Японская Маска: Тень друга

Глава 1

Японская Маска: Тень друга

Глава 1: Герой без имени

Ночной ветер приятно холодил лицо, трепля темные кудрявые волосы. Я сидел на самом краю крыши двадцатиэтажного бизнес-центра, свесив ноги вниз, и смотрел на огни ночного мегаполиса. Внизу, по широким проспектам, неспешно текли реки автомобильных фар. Город жил, дышал и смеялся, даже не подозревая, насколько близко два года назад он стоял к краю пропасти.

Меня зовут Тоби Ширу. Мне двадцать лет.

Прошло уже ровно два года с того дня, как я спас этот мир от полного уничтожения и армии Катаси Кануро. Тогда, в свои восемнадцать, я еще не до конца понимал, что за победу придется заплатить настолько высокую цену. Чтобы закрыть порталы и вернуть к жизни одного дорогого мне человека, я шагнул во временной разлом и стер свое имя из памяти всего человечества.

Но, честно сказать, я ни о чем не жалею. Я искренне рад, что у Харуки всё сложилось хорошо. Она с отличием окончила школу и поступила именно в тот медицинский университет, о котором так мечтала. Иногда я вижу ее издалека на улицах города — она улыбается, спешит на пары, и в ее жизни нет ни страха, ни боли. Ради этой улыбки стоило пожертвовать всем.

Спросите, как дела у меня самого? Да в целом — всё в шоколаде.

Я живу с тетей, которая единственная помнит обо мне, работаю днем, а по ночам… по ночам у нас полно других забот. После исчезновения паразитов мир не стал идеальным. На смену монстрам из другого измерения пришли обычные человеческие чудовища. И мы с моим верным напарником Ари продолжаем выходить на охоту, сражаясь с уличной преступностью, мафией и отморозками.

— Эй, партнер, хватит предаваться воспоминаниям, — раздался в моей голове знакомый, слегка насмешливый голос Ари. — Вон в том переулке у порта трое вооруженных бандитов только что зажали инкассаторскую машину. Пора размяться.

Я усмехнулся, поднимаясь на ноги. По телу привычно пробежали фиолетовые искры, окутывая меня плотной темной броней. На поясе тяжестью отозвалась верная катана, а лицо скрыла восстановленная самурайская маска.

— Погнали, Ари. Покажем им, кому принадлежит эта ночь.

Утром следующего дня я сидел на кухне, пил горячий кофе и лениво листал ленту новостей на телефоне, пока на стене тихо работал телевизор.

— ...и к другим новостям нашего мегаполиса, — бодрым голосом вещала диктор с экрана. На картинке появились кадры с места ночной перестрелки у порта, где трое грабителей лежали на асфальте, аккуратно связанные собственными ремнями, а их автоматы были разрублены пополам с хирургической точностью. — И снова таинственная личность в маске в очередной раз захватывает преступников-психопатов и самых опасных криминальных элементов города, оставляя их прямо у порога полицейского участка.

Камера переключилась на крыльцо Главного управления полиции. Корреспондент с микрофоном подбежала к высокому мужчине в парадной форме с погонами полковника. Это был отец Харуки — мистер Окер, который за эти два года пошел на повышение.

— Господин Окер, скажите пару слов для наших зрителей! — выпалила журналистка. — Полиция уже второй год пытается поймать этого ночного линчевателя. Как вы думаете, кто он такой? Союзник закона или новая угроза?

Отец Харуки сурово нахмурился, глядя прямо в объектив камеры. В этой реальности он не помнил ни нашей битвы в разрушенной башне, ни того, как я держал его за руку в последние секунды.

— Одно я знаю точно, — твердо и с явным раздражением отчеканил мистер Окер. — Он псих в загадочной маске. Действует как какой-то уличный налетчик, ставит себя выше закона и суда. Рано или поздно мы выясним, кто скрывается под этой маской, и он ответит за самоуправство по всей строгости.

Я поставил кружку на стол и тихо усмехнулся, глядя на экран.

— Ну и ну, партнер, — хмыкнул Ари в моем сознании. — Ты отдал ему жизнь, а он тебя психом и налетчиком называет. Не обидно?

— Ни капли, Ари, — спокойно ответил я, вставая из-за стола. — Главное, что он жив и может защищать свою дочь. А кем он считает Японскую Маску — не имеет никакого значения.

Я даже не подозревал, что в этот самый момент, пока мы смеялись над выпуском новостей, над городом уже сгущались тени, а само время готовилось выставить мне счет за то спасение двухлетней давности.

Глава 2: Счет за прошлое

Вечер опустился на мегаполис мягкими сумерками. Я сидел в своей комнате за письменным столом, крутя в пальцах старую потертую фотографию, где мы с тетей и еще живым дядей Стеном стояли на фоне осеннего парка.

Прошло два года, но я не забыл ни единой детали той страшной войны. В памяти до сих пор отчетливо всплывали огненные вихри Начозы, холодный лунный свет клинка Самори, грохот рушащихся Колонн и последний, прощальный взгляд Харуки перед тем, как я шагнул в ослепительный временной портал. Для всего мира той битвы никогда не существовало. Они думали, что город просто пережил серию землетрясений и терактов. Только я и Ари знали истинную цену этого мирного неба.

— Опять в прошлое провалился, партнер? — тихо спросил Ари в моем сознании. — Не терзай себя. Ты сделал то, что должен был.

— Я не жалею, Ари, — так же тихо ответил я, убирая снимок в ящик стола. — Просто иногда кажется, что всё это было чьим-то чужим сном.

Мои мысли прервал резкий визг тормозов и звон разбитого стекла, донесшийся с улицы прямо под окнами. Я подошел к окну и глянул вниз. На парковке у круглосуточного магазина трое громил в черных балаклавах заталкивали в фургон перепуганного кассира, размахивая битами и пистолетом.

— Похоже, спокойный вечер отменяется, — усмехнулся я. — Ари, костюм. Катана.

— Сделано.

Темная броня привычно обвила тело, самурайская маска закрыла лицо. Я бесшумно выскользнул в окно и с высоты третьего этажа приземлился прямо на капот их фургона. Металл прогнулся с оглушительным грохотом.

— Какого черта?! — заорал один из бандитов, вскидывая пистолет. — Это Японская Маска! Вали его!

Выстрелы прогремели в ночной тишине, но для меня пули летели словно в густом киселе. Два быстрых рывка — и рукоять моей катаны с глухим стуком отправила двоих в нокаут. Третий попытался сбежать, но фиолетовый росчерк клинка разрубил его оружие пополам, а точный подсекающий удар уложил на асфальт. Кассир в ужасе и восхищении замер у дверей магазина.

Я уже собирался убрать катану в ножны, как вдруг воздух вокруг резко застыл. Падающие с крыши капли дождя замерли прямо в воздухе, превратившись в неподвижные хрустальные бусины. Звуки ночного города исчезли, словно кто-то нажал на кнопку паузы.

— Тоби! Берегись! Чудовищный искажающий фон! — взревел Ари.

Из ниоткуда, прямо из пустоты переулка, шагнула высокая фигура в строгом бело-серебряном плаще. Лицо незнакомца скрывала гладкая зеркальная маска без прорезей для глаз, а в руке он держал тонкую рапиру, напоминающую длинную минутную стрелку часов.

— Наконец-то я нашел тебя, аномалия, — холодный, лишенный всяких эмоций голос незнакомца эхом разнесся в застывшей тишине.

— Кто ты еще такой?! — крикнул я, вставая в боевую стойку. — Очередной псих со сверхспособностями?

Незнакомец даже не ответил. Он сделал едва заметный шаг вперед, и пространство между нами сжалось.

— Прием Ари. Третья стойка: Мерцающий взмах! — я превратился в фиолетовую вспышку, заходя ему за спину для сокрушительного удара.

Но стоило моей катане коснуться его плаща, как рапира врага блеснула серебряным светом. Время вокруг меня резко замедлилось. Мои собственные движения стали вязкими, тяжелыми, словно я пытался махать мечом под водой. Незнакомец лениво развернулся и нанес короткий, точный укол в мое плечо.

ВСПЫШКА!

Меня отбросило назад на десять метров. Броня на плече треснула, из раны брызнула кровь. Я едва удержался на ногах, тяжело дыша под маской.

— Он управляет локальным потоком времени, Тоби! — предупредил Ари. — Он ускоряет себя и замедляет пространство вокруг тебя! Обычной скоростью его не достать!

— Попробуем иначе! — выкрикнул я, концентрируя энергию. — Прием Ари. Шестая стойка: Молниеносный взмах — шестикратный!

Шесть фиолетовых вспышек одновременно понеслись на врага со всех сторон. Но незнакомец просто поднял руку с рапирой и произнес:

— Хроно-сдвиг: Откат.

В тот же миг его тело окутало золотистое свечение. Все мои шесть ударов прошли сквозь пустоту — он отмотал свое положение в пространстве на две секунды назад, оказавшись прямо передо мной. Тяжелый удар рукоятью рапиры в грудь выбил из меня весь воздух. Я рухнул на колени, опираясь на катану. Сил на «Чистилище» после ночных патрулей попросту не хватало.

— Кто ты такой?! — прохрипел я, поднимая голову. — Что тебе от меня нужно?!

— Мое имя Вектор. Я один из Хранителей Времени, — бесстрастно произнес воин в зеркальной маске, опустив острие рапиры. — Два года назад ты совершил непростительное преступление против законов вселенной, Тоби Ширу. Ты нарушил баланс и вернул к жизни того, кто должен был умереть. Мы пришли изменить это ложное будущее, в котором ты сейчас живешь. Мы пришли поставить всё на свои места. Так, как должно было быть до твоего прыжка в портал.

Внутри меня всё похолодело. «Они пришли за капитаном Окером… Они хотят снова убить отца Харуки!»

Не успел я броситься в новую атаку, как тело Вектора пошло серебряной рябью и растворилось в воздухе, словно мираж. Дождь снова зашумел по асфальту, время вернулось в привычное русло, а вдалеке завыли сирены подъезжающей полиции.

Я сжал кулаки так сильно, что затрещали перчатки. Мысленно приказав Ари убрать костюм и катану, я спрятал маску в рюкзак и быстрым шагом ушел в соседний переулок, скрываясь от полицейских машин.

Мне нужно было срочно привести мысли в порядок и обдумать план защиты мистера Окера. Чтобы не привлекать внимания, я зашел в небольшую уютную кофейню на центральной улице, где в этот поздний час почти не было посетителей.

Подойдя к стойке, я устало облокотился на край и посмотрел на сонного парня в фартуке:

— Сделай мне двойной эспрессо, пожалуйста. Покрепче.

— Будет сделано, через пару минут, — кивнул бариста, поворачиваясь к кофемашине.

Я оглядел полупустой зал, и вдруг мое сердце пропустило удар. В дальнем углу, у самого окна, залитого светом уличных фонарей, сидела Харука. Она выглядела потрясающе — повзрослевшая, красивая, в светлом университетском кардигане. Она о чем-то оживленно рассказывала симпатичному темноволосому парню, сидевшему напротив нее, и звонко смеялась.

Парень улыбнулся в ответ, взял ее за руку поверх стола, наклонился вперед и нежно поцеловал ее в губы. Харука счастливо улыбнулась, прижимаясь к его щеке.

В груди что-то глухо и больно кольнуло, но я заставил себя улыбнуться. Она была счастлива. Жива, здорова, любима, и ее отец всё еще был рядом с ней. Это было именно то будущее, за которое я заплатил своим именем.

— Ваш кофе готов, — сказал бариста, ставя передо мной дымящуюся чашку.

— Спасибо, — тихо ответил я, забирая стаканчик и выходя на прохладную ночную улицу.

Теперь я знал точно: я не позволю никаким Хранителям Времени разрушить ее жизнь. Даже если мне придется сражаться с ними в полном одиночестве.

Глава 3: Выпавший из времени

Всю ночь после встречи с Вектором я не сомкнул глаз. Сидя на полу своей комнаты с закрытыми глазами, я пытался нащупать внутри себя ту странную, холодную энергию, которая осталась во мне после прыжка во временной разлом два года назад.

— Сосредоточься, партнер, — спокойно направлял меня Ари в моем подсознании. — Вектор не всесилен. Он не может остановить весь мир — он лишь накидывает на определенную область купол искаженного времени. Внутри этого купола всё замедляется, кроме него самого.

— И как мне пробить этот купол, если мои движения превращаются в кисель? — мысленно спросил я, концентрируя энергию в кончиках пальцев.

— Вспомни Вторую стойку — «Проникающий клинок». Когда ты ее используешь, твое тело на долю секунды становится бесплотным, выпадая из обычного физического пространства. Но ведь в тебе до сих пор течет энергия того временного портала! Попробуй объединить их. Если ты сумеешь сделать бесплотным не только тело, но и свою временную ауру, магия Вектора просто пройдет сквозь тебя, не зацепив.

Я глубоко вдохнул, открыл глаза и вызвал в правой ладони короткую вспышку. Вокруг пальцев заплясали привычные фиолетовые искры, но теперь сквозь них пробивались тонкие, ослепительно-золотые нити времени. Комната на мгновение потеряла цвета, а тиканье настенных часов замерло — я сам на долю секунды выпал из общего потока, чувствуя, как реальность скользит мимо меня, не в силах удержать.

— Получилось… — выдохнул я, сжимая кулак. — Теперь у нас есть противоядие против его фокусов.

С наступлением вечера я уже дежурил на крыше многоэтажки напротив Главного управления полиции. В черном костюме и самурайской маске я сливался с тенями ночного города, не сводя глаз с центрального выезда.

В восемь вечера тяжелые ворота открылись, и на ночной проспект выехал кортеж полковника Окера: две патрульные машины сопровождения с мигалками и черный бронированный внедорожник в центре.

— Поехали, Ари. Не упускаем их из виду, — прошептал я и бесшумно заскользил по крышам параллельно движению машин.

Кортеж выехал на широкий, почти пустой в этот час эстакадный мост над рекой. И в ту же секунду воздух впереди машин пошел серебряной рябью.

ЩЕЛК!

Мир снова замер. Языки пламени из выхлопных труб застыли, капли дождя повисли в воздухе хрустальной стеной, а мигалки полицейских машин превратились в неподвижные сине-красные пятна. В центре моста, прямо перед капотом внедорожника полковника Окера, из серебряного марева шагнул Вектор.

Хранитель Времени в бело-серебряном плаще медленно обнажил свою тонкую рапиру, напоминающую часовую стрелку, и неспешным шагом направился к водительской двери машины, где за застывшим стеклом сидел отец Харуки.

— Твоя жизнь затянулась на два лишних года, смертный, — холодно произнес Вектор, занося рапиру для смертельного укола сквозь стекло. — Пора вернуть долг.

— Не сегодня! — прогремел мой голос, разорвав застывшую тишину моста.

Я рухнул с опоры моста прямо перед ним, втыкая фиолетовую катану в асфальт. Вектор резко дернулся, отступая на шаг. Его зеркальная маска повернулась ко мне.

— Невозможно… — в ледяном голосе Хранителя впервые прозвучало искреннее удивление. — Мой купол заморозки накрыл весь мост. Как ты двигаешься?!

— Я тоже кое-чему научился за эти два года, — ответил я, выдергивая меч из бетона. Вокруг моего тела переплетались фиолетовые и золотые молнии — новая форма Второй стойки удерживала меня вне его временной ловушки. — Отойди от этой машины.

Вектор хищно прищурился под маской и вскинул рапиру:

— Всего лишь жалкая пародия на силу Хранителей! Хроно-ускорение!

Он сорвался с места с такой скоростью, что оставил за собой десяток серебряных остаточных изображений. Его рапира нанесла град молниеносных уколов в грудь и горло.

— Прием Ари. Третья стойка: Мерцающий взмах! — я встретил его на равной скорости.

Звон клинков эхом разнесся над замершим мостом. Серебряные и фиолетовые искры рассыпались по капоту полицейского внедорожника. Я чувствовал, как Вектор пытается снова замедлить меня, но золотые нити временной энергии вокруг моего костюма отталкивали его магию, словно вода скатывается с раскаленного металла.

— Да как ты смеешь, червь?! — взбесился Вектор, отскакивая назад и поднимая свободную руку. — Хроно-сдвиг: Откат!

Его тело вспыхнуло золотом, готовясь отмотать время назад и зайти мне за спину.

— Не в этот раз! — крикнул я, делая глубокий выпад. — Прием Ари. Первая стойка: Разрубающий хлыст — Разрыв потока!

Мощная фиолетово-золотая дуга энергии со свистом рассекла воздух, врезаясь прямо в центр его временного сдвига. Вектор не успел завершить технику — волна энергии сбила его с ног, глубоко полоснув бело-серебряный плащ на груди и отбросив к самому краю моста.

Хранитель Времени тяжело поднялся, схватившись за дымящийся разрез на плаще. Впервые в его движениях появилась спешка.

— Ты эволюционировал, Тоби Ширу… Но это лишь начало. Наш лидер уже пробудился. Скоро ты пожалеешь, что вмешался в ход времени.

Тело Вектора окутала серебряная дымка, и в следующее мгновение он растворился в пространстве.

Купол заморозки лопнул. Звуки ночи обрушились на мост с оглушительной силой. Полицейский кортеж с визгом тормозов остановился в паре метров от меня — я стоял прямо перед капотом внедорожника с обнаженной катаной, с лезвия которой капали золотистые искры.

Двери машин распахнулись. Десятки бойцов спецназа и сам полковник Окер выскочили наружу, мгновенно беря меня в плотное кольцо и направляя стволы автоматов прямо в голову.

— Бросить оружие! На колени, живо! — рявкнул полковник Окер, вскидывая табельный пистолет. Его лицо было бледным от резкого торможения, а взгляд горел яростью. — Я так и знал! Этот псих в маске решил убрать меня лично! Огонь при любом движении!

Я медленно поднял свободную руку вверх, глядя в глаза человеку, ради жизни которого я два года назад стер себя из этого мира. Пули защелкали в патронниках. Объяснять что-либо было бесполезно.

— Берегите себя, полковник, — тихо сказал я, бросил под ноги дымовую шашку, скомбинированную с импульсом Ари, и в густом фиолетовом тумане прыгнул с парапета моста в ночную темноту, уходя от шквала автоматных очередей.

Глава 4: Тень на троне

Пространство за пределами человеческого мира выглядело как бесконечный, застывший в сумерках зал. Здесь не было ни неба, ни пола — лишь парящие в пустоте осколки древних циферблатов и медленно сыплющийся сверху серебряный песок, который никогда не долетал до низа.

Воздух в центре зала пошел серебряной рябью, и из пространственного разлома, тяжело дыша, вывалился Вектор. Хранитель Времени рухнул на одно колено, прижимая руку к груди. Его безупречный бело-серебряный плащ был рассечен по диагонали, а из раны вместо крови струилась мерцающая дымка.

В глубине зала, на высоком троне из черного обсидиана, неподвижно сидела фигура в длинном черно-белом плаще. Лицо лидера скрывала гладкая, но испещренная тонкими трещинами серебряная маска, а на коленях покоился тяжелый меч, рукоять которого напоминала песочные часы.

Вектор склонил голову, не смея поднять взгляд:

— Прошу прощения за провал, Господин. Покушение на полковника Окера сорвалось.

В зале повисла ледяная, давящая тишина. Лидер медленно наклонил голову набок:

— Провалов не бывает, Вектор. Бывает лишь недооценка врага. Что помешало тебе забрать жизнь, которая по праву принадлежит пустоте?

— Аномалия… Тоби Ширу, — глухо произнес Вектор, сжимая рану. — Он вмешался в последний момент. В прошлый раз он был беспомощен против моего купола заморозки, но сегодня всё изменилось. Мальчишка научился сплетать энергию своего симбионта с остаточным фоном временного портала. Он выпал из моего потока, пробил защиту и нанес мне этот удар. Я был вынужден отступить.

На мгновение в зале стало так холодно, что серебряные песчинки в воздухе покрылись инеем. Вектор напрягся, ожидая сурового наказания за поражение.

Но вместо гнева из-под треснувшей серебряной маски раздался тихий, леденящий душу смешок. Лидер медленно поднялся с трона. Его движения были наполнены пугающей, звериной грацией и старой, глубоко запрятанной ненавистью.

— Значит, он всё-таки научился сопротивляться течению времени… — бархатным, искаженным маской голосом произнес Господин. Он сделал несколько неспешных шагов к краю платформы, глядя сквозь пустоту туда, где внизу вращался мир людей. — Я так и знал, что ты не разочаруешь меня. Ты всегда умел выкручиваться в последний момент, даже когда казался слабым.

Вектор осторожно поднял голову:

— Господин? Вы знаете эту аномалию? Прикажете мне взять с собой других Хранителей и немедленно уничтожить его, пока он не стал еще сильнее?

— Нет, — отрезал лидер, сжимая рукоять своего меча так, что на камне выступили трещины. — Не трогайте его без моего приказа. Продолжайте давить на цель — полковник Окер должен заплатить по счетам. А что касается самого мальчишки… Он мой.

Господин остановился, и в прорезях его серебряной маски вспыхнули два хищных, угольно-черных огонька, в которых плясали фиолетовые искры.

— Наконец-то ты появился, Тоби Ширу, — тихо прошептал он в пустоту. — Я ждал этой встречи два долгих года.

Глава 5: Призрак чужой памяти

Вектор не умел прощать унижений. Шрам на груди, оставленный фиолетово-золотым клинком Тоби, всё еще саднило холодной болью, напоминая о провале на мосту. Раз добраться до полковника Окера напрямую мешает эта проклятая аномалия, значит, нужно ударить туда, где ни полиция, ни сам Тоби не успеют выставить защиту.

Поздним вечером Харука возвращалась домой после вечерних лекций в медицинском университете. Улицы университетского квартала уже опустели, лишь редкие фонари отбрасывали длинные тени на мокрый от недавнего дождя асфальт. Девушка шла по тихой аллее, переписываясь в телефоне со своим парнем, и даже не подозревала, что за ней уже десять минут по крышам бесшумно скользит знакомая тень в самурайской маске.

Я не мог рисковать. После покушения на мосту я разделил дежурство: днем контролировал перемещения мистера Окера, а по вечерам провожал Харуку до самого дома.

И предчувствие меня не подвело.

Воздух впереди девушки внезапно задрожал. Уличные фонари мигнули и погасли, а падающие с ветвей листья замерли в воздухе. Из серебряной ряби прямо посреди аллеи шагнул Вектор. Его рана уже затянулась, но под зеркальной маской чувствовалась ледяная, концентрированная ярость.

Харука испуганно вскрикнула, выронив телефон из рук, и отступила на шаг назад, но замершее время сковало ее движения — она словно увязла в невидимом стекле.

— Если смерть отца не заставит полковника выйти из укрытия, твоя гибель точно сломает его, — безэмоционально произнес Вектор, обнажая свою тонкую рапиру-стрелку. — А заодно выманит твоего ручного пса.

— Не смей прикасаться к ней! — прогремел мой голос.

Я рухнул сверху, вбивая кулак в асфальт прямо между ними. Взрывная волна фиолетово-золотой энергии расколола купол заморозки Вектора, освобождая Харуку из временного плена. Девушка упала на колени на мокрую плитку, хватая ртом воздух и с ужасом глядя на меня.

— Беги в укрытие, живо! — крикнул я, не оборачиваясь, и с характерным звоном выхватил катану.

Вектор хищно прищурился под зеркальной маской:

— Я знал, что ты придешь, Тоби Ширу. Но в этот раз я не буду сдерживаться. На прошлом мосту я позволил тебе удивить меня. Больше этой ошибки не повторится!

Хранитель Времени вскинул руку, и пространство вокруг нас взорвалось десятками серебряных циферблатов, парящих в воздухе.

— Магия времени: Песнь Бесконечности!

Вектор исчез. Он не просто ускорился — он начал существовать сразу в нескольких точках пространства, атакуя с разных временных отрезков одновременно. Град молниеносных уколов обрушился на меня со всех сторон.

— Прием Ари. Четвертая стойка: Клинок Отшельника! — я раскрутил катану вокруг себя, создавая плотный барьер из фиолетово-золотых молний.

Металл звенел так громко, что в соседних домах дребезжали стекла. Но Вектор был слишком быстр. Один из его ударов прошел сквозь защиту, оставив глубокий порез на моем правом бедре. Следом мощный пинок в грудь отбросил меня в кирпичную ограду парка.

Я тяжело поднялся, чувствуя, как по ноге течет теплая кровь. Бой затягивался. Вектор не лез напролом — он выматывал меня, используя «Хроно-откат» каждый раз, когда я подбирался слишком близко, чтобы нанести смертельный удар. Стоило моему клинку приблизиться к его шее, как Вектор просто отматывал себя на три секунды назад и снова контратаковал.

— Ты видишь, аномалия?! — насмешливо бросил Вектор, кружа вокруг меня. — Твоя сила конечна. Твое человеческое тело устает, истекает кровью. А я могу отматывать свои ошибки вечно! Как ты убьешь того, для кого не существует смерти?!

— Он прав, партнер, — напряженно отозвался Ари в моем сознании. — Пока он может отматывать свое личное время назад, обычный удар катаны бесполезен. Тебе нужно поразить не его тело, а саму нить его времени! Сжечь его прошлое и будущее в одной точке!

Я сжал рукоять катаны обеими руками. Вспомнил, как два года назад открыл Седьмую стойку против Катаси Кануро. Но сейчас мне нужно было нечто совершенно новое — техника, рожденная из слияния силы Ари и той временной энергии, которую я носил в себе.

— Значит, если он отматывает время назад… я просто уничтожу его время целиком! — прорычал я.

Вектор почувствовал изменение моей ауры и впервые дрогнул:

— Что за безумная энергия?! Хроно-барьер!

Вокруг Хранителя сомкнулись три плотных слоя зеркальных щитов времени. Он приготовился отразить любую атаку.

Но я не побежал вперед. Я глубоко вдохнул, позволяя фиолетовой ярости Ари и ослепительному золотому свету времени слиться на лезвии моей катаны. Клинок загудел так низко и мощно, что асфальт под ногами начал плавиться, а парящие вокруг циферблаты Вектора пошли трещинами.

— Высшая временная техника! — прогремел мой голос, перекрывая шум ночного ветра. — Искусство Ари: Разрыв Вечности — Печать Забвения!

Я сделал один-единственный, но нечеловечески быстрый выпад вперед. Фиолетово-золотой луч сорвался с острия моей катаны, пронзая все три хроно-барьера так, словно их вообще не существовало, и вонзился прямо в центр груди Вектора.

ВСПЫШКА! ЗВУК РАЗБИТОГО СТЕКЛА!

Вектор замер. Он инстинктивно вскинул руку, пытаясь активировать свой коронный прием:

— Хроно-сдвиг… Откат!..

Но ничего не произошло. Золотое свечение вокруг его тела погасло. Моя техника выжгла саму его связь с потоком времени — ему больше некуда было отматывать.

Зеркальная маска Вектора раскололась пополам и с глухим стуком упала на асфальт, открывая бледное, лишенное эмоций лицо Хранителя.

— Невероятно… — прошептал Вектор, глядя на свои руки, которые начали стремительно рассыпаться в серебряный песок. — Смертный… стер саму нить моего существования… Господин… отомстит…

Серебряный песок подхватил ночной ветер, и спустя секунду на аллее не осталось ни единого следа Хранителя Времени.

Я тяжело оперся на катану, переводя дыхание. Рана на ноге ныла, силы были на исходе, но угроза миновала. Я медленно повернулся к ограде, за которой пряталась Харука.

Девушка вышла из тени. Она не убежала. Она стояла в нескольких метрах от меня, прижав ладони к губам, и во все глаза смотрела на мою самурайскую маску и темный костюм. По ее щекам катились слезы, но в глазах не было страха — только странное, мучительное узнавание.

— Спасибо… — тихо прошептала Харука, делая робкий шаг вперед. Ее голос дрожал. — Я… я не знаю, кто вы. В новостях говорят, что вы преступник… но вы снова спасли меня. И самое странное…

Она замолчала, вглядываясь в прорези моей маски, где блестели мои глаза. Ее сердце, вопреки переписанной реальности, пыталось пробиться сквозь пелену забвения.

— Я будто бы тебя знаю… — едва слышно выдохнула она, прижав руку к груди. — Будто мы были очень близки. Но я тебя ни разу в жизни не видела. Почему мне так больно смотреть на тебя?

Внутри меня всё сжалось от невыносимой нежности и горечи. Мне хотелось сорвать эту проклятую маску, обнять ее и рассказать всю правду. Но я помнил цену своей сделки: если она вспомнит, баланс рухнет, и ее отец снова окажется на краю гибели.

Я заставил свой голос звучать холодно и отстраненно, убирая катану в ножны:

— Тебе показалось. Ты меня не знаешь и не знала никогда. Возвращайся домой, Харука, и береги своего отца.

Не дожидаясь ее ответа, я оттолкнулся от земли и растворился в ночной темноте крыш, оставляя девушку стоять одну под светом уличных фонарей.

Глава 6: Ржавчина вечности

В бесконечном сумрачном зале за пределами человеческого мира повисла тяжелая, удушающая тишина. Парящие в пустоте осколки древних циферблатов замерли, словно боясь пошевелиться.

Господин стоял у края черной обсидиановой платформы, сжимая рукоять своего меча так сильно, что от нее во все стороны расходились темные, зловещие разряды. Из-под треснувшей серебряной маски доносилось тяжелое, прерывистое дыхание. Нить существования Вектора оборвалась — его серебряный песок навсегда исчез из потока времени.

— Жалкий дилетант… — прорычал Господин, и его голос эхом прокатился по пустоте, заставляя каменные плиты под ногами трескаться. — Вектор позволил какому-то смертному мальчишке стереть себя из вечности! Он недооценил его и поплатился за свою гордыню.

Из тени колонн, сложенных из застывшего песка, бесшумно шагнул еще один Хранитель Времени. Он был ниже Вектора, но его телосложение выдавало в нем прирожденного убийцу. На нем был темно-серый облегающий плащ, лицо скрывала маска с тремя вертикальными прорезями, а в обеих руках он держал два изогнутых серебряных клинка, напоминающих серпы.

— Позвольте мне исправить его ошибку, Господин, — холодным, шипящим голосом произнес воин, склоняя голову. — Вектор слишком любил играть со своей жертвой. Я не дам Тоби Ширу ни секунды на раздумья.

Лидер Хранителей медленно повернул голову. Его угольно-черные глаза за прорезями маски сверкнули недобрым огнем.

— Иди, Кайрос. Сломай его. Заставь его истекать кровью и пожалеть о том, что он вообще родился на свет. Но не убивай до конца — последний удар нанесу я сам.

— Будет исполнено, — Кайрос сделал шаг назад, и пространство сомкнулось за ним, перенося убийцу в мир людей.

Эта ночь выдалась для меня особенно тяжелой. После битвы на аллее с Вектором тело всё еще ныло от перегрузки, а золотая временная энергия внутри почти истощилась. Я стоял на крыше старой водонапорной башни неподалеку от дома Океров, прислушиваясь к ночному городу.

— Тоби, у нас гости, — мгновенно напрягся Ари в моем подсознании. — И этот парень не похож на Вектора. От него несет чистым распадом.

Я не успел даже выхватить катану, как воздух за спиной разорвался с противным скрежетом металла. Я инстинктивно нырнул вперед, кувырком уходя из-под удара. Два изогнутых серебряных серпа со свистом рассекли воздух в миллиметре от моей шеи, оставив за собой шлейф серой пыли.

На край башни приземлился Кайрос. Он даже не стал тратить время на пафосные речи — сразу сорвался с места, превратившись в размытое серое пятно.

— Прием Ари. Третья стойка: Мерцающий взмах! — я вскинул катану, блокируя первый удар его правого серпа.

ДЗИНЬ!

Но второй клинок Кайроса мгновенно проскользнул снизу, цепляя мой нагрудник. И тут случилось страшное: там, где серебряный серп коснулся моей брони, темная материя Ари мгновенно покрылась серой коркой, рассыпаясь в труху, словно ей исполнилась тысяча лет!

— Что за черт?! — я отпрыгнул назад, с ужасом глядя на разрушающийся участок костюма. — Моя броня… она просто сгнила за секунду!

— Магия времени: Дыхание Энтропии, — прошипел Кайрос, снова бросаясь в атаку. — Всё в этом мире подвержено старению, Тоби Ширу. Одно мое касание — и твоя плоть превратится в прах!

Начался жестокий, изнурительный бой на выживание. Кайрос не замедлял время, как Вектор, — он ускорял его до предела. Каждое его движение было настолько быстрым, что я едва успевал ставить блоки. Серпы мелькали со всех сторон, оставляя на моем костюме и коже глубокие, кровоточащие порезы, края которых мгновенно чернели от ускоренного распада.

— Магия времени: Петля Разрезов! — выкрикнул Кайрос.

Он нанес один горизонтальный взмах, и в ту же долю секунды этот удар повторился в пространстве еще пять раз подряд, накрывая всю крышу башни сплошной стеной лезвий.

— Прием Ари. Вторая стойка: Проникающий клинок! — я попытался сделать тело бесплотным, но из-за истощения концентрация сорвалась на середине техники.

Два последних лезвия прошили мой левый бок и правое плечо. Брызнула кровь. Меня отбросило к самому краю крыши, я едва успел зацепиться пальцами за ржавый карниз, чтобы не сорваться вниз.

— Тоби, мы на грани! — взревел Ари, пытаясь затянуть мои раны своей энергией. — На «Разрыв Вечности» сил не хватит, ты просто сгоришь изнутри! Нужен быстрый, точечный контрудар!

Кайрос медленно подошел ко мне, занося оба серпа над моей головой:

— Господин приказал оставить тебя в живых… но он не говорил, что у тебя должны остаться руки и ноги. Прощай, аномалия.

Он обрушил клинки вниз. Но в этот миг я перестал защищаться. Я отпустил карниз, позволяя себе начать падать назад в пропасть, и в ту же тысячную долю секунды, используя падение как рычаг, вложил остатки фиолетовой и золотой энергии в один короткий, смертоносный выпад снизу вверх.

— Прием Ари. Шестая стойка: Молниеносный взмах — шестикратный!

Кайрос не ожидал, что израненный противник пойдет ва-банк. Шесть ослепительных вспышек пронеслись сквозь его грудь в упор, разбивая его маску и сжигая его временное ядро раньше, чем он успел активировать защиту.

Хранитель Времени замер на краю башни, выронив серпы. Его тело пошло трещинами, из которых посыпался серебряный песок.

— Как… так… — прохрипел Кайрос и рассыпался в пыль, унесенную ветром.

Я с трудом подтянулся обратно на крышу и рухнул на холодный бетон. Весь костюм был изорван, тело горело огнем от десятков глубоких, кровоточащих ран, в глазах плыли черные круги. Я едва дышал, сжимая рукоять катаны, чтобы не потерять сознание.

Тем временем в сумрачном зале Хранителей Времени последний осколок циферблата, отвечающий за жизнь Кайроса, с оглушительным звоном раскололся и рухнул в пустоту.

Господин, стоявший у трона, медленно сжал кулаки. В зале стало тихо, как в склепе. Больше у него не осталось генералов. Но на его лице под треснувшей серебряной маской не было ни страха, ни отчаяния — лишь холодная, решительная ярость.

Он поднял свой тяжелый меч с рукоятью в виде песочных часов и закинул его на плечо.

— Что ж, Тоби Ширу… Ты перебил всех моих псов и доказал, что достоин моего внимания, — глухо произнес лидер Хранителей, делая шаг к краю обсидиановой платформы, где уже открывался черный, искажающий пространство портал в мир людей. — Похоже, мне придется нанести тебе визит лично.

Глава 7: Шрамы прошлого

Добраться до дома оказалось едва ли не сложнее, чем пережить саму схватку с Кайросом. Каждый шаг по ночным крышам отдавался острой, пульсирующей болью во всем теле. Черная броня Ари пошла трещинами и осыпалась черным дымом еще на полпути — у симбионта просто не осталось сил поддерживать форму.

Я свалился на балкон собственной квартиры, едва не выбив стекло, и на ватных ногах вполз в комнату. В квартире было темно и тихо: тетя уже давно спала. Я не имел права разбудить ее и напугать своим видом — ей и так хватило переживаний за эти годы.

Стиснув зубы, чтобы не застонать, я закрыл дверь на задвижку, доковылял до ванной и включил тусклый свет. Из зеркала на меня смотрел бледный, измученный парень с испачканным в копоти и крови лицом. Порезы от серпов Кайроса на плече и боку выглядели жутко — края ран потемнели от его магии распада и не желали затягиваться сами.

— Прости, партнер, — глухо и виновато отозвался Ари в моем сознании. — Моя регенерация на нуле. Эта проклятая магия старения выжгла слишком много энергии. Придется по старинке.

— Ничего, Ари, бывало и хуже, — прохрипел я, доставая из шкафчика аптечку. — Отдыхай и копи силы. Дальше я сам.

Я включил холодную воду, смыл запекшуюся кровь и взялся за перекись и бинты. Когда спиртовой раствор коснулся открытых ран, в глазах потемнело от дикой, обжигающей боли. Я закусил край полотенца, чтобы не закричать, и методично, туго перетянул плечо и торс стерильными бинтами.

Закончив с перевязкой, я дошел до своей комнаты и тяжело опустился на край кровати, глядя в темное окно, за которым моросил холодный осенний дождь.

В тишине комнаты мысли снова против воли унесли меня на два года назад. Я вспомнил тот день, когда в меня ударила молния и моя жизнь навсегда разделилась на «до» и «после». Вспомнил добрую улыбку дяди Стена за утренним столом. Вспомнил Укиру — своего единственного друга в школе, который всегда прикрывал меня от хулиганов, пока зависть и тьма Катаси Кануро не отравили его душу, заставив меня поднять на него меч. И, конечно, вспомнил слезы Харуки на краю временного разлома, когда я стер себя из ее памяти, чтобы ее отец остался жив.

«Я пожертвовал всем ради этого мира, — подумал я, сжимая кулаки. — И даже если мне придется сражаться до последнего вздоха без чьей-либо помощи, я не дам этим Хранителям Времени переписать всё заново».

В то же самое мгновение, в нескольких кварталах от дома Тоби, на самой вершине заброшенной часовой башни в центре города, воздух пошел тяжелой, угольно-черной рябью.

Пространство разорвалось без единого звука. Из разлома на каменный карниз шагнул Господин. Его длинный черно-белый плащ развевался на ночном ветру, треснувшая серебряная маска тускло блестела в свете далеких фонарей, а тяжелый меч с рукоятью в виде песочных часов покоился на плече.

Лидер Хранителей Времени медленно обвел взглядом ночной мегаполис — тот самый город, в котором он когда-то жил, смеялся, завидовал и погиб от руки того, кого считал своим братом. Его аура, плотная и леденящая душу, заставила уличные фонари внизу замигать и погаснуть.

Он повернул голову в сторону спального района, безошибочно чувствуя слабую, но знакомую до боли фиолетовую искру энергии Ари в одной из квартир.

— Ты слаб, истекаешь кровью и прячешься в темноте, как побитый пес, — тихо, с пугающей, ледяной усмешкой произнес Господин, сжимая рукоять своего клинка. — Ничего не изменилось за эти два года. Ну что, Тоби Ширу… пора лично встретиться с тобой.

Глава 8: Тень прошлого

Утро выдалось хмурым и тревожным. Я сидел на кухне, пытаясь допить остывший чай. Бинты под футболкой всё еще туго стягивали раны, оставленные Кайросом, но организм постепенно приходил в норму.

Вдруг стакан на столе мелко задрожал. С улицы донесся глухой, нарастающий гул, от которого зазвенели стекла в рамах. Я подскочил к окну и замер.

По центральному проспекту внизу катилась невидимая ударная волна. Асфальт вспучивался, припаркованные автомобили швыряло в стороны словно игрушечные, а фасады нижних этажей соседних зданий осыпались облаками бетонной пыли. Люди в панике разбегались кто куда.

И в самом центре этого хаоса я увидел знакомый черный внедорожник полковника Окера. От мощного гравитационного толчка тяжелую машину оторвало от земли и начало переворачивать прямо в воздухе, неся на бетонную опору моста. На переднем сиденье за стеклом мелькнуло испуганное лицо Харуки.

— Ари! Плевать на раны, на полную! — выкрикнул я.

Темная материя моментально окутала мое тело, скрывая бинты, самурайская маска закрыла лицо, а в руке вспыхнула фиолетовая катана. Я с разбегу выбил оконную раму и камнем рухнул вниз с высоты третьего этажа.

Перевернувшийся внедорожник уже летел крышей в бетонную опору. Времени на раздумья не было. Я активировал ускорение, на лету одним точным взмахом катаны срезал заклинившие двери машины, схватил Харуку и полковника Окера и за долю секунды до оглушительного взрыва вынес их на безопасный тротуар в ста метрах от места аварии.

— Вы в порядке? — глухо спросил я из-под маски, опуская их на землю.

Харука испуганно прижала руки к лицу, глядя на меня широко распахнутыми глазами, а полковник Окер, тяжело дыша и схватившись за ушибленное плечо, инстинктивно потянулся к кобуре.

— Укройтесь в безопасном месте, немедленно! — твердо приказал я отцу Харуки, вставая спиной к ним и обнажая клинок. — Дальше начинается не ваша война.

Полковник на секунду замер, глядя на мою спину, но, увидев приближающуюся черную дымку, молча подхватил дочь под руку и увел ее за бетонное ограждение.

Воздух посреди разрушенного проспекта сгустился. Пыль и обломки бетона вокруг замерли в невесомости. Из черного пространственного разлома неспешным, тяжелым шагом вышел лидер Хранителей Времени. Его длинный черно-белый плащ развевался на ветру, а в руке он держал тяжелый меч с рукоятью в виде песочных часов.

Он остановился в двадцати шагах от меня. Из-под треснувшей серебряной маски раздался тихий, леденящий душу голос:

— Вот мы и встретились вновь, Тоби Ширу.

Я крепче сжал рукоять катаны, чувствуя, как от его ауры по спине пробежал холодок. Этот голос… в нем было что-то пугающе знакомое, словно эхо из глубокого сна.

— Мы разве с тобой знакомы? — настороженно спросил я. — Я перебил всех твоих генералов. Остался только ты.

— Когда-то были, — тихо усмехнулся Господин.

Он медленно поднял свободную руку, подцепил пальцами край своей серебряной маски и стянул ее с лица. Маска с глухим стуком упала на разбитый асфальт.

Мое дыхание перехватило. Катана в руке дрогнула. На меня смотрело бледное, осунувшееся лицо с холодными угольно-черными глазами, в которых больше не осталось ни капли человеческого тепла. Это было лицо моего лучшего друга детства, которого я собственноручно обезглавил два года назад.

— Укира?! — вырвалось у меня прежде, чем я успел себя остановить. — Но как… Я же сам… Ты погиб тогда!

— Погиб от твоего меча, Тоби, — холодно и с ядовитой усмешкой произнес Укира, сжимая свой меч песочных часов. — Ты предал меня ради этой девчонки и жалких людишек! Когда ты прыгнул в свой проклятый временной портал, чтобы переписать реальность, моя душа застряла в разломе между мирами. Там меня и нашли Хранители Времени. Они дали мне новую жизнь и абсолютную власть над потоком времени, чтобы я исправил твою ошибку и вернул долг!

— Я не предавал тебя, Укира! — крикнул я, чувствуя, как в груди закипает старая боль. — Катаси превратил тебя в чудовище! Ты сам напал на Харуку и чуть не уничтожил весь город! У меня не было выбора!

— У тебя всегда был выбор, но ты выбрал быть героем-одиночкой и бросил меня умирать! — глаза Укиры вспыхнули безумным фиолетово-серебряным огнем. — Ты думаешь, твоя жертва сделала кого-то счастливым? Ты стер себя из их памяти! Для Харуки ты пустое место, а ее отец считает тебя обычным психом! Посмотрим, как долго продержится твоя хваленая воля, когда ты снова переживешь весь этот ад!

Укира резко вонзил свой меч в асфальт.

— Магия времени: Тюрьма Забытых Воспоминаний!

Пространство вокруг меня взорвалось ослепительным серебряным светом. Проспект, разрушенные машины и сам Укира мгновенно исчезли. Меня накрыл плотный, непробиваемый временной барьер, отрезавший от реального мира.

Я упал на колени, схватившись за голову. Со всех сторон в мое сознание хлынули живые, пугающе реальные образы прошлого.

«Помни, чемпион, будь сильным…» — прозвучал родной голос дяди Стена, и тут же передо мной возникла сцена его гибели от рук монстров Катаси.

«Я тоже очень сильно люблю тебя, Тоби Ширу!» — раздался заплаканный голос Харуки на краю портала, сменившийся ее холодным, чужим взглядом в кофейне, где она целовала другого парня.

«Тоби… я признаю тебя. Как человека и как героя» — прохрипел умирающий капитан Окер в луже крови на бетоне, а следом зазвучали его слова по телевизору: «Он псих в загадочной маске…»

Все страхи, вся боль утрат, крики умирающего Укиры и одиночество этих двух лет обрушились на меня одновременно, разрывая разум на части. Я закричал, пытаясь закрыть уши, но голоса прошлого звучали прямо внутри головы, выжигая последние силы.

Глава 9: Пробуждение памяти и голос Вечности

Серебряный купол «Тюрьмы Забытых Воспоминаний» пульсировал посреди разрушенного проспекта, удерживая меня на коленях в агонии чужих и моих собственных призраков прошлого. Я сжимал голову руками, чувствуя, как сознание трещит под натиском боли.

Укира стоял в паре шагов от барьера, скрестив руки на груди, и с холодным, торжествующим презрением смотрел на мои мучения.

— Ты действительно думал, что сможешь одолеть меня?! — ядовито бросил он, перекрывая гул временного поля. — Думал, что просто наденешь эту жалкую маску и сможешь сражаться с нами на равных?! Ты всего лишь сломанный мальчишка, Тоби Ширу, который сам загнал себя в клетку одиночества!

Он презрительно фыркнул, отвернулся от барьера и неспешным шагом направился к бетонному ограждению, за которым, затаив дыхание, укрывались полковник Окер и Харука.

Полковник тут же выхватил табельный пистолет и встал перед дочерью, направляя ствол в грудь Укиры:

— Ни с места! Стреляю на поражение!

Укира даже не удостоил оружие взглядом. Он остановился в нескольких метрах от них, и на его бледном лице расплылась жестокая, насмешливая улыбка.

— Стреляй, полковник, это ничего не изменит, — бархатным голосом произнес Укира, глядя прямо в глаза испуганной Харуке. — Прежде чем я заберу твою жизнь, которая должна была оборваться два года назад, вы оба заслуживаете узнать правду. О том самом «психе в маске», которого ты так усердно ловишь.

— О чем ты несешь?! — рявкнул полковник Окер.

— Под этой маской скрывается бывший одноклассник твоей дочери — Тоби Ширу, — спокойно и безжалостно начал Укира, кивнув в сторону серебряного купола. — Два года назад, когда на этот город напала армия монстров, именно он в одиночку сражался за вас. И в ту ночь, в разрушенной башне, ты, полковник, погиб от руки повелителя тварей. Умер прямо на руках у Тоби.

Харука замерла, прижав ладони к губам. Ее сердце забилось с бешеной скоростью.

— Чтобы вернуть тебя к жизни, — продолжал Укира, наслаждаясь их шоком, — Тоби открыл временной портал. Цена была проста: он стер свое имя и существование из памяти всего мира. Перед самым прыжком вы с ним признались друг другу в любви, Харука. Он отдал свое счастье, свою славу и даже память о себе, чтобы вы двое могли спокойно жить и улыбаться. А взамен получил лишь ваше забвение!

Каждое слово Укиры ударяло в сознание Харуки, словно удар молота по замерзшему стеклу. И вдруг внутри ее головы раздался громкий, звонкий ЩЕЛЧОК.

Пелена искусственного забвения рухнула в одно мгновение. Перед глазами девушки вспыхнули живые, яркие картины: первый поцелуй на крыльце, треснувшая маска в соборе, заплаканные глаза Тоби на краю золотого портала и его последние слова: «Я люблю тебя. Всем сердцем».

— Т-Тоби… — из глаз Харуки хлынули горячие слезы. Она закрыла рот руками, задыхаясь от нахлынувших чувств и осознания того, какую чудовищную жертву он принес ради нее. — Я вспомнила… Папа, он говорит правду! Это Тоби спас нас обоих!

Полковник Окер потрясенно опустил пистолет, глядя на трепещущий серебряный купол, словно впервые видя перед собой настоящего героя.

— Трогательная сцена, — ледяным тоном оборвал их Укира, поднимая свой тяжелый меч с рукоятью в виде песочных часов. — А теперь пора закрыть этот долг!

В то же самое мгновение внутри временной тюрьмы всё вдруг стихло. Крики прошлого исчезли. Серебряный купол растворился, сменившись бесконечным, величественным пространством, сотканным из миллиардов сияющих звезд, галактик и золотых нитей времени.

Я стоял посреди этой космической тишины, тяжело дыша. Все мои раны исчезли, а в груди разливалось невероятное, чистое тепло. Передо мной парил исполинский, сияющий золотым светом силуэт, от которого исходила мудрость самой вечности.

— Где я?.. — ошеломленно прошептал я, оглядываясь по сторонам. — Я умер?

— Нет, Тоби Ширу. Ты находишься в сердце самого Потока, — раздался вокруг спокойный, глубокий голос Бога Времени, звучащий словно музыка сфер. — Я слежу за тобой очень давно. Ты храбро сражался за этот мир. Ты перевернул ход событий так, чтобы для миллионов людей наступило светлое, мирное будущее, и заплатил за это самыми дорогими вещами — своим именем и любовью.

Я молча опустил голову, слушая Его слова.

— Ту силу, которую ты получил два года назад, нельзя просто так забрать или присвоить,— продолжил Бог Времени, протягивая вперед сияющую ладонь. — Ее нужно заслужить чистотой сердца. Защищать этот мир и тех, кто слабее — это было и всегда будет твое истинное предназначение. Мой бывший ученик Укира позволил ненависти затмить свой разум и нарушил законы равновесия. Иди же, хранитель. Вернись и заверши начатое.

Золотой луч коснулся моей груди. По телу прошла волна невиданной, чистой мощи. Ари в моем сознании радостно выдохнул — наши силы восстановились полностью и слились в абсолютной гармонии.

В реальном мире меч Укиры уже опускался на голову безоружного полковника Окера, закрывшего собой плачущую Харуку. До удара оставался миллиметр.

ВСПЫШКА!

Ослепительный фиолетово-золотой разряд разорвал пространство. Серебряная тюрьма Укиры разлетелась на миллионы сияющих осколков.

Я возник прямо между Укирой и семьей Океров за одну тысячную доли секунды. Моя фиолетовая катана с глухим, тяжелым звоном приняла удар меча песочных часов. Ударная волна смела пыль с проспекта, и от столкновения двух чудовищных сил нас обоих отбросило друг от друга на несколько метров.

Укира жестко приземлился на ноги, прочертив подошвами две глубокие борозды в разбитом асфальте. Он крепко сжимал в руках абсолютно целый, гудящий от энергии меч песочных часов, а его глаза засветились еще более яростным пламенем.

— Что?! Да как ты выбрался?! — в ярости прорычал Укира, принимая боевую стойку. — Неважно! Даже если она всё вспомнила, я прикончу тебя прямо у нее на глазах!

Я встал перед полковником Окером и Харукой, закрывая их своей спиной, и направил острие катаны прямо в грудь бывшего друга.

— Отведите дочь в укрытие, полковник, — твердо произнес я из-под маски, не сводя взгляда с Укиры. — На этот раз я доведу дело до конца.

Глава 10: Последний удар часов

Полковник Окер подхватил плачущую Харуку под руку и поспешно увел ее за уцелевшие бетонные перекрытия в конце проспекта. Девушка до последнего оглядывалась на меня, но отец крепко удерживал ее, понимая, что здесь сейчас столкнутся силы, выходящие далеко за пределы человеческих возможностей.

На разрушенном проспекте остались только мы двое. Ветер гонял по потрескавшемуся асфальту серую пыль и обрывки бумаги.

Укира медленно поднял свой тяжелый меч с рукоятью в виде песочных часов. Вокруг его клинка закрутились серебряные и черные вихри, искажающие само пространство.

— Ты сказал, что доведешь дело до конца?! — прорычал Укира, и в его голосе звенела чистая, обжигающая ненависть. — Ты уже один раз вонзил в меня свой меч, Тоби! Два года назад! Я считал тебя своим единственным другом, прикрывал тебя в школе от Госена и его шайки! А когда я обрел силу, ты просто вычеркнул меня и отрубил мне голову ради этой девчонки!

— Я не предавал тебя, Укира! — крикнул я в ответ, вставая в боевую стойку и вливая в свою катану фиолетово-золотую энергию Бога Времени. — Это ты продал душу Катаси из-за черной зависти! Ты сам пришел убить Харуку! Я до последнего пытался остановить тебя словами, но ты выбрал путь чудовища!

— Заткнись! — взревел Укира и сорвался с места.

Он исчез в серебряной вспышке, оставляя за собой шлейф застывшего времени. Его тяжелый меч обрушился на меня сверху с такой чудовищной силой, что при столкновении наших клинков асфальт под ногами провалился на полметра.

ДЗИНЬ!

Ударная волна снесла ближайшие фонарные столбы. Укира давил сверху, его угольно-черные глаза горели безумием.

— Посмотри на себя, жалкий герой! — шипел Укира прямо мне в лицо, сквозь звон скрещенных лезвий. — Какую боль ты испытал за эти два года, а?! Ты потерял дядю! Убил лучшего друга! Стер себя из памяти всех людей! Ты ходил по этому городу как призрак, смотрел, как твоя любимая девушка целует другого, и терпел плевки от ее отца! И ради чего?! Всё это время ты гнил в одиночестве, пока я наблюдал за твоими мучениями из пустоты!

— Да, мне было больно! — прохрипел я, сбрасывая его натиск мощным импульсом и отпрыгивая назад. — Мне каждый день было невыносимо больно! Но именно эта боль научила меня, что такое настоящая ответственность! А ты так и остался трусом, который винит в своих ошибках всех вокруг, кроме себя!

— Магия времени: Вихрь Тысячи Стрелок! — выкрикнул Укира.

Вокруг него материализовались десятки острых, как бритвы, серебряных стрелок времени, которые с визгом понеслись в мою сторону.

— Прием Ари. Четвертая стойка: Клинок Отшельника! — я раскрутил катану перед собой, отбивая шквал атак, но несколько стрелок прошили левое плечо и бедро, разрывая броню и высекая брызги крови.

Бой затянулся. Мы носились по разрушенному проспекту на запредельных скоростях. Я использовал Третью стойку для мгновенных выпадов и Вторую стойку, чтобы проходить сквозь его ловушки замедления. Но Укира был невероятно силен — он отматывал свои раны «Хроно-откатом», наносил сокрушительные удары гравитацией и резал пространство волнами темного песка.

Мой костюм был изорван в клочья, самурайская маска треснула у виска, кровь заливала руки, а дыхание рвалось из груди тяжелыми, горячими хрипами. Силы стремительно таяли.

— Всё, Тоби! Твой конец пришел! — Укира взмыл в воздух, занося свой двуручный меч, который налился ослепительным серебряно-черным светом. — Высшая кара Хранителей: Конец Времен!

Гигантская, всепоглощающая волна искаженного времени обрушилась на меня сверху, способная стереть в пыль целый квартал. Увернуться было невозможно.

— Тоби, сейчас или никогда! — прогремел в сознании голос Ари. — Слей воедино всю нашу фиолетовую ярость и золотой свет Потока, который дал тебе Бог Времени! Используй нашу абсолютную технику!

Я стиснул зубы так, что на губах выступила кровь. Встал в самую глубокую, финальную стойку, отводя катану за спину. Клинок засиял невыносимо ярким фиолетово-золотым огнем, разрывающим серые тучи над городом.

— Прием Ари! Высшая Девятая Тайная Стойка: Абсолютный Суд Вечности — РАССВЕТ ХРАНИТЕЛЯ!!!

Я сделал один-единственный, неуловимый для глаза рывок навстречу падающей волне. Моя катана рассекла атаку Укиры ровно пополам, словно горячий нож масло, и в ту же долю секунды ослепительный фиолетово-золотой крест пронзил грудь моего бывшего друга.

ВСПЫШКА! ОГЛУШИТЕЛЬНЫЙ РАСКАТ ГРОМА!

Мир на секунду замер. Укира выронил свой тяжелый меч песочных часов, который со звоном упал на асфальт и тут же рассыпался в серебряный песок. Сам Укира тяжело закашлялся кровью и глухо рухнул на колени прямо передо мной. Его сила начала стремительно угасать.

Я стоял перед ним, тяжело опираясь на дымящуюся катану. Весь израненный, в порванном костюме, с треснувшей маской, с трудом удерживая себя на ногах. Я медленно подошел к стоящему на коленях другу и направил острие клинка прямо в его грудь.

Укира поднял на меня свои тускнеющие глаза. В них больше не было безумной злости — только пустота и горькая усталость.

— Ну давай… — тихо прохрипел Укира, криво усмехнувшись. — Убей меня еще раз, Тоби. Закончи то, что начал два года назад.

Внутри меня всё сжалось от невыносимой тяжести. Но я знал: пока Укира жив, его душа навсегда останется отравленной тьмой и жаждой мести, и он никогда не оставит этот мир в покое. Я крепче сжал рукоять меча.

— Прости, Укира… но в живых я тебя оставить не могу, — глухо и твердо произнес я.

ВЖУХ!

Я резким, точным движением пронзил его грудь клинком.

Укира вздрогнул, его плечи опустились. На его бледных губах появилась слабая, почти забытая школьная улыбка — та самая, с которой он когда-то встречал меня по утрам.

— Спасибо… чувак… — едва слышно прошептал Укира свои последние слова. — Прости меня… за всё…

Его глаза закрылись. Я осторожно вытащил клинок, и тело Укиры медленно повалилось на холодный асфальт, начиная тихо рассыпаться в легкую золотисто-серебряную пыль, которая поднялась вверх, в небо.

В тот же миг тяжелые свинцовые тучи над мегаполисом расступились. На разрушенный проспект хлынули первые яркие, теплые лучи утреннего солнца, освещая город, который наконец-то обрел настоящий покой.

Я так и остался стоять на месте — весь израненный, с опущенной катаной в окровавленной руке, глядя на то место, где только что исчез мой лучший друг. Мысленно приказав Ари убрать костюм и клинок, я сорвал с лица треснувшую маску и глубоко вдохнул свежий утренний воздух.

— Тоби-и-и-и! — раздался звонкий, захлебывающийся от слез крик со стороны укрытия.

Я едва успел обернуться, как ко мне через весь проспект, спотыкаясь о куски бетона, бросилась Харука. Она подбежала вплотную, крепко обняла меня за шею, не боясь испачкаться в копоти и крови, и прижалась ко мне всем телом. По ее щекам катились горячие слезы радости и облегчения.

— Я тебя люблю… — прошептала Харука, глядя мне прямо в глаза, а затем потянулась вперед и нежно поцеловала меня в губы. В этом поцелуе растворились все два года моего одиночества, вся боль и горечь потерь. Отстранившись на мгновение, она снова уткнулась лбом мне в плечо. — Спасибо тебе за всё, что ты сделал… За папу, за этот город, за то, что не сдался. Я больше никогда тебя не забуду.

Я обнял ее в ответ, чувствуя, как на душе впервые за долгое время становится невероятно тепло и спокойно. Из-за бетонных плит неспешным шагом подошел полковник Окер. Суровый полицейский остановился рядом, посмотрел на нас, а затем протянул мне свою широкую, крепкую ладонь. В его глазах больше не было ни тени враждебности — лишь глубочайшее уважение.

— Прости, что не узнал тебя сразу, сынок, — твердо сказал полковник, крепко пожимая мою руку. — Спасибо за дочь. И добро пожаловать обратно.

Прошло полгода.

Осенний ветер лениво гонял желтые листья по аллеям университетского парка. Город давно залечил свои раны и жил тихой, мирной жизнью. Временные разломы закрылись навсегда, а Бог Времени больше не тревожил наш мир.

Я сидел на скамейке у главного корпуса медицинского университета, попивая горячий кофе из бумажного стаканчика. Двери здания распахнулись, и на крыльцо выбежала Харука. Увидев меня, она счастливо улыбнулась, помахала рукой и подбежала ко мне, садясь рядом и привычно кладя голову мне на плечо.

— Долго ждешь? — спросила она, переплетая свои пальцы с моими.

— Для тебя — хоть вечность, — улыбнулся я в ответ.

— Эй, романтики, не расслабляйтесь там сильно, — лениво усмехнулся Ари в моем сознании. — Вечером еще патруль по южному району. Преступность сама себя не победит.

Я тихо усмехнулся про себя, глядя на чистое голубое небо. Мое имя больше не было стерто из памяти людей, рядом была любимая девушка, а внутри оставался верный друг, готовый в любую секунду прийти на помощь. Я больше не был одинокой тенью. Я был хранителем этого города — и моя настоящая счастливая жизнь только начиналась.

Конец.

Послесловие автора

Вот и подошло к концу наше долгое путешествие.

Когда я начинал первую часть «Японской Маски», я просто хотел рассказать историю обычного парня, который получил невероятную силу и решил защищать тех, кто слабее. Но со временем эта история выросла во что-то гораздо большее — в рассказ о цене, которую приходится платить за каждый свой выбор, о боли утрат, о прощении и о том, что даже самая густая тьма отступает перед искренней любовью и верностью.

Во второй книге Тоби пришлось столкнуться со своим самым страшным врагом — собственным прошлым и тенью лучшего друга. Он прошел через одиночество, забвение и тяжелые битвы, но не озлобился и не предал свои принципы. И именно за эту чистоту сердца судьба и само Время вернули ему всё, чем он пожертвовал ради других.

Спасибо каждому читателю, кто был рядом с самого начала, переживал за героев, ждал новые главы и поддерживал мое творчество. Ваши отзывы и внимание вдохновляли меня двигаться вперед и довести эту дилогию до такого светлого финала.

Вот так вот и закончилась история о Тоби Ширу.