Бронепоезд

Глава 1

Дмитрий Близнюков.

Бронепоезд.

Партизаны уходили на север. Лес редел и уступал место болотам.

Солнце опустилось за горизонт. Отряд остановился для ночлега. Усталые люди скинули с плеч мешки и повалились на землю. На ужин ложка гречневой крупы и сухарь. Пили застоявшуюся воду из фляг. Фельдшер осматривал и перевязывал раны. При свете единственной лампы совещались. На плаще лежал мятый обветшавший кусок карты. Лейтенант Каменев обратился к товарищам:

— После боя у Нижних Топей немцы не показывались, но нет сомнения, что кольцо окружения сжимается. Но мы и не из таких выбирались передряг. Вспомните котлы сорок первого. Вспомните зиму, как мы выживали в землянках. Наши тела страдают, но наши сердца пылают праведным гневом, а дух закалён и крепок. Мы не можем дать слабину и опустить руки. Мы доберёмся до взорванного железнодорожного моста и выйдем к Замашским лесам.

Подошёл деревенский староста.

— Степаныч, как там селяне? — спросил командир. — Как нога?

— Колено разболелось, но идти могу. Баба Люба лодыжку подвернула, а Максимычу стало только хуже. Остальные держатся.

— Рано или поздно нам пришлось бы кого-нибудь нести. Голиков, возьми ребят и свяжите несколько плотов и носилок.

— Стоило ли, чтобы вы нас спасали? Мы лишь обуза.

— Одумайся! — негодовал Каменев. — За помощь партизанам немцы не щадят ни женщин, ни стариков, ни детей. Только благодаря вам мы смогли пережить зиму. Мы выберемся вместе или никак. И впредь не заводи этот разговор.

Вернулись разведчики. Расставили дозоры. Между деревьями натянули тент, постелили плащи и легли спать. Костры не жгли.

На рассвете партизаны выдвинулись в путь. От леса остались мелкие деревья и кустарник. Проводник безошибочно вёл группу вперёд, руководствуюсь лишь ему одному понятными ориентирами.

Каменев планировал пересечь топи за день, но не вышло. Земля уходила из-под ног, и сапоги по щиколотку вязли в иле. Отряд растянулся и двигался медленно. Люди промокли и замёрзли. Заночевали на одном из островов.

На утро двое из селян не проснулись. Тела наспех закидали мхом и кустарником, и группа двинулась дальше. К ночи партизаны выбрались из болот и укрылись в лесу. До моста осталось восемь километров, но люди падали от усталости. На западном фланге заметили врага. Противник отступил, но вскоре вернулся с большими силами. Завязался бой.

Небольшой отряд разведчиков отправился вперёд для захвата железнодорожной насыпи. Каменев, оставив небольшой резерв, всех бойцов послал на фланг. Часть вещей бросили.

С неимоверным усилием к утру партизаны добрались до путей и укрылись в обломках бронепоезда. Бойцы заняли полузатопленные вагоны и приготовились к обороне. Разведчики укрылись за насыпью. Подоспевший враг бросился в атаку, но был отброшен. Трижды в течение дня немцы ходили на штурм, но терпели неудачу.

Каменев сдал пост и залез на ящики в конце вагона. От усталости путались мысли. От недосыпа и простуды болела голова. Перед тем как забыться, командир вспомнил, как накануне они выносили останки прошлых защитников бронепоезда и захоронили под насыпью. «Скоро мы ляжем рядом с вами».

Разбудил Каменева один из бойцов:

— Приближается поезд!

Лейтенант с трудом встал. Сырые ноги замёрзли и не слушались. Голова раскалывалась, а перед глазами плыло. «Какой поезд? Откуда он здесь? В лесу кричали и суетились немцы. Дрожала земля. С запада показался локомотив. Его странное свечение ярко освещало лес. Каменев сжал ствол винтовки и собрал все силы, чтобы не отчаяться. «Это наш последний бой».

— Это наши! — радостно закричали с насыпи. — Бронепоезд! Вижу звезду на локомотиве!

Из леса застрочил пулемёт. Полетели винтовочные гранаты. В ответ ухнули три восьмидесятимиллиметровые пушки. Несколько деревьев рухнули. Полетели земля и щепки. Немцы поспешили отступить.

Началась эвакуация. Противник предпринял попытку помешать этому, но стрелки орудийных башен били метко. Больных и раненых с помощью верёвок подняли по крутому склону.

Каменев взобрался в вагон последним. Боец с повязкой на глазу закрыл за ним люк и пригласил в пустую радиорубку.

— Капитан Сергей Лунёв, — представился одноглазый, когда вернулся, протянул сухой плащ и кружку кипятка. — С вашими товарищами всё в порядке. Мы о них позаботимся.

— Лейтенант Андрей Каменев, — партизан горячо пожал руку. — Вы спасли нас! — поезд тряхнуло, и он опомнился. — Мост впереди разрушен, капитан!

— Это не проблема для нас. Посмотрите сами.

Каменев прильнул к амбразуре и обомлел. Раскуроченные бомбами рельсы и шпалы торчали в разные стороны, но поезд продолжал двигаться вперёд. Лейтенант, не в силах оторваться, смотрел, как колёса плывут по воздуху над обломками моста. Но вот они коснулись уцелевшей колеи на другом берегу и ритмично застучали.

— Я сплю? — Каменев опустился на пол.

— Никак нет, — Лунёв присел рядом. — Ты мог видеть меня и моих товарищей в искорёженном бронепоезде. Мы попали под обстрел немецкой авиации спустя два дня после начала войны и погибли. Все, кого ты тут видишь – мертвы… А вот сейчас я сижу рядом с тобой словно живой. Не знаю, как такое случилось – места что ли заколдованные. Но точно одно - мы поможем вам. Тела наши холодны, но сердца пылают праведным гневом.

— Куда дальше? — спросил лейтенант. Всё выглядело фантастично, но призраки товарищей несомненно помогают ему. — Единственный путь лежит в Каховку, контролируемую немцем.

— Будем прорываться. На северо-востоке за станцией на многие километры леса и болота. У нас есть время до утра, и мы отвезём вас как можно дальше, — капитан снял фуражку, вытер рукавов лоб и улыбнулся. — Я не потею, но привычка осталась. Как обстановка на фронте? Знаешь, там, где мы были, нет фронтовых сводок, нет понятия времени. Кажется, прошла вечность. С другой стороны, будто вчера погиб.

— Враг ударил сильно, — начал Каменев. — Мы отступали на всём протяжении от Балтийского до Чёрного моря. К августу противник вышел к Киеву и взял в клещи Юго-западный фронт. Оборонительная операция провалилась. Многих тогда пленили. Я с немногими товарищами скрылся в лесах, и вот уже два года в партизанах. Последний раз я видел фронтовую газету три месяца назад. Мы встретили бойцов из отряда Сашки Хромого, и они рассказали о разгроме немцев под Москвой в начале сорок второго. Врага отбросили от столицы на сотни километров. В блокаде Ленинград. Немцами с юга, финнами с севера. Защитники умирают от голода и холода, но не сдаются. Почти год держится осаждённый Севастополь. Иногда в руки попадают и немецкие газеты. Читали одну такую два месяцев назад. Пишут, взят Крым. Что разбили нас под Харьковом и вышли к Сталинграду, и через неделю или две город будет взят. Один пленный офицер уверял, что правда ещё хуже – мы уже проиграли. А потом предложил сдаться. Мы чуть животы от смеха не надорвали. Говорят, некоторые из партизан имеют связь с Большой землёй. Вот бы поговорить с этими ребятами и узнать, как там сейчас на самом деле. Точно одно – держится Родина. Все силы отдаёт для победы…

Нельзя было утолить любопытство Лунёва. Он задавал вопрос за вопросом.

Беседу прервал стук в дверь. Вошедший боец подал знак.

— Спасибо тебе, лейтенант, — капитан встал. — А сейчас нас ждёт ещё один бой.

***

Комендант проснулся от настойчивого стука в дверь. Офицер протёр глаза и с неудовольствием заметил, что обслюнявил несколько бланков. «Теперь заново заполнять».

— Войдите! — сказал он, когда поправил форму и надел фуражку.

В помещении вбежал взволнованный солдат и закричал:

— Господин Кляйнер, поезд!

От офицера не ускользнул неопрятный вид рядового и пятно от пищи на рукаве.

— Какой ещё поезд? — комендант взял со стола планшет. — В расписании нет ночных эшелонов. — И где твоя субординация? Я господин обер-лейте...

Рядовой перебил его.

— Кажется, он двигается по юго-западной ветке!

Кляйнер выбежал на перрон. Светящийся бронепоезд стремительно приближался. Из трубы локомотива вырывался чёрный дым вперемешку с огнём. Казалось, движется огнедышащий змей.

— Русские здесь!? — залепетал комендант, заметив красную звезду. Опомнившись, он закричал. — Тревога!

С первыми гудками сирены загрохотали пушки бронепоезда, затрещали пулемётные гнёзда. Орудийные снаряды разрывали немецкие составы в клочья, крушили постройки и укрепления. Рухнула опорная вышка, загорелся топливный склад. Зарево от пожаров осветило станцию. Заспанные полуголые солдаты выкатывались из казармы и в страхе разбегались.

***

Бронепоезд уходил на северо-восток. Каменев опустился на ящики и провалился в сон.

За плечо трясли. Лейтенант открыл глаза и увидел Лунёва.

— Пора. Убитых оставь – мы позаботимся о них.

Бронепоезд стремительно нёсся вперёд. Он утратил свечение и начал таять. Как только первые лучи солнца коснулись его, он исчез, словно мираж. Лишь облачко дыма кружилось в воздухе какое-то время, пока ветер не разогнал его.

Каменев положил свёрток с письмами от Лунёва с товарищами в мешок. Он обещал передать их родным. Затем достал карты, что дал ему капитан. Где-то неподалёку действовал партизанский отряд Григория Босого.

Партизаны уходил на север, всё глубже в леса.

Август 2022.