Двое, или история одного советника

Глава 1

В 18... году в Санкт-Петербурге, на улице Б... в прекрасном доме в два этажа, коих в городе великое множество, проживали два совершенно разных человека, но каким то необьяснимым образом связанные друг с другом. Звали их Алексей Павлович Разумовский и Пётр Андреевич Тихвинов. Алексей Павлович был прекрасный молодой офицер Семёновского полка, причём попал он туда благодаря своему упорному труду, ведь чтобы исполнить свою мечту, он с отличием закончил военную академию, а после, по распределению отслужил положенный срок в уездном городе В. и уже оттуда сам губернатор ходатайствовал определить его в гвардию. И этим фактом он очень сильно гордился. Он был высок, подтянут, широкоплеч, всегда был гладко выбрит и всем своим видом олицетворял идеального мужчину на все времена. Служба в полку никогда его не отягощала, наоборот, он ни дня не пропускал службу в штабе и тренировки на плацу, который находился на другом конце города, всегда прилежно исполнял любые поручения начальства (в пределах разумного, конечно же), тем самым быстро продвигался по службе и заработал негласное звание "наипримернейшего офицера всей русской армии". Каждый день он ровно в половине седьмого утра минута в минуту выходил из дверей парадной, ловил извозчика, протягивал ему серебряный рубль, а после садился поудобнее и ласковым тоном говорил: "До главного военного штаба, пожалуйста". Таким образом он и в округе получил статус "благочестивейшего человека". Алексей Павлович всегда был невероятно бодр, он не мог усидеть на одном месте и постоянно колесил из одной части города в другую: из штаба, на плац, с плаца на званый ужин или бал, оттуда в Екаритерингоф и так до бесконечности. В общем жизнь его била ключом. Пётр Андреевич же был совершеннейшая его противоположность. Он был обычным титулярным советником, скромным и тихим, настолько, что иногда прохожие на улице вовсе его не замечали. Служил Пётр Андреевич в департаменте при министерстве финансов и изо дня в день только и делал, что составлял и переписывал всевозможные приказы, распоряжения и прочие бумаги. Работа его была как видится, вовсе не престижная и неблагодарная. Иногда даже он сам, приходя домой уставший и измотанный говорил как бы про себя: "Эх, была бы моя воля, перевелся бы в другое место, да боюсь, не выйдет ничего из этого путного, уж лучше пусть все будет так как есть". И этот страх перемен по сути стал его ритмом жизни. Он постоянно ходил на работу одним и тем же маршрутом, даже по одной стороне улицы, трудился до позднего вечера, приходил домой и не ужиная, ложился спать. Так и проходила его жизнь, в постоянной рутине. Он никогда не посещал театров, не гулял по летнему саду в выходные дни, а все сидел дома и в сотый раз перечитывал "Три Мушкетёра". Пойти же за новой книгой в лавку ему не хватало смелости. Дело все в том, что Пётр Андреевич ужасно боялся взаимодействовать с обществом. Он сам себе казался ненужным и неуместным. Каждое слово, даже простой взгляд адресованный в его адрес он воспринимал как очередную попытку насмехательства. В такие моменты он весь сьеживался, как будто от холода, лепетал короткое: "простите-с, мне нужно идти" и спешил скорее удалится от собеседника.

Так и жили два совершенно не похожих друг на друга господина в одном доме, на разных этажах. Алексей Павлович снимал прекрасную квартиру в пять комнат (за которую он платил 2 тысячи рублей в год) на втором этаже, в то время как Пётр Андреевич ютился в одной скромной комнатке на первом.

Как то раз, в погожий субботний день, Алексей Павлович, пребывая в прекрасном расположении духа вышел с утра пораньше на пешую прогулку и неожиданно заметил Петра Андреевича, идущего привычным маршрутом.

- Ох ты, Пётр Андреевич! Неужто решили прогуляться?

- А? - только и вырвалось из уст опешившего титулярного советника.

- Да, погодка сегодня что надо... - непринуждённо продолжал офицер подойдя ближе.

- Ва... ваше... благородие... простите-с, мне нужно идти.

- Да постойте ж вы? Куда вы так спешите?

- В департамент ваше благородие -еле слышно выпалил Пётр Андреевич.

- Как же так? Сегодня ж суббота? Или я ошибаюсь?

- Никак не... ошибаетесь... мне просто... нужно.

- Нет уж, я так вас не оставлю, пойдёмте лучше ко мне, там все и расскажите, может я смогу вам помочь. Идемте! - повелительно-ласково сказал Алексей Павлович.

Услышав такое, Пётр Андреевич стал топтаться на месте, как проштрафившийся гимназист.

- Да я... да как же я... я не могу.

- И почему же?

- Да как же я... простой титулярный советник... войду в дом вашего благородия...

- Господи, полно вам! Нашли за что переживать! У меня дома ни жены, никого другого нет, ведь как никак я не просто так плачу господину Золотцеву 2000 рублей в год! Кого хочу, того и приглашаю. - Пришлось бедному советнику согласиться.

- Проходите, не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома! - громогласно объявил с порога Алексей Павлович. Но Пётр Андреевич лишь пугливо озирался по сторонам, не в силах ступить и шагу дальше.

- Ну что ж вы такой стеснительный, я чай, не зверь, вас не сьем! - все так же ласково проговорил хозяин квартиры и рассмеялся, гость же готов был провалится сквозь землю, но все же сделал над собой неимоверное усилие и сделал два небольших шажка.

- Прошу! - снова заговорил Алексей Павлович из столовой и подвинул стул.

Петру Андреевичу ничего не осталось кроме как покорно сесть.

- Вы чай желаете или кофе? - спросил офицер.

- Ч... чаю... чёрного, если позволите...

- Конечно, об чем речь! - радостно сказал Алексей и направился на кухню. Через пару минут он поставил на стол медный расписной самовар и огромное количество тарелок со всевозможными сладостями: от конфет, до сушек.

- Вы уж простите меня, я не подготовился, нечасто у меня гости бывают. - шутил он

- Нет, что вы... - только и ответил Пётр Андреевич, а сам с удивлением разглядывал содержимое стола. " Никогда столько не видел" - промелькнула мысль в его голове.

- Ну же, расскажите мне, что с вами происходит? Мы соседи вот уже какой год, а я ничего о вас не знаю, да и не вижу вас нигде кроме как с утра на одной и той же дороге, вы верно в финансовом департаменте служите? - начал Алексей Павлович, после недолгого молчания, отпив немного чая.

- Да... так и есть - сказал Пётр Андреевич взял дрожащими руками чашку, немного отпил, но ставив на место он случайно накренил её и часть содержимого вылилось на скатерть.

- О... Господи, я... ваше благородие... я не хотел... господи! - в ужасе лепетал он.

- Ой, ничего страшного, вы на себя не пролили? А то горячий ведь! - простодушно ответил Алексей Павлович.

Пётр Андреевич, ещё не отошедший от шока, смог только слегка мотнуть головой. В этот момент внутри него шло настоящее сражение мнений: рассказать все или нет?

- Я не могу обременять вас своими пустяками... - тихо начал он.

- Почему пустяки? Да и вообще, ничем вы меня не обременяете!

Наступила минута неловкого молчания, по её прошествии Пётр Андреевич глубоко вздохнул и начал свой рассказ.

И он рассказал все, как на духу. Про то, как он с отличием окончил гимназию и университет в родном городе, но его одноклассники и товарищи посчитали, что Петя лизоблюд и заслужил все нечестным путем, а потому распустили этот неправдивый слух по всему городу. Из за этого он решил переехать в Петербург, но он совершенно не знал, к кому и куда обращаться. Так и поступил он (совершенно случайно) на должность переписчика в департамент. Он также рассказал о том, что его родная маменька тяжело больна и он каждый месяц отправляет все свое жалованье ей на лекарства, а сам живёт впроголодь. А недавно господин столоначальник заставил его сверхурочно, без дополнительной платы, под страхом увольнения сделать работу другого человека, который сейчас болен, вот поэтому он и шёл сегодня в департамент. Ведь если он не сдаст все в срок...

Под конец Пётр Андреевич был готов расплакаться, но Алексей Павлович его успокоил:

- Значит так, на службу вы не явитесь. Ни сегодня, ни завтра, это приказ старшего чином.

- Да как же я могу... меня же ведь.

- Ничего страшного не случится. Вас используют как старую клячу до последнего издыхания, а вы и рады, нет так дело не пойдёт, да с вашими познаниями вас в любом другом месте с руками оторвут!

- А если...

- Никаких если, даже если вас уволят, я уверяю вас, вы найдёте себе работу в 100 раз лучше! Да и карьерный рост никто не отменял! Вы кстати, кто по чину?

- Титулярный советник...

- Ну вот, а через полгода уже ассесором будете, как пить дать!

- Мне... мне очень лестно слышать все это от вас, но я не думаю, что все получится именно так...

- А вот я говорю, что будет именно так! Вот увидите! И ещё, скажите мне пожалуйста адрес, где проживает ваша маменька, я отправлю деньги.

- Ой, господь с вами!!!

- Все в порядке, просто скажите адрес. - сказал Алексей Павлович гостя по плечу.

- Город Н. улица К. дом 35 - виновато ответил Пётр Андреевич.

- Вот и славно, а теперь я предлагаю съездить со мной прогуляться в Петергоф, погода этому как нельзя кстати благоприятсвует!

- Как вам будет угодно...

И уже через полчаса они сидели в экипаже, а Пётр Андреевич все никак не мог понять сам для себя: хочет ли осмеять несчастного титлярного советника Алексей Павлович или правда искренне хочет помочь?

Но вот, суббота прошла и прошла без происшествий и потрясений. В воскресенье офицер пригласил его в театр. Поначалу он отнекивался в связи с тем, что не имеет фрака для такого случая, но после недолгих уговоров, все же согласился.

Наконец, вернувшись домой, Петр Андреевич, обуреваемый эмоциями, несмотря на позднее время, не стал ложится спать, а сел за свой небольшой истертый письменный столик, зажег свечной огарок и стал обдумывать два прошедших дня.

"С одной стороны и правда, я ведь прилежнее всех учился, да и сами преподаватели мне большое будущее прочили, а с другой - вдруг не выйдет? Меня же точно теперь Сергей Семенович (столоначальник министерства, в котором служит Петр Андреевич. примечание автора) с порога вышвырнет, а как же матушка? А с другой, Алескей Павлович вот, тоже сам всего добился и не струсил перед трудностями то. А у него точно они были, так чем я хуже? Надо наконец взять в себя в руки, Петруша, а то как я в глаза родителям смотреть то буду? А в городе что про меня говорить станут? Уехал в столицу, служил-служил, а ничего не нажил? Нет так дело не пойдет, надо хоть раз себя пересилить, а там будь что будет!" И с этими мыслями он потушил свечу, с минуту посмотрел в окно на утонувший в ночи Петербург и с улыбкой на лице и решимостью в душе лег спать.

Так и началась для Петра Андреевича совершенно новая, яркая и насыщенная жизнь. В понедельник, он придя в департамент был извещен самим столоначальником об своём увольнении, что конечно же поначалу было новостью хуже смерти, но деваться было некуда и наш советник, собрав все свои резервы принялся сам творить свою новую жизнь. Он несколько дней метался из одного места в другое, пока наконец, не вычитал в газете объявление о срочном требовании сотрудника "с институтским образованием" в военное министерство. Придя на собеседование он, сам того не ожидая произвёл невероятное впечатление на самого министра, из за чего тот немедленно отрапортовал, чтобы господин титулярный советник Пётр Андреевич Тихвинов явился завтра на должность старшего помощника секретаря. Это известие так обрадовало его, что он шёл домой светясь от счастья. Конечно же, об этом узнал и Алексей Павлович.

- Ну вот, а вы боялись, говорил же! Так ещё мы теперь с вами в одном считай месте служим! Ну такое грех не отпраздновать!

И они отправились в хороший ресторан в центре города. Они много шутили, рассказывали друг другу всевозможные случаи и курьёзы из жизни и в один момент Павлу Андреевичу показалось, что он прошлый и он нынешний - это два совершенно разных человека, что он как будто переродился.

"Я самый счастливый человек на свете" - впервые промелькнула такая мысль в его голове.

Через две недели пришло письмо от маменьки. Она сердечно благодарила сына за свое спасение и выразила желание, как поправиться окончательно, по осени приехать навестить своего "Петрушу"

- Господи, Господи, я не верю своему счастью! - в сердцах кричал он, вальсируя по комнате с письмом в руках.

Вот так, в один момент, вся его жизнь перевернулась вверх дном. Ведь уже к осени, когда наконец приехала родная матушка он, Пётр Андреевич Тихвинов, в новом мундире с погонами коллежского ассесора представил ей свою невесту...

"Всё, что ни делается, все к лучшему!"