно, после таких зихеров, дворянское ополчение смазало ласты, свалило из-под Москвы, и в большей части рассосалось по загашникам, прикинувшись ветошью. Шура́ полевых командиров ушла в небытие. Это принято считать концом Первого Народного Ополчения. Хотя ушкуйно-казачье войско Заруцкого и Трубецкого осталось стоять под Москвой.

Тем временем на севере, получившие по соплям под Псковом шведы, внезапно, прониклись уважухой к Лжедимону и предложили ему встать под жовто-блакитный шведский прапор в чине наместника Псковской земли. В ответ на столь щедрое предложение царь Сидорка поведал шведским партнёрам о том, что он многократно делал с их мамой, и обещал устроить им тотальную карапупу.

А в это время в Псков из «Центра» пришла радиограмма о том, что Прошка Ляпунов — всё. Псковичи прикинули нынешние расклады, обкашляли ситуацию на сходняке, и порешали — признать Сидорку, чисто-конкретно, царём Всея Руси.

Таким образом, в декабре 1611 года от рождества Христова, под колокольный звон и залпы орудийных салютов, торжественным маршем в Псков вошёл царь Димон Иоанович.

А в это время, в славном городе Астрахане объявился ещё один государь Всея Руси - Лжедимон lV.

Ино побредём дале…

Иркутск. 23.09.23.

Глава 6 Второе Народное Ополчение или гибель земли русской

. ДЕЦЛЬНОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ

Долго я не решался подойти к снаряду — уж больно тяжёл, собака. Но… Как ни крути, а подходить надо, тем более, что впереди главный вес в данной дисциплине — Стенька Разин. В общем, сиди, не сиди — а начинать надо.

Решил я зайти на Педивикию, дабы освежить память, да и по датам сориентироваться. В общем, зашёл я тудой и оху… гм… впал в крайнее изумление — оказывается, мелкий торгаш-ларёчник с рынка собрал войско (дворяне, дети боярские, казаки), поставил во главе князя-Рюриковича, а также собрал лавэ чуть ли не с половины Руси-Матушки, и все рамсы на Москве с олигархатом Семибанкирщины, а также с Польско-Литовской братвой развёл. Не крутовато-ли для обычного барыги-мясника, а?

Объясняю на пацановском: комерс-барыга собирает пацанов из нескольких весьма авторитетных бригад (комерс — ПАЦАНОВ!!!), ставит во главе их авторитета — можно даже сказать — вора в законе, собирает бабло с нескольких регионов, мало того, ему даже башляют мультимиллиардеры Строгановы. Это что за уровень такой у барыги-ларёчника?!

Это я приблизительно под наши реалии подвёл для пущей наглядности. Хотя, в этом даже есть некое упрощение темы, поскольку в ТОЙ феодальной реальности это выглядит ещё более фантастично и даже шизоидно.

То есть получается, что в жёстко феодальном обществе вонючее безродное быдло начинает рулить… Да возьмём даже казаков — они хоть и не голубых кровей, однако люди военные, и для них торгаш вообще не авторитет. Наоборот, для казаков торгаш это тот, кого надо сношать и доить. А если взять детей боярских и дворян (основную массу ополчения), а это уже служилые люди по отечеству, и для них безродный торгаш всё равно, что чушпан для пацанов. Да член с ними, с дворянами и детьми боярскими, торгаш князей строить начал. Князей!!! И не только бедноватых и не шибко влиятельных Пожарских, но людей с такими фамилиями… Из реального ТОП-10 того времени: Трубецкие, Голицыны, Милославские и т.д. и т.п.

В общем, торгаш-ларёчник всех собрал, всех застроил, всем раскачал по-понятиям, собрал со всех капусту и спас Русь-Матушку. А если бы не он, то накрылась бы Русь первичными женскими половыми признаками. Без вариантов.

Ну, это если верить Педивикии. Однако, мы верить не будем…

ИСТОК ВТОРОГО НАРОДНОГО ОПОЛЧЕНИЯ (ВНО)

Таймлайн в предыдущей нашей скрижали мы остановили на декабре 1611 года. А теперь, осенив себя крестным знамением, повертаемся мы в зад — в июнь месяц того же года, когда Тайвин Ланнистер взял Винтерфелл, ну в смысле — Сигизмунд Третий своего Имени взял Смоленск. В общем, апосля того, как польский круль зацарил на Смоленщине, оттедова свалила (практически в полном составе) вся местная фракция служилых людей. Естественно, это были служилые люди по отечеству, то есть дворяне и дети боярские — аристократия. Так вот, припёрлись Смоленские в Нижний Новгород, справедливо полагая, что там им кушать дадут. Почему именно в Нижний? А всё просто, эта территория была наименее затронута гражданской войной, а значит ещё не подвергалась тотальному разорению, а сие означает, что хавчик там водится. Что характерно, идти на Москву под руку говноедов из Семибоярщины для конкретных смоленских пацанов было абсолютно зашкварно.

Так вот, дабы не выглядеть совсем уж дармоедами, прибывшее в Н-Н Смоленское ОПГ начало втирать хлебосольным и любопытным нижегородцам жуткую жуть про литовскую напасть, про Лжедимонов, про головорезов-ушкуйников и про мразотную семибанкирскую падаль. Естественно, всех вышеупомянутых Смоленские выставляли кончеными тварями, а себя выпячивали солнушками-колоколнушками.

Естественно, была в Нижнем Новгороде своя очень даже нехилая кодла служилых людей по отечеству. Вот и смоленские пацаны начали накидывать своим местным коллегам за то, что в нынешнее поганое время ровным пацанчикам надо держаться и двигаться по жизни вместе. Да и совместно местных чушпанов проще держать в повиновении, а то, не дай Царица Небесная, случится восстание, а уж мы — Смоленские — знаем, как это бывает.

Сами нижегородские служилые по отечеству пацаны всю дорогу придерживались правящего в Москве режима. Однако, после зацарения в Нерезиновске Семибанкирщины, Нижегородские к Первопрестольной резко охладели в виду «прекраснейших» человеческих качеств правящего олигархата. Таким образом, прибывшая в Нижний группировка служилых смоленских пацанов пришлась очень даже ко двору.

Нет, речь о самостийности и сепаратизме не идёт, просто служилые пацаны решали насущные вопросы. Ближней задачей было выживание в условиях гражданмкой войны и интервенции. А задачей последующей — установление на Москве лояльного себе режима. В самозванство пацаны не желали. А желали они усадить на Железный Трон какого-нибудь от них зависящего штрибана. Кандидатов на данный момент у Смоленских и Нижегородских было два: Влади́слав Сигизмундович — сынулька польского круля, а также Карл Карлович — сыночка короля Швеции.

Оба этих принца были одинаково удобны для пацановской русской шляхты, поскольку, что один, что другой были бы очень слабыми политическими фигурами и целиком и полностью зависили бы от посадивших их на трон Вестероссии пацанов.

Вот и стали две группировки служилых пацанов кумекать, как им быть дальше. Надо сказать, что ярославские дворяне и дети боярские стали активно посматривать в сторону альянса Смоленских и Нижегородских. Причём, посматривать с явной симпатией.

Оно конечно же, объединённой силы трёх служилых группировок хватило бы, чтобы отбиться от войск бесконечных Димонов, отрядов ушкуйников и банд мародёров, однако для решения стратегических задач этого было явно не достаточно. Каких стратегических задач? Ну во-первых — отражение польской (а в дальнейшей перспективе и шведской) интервенции. А во-вторых — взятие под контроль Москвы.

Триумвират Трубецкого, Заруцкого и Ляпунова почти смог взять Нерезиновск. Оно конечно же, «почти», как правило, не считается. Однако, не в этом случае. Первое Народное Ополчение не взяло Белокаменную совсем не из-за нехватки войск, а из-за внутренних разногласий. Как известно, Прошка Ляпунов был убит казаками, после чего служилые пацаны по отечеству в большинстве своём свалили из Ополчения. Однако, ушкуйно-казачьи отряды Трубецкого и Заруцкого по прежнему стояли под Москвой, и даже совместно с восставшими жителями столицы контролировали часть её территории.

Вот против этой служилой не по отечеству лихой братвы Смоленским, Нижегородским и Ярославльским аристократическим пацанам тоже нужна была военная сила. И примирение между двумя этими силами было невозможно (по крайней мере на данный момент) поскольку первые были за народного царя, а вторые за «законного».

Вот и порешили служилые по отечеству пацаны, что нужно собирать СВОЁ народное ополчение. И надо отдать должное военным аристократам, ибо действовать они начали по уму.

Ну как-то не вяжется всё происходящее с навязываемой картиной, где Русь-Матушка без царя совсем погибла и только лишь чудом появившийся Козьма Минин и примкнувший к нему князь Пожарский, опять же чудом, спасли страну от полного уничтожения.

Ну, во-первых — не было никакой гибели, ибо гражданская война пошла на спад и носила очень сильно локальный характер, да и интервенция тоже была очень сильно частичной. А во-вторых — не было никакого чуда, и забегая вперёд скажу, что никакую Русь вокруг себя Минин не собирал, а лишь выполнял волю земства (прежде всего чисто-конкретных служилых пацанов). И не было бы Минина — на его место пацаны поставили бы кто-то другого. Без вариантов. Так что личность Козьмы раздута у нас просто до неприличия. Ну да ладно, начнём обо всём по порядку…

Служилые пацаны, оперевшись на земство, стали шевелить вопрос о новом народном ополчении.

Немного поговорим о самом институте земства, без которого мы вообще ничего не поймём. Краткая историческая справка:

В 1550 году был составлен Судебник — свод законов, который законодательно оформил земское начало на Руси. Ранее в городах и волостях государевы кормленщики, поставленные сверху, постепенно заменялись выборными «лутчими людьми». В 1556 году кормления были отменены, и воеводы стали разделять власть на местах с губными и земскими старостами.

Земства имели широкую сферу деятельности: назначение денежных сборов, заведование земским имуществом и капиталом, устройство и поддержание местных путей сообщения и другое. Решать и даже обсуждать какие-либо политические вопросы земствам запрещалось: это была прерогатива верховной власти.

Таким образом получается, что тиран и деспот Иван Грозный заложил на Руси прообраз гражданского общества. Правда, Романовыми земщина была очень быстро ликвидирована, затем возрождена в 1864 году и просуществовала до 1919 года, когда и была полностью упразднена (а наверное зря).

В общем, служилые пацаны решили втереть земству, что поскольку ситуация в стране чрезвычайная, то пора бы перейти и к политическим (ранее табуированным) вопросам. И земства согласилася! Ещё бы — сиволапому быдлу позволили вершить судьбу страны! Ну как вершить… Горланить за политическую волю пацанов. Минин, видимо, был самый горластый на базаре, вот его пацаны и поставили электорату и прочим чушпанам заяснять по понятиям.

Стоит сразу сказать (дабы ни у кого не возникло иллюзий), что все эти «господа освободители» (служилые пацаны) сразу же промеж себя на берегу добазарились, что в случае прихода к власти первым делом будет введено крепостничество. То есть, Смоленские, Нижегородские, Ярославльские и все прочие ОПГ решили реально зачушпанить практически весь русский народ (ну, по крайней мере всю его аграрную часть). И в итоге они это сделали — крестьяне на Руси стали реально бесправными чушпанами. Вот такое вот, ребзя, «спасение» и «освобождение» Руси.

Теперь более подробно о событиях… Из нескольких ОПГ в Нижнем сформировалось мощное ОПС, к которому потянулись служилые пацаны из более мелких группировок. В сентябре месяце пацаны от слов перешли к делу и замутили земскую движуху. Во главе движняка поставили самого горластого комерса, которому рассказали, что он теперь не просто «при пацанах», а практически сам равен пацанам. Барыге мулька вкатила, и он начал жопу рвать за пацановскую тему. Комерс оказался доусрачки деятельным (потому и выбрали), да и электорату нравилось, что всем рулит чувак из народа, а не аристократия. Правда, «спаситель» Козьма видимо не очень отдуплял, что он очень удобная крайняя жопа, которую пацаны в случае неудачи сольют без всякой жалости. А может быть месье Минин всё прекрасно отдуплял, и поэтому так упорно и рвал жопу, что проиграть ему было нельзя.

В общем, поставили Козьму зампотылствовать над всей движухой, с чем он вполне успешно и справлялся. Естественно, месье Минин был не только зампотыл, но и осуществлял всю административную деятельность. Ну, по крайней мере официально выглядело именно так. Однако же, для Народного Ополчения нужен был реальный командующий. А для этого всякий вонючий комерс не канал совершенно. Да тут даже служилый пацан из старших не канал. Нужен был чисто-конкретный авторитет. И такого быстро нашли. Естественно, был это ещё один легендарный «спаситель» — князь Димон Михайлович Пожарский. Помимо того, что князенька прославился участием в карательных операциях против народных повстанцев-партизан (а для пацанов наличие карательных функций у командующего было обязательным критерием для выбора кандидатуры), он ещё и был участником Первого Народного Ополчения.

Кстати, Димон Михайлович был большим сторонником восшествия на русский престол сына шведского короля Карлухи Девятого своего Имени. Сынульку Карлухи тоже звали Карлухой, точнее Карл Филипп. Что любопытно, и Карл Густавович Девятый своего Имени, и Сигизмунд Юханович Третий своего Имени — оба были из шведской династии Ваза.

Таким образом, и топивший за шведского принца Карлуху Димон Пожарский (а также многие из нижегородских служилых пацанов), и топившая за польского принца Влади́слава Семибоярщина — все они выступали в интересах шведской династии Ваза.

Легко представить, что было бы при реализации любого из этих проектов. Всех этих Ваз и их родственников, дружков-приятелей, да и всяких прочих шведских авантюристов и откровенных мошенников поналезло бы к нам, как тараканов, либо как голштинцев при Петре Третьем своего Имени. Естественно, отредактировали бы и Несторовскую летопись, где теперь намертво было бы вбито, что Рюрик был чисто-конкретно шведский пацан, и вся кодла его была исключительно чисто шведская, и вообще, если бы не шведы, то «словяны сиволапыя» до сих пор бы камнем жопу вытирали и шишкой расчёсывались.

Пардон муа, моншеры, что-то я сильно отвлёкся. Возвращаемся к Ополчению, мать его…

И тут надо отдать должное этой пацановской движухе. Если первая туса Ляпунова-Заруцкого-Трубецкого была очень сильно противоречивой и временной шуро́й полевых командиров (которая очень скоро ушла в небытие), то земский движняк при патронате служилых ОПГ развёл очень бурную и эффективную деятельность. Прежде всего, речь пойдёт о бабле. «Господа освободители» сначала начали собирать «добровольные» пожертвования с местных барыг на создание собственного ЧВК. Однако, лавандосов не хватало, и тогда «спасители» конфисковали у всего населения Нижнего Новгорода пятую часть имущества, а кто не хотел башлять на пацановский движ, того полностью лишали всего имущества. При этом (если не врут), мясной комерс Козьма вроде как пожертвовал в общак всё, что нажито непосильным трудом (три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… три…), и даже оклады с образов содрал (причём, видимо, не только у себя). Ну и помимо обдиралова местных чушпанов, служилым пацанам подфартило со Строгоновыми, которые решили выступить генеральными спонсорами данного проекта.

При этом, нижегородский владелец мясной фирмы «Папа может» (вот здесь не плохо было бы получить за рекламу) деньги из общака не крысил и всё пускал в дело. Таким образом, дела быстро пошли в гору.

Когда зашелестели башли, то в Нижегородское «всенародное» ЧВК потянулись служилых пацаны из разных земель. В том числе и некоторые казаки, а также остатки стрелецких частей.

Сбор «всенародного» Вагнера продолжался всю зиму 1611–1612 гг. И вот наконец-то в конце зимы три тысячи штыков и сабель ЧВК Пригожина (Минина) и Уткина (Пожарского) двинули на Москву.

ЛЖЕДИМОНОВЩИНА

Остановим ненадолго Пригожинский марш на Москву и вернёмся в декабрь 1611 года от рождества Христова. И переместимся мы в стольный град Псков, где зацарил Вор Сидорка, он же — Лжедимон Третий Не своего Имени.

В прошлый раз остановились мы на том моменте, когда новоявленный император Всея Руси Димон Первый своего Имени под колокольный звон и орудий салют въезжал в Псков.

А Псков в то время два месяца был в осаде совместного войска шведской короны и сепаратистов из Новгородской Народной Республики. Причём, практически всю Смуту Псков твёрдо стоял на продимоновских позициях и категорически не признал ни Ваську Шуйского, ни всякую там Семибанкирщину. Естественно, попав в трудную жизненную ситуацию, Псков запросил по рации помощь у Первого Народного Ополчения. И помощь под командованием воевод Никиты Хвостова и Михаила Милославского таки прибыла. Естественно, среди прибывших в Псков войск было полным-полно лихих ушкуйников и казаков, которые ходили под знамёнами Лжедимона ll. Эти самые лихие хлопцы и донесли до псковичей потрясающую мысль, что надо идти в Ивангород, признавать засевшего там Лжедимона за конкретного Димона и звать его во Псков, а иначе всем кабзда.

Псковичи оказались народом умным и тоже смикитили, что не стоит переоценивать значение личности в истории, а гораздо важнее двигать саму идею народного царя. В общем, собрали псковичи внушительную делегацию и отправляли её звать на царство богоспасённого императора Всея Руси (опять же напоминаю, что Лжедимон Первый своего Имени изволили принять титул императора).

И вот прибыл в Псков очередной Лжедимон, в царство которого помимо самого Пскова входили также Гдов, Ям, Копорье и Ивангород. Так же, благодаря обшей борьбе против шведских оккупантов, в сторону спасённого царя склонялся и Орешек, жители которого даже слушать ничего не хотели ни про поляков, ни про шведов, ни про московский олигархат. Так что, шутки шутками, а у нового Дмитрия Ивановича на севере образовалось хоть и небольшое, но вполне себе совсем не кукольное царство, ну или как минимум — Псковская Народная Республика.

Естественно, зацарив на Пскове, Лжедимон Третий своего Имени тут же направил делегацию под командованием атамана Герасима Попова к стоявшей под Москвой лихой братве Заруцкого и Трубецкого.

Узнав о прибытии послов от народного царя-батюшки, оставшиеся от ПНО казаки и ушкуйники собрали круг и порешили отправить делегацию (из состава лиц, лично знавших Лжедимона ll) к спасённому императору. Естественно, делегаты опознали в Лжедимоне конкретного Димона. Может быть, конечно же, казаки-делегаты испугались димоновской кодлы с «пушками» и «перьями», а может быть решили, что важна не конкретная личность народного царя, а его дело.

В отличие от своей лихой голозадой братвы, князь Трубецкой и атаман Заруцкий восторга от нового самозванца не испытали и отправили для правильного опознания двух своих штрибанов — Бегичева и Лопухина, которые и должны были разоблачить Вора Сидорку. Однако, послы подмосковных народных воевод рисковать не стали, а тоже признали царя Димона.

А далее, помятуя о судьбе Прошки Ляпунова, нового Лжедимона признали и Трубецкой с Заруцким. А перед этим, ПНО благословил сам аятолла Гермоген, который прозвал всех православных встать под знамя спасателей отечества и православного шариата. И вот теперь зацаривший во Пскове Лжедимон был официально признан подавляющим большинством Первого Народного Ополчения. Таким образом, путь Лжедимону lll на Москву был открыт.

Ну, а тем временем, пока всякие посольства курсировали туда-сюда между Псковом и Москвой, Лжедимон Третий Не своего Имени во главе ушкуйно-казачьих отрядов ходил в набеги на Дерпт, а также на шведскую Ливонию. Таким образом получается, что самозванец Матюшка-Сидорка (Матвей-Исидор) был единственным, кто в это время вёл боевые действия против шведских оккупантов. Причём, надо отдать парню должное, сражался он не только на своей территории, но и переносил боевые действия на территорию противника, что говорит об его оперативно-стратегической смекалке. В общем, с военной точки зрения чувак всё делал более-менее правильно. Да и с политической тоже. Причём, это касается, как внешней политики, где он категорически отказывался вступать в любые сговоры с оккупантами, в отличие от всех остальных, начиная с Васьки Шуйского, а затем и коллаборационистского правительства Новгородской Народной Республики, Семибанкирщины, спасителя Всея Руси Димона Пожарского, да и всего ВНО в целом. Таким образом, твёрдая непримиримая позиция в отношении к оккупантам отражалась и на внутренней политике псковского Лжедимона. Естественно, такая его позицию очень многим импонировала, и спасённому государю массово присягали и крестьяне, и посадские, и казаки, и стрельцы, и дети боярские, и дворяне. Ну и, конечно же, главным внутриполитическим достиженем Лжедимона lll было признание со стороны Первого Народного Ополчения. И теперь со стороны ПНО во Псков потянулись отряды казаков-ушкуйников, которыми царь Димон укреплял гарнизоны своих городов, в том числе и псковский гарнизон.

Конечно же, не всё так гладко было у этого Лжедимона. Земские воеводы, входившие в состав ПНО, отказались присягать самозванцу и увели свои части из-под Москвы. Нашлись и среди казаков-ушкуйников несколько доусрачки принципиальных ветеранов, которые тоже заявили, что новый Димон совсем не Димон. Коллеги конечно же возражали последним, что мол если этот Димон вам не нравится, то пизд… гм… валите нахер к Семибоярщине, к ляхам или к «господам освободителям». Однако же, подавляющее большинство ПНО всё-таки признала нового Лжедимона конкретно Димоном.

Естественно, жевать сопли в сложившейся ситуации наш третий Лжедимон был не намерен. А намерен он был заявиться под Москву, воссоединиться с семьёй — дражайшей супругою Мариной Мнишек, а также с сынулькой и наследником престола Иоанном Дмитриевичем; возглавить ПНО и на их штыках усесться на Железный Трон Вестероссии.

Для встречи Вора Сидорки и конвоирования его в подмосковные лагеря, ну в смысле для сопровождения государя императора в расположение войск ПНО во Псков направился казачий отряд под командованием воеводы Ивана Плещеева. Сам Ваньша был знаменит тем, что когда-то служил Ваське Шуйскому, затем Лжедимону ll, затем пошёл за Прошкой Ляпуновым и вступил в ПНО, в составе которого лихо рубился с поляками. Естественно, лично знавший Лжедимона ll Ванька Плещеев ничтоже сумняшеся сразу же опознал Вора Сидорку, как конкретного Димона.

А вот тут у нашего самозванца произошло головокружение от успехов. Начинал-то он красиво, в том числе и в плане непримиримой борьбы с оккупантами, однако испытание властью не выдержал. Начал наш самозванец обкладывать псковичей непомерными поборами, синячить по-чёрному, а также трахать всё, что шевелится.

В общем, глядя на непотребства Лжедимона, прибывшие из-под Москвы казаки разочаровались в Его Величестве и свалили нахер из Пскова. А вскоре, в мае месяце, шведы взяли Порхов — город в Псковской земле. Дабы отбить город обратно, Лжедимон отправил на Порхов сильный отряд верных ему казаков. Ну и, как только вышеуказанный отряд ушёл из города, то псковичи сразу же подняли восстание против охеревшего царька. Однако, Лжедимон и верный ему князь Хованский с небольшим отрядом сбежали в город Гдов.

Впоследствии Ванька Плещеев уговорил князя Хованского выдать Лжедимона. И вот теперь воевода Плещеев действительно этапировал в подмосковные лагеря Вора Сидорку.

* * *

К Лжедимону lll мы ещё вернёмся, а пока немного поговорим о Лжедимоне lV. Появился сей деятель в конце 1611 года в Астрахани. И появился не сам по себе, а во главе отряда нанайских татар князя Петра Урусова — урождённого ногайского мурзы Урак бин Джан-Арслана. Да-да, это тот самый профессиональный предатель Урусов, который убил Лжедимона ll.

Видимо, вдоволь набегавшись между разными лагерями, Урак бин Урусов решил сыграть в собственную игру и скреативил собственного самозванца. И поначалу всё шло успешно. Астрахань признала нового царя. А вслед за Астраханью Лжедимона lV признало и всё Нижнее Поволжье. А вот, что было дальше, совершенно неизвестно.

Видимо после того, как Лжедимона lll признало ПНО, мурза-князь Урусов понял, что перспективы у Лжедимона lV весьма тухлые. Скорее всего, Петька Джан-Арслан сам и зарезал своего протеже, точно также, как он когда-то убил и Тушинского Лжедимона.

Ну, а по завершении своей поволжской эпопеи, мурза Урусов свалил в Крым, где стал главным советником крымского хана по московским вопросам, а также одним из главных организаторов походов крымчаков на Русь

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ СТАНОВЛЕНИЕ ВНО

Вернёмся в март 1612 года, в самое начало Пригожинского марша на Москву. Пацанско-земское ЧВК успешно прошло через Балахну, Тимонькино, Сицкое, Юрьевец. Шли пацаны весело. С песнями и плясками. Под барабанный бой и звенящую медь полковых оркестров, а также под модные мелодии тех лет, звучащие из магнитолл и магнитофонов. Везде вагнеров встречали хлебом-солью, а также группы местных пацанов с удовольствием вступали в ЧВК.

Однако, в Решме Пожарские вагнера узнали о том, что ПНО во главе с Трубецким и Заруцким присягнуло Лжедимону lll. От таких новостей пацаны приуныли. А глава администрации города Костромы — воевода Иван Шереметьев вообще заявил пригожинцам: «идите в жопу, уроды!» — и затворил городские ворота. Естественно, князь-воевода Шереметьев (как и все нормальные пацаны) присягнул царю Дмитрию Иоанновичу, и какая-то там нижегородская шпана ему никуда не брякала.

Однако, имеющие на руках какой-никакой налик вагнера подкупили часть служилых по отечеству костромских пацанов, которые и сместили главу городской администрации. Таким образом, Пожарско-Мининская ЧВК заняла Кострому, после чего двинула на Ярославль.

Авангард Пригожинского ЧВК двигался на Ярославль форсированным маршем, поскольку туда же шли казачьи отряды братьев-атаманов Просовецких, которых Заруцкий послал на захват вышеуказанного города. Вагнера успели первыми, и Просовецкие несолоно хлебавши отошли от Ярославля и направились в Суздаль. А вскоре в Ярославль прибыли и остальные части князя Пожарского.

А вот в Ярославле вагнера остановились надолго, поскольку дальше идти на Москву не имело не малейшего смысла. Всё дело в том, что в данный исторический период вся эта кодла «господ освободителей» стала кучкой отщепенцев, которые совершенно не плясали против стоявших под Москвой верных Лжедимону lll войск Трубецкого и Заруцкого. Таким образом, князенька Пожарский и мясной барыга Минин вкурили, что они супротив Лжедимона всё равно, что плотник супротив столяра, и поэтому они и решили зависнуть в Ярославле и занять выжидательную позицию.

И выжидали «господа освободители» ровно до того момента, когда воевода Плещеев этапировал Вора Сидорку в распоряжение князя Трубецкого. Трубецкой определил бывшего государя на кичу, и узнавшие об этом ярославльские сидельцы тут же зашевелились.

Правда, совсем уж с перстом в гузне Пригожин и Уткин всё это время не сидели, а продолжали собирать бабло с подконтрольных территорий, а также нанимать всевозможных служилых (как по отечеству, так и не по отечеству) пацанов. Само сидение вагнеров в Ярославле длилось четыре месяца. И именно во время этого сидения пришёл лавандос от Строгоновых. А тут ещё и оба Лжедимона — всё.

И вот казалось бы, только пацановская идея стала накрываться сами знаете каким органом, как служилым по отечеству вновь фартануло — низложен главный их враг — Лжедимон lll. И вот с этого момента пацанам Пожарского пошла карта. Тут же в Ярославль припёрлись представители знатнейших княжеских родов — Долгорукие, Куракины, Бутурлины, Шереметевы и многие другие. Вот с этого момента всё пошло по-взрослому. Был сформирован Совет Всея Земли, куда вошли все эти прибывшие князья. Этот самый Совет Федерации уже практически выполнял функции правительства.

Тут же началась дипломатическая работа. «Господа освободители» начали тереть с новым королём Швеции — Густавом ll Адольфом, а также с сепаратистами из Новгородской Народной Республики на предмет их нейтралитета. Естественно, что покупать нейтралитет «господа освободители» собрались за счёт русских земель, передаваемых шведской короне, а также за счёт признания незалежности Новгородокраины. Также же, главный освободитель вся Руси князь Дмитрий Михайлович Пожарский созванивался с императором Священной Римской Империи Германских Наций Фердинандом ll на предмет сажания на Железный Трон Вестероссии эрцгерцога Максимилиана — брата императора.

Прикольные освободители, правда, дружище? Самозванцы с оккупантами насмерть бьются и отказываются уступать даже малейший клок русской земли, а истинно-русские господа освободители разбазаривают территории без малейшего зазрения совести.

А засевшие в Ярославле пацаны, получив солидное бабло от Строгановых, от подконтрольных земель, а также солидные подгоны от всевозможных барыг и комерсов, объявили массовый набор в своё войско. Денежное довольствие в отрядах ВНО было более чем солидное. Этого довольствия хватало не только на хавчик и «волыны с пиками», но и на каски с брониками, от которых на Руси из-за тотальной бедности стали отвыкать. Таким образом, в Пригожинском ЧВК не было отбоя от всевозможных служилых пацанов всех мастей. В итоге под знаменем Вагнера собралось от 12 до 14 тысяч штыков и сабель. То есть, это уже не ЧВК, а полноценное войско.

Атаман Заруцкий, понимая угрозу, которую представляют для него вагнеровские пацаны, послал своих ассасинов на ликвидацию князя Пожарского. Однако, киллеры лажанулись, и покушение провалилось. Мало того, Пожарский узнал, что ниндзей подослал именно Заруцкий, и теперь атаману встреча с самураями ВНО не грозила ничем хорошим.

В начале июля «господам освободителям» стало известно, что на Москву идёт великий гетман Литовский пан Ходкевич. Под знаменем гетмана шло до 12 тысяч штыков и сабель — огромное войско для той войны! Причём, войско отборное, включавшее в свой состав отряды непобедимых крылатых гусар. И самое главное, войско гетмана тащило огромную колонну с гуманитаркой и БК как для себя, так и для засевшего в Кремле польского гарнизона.

В ответ, войска ВНО выдвинулись навстречу Ходкевичу.

Атаман Заруцкий, попав меж молотом и наковальней, понял, что теперь ему точно кабзда, и с отрядом верных казаков срочно самодепортировался в Коломну.

Ну в общем свалил Заруцкий в Коломну, а 22 августа под Москвой началась генеральная махачь между войсками гетмана Ходкевича и князя Пожарского.

Перед самой битвой штаб ВНО скидывал князю Трубецкому сообщения на пейджер с предложениями сражаться вместе, однако последний главком ПНО проигнорил все эти СеМеСе и от сражения уклонился.

Битва выдалась упорнейшая, поскольку обе стороны были очень сильно мотивированы на победу. Формально (если смотреть счёт на табло) сражение закончилось вничью, хотя от разгрома Пожарского в тот день спасла наступившая темнота. Правда, в этой битве принимали участие не все русские войска, находящиеся под Москвой, а исключительно части ВНО. Ну, справедливости ради надо сказать, что несколько небольших отрядов ПНО тоже приняли участие в сражении, однако большой роли это не играло.

На следующий день 23 августа началась вторая часть марлезонского балета, финальная стадия которого пришлась на 24 августа. В этот раз гетман Ходкевич потерпел поражение.

Главная причина успеха русских войск заключалась в том, что в этот раз Первое Народное Ополчение почти в полном составе приняло участие в сражении. Причём, ушкуйно-казачья рать сражалась на стороне служилых по отечеству пацанов исключительно по своей инициативе, поскольку главком ПНО Трубецкой так и не соизволил принять участие в битве.

Однако, самое любопытное началось после победы над Ходкевичем. Оба народных ополчения смотрели друг на друга волками и готовы были в любой момент вцепиться друг другу в глотки. Что в общем-то и не удивительно, поскольку с одной стороны были хотящие зачушпанить весь народ служилые по отечеству пацаны, а с другой стороны — полевые народные командиры, которых совершенно не вставляла перспектива установления на Руси пацанской диктатуры.

При этом, мы конечно же не считаем князя Трубецкого народным командором, поскольку сей главком ПНО использовал народные массы исключительно в своих собственных, а не в народных интересах. Вот только вся беда в том, что народные командиры вряд-ли понимали всю гнилую суть князя Трубецкого, вот и пошли на сговор с войском служилых по отечеству пацанов.

Таким образом, путём долгих и сложных тёрок, а также под гремевшую из всех патефонов песню «братва, не стреляйте друг в друга» ПНО и ВНО слились в единое Земское Ополчение, во главе которого встал… та-дам! … барабанная дробь… князь Трубецкой, который теперь именовался — Верховный Воевода и Спаситель Земли Русской за номером 1, а Пожарский числился при нём младшим воеводой и Спасителем Земли Русской за номером 2. А вот владелец мясной фирмы «Папа может» просто пошёл нахер и курил в сторонке.

Далее, от имени Трубецкого и Пожарского польскому гарнизону кремля был предъявлен ультиматум. Оборонявшие Кремль поляки поняли, что всё — приплыли тапочки к дивану — и сдались на милость победителей.

Вот так закончилась оккупация Москвы и начался созыв Земского Избиркома для проведения президентских выборов. До декабря месяца в Нерезиновск прибывали делегаты съезда, а когда собрался необходимый кворум, началось голосование. При этом кандидатов на Железный Трон Вестероссии было, как говна за баней: Голицыны, Милославские, Куракины, Воротынские, Шуйские, Романовы, Годуновы, Черкасские, Трубецкие, Пожарские, а также польский королевич Влади́слав, шведский принц Карл-Филипп, эрцгерцог Максимилиан. Ну и конечно же Иоанн Дмитриевич — сын Мари Мнишек и Лжедимона ll.

В итоге выбрали удобного всем служилым по отечеству пацанам малолетнего соплежуя Мишку Романова.

ЭПИЛОГ

Подведём итоги, дружище. А итоги у нас хреновые. Служилые по отечеству пацаны, в том числе самые из них знатные, посадили на Железный Трон Вестероссии не просто удобного царя, а очень удобную династию. Ибо благодаря Романовым аристократии удалось превратить Вестероссию в сплошной Хади-Тахташ, где есть только пацаны и бесправные чушпаны. Была, конечно же, и небольшая прослойка тех, кто «при пацанах» — всякое там купечество и им подобные социальные группы, однако картины это в целом не меняло. А картина вырисовывалась хуже некуда — на Руси начало вводиться крепостное рабство. Правда, именно как рабство крепостничество оформлялось далеко не сразу. Однако, крестьянство сразу же было зачушпанено и лишено практически всех гражданских прав.

Особенно умилительно слушать всяких нынешних говноедов (наподобие КлимСсаныча), оправдывающих крепостное чушпанство русского народа. А иначе крестьяне бы разбежались — говорят они (говноеды).

Прикольно. А почему бы крестьяне разбежались? Да потому, что относиться к крестьянам, как к людям, не планировалось изначально. То есть, вот это вот пацановское государство Романовых изначально планировалось строить исключительно, как концлагерь. Превратить русского человека из гражданина своей страны в бесправный скот, это конечно же единственно возможный путь, ага? Конечно же верю. Ну ладно ещё когда подобную шизу несут любители монархического БДСМ — с этой публикой всё ясно. Но вот, когда подобное выдаёт человек якобы левых взглядов, то это уже за гранью…

А без концлагеря вообще никак, ага? Почему наш путь, это именно монархическое жёсткое БДСМ и концлагерь, как говорят нам всякие с позволения сказать историки? А разве не было на Руси республиканских проектов? А как же Новгородская, Псковская, Вятская республики? А ведь если смотреть на карту средневековой Руси, то сразу же становится видно, как росла и развивалась Новгородская республика и как выглядела вся остальная вонючая монархическая Русь. Нет, оно конечно же, в итоге Москва всех под себя прогнула и сломала хребет Орде. Вот только после уничтожения Золотой Орды и завоевания её осколков в виде Казанского, Астраханского, Сибирского ханств и всяких более мелких татарских и ногайских образований, Москва устроила на Руси такую диктатуру, которая и не снилась никакому самому жестокому хану, будь то хоть Батый, хоть Берке, хоть Узбек, хоть Тохтамыш. И, естественно, это самое установление диктатуры и вызвало не просто череду народных восстаний (которых на Руси никогда до этого не было, ибо не было для этого причин, а то, что всяких князей из городов выкидывали, так это абсолютная норма взаимоотношений между городами и князьями тех времён, а мода ползать раком перед аристократией появилась гораздо позже), а настоящую Народную Войну, которая длилась практически весь период царствования этой поганой династии. Именно поэтому казачьи территории, будучи осколками Новгородской и Вятской республик (легендарного ушкуйного Хлынова), категорически не хотели считать себя частью новой Московской Руси.

И почему, имея такие богатые республиканские (Новгород, Псков, Хлынов) и демократические традиции (вече, казачьи круги), надо было идти исключительно по пути тотальной монархической диктатуры Романовского концлагеря, совершенно не понятно. Да хрен с ним — идти (что было, то было), но оправдывать-то это зачем? Ведь именно отсюда все наши беды и произрастают.

Да, пёс с ним, с республиканством, монархия она ведь тоже может быть совершенно разная! Пример тому — Гришка Отрепьев, ну или Дмитрий Иванович, как его величали на русском престоле. А ведь Гришка сразу же на корню пресёк всё это крепостное чушпанство, снизил налоги, а где-то их вообще отменил на несколько лет, всяческие преобразования в плане образования начал. Да Русь при нём хоть вздохнула свободно. И если бы не эта дебильная свадьба с перепившимися поляками, то мы бы ещё в начале XVll века уже имели бы вполне на тот момент прогрессивную конституционную монархию. То есть, Россия могла бы стать если не самой прогрессивной, то уж точно одной из самых прогрессивных стран Европы, а значит и всего мира. Однако, мы огребли себе на шею тотальный трёхсотлетний концлагерь и сплошную кровавую кашу.

Вот такие вот безрадостные итоги, дружище.

Естественно, наша история на этом не заканчивается, а скорей только начинается. Что же касается главных действующих лиц Смутного Времени (из тех, кто ещё жив), то об их судье мы узнаем из следующей серии нашего сериала.

Ино побредём дале…

Иркутск 15.11.2025.

Глава 7 Казачья смута атамана Заруцкого

ПРОЛОГ

Традиционно, допинаем то, что осталось недосказанного с прошлого раза. Ну, прежде всего речь пойдёт о Лжедимоне Третьем не своего Имени. Как известно, этапировал бывшего государя под Москву воевода Плещеев. Ну а далее, сей самозванец был заключён под стражу князем Трубецким. Находился Лжедимон lll в заключении более полугода. Там уже и ВНО к Нерезиновску причипполинило, и Ходкевича разбили, и оба ополчения слились воедино, уже и поляки сделали капитулирен и сдали Кремль, а Вор Сидорка всё чалился на киче. Чалился он и всю предвыборную гонку. Чалился он и все выборы. Наверняка наш самозванец рассчитывал на амнистию, ну или, как минимум, на смягчение приговора — как-никак, а всё-таки воевал (и воевал более-менее успешно), да и запачканы в той или иной мере были все, в том числе судьи (а судьи кто?). Однако, Избирком подсчитал голоса… По телевизору объявляли победителя… А амнистии всё нет и нет… И вот уже прошла инаугурация всенародно избранного пересидента. Однако, тот елбасы (впрочем, как и нынешний) был скуп на амнистии, а посему отгрёб Вор Сидорка высшую меру, которая не заставила себя долго ждать.

БАЛЛАДА О СУСАНИНЕ

В нашу редакцию пришло два мешка писем от возмущённых телезрителе́й, которые были крайне раздосадованы отсутствием Ивана Сусанна в нашей прошлой серии.

Докладываю (разрешите голосом и лёжа?), что изначально сей ещё один «спаситель» должен был появиться именно в прошлой серии. Однако, в процессе работы над материалом сей мифический персонаж просто самовольно самовыпилился у меня из башки. Вспомнил я о нём уже тогда, когда материал ушёл на редактирование. А наш главный редактор — Лукас Страйфсон https://author.today/u/id522436001 — мужчина серьёзный, и его лучше не отвлекать. Посему, мною было принято решение — вставить Ивашку в следующую серию.

Ну, видимо придётся начать с легендарной оперы «Жизнь за царя». Дабы освежить память, предлагаю многоуважаемой публике краткий классический пересказ сего (исключительно в художественном смысле) великого произведения:

Ивашка Сусанин сидел на печи,

Ругал губернатора, жрал калачи…

Вдруг скрипнули петли три раза подряд

И польский на двор завалился отряд.

«Эй ты, старый пидор, ну к с печки слезай!

Кафтан, сапоги да кушак надевай,

Веди нас скорей на Москву, во дворец —

Наступит царю Михаилу пиздец!»

«Дорогу я знаю», — базарит Иван, —

«Но вдруг помешает густой нам туман?

В чащобах, ведь, лешие там партизанят

И если нарвёмся — пизда нам настанет!

Кикиморы воют у самых болот,

Русалка в ветвях «Сектор Газа» орёт,

В реке, в полынье водяного видали…

Убьёт, отъебёт! И не спросит как звали.

В лесах буреломы, не видно ни зги…»

«Пиздишь ты, как Троцкий!», — смеются враги, —

«Ты лучше подумай про денег мешок!

А коль не согласен — лишишься кишок…»

«Бог с вами, робяты», — ответил герой, —

«Но! Только чтоб деньги башляли горой!

Кишки мне дороже любого царя!

Тут главное, что б мы сходили не зря…»

Поляки по лесу часов пять идут —

Дороги не видно ни там и ни тут!

«Куда ты завёл нас, старый еблан?»

«Не бздите! Все будет!», — ответил Иван.

Еще три часа мимо них пролетело

Вокруг постепенно совсем уж стемнело…

«Куда ты завел нас — не видно ж ни зги!»

«Идите за мной, не ебите мозги!»

Прошло больше суток с той памятной даты

Как на двор Ивана ввалились ребята…

«Куда ты завел нас, седой пидарас?!»

«Да хуй его знает… Сам здесь в первый раз…»

«Давайте отрежем Сусанину ногу!!!»

«Не надо, ребята! Я вспомнил дорогу!

Идите вы нахуй — я чуть заблудился.

Хотел побыстрей, но с тропиночки сбился!»

«Ну, ладно… Поверим тебе еще раз.

Давай же веди — не то выдавим глаз!

И на кол посадим по самые гланды!»

«Все понял! Исправлюсь!

Чё сразу, как гады…»

Над лесом сгущались свинцовые тучи.

Четвертые сутки отряд злоебучих

Поляков скитался, средь елей плутая,

Пистоли и шашки в сугробах теряя…

«Когда мы придём?!» атаман закричал.

Ивашка седою башкой покачал…

«Звиняйте, робяты, опять заблудился…»

Промолвил Сусанин и в лес навострился…

«Постой, пидарас, ты куда ломанулся?!

Намедни пиздел, что на тропку вернулся!

С утра же, последнюю водку прикончив,

Решил ты съебаться дела не закончив?

Ты курва! Ты пидор! Умри за враньё!

Пусть печень твою расклюёт вороньё!»

Но тут из чащобы лесной непролазной

Повыперло нечисти много… и разной…

Сусанин Иван через нож кувыркнулся

Медведем матёрым он вмиг обернулся:

«Жены я родню на пикник собирал!

Кабы не они — в первый б день вас сожрал!»

И только видала подруга дрозда

Как польским уланам настала пизда.

Так вот он каков, наш Сусанин Иван!

Давай за Ивана поднимем стакан!

Это конечно же очень красиво, и доусрачки героически. Однако, вся эта «Жизнь за царя» — полная лажа. Будущий царь Мишка в это самое время преспокойно сидел себе в Кремле и орально (как и его папашка Филарет) содомитствовал с Войском Польским.

Может быть Сусанин действительно завёл какую-нибудь польскую РДГ в непролазную глушь либо в засаду партизан. Подобные случаи действительно имели место быть. В 5-й серии нашей киноэпопеи уже упоминался эпизод, когда в районе Копорья проводник завёл шведский отряд в партизанскую засаду.

Ещё один подобный эпизод, произошедший под Можайском, описан в мемуарах литовского шляхтича Самуила Маскевича:

«Тут, в деревне Вишенце, мы поймали старого крестьянина и взяли его проводником, чтобы не заблудиться и не набресть на Волок, где стоял сильный неприятель. Он вел нас в одной миле от Волока, ночью же нарочно повернул к тому месту. Уже мы были от него в одной только версте. К счастью попался нам Руцкий, который в то время, проводив товарищей, вышедших из столицы к пану гетману, возвращался под самыми стенами Волока на свои квартиры в Рузу, где стоял с казацкою ротою. От него узнали мы, что сами идем в руки неприятелю, и поспешили воротиться. Проводнику отсекли голову, но страха нашего никто не возвратит.»

Правда, данная попытка неизвестного героя оказалась неудачной, но сама по себе она подтверждает, что подобные случаи имели место быть.

Таким образом, может быть действительно был такой Иван Сусанин, который угробил РДГ короля Сигизмунда. Вот только никого спасения будущего царя точно не было и не могло быть.

Самое любопытное, что до конца XVlll века ни о каком Иване Сусанине никто и слыхом не слыхивал, а в конечном варианте миф о подвиге и спасении царя появился лишь в начале XlX века. О самом Сусанине тоже нет достоверных сведений. По одним данным, он был крепостным чушпаном дворян Шестовых, проживавших в селе Домнино. По другим — он был старостой в этом же селе, но это не точно…

В общем, ни о самом Сусанине, ни о его подвиге нет никаких достоверных данных, а есть лишь сплошная мифология. А в данной конкретной работе нас интересует исключительно реальная история, а не мифология, поэтому мы побредём дале…

НАРОДНЫЙ МСТИТЕЛЬ АТАМАН ЗАРУЦКИЙ

Как известно, при приближении сборной Второго Народного Ополчения к Москве атаман Заруцкий (с большим ушкуйно-казачьим отрядом) снялся с чемпионата и покинул турнир. Однако же, совсем выходить из игры Иван Мартынович не собирался, поскольку вместе с собой он прихватил Марину Мнишек с ребёнком.

Что характерно, в данном случае все и всегда говорят и пишут просто «Марина Мнишек», как будто это просто какая-то левая дамочка. И почему-то никто не говорит об том, что вообще-то это вдовствующая императрица. Коронованная в Москве по всем понятиям правильно. КОРОНОВАННАЯ!!! Ещё раз повторяю — коронованная царица ЗАКОННОГО царя! Если кто-то забыл, то Лжедимон Первый своего Имени был венчан на царство, как законный сын Ивана Грозного. Для экипажа бронепоезда «Тормозной путь» отдельно подчёркиваю, на тот момент вопроса, был ли Гришка Отрепьев самозванцем или нет — уже не стояло, поскольку он был коронован! То есть, это был не просто какой-то там самозванец, а коронованный государь Всея Великие, Малые и Белые Руси, который реально царствовал и управлял государством. Соответственно супруга его, это не какая-то там Маринка, а государыня императрица. Повторяю ещё раз — КОРОНОВАННАЯ!!! А её сын Иоанн Дмитриевич, это не какой-то там Ворёнок, как писали потом, а на тот момент — законный наследник престола Всероссийского.

Таким образом, в мутный махач за Москву пан атаман вписываться не стал, однако в политическом раскладе позиции имел очень весомые, поскольку имел на руках такие козыри, как законный наследник престола Иоанн Дмитриевич, а также вдовствующая императрица Марина Юрьевна.

При этом дальнейшие события практически все описывают следующим образом, что мол шлялся по Руси какой-то Ванька Заруцкий с какой-то там (чуть ли не привокзальной шалавой) Маринкой. А при этой Маринке был какой-то мутный выблядок.

Ну, Заруцкий-то может быть и Ванька, хотя при этом — атаман всех казачьих войск, что тоже не совсем уж пустое место, особенно учитывая, что впоследствии подобный титул появится лишь в 1827 году и присваиваться он будет исключительно русским цесаревичам. А вот Маринка с выблядком, на тот момент, это исключительно государыня Марина Юрьевна с царевичем Иоанном Дмитриевичем.

Таким образом, по Руси шароёбился не какой-то там Ивашка с какой-то там приблудной Маринкой, а по Руси-Матушке шествовала государыня Марина Юрьевна с ЗАКОННЫМ наследником престола Всероссийского Иоанном Дмитриевичем в сопровождении атамана всех казачьих войск боярина Ивана Заруцкого с верными престолу казаками.

Таким образом, в августе месяце 1612 года от рождества Христова, покинув подмосковные лагеря, государыня императрица изволили прибыть-с в Коломну. А в сентябре 2,5 тысячное соединение атамана Заруцкого выдвинулось из Коломны на Рязанские земли. Будучи в прекрасном расположении духа Иван Мартынович напевал мегахит тех времён, в котором пелось про Ваньюшу, который звеня кольчугою прощался с Марусей, и слёзы вышеуказанной Маруси капали прямо на копьё.

Как говорится — «первый блин комом». Вот Переяславль Рязанский и стал тем самым первым блином, под стенами которого федералы Заруцкого потерпели поражение от московских федералов воеводы Вельяминова. Однако, далее освободительный поход пошёл, как по маслу, и федеральными частями на юге Рязанщины были успешно заняты города: Пронск, Михайлов и Сапожок.

В декабре месяце того же года наследник престола Иоанн Дмитриевич, царица-мать Марина Юрьевна и атаман Всея Руси Заруцкий окончательно перебрались в город Михайлов.

Сделав Михайлов своей ставкой, Заруцкий там не только перезимовал, но и собрал из донских, волжских и запорожских ушкуйников, а также стрельцов и повстанцев-крестьян не хилое войско численностью до 7000 штыков и сабель!

Естественно, результаты выборов Иван Мартынович не признал. И не просто не признал, а имея на руках «внука» Ивана Грозного — объявил худородного Мишку Романова нелегитимным царём.

На Москве, естественно, тоже очень сильно озаботились происходящим. Для подавления федеральных сил исконной династии Рюриковичей новой династии Романовых необходимо было собрать свои федеральные части. Естественно, сбор войск дело не быстрое и, дабы выиграть время, к Заруцкому от его бывшего соратника по ПНО князя Трубецкого были посланы три казака с предложением узбагоитца и признать выборы (видимо в обмен на какие-то ништяки). Однако, в ставке Заруцкого послов Трубецкого обоссали и выставили на мороз.

Вот так и началось (точнее продолжилось) противостояние двух династий (а на тот момент это было именно так), а точнее двух проектов — народного царя (защищающего интересы угнетаемых) и аристократического (стоящего за угнетателей). Таким образом, это была в какой-то степени вполне себе, хоть и с некими оговорками, но всё-таки классовая борьба. Ну и естественно, в войске народного царя (в данном случае Иоанна Дмитриевича) в подавляющем большинстве своём были служилые не по отечеству пацаны, а также не хотящие быть крепостными чушпанами крестьяне. Те самые крестьяне, у кого хватило духу прийти на хоккейную коробку и заявить — «надоело в чушпанах ходить — хочу с пацанами». Ну, а войско царя законного, естественно, состояло из поместной конницы служилых по отечеству пацанов. Ну и, естественно, что служилые по отечеству пацаны бились за право чушпанить крестьян.

А вот героический "папашка" царевича Иоанна — царь Дмитрий Иванович чушпанство на Руси отменил, и именно поэтому народ поддерживал всех Лжедимонов, а также и сына государыни Марины Юрьевны. При этом совершенно неважно, чьим именно сыном был Ворёнок. Вполне возможно, что там и Ванька Заруцкий впердолил. Не это важно! А важно то, что угнетаемые массы надеялись на то, что сын самого лучшего на всём белом свете для крестьян царя Дмитрия Ивановича продолжит именно его политику и тоже отменит вводимое Романовыми крепостное чушпанство. То есть, как ни крути, а это именно классовая борьба. Точнее сказать, и классовая в том числе.

На подавление федеральных сил Лжерюриковичей (на тот момент без всяких «лже») Москва подписала Свияжскую ОПГ, а также конных служилых татар обшей численностью 4600 бойцов. Во главе объединённых сил Свияжских и Рязанских был поставлен воевода Мирон Вельяминов, тот самый, который побил Заруцкого под Переяславлем Рязанским.

А с наступлением весны атаман Заруцкий, от имени царевича Иоанна Дмитриевича, начал наводить на Руси конституционный порядок. Перейдя в наступление, федеральных силы атамана Всея Руси пошли на Рязань.

Вот так и началось противостояние двух федеральных армий обеих династий. В ходе целой серии сражений атаман Заруцкий был вынужден отказаться от планов взятия Рязани и вновь вернулся на юг области, где успешно занял города: Ряжск, Печерники и Епифань. В Епифань Заруцкий перенёс свою ставку, откуда и начал строчить телеграммы всем людям доброй воли.

Поначалу, Вельяминов смог отжать у Заруцкого Пронск и Ряжск. Однако, дальнейший контрнаступ романовских войск выдохся. А когда в Епифань прибыло более трёхсот запорожских лыцарей, то Вельяминов и вовсе приуныл и начал запрашивать подкрепление.

На Москве же тогда собирали служилых по отечеству пацанов, а также мотострельцов со всей округи и всего Замоскворечья, а также из Суздаля, с Тулы, и из Владимира. Командовать собираемыми войсками был назначен князь Иван Одоевский. Что характерно, под Нерезиновском тогда было полным-полно казаков князя Трубецкого. Однако, на Москве сильно зассали посылать казаков супротив Заруцкого. Да, и в общем, правильно. Поскольку, Заруцкий не только по званию, но и по влиянию был самым авторитетным атаманом на всех Русях (и на Великих, и на Малых, и на Белых). Поэтому нет никаких сомнений, что казаки перешли бы на сторону пана атамана Всея Руси. В общем-то, дальнейшие события и подтвердили настрой казаков.

Дедиловские городовые казаки списались по Ватсаппу с Заруцким и 10 апреля года 1613 от рождества Христова сдали ему город. Зайдя в город, народные мстители пана атамана начали грабить и резать богатеев и аристократов.

Далее, войска царевича Иоанна Дмитриевича взяли Крапивну. А вот здесь в Крапивне уже люто полыхнула классовая ненависть, которой раньше особо и не наблюдалось. А всё дело в том, что апосля воцарения Мишки Романова крепостное чушпанство стало государственной политикой, и эта политика получила полную поддержку со стороны служилых по отечеству пацанов. И если раньше, ещё со времён первого народного царя Дмитрия Иоанновича (Лжедимона l), и крестьяне, и казаки-ушкуйники, и дворяне с детьми боярскими могли спокойно находиться в составе одного войска, то теперь всё изменилось.

Когда стало известно о всенародном зачушпанивании крестьян, то ещё из Епифани от Заруцкого сбежали почти все служилые по отечеству пацаны, числом около 200. Правда, на смену этим дезертирам тут же прибыло более 300 запорожцев, так что Заруцкий даже ещё и в плюсе оказался. И с этих пор федеральные войска обоих проектов стали иметь чёткое классовое разделение: за законного царя — служилые по отечеству пацаны, за народного царя — служилые не по отечеству, а также крестьяне-повстанцы.

И вот теперь здесь в Крапивне всё это и вылезло. Началось-то всё ещё конечно же в Дедилове, просто в Крапивне всё стало гораздо более жестоко. В общем, крапивнинских служилых по отечеству пацанов, а также членов их семей сторонники народного царя резали, как скот. С этого момента кровь лилась рекой.

Далее, служилое по отечеству пацанство стало тотально вырезаться и выжигаться по всей окрестности. А затем, классовая ненависть кандидатов в чушпаны перекинулась и на другие уезды.

Далее, войско народного царя взяло Чернь, чьё служилое пацанское сословие тоже пошло под нож. Естественно, окрестные пацанские поместья были вырезаны и сожжены.

Простояв в Черни неделю, атаман Заруцкий повёл войско народных мстителей на Мценск. И хотя город народная армия не взяла, однако служилое пацанство вырезала и выжгла почти во всём уезде. Затем, пламя народной войны перекинулось на Ливенский и Елецкий уезды, где местные кандидаты в чушпаны весело резали служилое по отечеству пацанство, а затем шли под знамя царевича Иоанна и атамана Заруцкого.

Вот так вот, сжигая и вырезая пацанские усадьбы и поместья, народный атаман дошёл до стен Воронежа. Сюда же, под Воронеж, прибыл и князь Одоевский. Здесь и сошлись две федеральные армии. Войска двух непримиримых проектов. С одной стороны проект рабовладельческий, а с другой — антирабовладельческий. Таким образом, ни о каком примирении и компромиссе речи и быть не могло, поскольку с одной стороны были те, кто хотел чушпанить людей, а с другой те, кто не хотел становиться чушпанами.

Битва была не только лютая и упорная, но и ещё одна из самых крупных за всю историю Смутного Времени. И длилась она с 29 июня по 3 июля 1613 года от рождества Христова. При этом, не смотря на масштаб и значение этого грандиозного сражения, готов биться об заклад, что вы никогда не слышали об битве у Русского Рога. Ну не любит наша историография Смутное Время, точно также, как она не любит Революцию 1905-1907.

В первые два дня — 29 и 30 июня войска Романовых не смогли добиться успеха. А вот Заруцкий взял Воронеж и его весёлые хлопцы разграбили и сожги усадьбы богатеев. А вот что было дальше — не очень понятно. Да и вообще, о ходе этого грандиозного сражения известно очень мало. Впрочем, как и об итогах. Однако же, скорее всего войско кандидатов в чушпаны потерпело поражение и пошло на Астрахань. Почему именно на Астрахань? Сложно сказать… Возможно, что на тот момент ещё был жив Лжедимон lV, или атаман считал, что он ещё жив. Может быть сыграло роль географическое положение города: с одной стороны Волга — излюбленный ТВД ушкуйников, а с другой — Каспийское море (не менее, чем Волга, любимое охотниками за зипунами), которое давало выход на оперативный простор. А возможно, что сыграла роль и свободолюбивая ментальность города. Ведь Астрахань в своё время присягнула и Лжедимону ll, и Лжедимону lV, да и забегая вперёд, можно сказать, что этот славный город ещё неоднократно всплывёт на наших страницах.

Правда, путь до Астрахани был долгим, поскольку потерпев поражение 3 июля, атаман Всея Руси дошёл до Астрахани лишь к концу года. Где был Заруцкий несколько месяцев, толком неизвестно. Какое-то время остатки его войска уходили от погони. Ну, а затем атаман где-то шлялся по степи, скорее всего отключил мобилу и путал следы, да собирал соратников.

Кстати, с Астраханью атаман не прогадал, поскольку сей великий город встретил его с распростёртыми объятиями. И уже там в Астрахани Заруцкий вновь подключил мобилу и начал обзвон корешей. Отзвонился атаман удачно, поскольку и Волжское, и Терское ушкуйное казачество выразило ему свою полную поддержку.

На Москве тоже было не спокойно. Правящий режим очень сильно смущала, а скорее и откровенно пугала ушкуйно-казачья орда князя Трубецкого. Дабы избавиться от этого деструктивного элемента, царский режим решил сплавить казаков куда подальше. В общем, бо́льшую часть этой лихой ушкуйной братвы под командованием атамана Баловни откомандировали в Новгород — бить рыло шведским воинским людям.

Однако, дойдя до Тверской области, до ушкуйничков допёрло, что царский режим решил их просто утилизировать в штурма́х. На тот момент у этих ребят с классовым сознанием уже всё было нормально. Таким образом, лихие ушкуйные хлопцы сразу же смикитили, что во всём виноват правящий красс служилых по отечеству пацанов. Нет, резни ещё не было. Ну почти. А вот материально щимить угнетателей атаман Баловня начал по-взрослому. Таким образом, не менее половины поместий и усадьб Тверской области подверглось тотальной экспроприации. А далее, созвонившись по Скайпу с Заруцким, атаман Баловня полностью поддержал движуху Ивана Мартыновича, о чём тут же сообщил своим коллегам по опасному бизнесу. Коллеги сгоношили круг, где единогласно и порешили, что поскольку Заруцкий — атаман авторитетный и по всем понятия правильный, то надо за него вписываться.

Далее, ушкуйнички решили двигать на Заволочье, где собирались донести до местных кандидатов в чушпаны, какие последних ожидают перспективы. Таким образом, атаман Баловня решил поднять в Заволочье и Верхнем Поволжье большое народное восстание, а затем на стругах идти вниз по Волге на соединение с Заруцкий.

На Москве от таких новостей знатно какнули и стали стучать атаману Заруцкому в Аську и писать СеМеСе с предложениями о мире. Администрация Пересидента Мишки предлагала Заруцкому оставить тему с альтернативным кандидатом в обмен на всяческие ништяки и кренделя небесные. В ответ, атаман послал АПэшечку в сраку и продолжил готовиться к продолжению боевых действий против правящего режима служилых по отечеству пацанов.

Сидя в Астрахани, атаман готовил поход на Москву. Однако, чтобы идти на федеральный центр, нужно было собрать большое войско. Исходя из этого, Заруцкий намеревался поднять против Москвы всё Поволжье, а для этого необходимо было взять Самару и Казань. Однако, на большой поход вверх по Волге нужны были значительные силы. Гораздо более значительные, чем волжские и терские ушкуйные ватаги. И в этом вопросе Иван Мартынович очень сильно рассчитывал на Дон, куда он и послал гонцов.

Однако, на Дон также прибыли и представители правящего режима, которые везли с собой чемоданы, набитые свободно конвертируемой валютой. В общем, царь Мишка купил с потрохами старших авторитетов донских служилых не по отечеству пацанов.

В итоге, по весне 1614 года от рождества Христова вместо большого войска в Астрахань с Дона пришло лишь порядка 600 самых идейных и мотивированных ушкуйников.

В это же самое время, родной брательник Ивана Мартыновича — Захарий Мартынович Заруцкий с большим отрядом запорожских лыцарей выдвинулся на соединение с братом Ваней.

Естественно, Московские в это время сопли тоже не жевали. На Астрахань уже шло войско князя Одоевского, а также к самому городу уже подходил Казанский служилый Хади-Тахташ во главе с автором Васькой Хохловым.

Втягиваться в битву с Казанскими, когда на подходе главные силы служилых по отечеству пацанов под командованием князя Одоевского, атаман счёл малоперспективным и в итоге в мае 1614 года Заруцкий повёл свои отряды на Яик, где и намеревался поднять восстание против правящего режима.

Однако, там на Яике атамана и обложили части служилых по отечеству пацанов и мотострельцов. Несмотря на яростное сопротивление ушкуников, остров Медвежий, где засел Заруцкий, был взят штурмом. В этой же битве был схвачен и сам легендарный атаман. Вместе с атаманом Всея Руси были схвачены и государыня Марина Юрьевна, а также царевич Иоанн Дмитриевич. Ну, а далее всех троих этапировали в Астрахань, затем в Казанскую пересылку, а оттуда уже на Москву.

На Москве Ивана Мартыновича Заруцкого казнили — посадив на кол. Так же, к смертной казни через повешение был приговорён и царевич Иоанн Дмитриевич, более известный, как Ворёнок. Видимо правящий московский режим специально прилепил ребёнку такую погремуху, дабы как-то скрасить своё зверство в отношении маленького ребёнка.

Представь себе, дружище, ребёнка в возрасте трёх лет. ТРЁХ ЛЕТ!!! Эти правящие мрази казнили трёхлетнего ребёнка! Причём, во время казни петля из-за маленького веса ребёнка не затянулась, и мальчик умирал в течение нескольких часов. Умирал долго и страшно. Маленький трёхлетний ребёнок долго и страшно умирал. В итоге, ребёнок замёрз насмерть.

Великолепное начало царствования новой династии. Таким образом, когда эту династию друшлатили в паклю в Ипатьевском доме, то это была вполне себе кармическая расплата.

Что же касается Марины Мнишек, то она тоже хапнула кремлёвского гуманизма по полной. Её уморили голодом.

Вот таким зверским образом и погибли на Москве и царевич Иоанн Дмитриевич, и царица Марина Юрьевна, и атаман Всея Руси Иван Мартынович Заруцкий. Однако, наша история на этом не заканчивается.

Ино побредём дале…

19.11.2025. Иркутск.

Глава 8 Народная война команданте Баловни (начало гражданской войны 1613-1618 годов)

ВСТУПЛЕНИЕ

Личность Ивана Мартыновича Заруцкого в русской истории во все века и эпохи сознательно приуменьшалась, а также выставлялась в исключительно отрицательном виде. Ну был такой с потрохами продавшийся полякам предатель-бузотёр, который в угоду врагам устраивал смуту против законной власти. Причём, предательство Заруцкого объясняется предельно просто — служил предателям Лжедимонам, значит, сам предатель.

Ну правда, дружище, мы с тобой разобрались, что ни один из Лжедимонов предателем не был. Что касается продажи себя с потрохами полякам, то уж чья бы корова мычала… Так называемая законная власть как раз таки и продалась с потрохами. Сначала Васька Шуйский раздал шведам русские земли, а затем вся Семибанкирщина, а также будущий царь Мишка и его папашка патриарх Филарет полностью легли под Сигизмунда Третьего своего Имени. А господин освободитель Димон Пожарский со своими подельниками вообще хотел лечь под шведского короля либо под австрийского императора. Естественно, как порядочная блядь, Димон строил глазки как минимум двум кандидатам — выбирая, перед кем из них задрать подол. Но предатель при этом атаман Заруцкий. Прикольно.

Есть очень тухлая историческая мулька, рассчитанная на идиотов и прочих монарходрочеров. Якобы, перед битвой (или после битвы) под Воронежем в июне–июле 1613 года князь Одоевский слил казакам Заруцкого переписку последнего с гетманом Ходкевичем, после чего большая часть казаков отвернулась от атамана. Вот таким незатейливым образом какаеды от истории объясняют причину просерания Заруцким своей Цусимы под Воронежем. Великолепно. То есть, из-за переписки Заруцкого с Ходкевичем (если таковая вообще была) казаки сочли атамана предателем и ушли от него. Вот здесь должен быть смайл — рука-лицо. Казаки сочли Заруцкого предателем. КАЗАКИ!!! Уссаться. Для всякой альтернативно одарённой публики объясняю — казаки (за исключением городовых) начала XVll века КАТЕГОРИЧЕСКИ не считали себя частью Московского государства! КАТЕГОРИЧЕСКИ!!! Сильно забегая вперёд, можно сказать, что большинство казаков стало считать себя частью Российской империи только в конце XVlll века, а точнее — после победы царского режима над Пугачёвым и ликвидации Запорожского войска. Таким образом, сама идея в начале XVll века пытаться выставить атамана перед его казаками предателем Московии, это очень тяжёлая форма шизофрении. Особенно учитывая, что как минимум треть личного состава казаков Заруцкого — это запорожцы. Хотя, данный факт совершенно не имеет никакого значения, поскольку эффект был бы совершенно одинаков. Ну, то есть эффект был бы обратным, поскольку, узнай казаки, что их атаман хочет кинуть Москву, то это только прибавило бы ему авторитета, и никак иначе. Нам же пытаются впарить, что казаки, узнав о переписке атамана с гетманом, стали биться в падучей и закатывать истерики.

Для экипажа бронепоезда «Тормозной путь» объясняю более популярно. В вину Заруцкому ставят то, что он якобы списывался с Ходкевичем по почте для совместных действий против Второго Народного Ополчения. То есть, против войска служилых по отечеству пацанов — смертельных врагов казаков и крестьян-повстанцев, вставших под знамя Заруцкого. Ну и конечно же, узнав об том, что их атаман ищет союзников для борьбы с их главным смертельным врагом, казаки (половина из которых беглые крестьяне) категорически отказались служить гандону-Заруцкому и ломанулись ложиться под Мишку Романова, радостно повизгивая от того, что скоро их всех зачушпанят и будут на них плевать и справлять малую нужду — красота!

Нет, у меня нет вопросов к тем, кто это писал — в конце концов, люди выполняли госзаказ режима Романовых, ну либо это нынешние безмозглые фанаты государства-концлагеря. У меня вопросы к тем, кто верит в эту шляпу… Хотя… Как там сказал Кузьмич — «дураков на Руси, слава богу, лет на сто вперёд припасено».

Да и вообще, события 1613–1618 годов описываются, как что-то совершенно незначительное. Ну подумаешь, восстание охватило практически всё Поморье и всё Вернее Поволжье, включая Заволочье, Вологодчину, Кострому, Ярославль… Подумаешь, какие-то походы на Москву, боевые действия в Подмосковье и Замоскворечье, в Тверской земле, под Воронежем, на всём Нижнем Поволжье включая Астрахань, а также на Яике. Но это всё мелочи! Ну подумаешь, бегал какой-то там вор Ивашка Заруцкий — ничего страшного.

И конечно же, Адидас Младший (Захарий Заруцкий) ни малейшего отношения к своему родному брату (Адидасу Старшему) не имеет. Его поход — чистой воды совпадение! И уж конечно же, крестьянско-ушкуйная война атамана Баловни на всей северной части Руси не имеет к Ивашке Заруцкому никакого отношения. Это всё инсинуации. И наверное не было Земских соборов в марте и сентябре 1614 года, где господа заседатели срали кровавым поносом от того, что половина страны не признаёт Мишку легитимным царём и не желает идти в крепостное чушпанство.

Ладно, я по своей дебильной привычке слишком сильно забежал вперёд. Начнём всё по порядку…

МЕСТЬ АТАМАНА ЗАРУЦКОГО

Как там пел Серёжа Шнуров:

Весть летит во все концы:

Вы поверьте нам, отцы, —

Будут новые победы,

Встанут новые бойцы!

И вновь продолжается бой,

И сердцу тревожно в груди.

И Ленин такой молодой,

И юный — Октябрь впереди!

На место казнённого на Москве атамана Ивана Мартыновича Заруцкого — встали новые бойцы!

Осенью 1613, а также зимой 1613–1614гг (когда ещё Иван Заруцкий был жив) на Тверской земле ураганили казаки атамана Баловни. Затем в марте месяце 1614 года Баловня повёл свои отряды на Заволочье и Вологодчину.

Тогда же, в марте месяце на Москве был собран Земской собор. В российской историографии вообще не любят упоминать о событиях тех лет и о том соборе, и даже если и упоминают, то как о чём-то не очень значительном. И что, мол, речь на том соборе шла всего-навсего о неповиновении центральной власти нескольких казачьих отрядов. Ну конечно же верим! Целый Земской собор организовали практически из-за каких-то малозначительных беспорядков. Да-да-да. Именно так всё и было! Вот только из показаний царя Мишки Романова следует, что на тот момент Россия была охвачена полноценной гражданской войной, которая полыхала как на юге — где ураганил атаман Заруцкий, так и на севере, где ещё более внушительно исполнял атаман Баловня. Именно на этом соборе было принято решение послать послов к атаману Всея Руси Ивану Заруцкому. Что было дальше — мы уже видели.

Кстати, на этом же соборе было принято решение о поднятии налогов для… Та-дам! Для достойных выплат участникам Второго Народного Ополчения. Ну, то есть служилые по отечеству пацаны вынудили посаженного ими царя забашлять им нормально лавандоса за счёт аграрных чушпанов и всяких безродных барыг. Ну то есть, после всей этой многолетней гражданской войны народ и так, мягко выражаясь, не жировал, а тут его решили вообще ободрать до нитки. Напомню, что Лжедимон Первый, который Гришка Отрепьев, он же вор, предатель, самозванец и вообще конченное говно, взойдя на престол в 1605 году, снизил налоги, дабы не доводить народ до полного обнищания и разорения. А земское сборище пидарасов 1614 года не могло не знать о финансовом состоянии населения. Ещё раз напоминаю, что уже в 1605 году народу было не очень сильно хорошо (хотя, нехорошо народу стало ещё в 1601 году), а сейчас на дворе 1614 год и податному населению с тех пор поплохело ещё сильнее (мягко выражаясь). По-хорошему, надо было глобально снижать, либо вообще вводить налоговые каникулы на какой-то срок, дабы народ хоть немного очухался. Однако, думать о благосостоянии народа, это удел всяких там предателей-самозванцев, а вот законные истинно-русские государи не на помойке себя нашли, чтобы действовать в интересах народа. Истинно-русские действуют исключительно в интересах государства-концлагеря. А точнее, в интересах служилых по отечеству пацанов. А повышение налогов было выгодно исключительно только этим самым служилым по отечеству пацанам. Причём, выгодно не только в виде прямых выплат себе любимым, но и в плане того, что повышение налогов неизбежно доведёт крестьян до полной нищеты, и последние от безысходности сами пойдут в крепостное чушпанство. А что касается казаков — участников Первого Народного Ополчения, то их московский режим на том соборе решил кинуть с выплатой боевых и отправить на утилизацию в мясные штурмы под шведские Арчеры, НЛАВы и дроны. Вот исключительно о каких интересах и какого государства идёт речь, а не то, что нам пытаются впарить говноеды от истории. Государство-концлагерь Романовых сразу же стало показывать свой звериный оскал народу России, отсюда и вытекают все последующие события.

Не успела Тверская знать передохну́ть от эксов атамана Баловни, как в августе месяце 1614 года к ним пожаловал Захарий Заруцкий во главе сильного соединения чубатых лыцарей. В этот раз эксами дело не ограничилось, и тверское служилое по отечеству пацанство пошло под нож. Неизвестно, был ли на тот момент жив Иван Заруцкий, однако он уже был схвачен и этапирован в Москву. Именно поэтому Захарий был беспощаден к классовым врагам — служилым по отечеству пацанам и членам их семей.

На момент прибытия в Тверскую область служилых не по отечеству пацанов Адидаса Младшего (ну в смысле запорожцев Захария Заруцкого) крестьянско-ушкуйное восстание уже охватило Поморье а также Заволочье, Вологодчину, Костромскую и Ярославскую земли.

А способствовало такому размаху восстания следующее событие. Где-то в конце июля — начале августа под Новгородом получил по соплям князь Трубецкой. Ну, тот самый, который Герой Советского Союза, Спаситель Всея Руси за номером 1, а также подельник Ивашки Заруцкого по ПНО. Бо́льшую часть войск Трубецкого составляли казаки и всякий прочий ушкуйствующий элемент. После поражения казачьи отряды разбежались от князя и объявили о присоединении к общеказачьему движению Адидаса Старшего — атамана Ивана Заруцкого. Впоследствии часть этих отрядов присоединилась к атаману Баловне, а также к Захарию Заруцкому. А другая часть казачьих отрядов ушла в Поморье, где и подняло народное восстание.

Сам же Адидас Младший всю осень успешно сокращал народонаселение Тверской служилой ОПГ, а к началу зимы его отряд, пополнившись местными кандидатами в чушпаны, направился в Вологодчину.

«…Что б ни случилось, я к милой приду

В Вологду-гду-гду-гду,

В Вологду-гду.

Сам я за ответом приду…»

Что любопытно, в ноябре месяце на Вологодчину был направлен отряд ярославских служилых по отечеству пацанов под командованием воеводы Григория Валуева. Однако, Ярославльские пацаны-каратели умудрились не найти там ни народное войско атамана Баловни, ни крестьянско-ушкуйный отряд Заруцкого. Бытует мнение, что Ярославльские не отличались большой численностью. Ну что же, вполне возможно. Однако вполне очевидно, что и смелостью Ярославльские в данном случае не отличались. Да и хрен с ними…

На Вологодчине крестьянско-запорожский отряд надолго не задержался, а сжигая и вырезая на пути чудом уцелевшие от похода атамана Баловни усадьбы и поместья, ушёл на Волгу.

Спускаясь вниз по реке, атаман Захарий Заруцкий весело резал и жёг служилое по отечеству пацанство. В итоге, этот суровый и дальний поход докатился до города Кинешма. К тому времени отряд, за счёт кандидатов в чушпаны, а также самих чушпанов, разросся до вполне приличного войска. В общем, Кинешма была взята повстанцами, которые устроили местным эксплуататорам тотальную карапупу. Далее, войско Адидаса Младшего атаковало и захватило город Юрьевец. Вырезав под корень классовых врагов, Заруцкий сжёг городские укрепления и направился дальше вниз по Волге.

Куда же рвался атаман Заруцкий? Правильно — в Нижегородчину — откуда и выползло всё это мразотное служилое по отечеству пацанство Второго Народного Ополчения, что посадило на Москве своего царя. Заруцкий рвался именно туда, дабы отомстить главным виновникам гибели своего брата — «господам освободителям». Ну, а конечным пунктом (на данном этапе) наверняка была такая любимая всеми Астрахань.

Против Заруцкого правящий режим собрал большое войско во главе с князем Лыковым-Оболенским. А это не просто какой-то там князь, которых на Руси, как анализов за помывочным помещением, а сам Борис Михайлович Лыков-Оболенский — один из членов Семибанкирщины!

То есть, ты понимаешь, дружище, уровень, ага? Это же самая наивысшая аристократия! Топ-7! А на тот момент вообще ТОП-5! А всякие говноисторики нам впаривают, что были лишь незначительные волнения и небольшие столкновения. Нихера себе незначительные! Да таких топов даже против Лжедимонов не посылали (за парой редких исключений)! А тут против какой-то мелкой шайки, и вдруг сам учредитель и участник Семибоярщины! Круче было бы, если б только сам царь возглавил войско.

Ну, а поскольку Борис Михайлович был членом Семибанкирщины, то получается, что большое войско пацанов-помещиков возглавила одна из самых конченных мразей того времени.

А тем временем, Захарий Заруцкий добрался таки до Нижегородчины, где повстанцы-крестьяне и запорожцы оттянулись по полной. Однако, до самого́ Нижнего Новгорода Заруцкий не дошёл, поскольку под Балахной 4 января 1615 года от рождества Христова его настиг князь Лыков-Оболенский.

Силы были не равны. С одной стороны, хорошо вооружённые и обученные профессионалы в виде служилых по отечеству пацанов, усиленных мотострелецкими частями и иностранными наёмниками, а с другой стороны — в большинстве своём пейзане-землепашцы и запорожские лыцари. В итоге, служилые по отечеству пацаны раздолбили и разогнали это аграрное войско. При этом, только в плен попало более двух тысяч повстанцев, которых всячески изуверски казнили. А атаман Заруцкий с запорожцами смог вырваться и уйти на юго-запад Руси.

Несмотря на преследование, атаман Заруцкий смог уйти от погони, а также соединиться с небольшими отрядами донских и волжских казаков. Далее, Заруцкий направился в Брянщину, где нехило так поураганил. Далее, Захарий Мартынович взял Карачев, порубил там местную знать, после чего ушёл в Литву.

РЕЙД ЛИСОВСКОГО

В то самое время, когда Захарий Заруцкий ураганил в Нижегородчине, атаман Баловня наведался в Каргопольский уезд, где устроил тотальный геноцид всему знатному сословию.

Вообще, атаман Баловня чувствовал себя на севере вполне уверенно и комфортно, однако 27 декабря 1614 года воевода Валуев разгромил отряд атамана Карташова (входивший в войско Баловни), а спустя неделю — князь Лыков-Оболенский разбил Захарию Заруцкого и повернул полки на Вологодчину.

Однако, при приближении царских войск атаман Баловня сделал финт ушами. Для начала, атаман записал на камеру извинения, а также раскаяния в содеянном, после чего, с криками — «слава Хуйлу!», перешёл на сторону Мишки Романова.

Естественно, князь Лыков-Оболенский был очень рад замирению Баловни, поскольку данный факт весьма значительно поднимал политический авторитет бывшего члена Семибанкирщины. Мы же помним, что все попытки решить вопрос с казаками дипломатически всегда терпели фиаско. А тут князенька чисто-конкретно своим авторитетом порешал вопрос. Самого же Баловню князь отправил в Тихвин, поставив перед атаманом прежнюю боевую задачу — бить рыло шведским воинским людям.

Естественно, атаман Баловня, взяв под козырёк и напевая:

«Письма нежные очень мне нужны.

Я их выучу наизусть.

Через две зимы, через две весны

Отслужу, как надо, и вернусь…» —

двинулся на Белозёрск, а оттуда на Тихвин.

А далее вообще всё интересно…

Едва атаман Захарий Заруцкий покинул Брянщину, как там в марте месяце 1615 года от рождества Христова нарисовался пан-атаман Лисовский! Что он напевал? Ну учитывая, что это Лисовский, то напевать он мог только это:

«За железной дверью похоронный марш!

Дьявол пожирает человечий фарш!

Отворяй ворота, армия бацилл!

Черви вылезают из сырых могил…»

Наверное, надо немного поговорить о самом пане Лисовском…

Этническое происхождение его неизвестно. Вполне возможно, что этнически он был русским, либо белорусом, мог быть и украинцем, и поляком и даже литовцем. Дело не в этом, а в том, что Саня Лисовский, хотел он этого или нет, но он всё-таки был частью казачьего движения, поскольку большую часть его соединения составили именно казаки. Причём, казаки не только запорожские — там и всяких других вполне себе хватало. Естественно, что убийство атамана Заруцкого не могло не вызвать реакцию у всего казачества, как социального явления.

Ещё раз вернёмся к фигуре Ивана Мартыновича Заруцкого. Самое поразительное, что его даже сравнить не с кем. Ну не было в истории казачества личностей подобного уровня. В том смысле, что казачество больше никогда не имело общего для всех лидера. Даже если взять атамана Дутова, который во время Гражданской войны носил звание походного атамана всех казачьих войск. Однако, абсолютным авторитетом для всех остальных атаманов Дутов даже близко не являлся. А вот Заруцкий являлся. И его убийство на Москве, естественно, настроило всех казаков против московского правящего режима.

Естественно, не мог оставаться в стороне и Саня Лисовский. И дело даже не в том, что Саня и Ваня были лично знакомы и вместе служили под знамёнами Лжедимона Второго не своего Имени. И даже личные взаимоотношения между Саней и Ваней никакой роли не играют. Тем более, что Саня и Ваня вообще могли друг друга не переваривать, но это опять же не имеет никакого значения.

Всё дело в том, что Саня не мог проигнорить убийство Вани. Саня же был «свободным художником», ну в смысле — самостийным полевым командиром. И командовал он не регулярными частями, а своим собственным частным войском. Вот только атаман Саня не был магнатом, и не имел золотого запасу на содержание своего ЧВК. Таким образом, ЧВК Лисовского держалось исключительно на авторитете самого́ Сани. А это значит, что лисовчики шли за своим предводителем только потому, что верили в его удачу, и в этом плане ЧВК Лисовского ничем не отличалось от остальных казачьих ватаг и станиц того времени. В том числе, как уже говорилось выше, подавляющее большинство членов ЧВК было казаками. Плюс, не менее половины членов ЧВК Лисовского ходили в своё время на БЗ совместно с Заруцким, либо вообще под прямым его руководством. Таким образом, игнорировать мнения и настроения своих хлопцев (разделяющих общеказачьи настроения) Саня не мог, ибо это грозило ему перспективой попасть на гиляку. Вот и выходит, что хотел Саня или нет, а реагировать он был обязан. Тем более, что поход на Московию выглядел очень перспективно. И уж если честно, то это прямая вина федерального центра, что он усадил на Железный Трон Вестероссии худородного Мишку Романова, тем самым превратив Русь в один сплошной фронтир, где нет законной власти. А подобный фронтир всегда наилучшее место для любых авантюристов, кондотьеров, атаманов и самозванцев.

Конечно же, очень многие (а может даже и все) пытаются выставить рейд Лисовского, как манёвр, осуществляемый для отвлечения русских войск от Смоленска. По факту оно так и есть. Ну, так по факту и акции обоих Адидасов (походы обоих Заруцких), и крестьянская война атамана Баловни — всё это тоже отвлекало московские войска от Смоленска.

А давайте-ка вспомним, а откуда вообще взялся Смоленск? Я таки имею поинтересоваться за саму ситуацию? А не вы ли, господа «законная власть», орально содомитствовали с Сигизмундом Третьим своего Имени? А не ваш ли это, ваналтыканный, федеральный центр заигрывал с паном крулем и зазывал королевича Влади́слава Сигизмундовича на Железный Трон Вестеросси́и? Не ваш ли ёбнутый на всю башку аятолла Гермоген бился в падучей и призывал все казни египетские на головы тех, кто не купит телевизор «Изумруд», ну в смысле не проголосует за кандидатуру Влади́слава? А не вы ли зазывали на Москву польского полковника Струся — того самого, который в последствии был комендантом Кремля, и которого в 1612 году пришлось всеми силами обеих ополчений оттедова выбивать, а? А не вы, говноеды дырявые (ну в смысле «законная власть»), вместе со Струсем звали на Москву литовского гетмана Сапегу? Вы же сами звали Сапегу! А бил пана гетмана кто? Правильно, предатель и враг народа — Иван Мартынович Заруцкий в начале декабря 1610 года в дребезги разнёс и вырубил в капусту полки гетмана Сапеги. Вы же сами затеяли всю эту игру с высшим военно-политическим руководством Речи Посполитой! Вот и доигрались! Все эти ваши потрясающе идеи заигрывания с Сигизмундом равносильны тому, чтобы оставить Александра Родионовича Бородача на ночь охранять алкомаркет — сие гарантировано приведёт к колоссальным убыткам! То есть у вас, господа хорошие, вместо головы, пардон муа, афедрон, и вы не умеете просчитывать вперёд даже на один ход, а виноваты вам всякие там Лисовские и Заруцкие. Таким образом, господа, ваши действия в политике, иначе, как политический климакс, не назовёшь. А потом на смену таким «политикам» приходят такие же «историки», которые с пеной у рта начинают доказывать, что по-другому тогда было нельзя. Ну да, если ты строишь государство-концлагерь для своего народа, то действительно по-другому нельзя. Особенно учитывая, что «законные власти» звали Сапегу и Струся на Москву именно выполнять карательные функции против народа. А потом, эти же говноисторики расскажут потрясающие истории о том, что на самом деле поляков на Русь притащили Лжедимоны, и это именно они во всём виноваты.

Вот только у Лжедимона l поляков было член-да-маленько, да и то все его поляки были из ЧВК Юрия Мнишека и наняты они были на деньги главной столбовой опоры православия в Речи Посполитой — князя Вишневецкого из рода Рюриковичей. А поляки Лжедимона ll вообще были повстанцами из Сандомирского рокоша, то есть очень сильно антикоролевскими чуваками. А вот с Сигизмундом и его сынулькой, а также с гетманами и панством кинулись заигрывать именно вы, господа.

И опять же, Лжедимон ll отказался присягать Сигизмунду lll и начал собирать против него Первое Народное Ополчение. А что в это время делали вы, господа? Правильно! Вы изволили встать рачком-с перед Сигизмундом и лечь под его сынульку.

А как же быть со шведами?! Их тоже самозванцы на Русь притащили? Вы сами, господа, отдали шведам Корелы со всем уездом, а потом ещё и выход к морю и всю Новгородчину просрали. А ведь если взять того же Лжедимона lll, то он, в отличие от вас, вообще отказался от какой-либо дипломатии со шведской короной, и не только удержал для Руси Псковщину, но и вёл наступательные действия — совершая рейды на территорию противника. Так что у Вора Сидорки были причины рассчитывать, если не на амнистию, то хотя бы на смягчение приговора.

Извини, дружище, заболтался я с этими говноедами, давай вернёмся к пану Лисовскому. Кстати, Саня тоже был одним из самых активных участников Сандомирского рокоша, поэтому-то он с остатками повстанческих войск и оказался под знаменем Лжедимона ll. Как там говорил Д’Артаньян — «меня интересует карьера военного». Так вот, Саня сделал феноменально блестящую карьеру военного. Хотя, в отечественной историографии принято выставлять Лисовского исключительно как грабителя и мародёра, который совершенно не умел воевать, а умел исключительно только грабить. Приведу неполный список подвигов и достижений Сани Лисовского только лишь под знаменем Лжедимона ll:

1) 30 марта 1608 года от рождества Христова Саня (присоединив к своему отряду встретившиеся ему остатки крестьянско-ушкуйных частей покойного атамана Болотникова) в кровь и шишки разгромил превосходящее его по силам войско рязанско-арзамасских служилых по отечеству пацанов, которыми рулили воеводы князь Иван Хованский и Захарий Ляпунов,

2) апрель месяц 1608 года — после победы над Рязанско-Арзамасскими Саня решительным штурмом взял Коломну,

3) декабрь 1608 года — Саня разгромил Галичских служилых по отечеству пацанов,

4) январь месяц 1609 года от рождества Христова — Саня занял Кострому и Галич,

5) февраль 1609 года — заняв Суздаль, Саня идёт и берёт Шую,

6) март 1609 года — взят Плёс,

7) 26 мая 1609 года — разгромлено войско Юрьевецко-Кинешемского служилого ОПС под командованием воеводы Фёдора Боборыкина и взята Кинешма,

8) июнь 1609 года — взят Юрьевец,

9) 28 июня — Саня разгромил авангард князя Шереметьева и взял в плен воеводу Ноговицына.

10) февраль 1610 года от рождества Христова — Саня, обороняя Суздаль, успешно отражает атаки воеводы Лыкова.

11) апрель 1610 года — Саня взял Ростов,

12) 2 мая 1610 года — отряд Лисовского разгромил и полностью уничтожил отряд воеводы Давыда Жеребцова и захватил Калязинский монастырь.

Повторюсь, это лишь неполный список достижений Сани под знаменем Лжедимона ll, которому, кстати, он был верен до самой смерти последнего.

Сам же по себе Саня Лисовский был личностью очень свободолюбивой и независимой. И интересовал Саню, прежде всего, исключительно сам Саня. На всякое там взятие Смоленска ему было абсолютно накакать, как впрочем и подавляющему большинству шляхты, поскольку вся эта Смоленская компания была исключительно частной войной короля Сигизмунда. Сеймы Польши и Литвы высказались категорически против этой войны и отказались её поддержать. Ну то есть, сама по себе Речь Посполитая, как государство, отказалась от участия в кровавой авантюре против России. Напоминаю, что правящим классом Речи Посполитой являлась шляхта — служилое по отечеству пацанство. Так вот, в большинстве своём всё это польское служилое пацанство не только было против войны с Россией, но и отказалось в нём участвовать. И, как-то всё это совершенно не вяжется с теми сказками о лютой ненависти всех поляков ко всем русским, что нам вещали из каждого утюга как в Романовской империи, так и в Союзе, и в нынешней РФ. Более того, у поляков XVl-XVll веков не только не было ненависти к русским, а наоборот — поляки смотрели на русских, как на ГЛАВНЫХ союзников против ГЛАВНОГО врага — Крымского ханства и Османской империи. Ещё раз подчеркну — главным врагом Речи Посполитой была не Россия, а Османская империя и её вассал — Крымское ханство. Именно поэтому, полякам была нужна дружественная Россия, чтобы иметь с ней союз против турецко-татарских орд. Союз! А ещё лучше — унию! Именно поэтому идея посадить на Железный Трон Вестероссии королевича Влади́слава была встречена польской шляхтой на ура, ибо это означало как минимум военный союз с Россией, и как максимум — унию — то есть единое государство Польши, России и Литвы. А вот авантюра по захвату Смоленщины и включения её в состав коронных земель (ленных владений короля) была встречена шляхтой в штыки, поскольку грозила серьёзными обострениями отношений с Россией. И в итоге, король Сигизмунд был вынужден вести войну ЧАСТНУЮ и исключительно на СВОИ деньги, поскольку ГОСУДАРСТВО не дало на эту авантюру ни цента.

Таким образом, заявления об том, что Санин поход осуществлялся исключительно в поддержку действий Сигизмунда, выглядят, конечно же, очень смело, но не очень убедительно.

Оно конечно же, рейд Лисовского был на руку Сигизмунду, этого-то никто и не отрицает. Вот только Сане было совершено монопенисуально и до Сигизмунда, и до Смоленска, и до всего прочего. А уж до Сигизмунда в первую очередь, поскольку против этого шведа на польском престоле Саня сражался ещё в составе Сандомирского рокоша. Оно конечно же, в 1611 году с Лисовского была снята зашкварная инфамия (объявление вне закона, как непримиримому врагу короны), однако же осадочек наверняка остался. Причём, вполне возможно, что Саня мог бы взять баблишко у Сигизмунда на своё предприятие. Ну, лично я на его месте так бы и сделал — поскольку, в данной ситуации надо быть дураком, чтобы не срубить капусты с пана круля. А Саня дураком не был. Но это всё в теории. А на практике, Саня был удостоен аудиенции короля лишь ПОСЛЕ похода. И баблишко — 10 тысяч форинтов, он получил уже ПОСЛЕ рейда, как награду за полезную короне инициативу.

А сие доказывает, что рейд Лисовского (бесспорно выгодный Сигизмунду) не был согласован и не был профинансирован королём. И совершенно неправильно выставлять этот рейд, как инициативу короля, который, якобы, послал на Русь Лисовского. Никто Саню никуда не посылал! Рейд был инициативой самого Сани. И инициатива эта была вызвана тем, что Саня был один из лидеров и участников казачьего движения. А казачество того времени, конечно же, не было монолитным, однако имело один общий тренд — какать в сторону Москвы и её правящего режима. И Саня (хотел он этого или нет) должен был быть в тренде. И он был в тренде! И так был, что ого-го! А одобрения короны и ништяки с её стороны Саня получил лишь после блестящего рейда.

А теперь о том, как Саня был в тренде…

В конце февраля 1615 года от рождества Христова Абаддон Разоритель покинул Око Ужаса и отравился в Xlll Чёрный Крестовый Поход. Ну, в смысле Саня Лисовский во главе 600 всадников начал свой отчаянно лихой марш в историческое бессмертие.

В марте месяце 1615 года Лисовский осадил Кадию (Брянск). Два месяца Саня просидел под Брянском. Город он не взял, однако значительно усилил свой отряд за счёт донских казаков, местных крестьян-повстанцев, а также отряда наёмников, присланного гетманом Ходкевичем. И тут нарисовался князь Шаховский с большим войском, который имел задачу — разгромить и уничтожить войска Лисовского и деблокировать Брянск.

Однако, Саня не стал ждать подхода Шаховского, а выдвинулся ему на встречу. В итоге, 19 июня 1615 года Лисовский перехватил Шаховского под городом Карачевым. Несмотря на численное превосходство московских войск, Саня (который якобы не умеет воевать) вдребезги их разгромил, а самого князя Шаховского взял в плен. Естественно, сам Карачев после того тоже был взят Саней.

По итогам проходящего в это время под Нерезиновском турнира, Москва направила против Лисовского вышедшего в плей-офф главного господина освободителя — Димона Пожарского. В августе месяце 23 числа под Орлом встретились команды Сани и Димона. Эта встреча вошла в историю, как Орловская битва. Силы были приблизительно одинаковы — 2000 на 2000. В конном бою Саня Лисовский разгромил Димона Пожарского, однако взять гуляй-город последнего не смог. В итоге, катка закончилась вничью. А 29 августа Саня штурмом взял Орёл и очень нехило там порезвился — оставив впечатлений местным богатеям.

От Орла Саня повернул тачанки на север…

Звеня сбруей и редкими кольчугами, лихие эскадроны изготовились к маршу. Ветер колыхал пики и трепал кровавые знамёна с чёрным ежом. Из граммофона на головной тачанке неслось:

Мне Маруся говорит: «Лютая я!

Ты, чувак, бери!» Вот она моя!

Я не знаю кто пламень разжёг.

Е-е-е-е, чёрный флажок!

А Махно продался Ленину

И пошёл стелить постель ему.

А Махно продался, да я не рад,

Я в него четыре пули подряд!

А далее, аллюр три креста и отчаянно лихой молниеносный кавалерийский рейд!

Смотри сам, дружище: 10 сентября — Саня ураганит в Болхове, 11 сентября — взят Белёв, и в этот же день пан атаман у Лихвина — исписав стены которого нехорошими словами (царь Мишка — хуйло), лихая конница лисовчиков уносится в закат. Далее, 12 сентября — Саня бьёт рыло воеводе Семёну Глебову и, разогнав ссаными тряпками кодлу последнего, берёт штурмом Перемышль.

И я тебе так скажу, дружище, что это даже по нынешним временам очень сильно стремительный рейд.

Ну, а в Перемышле Саня тормознулся и забазировался.

Естественно, федеральный центр был не в восторге от перспективы скорого прибытия в Москву лихой конницы Лисовского. Для отражения незваных гостей (которые, как известно, хуже татарина) на усиление отряда Димона Пожарского из Казани прибыло войско дворянских ОПГ и служилых татар численностью до 7000 тысяч штыков и сабель.

Отдохнув и пополнив отряд повстанцами и ушкуйниками, Саня двинул в сторону Москвы. Князь Пожарский с большим войском шёл на перехват Лисовскому. Однако, внезапно у Димона началось опоносение, и он засел в Калуге с целью продристаться. Саня вежливо постучал в дверь калужского сартира, однако оттуда раздался истошный вопль князеньки — «занято!!!».

В итоге, наш главный хаосит видимо сильно расстроился, и вместо похода на Святую Терру (Москву) — рванул совсем в другую сторону. Хотя, вполне возможно, что поход на Москву был лишь дезой, как возможно дезой было и намерение штурмовать Калугу. Саня Лисовский был не только кавалерийским командиром от бога, но и вообще грамотным военным, и блестяще владел не только оперативным искусством, но и пропагандой и дезинформацией. Ну, а учитывая что всего против Лисовского были развёрнуты силы до 15000 бойцов, то его финт ушами был более чем разумен.

А далее, был не менее лихой трёхсот километровый марш от Калуги до Ржева. И там под Ржевом 12 октября 1615 года от рождества Христова Саня (в очередной раз) разгромил войско воеводы князя Шереметьева. Сам город был взят, однако Шереметьев с остатками войска заперся в остроге, откуда категорически отказывался выходить. Саня полтора месяца пытался выманить князеньку за стены, однако в результате заскучал, плюнул на всё и пошёл дальше на север. Кстати, под Ржевом к Лисовскому присоединились волжские ушкуйники атамана Ляда и донские казаки атамана Якова Шишова. Туда же прибыли и казаки, сбежавшие из войска Димона Пожарского.

А как там поживает само войско Димона Пожарского? О! Там всё прекрасно! Сам Димон изошёл на кровавый понос и закосил от дальнейшей воинской службы. Командование принял брательник Димона Михайловича, тоже Димон Петрович Лопата-Пожарский. Служилые татары очень красочно и живописно, в том числе с использованием изящной восточной жестикуляции, объяснили новому воеводе, что они многократно сиктым маму всех Пожарских, а самого воеводу видели на кутаке. После чего — алга — и лихая татарская конница с визгом и гиканьем умчалась на встречу восходящему солнцу. Сам же Лопата воевать с Лисовским откровенно зассал. Ибо сей говорящий шанцевый инструмент смикитил, что если начать догонять Саню, то на свою беду можно и догнать. А догнав, получить «не те, что с волосами, а бьют когда руками и ногами». В итоге ссыклявое поведение Лопаты окончательно деморализовало войско, и оно разбрелось кто куда. За такие зихера Лопату вызвали на Москву, где он тут же начал (как это принято у Пожарских) косить и симулировать, изображая полную негодность к строевой. В итоге Лопату, за проявленную им ссыклявость, законопатили на Можайское СИЗО, где он убирал кал за петухами.

Помимо Лопаты, царские репрессии коснулись и других ссыклявых воевод: «изменников Михалка Долгорукова, Петрушку Бунакова, Сенку Глебова и Данилка Яблочкова» приговорили «бить кнутом по торгом и казнить смертью безо всякие пощады». Выпороли воевод знатно, а вот высшую меру социальной защиты царь Мишка отменил.

Тем временем, во второй половине ноября Лисовский взял Торжок. Далее, лихой отряд поскакал на Кашин, а затем на Углич. Однако, оба этих города Сане взять не удалось (видимо ввиду отсутствия у последнего тяжёлой арты), и он рванул дальше на Данилову слободу, которую он успешно взял на шпагу 2 декабря 1615 года.

В Даниловой слободе Саня недельку отдохнул, восполнил потери в живой силе, пополнил БК и запасы ГСМ, а также затарился хавчиком. Будучи там же в Даниловой слободе, Саня пихнул мульку, что он пойдёт на Кострому. Естественно, московские воеводы схавали эту дезу и начали подтягивать свои силы к городу, который усиленно готовится к обороне.

Собрав отдохнувшие отряды, батяня Лисовский бросил свою конницу в очередной лихой рейд. Продефилировав между Ярославлем и Костромой, Саня форсировал Волгу-Матушку и рванул дальше на юг. В самом начале декабря 1615 Саня штурмом взял Шую. В конце декабря Лисовский пытался взять Муром, но был отбит и пошёл на Касимов. От Касимова Саня повернул тачанки на запад.

Ураганном пройдя сквозь Касимовщину и Рязанщину, отряд Лисовского ворвался в Тульские земли. Кстати, преследующие Саню воеводы Барятинский и Куракин оставляли после себя практически выжженную землю, хотя грабителем считается исключительно Лисовский.

Казалось, что марафон подходит к заключению и Саня входит на финишную прямую, однако 25 декабря 1615 года воевода Куракин догнал таки Лисовского и попытался отобрать у последнего жёлтую майку лидера. Однако же, встреча двух команд закончилась вничью, и Саня умчался дальше, а воевода Куракин стал отбывать номер, изображая погоню. Именно изображая, поскольку сходится с Саней в открытом бою он откровенно поссыкивал. Тоже самое можно сказать и о князе Барятинском, который теперь был всех танков командир. Сей князенька тоже имитировал бурную деятельность, однако хлестаться с Саней раз-на-раз побздёхивал.

Встречать Новый Год Саня отправился в Лихвин, где местные нарядили оппупительную ёлку. Одним словом, лисовчики «надели маски кроликов, слонов и алкоголиков» и заявились на местный дискач со своей фонотекой. Несколько дней лисовчики пытались прорваться на местные гуляния, однако не прошли фейс-контроль и ушли несолоно хлебавши.

В итоге, в январе 1616 года от рождества Христова Абаддон Разоритель вернулся в Око Ужаса (ну а смысле в Речь Посполитую).

Ладно, дружище, морально этические аспекты этого блестящего в военном смысле рейда мы разберём в следующей серии, а сейчас айда к атаману Баловне.

НАРОДНАЯ ВОЙНА АТАМАНА БАЛОВНИ

Оставили мы атамана Баловню на том моменте, когда он виртуозно переобулся в воздухе и, изобразив лояльность, отправился на Тихвин — одну из главнейших оперативных баз Шведского фронта. На тот момент крестьянско-казачье восстание охватило Поморье, Вологодчину, а также Тверскую, Ярославльскую и Костромскую земли. Видимо, федеральная власть рассчитывала, что с переходом на сторону царя Мишки главного атамана повстанцев — Баловни — восстание начнёт затихать. Однако, восстание продолжалось. И продолжалось оно потому, что восстание это было не столько против царя Мишки, сколько против всего государственного устройства!

Всё дело в том, что на охваченных восстанием территориях вводилось казачье управление. Ну, то есть устанавливалось прямое НАРОДОВЛАСТИЕ, где люди собирались на круг и сами решали все вопросы и проблемы. Естественно, идти обратно под власть алчных, зажравшихся и насквозь коррумпированных царских чиновников никто не хотел. Вот именно поэтому народная война Баловни тема в отечественной истории практически табуированная. Оно и понятно, что в свете того, что почти половина страны перешла на прямое народовластие, оправдывать необходимость существования романовского государства-концлагеря очень сложно. Вот именно ПОЭТОМУ и был созван чрезвычайный Земской собор! И правящий московский режим вёл войну не с какими-то там Баловнёй, а с народом! С народом, который выбрал народовластие вместо монархического чушпанства.

А был ещё один момент, который без вариантов является категорически табуированным для отечественной истории. Речь пойдёт о новгородской государственности. Нет, дружище, я сейчас не об Новгородской республике, уничтоженной в XV веке Иваном lll. Я об Новгородском государстве 1611–1617 годов. В 5 серии мы уже говорили о самостийной новгородской учредилке, так вот, речь именно о ней. Да-да, это та самая новгородская самостийность, которую от лица Второго Народного Ополчения не только признавал, но и очень сильно поддерживал Спаситель Всея Руси, а по совместительству шведодрочер Димон Пожарский.

Оно конечно же, отечественная историография всячески пытается выставить период новгородской незалежности исключительно как оккупацию, однако это не совсем так. Мы же с тобой, дружище, прекрасно помним, как служилые по отечеству пацаны сдали Новгород шведам без боя. А потом, эти же самые пацаны вместе со шведами генерала (или какое тогда у него было звание?) Горна ходили войной на Псков. Правительство самостийной Новгородчины возглавил князь Иван Никитич Одоевский, который ничтоже сумняшеся посылал русских новгородцев резать русских псковичей во славу шведской короны и вновь обретённой новгородской государственности.

Оно конечно же, сейчас эти новгородцы выглядят предателями. Однако, не стоит забывать, что до конца 15 века Новгород был независимым государством. Государством, ЗАВОЁВАННЫМ Москвой, а не присоединённым, как это сейчас пытаются выставить. А вообще, дружище, жутковато становится от того, как именно сейчас переписывается история. Я тута в педивикию зашёл и очленел — там Новгород именно присоединён без боя, и ни слова о битве на Шелони, как её и не было! Ладно, возвращаемся к новгородским служилым по отечеству пацанам и их выбору. А чисто по-человечески, их выбор вполне понятен. Ведь на Руси по-сути чушпанами были все, кроме царя. Даже князья-бояре (большинство из которых было куда родовитее, чем всякие там Годуновы, Шуйские и Романовы) — и те, обращаясь к государю, декларировали, что мол чушпан твой Васятка челом бьёт. И это была не только красивая форма речи, но и вполне объективная реальность, данная всем подданным Московского царства в ощущениях. Ведь Московское государство изначально строилось по азиатским, ордынским лекалам, где не существует никакой частной собственности, а всё принадлежит исключительно только монарху-самодуру, чья власть абсолютно ничем не ограничена. Проще говоря, в Европе служилый по отечеству пацан это человек. Человек! Человек имеющий свои ПРАВА. А на Руси, служилый по отечеству пацан, это просто бесправное насрано. Нет, конечно же у этого пацана есть свои чушпаны, однако же сам он для царя такой же бесправный чушпан. Вот поэтому новгородские служилые по отечеству пацаны и решили почувствовать себя людьми, и поэтому и выбрали кружевные трусики и ЕС. Ладно, об особенностях московской государственности мы поговорим в другой раз, а сейчас вернёмся к повстанцам.

Несмотря на переход атамана Баловни на сторону Железного Престола Вестероссии, восстание Севера продолжалось. Тем более, что десятки других атаманов и не думали переходить на сторону московского режима. Естественно, федеральный центр кинулся душить народовластие северян с помощью карательных походов князей Лыкова-Оболенского, Барятинского и воеводы Валуева.

Тем временем, атаман Баловня прибыл к Тихвину, откуда ему надлежало начать наступление на шведско-новгородские войска. Вот только не втыкала эта война казачков. Ну не за что было им там воевать. Частью Московского государства они себя не считали. На Швецию им было накакать. Да и с новгородцами за что воевать? Новгород вернул свою государственность, чем восстановил историческую справедливость. К тому же настоящее изначальные казаки — ушкуйники — вели своё происхождение от новгородской вольницы, которая после падения Новгородской республики создала свою ушкуйную Хлыновскую республику. Естественно, обе эти республики были уничтожены Московским государством. Так скажи мне, дружище, за кого казаки должны были воевать в этой войне — за Москву, или за Новгород? Особенно учитывая, что исконные казаки — это именно новгородцы. А также учитывая тот факт, что правительство князя Одоевского выбивало у короля Густава ll Адольфа вполне конкретные ништяки для новгородцев, а что готовил нам царский трон, мы тоже в курсе — сплошное тотальное бесправное чушпанство.

В общем, похоже, что Баловня и не собирался воевать ни против шведов женераля Делагарди, ни против русских (новгородских) войск князя Одоевского. Именно поэтому, практически с марша казаки атаковали стоявшие под Тихвиным московские войска воевод Волконского и Чемесова. В итоге, московские войска были расколошмачены в кровь и шишки, а оба воеводы сбежали в Тихвин, где и забаррикадировались.

Сам же этот сраный Тихвин был казакам до одного места, однако надо было решать, что делать дальше. Баловня созвал круг. На кругу казаки-ушкуйники-повстанцы единогласно рявкнули: «даёшь Москву!». Сказано — сделано. Атаман Баловня повернул оглобли на Москву. Где-то в это же самое время начал свой вышеописанный лихой рейд и Саня Лисовский.

По дороге к войскам команданте Баловни присоединялись станицы других атаманов, а также отряды крестьян-повстанцев. Была ли у Баловни тачанка? Спрашиваешь?! Конечно! А граммофон? Да целых два! Что они играли? Ну, видимо это:

«Нас носило по степи

Как перекати-поле!

Вольный ветер напевал

Нам песенку свою!

Ничего не надо нам

Нам надо только крови!

Крови и свободы

И местечко бы в раю…

Белые постели, и с узором шёлк!

Нежатся цари, принцессы, короли, князья, министры!

В этом мире человек человеку волк!

Разнесём его мы на куски не быстро…»

Я тут давеча сравнивал поход Пожарско-Мининского ЧВК с Пригожинским маршем на Москву. Наверное, не очень удачное было сравнение. Вот как раз поход Баловни к Москве больше похож на марш Пригожина и Уткина. Ну, правда у Баловни было повстанческое войско, а не ЧВК, как у Жеки Пригожина и Димона Пожарского. Но сам по себе марш был практически идентичен.

В начале июля более чем пятитысячное войско атамана Баловни беспрепятственно подошло к Москве и встало у села Ростокино. Кстати, и Пригожинский марш тоже был в начале июня, и Жека тоже беспрепятственно подошёл к Москве. И дальше пошла тоже точно такая же, как и у Пригожина, лажа. Вместо того, чтобы входить в Москву и сносить её гнилой правящий режим, Баловня (точно также, как и Пригожин) вступил в какие-то дебильные переговоры с царём и его правительством. За каким членом (здесь место для трёх смайликов рука-лицо)?

А ведь ситуация с Баловнёй действительно была один в один, как с Пригожиным. На Москве тогда тоже практически не было войск. Баловне надо было входить в Москву, поднимать народ, сносить царя со всей правящей кодлой и устанавливать на Москве прямое народовластие, как это было сделано в северных районах Руси. Сила на тот момент была на стороне Баловни. Поскольку одна часть московских войск была на севере, где подавляла народное восстание, а также сражалась с новгородскими самостийниками и шведами. А другая часть не очень успешно пыталась воевать с Лисовским. Саня как раз только что надавал по сопатке князю Шаховскому под Карачевым, и взял сам город.

То есть, момент для Баловни — удачнее некуда. Однако, вместо того, чтобы брать Москву, атаман начал требования у царя выплаты боевых, а также признания всех восставших (по всей Руси) холопов казаками. Ну, если с выплатами боевых ещё туда-сюда… Ну не сказать, чтобы уж совсем не решаемый вопрос. Тут наверное был шанс сговориться. Но вот второе требование было совершено дебильное. Дебильное в том плане, что абсолютно неприемлемо для правящего режима, ибо служилое по отечеству пацанство не могло признать своих бывших чушпанов служилыми не по отечеству пацанами, поскольку подобный прецедент ставил под угрозу существование самого института чушпанства на Руси. Естественно, подробное было совершено неприемлемо для правящего класса. Нахрена Баловня эту пургу двигал? На что он рассчитывал? Совершенно непонятно…

Блин, ну Россия это же не Германия, и Баловня не Флориан Гайер! Это тама у них можно было поднимать восстания за всякие права (и добиваться этих прав), за введение либо отмены каких-либо статей закона. Но у нас же не Европа! По-сути, Московское государство это ханство! Ханство именно по государственному устройству. И началось это всё с Ивана Калиты, который начал перестраивать своё княжество в Московское ханство. Таким образом, московский царь — это не русский царь, а хан! А требовать что-то у хана — утопия. Хана надо только резать. Баловня же устроил какие-то дебаты…

Слов нет… Вот до слёз обидно, дружище. С одной стороны, атаман Баловня замутил такую великую движуху, какой ещё никогда не было на Руси — установив народовластие практически на всей северо-западной части страны. Затем, без боя дошёл до Москвы. Вот оно! Иди и бери! Нет же, устроить какой-то тухлый батл…

Вот смотри — батяня Хлопок Москву взять не смог, команданте Болотников тоже не смог. Разин, восставшие стрельцы, Булавин и Пугачёв (о которых мы ещё поговорим) до Москвы не дошли. А Баловня дошёл. Дошёл и встал. Вот и достоялся. В общем, пока атаман вёл батл с московским ханом, к Нерезиновску подошёл член Семибанкирщины князь Лыков-Оболенский со своим карательным туменом. Таким образом, момент для взятия Москвы был упущен. И теперь уже царь Мишка диктовал свои условия, по которым войско Баловни отошло к Донскому монастырю.

А уже 23 июля царь вызвал Баловню и других атаманов в Кремль якобы для выплаты боевых. Однако, по прибытию в Москву атаман Баловня со своими соратниками был схвачен, а лагерь у Донского монастыря атаковали войска Лыкова-Оболенского.

Таким образом, великое начинание атамана Баловни было слито в унитаз. Сам Михаил Иванович Баловня был повешен за ребро на крюк. Также, страшным казням подверглись 36 народных атаманов и есаулов. Войско Баловни было разгромлено, а более 3200 повстанцев было взято в плен, подавляющее большинство из которых опредилили в крепостное чушпанство.

Эх, ребятушки, так вы красиво начали и так бездарно погибли. Ну нельзя, нельзя вести никакие переговоры с администрацией государства-концлагеря. Если можешь их убить — убей, или московский хан убьёт тебя.

Ну, что, дружище, думаешь с уходом Захария Заруцкого и Сани Лисовского, а также с гибелью команданте Баловни всё закончилось? Да хрен-то там плавал! В следующей серии поговорим о других народных и казачьих атаманах.

Ино побредём дале…

Иркутск. 9.12.2025 года от рождества Христова.

Глава 9 Восстание народного казачества и конец гражданской войны 1613-1618 года

ВОЛЬНОЕ КАЗАЧЕСТВО

Не всё казачье войско команданте Баловни было сразу же уничтожено под Москвой. Вторым после Баловни в его войске был атаман Ермолай Терентьев (позывной «Ермак»). Так вот, этот самый Ермак вместе с Баловнёй и другими атаманами и есаулами тоже попёрся к царю. А когда их там всех паковали, Ермолай Терентьев смог вырваться и сбежать. Мало того, он даже каким-то чудом смог добраться до одного из лагерей повстанцев. Звучит совершенно фантастически, однако это так. То ли тот Ермак был суперменом, то ли ему кто-то очень здорово помог, однако факт остаётся фактом — Ермолай Терентьев смог не только избежать ареста, но и добраться до своих раньше, чем войска московских воевод. Далее, возглавляемые Ермаком войска начали спешно отходить от Москвы, при этом не забывая резать имущий класс и пускать ему «красного петуха». Таким образом, отступавшее казачье войско неплохо так оставило впечатлений Боровскому и Малоярославльскому уездам. Однако, 27 июля князь Лыков-Оболенский догнал Ермака. Казаки приняли бой на берегу речи Лужа, однако верх оказался за московским воеводами. В итоге, казачье войско было разгромлено и рассеяно. Дальнейшая судьба атамана Ермака неизвестна, однако те из казаков, кто не был убит и не попал в плен, малыми группами разбежались кто куда. Кто — обратно на север, где ещё гремело народное восстание. Кто к Сане Лисовскому. Ну, а кто и на Дон, либо на Волгу. Ну, а участь попавших в плен нам уже известна.

Идём далее…

Жестокая расправа на Москве с команданте Баловнёй и другими атаманами и есаулами, а также зачушпанивание большей части их войск стала последней каплей для общеказачьего движения. С этого момента даже те немногие из казаков, кто ещё был верен Железному Трону, начали в корне менять свои политические взгляды. Нет, это не значит, что прям вообще все казаки пошли против правящего на Москве режима. Естественно, были городовые казаки, многие из которых (как правило, в дальних, не затронутых гражданской войной гарнизонах) верно служили московскому хану, были и отдельные купленные с потрохами ушкуйно-казачьи атаманы. А вот остальная масса казаков теперь окончательно смотрела на Москву исключительно, как на врага.

А был ещё один очень любопытненький фактец. Весной 1613 года (по одним данным, ещё до венчания Мишки на ханство, а по другим — сразу после венчания) был создан Казачий приказ. Как думаешь, дружище, для чего был создан сей государственный орган? Ага! Вижу, как брови насупил и лоб наморщил — значит, начинаешь догадываться, что явно не с благими намерениями. Правильно, дружище! Правильно! Ибо, как сказал один мой старый приятель — «кругом обман и злой умысел». Главное назначение сего министерства заключалось в расказачивании вольных казаков с их последующим зачушпаниванием.

Здесь стоит сказать несколько слов о «Вольном казачестве». Мы с тобой ещё в первых сериях разобрали процесс формирования казачества на Руси. Однако, не лишним будет вспомнить, как именно (и из кого именно) формировалось казачество.

Нет, конечно же, изначально само это социальное явление было татарским и появилось оно после того, как Тамерлан насильственным образом прекратил существование Золотой Орды. И вот на осколках бывшей Золотой Орды и появились вооружённые отряды вольных людей. Но вся эта история не имеет к нам никакого отношения, ибо татарское казачество не стало основой для формирования русских (и украинских) казачьих войск. Татарское казачество, в виде отдельных заимствований, повлияло лишь на антураж русско-украинского казачества, а не на его суть. Что же касается сути, то, как мы с тобой помним, фундаментом для русского (и украинского) казачества стали хлыновские (в прошлом новгородские) ушкуйники — потомки славянских (и не только) викингов. Эти самые ушкуйники после уничтожения их республики Московским ханством разбрелись кто на Волгу, кто на Дон, кто на Днепр, кто на Яик, а кто и на Терек. Все эти весёлые хлопцы с большим увлечением занимались благороднейшим пиратством, а заодно резались с Крымским ханством, а также с иными осколками Золотой Орды. А затем некоторые атаманы стали (за всякие ништяки в виде БК, гуманитарки, а то и налика) охранять границы Московии, либо Речи Посполитой. Естественно, не брезговали ушкуйнички и наёмничеством на службе как Железному Трону Вестероссии, короне Речи Посполитой, а то и даже империи Габсбургов.

Но это всё ещё пока не казачество, а чисто пиратское ушкуйничество. Хотя, кто-то где-то уже начинает именовать их на татарский манер — казаками.

Хотя, городовое казачество появилось на Руси ещё задолго до Ивана Грозного, и вполне возможно, что ещё в XV веке. Вот только городовые казаки не имеют никакого отношения к процессу формирования исторически сложившихся казачьих войск. Городовых казаков (тех, кого не расказачили) впоследствии вводили в состав казачьих войск.

Затем, у нас начался движняк батяни Хлопка Косолапа. После разгрома которого ушкуйные корпорации получили в своё распоряжение не только значительную массу крестьян-повстанцев, но и профессиональные конные отряды боевых холопов. То есть, не просто каких-то людей верхом на лошадях, а слаженные и закалённые в боях отряды профессиональных военных. Профессиональных военных, обученных именно конному бою. Таким образом, формируемое казачество обрело свою собственную профессиональную конницу. И прямо скажем, очень даже неплохую конницу. Конницу, которая впоследствии станет легендарной. Хотя, легендарной она, видимо, стала сразу же, без прелюдий.

Конечно же, ещё до восстания Хлопка Косолапа к ушкуйникам приходили и всякие разбойные ватаги, и всякие беглые чушпаны, и кандидаты в чушпаны, и даже разорившиеся служилые по отечеству пацаны. Однако, всех их в лучшем случае хватало на восполнение потерь. А тут к ним привалили нормальные такие стэки не только крестьян-повстанцев, но и профессиональных кавалеристов. Наверное, с этого момента и начался формироваться уже знакомый нам облик казачества.

А далее, заработал запущенный Фёдором Никитичем Романовым (более известным, как патриарх Филарет) процесс Смуты. А любопытная штука получается, дружище. Вот смотри, ещё в лето 1600 от рождества Христова Федька Романов пытался свергнуть Бориску Годунова с Железного Престола Вестероссии. А далее, чего только не было… Хлопок Косолап, Лжедимон l, Васька Шуйский, Болотников, Лжедимон ll, Сигизмунд lll, шведы Делагарди, Семибоярщина, Лжедимон lll, Заруцкий и царевич Иоанн Дмитриевич, казачья смута, оба народных ополчения… И всё это выглядит лишь массовкой для продуманного плана Федьки-Филарета Романова, который в итоге всё-таки усадил на Железный Престол своего сынульку. Казалось бы, в том далёком 1600 году полный провал и крах всех замыслов, однако спустя 13 кровавых лет на престоле Мишка Романов. Нет, конечно же, все вышеперечисленные прекрасные (и не очень) господа не являлись массовкой для ХПП Федьки-Филарета. Хотя, наверняка найдутся (а может и уже нашлись) те, кто будет доказывать, что это всё именно обосраться какой хитрый план. Ладно, я опять отвлёкся — возвращаемся к нашим любимым ушкуйникам.

На чём мы там остановились? Ах, да — на запущенном Федькой-Филаретом процессе. Ну в том смысле, что именно сей Федька первым решил скинуть законного царя. Далее, по стопам Федьки-Филарета пошёл Гришка Отрепьев, который, в общем-то, до престола удачно дошёл. Именно с тех пор всевозможные ушкуйно-казачьи станицы (отряды) стали массово шарахаться по территории всего государства. И чем дальше, тем этих станиц становилось всё больше. Мало того! Казачий уклад пришёлся народу по душе. Оно и понятно, быть пацаном куда прикольнее, чем бесправным чушпаном. В общем, народ не только массово шёл в ватаги казаков-ушкуйников, но и сам с удовольствием принимал казачий уклад. Изначально, это выражалось в том, что первыми на казачий уклад переходили отряды крестьян-повстанцев, которые на казачий манер выбирали себе атаманов и есаулов, именовались станицами, решали все вопросы кругом. А впоследствии, целые регионы, как это было при команданте Баловне, стали переходить на казачий уклад. Народу это нравилось. Во-первых — крестьяне и так традиционно решали все вопросы коллективно — миром. Во-вторых — в городах (особенно в северных) ещё жива была память о вечевых колоколах. Кстати, принимали казачий уклад не только кандидаты в чушпаны, но и служилые по прибору пацаны. Так, отряд белозёрских стрельцов численностью до 300 морд затрахался жить по уставу, и выбрав себе атаманов — Степана Артемьева и Матвея Сергеева, перешёл в вольное казачество.

Таким образом, казачество стало становиться общенародным явлением. Вот так и появилось так называемое «Вольное казачество», которое расползалось по всей Руси. Естественно, в концепцию государства-концлагеря подобное не вписывалось абсолютно. Именно поэтому и был создан Казачий приказ, дабы ликвидировать это смертельно опасное для государства-концлагеря явление.

В состав этого «Вольного казачества» входили все: запорожцы, донские, волжские, терские, яицкие ушкуйники, гребенские казаки, боевые холопы, крестьяне-повстанцы, пошедшие за Лжедимонами городовые казаки. Отличало «Вольное казачество» от остальных исторически сложившихся казачьих территорий то, что их станицы, не торчали на этих самых исторических территориях, а обитали чуть ли не на всей (не казачьей) европейской части Вестероссии. В разное время, большую часть этих вольных станиц аккумулировали вокруг себя, то Лжедимоны, то Заруцкий с Трубецким, то Баловня. К Сане Лисовскому часть этих ребят тоже присоединилась.

Станица того времени — это не территориальное поселение, а автономное подразделение казаков численностью в среднем от 50 до 150 человек. Каждая станица выбирала своего атамана и есаула. Ну и, естественно, что данные станицы объединялись в более крупные формирования для проведения более масштабных операций.

Станицы «вольных казаков», попадавшие в орбиту карательных отрядов московских воевод, «разбирались», ну то есть расформировывались, расказачивались и зачушпанивались. При этом командный состав станиц (а также какие-нибудь наиболее ценные в военном смысле кадры) мог быть определён на дальнейшую воинскую службу (где-нибудь в наших сибирских палестинах), а вот для подавляющего большинства личного состава вариантов не было — только зачушпанивание. Хотя, были конечно же и такие атаманы, которые продавались с потрохами царскому режиму и сами сдавали свои станицы, получая взамен переход в служилое по отечеству пацанство со своими землями и чушпанами.

Так, дружище, давай, дабы не попасть в блудняк, определимся с терминологией и классификацией русского (и украинского) казачества:

1) Городовые казаки — практически регулярные части того времени, входящие в состав «Минки» (Стрелецкого приказа) того же времени. Служилые по прибору пацаны, тащившие гарнизонную службу в городах и острогах Руси-Матушки. Практически, аналог стрельцов, только со своим колоритом. Вна Украине (Малороссии) именовались реестровыми казаками, входившими в состав войск Речи Посполитой.

2) Ушкуйное казачество — потомки новгородско-хлыновских ушкуников, осевших на Волге, Днепре, Дону, Тереке и Яике и сформировавших территориальные анклавы исторических казачьих войск.

3) Вольное казачество — представители обеих вышеупомянутых ветвей, покинувших свои пункты постоянной дислокации и заполонившие территорию чуть ли не всей европейской части России того времени, а также примкнувшие к ним отряды крестьян-повстанцев. Плюс, принявшие казачий уклад остатки пёстрых по составу отрядов из войск Болотникова и всех Лжедимонов.

Теперь немного хроники событий. Казачий приказ начал свою поганую деятельность с начала 1613 года. Осенью того же года начал свою движуху команданте Баловня. Атаман Заруцкий начал на год раньше, но то было, хоть и с элементами классовой борьбы, но всё же династическое противостояние, а нас в данный момент интересует казачье народовластие. В 1614 году казнён Иван Мартынович Заруцкий, что естественно тоже не прибавило очков московскому режиму в глазах казаков. А также, к тому времени начали расползаться слухи о деятельности Казачьего приказа. А в 1615 году ситуация с разказачиванием ещё более усугубилась, а после казни Баловни вместе с другими атаманами и есаулами и зачушпанивании 3000 казаков из его войска казачество окончательно отвернулось от московского хана.

АТАМАН КУМА

Узнав о произошедшем на Москве из войска Димона Пожарского из-под Калуги сбежало 15 казаков. Своим атаманом дезертиры избрали Афанасия Куму. Казалось бы, рядовое событие — ну подумаешь, кучка дезертиров — эка невидаль. Однако, за лето эта кучка стала большим формированием численностью до 500 штыков и сабель. Естественно, шедшие за знаменем Кумы именовали себя казаками. А вот были ли они действительно казаками? Как же, как же, легендарное Калужское казачество! Не менее легендарное, чем «Альпийские Тетерева». Не помнишь, кто такие Альпийские Тетерева? Ща напомню! Где там у меня эти скрижали с манускриптами… Ага, вот она, нужная летопись! Так… «В лето 7… (размыто и не читабельно) от сотворения мира…» Ага! Далее вполне разборчиво. Цитирую: «Сложный был год. Налоги, катастрофы, проституция, бандитизм и недобор в армию. С последним мириться было нельзя, и за дело принялся знающий человек — наш военком. Он собрал всех тунеядцев, дураков и калек в районе. Даже глухих определил в погранотряд «Альпийские Тетерева». Столько лет уже прошло, а они ещё где-то чудят…».

Шутки-шутками, однако же ясень пень, что в отряд атамана Кумы ломанулись принявшие догму — Казачий Уклад Един — местные крестьяне. Да и сам атаман, судя по его показаниям, в прошлом был дворцовым чушпаном в селе Михайловском Звенигородского уезда. Исходя из этого, можно предположить, что и остальные дезертиры тоже не были потомственными ушкуйниками, и стали казаковать совсем не от хорошей жизни. Однако, учитывая тот факт, что сам Кума и остальные 14 его подельников-дезертиров смогли подмахнуть контракт с ЧВК Пожарского, значит на тот момент все эти парни уже имели какое-то соответствующее портфолио. Ну и надо сказать, что бывшие чевэкашники неплохо делились боевым опытом и казачьим укладом с пришедшими к ним кандидатами в чушпаны. И действительно, принявшие казачий уклад кандидаты ураганили ничуть не хуже, чем заправские ушкуйники! Одним из первых громких подвигов отряда атамана Кумы стала казнь верейского воеводы Загряжского. Естественно, весь имущий класс Верейского уезда тоже пошёл под нож и под «красного петуха». Затем, штурм острога в Рузе и обнуление служилых по отечеству пацанов по всему Рузскому уезду. После чего атаман Кума нагрянул в свой родной Звенигородский уезд, где весь имущий класс тоже огребает по полной от дубины народной войны. Далее, тотально вырезаются и выжигаются помещичьи и поповские усадьбы Боровского, Можайского и Медынского уездов. Мало того, атаман Кума берёт штурмом города Кременск и Вышгород. Ну что скажешь, дружище, нехило пейзане поураганили? Да это почти что рейд Сани Лисовского! Вот только у Сани в отряде были настоящие кавалеристы, а тут сплошное лапотное говно (интересно, на лапти уже успели к тому времени перейти, или это скрепное счастье ещё только впереди…) под руководством полутора десятка чуваков с реальным боевым опытом. Однако, в ноябре месяце 1615 года отряд атамана Кумы был разгромлен московскими воеводами. Сам атаман Кума был схвачен, и князь Димон Пожарский требовал его казни. Однако, царь Мишка Романов, вроде бы как по каким-то непонятным причинам, подписывать вышак Куме не стал. И к сожалению, о дальнейшей судьбе народного атамана ничего не известно.

Естественно, история казачьей смуты и народного казачества на этом не заканчивается. Мало того, отряд атамана Кумы не был каким-то уникальным явлением. Я привёл его как пример лишь потому, что он ураганил непосредственно в Подмосковье, представляя угрозу ханской ставке. А вот если взять севернее Москвы и до самого Поморья, а также от Новгородчины и до мордовских лесов, то отрядов приблизительно такой же численности будет несколько десятков. Несколько десятков! А мелких ещё больше! Представь масштаб, дружище? Шла полноценная гражданская война, в которой народ сражался против установления на Руси крепостного чушпанства! Война — о которой у нас вообще не принято говорить. Как нам всегда говорили, что была какая-то там смута. Причём, эта самая смута закончилась сразу же по восшествии на престол царя Мишки. А тут уже третий год, как Мишка обтирает жопой Железный Трон, а гражданской войне нет ни конца, ни края. Причём, начиная с 1614 года идея народного царя сменилась другой идеей — полного оказачивания Руси. И хоть уже нет таких ярких вождей, как Заруцкий и Баловня, но десятки других атаманов продолжают вести борьбу. Правда, чтобы только рассказать обо всех этих атаманах, потребуется отдельная книга. Но тем не менее, несмотря на отсутствие у повстанцев-казаков единого руководства, они продолжали активные и масштабные боевые действия до самого конца 1618 года. На огромной территории пускалось под нож служилое по отечеству пацанство, горели усадьбы и дворы помещиков, попов, купцов. Досталось и церквям с монастырями (кто не в курсе, монастыри тоже были феодалами, причём, очень жестокими феодалами, которые тоже имели своих крепостных чушпанов и постоянно пытались зачушпанить всё вокруг).

Ну, то есть всё, как у людей:

«Шпис воран, драуф унд дран,

зецт ауфс Клостердах

ден Ротен Хан».

Ну, то есть:

«Копьём в живот — взад-вперёд,

Посадим «красного петуха» на поповский приход!».

НАРОДНЫЕ АТАМАНЫ

Однако, всё-таки о некоторых атаманах стоит упомянуть. Ну, поскольку весь 1613 год у нас прошёл в большинстве своём под знамёнами Ивана Заруцкого и Михаила Баловни, то мы сразу же перейдём в 1614. Итак, в 1614 на Тверской земле, возглавляя четыре станицы, пущал кровя мироедам атаман Иван Балаш. Запомни хорошенько это имя, дружище! Мы вернёмся к нему в следующий книге. Пока, это лишь один из многих десятков атаманов, однако, когда мы к нему вернёмся, это уже будут команданте Балаш.

В том же году атаман Аверьян Семёнов во главе нескольких страниц огнём и мечом прошёл по нескольким уездам. Затем, в Углическом уезде Семёнов объединился с атаманами Иваном Нагибиным, Беляем и Щуром. Оставив впечатлений имущему классу Кашинского уезда, всё это большое казачье войско двинуло наводить суету в Пошехонье и Вологодчине.

В самой Вологодчине тогда ураганил атаман Прохор Корин, который затем повёл свои станицы в Ярославский и Романовский уезды, а затем двинул в Пошехонье.

В Белозёрском уезде орудовал большой отряд атамана Маматова. Там же, в Белозёрье, во главе четырёх станиц действовал и атаман Федот Лабутин. В тех же краях резвился большой отряд (не менее 300 штыков и сабель) атаманов Дениса Исаева и Михаила Григорьева. Ну и конечно же, перешедшие на казачий уклад белозёрские стрельцы Степана Артемьева и Матвея Сергеева тогда же присоединились к вольному казачеству. Также же, многие станицы в том году перешли под знамя Захария Заруцкого, а ещё большее их количество ушло к команданте Баловне.

С ноября 1614 до января 1615 года в Белозёрском и Каргопольском уездах во главе семи станиц действовал атаман Василий Булатов. Правда, в начале 1615 года атаман Булатов решил предать общеказачье движение и перешёл на службу московскому хану. Однако же, не все казаки из войска Булатова согласились с таким решением, и в итоге 300 запорожцев покинули атамана и отправились на Двину в Поморье, дабы дальше продолжить борьбу за народовластие.

Так же, в 1615 году в Белозёрье атаманы Беляй и Щур функционировали уже самостоятельно. Сколько у них было станиц — неизвестно, однако же численность ихнего войска доходила до 500 бойцов.

И где-то около 500 морд было и у атаманов Бориса Юмина и Андрея Колышкина, что действовали в Углическом уезде.

Несколько станиц тогда ушло к Сане Лисовскому. Ну, а атаман Баловня тогда повёл на Москву более 30 станиц. Вот неполный список станичных атаманов, вместе с Михаилом Ивановичем Баловнёй принимавших участие в походе на Москву: Леонтий Алексеев, Пётр Андреев, Первуша Булгаков, Матвей Губарев (Губарь), Родион Гурьев, Тимофей Долгов, Томила Долгов, Лаврентий Домбровский, Игнатий Ефремов, Сидор Заварзин, Герасим Иванова, Захарий Киреев, Родион Корташов, Второй Крылов, Федор Лабутин, Леонтий Мельников, Герасим Обухов, Василий Осокин, Григорий Попов, Ермолай Семёнов, Мурза Семёнов, Андрей Харитонович Стародубов (Стародуб), Будай Степанович Татаринов (Татарин), Ермолай Терентьев (Ермак), Василий Тимофеев, Александр Григорьевич Трусов, Пётр Чёрный и Третьяк Чёрный.

ЕНАЛЕЕВСКОЕ ВОССТАНИЕ

Помимо походов Баловни, Лисовского, Кумы и прочих других атаманов, 1615 год был знаменит ещё одним масштабнейшим событием, которое наши отечественные историографы тоже стараются всячески по возможности замалчивать. Помнишь служилых татарских хлопцев, которые заявили Лопате Пожарскому, что они сиктым его маму? Так вот, с этого момента началось Еналеевское восстание. Никогда о таком не слышал? А оно по масштабу приблизительно равнялось восстанию Булавина, прикинь? Так вот, те самые татары, что послали в сраку обоих Пожарских и ушли с царской службы, начали одно из самых масштабных восстаний в истории России. И чтобы понять истинные причины этого восстания, надо сперва понять татарскую (и прочую иную степную) ментальность. Одно дело, когда на Железном Троне Вестероссии сидели Рюриковичи, и совсем другое — худородный Мишка Романов. Как бы там ни было, а Рюриковичи, хоть и по женской линии, но всё-таки Чингизиды, и правильным степным пацанам ходить под первыми не зашкварно. А уж после прецедента, созданного Тамерланом, который тоже был Чингизидом по женской линии, то и вообще сильные московские ханы в глазах степных батыров и багатуров смотрелись порой куда презентабельнее, чем прямые мужские Чингизиды. Что касается царя Бориса, то с конца XVl века бытовала мулька, что мол Годуновы происходят от легендарного татарского мурзы Чета, что скорее всего полная шляпа, однако же люди во все века и эпохи любят верить в то, что им нравится. Ну, и естественно, татарам очень нравилось верить в то, что на престоле Московского ханства сидит татарин. В общем, как ни крути, а Бориску татары рассматривали вполне, как своего. Далее ханствовал Васька Шуйский — Рюрикович, а значит тоже всё норм. А теперь на престоле Мишка Романов. А это что вообще за говна кусок? Как порядочный благородный степной батыр может ходить под каким-то тухлым че́пухом? Да ещё и под командованием таких воевод, как Пожарские? Один, который Димон, обдристался со страху и свалил со службы. А кхал, который не может сидеть на коне — вообще не кхал — по всем понятиям так. А второй, который Лопата, тоже стоял с пальцем в заднице и на бой с Лисовским не спешил. В общем, не желая далее находиться в столь тухлом кхаласаре, весёлые татарские датракийцы свалили со службы и в последствии подняли против московского хана практически все народы Поволжья.

«Казанские и Свияжские и иных многих Понизовых городов татаровя и луговая черемиса заворовали, Государю изменили, и собравшись многие места повоевали, и села и деревни жгут, и многих людей в полов емлют и побивают, и к городом приходить и приступают, и дороги от Казани к Нижнему отняло, и тесноту Понизовым городам чинят многую, и собравшись многими людьми хотят приходить к Нижнему, и к Арзамасу, и к Мурому и в иные места».

«Своровали, государю изменили» — трижды рука-лицо!!! Какому, блядь, государю???!!! Кучка проходимцев посадила на престол безродное чмо, которое большая часть Руси не желала признавать царём. А не желала потому, что это безродное чмо сразу же начало проводить сплошную антинародную политику. Так называемая «законная власть» сразу же начала тотально зачушпанивать всё крестьянство, расказачивать бо́льшую часть казачества, плюс обдирать всех до нитки, якобы на выплаты боевых. Нет, боевые, конечно же выплачивались, однако исключительно служилым по отечеству пацанам (ну, что-то ещё перепало части стрельцов). А вот казачество было кинуто с выплатами боевых, что не могло не стать причиной бунта. Ну, а закрысенные у казаков деньги естественно ушли в карманы олигархической боярской верхушки.

Понимаешь, дружище, вот когда погружаешься во всю эту историю, то складывается стойкое ощущение, что во главе страны, начиная с Васьки Шуйского и вплоть до описываемых событий, стояла ликвидационная комиссия, перед которой стояла задача уничтожение России. То они начинают совершенно антигосударственные политические авантюры с Речью Посполитой и Шведским королевством. То у них тотальное зачушпанивание и повальное расказачивание. То сбор непомерных налогов на оплату самим себе прихода к власти самих себя.

Не обошло это налоговое обдиралово и народы Поволжья, которые вообще нельзя было трогать. Категорически!!! Почему категорически? Объясню…

Ты наверняка, дружище, слышал такие понятия, как Гуситские войны, Пунические войны, Гугенотские войны. Ты даже слышал про Мессенские войны. Даже если ты забыл про эти самые Мессенские войны, то ты про них точно слышал — потому как проходил в школе в разделе про Древнюю Грецию. А вот про Черемисские войны ты точно в школе не проходил и вряд-ли слышал, ага? Да-да, про нашу историографию ты уже в курсе, так что я даже добавлять уже ничего не буду — ты уже сам всё понимаешь.

А было этих войн аж четыре штуки: 1552-1557, 1571-1574, 1581-1585, 1591–1592 гг. Плюс восстание марийского князя Джан-Гали 1613–1618 годов. Из них только Вторая Черемисская война 1571-1574 касалась исключительно черемисов. И причиной её стало насильственное крещение черемисов. Всё дело в том, что лишь очень незначительная часть марийцев (черемисов) была мусульманской. А вот абсолютное и подавляющее большинство марийцев являлось, как сейчас говорят, родноверами. Естественно, этим самым родноверам совсем не понравилось, когда их стали огнём и мечом загонять в православие. И вот при всём моём крайне негативном отношении к Казанскому ханству (набеговая экономика, которая неизбежно ведёт к развитию рабовладения, ну то есть — конченное инфернальное говно), я вынужден признать, что это инфернальное говно относилось гораздо гуманнее к своим подданным и насильственно не навязывало им ислам.

А вот во всех остальных Черемисских войнах участвовали практически все народы Поволжья: марийцы, чуваши, татары, башкиры, эрзя, мокша, удмурты. И все четыре эти войны велись за выход из состава Московского государства.

При этом, причиной последних двух черемисских войн стало непомерно высокое повышение налогов (ясака). В отличие от Казанского ханства, Московская орда повысила налоги для поволжских народов в несколько раз! Естественно, всем этим народам не очень понравилось, когда их начали обдирать до нитки. Ну, в защиту Московской орды стоит сказать, что тут точно не было ничего личного, поскольку она (Московская орда) обдирает до нитки абсолютно всех, ибо таковы её скрепы, её главные традиционные ценности. А вот вся эта поволжская пошехонь тогда ещё не заскрепоносилась, и поэтому очень люто воевала. Причём, воевала не против политики Московской орды, а вообще за выход из её состава. То есть, на протяжении практически всей второй половины XVl века все народы Поволжья воевали за свою независимость от Москвы.

Вот теперь, дружище, ты понимаешь, почему категорически нельзя было трогать Поволжье? А вот сидящие в Москве говноеды не понимали. Хотя, нашёлся один умный человек — казанский воевода князь Иван Мартынович Воротынский, который в апреле 1615 года смог уговорить Москву отменить сбор боевых с народов Поволжья. Однако, уже в августе того же года правящий московский режим начал новый сбор с Поволжья, причём этот сбор был ещё на 20% больше прежнего. Естественно, всё Поволжье и полыхнуло. Как сказал один из лидеров восстания Баубек Шемяков:

«Раньше мы не стояли вместе сами за себя, поэтому теперь дождались, что сверх лишних ясаков нам велено ещё и деньги на содержание ратным людям собирать. Лучше, чем деньги на ратных людей давать, мы разбежимся по лесам или, собравшись, станем за себя. А русские люди теперь сами по себе».

Ты понимаешь, да? То есть, у них на севере — шведская оккупация плюс новгородская самостийность, на западе — Сигизмунд lll в Смоленске, с юга (практически каждый год) набеги крымских и ногайских татар, плюс лютая гражданская война с крестьянско-казачьим сопротивлением. Это, видимо, действительно самый лучший момент для того, чтобы настроить против себя ещё и все народы Поволжья и Урала, ага? Причём заметь, дружище, что все до единой вышеперечисленные проблемы так называемая «законная» власть создала себе сама. Мало того, злить очень сильно склонные к сепаратизму народы Поволжья при наличии совершенно не лояльной Москве Ногайской орды, крайне враждебного Крымского ханства, а также отрядов сыновей Кучума (мечтающих вернуть всё взад), это реально за гранью разума. Это даже не политическая близорукость Москвы, а её политический климакс.

Возвращаемся к Еналеевскому восстанию. Возглавил восстание Еналей Енмаметьев — предводитель того самого татарского отряда, что ушёл с царской службы. Первым делом, в сентябре 1615 года повстанцы перекрыли федеральную трассу Казань-Нижний Новгород. Естественно, Москва отреагировала на очередную вспышку сепаратизма. Однако, мотострелецкие части федеральных сил под командованием Никиты Зузина и Севастьяна Онучина были повстанцами разгромлены:

«Колонны шли и там и их жгли,

Дым простирался до Москвы…».

Затем, восстание разрослось и дошло до осад Казани и Свияжска. А к концу года восстание охватило уже всё Поволжье, Прикамье и Приуралье.

В начале 1616 года на подавление восстания были брошены карательные войска князей Лыкова, Сулешова, Долгорукого и Гагарина. Также, свою карательную рать собрали и Строгановы. Основные силы повстанцев были разбиты под Сарапулом и Осой, и к лету основная часть восстания была подавлена. Многие предводители повстанцев, в том числе и Еналей Енмаметьев, были схвачены. Для проведения следствия в Казань прибыли князь Ромодановский, а также Козьма Минин. То есть этот барыга, мало того, что привёл на Москву пацанскую хунту, так ещё и отметился, как палач и каратель. Воистину, достойный гражданин Московской орды! Десятки захваченных в плен повстанцев подверглись пыткам, после чего были казнены. Был казнён и Еналей Енмаметьев. Однако же, Бог не Тимошка, и по пути домой говноед Минин склеил ласты.

Что касается самого восстания, то оно ещё не было подавлено полностью, и отдельные его очаги полыхали аж до 1619 года.

Однако же, самые непримиримые ушли под знамя марийского князя Джан-Гали, который действовал куда успешнее. Сам марийский князь был внуком Мамич-Бердея — героя и предводителя Первой Черемисской войны, а посему пользовался большим авторитетом у народов Поволжья, Прикамья и Приуралья. Также, Джан-Гали был знаменит тем, что сражался под знаменем команданте Болотникова, а также действовал совместно с отрядом легендарного Илейки Муромца.

Повстанцы Джан-Гали взяли Яранск, Чебоксары, Яранкан, Уржум. Затем, князь Джан-Гали надолго укрепился в Иске-Казани. Карательные части московского хана гонялись за многонациональным отрядом лихого марийского князя аж до 1618 года. Однако, в итоге Джан-Гали увёл свой отряд к башкирам, которые его и укрыли. Одним словом, дырку от бублика, а не Шарапова, получил хан Мишка.

Вообще, на мой взгляд, причиной поражения Еналеевского восстания был сепаратизм. Нет, я ни в коем случае не отрицаю право наций и народов на самоопределение, однако в данном случае это было совершено ни к месту. Всем этим свирепым мордовцам, татарам, башкирам, марийцам, чувашам, удмуртам надо было не играть в самостийность, а поддержать всероссийское казачье движение, и вместе с русскими повстанцами идти на Москву и сносить её концлагерную администрацию. Однако, все эти народы очень хорошо учились на своих ошибках, и уже в восстаниях Разина, Булавина и Пугачева принимали самое живое участие.

САГАЙДАЧНЫЙ

Ну, что, дружище, айда глянем, как там наши казаченьки. Ну и за 1615 год мы уже поговорили, так что двинем сразу в 1616 год от рождества Христова. Все те атаманы, что не пошли с Баловнёй на Москву, продолжали нагибать имущий класс. В общем-то все они уже описаны выше. Тут стоит лишь добавить, что основные действия крестьянско-казачьей смуты в этом году проходили в Белозёрском, Карачевском, Волховском Владимирском, Суздальском, Шуйском, Брянском уездах. В общем, действия вольного казачества в этом году ничем особо примечательным не отличались. За исключением, разве что, ухода нескольких атаманов под знамя королевича Влади́слава Сигизмундовича — как бы немножечко законного царя Всея Великие, Малые, Белые… Ну, законного в том смысле, что чувака же официально звали на царство.

Однако и это не особо интересно. Гораздо интереснее, что в это время происходит в акватории Чёрного моря. А в Чёрном море с 1606 и по сей 1616 лихо ураганил Пётр Кононович Сагайдачный — самый крутой казачий адмирал всех времён и народов. Я тебе так скажу, дружище, что даже сам Рагнар Лодброк и его легендарные сынульки с большим интересом смотрели у себя в Вальхалле выпуски новостей про Петруся Сагайдачного. Сам прикинь:

1) 1606 год — атака на Киликию и Акерман, захват 10 галер. Затем взятие штурмом неприступной крепости Варна и уничижение всех стоящих на рейде турецких кораблей.

2) 1608–1609 года — налёт на Килию, Белгород и Измаил.

3) 1612 год — атака на Гезлев, Бабадаг, Варну и Месембрий.

4) 1613 год — два похода к турецкому побережью, а затем разгром османской эскадры в устье Днепра — 6 галер захвачено и приблизительно столько же уничтожено.

5) 1614 год — захват Трапезунда, а затем взятие Синопа! В итоге, уничтожен синопский замок, гарнизон вырублен в капусту, сожжено несколько мечетей, захвачен весь арсенал, а также сожжён весь флот галеонов и галер, стоящий на рейде. Атака на Синоп вообще была беспрецедентной как для военно-морского флота Османской империи, так и для её престижа. Также, этот поход примечателен ещё и тем, что в нём принимало участие большое количество донских казаков.

6) 1615 год — лихой налёт кацапско-хохлятских викингов конунга Сагайдачного на Константинополь и погром его окрестностей. В итоге: сожжены гавани, верфи и все портовые сооружения в Мизивне и Архиоки, ну и конечно же сожжён весь стоящий в этих портах флот. После чего, написав на вратах Царьграда — «султан Ахмет — чмо и говноед», казаки направились восвояси. Щит на врата? Ну, это вряд-ли, конечно же. Хотя, учитывая, что с чувством юмора у этих ребят всё было нормально, то вполне могли и приколотить к воротам какие-нибудь обосратые подштанники. В итоге, султан Ахмет l послал в погоню за беспредельщиками эскадру адмирала Али-паши. В итоге Али-паша догнал Петро Сагайдачного недалеко от устья Дуная. Однако, запорожско-донские викинги смогли дотянуть до темноты, с наступлением которой пошли на абордаж. Используя коктейли молотого Риббентропа, казаки сожгли несколько галер, и ещё несколько взяли на абордаж. В том числе, был захвачен флагман эскадры, а Али-паша взят в плен. Оставшись без управления, остатки турецкой эскадры сдриснули, пока не началось… После разгрома эскадры Али-паши казаки дошли до Очакова — в акватории которого демонстративно сожгли трофейные галеры.

7) Летом 1616 года (а вот теперь держись за что-нибудь покрепче, дружище, ибо сейчас ты начнёшь очленевать) — совместный запорожско-донской поход батьки Сагайдачного на крымское побережье. Разгром в Днепровско-Бугском лимане турецкой эскадры и захват 15 галер. Затем, взята Кафа — главный невольничий рынок Крыма. Все христиане-невольники освобождены. Казаки выкидывают часть добычи, дабы вывести всех освобождённых невольников.

Осенью того же года ещё один поход, в этот раз уже на турецкий берег. Вблизи Минеры чайки запорожцев и струги донцов громят османский флот — сожжено 26 галер. Затем, высадка десанта и взятый штурмом Трапезунд. Далее, на рейде Синопа Сагайдачный наносит поражение эскадре Циколи-паши (уничтожено три галеона и несколько галер) и заставляет последнего уйти обратно в Стамбул. Затем, казаки вновь берут и сжигают Синоп.

Что-то, дружище, после всего вышеперечисленного Рагнар Лодброк уже не кажется таким уж крутым, правда? А ведь это только морские походы конунга Сагайдачного…

После столь блестящих побед авторитет батьки Сагайдачного на Дону взлетел до небес. Да что там Дон — вся Европа в 1614, 1615, 1616 годах стоя аплодировала казакам Сагайдачного.

Вот на этой радужной ноте мы и перейдём в 1617 год. На территории северо-западных уездов Руси по-прежнему продолжалась гражданская война между федеральным центром и крестьянско-казачьим повстанчеством. Однако, помимо откровенно пошедших против царя Мишки атаманов и их станиц, были и те, кто колотил понты и изображал лояльность. Прежде всего, речь пойдёт о казаках Смоленского фронта, часть из которых ещё в 1616 году покинула позиции и отправилась грабить помещичьи усадьбы и монастыри, однако при этом сохраняя видимость лояльности правящему режиму. Другая часть казаков, сваливших из-под Смоленска, ушла за Угру — так появилось так называемое «Заугорское» войско, состоящее из 9 станиц. Численность «заугорцев» доходила до 2000, и возглавлял их атаман Иван Орефьев. Что-то прям какие-то очень нажористые станицы у этих ребят. К примеру, у самого́ Орефьева было 3 есаула и 329 казаков, у атамана (вроде, как второго по значимости) Ивана Филатьева 1 есаул и 229 казаков. Однако, самой большой была станица Казарина Терентьева — 2 есаула и 425 казаков. В общем, отличались эти «заугорцы» тем, что категорически не хотели воевать, постоянно быковали, посылали на уд царских воевод (поскольку эсэмэсились напрямую с Кремлём) и требовали выплаты денежного довольствия, боевых и премиальных. Что самое смешное, какое-то баблишко они реально выбивали, при этом категорически отказываясь выполнять любые боевые задачи. При этом, всё это лихое заугорское казачество, вроде бы, как бы супротив царя-батюшки и не шло, однако же экспроприировало эксплуататоров ничуть не хуже, чем какой-нибудь команданте Кума.

В этом же году начинается ещё одно любопытнейшее коллективное мероприятие — поход на Москву Владислава Сигизмундовича. В итоге, наши историки всё это назовут польской интервенцией. Вот только, какая в дупу интервенция???!!! Вы же, в-анал-тыканная законная власть, сами пригласили королевича Влади́слава на Железный Трон Вестероссии! Сами! Ваша дырявая Семибанкирщина, ваш бесноватый патриарх Гермоген, а также хитрожопый патриарх Филарет. Вы же целый дырявый собор проводили по поводу призвания сынульки Сигизмунда на царство. Таким образом, Владислав не был каким-то там самозванцем — чувак был официально, ОФИЦИАЛЬНО!!! призван на царство. И не только призван, но и объявлен царём Всея Великие, Малые, Белые Руси и прочия, и прочия… Вы же, говноеды, сами два чемодана слёзных писем настрочили Его Величеству Сигизмунду Третьему своего Имени, где постоянно гундели, что мол какого члена его сынулька не едет садиться на московский стол. Мало того, вы же даже монеты чеканили с надписью: «Господарь и Великий князь Владислав Жигимонтович Всея Руси». И вот теперь (по достижении совершеннолетия) чувак поехал занимать свой законный престол. Но вы же сами создали эту ситуацию? Сами! Каким местом вы думали, когда начинали все эти игры с Сигизмундом? Хотя, каким местом, вполне понятно, поскольку следующее ваше решение отличалось не меньшей головожопостью. Мне вот просто интересно, а когда вы швыранули и Сигизмунда и его сынульку — вы на что в итоге рассчитывали? Нет, правда, мне очень интересно? Особенно, когда вы короновали худородное чмо, ни одним местом не имеющее право на русский престол… Вы действительно думали, что Вазы утрутся, ага? Вазы! Вазы, которые короли Швеции и Польши, возьмут и уступят СВОЁ безродному занюханному чухану Мишке Романову — я правильно понял? Вы это так себе видите? Особенно умиляют те историки, которые доусёру пыжатся доказать, что Романовы были лучшим вариантом. Да уж куда лучше…

Причём, самое интересное, что дефицита в Рюриковичах не было — бери любого и сажай на престол, и тогда можно смело посылать нахер всяких прочих претендентов, поскольку на престоле царства Рюриковичей сидит Рюрикович. А сие значит, что любое поползновение в сторону Железного Трона Вестероссии сразу же становилось малоперспективной авантюрой.

Нет, существуй Россия в сферическом вакууме, то член с вами — садите на престол кого угодно, хоть Васю Писькина. Однако же, Россия находится в мировом политическом пространстве. А значит, находится в сфере интересов огромного количества государств. Имеет своих врагов и своих союзников. К тому же, это политическое пространство на тот момент практически полностью представлено монархиями. Все эти монархии имеют между собой определённые связи и отношения. И все эти аспекты надо учитывать при выстраивании своей внешней и внутренней политики.

Но тут появляетесь вы и садите на древний трон Рюриковичей безродное чучело, а потом делаете губки куриной писей и удивляетесь, что вас все начинают пинать. Причём, пинать не только снаружи, но и внутри страны.

Ах да, по-другому же было нельзя — помню-помню…

Да уж, похоже московское правящее говноедство (как тогда, так и сейчас) традиционно даже и не пытается взвешивать свои решения, исходя из внешнеполитической конъюнктуры, а уж на внутреннюю политику им вообще всегда было насрать. Да и зачем? Третий Рим же! Правда, борода в говне, но точно Рим — не меньше. Поэтому, главное — набить своё брюхо и свой карман, а там хоть трава не расти. Мощный подход к политическим вопросам, не правда ли?

В общем, великие геополитики того времени доигрались и огребли потерю Смоленска и поход войск королевича Влади́слава на Москву. Многие станицы вольного казачества (причём, некоторые заранее) тут же присоединились к Владиславу. И лично мне сложно осуждать этих казаков.

Ну во-первых — Владислав едет не завоёвывать Русь-Матушку, а садиться на московский престол на вполне законных основаниях (и кто его знает, может Владислав был бы куда лучшим царём для Руси, чем Мишка Романов).

Во-вторых — что предлагает вольному казачеству царь Мишка? Правильно — стать бесправными чушпанами. В то же время, Владислав осыпает казаков милостями и обещает им рыцарские почести.

В-третьих — используя Владислава, казаки могли отомстить за своих товарищей (да и за самих себя) служилому по отечеству пацанству и правящей московской верхушке.

Надо сказать, что поход Владислава начался более чем удачно — Дорогобуж и Вязьма встречали его хлебом-солью и колокольным звоном, а также целовали ему крест, как русскому царю. Помнишь хитрожопых Заугорцев? Так вот, эти ушлые хлопцы срубили нормально так бабла с лопоухого царя Мишки и согласились идти под Вязьму — дабы перекрыть одно из важнейших владиславоопасных направлений. Перекрыть-то они перекрыли, однако бывшие «заугорские» атаманы на уде видели воевать за дурака Мишку Романова. В общем, атаман Орефьев и его казаки самоустранились от ведения боевых действий, и в итоге Владислав взял Вязьму без боя. Что же касается «заугорского» войска, то атаман Орефьев вновь увёл его за Угру, где ребята тут же взялись за старое, ну то есть отнимать нажитое неправедным путём у имущего класса в пользу класса неимущего, а также в пользу борцов за народное счастье. Причём, сразу в нескольких уездах. Впоследствии, «заугорцы» получили от царя Мишки очередной транш кэша и согласились идти под Калугу, где даже пару раз изобразили ведение боевых действий.

А тем временем Владик дочапал аж до Можая, где и прикурил. Всё дело в том, что сей поход был частной инициативой Сигизмунда и Владислава, а не Речи Посполитой. Соответственно, ни Польский, ни Литовский сеймы не дали на это мероприятие ни единого злотого, и всю движуху оплачивали исключительно господа Вазы. И денег Владику хватало ехать только до Можайска. А без бабла шляхта воевать не хотела и пошла по домам, большинство казаков тоже разбежалось. А те, кто остался — геройствовать не рвались. Вот тут Владик выпил отварчику и приуныл. Однако, приунывал он не долго, поскольку его героический папашка уговорил Петра Сагайдачного двинуть на Москву. Вот так вот мы плавно переходим в 1618 год.

Справедливости ради стоит сказать, что с расказачиванием в Речи Посполитой тоже всё было замечательно. Там ещё с конца XVl века так расказачивали, что только шуба заворачивалась — Косинский и Наливайко не дадут соврать.

Однако в этот раз Сигизмунд lll не поскупился на ништяки для Войска Запорожского. Да и дело не только в ништяках — Сагайдачный был неотъемлемой частью казачьего мира, и быть равнодушным к казни Заруцкого, Баловни и других атаманов он не мог. Плюс, в Смуте всех её этапов участвовало большое количество запорожцев, да и в станицах вольного казачества чубатых лыцарей хватало, а некоторые станицы так вообще целиком из них состояли. Ну и уж конечно же, московский курс на расказачивание и зачушпанивание казаков не мог не вызывать вопросов у Петра Кононовича. И это даже не учитывая того факта, что последние три года Сагайдачный сражался плечом к плечу с донскими казаками. К тому же, царь Мишка постоянно срал кирпичами по поводу участия донских казаков в походах запорожцев и слал на Дон гневные цидульки, требуя от донцов не ходить на азовских турок и прочих подданных султана. Донцам конечно же было сиренево до царских хотелок, но тем не менее, царские выкрутасы напрямую касались морских походов Сагайдачного. Одним словом, и без всяких ништяков у Петрухи были причины идти на Москву. А уж с ништяками дорога ещё веселее.

Что же касается донских казаков, то они ещё в 1617 году обоссали и выкинули с круга царского подсиралу войскового атамана Смагу Чертенского. Таким образом, с Дона к Сагайдачному народ валом повалил. Присоединились к Петру Кононовичу и несколько станиц вольного казачества, а также крестьяне повстанцы.

В общем, летом 1618 года большое казачье войско Сагайдачного пошло на Нерезиновск. Сметая всё на своем пути, чубатые (и не только) лыцари дошли до Москвы и начали штурм города.

С сего пердимонкля наши историки срут кровавым поносом. Однако, является фактом, что сил у Москвы на противостояние с казаками не было, и ханская ставка пошла на подписание позорного мира, граничащего с капитуляцией.

Посуди сам, дружище. В дипломатической документации царь Мишка именовался «тот, кого представители Москвы именуют своим государем». Ну, то есть могли бы написать «говно на палке» — суть была бы одинаковой. Что же касается Владислава Сигизмундовича, то он продолжал именоваться царём Всея Великие, Малые Белые и прочия, и прочия, и прочия, а также продолжал считаться законным претендентом на российский престол. Также, царь Мишка исключал из своего титула наименования князя Смоленского, Черниговского и Ливонского. И хрен бы с ними с титулами, но Россия действительно отдавала эти княжества Речи Посполитой, а это 27 больших и малых городов, среди которых: Смоленск, Чернигов, Белый, Рославль, Дорогобуж, Серпейск, Трубчевск, Новгород-Северский, Стародуб, Перемышль, Почеп, Невель, Себеж, Красный, Торопец, Велиж с их округами и уездами.

Попалось мне несколько деятелей, которые утверждали, что мол всё это херня, и в тех городах давно уже не было русских людей, а если какие и были, то уехали. Очень тухленький приёмчик говноисториков. А на самом деле был разрешён выезд только дворянам, попам и купцам, а вот посадскому люду выезд был запрещён. Так что хан Мишка отдавал русские города вместе с русскими людьми. К тому же, все города передавались со всей городской артиллерией и боезапасом. Гойда!

Вот он закономерный итог вашей деятельности, господа законная власть. Владислава вы сами пригласили на престол. Также, польских полковников и литовских гетманов вы в качестве карателей тоже сами на Москву звали, вот и жрите с булочкой.

А за год до этого была ещё одна гойда. Ну, то есть ещё один позорный мир, на этот раз со Швецией, по которому Россия передавала ей Ивангород, Ям, Копорье, Корелу, всю Неву и Орешек с уездом. Таким образом, Русь полностью теряла выход на Балтику и откатывалась во времена Московского ханства времён Василия Тёмного.

Шикарный вид!

Ну, а мы вернёмся к нашему восстанию вольного казачества.

ПОСЛЕДНИЕ ОЧАГИ ВОССТАНИЯ

В сентябре–октябре 1618 года атаман Караул Новиков (позывной «Чёрный») во главе 3000 войска громил кровопийц и мироедов в Тульском, Каширском, Алексинском, Рязанском и Муромском уездах. Естественно, атаманствовал Караул Чёрный не один — он лишь возглавлял полевую шуру́, в которую помимо его самого входило ещё 11 атаманов: Тарас Чёрный, Андрей Гринёв, Павел Васильев, Филипп Федотов, Гаврила Чёрный, Семён Волдырь, Павел Кок, Елизарий Клоков, Алексей Проскурняк, Герасим Данилов, Рагоза.

Тогда же, к началу сентября в районе Коломны собралось большое и не шибко лояльное царю Мишке казачье войско, состоящее из бежавших с царёвой службы казаков, а также какие-то части «заугорского» войска. Когда князь Волконский получил на Оке по соплям от Петра Сагайдачного, то он не придумал ничего лучше, чем отступать на Коломну. Вот там под Коломной «воровские» казаки и наваляли служилым по отечеству пацанам Волконского. После боестолкновения с дворянами, казаки решили войти в Коломну, однако город встретил их шквальным артиллерийским огнём.

Затем, 8 сентября казаки собрались на круг, где они объявили, что на фаллосе вертели Москву и царя-соплежуя Мишку. После круга казаки захватили часть обоза Волконского и ушли с фронта. Вместе с казаками от Волконского ушли служилые татары, а также астраханские стрельцы. Так началась Вязниковская республика.

Казаки из-под Коломны ушли в Ярополческую волость Владимирского уезда и забазировались в районе Вязниковской слободы. Изначально, бунтовщиков было порядка 2000, однако затем к ним прибыли ещё несколько станиц, и вскоре численность вязниковского войска достигла 3000, возглавляемых 12 атаманами. Верховодили этим войском скорее всего «заугорцы» Иван Орефьев, Иван Филатьев, Казарин Терентьев и другие.

Хотя, среди прочих атаманов была два очень любопытных персонажа — Андрей Стародуб и Второй Крылов. Оба этих атамана были знамениты тем, что когда-то атаманствовали в войске команданте Баловни, затем в ходе похода на Москву они были схвачены и брошены за решётку. В последствии, Стародуб и Крылов бежали из мест заключения, и вот теперь они вновь в статусе атаманов и во главе своих станиц.

Что касается Вязниковской слободы, то она, став столицей казачьей республики, была превращена в мощный укреплённый лагерь, который был окружён рвом и частоколом. Естественно, сидеть с перстом в гузне «республиканцы» были не намерены, и их летучие отряды совершали лихие налёты на Муромский, Нижегородский, Луховский, Гороховецкий, Кинешемский уезды, ну, а там всё, как мы любим — «Шпис воран, драуф унд дран…».

Помимо обнуления дворянского населения в вышеперечисленных уездах, «республиканцы» имели несколько боестолкновений с хлопцами Сагайдачного. Правда, последний факт был скорее всего неким малозначительным эксцессом, однако нас интересует совсем другие события — вязниковцы послали атамана Дементия Пальчикова к Караулу Чёрному на предмет объединения сил. Как ты помнишь, дружище, у атамана Чёрного было более 3000 штыков и сабель. Приблизительно столько же морд было и в вязниковском войске. Однако, было ещё одно казачье войско приблизительно такой же численности. Всё дело в том, что в это же самое время из московского гарнизона бежали 3000 казаков и других служилых по прибору пацанов. Беглецов догнал кназь Трубецкой (тот самый, который всех танков командир, Герой Советского Союза и Спаситель Всея Руси) и убедил их вернуться обратно. Беглецы вернулись, однако в город не вошли, а встали под Москвой лагерем и стали требовать денег и прочих ништяков. Естественно, возникла угроза объединения всех трёх войск вольного казачества в одно большое войско.

Сам понимаешь, дружище, перспективка заиметь у себя под боком почти 10-тысячное мятежное казачье войско для ханской ставки была очень уж фекальная. В общем, правящий режим решил договариваться. Правда, договариваться московские решили раньше, да не очень у них получалось. Изначально, ханская ставка выслала гражданам Вязниковской республики по 5 рублей на рыло. Однако, казаки сочли эту сумму недостаточной для покрытия всех их расходов и издержек, и в итоге продолжили самостийничать. А тут ещё и бунт казаков (и прочих служилых по прибору пацанов) на самой Москве, плюс угрозы республиканцев соединиться с непримиримыми атамана Чёрного. В общем, на Москве знатно какнули и решили быстренько урегулировать конфликт.

Вот, сука, всегда бы так! Правда, этот самый конфликт они же сами и создали. Но хоть, хвала Заратустре, хватило ума решить всё миром.

А требования у казаков были самые простые: во-первых — признать всех беглых чушпанов в их отрядах конкретными служилыми по прибору пацанами, и во-вторых — лавандос. Вот в общем-то и всё.

При этом очень забавно наблюдать, как всякие говноисторики, включая КлимОбоссаныча, с пеной у рта доказывают, что казаки выреза́ли дворян, чтобы им самим стать дворянством. Трижды рука-лицо! Ну, сношать вашу маму, ну сохранились же исторические документы той эпохи. Пусть и не все, но сохранились. Ну нет там ни слова ни о каком дворянстве. Да, были казаки-предатели, которые за предательство общеказачьего движняка получили дворянство. Но это же цена за предательство! А в требованиях мятежных казаков нет ни слова ни о каких поместьях с прилагающимися к ним холопами-чушпанами. Ну нет этого! Там требования просты, как вязанка дров: «гони лове!», плюс — «чушпанов среди нас нет — мы все пацаны, а по сему — сосите болтовую насадку — мы никого не выдадим», и ни слова о поместьях.

Надо отдать должное ханской ставке, в этот раз они действительно пошли на урегулирование конфликта. Хотя, наверняка стимулирующей мотивацией для правящего режима стали гастроли трупп маэстро Сагайдачного, маэстро Лисовского, маэстро Заруцкого, маэстро Баловни, а также выступление прочих коллективов местной самодеятельности. Ну и в итоге Москва забашляла республиканцам лавандос (в суммах неизвестных, однако на этот раз вполне приемлемых), подкинула мануфактуры, ну и главное — все беглые чушпаны в их станицах признавались служилыми по прибору пацанами. Ну в общем-то на этой радужной ноте Вязниковская республика ушла в небытие (а жаль).

Однако же восстание на этом не закончилось, поскольку непримиримый атаман Чёрный в царских подачках не нуждался и прекращать борьбу не собирался. А войско у атамана было вполне приличное — не менее 2000 штыков и сабель, да ещё и с лёгкой артиллерией.

И не только Караул Чёрный продолжал восстание. В сентябре месяце сего года (1618) большое войско атаманов Ивана Мещерина, Фёдора Волдыря и Василия Селиверстова после долгой осады взяли крепость Белую. Затем в октябре месяце прошли огнём и мечом через Ржевский и Старицкий уезды, где весело развешивали на православных берёзках дворянско-поповскую сволочь. Затем, у города Кимры войско разделилось. Вышеперечисленные атаманы решили идти в Литву, однако больша́я часть казаков решила продолжить борьбу и отправилась на север, где в итоге и присоединилась к отрядам атаманов Степана Кругового и Якова Шишова.

В декабре 1618 года от рождества Христова объединённое войско атаманов Шишова, Кругового, Бороды и Лома нарисовалось в Вологодском уезде. Однако, что-то там атаманы меж собой рамсанули и в итоге Степан Круговой повёл свою страницу ураганить в Белгородском уезде.

А в это же самое время, а конкретно 20 декабря, к Вологде подошло огромное пятитысячное войско атамана Василия Москвитина. Войско состояло из 2000 донских, волжских и запорожских казаков и 3000 крестьян-повстанцев. Однако со стен города по казакам открыли шквальный артиллерийский огонь. В итоге, не имеющий тяжёлой осадной артиллерии атаман Москвитин вынужден был отступить от стен Вологды. Впоследствии это войско заняло Спасо-Прилуцкий монастырь, где и забазировалось, и откуда посылало летучие отряды кошмарить имущий класс.

Однако, после перехода на царскую службу вязниковских и подмосковных мятежных казаков, а также заключения перемирия между Вестероссией и Речью Посполитой, не имеющее единого центра и лидера восстание стало затихать. Так что, справедливости ради, стоит признать, что все эти выходки Чёрного, Шишова, Москвитина были лишь афтершоками затухающего восстания. Таким образом, к концу 1618 года основные события развязанной Мишкой Романовым и его служило-пацанской кликой гражданской войны закончились. Москвитин увёл своё войско в Литву. Атаман Чёрный ушёл со своими на Дон или на Волгу. Последним из крупных непримиримых остался атаман Яков Шишов.

В конце января 1619 года из Ярославля в направлении Вологды вышло карательное войско воевод Тюфякина и Бутурлина. Главной целью царских воевод был конечно же атаман Шишов. В итоге, дабы уйти из-под удара, 9 февраля Яшка увёл своих хлопцев в Белозёрский уезд. Там, в Белозёрском уезде, царские каратели разгромили пару отрядов из войска Шишова, однако сам Яшка к началу весны успешно свалил от московских воевод. Куда именно Яшка увёл свои станицы неизвестно, может на Дон, может на Запорожье, а может и ещё куда в Литву. Однако, от царских карателей он точно ушёл.

Войско Шишова было последним из крупных мятежных формирований вольного казачества. Однако на севере отдельные мелкие отряды повстанцев ураганили ещё вплоть до 1620 года. Но это уже другая история.

Ино побредём дале…

Иркутск 29.01.26.

Глава 10 Подведение итогов

Ну что, дружище, подведём итоги. А итоги таковы, что, как оказалось, фицияльная хронология Смутного времени, мягко выражаясь, не совсем соответствует действительности. Как нам вещают из каждого утюга — на Москве зацарил высокопоставленный, но худородный Бориска Годунов, с чего и началось Смутное время. Далее, всякие антискрепные твари-предатели-самозванцы-коллаборанты-заполяки-выблядки-говноеды устроили на святейшей Руси кромешный ад. И длился этот кромешный ад аж до самого 1613 года, пока на Руси не зацарил Мишка Романов. И сразу же взошло солнце красное, вся смута прекратилась, заколосились срепы, расцвели духовые ценности и потекли молочные реки сквозь кисельные берега.

Однако, мы с тобой разобрались, кто действительно был врагом России. Возьмём Лжедмитриев. Были они самозванцами? Ну конечно же были. Однако, самозванец, это ещё не значит — враг России.

Как выяснилось, ни один из Лжедимонов ни одного метра русской земли никаким иноземцам не отдал. Наоборот, все они с оружием в руках защищали территориальную целостность страны.

А если взять Гришку Отрепьева, так он, будучи царём, вообще собирался расширить границы России. Гришка готовил поход на Азов с целью его захвата и присоединения к России. А в случае успеха намеревался идти на Крым, а затем на сам Константинополь. Что касается последнего, то подобные планы вынашивали и Пётр l, и Екатерина ll, и Николай l, и Александр ll, и даже последний император Николай ll. Да и вообще, положа руку на сердце, самым лучшим царём на Руси был именно Гришка Отрепьев. Крепостное чушпанство отменил, налоги снизил, а для кого-то вообще вёл налоговые каникулы, границы открыл (совершенно беспрецедентное на тот момент явление), университет собирался строить. Всем хорош был Гришка, вот только со свадьбой не угадал (свадьба — зло). Опять же собирался воевать за выход России в Азовское и Чёрное моря. Единственное, в чём его можно обвинить, это в том, что он ездил по ушам иезуитам и прочим неправославным фраерам ушастым — обещая им установить на Руси католичество, а также всякую прочую нескрепную бездуховность, ну и плюс пойти на какие-то там территориальные уступки. Так в данном случае претензии к Гришке и должны предъявлять эти самые иезуиты, поляки и прочие фраера ушастые, которых он кинул. Ты только вдумайся, дружище, чувак облапошил самих иезуитов. ИЕЗУИТОВ!!! Да это всё равно, что обыграть напёрсточников или карточных катал! Таким образом, совершенно непонятно, почему обвинения в адрес Гришки сыпятся именно с нашей стороны? Всё вышеперечисленное как раз доказывает полную безосновательность заявлений, о том, что Гришка якобы был польской марионеткой. Кинул Лжедимон l поляков со всеми их хотелками. Мало того, когда Сигизмунд Третий своего Имени начал склонять царя Гришку к совместной войне против Швеции, то последний первого красиво бортанул. А бортанул Гришка Сигизмундишку потому, что России война со Швецией была совершенно не нужна. Ну не за что было воевать нам тогда со шведами, поскольку Россия тогда имела выход в Балтийское море. Это уже потом Васька Шуйский начнёт просирать Балтику, а окончательно её просрёт Мишка Романов. Да-да-да, сейчас начнётся — по-другому тогда было нельзя — Мишка невиноватый. Да нет, господа калоисторики, позвольте с вами не согласиться. Если бы ваш недоделок Мишка не устроил войну с собственным народом, то можно было бы и шведов выбить с русской Прибалтики и с русского Севера; и Смоленск у Сигизмунда отобрать, а не отдавать в итоге последнему три княжества.

Одним словом, не повёлся Гришка на совершенно не нужную России авантюру. А вот жопоголовая политика Васьки Шуйского, наоборот, стала причиной практически всех последующих русско-шведских войн. Кстати, тот же Лжедимон lll против шведов насмерть стоял и ни пяди русской земли не уступил. Ну, а Лжедимон ll сражался против оккупанта Сигизмунда lll и практически собрал Первое Народное Ополчение.

Таким образом, мы видим, что патриотами России были как раз таки Лжедимоны. А кто сдавал русские земли, кто заигрывал с оккупантами, кто развязал войну с собственным народом, а затем загнал его в крепостное чушпанство? Правильно — Васька Шуйский, Семибанкирщина, Мишка Романов и служилая по отечеству гопота. Вот они и есть настоящие враги России и всех её народов. Это именно они устроили здесь концлагерь.

В общем, как мы с тобой убедились, с воцарения на Москве Мишки Романова Смута не то, что не закончилась, а наоборот, началась с новой, невиданной до того силой. Началась гражданская война 1613–1618 годов! Хотя, можно было конечно же и перенести дату окончания на 1619 год, поскольку последний из крупных народных атаманов — Яшка Шишов, ураганил ещё до весны сего года. А отдельные страницы вольного казачества на севере, а также остатки поволжско-прикамско-уральских сепаратистов действовали даже ещё в 1620 году. Однако, выдавать всё это за полноценную гражданскую войну, на мой взгляд, неправильно. Поэтому и не будем ничего притягивать за уши, а остановимся на 1618 году.

Нет, дружище, я уже неизлечим. Начал было приводить статистику, а в итоге меня унесло член знает куда. Ладно, пойдём на ещё один статистический заход. Только уже глубже и ширее. Сейчас я вам всем правильной статистики даду, даду-даду…

Хотя, все основные события этой гражданской войны уже описаны в прежних скрижалях, однако же: повторение — мать учения. И повторить будет совсем не грех.

В лето 1613 от рождества Христова взошедший на Железной Престол Вестероссии Мишка Романов взял курс на дальнейшее тотальное зачушпанивание крестьянства, а также на расказачивание вольного казачества. Как мы увидели, вольное казачество начинает сопротивляться данным процессам, и к этому сопротивлению тут же начинают присоединяться кандидаты в чушпаны.

Так начинается гражданская война 1613–1618 годов.

Изначально, пламя гражданской войны охватывает центральную часть страны и территорию Поволжья и Нижней Волги, затем вспыхивает практически весь северо-запад, а далее и северо-восток, аж до самого до Урала-Батюшки. Активные боевые действия ведутся практически весь 1613 год, весь 1614 год, весь 1615 год, весь 1616 год, весь 1617 год и весь 1618 год. Шесть лет! Шесть лет полномасштабной войны, которая по своему размаху, по охватываемым территориям, по количеству участников, по количеству сражений, битв, штурмов, осад не имеет аналогов в отечественной истории вплоть до гражданской войны 1917–1922 годов! И естественно, эта война по всем показателям превосходит народные войны Болотникова, Разина, Булавина, Пугачева. Однако же, отечественная историография предпочитает эту войну либо полностью игнорировать и замалчивать, либо говорить о ней в уничижительном тоне — «шлялся Ивашка Заруцкий», «незначительные волнения отдельных казачьих станиц» и тд. и тп…

Нет, оно конечно же, сторонников государства-концлагеря понять можно, поскольку признай они наличие полномасштабной гражданской войны 1613–1618 годов, то вся благостная картинка восшествия на престол всенародно избранного царя сразу же сливается в унитаз. И становится понятным, что никакой народ никакого царя не избирал, а Мишка Романов (которого в то время презрительно именовали «филаретов сынулька») посажен на престол служилым (и не только по отечеству) пацанством, включая казаков. Правда, казаки на этом празднике жизни были абсолютно лишними, и выполнив роль массовки, были не только кинуты с выплатой боевых, но и отправлены на утилизацию посредством мясных штурмов. Ну и плюс, как сказал легендарный атаман Парамонов — «во избежании всяческих инцестов» был организован Казачий приказ, главной функцией которого являлась ликвидация вольного казачества. То есть, на престоле оказывается чувак, который, мало того, что никах прав на корону не имеет, так ещё и начинает проводить лютую антинародную политику. Естественно, первыми против узурпатора поднялись казаки — сначала отдельные отряды, а к 1615 году практически весь казачий мир. К казакам сразу же стали присоединяться покинувшие свою прекрасную пастораль пейзане. Кстати, после расказачивания и зачушпанивания войска команданте Баловни, городовые казаки центральной части страны начали массово бежать на Дон, Терек и Яик. Оно конечно же, расказачивание вряд-ли коснулось бы именно городовых казаков (по крайней мере мне так кажется), однако последние, глядя на действия правящего режима, решили не испытывать судьбу и присоединились к территориальным казачьим войскам. Таким образом, действия царского режима настроили против себя не только всё ушкуйное и вольное казачество, но и городовых казаков. Что же касается последних, то проще сказать, что верными престолу остались лишь в большинстве своём дальние гарнизоны, а также казаки Сибири, да и то лишь потому, что просто не знали о политике, проводимой царём Мишкой.

Кстати, о городовых казаках. Это совершенно отдельная и очень древняя ветвь русского казачества. И вполне возможно, что эта ветвь гораздо древнее, чем казачество ушкуйное. То есть древнее, именно, как казачество, поскольку само ушкуйничество уходит корнями в славянское (и скандинавское) викинговство, ну то есть в глубокую темень l тысячелетия от рождества Распятого Бога. Причём, вполне возможно, что городовые казаки появились на Руси ещё во времена существования Хлыновской республики, а может даже и Новгородской. Таким образом, городовое казачество просуществовало практически на протяжении всего времени становления и существования Московской государственности, а также Российской империи. Однако, по велению императора Александра ll Освободителя городовое (станичное) казачество было полностью уничтожено. Таким образом, сей Освободитель не только освободил Россию от Аляски и Калифорнии, но и от городового казачества. Гойда! К слову сказать, мои предки тоже были расказачены именно при Александре ll.

А вообще, раз уж зашла речь о расказачивании, то почему-то сей процесс (в том числе и благодаря современному ублюдочному кизячеству) всегда ассоциируется с мифическими большевистскими жидо-комиссарами. Хотя, расказачиванием занимались практически все московские цари и русские императоры, начиная от Ивана lV и кончая Александром ll. Вот и худородный царь Мишка Романов внёс более чем весомую лепту в процесс расказачивания. Причём, расказачивания карательного.

А вообще, в данной модели государства по-другому наверное и не могло быть. Я же не зря наверное называю Московию — ханством, либо ордой.

Эх, похоже, если буду жив и на свободе, то придётся браться за описание всей истории Руси. Ну, в художественном плане я планирую трилогию про Рюрика, Олега и Святослава. Почему без Игоря? Да уж слишком там всё мутно и непонятно, и в датах полная шляпа. И похоже, что Игорей действительно было двое, на что указывают косвенные доказательства. Так что, без Игорёхи. Но это художественная писанина, а надо будет ещё браться и за документальную публицистику в стиле «Народной Войны».

Ну, а пока отправимся в первую половину Xlll века. Русь того времени — одна из самых развитых стран Европы. Реально, одна из самых развитых. И это, несмотря на свою раздробленность. На Руси куча династий Рюриковичей: Владимирские, Суздальские, Смоленские, Переяславские, Рязанские, Галицко-Волынские, Черниговские и так далее. При этом, самые большие и главные города Руси — Киев и Новгород — своих династий не имеют. А Новгород — вообще республика. Причём, Новгородская республика является самой успешной, самой развитой и самой большой частью Руси.

Так вот, все эти династии Рюриковичей вели Игру Престолов за Железный Трон Киева. Причём, какой-то реальной власти над всею Русью этот самый Железный Трон не давал, а титул великого князя киевского являлся понятием престижа, который показывал, какая именно ветвь Рюриковичей на данный момент возглавляет турнирную таблицу чемпиона по Игре Престолов. То есть, титул великого князя киевского, это некий аналог Кубка Стенли, либо Кубка Гагарина. Ну ладно, чуток утрирую, конечно же, однако суть именно в том, что киевский престол — это про престиж, а не про верховную власть над Русью.

При этом, сами киевляне в Игре Престолов, как правило, участия не принимали. Да и сами постоянно меняющиеся князья Киеву много хлопот не доставляли, поскольку город был гораздо сильнее, чем любой обладатель Кубка Гагарина и его ЧВК. Таким образом, если князь чем-либо не устраивал почётную столицу Руси, то собравшиеся на майдан киевляне без проблем его люстрировали. И тогда, обладатель Кубка Стенли собирал свои манатки и уходил из города, что в свою очередь знаменовало открытие нового чемпионата. Таким образом, следующая воссевшая на Железный Трон задница старалась быть более лояльной к киевлянам, чем предыдущая.

Господин Великий Новгород в мирное время прекрасно обходился без всяких там князей. Хотя, как — мирное… Пограничные столкновения имели место быть всегда. Походы ушкуйников, вообще, проходили на постоянной основе. Таким образом, Новгородская республика всегда была в тонусе. Однако, в случае возникновения серьёзной войны Новгород предпочитал звать кого-нибудь из князей. В нашей блестящей и потрясающей историографии принято объяснять сей феномен следующим образом: мол, новгородцы — барыги вонючие, которые, будучи напрочь лишены славного «милитаризьма», ничего в военном деле не смыслили, вот и звали профессионалов.

Однако, представлять вафлей столицу мирового ушкуйничества — это очень такое себе… Тут дело в другом. Все ушкуйники были заняты делом: одни промышляли благороднейшим пиратством, другие собирали ясак, третьи добывали пушнину, «рыбий зуб», китовый жир и прочие дары моря и тайги. Таким образом, все эти джентльмены удачи обеспечивали статьи дохода республиканского бюджета. Поэтому, отвлекать этих джентльменов — терять статьи дохода. Тем более, что рынок не терпит пустоты, и если ты, пусть временно, ушёл откуда-то, то есть очень большая вероятность, что твоё место займут конкуренты. Таким образом, проще нанять какого-нибудь князя с его ЧВК, чем отвлекать людей от доходного бизнеса.

Но это один момент, а есть ещё и другой. Война, это всегда потери. Так зачем класть своих, которых и чисто по-человечески жалко, и плюс — момент социальной напряжённости может иметь место быть. А Новгород город богатый. Очень богатый. И ему гораздо проще заплатить какой-нибудь команде ИП (игры престолов), благо, этих коллективов Рюриковичей, как говна за баней, а за лавандос они и споют, и спляшут. А если речь идёт о полевом сражении, то тут бесспорно княжеские конные хоккеисты затащат катку гораздо проще и эффективнее, чем ушкуйники. Поэтому, нахрена Новгороду класть своих ребят, когда за деньги за них сдохнут другие. Причём, чем больше сдохнет — тем лучше, поскольку проще потом будет указать князю на дверь, если он вдруг решит злоупотребить гостеприимством. Поэтому Новгород постоянно звал к себе князей в качестве наёмников, а когда князенька начинал чересчур долго гостить — ему популярно объясняли: «братан, иди погуляй, а то нам после тебя проветрить надо». Причём, выгонял Новгород практически всех князей, ибо все они лелеяли себя мечтой — подчинить себе «северную столицу».

Помнишь, дружище, как нам постоянно гундели про то, как неблагодарные бяки-новгородцы предали солнушко-колоколнушко Саню Невского? Да какое, в дупу, предательство???!!! Новгород всегда так жил! Если князь переставал адекватно оценивать реальность и понимать своё место в городе, то ему очень быстро его место объясняли и возвращали его в объективную действительность, данную нам в осознание. Таким образом, Ярославич, в отличие от наших источников, прекрасно знал, на что он идёт. Тем более, княжил Саня в Новгороде не менее четырёх раз, и если верить нашим историкам, то получается, что он был либо идиот, либо бесхребетное чмо. Однако же, ни тем, ни другим Невский, конечно же, не был.

Так вот, и Киев и Новгород, даже когда имели у себя какого-нибудь из князей, то развивались всё равно самостоятельно, а не по монаршей воле, а сами горожане были не только лично свободными людьми, но и гражданами города, который реально защищал их права. К тому же, в отдельных местах и по отдельным профессиям стали появляться прообразы европейских цехов. Ну, то есть Русь, будучи неотъемлемой частью Европы, развивалась по вполне европейским лекалам. Развивалась, в чём-то отставая, а в чём-то наоборот — опережая большинство стран Европы. К примеру, те же самые цеха в Италии появились ещё в lX веке. В lX, Карлуха! Мы, в свою очередь, в lX веке ещё камнем жопу вытирали и шишкой расчёсывались. Однако, в Xl веке мы уже вышли в люди, а в Xlll уже входили в топы того времени. К примеру, массовой грамотностью населения могли похвастаться только два города Европы — Новгород и Флоренция. В плане производства доспехов мы тоже были лидерами, и если в начале Xlll века всё европейское рыцарство ещё щеголяло в кольчужных хауберках, то ЧВК русских князей уже переходили на ламеллярные доспехи, наподобие византийских катафрактов. Одним словом, в первой трети Xlll века Русь находится далеко не на задворках Европы. В том числе и в плане развития гражданского общества. Прежде всего это касается Новгорода и Киева, жители которых прогибали князей-феодалов, а не гнулись под властью последних. В обеих столицах было сильно развито концовое (районное самоуправление), а где-то уже появляются зачатки цехов. Для тех, кто не в курсе, цех — это объединение ремесленников в профессиональные корпорации. Члены цехов имели своё оружие, и в случае войны выступали, как единое вооружённое формирование. А самые богатые цеха вообще имели постоянные вооружённые силы в виде отрядов наёмников. Таким образом, объединённый в цеховые профсоюзы европейский пролетариат имел не только гербы, в подражании рыцарству, но представлял вполне реальную военную силу, способную противостоять отрядам феодалов и отстаивать права трудящихся. Причём, в таких городах, как Кёльн, Флоренция и Базель цеха вообще взяли власть в свои руки. Помнишь, дружище, сказку «Город мастеров»? Так вот, в ряде городов Европы это была совсем не сказка, а объективная реальность. Да и сама сказка появилась тоже не на пустом месте, а вполне себе отражала реальную борьбу средневекового рабочего класса с рыцарским пацанством, которое постоянно хотело зачушпанивать всё вокруг. Одним словом, средневековые профсоюзы, это не только глотки драть на митингах, а вполне реальная политическая и военная сила, с которой вынуждены были считаться и феодалы, и церковь, и монархи. И наша многострадальная Русь-Матушка уверенно чапала в этом же направлении.

Оно и понятно, почему всякие сторонники государства-концлагеря, начиная ещё с XlX века, так усиленно плюют говном в Европу. Ведь именно из Европы вышли такие понятия, как демократия, право частной собственности, римское право, гражданство (дающие гражданину вполне конкретные права и свободы), цеха, профсоюзы, конституция. Кстати, европейский путь развития — это не парики и шмот, как у Петра l, а парламентаризм и выборность органов власти. Таким образом, европейский путь — это как раз про Гришку Отрепьева, а Минхерц это всё та же Орда и европейский карго-культ. Так вот, именно в Европе появились величайшие философы античности — эллины: Платон, Аристотель, Гераклит, Пифагор, Сократ, Диоген; римляне: Сенека, Цицерон, Марк Аврелий. Именно из Европы вышли величайшие философы и мыслители Эпохи Возрождения: Франческо Петрарка, Джордано Бруно, Галилео Галилей, Никколо Макиавелли, Томас Мор, Томас Гоббс, Томмазо Кампанелла… Такие величайшие философы и мыслители Эпохи Просвещения, как: Эммануил Кант, Франсуа-Мари Вольтер, Жан-Жак Руссо, Джон Локк, Дени Дидро, Уильям Годвин, Джордж Байрон, Дэвид Юм, Томас Пейн… А затем появился великий и ужасный Георг Вильгельм Фридрих Гегель. И дальше, как из пулемёта: Макс Штирнер, Пьер Жозеф Прудон, Карл Маркс, Марк Твен, Бернард Шоу, Михаил Александрович Бакунин, Пётр Алексеевич Кропоткин, Владимир Ильич Ленин, Эрих Мария Ремарк, Антонио Грамши, Эрнест Хемингуэй… Список очень сильно не полный. И всё это дала миру именно Европа. Это фанаты государства-концлагеря с пеной у рта повторяют, что Запад — это родина пидарасов. Нет, ребята, на Востоке с пидорами тоже всё всегда было в порядке. Шариатская традиция бача-бази, узаконенная талибовскими пидарасами (лучшими друзьями нашего правящего режима). Самураи, которые все до единого были пидарасами, за исключением, разве что, самурая Джека. А уж что творилось в наших монастырях — можете посмотреть у КлимСсаныча — он очень популярно (на основе исторических документов) объясняет, как Иван Грозный боролся с гомосятиной. Фактов восточного пидорства много, и нет ни малейшего желания в этом говне копаться. Да и наше исследование совсем не об этом, а об том, что только на Западе человек мог рассчитывать на то, чтобы быть личностью, которая имеет свои права. Пусть далеко и не всегда, но тем не менее. А вот на условном Востоке, как и Юге, человек всегда был бесправным скотом, который только и должен, что ползать раком перед своими земными небожителями. Нравится кому или нет, но это так. И нет тут совершенно никакого расизма. Все люди совершенно одинаковы, у них лишь разное развитие их цивилизаций. И это совсем не означает, что свободолюбие присуще лишь людям Запада, а люди Востока и Юга сплошь рабы по своей сути. Людей в рабов превращают власть и государственная религия. И на Востоке зачушпанивание людей развито гораздо сильнее. Однако, когда эти факторы слабеют, то люди сразу же тянутся к свободе, ибо такова человеческая натура. Пример тому — Золотая Орда — жестокое, тоталитарное государство. Однако, стоило только системе этого государства уйти в небытие, как на его осколках тут же появилось татарское казачество — сообщества вольных людей, не желавших больше ползать раком перед монархами. Также, большинство (не знавших власти монархов) племён Сибири тоже состояло из свободных людей. Однако, нас интересуют именно государства. А вот государства Востока могли предложить человеку лишь скотство и бесправие, где он постоянно должен и обязан.

Русь же развивалась по вполне европейским стандартам. Однако, пришёл Батый, и Русь была отброшена куда-то во тьму Xl века. Таких ударов мы не знали ни в прошлом, ни в будущем. Даже гитлеровское нашествие не нанесло нам такого урона, как орда Батыя. Погибло от четверти до половины населения, что является самым настоящим геноцидом. Культура, в том числе и ремесленная, была уничтожена почти полностью (к подобному результату нас ведёт и наш правящий режим). Однако же, сохранилась Новгородская республика — самая развитая часть Руси. А это значит, что и у остальной страны ещё был шанс на некое возрождение. Однако, в этих условиях Саня Невский сделал чудовищно ошибочный выбор.

Нет, я не буду поливать Саню фекалиями, поскольку я понимаю его мотивацию. Он закентовался с Сартаком — сыном Батыя. В итоге Сартак и баба евонная приняли православие. Таким образом, Саня рассчитывал, что придя к власти, Сартак крестит Орду. И скорее всего, именно так бы всё и получилось, если бы Берке (брат Батыя) не укакошил своего племянничка и не уселся жопой своей на трон Золотой Орды, которую усиленно начал загонять в ислам. А вот не окажись Берке такой тварью, и не убей он Сартака в самом начале его ханствования, то вполне возможно, что последний действительно крестил бы Орду. И вот тогда сбылись бы все шизоидные бредни альтернативщиков про Русь-Орду. И правили бы этой православной Русью-Ордой не Рюриковичи-Чингизиды, а Чингизиды-Рюриковичи. Вот именно к подобному Саня и пытался прорваться. И оно конечно же, подобная православная Русь-Орда полностью поменяла бы все политические расклады на планете. Вот только, каким было бы государственное устройство этой империи — русским (европейским) или ордынским? Скорее всего, было бы последнее, со всеми вытекающими. Однако же, вместо союза с Орденом Саня выбрал союз с Ордой, и теперь наш путь лежал на Восток.

Все давно уже в курсе, что великолепный фильм Эйзенштейна «Александр Невский» имеет очень слабое отношение к реальной истории. Хотя сам фильм прекрасен, и я с детства его люблю, и даже не знаю какое количество десятков (или сотен раз) я его смотрел. С удовольствием посмотрел и цветную версию. Единственное, жалко, что слабо цветную. Вот было бы здорово посмотреть американскую версию, раскрашенную в Голливуде и шедшую в кинотеатрах США.

Однако же, а отличие от фильма, в реальности, никаких зверств в Пскове не было, и его гарнизон составляли лишь два рыцаря и их копья, что говорит о полной лояльности псковичей к Ордену. Честно говоря, даже нет ни малейшего желания описывать все бредни отечественной историографии, которая доусёру доказывает абсолютную правильность выбора Невского в пользу Орды, и шизоидная демонизация Ордена. Нет, я сейчас ни в коем случае не собираюсь отмазывать божьих дворян, это были действительно жестокие ребята. Однако, в отличие от ордынцев, псы-рыцари во время боевых действий не проводили политику геноцида, как это делали орды Чингисхана и Батыя. Для сравнения, только за три похода Батыя на Русь было сожжено 49 из 74 крупных городов. В то же самое время, если считать с начала рыцарской экспансии в Прибалтику и вплоть до Ледового побоища (которое на самом деле проходило совсем не на льду), то божьими дворянами, а конкретно Орденом Меченосцев, предположительно был сожжён лишь небольшой город Замошье — воспетый Киром Булычёвым в повести «Похищение чародея», которая была дважды экранизирована советским кинематографом (настоятельно рекомендуем вторую экранизацию с Костюхиным в одной из главных ролей, поскольку, несмотря на то, что это фантастика, этот фильм можно смело назвать одним из лучших исторически достоверных фильмов о Руси). Так вот, мы имеем небольшой город Замошье, который действительно был взят Орденом Меченосцев в 1215 году. С тех пор, город исчезает из летописей. Прямых доказательств нет, но мы всё-таки предположим, что он действительно был сожжён и вырезан. Итого: божьи дворяне сожгли 1 небольшой город, а монголы — 49 больших городов, а малых городов и деревень вообще без счёта. Таким образом, можно смело заявить, что все потери Руси от меченосцев, ливонцев и тевтонцев за весь Xlll составляют несколько тысяч человек. Причём, вряд-ли эта цифра будет превышать 5 тысяч убитых, а скорее будет даже ещё меньше. Это я считают всех убитых — и военных, и гражданских. А теперь берём Орду. На период монгольского нашествия население Руси составляло от 5 до 8 миллионов человек. Таким образом, даже если предположить, что Русь в ходе трёх нашествий Батыя потеряла не половину, не треть, и не четверть населения, а всего лишь пятую часть, то даже в этом случае цифры безвозвратных потерь будут с шестью нулями. В данном случае, даже клиническому идиоту совершенно понятно, кто именно является для Руси наибольшим злом. Ещё раз повторюсь, я ни в коем случае не собираюсь обелять все эти государственные образования божьих дворян, поскольку это реально были жестокие и крайне милитаристские формирования, однако зло, причинённое ими, не идёт ни в какое сравнение с тем, что творила Золотая Орда.

Возникает вопрос — мог бы Невский возглавить сопротивление Орде? Ну, а почему бы и нет! Заручиться поддержкой Ордена (который уже получил по соплям от монголов в битве при Легнице в 1241 году), Литвы, Польши, Венгрии...

Но тут мы опять услышим — «по-другому было нельзя». Ну-ну. А почему тогда Даниилу Галицкому было можно? Даниил Романович вполне успешно колотил орду Куремсы (что показано в замечательном фильме «Даниил — князь Галицкий») как на своей земле, так и на территории улуса последнего. Что мешало Невскому делать тоже самое? Особенно, если объединить усилия…

Однако, что сделано, то сделано. Русь легла под Орду. Естественно, текущее положение никого не втыкало. Антиордынские восстания вспыхивали практически постоянно. Был у русского сопротивления Орде и свой центр — Тверь. Вообще, именно Тверь должна была стать столицей будущей объединённой Руси, поскольку пользовалась огромным авторитетом у всех русских людей именно как центр сопротивления и надежда на национальное освобождение. Тверские князья, которых периодически обнуляли в Орде, почитались как святые мученики за землю русскую. Таким образом, на мятежную Орде Тверь вся Русь смотрела с надеждой, и авторитет княжеской династии Тверских был абсолютным.

Однако, вскоре появился Иван Калита — предатель и конченная мразь. Ванюша полностью лёг под Орду, собирал для неё дань, водил на Русь татарские тумены, с помощью которых сжигал русские города и сёла. Одним словом, полностью выполнял почётную роль генерала Власова XlV века. Систему управления Калита взял ордынскую и начал перековывать Великое Княжество Владимирское в Московское ханство. Таким образом, Москву того времени вся Русь ненавидела гораздо больше, чем Орду, поскольку предатель — это всегда подло и мерзко. Поэтому, сложно переоценить те чудовищно титанические усилия, которые приложили митрополит Алексий и Сергий Радонежский, дабы доказать всей Руси, что Димон (опять Димон!) сын Калиты — пацан по всем понятиям правильный и реально мазу за всю Русь потянет. И как итог: серия походов ушкуйников, которые огнём и мечом прошли по землям Орды, разгром туменов Бегича на реке Воже; и в финале — на Куликовом поле собранная со всей Руси рыцарская конница (де-факто рыцарская) разгромила орду Мамая. Так Московское ханство доказало, что оно более не является подстилкой Золотой Орды, и стало распространять своё влияние на все находящиеся под татарским игом русские земли. С тех пор многие татарские мурзы не считали зазорным переходить на службу сильному московскому хану. В итоге, перенявшее у Орды систему управления Московское ханство мечом подчинило себе всю Русь, а впоследствии и завоевало почти все земли улуса Джучи, за исключением Крымского ханства и Ногайской орды. «Почти» потому, что речь у нас идёт о начале XVll века.

Правда, царь и великий хан Иоанн lV, вольно или невольно, чуть было не свернул с ордынского пути развития и ввёл на Руси земство. А земство сие, хоть и с большими натяжками, но всё же являлось прообразом гражданского общества, чего азиатский путь не предусматривал абсолютно. Одним словом, благодаря Иоанну Васильевичу был у нас исторический шанс свернуть с ордынского пути развития на европейский. Однако, как бы это не было парадоксально, но именно земство и привело к власти служилую гопоту, которая, посадив на престол худородную марионетку, устроила на Руси тотальное ордынское чушпанство. Ну, а после окончания гражданской войны 1613–1618 годов значение не нужного более Московской орде земства стало постепенно падать и снижаться. А в 1684 году этот лишний для государства-концлагеря рудимент эпохи Ивана Грозного вообще ушёл в небытие.

Нехило я так отвлёкся, правда, дружище? Ну ты уже наверное привык к моим закидонам, ага? В общем, в начале гражданской войны 1613–1618 годов у Руси было три «путя»:

1) народный царь — некий аналог просвещённой конституционный монархии, которая продолжила бы европейский курс Дмитрия Иоанновича (Гришки Отрепьева),

2) казачье народовластие,

3) ордынский путь, ведущий к полному бесправию населения.

В итоге, гражданскую войну мы проиграли, и пошла Русь по азиатскому (ордынскому) пути. И ещё раз повторюсь — нравится кому-то это или нет, но все без исключения азиатские и все иные государства (кроме стран Европы) не рассматривали человека, как личность, имеющую свои права. Человек во всех этих странах был должен государству, как земля колхозу. Причём, должен и обязан был человек совершенно безапелляционно, по одному только факту своего рождения. Поэтому, когда кто-то кичится какой-то там древней или не очень государственностью, то мне смешно. Чем вы гордитесь? Все ваши государства — античеловечное говно! Говно, полностью зависимое от самодурства правящего монарха. И тот факт, что иногда кто-то из этих монархов оказывался хоть чуть-чуть порядочным человеком, абсолютно ничего не меняет.

Причём, я нисколько не идеализирую государства Европы той эпохи — они тоже говно. Однако же, в европейском говне у людей были хоть какие-то шансы. Были цеха, какие-то парламенты, какие-то там хартии вольностей, какое-то там Магдебургское право, где-то даже выборные органы власти, и тд. и тп… Опять же — Эпоха Возрождения. А на носу — Эпоха Просвещения. А затем и Американская революция, Великая Французкая революция, которая окончательно похоронит феодализм в Европе.

А что у нас? Правильно — рабство и сплошное бесправие. А отсюда и отсталость. Вот именно поэтому я и назвал восшествие на престол Романовых — гибелью Земли русской. Хотя, правильнее наверное было назвать — гибелью русской государственности. Поскольку Орда Романовых сразу же стала для народа чужим, враждебным государством. «Они там наверху» — это уже навсегда в русской ментальности. Да что там, мы на своей шкуре сейчас всё это испытываем. На ордынский путь мы вновь встали в августе 1993 года. На данный момент ордынизация России давно уже завершена, и сейчас у нас следущий залп — кишлакизация…

Н-да… Ну в общем, очень глупо хвастаться древностью своей государственности. Тут можно скорее хвастаться тем народам, которые умудрились не вляпаться в государственность, свою либо чужую.

Ладно, дружище, айда вернёмся к гражданской войне 1613–1618 годов. Про то, что наша историография эту войну старается игнорировать, мы уже тысячу раз говорили. Говорили мы и об том, что если наши говноисторики и упоминают события тех лет, то всячески стараются приуменьшить их масштаб и значение. А вот о чём мы с тобой, дружище, ещё не говорили, это об том, как именно подавали эти события, а точнее, какими именно выставляли повстанцев, да и вообще казаков. Сторонники государства-концлагеря постоянно пытаются выставлять отряды вольного казачества (куда впоследствии помимо самих казаков вошли и все формирования крестьян-повстанцев), как банды мародёров, которые постоянно тотально грабили народ в лице трудового крестьянства.

Давай, дружище, вспомним с тобой, что представляли собой крестьяне того времени. Прежде всего — неурожай и голод 1601–1604 годов, затем: движняки Хлопка Косолапа, Лжедимона l, Болотникова, Лжедимона ll, интервенция войск Сигизмунда lll, оба народных ополчения… То есть, после всех этих прекрасных мероприятий у крестьян действительно есть что взять? Вы серьёзно? Это я к говноисторикам обращаюсь. Да жилища крестьян того времени — это вонючие бомжатники, куда просто войти — большой риск для здоровья. Кто туда полезет? Да и зачем! Что там брать-то?!

Вот давай с тобой, дружище, перенесём смуту на наше время. Представь себе, что в город верхом на тойчанках с пулемётами влетает банда. Куда кинутся грабители? В вонючие бараки и старые хрущёвки? Очень сильно сомневаюсь. Они кинутся грабить торговые центры, оптовые базы, банки, магазины, всякие ростовщические быстро-деньги. Плюс, в каждом городе есть свой аналог Рублёвки, куда тоже грабители нагрянут в обязательном порядке. И если уж дойдёт дело до высотной застройки, то это будет современное элитное жилье, где стоят дорогие тачки, и где живёт более-менее денежный народ.

Тоже самое было и тогда. Естественно, все отряды вольного казачества жили грабежом — сие есть неоспоримый факт. Однако, кого они грабили? Правильно — помещичьи усадьбы, торговые склады, монастыри, а также попов, купцов, ростовщиков, ну и естественно — крестьянское кулачьё. Оно конечно же, зажиточного кулачья на тот момент осталось немного, однако оно было, и, естественно, оно подвергалось безжалостному разграблению со стороны повстанцев, большинство из которых являлось представителями крестьянской бедноты.

Естественно, сторонниками государства-концлагеря каждый случай разграбления каждого кулака выпячивался, как доказательство тотального грабежа казаками всего трудового крестьянства. Чего никогда не было и быть не могло, поскольку во-первых — у крестьян на тот момент уже нечего было брать, во-вторых — сами вольные казаки в большинстве своём бывшие колхозники, и в-третьих — пейзане массово пополняют станицы казаков, что было бы полностью исключено, если бы повстанцы действительно массово грабили селян.

Да возьмём даже Саню Лисовского. Естественно, Санёк был первостатейный грабитель. Однако, по-другому и быть не могло, ибо у пана-атамана нету золотого запасу, и никто ему не башлял за его акции. Таким образом, отряд Сани был на полном самообеспечении и существовал исключительно за счёт грабежа. Однако, кого же грабили лисовчики? Да всё тех же помещиков, попов, купцов, ростовщиков, кулаков, и все те же торговые склады и монастыри. К тому же, есть факты присоединения к Лисовскому отрядов повстанцев, что было бы полностью исключено, если бы Саня грабил и сжигал деревни крестьян.

Однако, сожжённые деревни тогда действительно имели место быть. Причём, быть в виде массового явления. Откуда же они взялись?

Является задокументированным фактом, как в 1613 году карательные войска Прозоровского, в 1614 — карательные войска Трубецкого, а в 1615 — карательные войска Лыкова-Оболенского тотально сжигали и разоряли деревни на охваченных восстанием территориях. Таким образом, сложно себе представить, что с 1616 по 1618 год царские каратели действовали по-другому.

Естественно, впоследствии все эти сожжённые зондеркомандами московского хана Мишки деревни списали на казаков.

Однако, помимо карательных походов московских воевод, имела место быть и другая ещё более страшная напа́сть. С 1608 по 1610 годы Русь подверглась нападению со стороны Крымского ханства. Больше всего тогда досталось Тарусскому, Серпуховскому, Коломенскому и Боровскому уездам. А в 1610 к крымчакам присоединились ещё и ногайские татары мурзы Иштерек-бея, которые вторглись в Рязанскую землю.

Затем 1611 год, и снова совместный крымско-ногайский поход на Русь, в ходе которого продолжается разорение Рязанщины, а также под удар попадают Лихвинский, Алексинский, Тарусский и Серпуховской уезды.

Далее, 1613 год — крымские татары вновь нападают на Рязанщину, а также разоряют и сжигают окрестности Пронска, Михайлова, Дедилова, Данкова, Переяславля-Рязанского и Курска. В этом же году Большая Ногайская Орда Иштерека вновь разоряет Коломенский, Серпуховский и Боровский уезды, а также ураганит в Подмосковье, наводя суету на предместья столицы.

Следущий 1614 год не стал исключением. Иштерек приводит основные силы своей орды под стены Москвы и разоряет окрестности. В это же самое время другие ногайские отряды совершают налёт на Темниковский и Алаторский уезды. А зимой новый набег, под который попали: Курск, Рыльск, Комаричи, Карачев и Брянск.

В лето 1615 от рождества Христова легче не стало. Снова ногайское нашествие. И снова под ударом: Коломенский, Серпуховский, Калужский и Боровский уезды.

Таким образом, мы имеем огромное количество сожжённых деревень и посадов, а также сотни тысяч угнанных в рабство крестьян.

Ну ты уже всё понял, ага? В руках говноисториков широчайшая поляна для деятельности. Естественно, вся эта татарская суета очень великолепно подходит для того, чтобы её последствия списать на вольное казачество. Что в общем-то и было сделано.

Да уж, дружище, диву даёшься, как нас дурили беззастенчиво все эти годы… Оно конечно же, историю пишут победители. Но вот чтобы так нагло врать… Однако же смотри, дружище, как удобно, когда ты сам пишешь историю. Можно просто взять и вычеркнуть целую гражданскую войну, которая не удобна для твоей пропаганды. И плевать, что война эта по масштабу превосходит и Разинщину, и Пугачёвщину. Вот взял и вычеркнул. А для блезиру чирканул — «шлялся Ивашка Заруцкий», «луговая черемиса супротив государя своровала», ну и плюс — пара казаков вышла в одиночные пикеты с плакатами «царь Мишка — хуйло». Вот и вся недолга́. И не было никакой войны за народовластие.

Да, что там, дружище, уж друг другу врать не будем. Мы же тоже долгие годы считали Минина и Пожарского национальными героями, которые спасли погибающую Русь-Матушку от неминуемой гибели. Правда, как оказалось, Пожарский был сторонником восшествия на московский престол шведского принца, что неизбежно привело бы к передаче русских северных земель шведской короне. Тоже самое касается и сторонников восшествия на Железный Трон Вестероссии королевича Влади́слава. То есть какую Вазу не сажай на наш престол, а итог будет один — отторжение от Руси либо её северных, либо западных земель. И если, скажем, всякие там присоединившиеся к Владиславу казаки таких тонкостей не знали, то князь Пожарский, члены Семибанкирщины и прочие высокопоставленные говноеды не могли этого не знать. Таким образом, Димон Пожарский осознано хотел встать на путь национального предательства. Хотя, почему хотел? Когда их сбродная служилая гопота собиралась идти на Москву — они же тогда согласились на передачу русских земель шведской короне, а также признали незалежность Новгородской республики. Так что факт национального предательства Димона Пожарского на лицо. Про барахольную рожу Минина вообще говорить не хочется, да и выше уже всё про него сказано. Да и самое главное, что не были Минин и Пожарский ни какими спасителями и освободителями, ибо не от кого было спасать и освобождать.

Ну давай, дружище, объективно. В Кремле сидел сильный польский гарнизон под командованием пана Гонсевского. Факт? Факт. Однако, гарнизон этот был блокирован и очень сильно голодал. Дело доходило даже до каннибализма. И совершенно очевидно, что сей каннибализм был вызван не эпштейновскими пристрастиями, а лютым голодом. Таким образом, никакую Москву от сидящих в Кремле поляков спасать не имело смысла, поскольку последние неизбежно сдохли бы там с голоду.

Ну конечно же, на Москву шёл кавкорпус гетмана Ходкевича. Совершенно очевидно, что в полевом сражении лихие всадники пана гетмана разогнали бы ссаными тряпками Первое Народное Ополчение Трубецкого и Заруцкого. Вот только Трубецкой и Заруцкий не пошли бы биться в поле, ибо они не идиоты, а встали бы они на стены Москвы. А вместе с ополченцами на стены родного города встали бы и москвичи. И что бы тогда делал пан гетман, особенно при отсутствии осадной артиллерии и нормальной пехоты? Правильно — ничего.

А теперь смотри, дружище, что получается. Кремлевский гарнизон заблокирован и подыхает с голоду, и неизбежно сдохнет. То есть, угрозы Москве, а уж тем более российской государственности сидящие в Кремле поляки не представляют. Ходкевич ведёт к Москве конный корпус, в состав которого входит всего лишь 1500 штыков пехоты, и полностью отсутствует осадная артиллерия. А сие означает, что у великого гетмана литовского для взятия Москвы нет необходимого наряда сил и средств. Таким образом, взять Москву Ходкевич не может. При этом, говноисторики истерично нагоняют апокалиптичную картину полного пиз… гм… да, в общем-то именно его и нагоняют — по-другому не скажешь. Ну, а как выглядит этот самый полный п., ты сам прекрасно помнишь: «в Кремле польский гарнизон! Ещё одно сильное войско ведёт Ходкевич! Мы все умрём! Пропала Русь-Матушка! Если не придёт барыга с князем-предателем, то вся Русь провалится в Ад!».

В реальности же, польский гарнизон дохнет с голодухи. Войско Ходкевича действительно сильное и вполне способное снести кого угодно. Но штурмовать стены конница не умеет, да и, учитывая шляхетскую спесь, не будет. К тому же, при наличии отсутствия осадной артиллерии все эти штурмовые мероприятия не имеют ни малейшего смысла.

Осада? Ну смотри, все сходятся к тому, что у Ходкевича было порядка 12000 морд. Таким силами можно успешно осаждать, какую-нибудь Клязьму, или Вязьму, или Торжок, ну или, скажем, какую-нибудь Коломну. Однако для осады мегаполиса того времени, коим являлась Москва, эти силы совершенно ничтожны.

Есть ещё один ржачный момент. Нагоняющие истерию говноисторики (а вместе с ними и педивикия) утверждают, что Ходкевич и гарнизон Кремля поддерживали связь и координировали свои действия. Но, как, Карлуха? Как?! Знаешь, я хотел было постебаться насчёт мобильных операторов того времени и установок РЭБ князя Трубецкого, даже названия придумал (наподобие «Никола Угодник Телеком» и тд. и тп.), однако, давай серьёзно. Попов «радива» ещё не изобрёл. Соответственно, мобильная, спутниковая и всякая прочая радиосвязь отсутствует напрочь. Что остаётся? Почтовые голуби — не смешно. Дымовые сигналы? Ну не знаю. Особенно учитывая наличие дымов в Москве и Подмосковье, вся эта индейщина выглядит очень сильно утопично. Гелиограф? Теоретически, если забраться на Спасскую башню с этой пердулой, то вполне возможно наладить связь. С этой версией я готов согласиться, если будет предоставлено хоть одно упоминание использование гелиографа в XVl-XVll веках. Что ещё можно сделать? Отбивать барабанами азбуку Морзе, так её тоже ещё не существует. Остаётся только один единственный способ — посыльные. И ты не поверишь — именно этот способ и упоминается в документах того времени. Причём, упоминается, как единственный способ. Только вот в чём проблема — в этих же документах говорится о том, что всех этих посыльных успешно перехватывали казаки Заруцкого и Трубецкого. Таким образом, никакой связи между гарнизоном Кремля и Ходкевичем не было, и уж конечно же ни о какой координации действий и речи быть не может. А есть лишь искусственно созданная историческая истерия, которая должна создать картину лютой польской угрозы, которая неизбежно приведёт к гибели Москвы и всего государства.

Однако же, Ходкевич действительно шёл к Москве. Так зачем же он шёл? Элементарно, Ватсон, он шёл спасать заблокированные в Москве части Гонсевского. Именно поэтому корпус Ходкевича почти на 90% состоял из кавалерии и не имел тяжёлой артиллерии. Поскольку задача пана гетмана состояла в том, чтобы деблокировать войско Гонсевского, а не брать Москву.

Каким образом деблокировать? Ну, дывысь — мог ли гарнизон Кремля, собравшись в один кулак и ударив в одной точке, вырваться из Москвы? Ну, учитывая, что вояки у пана Гонсевского были добрые, то скорее всего они имели все шансы пробиться за стены Москвы. Однако, подобные действия не имели совершенно никакого смысла, поскольку за стенами Москвы всех этих прекрасных господ вырезали бы под корень казаки Трубецкого и Заруцкого. Вот именно для того и скакали к Москве крылатые гусары и всякие прочие панцирные хоругви, чтобы не очень сытым полкам Гонсевского было к кому выходить.

Таким образом, мы видим, что никакой угрозы Москве, а уж тем более всей Руси не было, а пан Ходкевич спешил спасать пана Гонсевского.

А вот тут начинается самое интересное!

У польского гарнизона в Кремле было два путя: первый — сдохнуть с голоду, второй — свалить из Москвы и пробиться к Ходкевичу. То есть, в любом случае хлопцы Гонсевского неизбежно покинули бы Кремль, и совершенно неважно как — вперёд ногами или головой. Тут важен результат.

А как ты думаешь, дружище, что произошло бы после ухода (хоть за ворота, хоть в могилу) Гонсевского из Москвы? Правильно, в освободившемся от поляков Кремле был бы коронован Иоанн Дмитриевич Пятый своего Имени — сын Лжедимона ll и Марины Мнишек, и по совместительству «внук» Ивана Грозного. Причём, был бы коронован не как какой-нибудь вонючий царь и великий князь, а как император всероссийский. Тут, правда, не очень понятно, кто бы именно был регентом — Трубецкой или Заруцкий, однако это не имеет никакого значения, поскольку в любом случае оба получили бы ключевые должности. Да и государыня императрица-мать тоже была бы при делах.

Как бы это потом описали говноисторики ты уже понял, ага? Не было бы никакого Отрепьева, и никакого тушинского вора, а был бы постоянно спасаемый Богородицей государь Дмитрий Иоаннович. Самозванцами были бы только Лжедимоны за номерами 3 и 4. Хотя… Вполне возможно, что их бы выставили патриотами, которые специально водили за нос сидящую в Москве клику.

Однако, это всё не важно. А важно другое… Учитывая тот факт, что все эти дамы и господа (Заруцкий, Трубецкой, Мнишек и иже с ними) были сторонниками прожектов Гришки Отрепьева, а также, что опиралась бы их власть на вольное казачество, то они бы продолжали политику государя императора Дмитрия Иоанновича. А сие означает, что крепостное чушпанство окончательно ушло бы в небытие, а Россия, встав на европейский путь развития, имела бы все шансы стать одной из самых передовых, в социальном смысле, стран Европы.

Теперь ты понимаешь, что именно спасали два этих говноеда — Минин и Пожарский, а также их служилая по отечеству гопота? Все эти гандоны не от поляков спасали Россию. Они спасали своё право быть рабовладельцами и чушпанить людей. Вот собственно и всё.

А теперь поговорим немного о само́м крепостном чушпанстве. Как рассуждают чушпаны от истории, что крепостное рабство было наименьшим злом. И если бы на Руси не ввели крепостное чушпанство, то служилые по отечеству пацаны устроили бы новую смуту. Великолепно! Наименьшим злом для кого???!!! Для народа? Сомневаюсь. Для государства? Вне всяких сомнений. Вопрос только — для какого государства? Для чьего государства? Для Московской орды, которую правящие ханы и служилая по отечеству гопота превратили в государство-концлагерь.

И теперь нам пытаются доказать, что если бы не ввели крепостное чушпанство, то дворяне и дети боярские устроили бы новую смуту.

Ну допустим, что служилые по отечеству пацаны действительно устроили бы новую смуту. Да без всяких там «допустим»! Устроили бы — согласен на все 100%! И что дальше?

Ну смотри, дружище, давай представим, что правительство Мишки Романова отказывается вводить крепостное чушпанство, и в ответ на это служилые по отечеству пацаны поднимают мятеж. Даже не ставлю под сомнения успех мятежа. Хотя, можно и поставить под сомнение, учитывая наличие казаков Заруцкого и Трубецкого. Однако, хрен с ним — подыграем говноисторикам.

Ну вот скинули служилые по отечеству пацаны Романовых, а дальше-то что? Нет, конечно же, претендентов, кого можно было бы посадить на Железный Трон Вестероссии, как говна за баней. И среди этих кандидатов, конечно же, нашёлся бы тот, кто пошёл бы на поводу у служилых по отечеству пацанов, и усевшись на Железный Трон вместо Мишки Романова, ввёл бы на Руси крепостное чушпанство. Вот только, в данной ситуации свержение Романовых не дало бы служилым по отечеству пацаны ничего. Ничего хорошего. Поскольку, в данной ситуации Романовых надо было бы вырезать под корень. Полностью. Тотально. А иначе, любой самый захудалый Романов, самая седьмая вода на киселе, сразу же стал бы народным царём, которого тут же вольные казаки и крестьяне-повстанцы подняли бы на знамя. И у всех этих служилых по отечеству пацанов сразу же возникли бы очень большие проблемы, поскольку они бы в этом случае стали врагами народа и государства.

В общем, любая династия, которую вместо Романовых возвели бы на престол служилые по отечеству пацаны, сразу же стала бы для народа не легитимной. Со всеми вытекающими…

В ходе гражданской войны 1613–1618 годов мы с тобой наблюдали, как вольное казачество устраивало локальный геноцид служилым по отечеству пацанам. А теперь представь, что было бы в случае поднятия правящей стратой смуты. Особенно учитывая, что у народа была бы организующая сила в виде вольного казачества, а также наличие народного царя, который бы объявил аристократию врагами народа.

Ну, как это приблизительно происходило бы, мы уже с тобой наблюдали — весь период гражданской войны 1613–1618 годов, когда повстанцы не только грабили, но и весело резали поместную гопоту и развешивали её на берёзках и осинах. А теперь геноцид служилого по отечеству сословия был бы тотальный. Хотя, всех их резать не пришлось бы, поскольку многие из них, видя отсутствие шансов на победу, сразу же переметнулись бы к народному царю.

Оно конечно, всякие говноеды от истории (включая чушпана КлимСсаныча) будут, заламывая ручонки, завывать, что гражданская война — это плохо. И её любой ценой надо остановить. Так опять же неувязочка вышла, поскольку с начала воцарения хана Мишки и началась полномасштабная гражданская война.

В общем, все их аргументы при малейшем разбирательстве сразу же сливаются в унитаз. И гражданская война всё равно бы была, однако в этот раз она бы имела все шансы окончиться в пользу народа. И в итоге, уже в начале XVll века Россия бы имела все шансы стать самым прогрессивным государством Европы, а значит и всего мира.

Теперь понимаешь, дружище, почему пришедшая к власти клика в срочном порядке избавлялась от казаков и пыталась обнулить их в мясных штурмах, а также расказачить и зачушпанивать? Вот-вот...

Есть ещё один момент, который стоит разобрать. Необходимость крепостного чушпанства оправдывается необходимостью содержания поместной конницы. Ну, если бы речь шла о XlV–XV веках, то возможно и имел бы смысл дискуссии на эту тему, поскольку поместная конница тогда была практически единственным родом войск. Однако, в те непростые времена вполне себе действовало то, что впоследствии обзовут общественным договором — служилые пацаны сражались, а народ их за это кормил. И при этом, несмотря на то, что поместная конница тогда была основной и главнейшей силой, вполне себе обходились без введения рабства на Руси. А вот в XVll веке, когда Митрофанова, ну в смысле — пехота, повсеместно стала царицей полей, оправдывать введение крепостного чушпанства необходимостью содержать поместную конницу, это уже за гранью. Тем более, что без введения рабства поместная конница никуда бы не делась. Да, она бы потеряла в численности, поскольку отвалился бы самый бедный её сегмент. Однако же, потеряв в численности, поместная конница выиграла бы в качестве, поскольку служить в ней могли бы только состоятельные помещики, которые могли бы обеспечить и себя и своих боевых холопов хорошим вооружением, доспехами и лошадьми. То есть, вся эта вооружённая дрекольем рванина, гарцующая на полудохлых клячах и имеющая, в лучшем случае, один тегиляй на троих, ушла бы в небытие. Ну и опять же, сокращение поместной конницы можно было бы компенсировать конницей иррегулярной: татарами, башкирами, калмыками, да теми же самыми казаками. Можно было увеличить количество стремянных стрельцов, а также сформировать какие-нибудь рейтарские полки. Тем более, что опыт проведения всех этих мероприятий уже был. И опять же, после Смуты количество поместной конницы всё равно сократилось. Вот и получается, что ради нескольких тысяч сабель (наличие или отсутствие которых не является критичным) Русь загнали в рабство. Тем самым уничтожив русскую государственность, поскольку русский крестьянин больше не являлся гражданином своей страны, а стал бесправным чушпаном на уровне скота. Те же, кому посчастливилось не попасть в рабство, тоже вместо прав имели одни сплошные обязанности и были пожизненно должны, как земля колхозу. То есть главным врагом русского человека стало государство. Вот так и началось иго Московской Орды. И всё время существования этой Орды (которая впоследствии обозвала себя империей) народ сопротивлялся своему бесправному положению и вёл борьбу с государством-концлагерем. Советская власть очень быстро выродилась в партократию, и хотя и старалась относиться к народу более-менее по-человечески, однако народной властью так и не стала. А сейчас мы с тобой наблюдаем реинкарнацию Московской Орды. Радует лишь одно, что эта орда подыхает, и у нас вновь появится шанс выстроить здесь что-нибудь человеческое…

И всё это дерьмо за ради нескольких не очень нужных тысяч сабель? Не крутовато ли? И при этом находятся мрази, которые всё это оправдывают (что тогда, что сейчас). И смотри, как, суки, всё обставили. Поход на Москву служилой гопоты, которая установила на Руси крепостное чушпанство, они выдают за спасение страны. Само введение крепостничества они оправдывают тем, что иначе служилые по отечеству устроили бы новую смуту. А то, что вместо дворянской смуты грянула гражданская война 1613–1618 годов, так это можно вообще вычеркнуть, как будто этого и не было. Сюда же относятся и все последующие восстания, бунты и крестьянские войны, включая Разинщину и Пугачёвщину, в которых погибли миллионы людей. Ещё раз спрашиваю — не крутовато ли всё это ради нескольких тысяч любителей чушпанить людей? Это действительно необходимая цена? Нет, ребята, это ваше «по-другому было нельзя» — засуньте себе в жопу.

Я тут, дружище, решил глянуть, чем у КлимСсаныча заканчивается его версия Смутного времени. Там всё по классике — смута закончилась воцарением Мишки Романова. Что и требовалось доказать. Да, попался мне у него ещё один видос про Смуту. Там этот чушпан от истории пригласил какого-то бородатого говноеда, которого он представил, как обосраться какого крутого специалиста по XVll веку. Зашла речь о Гришке Отрепьеве. И тут бородатый говноед поведал потрясающе факты о Гришке (который характеризуется им исключительно как гандон). Оказывается, у Гришки была неправильная свадьба, а ещё он неправильно играл в снежки. В снежки, блядь! И это всё! Это всё, Карлуха! То есть, это вообще всё, что бородатый говноед нам поведал о Лжедимоне Первом своего Имени. И ни слова об отмене крепостного чушпанства, о снижении налогов, об отмене налогов на территории пострадавшей от гражданской войны, об открытии границ — чему стоя рукоплескал английский парламент, о его прожектах: создания университета, отправки наших абитуриентов в университеты Европы, о планах выйти в Азовское и Чёрное моря. Да и действительно, зачем об этом говорить, когда есть свадьба и снежки. Сразу видно — большой специалист. Ну, и дальше всё в том же духе — сплошное оправдание государства-концлагеря. И самое мерзкое, что все эти твари всё знают, однако продолжают сознательно срать людям в мозги. Оно конечно, когда слышишь всякую подобную дичь от людей, далёких от истории, то тут винить человека не в чем, ибо он жертва подобных мразей, которые накакали ему в голову. А вот с этих говноисториков надо спрашивать, как с понимающих.

Как думаешь, дружище, наступит ли когда-нибудь время, когда у нас будет написана настоящая история, а не то дерьмо, что нам пытаются впарить? Хотелось бы дожить до этих светлых времён.

На чём там наш дедлайн остановился? На 1619 году. Вот на этом можно и сделать паузу. Нет, дружище, в Народной Войне перерыва не было. Просто, если переходить в 1620-й год, то неизбежно придётся описывать и остальные события 20-х годов, а мы так вообще никогда не остановимся. Справедливости ради стоит сказать, что в самом начале 20-х годов в Народной Войне возникла лишь коротенькая оперативная пауза, вот мы ей и воспользуемся.

Ну, давай, дружище, не теряйся, живы будем — не помрём! Увидимся в следующей книге.

Конец Первой части Первой книги.

14 февраля 2026 года от рождества Христова. Иркутск.