Читая Дюма. Романы, повести, сказки

Необыкновенные приключения Александра Дюма

Вряд ли найдется человек, который бы не читал произведений Александра Дюма-отца. И при этом не так уж много людей, которые прочитали бы всего Дюма, а ведь его творчество не исчерпывается знаменитыми мушкетерской и гугенотской трилогиями. Александр Дюма-отец и сам заслуживает того, чтобы стать героем романа. Исследования о его жизни есть, а вот романов... что-то не припомню. Всё в его жизни, начиная с происхождения, должно было шокировать добропорядочных буржуа. Внук маркиза и чернокожей рабыни с Гаити, сын наполеоновского генерала-мулата и дочери трактирщика, легкомысленный, талантливый, остроумный, свободолюбивый, не умеющий беречь деньги, любящий блеск и мишуру, удивительно влюбчивый — он будоражил воображение современников, заставлял их одновременно восхищаться собой и возмущаться.

Историко-приключенческие романы, романы о современном Дюма обществе, сказки, пьесы, статьи, книги о путешествиях, кулинарные книги — Дюма попробовал все. Его творческое наследие не просто велико, оно огромно, не случайно писателя обвиняли в том, что под его руководством трудится целая армия "литературных негров". Между тем представления, будто знаменитый писатель скрывал своих соавторов, неверно. На обложках французских изданий "Истории великих преступлений" стоит имя не только Дюма, но и его соавторов, а вот в русском переводе издатели предпочли оставить лишь одно имя. Не отрицал Дюма и участие в написании "Трех мушкетеров" О. Маке. Но когда Маке поссорился с Дюма и опубликовал свой финал "Трех мушкетеров", его вариант не имел успеха.

Большинство произведений Дюма рассказывают о Франции, но он писал и об Италии, Испании, Греции, Англии, Германии, Нидерландах, России, Французской Вест-Индии, Алжире и Полинезии...

Временной размах его произведений тоже велик — от раннего средневековья до середины XIX века. Принято говорить, будто Дюма относился к истории слишком легкомысленно, но перечитайте в романе "Анж Питу" главу "Король так добр, королева так добра", и вы обнаружите, что он знал и понимал историю гораздо лучше, чем об этом принято говорить.

И, конечно, обязательно почитайте его пьесы. Критики очень любят рассуждать об их несовершенстве, но никто не отрицает, что Дюма прекрасно умел держать в напряжении зрителя.

И, сказки... Некоторые из них похожи на сказки, которые мы все знаем с детства, но другие оригинальны и не похожи вообще ни на что. К примеру, очаровательная сказка "Юность Пьеро", которую Арамис рассказывал детишкам герцогини де Лонгвиль. Или история о человеке, который не мог плакать. А еще сказка-ужастик на тему проклятия "Заяц моего деда" и роман ужасов "Предводитель волков".

Временами, кинематографисты страдают, что им нечего снимать, "Нет тем", — говорят они. Пусть откроют книги Дюма, и они обнаружат множество тем и сюжетов, только снимать надо именно то, что написал Дюма, а не то, что нафантазировали сценаристы.

Да, Дюма экранизировали часто, но практически никогда не подходили к его книгам бережно. К тому же внимание кинематографистов было сосредоточенно всего на нескольких романах. "Три мушкетера", "Виконт де Бражелон", "Граф Монте-Кристо", "Королева Марго" и "Графиня де Монсоро", "Жозеф Бальзамо" — вот собственно и все. А ведь есть еще романы "Асканио", "Женская война", "Сильвандир", "Блэк", "Волчицы из Машкуле", "Амори", "Ущелье дьявола" (а это вообще научная фантастика, представляете?) и многие другие. Они просто просятся на экран, но, видимо, кинематографисты этих книг не читали. А жаль.

Сериалы Александра Дюма

Все люди (почти все) любят книжки с продолжениями. Писатели периодически радуют читателей такими книжками. И Александр Дюма лучше многих умел приносить читателям эту радость.

Обычно, когда составляют список произведений Дюма, их так или иначе пытаются рассортировать по циклам. Иногда эти циклы формируются весьма условно -- в конце концов, как сказал один умный человек, большая часть произведений Дюма входят в один замечательный сериал под названием "История Франции".

И все же есть у Дюма произведения, которые и правда составляют сериалы. Самый известный из них — это мушкетерская трилогия. Романы "Три мушкетера", "Двадцать лет спустя" и "Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя".

Следующая по популярности — гугенотская трилогия, которую еще называют трилогией о Генрихе Наваррском или трилогией о Валуа: "Королева Марго", "Графиня де Монсоро" и "Сорок Пять".

И, наконец, третье место занимают четыре романа под условным названием "Записки врача": "Жозеф Бальзамо, или Записки врача", "Ожерелье королевы", "Анж Питу" и "Графиня де Шарни".

И сразу же возникают вопросы. Начнем с самого популярного цикла — мушкетерской трилогии. Если вы полагаете, что цикл исчерпывается этими тремя романами, то вы ошибаетесь. Нет, я не про роман "Женская война", рассказывающий о продолжении Фронды. Хотя там и действуют некоторые персонажи трилогии — прежде всего королева Анна Австрийская и кардинал Мазарини — этот роман стоит счесть совершенно самостоятельным произведением. И речь не о повести "Сын Портоса" — эта книжка является подделкой, созданной в конце XIX века в Англии. Зато есть произведение, которое совершенно точно принадлежит перу Дюма и представляет из себя очаровательное дополнение к трилогии — это повесть-сказка "Юность Пьеро", которую, как уверял Дюма, Арамис рассказывал детишкам герцогини де Лонгвиль, и в которой можно узнать некоторые события Фронды. Прочитайте эту сказку, и вы получите немалое удовольствие, хотя уже и не являетесь детишками.

С гугенотской трилогией тоже не все ладно. Если называть ее трилогией о Генрихе Наваррском, то романов в ней и правда три. Если считать цикл "гугенотским" — то романов будет уже четыре, и история начнется не с "Королевы Марго", а с романа "Две Дианы". А назвав сериал "Историей Валуа", нам придется начать повествование с романа "Асканио", да еще и не забыть пьесу Дюма "Генрих Третий и его двор".

Говорить о сериале про Великую Французскую революцию и того, что привело к ней, можно еще дольше. Поэтому я предлагаю вам вспомнить совсем другую историю, уже из XIX века — роман "Граф Монте-Кристо"

Вы можете сказать, что ни в какой цикл роман не входит — и ошибетесь. Конечно, речь идет не о многочисленных продолжениях, написанных в разное время в разных странах, и отправляющих героев Дюма то в Россию, то в Америку, рассказывающих о дочерях, сыновьях и внуках Монте-Кристо. Нет, речь идет о других книгах. Их действительно можно считать продолжениями романа, вот только действуют там не основные романные персонажи, а второстепенные.

Вы помните врача д'Авриньи в доме прокурора Вильфора, который заподозрил кроткую Валентину в отравлении? Он еще требовал от Вильфора сурово наказать "преступницу"? Если не помните, я напомню вам одну сцену из романа:

Доктор, один из известнейших врачей того времени, был другом их семьи и очень любил Валентину, которую знал с пеленок. У него была дочь почти одних лет с мадемуазель де Вильфор, но рожденная от чахоточной матери, и его жизнь проходила в непрерывной тревоге за эту девочку.

— Ах, дорогой господин д'Авриньи, — сказала Валентина, — мы так ждем вас! Но скажите сначала, как поживают Мадлен и Антуанетт?

Мадлен была дочь доктора, а Антуанетт — его племянница.

Господин д'Авриньи грустно улыбнулся.

— Антуанетт прекрасно, — сказал он, — Мадлен сносно.

Так вот, у Дюма есть роман о семье доктора под названием "Амори". Если вы любите романы про любовь, то он для вас.

Но это еще не все. Наверное, вы помните еще одного персонажа "Графа Монте-Кристо" благородного и утонченного дворянина Шато-Рено, дворянина, к которому все прислушиваются в вопросах хорошего тона и делах чести. Так вот, в повести "Корсиканские братья" вы вновь с ним встретитесь и даже узнаете, что не все то золото, что блестит. Что интересно, в повести Дюма вывел и самого себя, являясь главным рассказчиком и активным действующим лицом истории.

Вот так обстоит дело с сериалами Дюма. Наслаждайтесь!

"Изабелла Баварская" — первый роман Александра Дюма

Вряд ли найдется человек, который не прочел бы ни одного романа Дюма. Но не так уж и много найдется тех, кто прочел бы большую часть произведений Дюма — о том, чтобы прочесть абсолютно все, вышедшее из-под пера писателя, я уже не говорю.

Вообще-то начинал Дюма вовсе не с романов, а с пьес — и они оказывали сильнейшее воздействие на зрителей. Хотя критики периодически уверяли, будто его пьесы не так хороши, как кажется, свое дело Дюма знал. Да и финалы его пьес частенько производили впечатление удара молнии.

"Черт возьми! — наверняка говорили зрители, в очередной раз утирая слезы. — Умеет же взять за душу!"

Действительно, умел. А еще умел использовать все для укрепления своей славы — как литературу, так и необычные обстоятельства жизни. Яркий, с экзотической внешностью и пылким характером, он сам мог бы стать героем пьесы или романа.

Судите сами — сын наполеоновского генерала, и не просто генерала, а мулата, внук маркиза и рабыни привлекал внимание одним свои видом. Мы привыкли к его поздним портретам, так посмотрите на него молодого.

На этом портрете ему 33 года. И в 33 года он впервые решил написать роман. Это был роман "Изабелла Баварская".

Принято говорить, что это самый неудачный роман Дюма, но не будем так строги — все же это был первый роман писателя. К тому же Дюма постарался описать в одном произведении более 30 лет жизни Франции.

Не могу сказать, что это невозможно, но задача сложная. А уж если это 30 лет из истории Столетней войны...

Начинается роман с 1389 года, когда Изабелла Баварская, жена короля Франции Карла VI впервые торжественно въезжает в Париж в качестве королевы. Казалось бы, если исходить из названия романа и его начала, то легко сделать вывод, что Изабелла и является главной героиней, но все же нет. У Дюма это будет случаться часто — название на обложке сулит одно, а вот под обложкой обнаруживается несколько иное.

Роман "Изабелла Баварская" рассказывает о несчастливом правлении Карла VI и заканчивается его смертью.

В этом романе еще нет того, что будет привлекать читателей от первой строки до последней, роман распадается на отдельные, не всегда связанные друг с другом истории, но до чего же многие из них яркие! Чувствуется рука мастера-драматурга.

И все же, приступая к написанию первого романа, Дюма немного схитрил. Дело в том, что часть будущего романа сначала существовала в виде новелл "Хроники Франции. Исторические сцены". В 1831-1832 годах они печатались в журнале "Обзор двух миров" (в смысле, Старого и Нового света).

И вот в 1835 году Дюма написал начало "Изабеллы Баварской", несколько поправил свои новеллы, написал связки и вот — получился роман.

Нет, роман тогда все же не получился, но зато в свет вышла первая книга Дюма крупной формы. И повторяю — составляющие ее новеллы, ставшие главами, уже несли в себе удивительный талант автора. К примеру, истории шевалье де Бурдона, мэтра Капелюша (парижского палача) или сьера де Жиака.

Между прочим выражение "народ [точнее, толпа] безмолвствует" у Дюма есть. Это реакция парижан на провозглашение королем внука умершего короля Карла Шестого — полуторогодовалого короля Англии Генриха Шестого. Собственно, этим книга и заканчивается.

Стоит ли читать роман, если он практически всеми признан неудачным?

Да, стоит. И как первый пример романного творчества Дюма, и как образец увлекательных новелл, и как пример создания удивительной атмосферы прошлого.

"Сильвандир" — роман Дюма, которым восхищался Лев Толстой

"...читал старый роман Дюма-отца "Sylvandere"... Бодро, весело, умно и талантливо, и sobre [сдержанно] и без претензий", — так давным-давно писал Лев Толстой.

Роман "Сильвандир" мало известен (а зря), зато те, кто его читал, любят сравнивать его с романом "Три мушкетера".

Ну в самом деле...

Во-первых, его герой, как и д'Артаньян, отправляется в Париж. Вот только происходит это не в начале романа, а в десятой главе, и герой не мечтает поступать в мушкетеры, а хочет получить наследство.

Во-вторых, рекомендательное письмо у него тоже есть — как же без него? — но его никто не похищает. Просто человек, которому письмо было адресовано, успел умереть. Но ничего — умершего заменяет сын.

И друзья у юного шевалье появляются — их, правда, не трое, а больше. И дружба действительно начинается после дуэли, а дуэль вспыхивает из-за насмешек во время игры в мяч. А с другой стороны — должно быть в реальной жизни таких ссор в залах для игры в мяч было множество.

Имеется в романе и старший товарищ главного героя, только он не граф, а маркиз и никаких трагедий в прошлое у него не было.

И две любви у героя тоже имеются.

И даже один из эпизодических героев носит имя ... Тревиль! А вы что думали? У капитана мушкетеров де Тревиля были потомки. Правда, конкретно этому не повезло.

И приключения в романе есть. И вражда. И месть.

Но насколько все иное, чем в "Трех мушкетерах"...

И дело не в том, что роман был написан раньше самых знаменитых романов Дюма, в том числе и раньше "Трех мушкетеров". Дело в том, что Дюма описывает совсем другую эпоху.

Начало восемнадцатого века... Со времени начала романа "Три мушкетера" прошло более 80 лет. Здесь уже не врубают свое имя шпагой в гранит истории. Здесь знатные дворяне идут в суд (хотя на дуэлях еще дерутся). И мстят здесь не с помощью яда или наемных убийц, а с помощью доносов и полиции. Да и с интриганкой расправляются не с помощью топора или меча, а с помощью шантажа, денег и торговли.

А уж как решается проблема любви... Чтобы жениться на любимой, главный герой должен получить наследство. Но чтобы получить наследство, герой должен жениться на дочери судейского крючкотвора. Что бы герой не выбрал, он утратит любимую.

Как по вашему, что выбрал герой?

Он выбрал деньги и женился на той, на которую ему указали.

И вот тут-то у него и начались приключения.

О да, жена молодого шевалье Роже д'Ангилема по имени Сильвандир была молода, красива, умна и образована, но ей совершенно нельзя было доверить. Шевалье в этом убедился. Правда, заплатить за доверчивость пришлось дорого. Зато герой научился хитрить и обманывать, и благодаря подобному поведению добыл счастье. Возможно, и не слишком заслуженное им, но вполне достойное его второй жены. Кстати, ее зовут Констанцией или, как в переводе, Констанс.

Я не буду пересказывать вам весь роман. Просто прочтите его. Уверяю, вы получите удовольствие.

"Блэк": тайна черного пса, или Идеальный сериал

Обычно все ждут, что в романах Дюма им встретятся необыкновенные приключения, звон шпаг, подвиги, головокружительная любовь и печальный конец. Но далеко не все романы Дюма писались по этому принципу. И с радостью скажу, что вовсе не у всех произведений Дюма трагический финал. Да и приключения не обязательная составляющая часть его произведений. Зато чувство юмора и ирония не оставляют Дюма даже в самых печальных творениях.

Роман "Блэк" во многом непривычен читателям. И дело не в том, что он назван в честь пса. И не в том, что его действие длится почти полвека — с 1793 по 1842 год. И даже не в том, что, как сказал писатель, он начинается с конца:

однажды, когда меня посетило чувство юмора, вероятно, появившееся у меня под воздействием тумана, которым я надышался во время недавнего пребывания в Англии, я решил создать совершенно новую вещь, нарушив существующую традицию в построении романов. Вот почему я начинаю его с конца вместо того, чтобы начать с начала, как это было принято до сих пор. Уверен, что мой пример найдет подражателей и что через некоторое время все романы будут начинаться только с конца.Кстати, Дюма оказался прав — последователи нашлись и теперь этот прием весьма распространен в литературе.

Так в чем же необычность романа?

А в том, что его главный герой совершенно негероичен.

Шевалье Станислав-Дьедонне (в дальнейшем просто Дьедонне) де Ля Гравери уже немолод — ему 47 лет. Он некрасив — маленький и толстенький. В молодости он был мушкетером, но очень дурным мушкетером — слишком домашний, слишком наивный и ничего не умеющий, чтобы быть военным. Оружие его ужасало, а смотры под красивые марши казались ужасно утомительными и опасными.

Как же так получилось?

Издержки воспитания.

Шевалье Дьедонне родился в грозный 1793 год и стал сиротой в день своего рождения. Воспитывала его тетушка в женском монастыре в Германии. И добрые канониссы так избаловали ребенка, сделали настолько чувствительным, что он оказался совершенно непригодным к обыденной жизни.

Дюма с чувством описывает это "воспитание":

И в результате дело обстояло так, что маленький человечек имел право выбора изучать только то, что ему нравилось, или где-то близко к этому. А поскольку природа не наградила его чрезмерной склонностью к наукам, это привело к тому, что он остался круглым невеждой.

И было бы наивным надеяться, что милейшие и достойные женщины будут развивать его нравственные понятия с большей предусмотрительностью, чем они занимались его образованием. Они не только ничего не поведали ребенку о людях, среди которых ему суждено было жить, и обычаях, с которыми ему предстояло столкнуться, но и вдобавок сверх меры развили у него той заботливостью, с которой ограждали свою маленькую куколку от грубой действительности этого мира, от впечатлений и потрясений, способных задеть его нежную душу и заставить содрогаться сердце, экзальтированную чувствительность <...>

Так же поступили и с физическими упражнениями, которые составляют воспитание дворянина; молодому Дьедонне не позволили взять ни одного урока верховой езды; дело дошло до того, что у ребенка никогда не было других верховых животных, кроме осла садовника. Но даже когда он садился на этого осла, одна из его добрых нянюшек вела животное под уздцы <...>

В городе, где располагалась религиозная община, был превосходный учитель фехтования. И одно время даже встал вопрос, не отдать ли молодого Дьедонне учиться фехтованию; но, помимо того, что это очень утомительное упражнение, кто бы мог поручиться, что шевалье де ля Гравери с его милым характером, столь кротким и приветливым, пришлось бы когда-нибудь драться на дуэли! Надо было быть злобным и коварным чудовищем, чтобы желать ему зла, но, слава Богу, такие чудовища встречаются редко.

В ста шагах от монастыря протекала великолепная река <...> Можно было бы три раза в неделю отправлять Дьедонне на реку и под руководством искусного учителя плавания сделать из него настоящего ловца жемчуга, но в реке били ключи, их холодная вода могла бы пагубно отразиться на здоровье ребенка. Дьедонне довольствовался тем, что два раза в неделю плескался в ванной своей тетки.

В результате Дьедонне не умел ни плавать, ни фехтовать, ни ездить верхом.

В общем, оторванные от жизни дамы играли с ребенком, словно с живой куклой.

И женился Дьедонне на девушке, которую точно так же воспитывали в том же монастыре. И вот в Париж вернувшихся к власти Бурбонов отправилась супружеская чета, чье развитие не сильно отличалось от младенческого. И, конечно, подобное супружество закончилось весьма печально...

"Как — печально?! — можете возмутиться вы. — А где обещанный хэппи-энд?! И причем тут пес?!!"

Так это была только присказка, а сказка будет впереди.

Пес у Дюма стал связующей нитью, позволившей соединить разрозненных героев романа и многому научить шевалье Дьедонне. Сам он вбил себе в голову, что в пса Блэка вселилась душа его умершего друга. Но другие персонажи справедливо замечали, что все дело в кусочках сахара, которые шевалье имел привычку таскать в кармане.

Так о чем же роман Дюма?

О человеческих отношениях. О воспитании, в том числе и шевалье де ля Гравери. Об эгоизме и самоотверженности. Об алчности и щедрости. Это роман о жестокости и доброте, об исправлении ошибок, как своих, так и чужих. В результате случившихся с шевалье Дьедонне событий он стал много лучше и смог обрести счастье.

Нет, речь идет не супружеском счастье, а о том счастье, которое испытывает отец, обретя дочь и внука.

Полагаете, Дюма писал о похищенном и найденном ребенке, как это было модно в XIX веке?

Нет, все гораздо проще. Дело было в расторгнутом некогда из-за супружеской измены браке. И герой прекрасно понимает, что встреченная им девушка вовсе не его дочь, а дочь его бывшей жены и умершего друга, но для него это уже не имеет значения — очаровательная Тереза стала дочерью его сердца.

Надо сказать, из романа можно было бы сделать великолепный телесериал. Очень красивый, с прекрасными нарядами и величественными видами: Франция, Германия, Америка, Таити и опять Франция — Дюма постарался. Юмор и ирония, трагизм и мелодрама, тонкий психологизм — все это так и просится на экран.

А книга? Ее стоит прочесть, в том числе и для того, чтобы убедиться, насколько разнообразным было творчество Дюма.

"Предводитель волков"

Принято говорить, что Дюма — автор приключенческих романов, хотя собственно приключений в романах Дюма не так уж и много. Но почему-то люди забывают мистические произведения писателя, ужастики... А их ведь не так уж и мало.

Одно из таких произведений роман "Предводитель волков".

Начинается он совершенно безмятежно — с детства самого Александра Дюма, воспоминаний о его отце-генерале, о людях, которые у них служили... Особенно совсем юный еще Александр Дюма восхищался сторожем Моке, который рассказывал страшные сказки о вампире и оборотне. Однажды он заявил, что его кошмардировали.

Спросите, что это такое?

А это сторож полагал, что одна старуха по соседству ведьма и насылает на него кошмары. Да-да, XIX век, но простые люди все еще верят в такую чепуху... Но ведь такого же не бывает, правда? — именно так думал генерал Дюма.

А потом проходят годы и уже 15-летнего Александра Дюма бывший сторож Моке зовет на волчью охоту. Вот только волк им попался очень странный. Опытные охотники не смогли его подстрелить, и только помеченная крестом пуля Александра Дюма задела зверя.

"Это не простой волк, — решают охотники. — Это волк башмачника Тибо"

"А что это за волк?" — любопытствует Александр.

И тогда после некоторых колебаний бывший сторож и рассказывает ему историю предводителя волков.

И на этот раз события переносятся в век XVIII. Молодой башмачник обладает способностями, он смел, силен, образован. Вот только беден. Правда, главная беда даже не в этом, а в том, что он простолюдин. При всех талантах и смелости ему никогда не стать офицером. Не положено!

Перед простолюдином закрыты многие дороги. Конечно, можно найти другие, но... В общем, башмачник Тибо был человеком завистливым. Да и взгляд его на жизнь был не самым лучшим. К примеру, он усвоил, что слово, данное в коммерческой сделке, необходимо держать, однако совсем не обязательно оставаться верным в любви женщине.

Замечательный человек, верно?

А еще достаточно желчный, так что даже понимая, что рискует очень серьезными неприятностями, не может сдержать насмешек. И, конечно, нарывается, что только еще больше его раззадоривает.

И однажды к нему является оборотень. Что интересно, башмачник и здесь лезет на рожон. Он желает заключить сделку и получает ее.

Нет, он не может своими желаниями получить то, что хочет. Но может пожелать другим дурное, и оно сбудется. К тому же из несчастья другого можно извлечь выгоду. И плата ничтожна — его волос.

Что — вы уже сейчас можете сказать, что это очень дурная сделка — во всех смыслах?

Конечно, да еще и плата удваивается. Но вот башмачник сделку заключил.

Кстати, оборотень (а это был не просто оборотень) его еще и обманул. Тибо-то полагал, что будет просто лысеть, а вместо этого волосы стали приобретать кроваво-красный цвет. Сначала один волосок. Потом два... Потом четыре. И даже один волос вырвать не удалось. А уж когда их стало много... Представляете, что думали люди о башмачнике?

И у них были на это все основания.

Потому что его желания, зависть и злость начали ломать людские судьбы. Правда, и ему от этого не было ни малейшего толка.

Почему?

Так Дьявол всегда играет краплеными картами, хотя, вроде бы, говорит правду. А главное заключалось в том, что Тибо не умел вовремя остановиться. Дюма на редкость убедительно удалось показать воронку, в которую поваливается персонаж — ниже и ниже...

Погиб или все же спасся?

А вы прочтите и узнаете.

И, кстати, "Предводитель волков" не единственное произведение Дюма такого рода

"Человек, который не мог плакать"

Эту историю Дюма издавали неоднократно, но я читала ее еще в далекие 1990-е годы в красивой книжке "Сказки". Ту книгу у меня зачитали, потом были другие — их тоже постигла печальная участь, а сейчас у меня издание 2005 года под названием "Сказки Арамиса". Но, так уж получилось, что я по прежнему вспоминаю ту первую книгу.

О чем эта сказка?

Да все сказано в названии! Это в наше время полагают, будто мужчины не плачут. Во времена Дюма (и тем более раньше) люди не были знакомы с этой концепцией. Отсутствие слез считали проклятьем (а временами и чем-то похуже, к примеру — признаком продажи души Дьяволу!)

Начинается все с истории человека, у которого все есть. Казалось бы, его жизнь должна быть приятна и легка, но она невыносима — он проклят. Он не может плакать.

Не может плакать от горя, не может плакать от радости. Сердце его того и гляди не выдержит невозможности выразить свои переживания. А все дело в его деде — человеке жестоком, не способном на сострадание — который заслужил проклятие на свою голову, но, к несчастью, еще и на головы своих детей и внуков.

В сказке переплетаются несколько историй.

История графа Бальдрика, получившего проклятие без вины. История его деда, вполне заслужившего кару. История юной дочери графа Бальдрика, решившей спасти отца. История старого угольщика, ставшего отшельником, человека, который проклял бессердечного деда Бальдрика. А еще история матери и блудного сына.

И Рай — или нечто очень похожее на него — прекрасный сад, где ангелы занимаются своими делами.

Что — вам непривычен такой Дюма?

А он очень разный.

Иногда веселый. Иногда печальный и даже трагичный. Насмешливый и трогательный. Язвительный и возвышенный.

Его сказка о проклятии и искуплении получилась красивой и трогательной.

Иллюстраторы сказки размещают героев в самые разные эпохи — от шестнадцатого века до девятнадцатого. Но мне хотелось бы видеть эту историю в декорациях семнадцатого века. От начала века до его середины. Какой бы красивый мог получиться мультфильм (при условии еще и хорошей музыки).

А вы читайте!

"Заяц моего деда"

Когда мы берем книги Дюма, то часто представляем принцесс, придворных и королей, но как раз в "Зайце моего деда" ничего этого нет.

Главный герой по призванию охотник, но вообще-то он простой аптекарь. А сама повесть — ужастик на тему богохульства (и не только).

Начинается все очень неспешно — в Брюсселе, где с декабря 1851 года по январь 1854 жил Дюма. К нему часто заходили его друзья, среди которых были Виктор Гюго и господин де Шервиль (вообще-то, маркиз Гаспар де Шервиль — писатель, который писал об охоте, рыбалке, животных, редактировал журналы по охоте и даже сотрудничал с Дюма).

Правда, рассказывая о своем житье-бытие в Брабанте, Дюма не смог не съязвить, что, по мнению биографов, он не написал ни одну из своих книг — видимо, крепко его допекли критики.

И вот однажды друзья заговорили с Дюма об охоте:

— Сегодня 1 ноября.

— Допускаю.

— Послезавтра будет 3 ноября.

— Скорее всего.

— 3 ноября — день святого Губерта!... А это значит, что мы вас совращаем, увозим и — хотите вы этого или нет! — заставляем охотиться.

Когда мне говорят об охоте, в душе моей вдруг возникает некий огонек, словно таившийся под слоем золы.

Дело в том, что до того, как я приговорил себя к литературной каторге, охота была моим основным, я бы даже сказал, единственным развлечением.

Идея была прекрасна, но... Дюма получил телеграмму:

Париж, пятница. Уважаемый Дюма, если я не получу "Совесть" пятого числа, то, как предупреждают Рауе и Ваез, шестого состоится репетиция неизвестно какой трагедии неизвестно какого автора. Ясно? Лаферрьер.Пришлось Дюма отказаться от охоты — надо работать. Но друзья-то вполне могут поохотиться, а потом рассказать ему, как все прошло. Но том и расстались.

5 ноября Дюма отправил полный текст пьесы в Париж.

6 ноября друзья прислали Дюма ногу косули и записку Шервиля, в которой тот обещал охотничий рассказ.

И когда друзья пришли...

Этцель взял колокольчик, которым я вызываю Жозефа, и позвонил.

— Слово де Шервилю, — объявил он.

— Дорогой Дюма, я привез вам чрезвычайно занятную историю, — начал тот.

— Гонорар пополам.

— Идет... А теперь слушайте.

— То, о чем вы собираетесь рассказать, произошло с вами?

— Нет. С дедом Дени Палана, хозяина постоялого двора "Три короля" в Сен-Юбере.

— А сколько лет вашему Дени Палану?

— Сорок пять-пятьдесят.

— Стало быть, история относится к концу восемнадцатого века?

— Да.

— Слушаем.

И вот Шервиль, как самый молодой, начал рассказывать историю. О том, как им пришлось остановиться в убогом постоялом дворе — несмотря на название, на редкость бедном и неудобном, словно из других веков. И там они обнаружили странную гравюру. То, что на постоялом дворе, где часто останавливаются охотники, на гравюре был изображен святой Губерт было понятно. Но охотников поразило, что на той же гравюре охотник удирает от огромного зайца!

Как такое может быть?!

"А это, — сообщил владелец постоялого двора, — мой дед".

Дальше по просьбе постояльцев начинается рассказ...

Надо сказать, повесть напоминает матрешку — Дюма рассказывает о своих друзьях, друзья рассказывают об охоте, а владелец постоялого двора, где остановились друзья-охотники, рассказывает о своем деде и страшном зайце.

Обычно, нечисть мы видим в образе волков, черных кошек, сов, а вот здесь нечистая сила предстает в виде дьявольского зайца!

Как уверяет рассказчик, у его деда было два недостатка — он был ученым и охотником.

Сама по себе охота дело неплохое, но больше подходит тем, кому нечем заняться — так считает владелец постоялого двора. А уж если любовь к охоте переходит в страсть — тут и до беды недалеко. И она приходит...

Строго говоря, дед владельца постоялого двора ученым не был — он был вольнодумцем. Не молился, не ходил в церковь, не разрешал жене ходить в церковь — это во владениях-то епископа!...

А еще охота очень быстро превратилась для него в страсть, в одержимость, ради чего можно и законы нарушить. Нарушение же законов карается тюрьмой, а штрафы... В общем, если внук некогда состоятельного человека вынужден управляться с убогим постоялым двором, представьте, как разорили семью увлечение деда рассказчика.

А ведь были не только штрафы. Было еще преступление. И возможность искупить его, и кара.

Я не буду пересказывать сюжет повести — вы прочтете ее сами, могу только заметить, что Дюма, как он уверял, услышав рассказ, не мог заснуть три ночи, и только через два с половиной года набрался храбрости изложить историю на бумаге.