Writober. Осенние зарисовки

Глава 1. Вязкая тишина

Вязкая тишина легла на плечи осинам и елям. Пьер шел по парку, и слышал только шуршание листьев под ботинками, настолько кругом было тихо, безмолвно. Хмурый туман прятался на расстоянии десяти шагов, но все равно просвечивал сквозь тонкие деревья. Парк был безлюден.

Последние розы поникли и листья почернели. Осень увядала, обожженная выпавшим позавчера снегом. Сегодня белое растаяло, но вернуть яркие краски не вышло, они облезли черной скорбью.

Пьер присел на деревянную скамеечку и вытянул длинные ноги. Руки удобно засунул в карманы, ветерок приятно шевелил волосы. Пьер любил гулять в одиночестве, слушая поглощающую все звуки тишину.

Неслышно подошел человек и уселся на скамейку рядом. Поднял воротник, передернул плечами от сырости и холода, посмотрел на распахнутого Пьера и замерз еще больше.

- Нынче холодно, не находите? - спросил он у парня, решив, что отсутствие других кандидатур для беседы повод приставать к незнакомому человеку.

Пьер нахмурился, прошелся по нему взглядом сверху вниз, подмечая малейшие детали, но ничего не ответил. Поднялся и пошел прочь тем же прогулочным шагом, что и до этого.

- Ни в коем случае не пристаю, - подхватился со скамейки мужчина, догнав Пьера, - но...

- Именно пристаете, - Пьер с неприязнью посмотрел на пальцы человека, что невежливо ухватили его за рукав, остановив таким образом.

Считав его взгляд, мужчина тем не менее руку не убрал.

- В моих воспоминаниях вы всегда приходите на это место, когда туман окутывает город...

Кхм! Пьер был в этом парке впервые.

- Лорд Антуан, - представился мужчина, снимая кожаную перчатку. Он настырно пожал ладонь Пьера, пробежавшись пальцами до конца его рукава, чуть ли не в карман к нему за рукопожатием залез.

Пришлось вынырнуть из пальто и сжать красные пальцы Антуана, покрасневшие от холода, несмотря на перчатки.

- Лорд, я полагаю, это фамилия, - уточнил Пьер, глядя в глаза этому Антуану, который со своим "титулом" все больше казался ему похожим на призрака в этих осенне-хмурых декорациях парка.

Тот хитро улыбнулся, не собираясь признаваться, поэтому Пьер посчитал за лишнее называть свое имя-отчество.

Ладонь же Пьера обожгла руку Лорду своим теплом.

Глава 2. Мимолетное чувство

Мимолетное чувство дежавю посетило Пьера. Эта ситуация с незнакомцем Лордом Антуаном, жмущему ему руку, показалась знакомой. Не его лицо и не его взгляд и навязчивость, а вот эта встреча в пространстве.

Вот этот взгляд со стороны на них двоих: двое мужчин в длинных пальто, схлестнувшие руки в этом хмуром сером парке, да и еще вихрь ветра, неожиданно поднявший и закрутивший вокруг них желто-черные листья, будто тоска пробежала.

Оба брюнеты, оба в черном. Но если Антуан вырядился в классическое пальто английского кроя, то у Пьера одежда напоминала скорее шинель, нежели классику. Один кутается в бежево-серый клетчатый шарф, намотав на шею в три витка и крепко надвинув котелок по самые уши, и все равно замерзал - его нос покраснел от бодрящего осеннего воздуха. То второй стоял нараспашку, ветер гулял за пазухой, трепал ворот свободной черной футболки и развевал смоляные пряди длинных волос, собранные в низкий хвост.

Эта картинка и ощущение холодной крепкой ладони всколыхнули что-то в памяти.

- Где ваша трость? - осведомился Пьер, потому что только ее Лорду и не хватало для полного образа.

- Вспомнили меня, Пьер?

Надежда в глазах грустного человека резко контрастировала с его образом. Лорду был не свойственен оптимизм.

Обнадеживать зря не хотелось.

- Пройдемте, - предложил Пьер, показывая в сторону дорожки, ведущей прочь из парка. - Знаю одно приличное кафе, думаю, вам стоит согреться.

- С превеликим удовольствием!

Глава 3. Ароматическое масло

Ароматическое масло мандарина и хвои в воздухе кафе казались некстати, не Новый год все же. Куда как теплее и душевнее был бы запах свежесваренного кофе с нотками корицы и согревающего шоколада. Именно это Пьер и заказал.

Лорд Антуан неуклюже пробрался на скамейку с другой стороны столика, будто застарелые травмы колена не давали ему двигаться свободнее. Выдохнул, будто преодолел сложное препятствие, и снял-сложил перчатки в котелок-шляпу, отставил в сторону, не найдя для этого подходящей полочки. Сплел замерзшие покрасневшие пальцы перед собой на столе и уставился на Пьера.

- Вам бы прически поменять, - неожиданно сказала юная девица, ставя перед мужчинами бокалы с горячим кофе и шоколадом.

Она очень быстро принесла заказ, но своими советами испортила о себе приятное впечатление. Пьер поморщился, но ее это не остановило.

- Вам больше подошли бы его кудряшки, стиль как у Шерлока Камбербэтча, - она ткнула в посеребренные локоны Лорда, предлагая их примерить Пьеру. - А вам гладкий хвост, перетянутый шелковой ленточкой, как у джентельменов из прошлого...

- И свежую выпечку, пожалуйста, - Пьер оборвал стилистические излияния официантки, возвращая ее к прямым обязанностям. Пригубил бокал и отодвинул к ней же: - И замените кофе, я заказывал без сахара.

Всплеснув эмоционально руками, девушка все же умудрилась промолчать. Подхватила папки меню, отвергнутый напиток, и быстро поцокала на высоких каблуках в сторону кухни. Мужчины проводили взглядами ее стройную фигурку, обтянутую строгой униформой.

- Мне нужно сменить имидж? - спросил Лорд, оттянув вихрь на виске.

- Не берите в голову, - отмахнулся Пьер.

Не вставая с места, он скинул с плеч шинель, оставшись сидеть на нем же. Лорд неодобрительно покачал головой. Он бы свое пальто повесил на плечики, но он еще не согрелся, чтоб раздеваться. Хотя five o’clock теа в верхней одежде, да еще и без чая, ему казался моветоном.

Пьер же подтянул длинные рукава просторной футболки, явив миру плетеные браслеты на запястьях, и уткнулся в телефон, быстро в нем что-то строча.

- Пьер, - Лорд попробовал привлечь внимание собеседника, положив ладонь на его руку.

- Секунду, Энтони, - Пьер не отвлекся ни на секунду, предупреждая возможный срыв договоренностей, выкраивая время на этот непредвиденный кофе-брейк, - я отменяю планы.

"Энтони". У Лорда потеплело на душе. Горячая чашка какао грела руки, а глоток душистого напитка словно усилил действие его тепла. Мир стал немного ярче и светлее.

Глава 4. Чернота

Чернота окутывала Лорда с ног до головы. Тьма поглощала, в ней исчезали даже мысли. Лишь на краешке сознания, словно уносимое ветром эхо, слышался шум прибоя. Казалось, морская волна лижет холодный берег, злобно оставляя клочки пены, и точно так же на Лорда набрасывалось ощущение потерянности. Но вместе с тем, этот плеск давал ощущение опоры.

Идя на шум волны, Антуан снова и снова выходил в серый промозглый парк, где царил лишь неуютный ветер и шумели осенними кронами деревья. Листья облетали с полупустых веток, грозя Антуану тем, что скоро и этого шума листвы для него не останется.

Антуан сделал шаг, уступая место мерзкому влажному туману. Тот наползал на него, грозя поглотить не только очертания тела, но и его самого. Казалось, некому оградить от пустоты...

Внезапно из тумана появился человек в черном пальто, прошагал по дорожке к скамейке, уселся на нее, спрятав руки в карманы. И все в нем говорило о том, что он рад этому окружающему безмолвию.

Лорд понял, что знает этого человека...

- Кхм, - голос живого человека и звуки кафе выдернули Антуана из жутких воспоминаний. - С вами все хорошо? - спросил Пьер, озабоченно рассматривая бледное лицо Лорда.

- Д-да, спасибо, - Антуан пошевелился, чувствуя, как отголоски холодного прошлого постепенно уступают под натиском теплого настоящего в аромате шоколада. Хотелось верить, что навсегда.

- Еще какао? - уточнил Пьер, обнаружив, что кружка Лорда пуста, а его кофе безнадежно остыл. - Может... коньячку?

- Да-да, спасибо.

Убрав телефон в карман, Пьер сделал знак официантке, чтобы повторила заказ, и внимательно посмотрел на Антуана. Больше ничего Пьера не отвлекало, и Лорд понял, что наступил долгожданный и волнительный миг, который многое прояснит.

Глава 5. Гортензии и клематисы

...Многое разъяснит, да не разъяснило.

- Хорошо. Кто вы? - без предисловий вопросил Пьер, и Антуан на минуту растерялся. - Мы встречались? - продолжил допытываться он. - Где, когда? При каких обстоятельствах?

На все вопросы Пьера у Антуана лишь растерянность возрастала и еще большая бледность разливалась по лицу.

Пьер понял, что в тупике. Он помял переносицу, как будто бы это помогло ему найти ответы или хотя бы пригнать больше кислорода к мозгу, но хорошая идея все же посетила.

Внезапно для Антуана он положил руку на стол, ладонью вверх.

- Дайте свою, - нетерпеливо потребовал у ничего не понимающего Лорда.

Антуан боязливо зыркнул на подзывающие пальцы, будто боялся, что они прячут жало, глубоко вздохнул и все же накрыл горячую ладонь своей холодной.

Пьер закрыл глаза, прислушиваясь к ощущению. Направленный им поток магической волны прошелся по чужому телу, сканируя все клеточки, пошуровал под черепушкой и вернулся обратно... ни с чем. Чувство туманной серости, влажности и безмолвия окатило Пьера, как морская волна, и схлынуло. Он поморщился. Осталось впечатление будто бы со слизнем обнимался.

Пустота Лорда, совершенная и безнадежная, обескураживала. Словно туман в парке, который никто не любил, кроме Пьера, много времени гуляющего в густых слоях холодного насыщенного влагой воздуха.

При этом она откликалась на Пьера радостью узнавания. Словно бездомная собака, которую подкармливают незнакомые люди. Будто Пьер единственный, кто был рад Лорду (туману?) и приходил ради встречи с ним, не взирая на сырость и слякоть.

«Бред какой-то!» - Пьер нахмурился.

- Хорошо, - вздохнул Пьер, убирая руку. - Что последнее вы помните?

- Гортензии! - воскликнул Антуан и обрадовался. - И клематисы.

- ?

- Да-да, не спорьте! - заявил довольный Антуан и принялся пространно рассказывать, какие чудесные цветы росли в его саду. Какие великолепные сорта клематисов, эти чудные лианы с голубыми и фиолетовыми цветками, чей запах тебе либо нравился, либо нет. И то, нужно вплотную подойти к кусту, запах еле слышится... Антуану мерещился в них аромат огурцов, который он очень любил.

А гортензии! Эти шикарные шары из тончайших лепестков! Пахнут они нежно и негромко, но своеобразно - пудрой, тем же огурцом и свежим тестом. Да-да, тестом! А какие расцветки! Белые, голубые, синие!

Как он любил гулять по своему саду после позднего ужина и до самого рассвета, наслаждаясь ночным спокойствием... А еще любил наблюдать, какие узоры теней и бликов рисовало утреннее солнце на глади пруда. Только жалел, что при этом приходилось уходить, так и не налюбовавшись...

Антуан унесся мыслями в те спокойные и безмятежные времена, казалось, он снова счастлив.

Пьер же с беспокойством смотрел на собеседника, размышляя, не мог ли он по случайности и задумчивости оживить стихийное явление природы? Если да, то, что с ним делать?

Глава 6. Черничный пирог

- Черничный пирог! - объявила официантка, плюхая на столик тарелочку с треугольным куском десерта. Она, как всегда, «мило» вмешалась в беседу: - Верхнюю одежду удобнее повесить во-о-о-он там, на вешалку, у входа.

Она показала в сторону выхода, где стояла длинная рогатая палка. Лорд внимательно проследил за ее пальцем, Пьер же смотрел лишь на нее.

- Спасибо за заботу! - сухо сказал он.

И словно послушный мальчик встал с шинели, аккуратно взял ее в руки, сложил конвертиком, и... как непослушный мальчик, задвинул на край скамейки в угол, будто подобие диванной подушки. Не любил оставлять свои вещи без присмотра, а тем более по чьей-то прихоти.

Официантка осталась стоять с вытянутой рукой, так и не получив его одежду. Зато Лорд с готовностью воспользовался этим предложением. Скинул свое пальто и подал ей. Даже шляпу с перчатками отдал, обрадовавшись, что можно все это убрать со стола.

Девушка даже не скрывала кислой мины от разочарования. Но, делать нечего, пришлось доигрывать в любезность - пошла прочь и повесила у входа.

- Так вот. Как я и сказал... - продолжил Пьер, прерванный на полуслове, как был прерван еще раз.

- Кофе? - официантка влезла с кофейником и чашками, сунув эти предметы прямо перед лицом Пьера. - Ой! Простите!

Тот краем глаза видел «неловкое» движение девушки, качнувшей поднос, от чего посуда накренилась и медленно полетела вниз. Секунды растянулись в минуты - для Пьера замедлилось время. Он успел отсесть от льющейся водопадом горячей жидкости, потом передумать, вернуться на место и отвести потоки от себя, не дав себя забрызгать, но зато дав всему этому безобразию окончательно случиться.

Кофейники и чашки посыпались на стол и с него на пол, черный кофе прыснул во все стороны, Пьер вскочил на ноги, будто бы обожженный. Схватил тканевую салфетку и принялся спешно оттираться, делая вид, что и футболка и брюки пострадали от ее неловкости. А в конце, бросив тряпку в самую лужу, холодно потребовал:

- Жалобную книгу, пожалуйста. Такого не профессионализма...

Договорить ему не дали. Девушка взмолилась, прося прощение за свою неловкость. Лорд вступился за девушку, умоляя ее простить. И оба они, как маленькие дети, смотрели на него жалобными глазами.

Фыркнув, Пьер покинул место побоища, быстрым шагом направившись в туалетную комнату, якобы привести себя в порядок. Включив воду, он смочил ладони и отряхнул подол и брючины, сметая пылинки. А потом вернулся к двери и аккуратно ее приоткрыл.

Как он и думал, девушка зачем-то пыталась выдворить его из-за столика под любыми предлогами. А когда он это сделал, подсела к Лорду, и у них завязался какой-то горячий диалог. Суть его была неясна. Официантка о чем-то умоляла Антуана, тот хмурился и не давал какого-то определенного ответа. Решив, что Лорд загнан в тупик и, кажется, его нужно спасать, Пьер вернулся к столику.

- Идемте, Антуан, - сказал Пьер, забирая свою шинель и одеваясь. - Знаю местечко получше этого...

Лорд поднял на него недоуменные глаза, но потом будто очнулся, кивнул, и тоже встал.

Не глядя на безмолвную девушку, Пьер отсчитал купюры и сунул их в опорожненную кружку, подняв ее с пола. С сожалением посмотрел на размокший черничный пирог: «А я ведь его так и не попробовал!» и пошел на выход, где ждал его сумрачный Лорд.

- Что она вам сказала? - спросил Пьер, когда они неспешно шли по немноголюдной улочке, наслаждаясь свежим воздухом и вечерними сумерками.

- А? - Лорд вынырнул из своих невеселых мыслей, и не сразу понял, о чем его спросил Пьер.

С тех пор как девушка с ним поговорила, он был сам не свой, вечно погружался в тяжелые размышления, хотя стольких трудов стоило привести Лорда в хорошее расположение духа.

- Нет, ничего, - отмахнулся Антуан. - А впрочем... Она дала мне это.

Лорд выудил из-за пазухи книжечку, которую сунул за ткань жилета.

«Половинка персика» - крупным шрифтом значилось заглавие поперек красивой иллюстрации засахаренных фруктов. И чуть ниже: «Мемуары сэра Энтони».

- Позвольте? - Пьер взял брошюрку из прохладной ладони Лорда и посмотрел на задник. «Автор: Энтони Брюм*». Он пробежался глазами по краткой биографии некоего англичанина, жившего в прошлом веке и обладавшего писательскими талантами. С фото автора на обложке на него печально взирал человек, чрезвычайно похожий на Лорда. - Кхм.

- Она хотела автограф, - понуро сказал Антуан, - а я не знал, что ответить. Тогда она швырнула в меня этой книгой, сказав, что в этом случае она ей не нужна. Как вы думаете, что это, Пьер?

- Вы, правда, не знаете? - Пьер с интересом посмотрел на загадочного собеседника.

Тот печально покачал головой.

Вздохнув, Пьер провел пальцем по краю книжных страниц, заставляя их прошуршать от начала и до конца. Потом еще раз, только уже медленнее, лист за листом. Сканировать загадочный подарок (вернее, выкинутый и отвергнутый) очень не хотелось. А история внутри была ничем не примечательна: детство и юность бедного аристократа, решившего заработать на своем таланте, но успеха в этом не достигшего. Да и в аннотации от издателя единственное, что было подчеркнуто из плюсов книги, так это что сам автор исчез при неизвестных обстоятельствах, и что, возможно, разгадка таится в его записях, которые читатель и держит в своих руках.

Вздохнув еще раз (лезть в это все так же не хотелось), Пьер прикрыл глаза и направил поток магии на вещицу. Его тут же оглушило ворохом таинственных событий, сбивая мысли с толку.

-------- * brume - дымка, туман, испарение, мгла.

Глава 7. Судорожный вздох

Судорожный вздох опалил легкие - маленький мальчик открыл дверь в залу, где шел праздник и остолбенел от увиденного. В ушах зазвенело, скрадывая все звуки.

Он видел, как из его безвольных пальцев выскальзывает хрустальная вазочка, наполненная половинками засахаренных персиков - любимое блюдо его маменьки. Видел, как фрукты падают на пол и откатываются в разные стороны, заляпав его ботиночки сладким соком. Видел, как вдребезги разбивается хрусталь, взметнув искрящиеся осколки, которые, переливаясь и сверкая, медленно взметнулись вверх и так же медленно осыпались на пол. Хрустальный перезвон стекляшек он скорее почувствовал, нежели услышал.

Серая волчья морда нежити оторвалась от своего пиршества и повернулась в его сторону, лениво отреагировав на этот громкий звук. Желтые глаза твари сверкнули пламенем тысячи свечей. С оскаленной окровавленной пасти стекали красные капли прямо на бабушкин персидский ковер, убийца лишь плотоядно облизнулся.

Нежить рыкнула, будто скомандовав: «Беги!»

Только после этого мальчик отмер, и побежал. Длинные коридоры, нескончаемые двери, пустые комнаты и залы - его башмачки отбивали нестройный стук в такт сердцу. Бездумно он прорывался сквозь родной дом, шокированный и онемевший, а перед глазами стояла ужасная увиденная картинка. Буквально еще пять минут назад он купался в семейной любви и ласке. А теперь...

Они праздновали его восьмой день рождения. Собралась вся семья, слуги и даже их дети. Смех, музыка, веселые лица - все это прекратилось в один миг. Вместо этого теперь праздничная комната была усыпана растерзанными телами. Кровавые брызги заляпали стены, пол и мебель, угощение и подарки были разбросаны, как бесполезный мусор. Весь его праздник теперь мусор. Вся его жизнь в одночасье выброшена на помойку.

Да и сам он, слыша тяжелое дыхание нежити за спиной, понимал, что тоже вскоре станет никем. Такой же растерзанной плотью, а затем бесплотным духом!

Зловещий мрак распахнул ему свои объятия. Мальчик на секунду замер, не ожидая, что двери распахнутся в темноту... А потом обернулся на жуткий стук огромных когтей по деревянным доскам коридора, и в мгновение ока понял - дом, это уже не уютная безопасная крепость. Дома царит жуть и ужас.

Чернота, окружавшая дом и сад и весь мир вокруг, показалась спасением.

Показалось, что в ней можно скрыться, спастись от когтей и клыков, спрятаться и стать невидимым.

Мальчик храбро бросился в темноту и понесся, не различая ничего во мгле. Если до этого ему отказал слух, то теперь и зрение было бессильно во мгле ночи.

Он продолжал бежать, выдираясь из крючковатых веток, что цеплялись за его одежду, прикрывал лицо руками от хлестких ударов тонких прутиков и листьев, он спотыкался о корни деревьев, но каким-то чудом успевал встать на ноги и бежать дальше.

А потом показалось, что кто-то большой и уютный догнал и бежит рядом. Защищает его от угрозы, отводит от него преграды, окутал его коконом тепла и спокойствия. А потом и вовсе подхватил на руки и понес прочь от страшного дома и разбитого вдребезги детства.

Мальчик обнял ручонками отцовскую шею и прижался всем существом к родному телу. Казалось, что его отец могучий великан, сильный, спокойный, надежный, как сам Великий Боже. Защитит от всего и охранит от любых невзгод, спасет и позаботится о сыне...

И в тоже время, казалось, что сам он - отец. Что это на его руках маленькое хрупкое сокровище, его кровь и плоть, его самое дорогое и бесценное существо. То, за что не жалко отдать жизнь. То, за что можно и нужно бороться и драться до последнего вздоха. То, что нужно беречь и охранять, во что бы то ни стало...

Пьер открыл глаза, когда последний виток магии эхом донес до него эти видения, и в них стояли слезы.

- Какие чудесные эмоции, - сказал Пьер и прижал рукав шинели к глазам. Влага впиталась в жесткое волокно, и он смог проморгаться. Испытанные им чувства все еще тревожили его сердце, дав ему то, что он никогда прежде не испытывал. - У меня нет детей. И отца я никогда не хотел узнать поближе. Но теперь... - он с любопытством посмотрел на Лорда, - все выглядит совсем иначе.

Он захлопнул книгу и вложил в руки Лорда.

- Пьер, вы мне поможете? - с надеждой спросил Антуан, не вполне понимая, о чем говорит этот парень. Но предчувствие надежды коснулось крылом его сердца.

- Сделаю все, что в моих силах, - кивнул Пьер, глядя, как Лорд прячет невзрачную книжицу обратно за пазуху бездумно и на полном автомате. И его вдруг осенило: - Вот же ж!

Он резко бросился обратно к кафе, влетая туда коршуном. Как он и думал, той бесцеремонной официантки здесь не было. Здесь вообще были обычные девушки, как он их обычно и помнил: в джинсиках, белых рубашечках и милых фартучках. Никакой строгой униформы и шпилек.

Пьер весело рассмеялся, понимая, как его ловко провели. Нарочно выводили из себя, чтобы он игнорировал мелкие нестыковки.

- А это становится интересным! - пробормотал Пьер, не обращая внимания на встревоженных посетителей, оглядывающихся на влетевшего странного сумасшедшего.

- Извините, вам помочь? - спросила девушка, волнуясь в первую очередь за порядок в кафе.

- Да. Мне черничного пирога, - кивнул Пьер, вспомнив, что так и не попробовал местный десерт. - На вынос, пожалуйста.

Буквально через минуту, с пакетом в руках, он вышел на морозный воздух из жаркого кафе, где по-прежнему обитали душные запахи мандаринов и хвои. Пьер вдохнул полной грудью, наслаждаясь вечерней свежестью. Заодно обнаружил, что Лорда Антуана и след простыл.

Впрочем, туман тоже больше не стелился и не прятался по кустам. Луна освещала местность не хуже желтых фонарей. Ветер шуршал осенними листьями, бесцельно заметая их то туда, то сюда, как будто не в силах определиться, в какой угол их все-таки согнать, где они будут смотреться лучше всего.

Пожав плечами, Пьер достал из пакета пирог, обнажил от целлофана уголок и откусил, беспрестанно оглядывая окрестности. Жуя великолепный сладкий десерт, он на всякий случай обошел весь парк, подождал на прежней скамеечке, но Лорд Туман как сквозь землю провалился. Может, так оно и было.

«Нужно будет сюда вернуться, когда воздух отсыреет», - решил про себя Пьер и потопал в сторону освещенных улиц.

Взгляд желтых сторожащих глаз из темноты он чувствовал на себе все это время. Но не бегать же по кустам за призраками, ну или кто это там засел и не желает выходить и пообщаться? Не «официантка» же!

Пьер хохотнул своим мыслям. Той хватало наглости и бесцеремонности вмешиваться в разговор, впрочем, очевидно, ей был нужен сэр Антуан, а не его скромная персона. Что же, тем интереснее!

Глава 8. Утренний чай

Утренний чай радовал душистым ароматом и солнцем в окно. Наслаждаясь, как лучики светила пекут голые плечи сквозь стекла окна, Пьер листал утренние газеты. То бишь втыкал в мобилу и пролистывал информационные сводки науки и техники.

– ...Необычную находку нашла местная юношеская группа "Археологи" под руководством обычного учителя истории, - вдруг громко принялся вещать хорошо поставленный голос из ноутбука, начиная перечислять регалии и имена искателей сокровищ.

Пьер поморщился. Это вещание шло вразрез с установившейся до этого ламповой атмосферой.

– Милая, выключи, - попросил он, берясь за фарфоровую чашечку и отхлебывая горячий английский чай с молоком.

– Но это по твоей заметке, - миловидная девушка обернулась, поставив видео на паузу.

– Я не делал никак заметок, - Пьер отпил еще глоток, листая следующий пост.

– На твоей странице сегодня ночью было опубликовано! - возразила она и быстренько нашла нужную вкладку, чтобы ткнуть босса носом.

– Я не делал...

Пьер начал раздражаться, потому что действительно ничего не делал. Тем более заметку, тем более ночью. Но она была, не отвертеться, и наглым по белому рассказывала ту сопливую историю про пропавшего англичанина с его мемуарами.

– Кто-то фейканул, разберись, - просто приказал он, снова возвращаясь к утреннему чаепитию. На удивленно вздернутую бровь девушки, пояснил, для забывчивых: – Ты ведь мой секретарь.

– Нет, вот как разберись, так секретарь! А как спать со мной, так не она?! - вспыхнула девушка, и руки в боки воткнула.

Пьер бросил на нее озадаченный взгляд. Сама же в гости, на ночь глядя, напросилась и в постель залезла, ибо завтра рано вставать, а он ее босс и якобы имеет некие должностные обязанности от которых не отвертеться, а теперь что? Предъявляет претензии или отказывается вернуться в должность?

Девушка смутилась под его взглядом, взяла себя в руки и как профессиональный помощник коротко кивнула. Но при этом снова вернулась к просмотру видео.

Она была само очарование и естественность - с распущенными волосами, смытым макияжем и в просторной, одолженной у него же, рубашке. Ей очень шло. Однако Пьер не купился на сексапильную картинку и все равно напомнил: "Выключи!"

– Но это по твоей заметке! - девушка не видела, как его снова передернуло от того, что он уже не раз ей сказал. – Тот сэр Туман, его превосходительство Сырое Утро... Его особняк нашли! В парке. Вернее, заброшенные руины, замаскированные поверху под новодел одним странным бизнесменом. Если бы не твоя история, никто бы не подумал их поскрести и откопать столь чудесное, ай...

Заинтересовавшись, Пьер подсел к ноуту, сдернув девушку с места и сгрузив ее уже к себе на колени. Принялся щелкать по вкладкам, изучать видео и новости по теме, в то время как девушка воспользовалась ситуацией. Развернулась к нему лицом, прильнула, обняв за шею и обхватив вокруг талии ногами, и принялась терзать его шею и мочку уха поцелуями. Ее руки гуляли по его коже, лаская и напрашиваясь, а потом вдруг резко полоснули, оставив красные полосы от ногтей.

Это подействовало - Пьер вынырнул из новостей, обнаружив что не один. Получив осмысленный заинтересованный взгляд в свою сторону, горячая секретарша взяла босса в оборот, прильнув к его губам. Ноут полетел в сторону...

Глава 9. Густые сумерки

Густые сумерки скрадывали очертания развалин того самого особняка. В черноте под ногами таились как огромные корявые булыжники, так и глубокие коварные ямы. Рискуя подвернуть ногу, а то и шею, Пьер на ощупь пробирался сквозь руины, нацеливаясь попасть внутрь строения. Пальцы нащупывали склизкие замшелые камни, иногда ровные гладкие остатки стен, иногда шершавый, рушащийся от прикосновения кирпич. Старая краска осыпалась с шорохом, шуршали обрывки обоев, кожу неприятно сушила пыль штукатурки.

Пьер посмотрел вверх, на небо, ограниченное рамой стен - потолка не было. Луны тоже, она пряталась где-то у горизонта. Зато в этой непроглядной тьме купол казался светлым лоскутом, украшенный узорами из макушек деревьев. Красиво.

Он еще раз огляделся по сторонам - никаких желтых огоньков глаз во тьме так и не появилось.

Вздохнув, он оттер ладони от грязи салфеткой и вытащил телефон. Включив фонарик, повел им из стороны в сторону. Если до этого тьма казалась уютной и атмосферной, то теперь яркие бликующие поверхности и контрастные тени резали глаза, заодно навели ощущение жути. Нечто хеллуинское. Хотелось вырубить свет, чтобы не привлекать к себе внимание.

А потом луч света выхватил нечто интересное и Пьер принялся пробираться к дальней стене, лавируя между обломков рухнувшей крыши.

Рисунки углем на заштукатуренной поверхности были сделаны рукой не ребенка и не подростка, развлекающегося граффити. Это были не каракули и не вензеля каллиграфии. А вполне осмысленное послание, зашифрованное в символах, которые прочитать Пьеру целиком не удалось - требовалась консультация специалиста. Он приблизил фонарик вплотную к стене и разглядел подозрительные глубокие тонкие борозды, как будто по рисунку водили острым гвоздем. Или когтем.

Сделав фотографию, Пьер обвел лучом света другие стены, но ничего более интересного здесь не нашлось. Он принялся карабкаться обратно, мечтая поскорее забраться в душ и смыть с себя эту гниль, ветхость и пыль.

Лорда Антуана, как и его спутника - туман, он так и не встретил.

Глава 10. Ключ в замке

Ключ в замке торчал, как тревожный вызов главному герою типичного детективчика. Хотелось достать из кобуры пистолет, осторожно пнуть дверь, чтоб отворилась, и пойти проверять закоулки, целясь в каждую тень, чтобы узнать: кто же так негаданно и бесцеремонно навестил его жилище?

Пистолета у Пьера не было, поэтому он просто вытащил ключ из замка, обнаружив, что это его собственный, положил в карман и вошел в квартиру. Захлопнул за собой дверь и проворчал:

- Я не давал тебе ключ, - он скинул испачканное пальто, резко встряхнул, заставляя грязь исчезнуть и повесил на вешалку. - Откуда знаешь, где я живу?

- Милый, не заходи! - вода в ванной комнате громко зашумела. - Я в душе.

- Как скажешь, дорогая, - Пьер разулся и именно туда и пошел в первую очередь.

Распахнул дверь и тяжело выдохнул, разглядывая пугающее зрелище. Нечто подобное, если честно, он и ожидал увидеть.

Человеческие инстинкты - дело тонкое. «Эффект Зловещей Долины» еще никто не отменял. Еще Масахиро Мори в век цифровизации выяснил: чем более человекоподобные роботы походили на людей, тем более отталкивающими они им казались. Людей пугают маленькие несоответствия, едва отличимые от настоящего. Эта ненатуральная искусственность, перечеркивающая идеальную реалистичную картинку, вымораживала. И чем тоньше и неуловимее эти несоответствия, тем сильнее человек пугается и тем больше всматривается, пытаясь понять, что именно здесь не так??

Захотелось закрыть дверь и постараться выбросить это из памяти. Но он стоял и смотрел на девушку, которая всего пару дней, как навязалась ему секретаршей, но уже пролезла в его жизнь без всяких церемоний по самое не балуйся. А сейчас ее будто выворачивало наизнанку. Внешность плыла, двоилась, становилась на место, и снова пыталась отторгнуть чужеродный образ и вернуть свое, привычное, волкодлачье.

М-да уж. Так вот как выглядит превращение оборотня на самом деле? Вернее, его попытки не обратиться в животное.

Жуткое зрелище. Никому не посоветуешь.

- Я же просила! - истерично воскликнула она, пытаясь спрятать лицо за ладонями. Но учитывая, что руки периодически отращивали ужасные когти и серую шерсть, вздыбливаясь рельефными мускулами, это не сильно ее спасало.

- Это мой дом, - веско сказал хозяин и принялся скидывать с себя надоевшие шмотки и подкручивать температуру включенной воды.

Волчара в шоке смотрела, как Пьер влез под струи душа и, как ни в чем не бывало, принялся намыливаться и тереться мочалкой. Она даже застряла где-то посередине превращения: желтые круглые глаза, заостренный носик, опасные клыки, но гладкая кожа и великолепная прическа, каскадом локонов струящаяся по все еще человеческим плечам.

Пока он мылся, стояло молчание, и только плеск воды нарушал гнетущую тишину.

- Ты... не боишься? - наконец, спросила девушка, и слова давались ей с трудом, волчья пасть не приспособлена для человеческой речи.

- А надо? - Пьер беззаботно смывал пену со своей шевелюры.

Хотела бы загрызть, сделала бы это ночью, пока спит, или когда погружен в чтение так, что убивай - не заметит.

- Ты... знал? - дошло до нее.

Он выключил воду, отжал волосы, обернулся полотенцем и потопал мимо нее на выход. Она ухватила его за локоть, требуя ответа. Пьер посмотрел на ее пальцы с красивым необычным маникюром и вспомнил разговор с официанткой в том кафе, где сэр Туман его не дождался.

Заказав черничный пирог, он уточнил, не видели ли они тут девушку в черном платье и на шпильках и куда она при этом делась? «Вашу секретаршу? - переспросила девушка и на удивление Пьера, призналась: - Ну, она назвалась вашей секретаршей... Так она ушла сразу за вами!» А на вопрос, как она выглядела, ему признались: «У меня плохая память на лица, но я запомнила ее по ужасному маникюру!». «Ужасному?». «Да, - кивнула работница кафе. - Такие заостренные «когти» уже никто не носит. Это давно не модно!»

И вот сейчас Пьер смотрел на «немодные» заостренные и длинные ноготочки девушки, назвавшейся его секретарем, чтобы беспрепятственно обслужить их в том кафе, не подпуская к ним настоящих официанток, а потом еще и приперлась к нему на работу, как практикантка, чтобы устроиться помощником на полставки.

- Догадывался, - признался Пьер, и ее пальцы испуганно разжались.

- Кто ты? - в ужасе выдохнула она, едва он сделал шаг, чтобы выйти из ванной.

- Кто - ты? - с нажимом вернул вопрос и посмотрел на нее.

Глава 11. Холодный свет

Холодный свет Луны падал сквозь окно на плечи Пьера. Теплый свет монитора освещал его лицо спереди. В темноту была погружена вся комната. Человек работал, погрузившись в файлы, девица-волколак сидела в дальнем от него кресле и не сводила с Пьера глаз. Ничего не мешало ей уйти, раствориться в ночи и больше никогда его не видеть. Но она сидела тут, как привязанная, будто дом босса стал для нее темницей.

Так же ничего не мешало ей «освободиться» - кинуться и загрызть этого беспечного чувака. Но почему-то каждый раз, когда она меняла положение тела, пытаясь размять затекшие мышцы, ловила на себе его взгляд. Он следит за ней? Или любой шорох или движение в этой застывшей комнате, где кроме клацанья клавиш не было ничего, обращал на себя внимание?

Казалось, таймер угрожающе приближался к красной отметке, будто отмеренное время на ожидание ответов подходит к концу и скоро будет... Что-то скоро будет.

- Кто ты? - спросил тогда ее Пьер. Вода капала с его мокрых волос, стекала вниз по телу и впитывалась в полотенце. Такой обнаженный, такой голокожий, что просто хотелось вонзить клыки в эту плоть и насладиться вку...

- И что тебе здесь надо? - суровый голос выдернул ее из помутнения и будто бы взял за горло, не давая расслабиться, хотя Пьер всего лишь стоял и смотрел на нее.

Девица смущенно потупилась, как невинное создание, а Пьер покачал головой. Никогда и никто вот так вот на интригующие вопросы не отвечает. Всегда нужно либо дожать, либо вытрясти ответы вместе с «болью», либо еще как-то иначе замотивировать. А оно ему надо?

Вздохнув, он прошел в комнату и принялся облачаться в удобную домашнюю одежду. Два дня в гостинице были хороши, как способ сменить обыденную реальность, но все же родные стены это родные стены. Здесь все было так, как нужно. Ну, кроме того, что секретарша успела здесь перевернуть все с ног на голову.

К тому же она притащилась следом и смотрела, как он одевается, будто это чудо какое-то. Это раздражало.

- Приберись здесь, - бросил он, натянув спортивные штанцы и просторную футболку. Направился на кухню.

- Я? - изумилась она так невинно, что захотелось съязвить.

- Ну, ты же секретарь.

Парень покинул комнату, а она осталась шокированная стоять. Не столько от напоминания, что он все еще ее держит за свою помощницу, несмотря на то, что узнал ее настоящую суть, сколько все его поведение не укладывалось в голове. Люди никогда так не поступали! Хотя, конечно, именно так они и ведут себя, когда возвращаются домой после долгой прогулки, облазив старые руины. Но...

Она посмотрела на бардак. На полу везде валялись бумаги, книги, канцелярские принадлежности. Непорядок. Она зачем-то наклонилась и подняла научный журнал. Затем еще один. А потом, будто увлеклась, принялась составлять все обратно на полки, стараясь вернуть комнате былой упорядоченный вид.

- Кстати, - Пьер вернулся в комнату, отпивая из кружки свежезаваренный чай. Ей, как гостю, не предложил. - Что ты здесь искала?

Волколак опять смущенно потупилась, как будто такие вещи неприлично рассказывать вслух. Пьер снова вздохнул, воздевая глаза к небу: то она без мыла пролезет в любую щель, чтобы бесцеремонно вставить свое ценное мнение, то слова не вытянешь.

И так, как она и рта не раскрыла, он просто занялся своими делами. Уселся за свой рабочий стол и принялся что-то там читать и редактировать, как, впрочем, и в любое другое время - как и в предыдущие до этого дни. Вот только вот ситуация была не прежняя! Вернее, прежняя, но он не знал, что она оборотень. Погоди... Или знал?

Она сглотнула, вдруг занервничав.

- Что ты читаешь? - как можно более ласковым голосом спросила она, стараясь вести себя как раньше, когда нужно задурить мужчине голову.

Пьер взял со стола телефон, открыл фотографию рисунка углем из того особняка и показал ей.

- Что ты об этом знаешь?

Девица побледнела.

Глава 12. Паутина

Паутина истекающего времени туго оплетала волка-оборотня, не давая продохнуть. Она была не в силах пошевелиться, чтобы не выдать свое волнение.

И она не могла поверить: он только сегодня узнал об этом особняке, уже туда сходил, и сразу же нашел то, что они прячут?! Ей захотелось стать невидимкой, лишь бы не быть здесь, в этой комнате, в этой ловушке.

Она уже тысячу раз пожалела, что выбрала именно его для того, чтобы получить доступ в интернет. Вернее, она увидела объявление о вакансии, обрадовалась, что можно будет целыми днями выходить безбоязненно в сеть и искать опасную информацию по крупицам, но ее ждало разочарование. Университетская сеть оказалась закрытой и хорошо защищенной. Нужно было либо охмурить нелюдимого айтишника, чтобы выведать чужой пароль (под своим палиться не хотелось), либо соблазнить какого-нибудь старого профессора, что тоже ее не прельщало.

Она остановила выбор на рассеянном боссе, тот хотя бы был симпатичен. С ним можно спокойно сидеть в его домашнем ноутбуке и делать, что вздумается. Например, воспользоваться его страничкой, чтобы опубликовать кое-какие слухи, на которые, кстати, пошел неплохой резонанс...

- Так что ты искала у меня в вещах? - Пьер положил телефон на место и уставился немигающим черным взглядом.

Смена темы! Волчица ухватилась за спасительную соломинку, радуясь, что не придется пояснять за угольные рисунки.

- Книгу, - потупилась она. Ожидала вопроса «Какую?», но дождалась лишь вздернутую бровь. Она разочарованно вздохнула: - Ту, что дала Антуану.

В ответ взлетела вторая бровь. Она искала книгу, которую дала Антуану?? У него?

- Вы же с ним старые друзья! - вспыхнула она, и автоматически села так, чтобы выигрышно смотреться, поправила декольте, закинула ногу на ногу в короткой юбочке. Потом вспомнила, что он знает, что это ее не настоящий облик, и немного потухла. - По вам сразу видно, что давно знакомы.

- Я не знаю Энтони, - покачал головой Пьер.

- «Энтони»! - подскочила она. - Видишь, ты называешь его Энтони! Только старые друзья его так называют!

Пьер скептически и с большим сомнением посмотрел на нее, и это подтолкнуло ее к тому, что она принялась горячо подтверждать свои слова. Рассказывать, что Антуан никогда ни с кем не общается и всегда бродит по парку в одиночестве. А тут, сам заговорил с Пьером и даже пошел с ним, когда тот позвал, и не куда-нибудь, а в кафе. К людям! И пил горячие напитки!

- Это же... - она не находила слов. - Нонсенс!

- Обычное дело, - не согласился Пьер.

- Не для него!

- И что же с ним не так?

Пьер склонил голову на бок, и девушка поняла, что он либо действительно не знает, либо водит ее за нос. А она, дура такая, тут что-то ему доказывает! Она вспыхнула, отодвинулась глубже в кресло и отвернула голову, отказываясь разговаривать.

Пьер снова тяжело вздохнул и воздел глаза к потолку. Ну почему, чтобы что-то выведать, нужно людей «пытать» и всячески к этому подталкивать. Разве она не сама для этого к нему пришла и сидит тут, ждет чего-то?!

- Так, - он быстро встал и подошел к ней. Ухватил за руку и рывком поставил на ноги. - Уходи!

Она ошеломленно посмотрела на сурового босса, не ожидая от него такой реакции. Да и силен оказался - она потирала запястье и не двигалась с места.

- Давай, давай, - пришлось Пьеру подталкивать ее в спину до самой входной двери, а там, открыть ее и выдворить ошеломленную девушку в подъезд.

Она не могла поверить, что ее просто вот так вот выставляют за дверь? Это возмутительно! Она шагнула обратно, а он выставил ладонь, останавливая ее. Показалось, будто он хочет выставить ей условие, какой-нибудь ультиматум для возвращения.

- Я обещал помочь Энтони, не тебе, - пояснил он свое решение. - Он, хотя бы, ничего не помнит. Не приходи больше.

И захлопнул дверь перед растерянной волчицей. Она подождала пять минут, ожидая, что это такой фокус, чтобы проучить ее, подождала десять минут, но шаги Пьера за дверью не возвращались. Нет, постойте, он, что ли, серьезно выставил ее вон, потому что она отказывается говорить? Да в смысле?!

Глава 13. Тень

Тень сомнения пробежала по мыслям Пьера. Такую беспринципную нахалку стоило сразу выставить из дома, не дожидаясь оправданий или слезливых историй о трудной ситуации, которых по итогу и не случилось. Но все же она девушка, хоть и волчица.

- Дом! - позвал он в пустоту квартиры, прислушиваясь к своим ощущениям. - Что скажешь о ней?

Пьера давно смущало, что дом так просто впустил девушку внутрь, и никак на нее не реагирует. Не то, чтобы старинный дух как-то в принципе реагировал на его девушек, но все же иногда проявлял вежливый интерес к некоторым личностям, заходящим к нему в гости. А тут вообще ноль реакции. Будто она пустое место.

- Ты о ком это? - глухо зашелестело по стенам, будто с чердака посыпался песок по щелям.

- О Ликандровой, моем секретаре. Она только что была тут.

- Да? - дом пошумел черепицами, будто мозгами пошевелил. И выдал эмоцию смущения, словно плечами пожал. Не знает, короче.

- Вера Вольфовна Ликандрова, - зачем-то разъяснил Пьер, вздыхая. - Прямым текстом ФИО. ВерВольф и ликантропия, что может быть очевиднее?

- А, ты о питомце? - обрадовался догадливый домик, и радостно «запрыгал», как собака вокруг хозяина. Именно такие бушующие эмоции полились на бедного Пьера.

- Питомец? - у него брови поползли вверх.

Серьезно? Дом воспринял девушку как питомца и поэтому не придал ей никакого значения? Однако! То есть, если в его квартиру нагрянет стая таких волков и нападет на хозяина квартиры, дом будет считать, что это хомячки расплодились и Пьер с ними играется??

Стоит серьезнее продумать защиту дома в этом плане. Хорошо, что спросил!

И... получается, он выставил несчастную собачонку на улицу, как злой хозяин пса в морозную погоду? Стоило вызвать ей хотя бы такси!

Пьер сорвал шинель с вешалки, сунул ноги в ботинки и выметнулся за дверь.

Девушку он едва поймал у самого выхода из подъезда.

- Погоди! - схватил за руку, останавливая. Она сердито обернулась, зыркнув злыми светло-карими глазами. - Такси вызову.

- Сама не безрукая! - фыркнула она, еще и телефоном потрясла, где отображалась карта и машинка, медленно ползущая по адресу. - Давно не ребенок, если ты не заметил!

- Хотя бы... - он сунул ей купюру в ладонь, чтобы оплатила дорогу, и спохватился. - Тебе есть куда идти?

Она снова полоснула по нему взглядом и упрямо сжала губы. Ясно. Разговаривать с ним все так же не собирается. Но денег-то на отель возьмет? На такси ведь взяла, не швыряет обратно в лицо.

Пьер вопросительно показал купюры... и от неожиданности отшатнулся. Так молниеносно она выхватила деньги, не забыв при этом выпустить когти и заодно полоснуть его по лицу. Брызнула кровь, окропив правое плечо шинели - Пьер ошеломленно прижал ладонь к исполосованной щеке.

Из-под его пальцев струилась кровь, а он лишь размышлял о том, что позволил ей себя достать. Всего лишь на мгновение притормозил, чтобы она успела выместить на нем свою злобу, но не подумал о том, что Вера не обычная девушка. Вместо пощечины или царапин ногтями, она рассекла острыми когтями кожу, выпустив их на два сантиметра длиннее, чем были, чтобы уж точно достать. Не сработали бы инстинкты Пьера - располосовала бы ему щеку на лоскуты и челюсть бы снесла. Почему он вечно ей поддается?

Довольная собой, волчица развернулась и потопала к машинке, которая как раз подъехала. Полностью насладиться триумфом ей не давал преследуемый запах крови. Брызги попали на ее одежду, испачкали пальцы и теперь будоражили инстинкты. Она с трудом держала себя в руках, чудовищными усилиями удерживая разум в человеческом теле. Не хватало ей еще позорно обернуться хищником и начать охоту прямо в центре города! Держись, волколак!

Пьер провожал ее взглядом, незаметно сращивая и обезболивая раны под ладонью лечебной магией, и хоть это выглядело ужасно - кровь под пальцами, стекающая по шее и впитывающаяся в одежду, он был в порядке. Мысленно сформировав маленький сгусток магии, он отправил его вслед девушке, чтобы выяснить, где она живет и чем занимается. Вряд ли Вера Вольфовна выйдет завтра на работу, а вот накрыть клан волколаков или хотя бы узнать о них побольше, определенно стоило.

Так же, как и разобраться в своих инстинктах. Кажется, точно такой же «жучок» он где-то сам подхватил, раз постоянно игнорирует очевидные факты. Заодно нужно поискать подобное сообщество и изучить повадки волков-оборотней, а то девица распоясалась, не признает в нем силу. Оно и понятно, волколаки людей ни во что не ставят, а вот как оборотня... Да и как оборотня, тоже вряд ли. Гусь волчаре не угроза.

Пьер принялся оттирать ладонь от крови влажной салфеткой, составляя план дальнейших действий, а люди обходили его по дуге, шарахаясь, едва завидев кровь.

------ * Верво́льф (нем.Werwolf) - волк-оборотень. Ликантропия - способность человека превращаться в волка. Волколак - славянское название волков-оборотней.

Глава 14. Трансформация

Трансформация пространства встряхнула весь дом на неосязаемом людьми уровне, воздух в комнате пошел волнами, будто нагретый солнцем морок в пустыне, и, наконец, облегченно взорвался искрящимся пламенем. Сквозь идеально ровный овальный разрыв между мирами неторопливо прошел громадный черный волчара с седым загривком и, ступив на непривычные лапам пластиковые доски ламината, оглянулся.

Там, в черном проеме портала стояла звездная ночь, шумели огромные ели, валунами громоздились развалины древнего строения. И там ему вслед смотрела стая волков. Желтые круглые глаза провожали с печалью, потом юный щенок вскинул голову к небу и тонко завыл. Его вой подхватили остальные, и портал схлопнулся, отсекая тоскливую песнь провожатых.

Волчара передернул «плечами», а потом весь заходил ходуном, будто отряхиваясь от воды - перевернулся вокруг себя и в неуловимый момент приземлился на пол голым человеком.

Пьер провел пятерней по спутанным замусоренным волосам, придирчиво понюхал правое плечо, потом левый локоть, и брезгливо сморщился. «Срочно в душ!»

- О-о-о, ты вернулся! - только сейчас среагировал на его появление дом, ощутив, что хозяин в квартире. - Ты куда-то уходил? - доброжелательно спросил он, «виляя хвостом».

- Прогулялся кое-куда, - кивнул Пьер, хватая ближайшее полотенце и направляясь в ванную. - Долго меня не было? - спросил он вверх, сразу врубая горячую воду.

Домик лишь зашуршал черепицей, смеясь над этим вопросом. Вопросы времени в пределах нескольких часов, а то и суток, его никогда не интересовали.

Но раз дух старинного здания не успел соскучиться, значит отсутствовал Пьер недолго, ну, по здешнему таймлайну*. Там-то он месяца два провел в звериной шкуре, перенимая привычки и повадки иномирских оборотней, чтобы даже знакомая Ликандрова не заподозрила в нем подвоха.

------ * таймлайн (timeline) - линия времени.

Глава 15. Подстриженная изгородь

Подстриженная изгородь встретила Антуана колючими ветками. Он намеревался пройти сквозь нее, но отчего-то застрял в самой ее середине, чем-то зацепившись - то ли шнурками, то ли кружевами на рубашке.

- Энтони! - позвал знакомый голос и Антуан обернулся. - Вам помочь? - смутно знакомый мужчина в черной шинели спешил к нему на помощь.

Споро распутав тесемки кружев, освободив их из лап изгороди, он взял его руки в свои горячие ладони.

- Вы опять продрогли, - заметил он, согревая его пальцы своими. Это казалось смутно знакомым. - Не хотите ли сладкого шоколада с капелькой коньячка? - подмигнул он.

- С превеликим удовольствием! - Антуан заметил, что и в самом деле замерз, как бродячая собака.

И вот они снова сидели в знакомом кафе, Лорд грел руки о чашку, не собираясь снимать свое пальто, хоть это было и неловко, сидеть вот так вот, за столом и в уличном. А Пьер снова скинул свою одежду и вздернул черные рукава, обнажив красивые запястья и плетеные браслеты на них.

- Вы прочли ту книжицу? - спросил Пьер, выдергивая Антуана из сонного блаженства. Пальцем он показывал ему на грудь и, не сразу сообразив зачем, Лорд с удивлением обнаружил у себя за пазухой занятную вещицу.

- А я думаю, что это мне тут мешает, - смущенно хохотнул Лорд, вытаскивая брошюру. - «Половинка персика», - с изумлением прочел он и задумчиво продолжил. - Знаете, такая история сейчас вспомнилась...

Енот на чердаке шуршал всю ночь и не давал уснуть. Маленький мальчик не знал, что это енот. Ему казалось, что неведомые чудища подкрадываются к нему со всех сторон, чтобы напасть и съесть. Неделю он вот так боялся, не высыпался, был рассеянным, а однажды не выдержал и рассказал папе. А папа, смеясь, взял его за руку и повел на тот самый чердак. Мальчик упирался, плакал, отказывался идти, но потом когда выяснилось, кто на самом деле шумел по ночам - мальчику стало стыдно. Но он испытал неимоверное облегчение. Все его страхи оказались лишь плодом его воображения!

Лорд Антуан весело рассмеялся, поражаясь самому себе.

Пьер же даже не улыбнулся. Еноты в Англии? И уж тем более в Питере? Чьи это воспоминания?

- А гортензии помните? А клематисы? Нет? - Пьер с тревогой смотрел на него, и Антуану стало не уютно. - Вы читали эту книгу? Прочтите. Прямо сейчас, - он взглянул на часы. - Пара часов у меня есть, я подожду.

Подталкиваемый ободряющими взглядами мужчины, Антуан нерешительно перевернул обложку и первый, титульный, лист.

Глава 16. Терраса в глубине осени

- «Терраса в глубине осени», - торжественно прочитал Антуан, светясь удовольствием. - Красивое название, скажите?

- Неплохое, - кивнул Пьер, подвигая ноги ближе к камину, чтобы подсушить мокрые ботинки. Взялся за фарфоровую чашечку с чаем и отставил мизинчик, повторяя за Энтони. - Метафоричное, нелогичное, заставляющее задуматься о философском в обыденном...

- Пьер! - засмеялся Антуан, не дослушав собеседника. - Ваша похвала выглядит как критика!

Пьер пожал плечами и отпил душистый глоточек. Но понял, что Лорд ждет неведомого ответа в затянувшемся молчании.

- Вы хотели слащавую похвалу? - спросил Пьер. - Я думал, вы спрашиваете мое мнение.

- Не обижайтесь! - Антуан наклонился к Пьеру и примирительно положил холодную ладонь на его руку. - Однако мне очень нравится, как вы тут все... облагородили!

Он обвел восхищенным взглядом старинные стены в полумраке позднего вечера. Весело стреляющий угольками камин, играющий светом живой огонь в нем, уютный фарфоровый сервиз в английском стиле, душистый чай создавали атмосферу. Чистота, порядок, отреставрированный особняк - все это могло бы быть таким, пожелай этого Энтони.

- Но все же, верните, как было, - попросил он.

Пьер взмахом руки убрал иллюзию, и разруха вернулась в свои владения. Обрушенный потолок, глыбы камней и мусора, два пыльных кресла, с трудом воткнутые рядом с остатками камина, зато настоящий, хоть и обычный костерок из веток и кусков сломанной мебели прямо на плитах пола и горячий чай из термоса.

- Я хотел, чтобы презентация вашего черновика прошла в подобающих условиях, - еле заметно улыбнулся Пьер, слушая, как ветер завывает в выбитые окна и перешептываются снаружи деревья. Звезды наверняка перемигивались за хмурыми тучами, но разгонять облака Пьеру не хотелось.

- Я вам очень благодарен! - Антуан свернул рулоном обычные распечатанные листы офисной бумаги со своей первой рукописью и спрятал за пазуху. - Я подумаю над вашим предложением, - кивнул он, вставая с пыльного кресла и отряхивая пальто от налипшего мусора.

Пьер допил чай из крышечки, закрутил термос и поднялся следом. Не хотелось покидать это уютное местечко, но Лорд никак не хотел признавать его своим и старался поскорее покинуть это заброшенное здание. А ведь какое могло бы получиться уникальное сооружение, согласись Антуан хотя бы начать оформлять права по владению фамильной собственностью. Правда, сперва нужно было восстановить его документы личности, а после - потратить много сил и финансов на реставрацию.

Но Пьер никуда не спешил. Надо было еще разобраться с оборотнями, которые всеми неправдами пытались «приручить» место силы и убрать всех, кто им в этом мешает. И Пьер догадывался зачем.

Глава 17. Острые листья

Острые листья и ветки клена царапали стекло. В темноте полуночи они казались живыми монстрами, скребущимися в подъездное окно теплого дома. Ветер нехило раскачивал макушки деревьев, предвещая шторм. Погодка была под стать настроению.

Пьер стоял у чердачного пролета, опершись спиной о подъездный подоконник, и в темноте «читал» книгу. Света на этажах не было, словно предвестник апокалипсиса постарался и здесь. Он ждал появления гостей.

- Ну как ты могла забыть? - послышался чей-то недовольный приглушенный голос с первого этажа. Кто-то вошел в дом, лязгнув металлической дверью. - Я же тебе показывала, где!

Они поднимались по ступенькам, чертыхаясь на темноту. Зачиркали зажигалкой, освещая себе дорогу.

- Это не тот подъезд, - в сомнении сказала вторая девушка.

Этот голос был знаком Пьеру. Без сомнения, это была Вера.

- Тот! - возразила ей первая. - Ты забыла адрес, зато остальное помнишь? - голос ее был саркастичен. - Я чую метку!

- Говорю тебе, не туда мы пришли! - Вера попыталась остановить подругу, но та перлась все выше и выше, следуя зову чутья. - Там был четвертый этаж...

- Я чувствую его. Оно где-то здесь! - девушка остановилась, принюхиваясь к чему-то, что находилось где-то выше. Но они уже достигли последнего этажа, а, значит, тут явно было что-то не так. Не живут люди на крыше.

Пьер громко захлопнул книгу, чем заставил девушек подпрыгнуть от неожиданности. Они только сейчас заметили в тени его призрачную фигуру. Он был словно видение - в полумраке мрачного подъезда. Свет фонаря из окна делал его полупрозрачным, будто бы даже сквозь одежду свет просачивался.

- Не это ищите, девочки? - спросил Пьер, помахав книжонкой.

- Это он! - мгновенно вызверились обе, кинувшись к нему в огромном прыжке, на ходу оборачиваясь волчицами. Одна хотела достать книгу, вторая мужчину.

Без промедления, Пьер обернулся к окну, распахивая форточку и сигая туда уже черной птицей. Захлопал крыльями, растворяясь в черноте ночи и шуме шторма.

Волчицы застряли в проеме, зазвенели стекла, идя трещинами. Чертыхаясь и огрызаясь друг на друга, они слезли с подоконника, понимая, что упустили добычу. Прыгать вслед за ним в окно было бессмысленно и небезопасно, слишком высоко, да и летать они не умели.

Пришлось возвращаться на ступеньки, рыкая и клацая зубами, оборачиваться в человеческий облик, и, дрожа от холода и ненависти, одеваться прямо на площадке в подъезде. И мчаться по ступенькам вниз и на улицу, на свежий морозный воздух, ища очертания птицы в звездном небе.

Странно, но от Пьера даже вещей не осталось. Был ли он настоящим?

Глава 18. Темные камни

Темные камни разрушенного особняка пахли листьями и дождями. Черный волчара пробирался по давно изученной тропинке, чутко отслеживая чужие запахи.

Стая волков-оборотней была в сборе. Точно так же, как и всегда - ровно в момент, когда растущая Луна сменяла направление на убывающую, они приходили к особняку, оборачиваясь волками, и в тысячный раз обновляли печать на стене. Это обязательно нужно было сделать угольком от какой-нибудь вещи, которая принадлежала этому дому. Но за столько лет все, что можно, было уже сожжено, поэтому приходилось обновлять рисунок вручную - выцарапывать. Это неимоверно и уже привычно раздражало.

В этот раз еще и парочка волчиц где-то задерживались.

- Время!! - рычал один из них, самый громадный.

- Ждать! - рявкал другой, напоминая, что разведчицы опаздывают не просто так. Они ушли за артефактом. Если у них все получится, их мучения кончатся.

- Время... - заскулила старая волчица, поджимая замерзающую лапку. Если они не успеют прочитать заклинание, все придется начинать заново, а у нее не осталось столько сил и дней жизни.

- Идут! - прошуршал молодой волк, на миг появляясь в поле зрения стаи, и снова исчезая.

Он и еще двое охраняли подступы к особняку от случайных прохожих. Чужого черного волка они не заметили, тот ничем не пах и двигался бесшумно, как тень.

Кошмарный сон провидицы-волчицы сбывался. Разведчицы пришли ни с чем. Ругаясь и препираясь, они устроили некрасивую заварушку, втянув в нее еще нескольких несдержанных волков. Споры им ничем бы не помогли, но унять злость было не так-то просто.

- Тихо! - скомандовал главный, и стая прижала уши, испугавшись его рыка.

Грозными взглядами расставив всех по местам, он поднял голову и уставился в небо. Хмурые обрывки туч то и дело скрывали лик Луны, но в нужный момент та всегда появлялась во всей красе. Надо было только дождаться, когда штормовой ветер разгонит серую небесную хмарь.

Яркий кругляш ночного светила с печальными глазами, выплыл из облаков и грустно принялся взирать на черную планету. Казалось, он заглядывал в самую душу каждого волка-оборотня.

- Сейчас! - приказал главный, и все дружно подняли голову, готовясь завыть привычную усталую песенку заклинания, даря ее этому миру и судьбе.

- Не стоит! - прошуршал чужой голос и его обладатель показался, легко взобравшись на гору мусора, что образовали обрушенные перекрытия.

Черный громадный волчара с седым загривком взирал на них сверху. Чужак!

Шерсть у волков вздыбилась. Они привычно шагнули, чтобы взять его в кольцо, но главный не позволил. «Сейчас!» - командовал он. Боднул одного и второго, возвращая в полукруг и сам с трудом оставаясь на месте. С чужаком должны разобраться охранники, которые почему-то пропустили его.

- Время! - взрыкнула старая волчица, призывая продолжать «петь» заклинание, потому что дорога была каждая секунда. Поднялся нестройный хор, вымораживающий человеческую душу. Не сразу, но привычно они взяли один ритм, отточенный годами.

Черный волчара ехидно фыркнул и завел свою, неподобающую ситуации песнь. Она шла вразрез с воем стаи, сбивая их с единого ровного хора. И был он куда громче - хриплый вой разносился по округе, вздыбливая шерсть у каждого, кто его слышал - от волка до самой маленькой домашней собачки.

Послышались слабые отголоски завываний, подхваченные городскими собаками, который доносился даже в глубину ночного парка.

- Взять!

Охранники появились ровно в тот момент, когда стая сбилась с упорядоченного хора, и прыгнули на чужака.

Весело тявкнув, Черный снялся с места и хитрыми зигзагами метнулся прочь из особняка, покидая мрачное место, продуманными заранее тропинками.

Время было упущено. Луна спряталась за серой мглой, в округе сразу стало сильно темнее, взбешенные волки погнались следом за чужаком.

- Стоять! - взвыла седая волчица, но стая исчезла во тьме, азартно погнавшись за чужаком, вслед за главарем.

Она переступала с лапки на лапку, будто ей было холодно стоять на мерзлом полу, и так как ждать сбежавшую стаю было бессмысленно - подняла голову и завыла одиночную песнь. Это не поможет, но других путей у нее не было.

Глава 19. Сентябрьский воздух

Сентябрьский воздух был влажен и прозрачен, он был еще согреваем золотыми лучами ласкового солнца. В отличие от него, октябрьский воздух уже сквозил морозными кристаллами и безжалостно продувал до самых костей.

Лорд Антуан зябко кутался в черное пальто, поднимал воротник и поправлял клетчатый шарфик, плотнее натягивая котелок на уши, но ничего из этого не помогало. Он ходил туда-сюда возле того самого кафе, не решаясь войти. Ему мерещился запах хвои и мандаринов, аромат шоколада с капелькой коньяка и дурманящий свежий сваренный кофе.

Внутри было тепло и весело. Люди входили и выходили, не замечая его. А он стоял на обочине праздника жизни, и пытался согреть дыханием свои замерзшие пальцы.

- Рокки! - позвал он, не надеясь ни на что. - Рокфор! К ноге, дружище!

Но его наигранно бодрый голос потонул во мраке ночи. Эта громадная черная псина куда-то подевалась. За те две недели, что он привык гулять с ней по вечерам, а потом коротать ночь у камина, Антуан сильно привязался к безмолвному путнику. Да и Пьер не жаловал его своим присутствием.

- Кого-то потерял? - спросил знакомый голос и Антуан в надежде обернулся.

- Пьер! - обрадовался он, услышав голос, но не видя собеседника. - Это вы, друг мой?

- Ждете кого-то еще? - весело уточнил он.

Пьер, наконец-то, показался в свете оранжевых фонарей, медленно приближаясь и как-то странно прихрамывая. Он шел из глубины парка, куда Антуан побоялся сунуться. Оттуда доносился жуткий вой, и идти домой в одиночестве очень не хотелось.

- Зайдем? - предложил Пьер, касаясь плеча Антуана и подталкивая к кафе. - Погреемся?

- Вы ранены? - озабоченно спросил Лорд, оглядывая приятеля, но не видя в нем никаких повреждений.

- Пустяки! - отмахнулся Пьер и посмотрел куда-то за плечо Лорда. - Кстати, хочу познакомить тебя кое с кем... Надеюсь, он станет твоим новым другом.

- Но я не хочу никого нового! - слова сами вырвались из уст Антуана, хотя они были очень невежливы по отношению к тому, с кем хотел его познакомить Пьер. Он доверял ему, но все же, не любил незнакомцев. - Простите, я не это имел в виду!

Антуан стушевался и нехотя обернулся. К ним нерешительно подходил забавный юный парнишка, который боязливо оглядывался на все вокруг и шарахался от всякого незнакомого звука. Да и одет он был очень странно, не по- здешнему. Не по-городски и не по сезону, наоборот, как-то по-летнему - холщовые брюки и рубашка. Но почему-то не замерзал, от него за метр веяло теплом, как от печки.

- Лорд Антуан! - пафосно и холодно представился англичанин, вежливо подавая руку незнакомцу.

Тот боязливо посмотрел на нее, потом на Пьера, потом сделал шаг назад. Как будто желал скрыться в темноте, а не торчать тут, под ярким фонарем.

Пьер заливисто засмеялся, сам пожал руку Лорду, который даже перчатку не снял по такому случаю, заодно поворачивая его за плечо и уводя к кафе.

- Но его имя? - возмутился Антуан.

- Сам придумаешь, - непонятно отмахнулся Пьер, дергая дверь кафе на себя.

Помещение встретило их теплом и уютом, манящими запахами. Рассевшись по своим привычным местам за любимый столик, Пьер отмахнулся от папочки с меню, сказав официантке: «Как обычно! - и спохватился. - Двойные порции!» Потому что с ними теперь был третий.

Парень во все глаза разглядывал непривычный интерьер и людей, и лишь зыркал на Пьера, проверяя его реакцию - если тот спокоен, значит происходящее норма? Но все равно, каждый громкий взрыв смеха или чей-то неожиданный возглас заставляли его подскакивать и нервничать.

«Дикарь какой-то», - нахмурился Антуан.

- Где ты его нашел? - спросил он у Пьера. Тот сидел за столом полностью одетый, но в какой-то момент шинель исчезла, и он остался в одной мерцающей футболке. Казалось, одежда на нем создана иллюзией. Но Антуана интересовал подросток, а не все эти фокусы.

- Сам привязался, - отмахнулся Пьер, весело разглядывая англичанина и дикого парнишку. Если бы не ноющая нога и бочина, от которых он изредка морщился, все было бы лучше некуда.

Глава 20. Черный

Черный волчара выскочил на середину площади, окруженной парковыми деревьями, и зачем-то остановился. Его тут же нагнала стая и окружила, скаля зубы и пытаясь достать, но почему-то не вступая в схватку. Переступали лапами, тяжело дышали и чего-то ждали.

Видимо, ситуация была не стандартная. Очевидно, здесь был в чем-то подвох.

Черный огрызался, не подпуская к себе близко, постоянно следя за периметром, не давая напасть со спины, но прорывать оцепление не спешил. Вперед вышел главарь, которому уступили место.

Луна выглянула из-за туч и осветила странное событие.

- Кто ты? - прорычал вожак, обходя Черного по кругу, тот зорко за ним следил. - Откуда взялся? Зачем нам помешал? - ему приходилось периодически трансформировать голосовой аппарат, иначе выходили только рычащие звуки.

Черный оскалил зубы, но отвечать не стал.

- Мы убьем тебя медленно! - заворчал главный, теряя терпение.

- Попробуй! - рыкнул Черный, и это была словно команда.

На него разом бросились самые слабые члены стаи. Будучи тут же отброшенными, они, скуля, отползли от битвы, зализывая раны. Получив жесткий отпор, они потеряли всякое желание драться.

Второй волной пошли волки посильнее. Но и им крепко досталось.

- Вы псы, а не волки! - Черный презрительно скривил морду. Привыкший к тому, что сперва нападают сильные, он был разочарован. - В вас слишком много человеческого! Отбросы.

«Псы» взревели и напали все разом, включая взбешенного главаря, и как следствие, помешали друг другу. Закрутилась заварушка, но и она была успешно отбита Черным.

Раскидав толпу, Черный не унялся:

- Кто вас учил так охотиться? Где тактика, где стратегия? - он описывал восьмерки туда-сюда, прожигая главаря желтым взглядом. - Вы самоучки? Сироты, выращенные человеком? Лучше бы вернулись к истокам и чтили заветы предков!

- Не твое дело! - вспыхнул главарь и щелкнул зубами, делая выпад к Черному.

Одновременно с этим послышался выстрел, разнесшийся глухим эхом над ночным парком. Затем второй.

Испуганные птицы снялись с веток.

Главарь нарочно отвлекал Черного, увидев, что один из «охранников», давно прячущийся в кустах, обернулся человеком и целится чужаку в спину. Только и Черный это тоже почувствовал. Сделал рывок вправо, рывок влево, уходя от пуль... но они все равно прошили его тело.

- Эти пули заговоренные, - заржал стреляющий, - всегда находят цель...

И осекся. Черный оказался у него за спиной мрачным мужчиной, и играючи отобрал пистолет. Толкнул беспринципного оборотня к стае и сам вышел в свет луны. Как ни странно, он был в одежде - черный бушлат играл на ветру.

- Это он! - Вера тут же опознала в нем Пьера, и кинулась было к нему, чтобы загрызть, но та же самая подруга ей помешала. Схватила за руку и что-то прорычала.

Вокруг творилось неладное. Волки испытывали дискомфорт - что-то их заставляло терять волчью внешность не по своей воле. Медленно и неотвратимо они становились двуногими, но все еще заросшими шерстью, клыкастые и хвостато-ушастые.

- Серебряная пыль, - прошептал вожак, догадавшись в чем дело. - Ты привел нас в ловушку... Умно!

Он единственный, кто не стоял на ногах, а потихоньку клонился к земле и бессильно на ней растянулся. Его тяжелое дыхание хрипло вырывалось из груди, вместе с капельками крови.

- Он ранен! - тут же всполошилась седая волчица и бросилась к лежащему.

Все тут же забыли про рассыпанную стружку серебра, которую ветер лениво перебирал, загоняя в углубления тротуарных плит. Недоволки-недолюди изумленно взирали на поверженного главаря.

- Это ты убил его! - воскликнула волчица светло-серого окраса и набросилась на стреляющего.

Тот изумленно хлопал глазами, не понимая, как это могло случиться. Но и терпеть кулаки любовницы главного тоже не стал, коротко отбросил ее в сторону и грозно рыкнул. Теперь, когда у той не было защиты любимого, он мог спокойно загрызть ее и никто бы ему не помешал.

Но все же, как так вышло? Он снова растерянно посмотрел на умирающего босса.

- Пули прошли насквозь, идиот! - зашипела та, что сопровождала Веру по адресу и чуяла магическую метку книги. - Где они, по-твоему, должны были оказаться?

- Этого не может быть! - отказался стреляющий. - Это невозможно!

- Как видишь, - прошептала та, кивая в сторону Пьера, - возможно.

Пьер зажимал рану в боку, пытаясь унять кровь, но ничего не получалось. По ноге тоже стекала горячая струйка, но так как одежда была лишь иллюзией видимости, ткань не намокала, и заметить можно было лишь по расширяющейся лужице крови на плитках под его подошвами.

- Он тоже умрет! - злорадно выдохнула Вера, как будто бы конфликт с Пьером был ее личной вендеттой. - Невозможно залечить раны, сделанные из заговоренного металла, - прошипела она.

Седая волчица горевала, гладя главаря по волосам, чувствуя, как утекают последние минуты его жизни: - Я думала, что уйду первой...

- Нужно вытащить пулю, - вмешался Пьер. Хромая, он подошел ближе, чтобы взглянуть.

- Идиот! - зашипела Верина подруга. - Нельзя трогать металл голыми руками! Сгоришь! Тем более, он все равно умрет!

Пьер лишь взмахом руки отогнал волков - незримая сила заставила их попятиться и остановиться на почтительном расстоянии. Лишь седая волчица осталась на месте, держа голову главаря у себя на коленях.

Пьер повел ладонью, пытаясь магией заставить пулю покинуть тело, но ничего не выходило. Пуля вздрагивала, крутилась, мелко дрожала, но не поддавалась. Главарь застонал от боли, и Пьер бросил попытки извлечь. Взял себя за подбородок и задумался. Напрямую руками брать нельзя, дистанционно магически не выходит. А что, если..?

Он мысленно увидел металл в груди оборотня, представил, что отступает от пули на некоторое расстояние, вырезает плоть, и этот кусок тела, окружающий зловещий цилиндр, заставил вылететь наружу. Кровавый кусок плоти зашипел, заструился кольцами дыма, тлел угольками, и Пьер, словно обжегшись, уронил извлеченную смерть на землю. С металлическим звоном она откатилась в углубление между плитками.

Пьер подошел и уставился на нее черным взглядом, сканируя ее свойства, пытаясь проникнуть в суть проклятия. Все шло прахом - будто сжигалась сама основа проникающего воздействия. Но мысль не сдавалась, искала причины, объясняющие это свойство. И внезапно Пьера озарило: «Антимагия!» Что-то, что по свойствам противоположно «волшебной» энергии.

Теперь понятно, почему у него не получалось зарастить плоть - та была заражена прикосновением заколдованной пули. Закрыв глаза, он заставил клетки тела отторгнуть зараженную антимагией материю и дело пошло веселее - раны начали затягиваться. Но чувствовалось, что процесс этот жутко затяжной.

Подойдя к истекающему кровью главарю, проделал тоже самое, проведя рукой над его телом. Главарь свободно и легче задышал, но в себя не пришел. Сможет ли его организм победить последствия заколдованного ранения?

Оборотни изумленно взирали на чужака.

- Кто ты? - выдохнул тот, кто стрелял. Теперь, когда главарь был «свергнут», ранг главного переходил в его руки. Но радоваться было рано.

Ответить Пьер не успел. Сбоку от них, на самом краю площадки образовался портал, и оборотни изумленно увидели других таких же оборотней. Там, в том мире был ясный день, громоздились высокие горы, и взирала на них стая волков. Один из них, самый мелкий и шустрый, бросился к Пьеру, но мать предусмотрительно цапнула его за ногу и оттащила подальше от перехода.

- Предки! - выдохнул кто-то из здешних.

«Предки» поманили к себе. В их взглядах не было злости или осуждения - они сострадали и хотели помочь своим непутевым родственниками, отколовшимся от семьи когда-то очень давно.

- Я возвращаюсь, - неожиданно сказала седая волчица. - У меня нет времени создавать все заново, я возвращаюсь.

Она с трудом поднялась на ноги и попыталась приподнять бывшего главаря. Сил не хватало, но один из молодых волков кинулся ей помочь и они вдвоем понесли раненного в портал. Там ему однозначно должны были помочь.

- Предатели! - фыркнул кто-то за их спиной.

- Вот что! - неожиданно от оставшихся оборотней отделился среднего возраста волк. - Главный низвергнут, а никто из вас не в силах его заменить. Я тоже возвращаюсь!

- И я, и я, и я! - вслед за ним большая половина оборотней отступила к порталу. В основном самые юные и волки постарше, умудренные полученным опытом.

- Стойте! - вскричал «новый» главарь. - Я закончу то, что не смог сделать главный!

- У тебя нет артефакта, - резонно заметил отступающий волк и показал неприличный жест.

- У него есть! - взвилась подруга Веры, ткнув в Пьера, про которого все позабыли.

- Ты про это? - Пьер выудил из воздуха злополучную брошюру и скучным голосом прочел лекцию: - Должен заметить, что Лорд Антуан многое вспомнил. Он никогда не подпишет эту книжечку, - фыркнул Пьер. - Не будет автографа, не будет отчуждения прав собственности. Вы ведь этого добивались? Зашифровали документ?

Пьер усилием воли заставил брошюру отомкнуться - она потеряла свою фантомную форму и развернулась в приличный свиток. Пьер пробежался глазами по юридически выверенным строчкам. Кивнув себе, что так и думал, он... сжег документ, вызвав на ладони пламя.

Пара взбешенных волков бросились на него, но внезапно уперлись в невидимую стену.

- И второй момент, - Пьер отряхнул ладони от пепла. - Эта печать все равно не имела бы силы.

- Отчего же?! - оборотню хотелось рвать и метать.

- Ваш главарь не сказал вам одну очень важную вещь, - Пьер прошелся туда-сюда, будто перед слушателями, собравшимися послушать его лекцию. - Отец вашего босса и ее муж, - он кивнул в сторону седой волчицы, - нарушил договор. Договор между людьми и оборотнями о ненападении.

Оборотни изумленно выдохнули.

- Откуда ты это знаешь? Все ты врешь! - запротестовали оставшиеся тут волки.

- Вам следовало бы изучать историю, - вздохнул лектор, и взмахом руки «размножил» книжицу, которую минуту назад уничтожил. Сверху на оборотней посыпались одинаковые свежеиспеченные экземпляры, каждому в свои руки, но это была лишь печатная копия многострадального артефакта, магической метки она не имела. - Столько времени книга была у вас под носом, а вы даже не удосужились ее прочесть!

- Но это вымысел, - запротестовал кто-то, выбрасывая книжку, но Пьер не обратил на глупый выкрик внимание.

- И третий момент, - Пьер заложил руки за спину, как профессор. - Лорд Антуан не совсем тот лорд Антуан, что вам нужен.

Пьер в сомнении почесал кончик носа, пока оборотни изумленно переглядывались. Кажется, они полностью поддались очарованию лектора - вели себя как студенты на паре.

- Он не автор книги? - спросил кто-то.

- Он не Энтони Брюм? - спросил второй.

- И да, и нет, - Пьер задумчиво потер висок.

- Да говори уже как есть! - вспыхнул третий, самый умный оборотень. Его все эти загадки уже достали.

- Начну издалека, - кивнул Пьер. - Как известно, издревле был заключен договор между оборотнями и людьми о ненападении, и веками обе стороны соблюдали договор. Пока однажды Главный на тот момент оборотень не напал на семью Лорда... - Пьер поморщился. Легче было бы рассказывать, имей волки привычку давать друг другу имена, а не числительные по рангу.

- Это ложь! - выкрикнула Вера.

- Он изначально родился заносчивым индивидуалистом, - качнул головой Пьер. - Не хотел чтить традиции семьи, не хотел никому подчиняться, хотел установить свои порядки...

- Это наша идеология! - патриотично выкрикнул ныне главный.

- Он захотел создать свое собственное общество. И для этого ему нужно было новое место силы. Место, где проводятся обряды, и где волки черпают свою мощь, совершенствуют свое тело, обретают контроль над перевоплощением, ну и так далее...

Оборотни переглянулись. «Откуда он столько про нас знает?»

- Место силы он тоже решил взять силой, - Пьер покачал головой, не согласный с методами героя этого рассказа.

- Усадьбу Лорда! - выкрикнул тот самый, который умный.

- Да, в Англии, - кивнул Пьер и оборотни опять удивились. - Он коварно напал на семью Антуана и...

- Какой Англии? - перебил умник, изумленно показывая себе за спину на разрушенный временем особняк, из-за которого вся грызня и пошла. - Мы в России!

- Все верно. Усадьбу в Англии ваш главарь сразу же профукал, поэтому вашей стае пришлось бежать в Россию, где у Лорда был еще один фамильный особняк, который был подарен его семье за особые заслуги правящим на тот момент монархом.

- То есть, - умник обалдело посмотрел на товарищей, - не построенный Лордами?

- Перешедший из чужих рук? - не поверил кто-то еще.

- Вера, подтверди, - Пьер посмотрел на свою «секретаршу». - Благодаря твоей заметке группа «Археологи» докопалась до сути. Все выкладки и результаты исследований в открытом доступе.

«Вера» кинула злой взгляд на босса, и заиграла желваками.

- Не, я так не играю! - умник разочарованно рубанул воздух ладонью, зло сплюнул и потопал вслед за ушедшими в портал. За ним последовала еще кучка, поддержавшая товарища и поверившая в слова Пьера.

- Он все врет! - отчаянно крикнула Вера, но ее никто не слушал. - Мы найдем другой особняк, - с отчаянным выражением на лице она обратился к новому главному. Тот в задумчивости размышлял над сложившейся ситуацией.

- Есть и четвертый момент...

- Заткнись! - заорала Вера.

- Говори, - разрешил свежеиспеченный главный. Не сильный в традициях, выросший вдали от дома, сильно позже раскола стаи, и потому не ведающий всех тонкостей, он хотел знать хоть что-то.

- Отец Лорда подозревал, что оборотни затевают предательство, - тихо проговорил Пьер и его голос прошелестел над застывшим парком. - Спешно покинув дом, он нашел силу, способную сберечь его семью...

- Он опоздал! - зло выкрикнула Вера.

- Да, он не успел всего на какую-то четверть часа. Иначе смог бы спасти всех...

- Он стал слизнем! - перебила Вера. - Это ли спасение?! - она обернулась к волкам. - Быть поглощенным сыростью! Быть никем!

Пьер кивнул: - Он заключил договор с природными силами. Туман с древности был территорией богов, - пространно продолжил он, - и считался священным запретным местом, туда никто не смел входить. Издревле верили, что неожиданно возникший густой непроницаемый туман непривычного цвета является дверью в иные миры. Есть старинные легенды про туман у каждого народа... Чего уж говорить, даже самый обычный туман в силах изменить историю. Например, война Алой и Белой розы, когда благодаря густому туману воины Эдуарда IV сумели расправиться со значительно превосходящей их силой...

- Что ты его слушаешь? - Вера накинулась на главного, и тот будто очнулся от наваждения. - Идем! - она схватила его за руку и потащила прочь от босса-злодея.

- Стоять! - тихо сказал Пьер, и оборотни воткнулись носом в невидимую преграду. Видя такую ситуацию, жалкие остатки их стаи тоже попробовали сбежать, но увязли будто в киселе. - Вы и ваш родоначальник давно нарушаете древний договор, - Пьер шел к ним, грозно нахмурив брови. - У вас есть выбор. Либо вы подчиняетесь заветам своих предков и возвращаетесь в семью, - он кивнул в сторону портала, - либо подчиняетесь человеческим законам и тогда можете остаться.

- А иначе что? - выкрикнула Вера, не бросая попыток выбраться из ловушки.

- А иначе, - Пьер убрал преграду и волки посыпались от неожиданности, - я приду за вами! - Он очень мило улыбнулся, потому что это была не самая страшная угроза: - Или, что хуже, сэр Туман.

Дрожь брезгливости и страха, будто сырость пробралась за шиворот оборотням и осела там холодными каплями пробрала до печенок. Переглянувшись, они резко взяли старт, стараясь убежать как можно дальше отсюда.

Вера задержалась всего на несколько секунд, чтобы зло пообещать: «Я тебе это припомню!» - и точно так же исчезла, скрывшись в ночной темноте.

Пьер пожал плечами и послал ей вслед еще один магический маячок, заглушающий ее ненависть о происшедшем. Завтра утром на работу выйдет секретарь Вера Вольфовна и будет она, как обычно, мила и профессиональна.

Заодно по шпионскому магическому жучку досталось каждому оборотню-ренегату. Хлопотно это, конечно, следить за ними! Проще было силой отправить их обратно, пусть бы предки воспитывали из людей волков...

- Семнадцатый, стой! - вдруг послышался выкрик от портала и Пьер с изумлением увидел, как оттуда к нему несется младший «племяш».

Малой нисколько не боялся перехода между мирами, тогда как его родственники кинулись за ним, но отступили перед огненными всполохами.

- Пьер! - щенок бросился в ноги «дяди» и прижался пушистым боком. Задрожал от радости и переполняющих эмоций. А еще начал трансформироваться в человека, потому что серебряная стружка вилась вокруг в воздухе искристой пылью, поднимаемая ветром.

Пьер тяжело вздохнул, помял переносицу пальцами и еще раз тяжело вздохнул. Успокаивающе кивнул матери этого юнца и закрыл портал взмахом руки. Не сейчас, так позже, малой сделает это и кто знает, что с ним случится, когда присмотреть будет некому.

- И что мне с тобой делать? - вопросил Пьер, с изумлением наблюдая, что щен оказался продуманным парнем. Прежде чем ломануться в новый мир, схватил зубами свои вещи, и сейчас надевал рубаху и брюки.

Пьер лишь наколдовал ему обувку, которой не знали в том мире, где всегда лето.

- Я буду жить с тобой! - радостно заявил щен. - Ты научишь меня всему новому.

- Я буду все время занят, - не согласился Пьер. - Мне даже выгуливать тебя будет некогда!

- Я сам, - отнекался малой. - Я смогу, я научусь всему!

- Тебе будет одиноко и ты будешь выть с моего балкона, мешая мне работать, - заранее спрогнозировал Пьер, а потом прищурился, будто ему в голову пришла одна идея. - А впрочем, есть кое-кто, абсолютно ничем не занятый... Он очень любит гулять целыми сутками.

Глава 21. Каллиграфический почерк

Каллиграфический почерк Лорда Антуана был просто услаждением для взора. Но плохо знакомый с правилами русского языка и не сильно отличаясь грамотностью (в восемь лет мало кто владеет такими навыками), Антуан делал множество ошибок. Он просил Пьера выверить рукописи.

И теперь Пьеру приходилось брать на себя еще и роль редактора: он исправлял ошибки, набивая текст на компьютере, распечатывал и приносил автору. Тот хмуро перечитывал получившиеся строки, спорил по каждому пункту, поясняя свою «очевидную» мысль, не столь верно понятую другом, и вновь своим каллиграфическим почерком заполнял белые поля машинописных листов.

Это уже была третья правка эпопеи «Террасы в глубине осени», и будто этого мало, Антуан принес еще ворох исписанных листов вдогонку к первым. Чем больше он изливал на бумагу воспоминания, тем больше этих самых обрывков прошлого всплывало в его голове. А записывая мемуары, у него складывалась вполне очевидная мозаика случившегося когда-то очень давно.

- Я говорил с издателями «Половинки персика», - сказал Пьер, отпивая английский чаек из кружечки. Он раскованно закинул нога на ногу, щиколоткой на колено, одетый по-домашнему. - У них есть сомнения по поводу подлинности твоего имени, но так как стиль повествования совпадает, они готовы...

- А что не так с моим именем? - взбрыкнул Антуан, перебив Пьера.

- Все так, - пожал плечами Пьер.

Почему бы не существовать еще одному Энтони Брюму? Отец, сын, правнук - какая разница? Да хоть авторский псевдоним! Пишет же хорошо. Да и издательству так понравилась идея - продолжить серию, начатую загадочным англичанином, что они закрыли глаза, если это было фикцией. Но оно не было.

- Кстати, Пьер, - Антуан оторвался от своих записей, вспомнив о чем-то. - А где Рокки? Ну, тот большой черный пес, что охранял меня, пока оборотни куда-то не исчезли, - пояснил он, уловив странный взгляд Пьера.

Пьер смотрел на Энтони и даже не знал, как и начать. Говорить правду не хотелось. Думалось, что Энтони и не захотел бы знать правду. Одно дело щенок, Семнадцатый, который с младенчества привык быть волком! Да еще и был игривым подростком, для которого сопровождать старшего и слушаться его это норма поведения. Другое дело он.

Для него образ был лишь маскировкой, не был он никогда волком или даже собакой, даже не мечтал. И вот так, как Щен, лежать в ногах на полу у хозяина или прыгать на коленях у Энтони, вылизывая его щеки, этого Пьер себе не позволял. Вернее, не опускался. Он в обязательном порядке оккупировал самое удобное кресло для лежания и уворачивался от ласковых пальцев Лорда. Даже куснул однажды, чтобы тот не лез со своими нежностями.

Антуан, уловив смятение друга, и будто почувствовав запретную грань, поспешно сменил тему:

- Неважно! - отмахнулся он, погружаясь в свои заметки на полях. - Надеюсь, у него все хорошо... Мне иногда его не хватает.

Щенок по имени Щен обиженно приподнял голову, но смекнув что-то, бросил взгляд на Пьера, заискрился улыбкой и снова вернулся в блаженное ничего неделание. Валяться на прохладных досках пола, когда бока и хвост припекает тепло камина - было особенное удовольствие.

Пьер задумчиво почесал шею. Стоило ли это того? Однозначно! Насколько бы тепло и уважительно не относился Лорд к Пьеру, однако еще ни разу не пригласил друга к себе в гости. Он даже согласился взять разрушенный особняк под опеку и начать реставрацию, чтобы было где проводить вечера с друзьями.

А вот Черному волчаре беспрепятственно довелось пожить в сумрачном таинственном домике сэра Тумана, куда входа не было ни для кого из живых. Что было странно, учитывая прошлое Лорда и то ужасное знакомство с волками-оборотнями, что у него случилось.

Кажется, Энтони хранит еще множество загадок, которые было бы интересно разгадать...