Виктимарий

Глава 1

В процессе написания текста ни одно животное не пострадало

--Сверчки… -- покупательница, склонив голову, залюбовалась обитателями вольера. – Они такие милые…

--Да, -- пояснила Зоряна, -- хотя обычно для размена и на выезд берут тараканов.

--Тараканов? – плохо выщипанные брови поползли вверх. – Почему?

--Они неприхотливы, легки в переноске и быстро размножаются. У нас есть несколько разновидностей. Вот, посмотрите – дальше налево на стеллаже. Хотя, конечно, более редкие виды – белых мадагаскарских, или бори-тараканов, надо заказывать специально.

--Нет… тараканы мне как-то не очень… а что у вас еще есть?

--Для мобильных действий берут мышей, крыс, лягушек. Для работы на стационаре – морских свинок, кошек и кроликов. Это вон в тех вольерах, посмотрите, пожалуйста.

Покупательница шмыгнула к вольерам с правой стороны магазина. Большого толку от нее Зоряна не ожидала. Дамочка явно из тех, кто пытается приобщиться к Искусству по самоучителю. Может быть, посещала краткосрочные курсы, где с нее слупили плату, но не потрудились объяснить азы.

--Но они такие милые…-- дамочка смотрела, как черные кролики хрупают морковкой. – Пушистенькие…Как же их?

--Исходя из необходимости, -- Зоряна достаточно долго работала в магазине, и приобрела некоторую выдержку, позволяющую не сообщать даме, что она дура. А также перенести следующее« а что у вас еще есть?», провести ее вдоль клеток с птицами, поясняя, в каких случаях используются петухи, а в каких – куры. И чем отличается работа с воронами от работы с попугаями.

Хорошо, что дама не потребовала собак. Независимо от породы, собаки попадали в реестр «крупные млекопитающие», каковой запрещал продажу частным лицам, тем более , не имеющим диплома.

Как и следовало ожидать, дамочка, обойдя весь магазин, вернулась к тараканам. Похоже, дура не безнадежная. Хватило у нее ума сообразить, что с кем покрупнее она не справится. Хотя, конечно… в ее возрасте внукам надо попы вытирать, а не Искусству обучаться.

Зоряна выписала чек – правила требовали, чтоб покупатель, приобретающий даже самое мелкое существо, оставлял свои данные ( и даму, ежели кому интересно, звали Цветана Сташкова, проживающая по адресу бульвар Божидар, 12, корпус Б). Запаковала коробку с тараканами и приняла плату. И довольная госпожа Сташкова покинула уютный магазинчик «Все для жертвоприношений» под вывеской с чашей и ритуальным ножом-атаме.

Зоряна уселась у прилавка с учебником по маркетингу. В ритуальный зоомагазин она пришла после школы,где старшие классы имели уклон в менеджмент. Разослала резюме в несколько фирм, но вакансия для сотрудницы без рабочего стажа нашлась только здесь. Работа ей, в общем, нравилась, но оставаться продавщицей до конца дней Зоряна не собиралась. Даром она не обладала, и , будучи девушкой здравомыслящей, осознавала это. Сейчас она готовилась к экзаменам на заочное отделение экономического факультета. Шеф не возражал, тем более лето – мертвый сезон…

Звякнул колокольчик у двери, и Зоряна спрятала учебник под прилавок. Ну вот, накликала… хотя жаловаться нечего, от покупателей зависит жалованье.

Если это, конечно, покупатель.

Могла нагрянуть проверка из санитарно-эпидемической службы или из Коллегии волхвов. Могли, что хуже, заявиться защитники прав животных, много их развелось в последнее время. Ну что за люди? Ведь знают, что без жертвы ритуал вызова не происходит. Это же ясно, как дважды два. – четыре. Так нет, протестуют. Отчасти из-за таких, как они, чародеи и вынуждены были использовать насекомых вместо животных. Не то, чтобы торговля из-за этого ухудшилась – тараканов брали бойко, особенно дилетанты, их не жалко, тараканов, в смысле. Хотя и дилетантов тоже.

Но борцы и в особенности борчихи, как увидят в вольерах кошечек и морских свинок – сразу в штыки. И то обстоятельство, что у нас есть лицензия, их не волнует. Пикеты устраивают, витрины бьют. Такое чувство, что они ради морских свинок сами кого угодно в жертву принесут.

Но это оказался не инспектор и не активист «Стражей природы». И не покупатель. Правда, иногда покупки здесь он делал. За время работы Зоряна успела с ним познакомиться.

--Добрый день, господин Кадоган, -- сказала она и нажала кнопку селектора. – Шеф, это к вам.

Вук Милич, владелец магазина, появился из внутренней двери. В отличие от большинства своих клиентов он дилетантом не был. Дипломированный стригой, выпускник высшей шоломонарии в Сармизегетузе, он предпочел карьере сравнительно спокойную жизнь в качестве хозяина жертвенного магазина.

Насколько было известно Зоряне, господин Кадоган был приятелем шефа с давних лет. Он-то карьерой не пренебрегал и работал на Коллегию волхвов – или как это у них там в Альбионе называется. В Трансбалканию приезжал в командировки и во время визитов в Светоград заходил повидать старого друга.

Они и вправду были старыми с точки зрения Зоряны – наверняка за сорок! – и являли собою полную противоположность: плотный, даже несколько грузный владелец магазина с седеющими лохмами и отвислыми усами, и сухощавый подтянутый альбионец с бритой головой и ритуальной татуировкой на лице. Усы он тоже носил, но аккуратно подстриженные.

--Привет, старина. Как здоровье?

--Не жалуюсь. А твое?

--Могло быть и лучше. Ну что, зайдешь ко мне?

--Сварить кофе? – предложила Зоряна.

--Не надо, я сам.

Честно говоря, Зоряна была рада, что шеф отказался. Они там в кабинете наверняка курить будут, а она не любила табачного дыма.

Кадоган достал юкатанскую сигару, пока Миличв маленькой кухоньке готовил кофе. Хозяин предпочитал курить трубку. А гость, признаться, предпочел бы чай, но будучи за границей, с уважением относился к местным обычаям.

Они были знакомы со студенческих лет. Брайс Кадоган приехал в Сармизегетузу из Акве Сулис по обмену. Вернувшись, поступил на службу и сейчас был чиновником при Большом круге друидов Альбиона. Вук Милич не сомневался, что сюда он прибыл по поручению своего руководства, и все же, разлив кофе по чашкам, спросил, соблюдая приличия?

--Ты в отпуске или по служебным делам?

--По служебным. И, возможно, мне понадобиться твоя консультация. Профессиональная.

--Вот как? По части вызова ты всегда был сильнее меня. Я, по правде говоря, давно забросил это дело…

--Да, но ты специалист по жертвам. И специфика может быть… местная.

--Не понимаю, что специфического ты собираешься здесь найти. –Милич отпил кофе. – Во всем Азиопском союзе действует один и тот же реестр жертв. Конечно, в других краях есть отличия… – Он полюбовался на тонкий ханьский фарфор чашки, особенно хрупкий в его сильных пальцах. – Но мы ведь не ханьцы, чтоб довольствоваться бумажными и соломенными подобиями жертв… -- Тон был шуточный, хотя тема для человека его профессии – больная. Пресловутые «Стражи природы» все громче требовали через прессу, чтоб маги, волхвы и заклинатели последовали в этом отношении примеру ханьцев. И убедить их, что тамошняя магия имеет принципиально иную основу, было совершенно невозможно.

--Рассказал бы я тебе, что мне известно о некоторых ханьских ритуалах… впрочем, к делу это отношения не имеет.

Далее Кадоган выждал, пока его собеседник допьет кофе и раскурит трубку. И лишь после того, как к низкому потолку кабинета поднялось несколько колец дыма, альбионец спросил:

--Скажи, у тебя в последние месяцы не было… необычных заказов?

--Что ты имеешь в виду под «необычным»? У меня совершенно стандартный ассортимент. Ничего экзотичней попугаев не держу.

--Необычный – не значит «экзотичный». Например, жабы. Нетопыри. Большие партии кошек…

--Нет, ничего такого не было. Хотя не будем разыгрывать святую невинность. Далеко не все колдуны, особенно не лицензированные, приобретают объекты жертвоприношений официально. У нас говорят : «Знаешь, как определить, что в квартале поселился вражитор? В округе исчезли все кошки». И вообще, я бы предпочел, чтоб ты изложил суть дела.

Кадоган затушил окурок сигары в пепельнице в виде головы балавра.

--Ни за что не поверю, будто ты не слышал рассуждений о том, будто магия в наши дни значительно ослабла.

--Конечно, слышал. Они не были новы в пору нашей юности, и наверняка будут продолжаться после нашей смерти.

--Да. Но в последнее время в них наметилась опасная тенденция. Утверждают, будто это происходит не вследствие естественной исчерпанности магических источников энергии и перехода на технологии. Будто бы всему виной нарушение определяющих принципов в ритуале вызова.

--Как это? Ритуальная магия и строится на незыблемости традиций.

Кадоган вздохнул.

--Тебе прекрасно известно, что все абсолютно все культуры начинали с человеческих жертвоприношений. И у нас в Альбионе, и у вас. А уж что творилось в Старой империи после победы пунов в Трехсотлетней войне... Но потом постепенно нравы смягчились, и в большинстве стран пролитие человеческой крови стало считаться нецелесообразным. Людей заменили животными. А дальше... сам принцип: магическая сущность отвечает на призыв только в обмен на чью-то жизнь - безусловно, сохраняется. Однако опасные утверждения состоят в том, будто чем незначительнее существо, приносимое в жертву, тем слабее отвечающая сущность. В древности на жертву сотни быков отзывались духи такого порядка, что их признавали богами. А кто придет на жертву мышей и тараканов?

--Я бы не сказал, что это такая уж ересь. Разве случайно, что жертвоприношение крупных животных, в первую очередь быков и коней, закреплено исключительно за государственными магами?

--Да, но представь, что гекатомбу или ашвамедху попытались провести люди недостаточно компетентные?

--А что... были прецеденты?

--Полноценной гекатомбы не случалось. Сам понимаешь, сотню быков частному лицу принести в жертву трудно. И физически, и материально. До человеческих жертвоприношений тоже, к счастью, не дошло. Но — это между нами – попытки выйти за рамки дозволенного законом имели место.

--Они всегда бывали.

--Но не с летальным исходом... а их случилось несколько. Остальных сторонников этой опасной теории удалось арестовать. Однако мое руководство считает, что у них имеются единомышленники на континенте, в частности здесь, в Светограде.

Милич выколотил трубку в пепельницу.

--Значит, говоришь, жабы, нетопыри и кошки в количествах. Этот, как его...тагайрм.

--Да.Ритуал, который как считалось, вышел из употребления лет двести назад. Но его снова пытаются возродить.

--Я постараюсь узнать по своим каналам. Но, согласись, у соответственных органов для этого больше возможностей. Почему ты не обратился к ним?

--Потому что мое руководство не желает, чтоб дело получило огласку. А ваши трансбалканские службы деликатностью не отличаются. И если за это уцепятся СМИ, могут быть неприятные последствия.

--А понятней нельзя?

--Видишь ли, сейчас нестабильная ситуация. Смятение умов. Близится дата, обозначенная в календарях жрецов Юкатанской империи...

--О Триглав! – Милич развел руками, чуть не уронив чашку.-- А еще нас считают отсталой страной. Альбионцы, просвещенные мореплаватели – и верите в эту чушь про конец света? Или ты забыл, сколько шуму было лет десять назад вокруг «Универсалий» бен-Эфраима? В них тоже вычитывали пророчество о конце всего сущего, хотя что он мог напророчить, это сектант -единобожец? Но указанная дата прошла — и мы живы себе.

--Мы это понимаем, а широкая публика – нет. Немало людей склонно к необдуманным действиям. И если они решат, что возрождение жертвенных кровопролитий может отодвинуть конец света...

--Пожалуй, ты прав, – после паузы произнес Милич. – В таком случае постараюсь навести справки на черном рынке. Я не слишком часто с ним контактирую — не потому что так уж законопослушен, а просто ленив. Мне хватает того, что у меня есть. Но эта публика похваляется тем, что для церемониала может достать любое животное – от варанов до слонов, были б деньги плочены. Хотя сдается мне, что насчет слонов они преувеличивают.

– Согласен. Я со своей стороны поработаю с контактами в Коллегии волхвов. Там есть некоторые наши однокурсники, может, им что известно.

Альбионец встал.

--Что ж, спасибо за кофе. Извини, что затрудняю тебя.

--Будешь моим должником.

----

Вук Милич не солгал относительно редкости своих контактов с черным рынком Светограда – впрочем, он вообще редко затруднял себя ложью.

Везде, где существует легальная торговля, есть и нелегальная. Тем более, в таком городе, как Светоград, где власти обычно глядели на это явление сквозь пальцы. Не то, чтоб жители столицы были как-то особенно порочны. На рынок обращались большей частью по очень простой причине — ходовой товар здесь стоил значительно дешевле, чем аналогичный в магазине — сертифицированный, из питомника. Не гоняться же за такими, кто экономии ради, разводит тараканов у себя в квартире или ловит бродячих котов. Облавы случались только в случае очень уж наглых ограблений государственных питомников-виктимариевили уважаемых магов, когда похищенное могло найти сбыт на рынке. Но, разумеется, настоящие крупные сделки заключались вдали от развалин амфитеатра времен Пунийской империи, где обычно собирались торговцы. И суммы через черных дилеров проходили серьезные. В последний раз Вук слышал о скандале, связанном с теневыми дельцами, когда секуристы конфисковали предназначенного к продаже детеныша яицкого тигра ( не слон, но по стоимости сопоставимо).

Сам Милич обращался к услугам рынка по двум возможным причинам – поставщики задерживали товар, либо заказчики требовали что-то действительно экзотическое, вроде гремучих змей. Обе ситуации возникали нечасто, но все же возникали. Поэтому деловые люди на рынке отличали хозяина магазина и от агентов-секуристов, и от волхвующих недоучек, которым все лишь бы подешевле, и плевать, что искомая гадюка в результате оказывается ужом, а у «черной кошки без единого светлого волоска», каковая требуется для некоторых церемоний, при ближайшем рассмотрении оказываются плохо закрашенная белая грудь и лапы.

Кстати о кошках. Количество заклинаний, проводимых с их участием, было чрезвычайно велико, и этот товар пользовался непреходящим спросом. Правда, ритуалы плодородия, где, как правило, в жертву приносились кошки в большомчисле, в последние десятилетия стали считаться варварскими и вышли из моды. Но церемонии, где требовалось не больше одного животного — от приворотных до противопожарных, по прежнему были популярны, и никакие борцы за права животных не могли ничего с этим поделать. Хорошо, что кошки так быстро плодились. Поэтому Вук решил начать с расспросов о них — это не вызовет подозрения. А там можно будет и к другим материям перейти.

Но результат изысканий оказался нулевой. Повышенного интереса на рынке к оптовым партиям кошек не наблюдалось. Летучих мышей не заказывали. Жаб брали, но в количествах, не превышающих обычное. Из этого следовало — либо те, кто желали вызывать опасные сущности, действовали за пределами черного рынка, либо Круг друидов Альбиона просто решил перестраховаться, и занимается швырянием камней по кустам, в надежде таким образом убить зайца. Или кота. В самом деле ,Трансбалкания – страна с мощнейшими магическими традициями, и если искать на континенте магов-возрожденцев, то где-то здесь. Но ведь Брайс сам признался, что никаких конкретных оснований для поисков в этом регионе у него нет ( и, похоже, не солгал). Только подозрения. А на эти подозрения можно бы ответить так: традиции традициями, и тех, кто занимается магией — профессионально или любительски, тут, вероятно, больше, чем где-либо в Азиопе, но....здесь слишком любят получать удовольствие от жизни, чтоб напрягаться по указанному поводу. Магия помогает решить разнообразные бытовые проблемы, вроде ухода за цветником или огородом, хранения скоропортящихся продуктов, и позволяет женщинам казаться привлекательными, а мужчинам наилучшим образом на эту привлекательность реагировать. С помощью магии можно навредить врагу или, наоборот, защититься. Как правило, подобные действия запрещены законодательно, но всегда можно найти возможность обойти закон. Но – изобретать... или, скажем, возрождать способы вызова могущественного духа, при том, что этот дух способен тебя же и разорвать в клочья, как это случалось в темные века, и видимо, теперь происходит на родине Брайса? Увольте. На подобное способен только какой-нибудь сумрачный альбионский гений.

Зачем, когда можно курить в прохладе кабинета, глядя на лозы , оплетающие каменную ограду палисадника, на наливающиеся под ярким солнцем темно-лиловые кисти винограда? А потом, когда дневная жара спадет, прогулятьсядо ближайшей харчевни, где так славно готовят жареную баранину с бакладжанами — и если хозяин использует для этого какую-то кухонную магию, честь ему и хвала. А потом, все так же, с трубкой и кофе, сыграть с соседом пару-тройку партий в шашки, а потом, независимо от того, за кем остался выигрыш, заказать и распить бутылку сливовицы? Это прекрасно, и те, кто упрекает Милича, что он не использует свой талант, хотя мог бы стать государственным магом и служить его величеству, либо достичь известных высот в Коллегии волхвов – лукавят и лицемерят. Соотечественники его всегда поймут. Даже Кадоган – и тот поймет. Он все-таки достаточно здесь прожил.

Однако это красивые слова, – хотя трансбалканцы любят все красивое, это укладывается в понятие «получать удовольствие от жизни», – а итог один. Точнее, нет итога. Он не смог помочь однокурснику.

Глава 2

Вернувшись из похода в город, Милич застал помянутого однокурсника в магазине. Тот беседовал, точнее, в старомодном стиле любезничал с Зоряной. Конечно, он не стал бы отвлекать девушку, если б она занималась покупателями. Но магазин «Все для жертвоприношений» пустовал. Мертвый сезон, будь он неладен.

Милич, поздоровавшись, спросил у продавщицы, как дела. Скорее для порядка. И так было ясно, что ничего особенного не произошло.

И верно Зоряна ответила, что с утра заходило несколько человек, но брали по мелочи, мышей, в основном. И предлога отложить разговор не предвиделось. Ну да ладно, отсутствие новостей – тоже новости.

В кабинете Вук сообщил Кадогану о своих наблюдениях и выводах из них.

--Одно из двух — или контакты происходили на том уровне, который мне недоступен, или у них другие источники . Если ты, конечно, не ошибаешься, и некондиционные жертвоприношения все же происходят. Но это узнавай в Коллегии волхвов. Надеюсь, там к тебе будут благосклонны. Из всех иностранцев у нас особо любят альбионцев,со времен публикации трудов достопочтенного Брайана Шонесси, которые сделали трансбалканской магии, как нынче говорят грандиозный пиар.

Кадоган поморщился.

--Ну уж, кому, как не тебе, знать, что Шонесси с настоящей дакийской магией был знаком довольно плохо, а зияющие пробелы в познаниях заполнял собственными вымыслами. А поскольку он, к несчастью, обладал явным литературным талантом — в отличие от таланта магика, эти вымыслы затмили скучные факты. Ему бы романы писать, а не труды по истории магии...

--Тем не менее, «Книга теней» обеспечивает шоломонариям приток иностранных студентов, а стало быть, дотации и престиж.

–... А вымыслы достопочтенного включаются в самоучители по Искусству и выкладываются на многочисленных сайтах в мировой сети. - Он вздохнул. - Все наши беды —от недоучек. Те несчастные, что возрождали кровавые жертвы на островах, тоже нахватались правил из таких пособий. Ведь почему церемониальная магия вытеснила все иные разновидности Искусства? Она доступна практически всем. Работу исполняет мистическая сущность, приходящая на вызов, от дара вызывающего не зависит ничего, главное — правильно выполнить инструкции. Опытный обученный маг и какая-нибудь домохозяйка оказываются в равном положении. А точнее, у домохозяйки есть преимущества. Потому что настоящий маг осознает свою ответственность, и заведомо не совершит опасных действий, а вот домохозяйка способна натворить что угодно.

--Так ты за то, чтоб ограничить доступ к Искусству? Не замечал в тебе прежде подобного снобизма.

--Это не снобизм. Это закономерный вывод по итогам того, чему я был свидетелем. Да, я считаю, что было бы лучше, если бы профанов не допускали к занятиям магией. Но об этом следовало подумать лет полтораста,а лучше — двести назад, когда существовала реальная возможность оградить магию. А сейчас любые меры подобного рода будут бесполезны. «Информация должна быть свободной», и все такое прочее.

Милич воздержался от ответа. Возразить однокурснику было нечего... и все же он был неправ. Вук нутром это чувствовал. Чародейство — как его не называй — слишком пропитало повседневную жизнь, лишить людей доступа к нему — все равно что... ну, к примеру, зимой оставить без топлива. Но объяснить это Кадогану трудно. Он — официальное лицо, а Милич — даже не практикующий шоломонар.

Кадоган первым нарушил паузу.

--Ты не спрашиваешь, каковы были итоги моих изысканий. Ценю твою деликатность. Так вот – я виделся с Жиану.

Еще один соученик. Теперь занимает видный пост в Коллегии волхвов. Н-да, двадцать лет назад Вук Милич считался звездой курса, а Раду Жиану – середнячком, и кто теперь где? История, впрочем, обычная.

--Так вот, не далее как на этой неделе зафиксировано заметное колебание магической энергии, такой, какая проявляется при вызове сильной сущности. Незапланированное, заметим, колебание.

--А это не... как это…конфиденциальная информация?

--О, Коллегия не придала этому значения, так как сведений о том, что кто-то пострадал, не поступало.

--Узнаю родную коллегию, -- проворчал Милич. – Пока гром не грянет, стригой не побеспокоится. Стало быть, по-твоему, это оно?

---С большой вероятностью. Как бы ты ни язвил насчет Коллегии волхвов, Круг не менее консервативен, и так же не склонен придавать особого значения показаниям техномагических приборов. Но когда случилось…то, что случилось, проверка выявила, что происходили подобные всплески. Стало быть, связь имеется. Тот, кого я ищу, уже действует. Просто, как ты и предположил, его контакты вне сферы обычных рыночников.

--Это предполагает закулисные сделки… а стало быть, наличие больших денег. И то, и другое вряд ли можно отнести к нелюбимым тобой домохозяйкам.

--Что ты прицепился к слову? Я ничего не имею против женщин, посвятивших свою жизнь домашнему хозяйству. Напротив, я их всячески одобряю. А это была лишь метафора для дилетантов, которые большими деньгами нередко обладают.

--Пожалуй, -- согласился Милич.—Когда на рынке пытались продать тигра, это получило широкую огласку, а вот сколько тех тигров было продано без огласки, никто не знает.

--Это явно был не тигр…

--В смысле?

--Понимаешь, можно скептически относиться к способностям Жиану, но опыта и добросовестности ему не занимать. Так вот, он озадачен. Утверждает, что по колебаниям энергии обычно способен определить, какое животное использовалось при вызове. А тут — нет. Не то, что вид, даже размеры. Предполагает, что приборы в их техномагическом отделе дали сбой. Конечно, может быть и так. Но могут быть и другие варианты. Либо это какое-то неизвестное Жиану животное. Либо церемония была проведена по ритуалу, на восприятие которого стандартные приборы не рассчитаны.

--Как тот же тагайрм?

--Верно. Нынешние магики не рассчитывали, что в наше время найдутся желающие трое суток варить кошек в котле с чтением соответственных заклинаний. Однако ж нашлись.

--Значит, ты склонен предпочесть этот вариант?

--Я склонен рассмотреть оба. И не говори мне, что Трансбалкания не славится экзотическими животными. Контрабанда легко решает эту проблему...

Милич не слишком прислушивалался к его рассуждениям. Казалось, хозяина магазина осенила новая мысль.

--А что, если это была химера?

--Разведение и содержание химер в домашних условиях запрещено законами стран Азиопского Союза, – отчеканил Кадоган.

--Ты меня удивляешь. По-моему, у нас речь идет о не самых законопослушных личностях. Нарушили один закон, нарушат и другой. Между тем, именно жертвоприношение химеры может вызвать подобный эффект.

--.. с совершенно непредсказуемым результатом. Как раз поэтому они и запрещены.

--Судя по твоим словам, как раз те результаты и сподвигли Круг на расследование.

--Тебе не кажется, что ты чрезмерно все усложняешь? Чтобы создать химеру, нужна определенная квалификация. Какой чтением самоучителей и сайтов в сети не достигнешь. Плюс профессиональное оборудование.

--Типично альбионское упрямство. Ты отвергаешь то, что не укладывается в рамки твоей теории. А ведь оно как раз укладывается. Смотри! Ты читаешь, что незаконный вызов совершил дилетант, располагающий деньгами. Или дилетанты, если их несколько. Деньги можно потратить на контрабандную доставку экзотической жертвы, верно. Но с тем же успехом на них можно оборудовать лабораторию. А что до квалификации... в голове у дилетанта может творится такая каша, что он может чисто случайно достичь того, что опытный маг получает путем сознательных усилий.

--Слишком много допущений! Неужели, если бы в Светограде кто-то занимался созданием нелицензионных химер, Коллегия была бы не в курсе?

--А вот это была бы уже вполне конфиденциальная информация, которой старина Раду вряд ли бы с тобой поделился. Или мог не знать сам — это не в сфере интересов его отдела.

--Опять сплошные допущения... предположим, я приму твою версию.Но тогда тебе ее и проверять. А это , друг мой, куда как сложнее, чем отследить контрабанду. Компоненты для создания химер можно закупить вполне легально. В любом жертвенном магазине — хоть в твоем. Или на рынке. Или поймать на улице.

--Это да. Но вот оборудование для лаборатории частному лицу закупить сложнее. А это уж не по моей части... хотя да, ты ведь не хочешь связываться с секуристами.

--А вот тут ты прав... и про оборудование, и про секуристов. Так что придется снова связываться с Жиану.Если снова произойдет что-то подобное, его приборы это зафиксируют.

--А я проверю по своим каналам.

Вук Милич никогда не думал, что в его воззрениях может найтись нечто общее с со взглядами руководства Круга друидов - и вот, нашлось. Он тоже не доверял магической технике, и недолюбливал ее. Предпочитал пользоваться обычной, да и то самой простой. Мы без этого добра тысячи лет обходились, обошлись бы и теперь, полагал он.

Первые попытки объединить магию и технику, еще бессистемные, предпринимались еще при пунийском правлении, представителями так называемой Александрийской школы магии. Семьсот лет назад они были приведены в систему иберийским магом Моше Леоном, сумевшим просчитать первый алгоритм для магических машин, хотя и чисто теоретически. А опытный образец такой машины создала в позапрошлом веке альбионская чародейка Ада Гордин.

Но все это оставалось лишь игрушками для просвещенных умов, и в обиход стало входить, когда официально было установлено общее угасание магической энергии. Устройства, сочетающие технологию и магию, разумеется, не были доступны всем и каждому, но лишь профессиональным чародеям, и то не всем. Однако Милич придерживался мнения, что лучше, когда техника отдельно, а магия отдельно, и лучше не осложнять процесс их сочетанием. Хотя те, кто пользуются подобными устройствами, почему-то думают, что процесс они упрощают.

А Кадоган, выходит, думает по-другому. И так ли уж он не прав? Создание технических устройств, основанных на магических принципах, не более противоестественно,чем создание химер. Просто второе более привычно. Нельзя сказать, что это повседневная практика, дело это сложное и трудоемкое, но все же такая традиция существует веками.

В принципе, ее можно назвать, если уж пользоваться современными терминами, магической биоинженерией. Созданием одного живого существа из плоти нескольких других. Разумеется, оживить такое создание можно лишь, вселив в него призванную магическую сущность. В прежние века такие опыты, как правило, проводились по заказу правителей придворными магиками исключительно в военных целях. Но с развитием технологий выяснилось, что дешевле и эффективнее создать поточную линию по производству стрелкового оружия, чем сотворить одну боевую химеру. К тому же бывали случаи, когда вселенные сущности в сражении вели себя непредсказуемого, поражали не врагов, а союзников, а то и вовсе покидали оболочку.

Как традиционная магическая дисциплина, создание химер изучалось в специализированных учебных заведениях, но не находило практического применения в современной жизни. И уж конечно, химеры в качестве жертвы для вызова не использовались. У мага, знающего, насколько это может быть опасно, сработали бы естественные ограничители, а дилетант («домохозяйка», если воспользоваться излюбленным выражением Кадогана) не обладал достаточными умениями.

И тем не менее, Милича такая мысль посетила. Форменное магическое извращение, чтоб не сказать хуже. Не зря Брайс так среагировал.

Брайс рационален, как всякий нормальный маг. Даже порой — слишком рационален. И, однако … Милич никогда не слышал о принесении химер в жертву, но, если таковой запрет, причем выраженный в законодательной форме, существует, значит, прецеденты случались.

Опять же, если подумать ( «снова допущения», сказал бы Кадоган), ни из чего не следует, что это была крупная и особо сложная в исполнении химера. Если бы в жертву принесли такую, показатели приборов у Жиану просто зашкаливали бы. А тут Коллегия решила таковым возмущением энергии пренебречь. Если же химера создавалась на уровне «морские свинки — кошки --кролики» ( вот тут тараканы и мыши никак не годятся), то Кадоган, к сожалению, прав. Здесь покупателя частному лицу отследить невозможно.

Если только...

Если только не совершить вызов самому, и не направить служебного духа на поиски. Но это сработает лишь, если химера будет создана вновь.

Брайсу это не понравится.

Совсем не понравится.

Но разве это не его расследование, некурат его побери?

Видимый мир окружен полем магической энергии. Частицы ее, соединяясь, способны создавать сущности, обладающей различной степенью могущества и псевдоразумом. Ранее наделенные даром люди черпали силунепосредственно из поля. Но этот способ был признан слишком опасным и энергозатратным. Все, прибегающие к Искусству, стали действовать через посредников.

Это азы, известные любому приготовишке. Но если ты желаешь на пути познания Искусства продвинуться далее…

Магические сущности. Духи, ангелы, гении, джинны, лилим, сикидзин, данзели, йелес, лоа – в разных культурах их называют по –разному. Способные, в зависимости от своей силы хоть подогреть чайник,, хоть разнести вражескую армию. Но неизменно требующие жертвы взамен свои услуг. Поэтому существует система и индустрия жертвоприношений. Поэтому все ритуалы, способные призвать сущность из разряда «разнести армию», взяты под контроль высшими магами, состоящими на службе государства. И это, в общем, правильно, иначе мир погрузился бы в хаос, настали бы новые Темные Века…

То есть это в идеале считается, что они взяты под контроль. Но желающие всегда найдут лазейку, чтоб обойти закон. Миличу это, как правило, было безразлично. Но если кто-то додумался принести в жертву химеру, это может плохо кончиться. И не только для незадачливого стригоя…

Милич давно уже оставил церемониальную магию, но старые привычки никогда не умирают. Тем более, все необходимое – под рукой. Тараканами тут, конечно, не обойдешься. Но для духа того класса, что Милич собирался вызвать, нет нужды прибегать к услугам виктимариев или торговцев с рынка. Все можно найти в собственном магазине.

Милич вышел из кабинета в зал, обогнул прилавок, за которым Зоряна беседовала с покупателем, и под удивленным взглядом продавщицы направился к вольерам.

-----

--Запомните, мадам – жертвенные животные обязательно должны быть молодыми, чистыми и здоровыми, чтобы высвободилось максимальное количество энергии. Это совершенно необходимое условие. На рынке вам ничего подобного гарантировать не могут. Только в специализированных магазинах, с лицензией, да, да…

Так ведь ничего и не купила. Заладила одно « а на рынке дешевле». Ну, если результат вызова будет некачественный, это не наши проблемы. Так говорит господин Милич.

Звякнул, колокольчик на двери. Может, наконец, явился? Нет, не он.

--Извините, юная госпожа, -- сказал Кадоган, -- я бы не стал вас беспокоить, но никак не могу дозвониться до вашего хозяина.

Зоряна махнула рукой.

--Наверняка забыл перезарядить телефон. Впрочем, господина Милича все равно нет на месте.

--Забыл? Вроде мой друг еще не так стар, чтобы страдать забывчивостью.

--Вы спросите, господин Кадоган, чего он в последнее время не забывает. Магазин совсем забросил. Накладные из виктимариев ему прислали – не подписывает, кассу не проверяет. Ну, я девушка честная, чужого не возьму, но с банком ему надо рассчитываться, не мне. И если магазин прогорит, не я буду в том виновата, ей-Свантевит!

В Альбионе продавщица, заявляющая посетителю, что ее работодатель проявляет профессиональную некомпетентность, долго бы на работе не продержалась. Да и не стала бы она в таком случае жаловаться – корпоративная солидарность помешала бы. Но в Трансбалкании нравы другие…

--И где мне тогда его искать? Или вы не знаете?

В принципе, не найдя Милича на рабочем месте, Кадоган мог бы совершить вызов и отправить на его поиски какого-нибудь мелкого духа. Но это способ он оставил на крайний случай.

--А что тут гадать? – фыркнула Зоряна – Когда у господина Милича проблемы, он обычно сидит в «Пастуреле», это подвальчик такой, на углу Тырговиштенской и Драгомира…

--Благодарю вас, юная дама. Попробую поискать его там.

Наблюдательность продавщицы оказалась ничем не хуже служебного духа. Хотя Милича в зале Брайс заметил не сразу. Мало того, что помещение харчевни подвальное,так еще и накурено. Повсеместные запреты на курение в общественных местах Трансбалканию обходили стороной, впрочем, последнее Кадогана скорее устраивало.

Милич сидел за столиком в углу, далеко от окна. Перед ним стояла бутылка ракии, початая, но далеко не пустая. Так что намеки Зоряны на то, что начальник избавляется от проблем с помощью спиртного, не имеют под собой оснований.

Почти не имеют.

Кадоган уселся напротив него. Милич, похоже, не был удивлен появление альбионца.

--Коллегия все-таки прикрыла информацию, и Жиану больше не может снабжать тебя сведениями?—мрачно поинтересовался он.

--А твои изыскания, похоже, дали какой-то результат.

Милич знаком приказал пузатому служителю принести еще одну рюмку.

--Брайс, я все-таки шоломонар, а не сыщик-любитель, в духе ваших альбионских сочинителей…

--То есть, ты решил тряхнуть стариной, и провести розыск с помощью духа.

--Да. Только моего данзеля съели.

--Погоди, как это – съели?

--В прямом смысле слова. Я находился в прямом контакте с посланным мной служебным духом, но тот был поглощен другой магической сущностью. Я едва успел прервать контакт, иначе бы на всю жизнь остался идиотом.

Кадоган нахмурился.

--Я слышал о том, что это возможно. Но такого не случалось очень давно. По крайней мере, в Альбионе.

--В наших краях тоже. Мы слишком хорошо помним, что творилось во времена междоусобных войн, когда страна была буквально растащена на клочки жадными князьями и боярами, которые вели охоту на магические силы противников. Поэтому нынче ни один вражитор не натравит своего данзеля на чужого.

--Ты еще скажи, что это запрещено законом, -- Служитель, не торопясь, принес рюмку – они в этой стране отродясь не торопились, Милич разлил ракию, Кадоган поморщился но выпил.-- И вот еще что скажи – ты все же искал химеру?

--Я дал духу задание искать, не создается ли некое существо путем использования жизненных сил других существ. Он вроде бы нашел. И тут его съели.

--Где это было?

--А вот этого он мне сообщить не успел.

--Но прошла всего неделя после прошлого возмущения, а создание химеры – дело длительное…

--Ага! Значит, было новое возмущение энергии.

--Было. И, как ты догадался, Коллегия все же решила заняться этим явлением. А дальше твои предположения неверны. Ты, говоришь, не сыщик- любитель, но и я действую не как частное лицо. Не уверен, что Жиану дал мне все ведения данному делу — точнее, уверен, что не все. То есть точных координат, где произошло возмущение, он не сообщил. Возможно, и сам не засек. Сказал, что это было за городской чертой, где-то возле Истрицы. Что довольно странно, если принять во внимание версию о химере. Насколько я помню, там нет населенных пунктов, в которых можно было бы спрятать лабораторию.

--Ну, несколько деревень там имеется... а где можно поставить самогонный аппарат, - Милич красноречиво посмотрел на бутылку, - там и лаборатория разместится...Однако, скорее всего, Коллегия знала бы о подобном. Но никто ведь не утверждает, что химера была изготовлена в том районе. Там, полагаю, ее принесли в жертву. А что? Запросто. Загрузить в кузов, найти подходящий пустырь и совершить вызов.

--В том случае, если у нашего фигуранта изначально была изготовлена не одна химера,это предположение приобретает смысл. В принципе, исследуя место вызова, можно определить природу жертвы... а может быть, и мистической сущности... Не хочешь, съездить проверить, прав ты или нет?

--У меня нет машины.

Этот довод настолько озадачил альбионца, что он опрокинул в рот стопку ракии. Машинально, надо полагать. Потом хмыкнул.

-Подозреваю, что у тебя и прав нет, и водить со студенческих времен ты не научился. Ничего, это не проблема. Разве что твоя юная сотрудница выразит протест, что ты свалил на нее всю работу в магазине.

--Ничего, ей по молодости полезно набираться опыта. Она меня в последние дни совершенно достала ворчанием про накладные, как старушка, право слово. Пусть сама съездит, и разберется.

--Я так понимаю, ты согласен. Дело за малым — найти это самое место. Если это еще не сделал Жиану со своим счетчиком.

--Ты слишком хорошо думаешь о Коллегии волхвов. Не думаю, чтоб они раскачались так скоро.А что касается счетчика... я за традиционные методы розыска.

--Если ты о вызове, то на сей раз я проведу его сам.

--Не боишься, что твой дух- проводник также будет съеден?

--Это вряд ли. Если бы магическая сущность, способная поглощать другие, по-прежнему находилась на месте вызова, ее обнаружили бы самые ленивые волхвы в Трансбалкании...

---

В машине работал кондиционер, но, когда они вышли наружу, Милич вспомнил, почему не любит летом выезжать из города ( зимой, впрочем, тоже). А Брайсу все нипочем, словно он родом не из туманного Альбиона, а из жаркого Андалуса.

Смотреть, как он работает, было чистое удовольствие. Или чистая тоска — в зависимости от того, каких воззрений придерживаться. Кадоган никогда не позволял себе даже в мелочах отступать от правил церемониала. Его движения, интонации с которыми он произносил заклинания можно было фиксировать и показывать студентам шоломонарий в качестве учебного пособия. В качестве жертвы он использовал крысу, взятую в магазине Милича ( Зоряна взглянула косо, но ничего не сказала.) Судя по тому, как старательно он старался соразмеряться со своим хронометром, он собирался вызваться сущность, связанную со временем — и отправить ее на поиски. Действительно, традиционная практика. А вот дальше он сумел Милича удивить. Он вызвал гения не текущего часа, и даже дня.

А ведь этого следовало ожидать. Некурат, совсем обленился по жаре. Конечно же, правильнее всего вызвать гения того времени, когда, предположительно произошло возмущение энергии. Если пользоваться терминологией Кадогана. А если терминологией Милича — когда его посланника сожрали. Конечно, такой вызов требует мастерства на порядок большего, чем при вызове гения текущего времени — так ведь при Круге друидов недоучек не держат.

Милич не вмешивался в ритуал — этого не в коем случае нельзя было делать. Дождался, когда сам Кадоган махнул рукой - мол, садись в машину, поехали. На висках альбионца выступил пот — не от жары, от напряжения. Несомненно, он истратил больше сил, чем намеревался.

А ведь верно … если он направил духа на поиски места, где был поглощен его собрат, это не могло не вызвать противодействия. Человеческим языком выражаясь, дух испугался и уперся. Но Кадоган сумел его заставить. Это и отличает настоящего чародея от дилетанта — не только доскональное знание заклинаний и ритуалов, но силы воли, подчиняющая магические сущности.

Они ехали по трассе № 6 — Милич, при всей нелюбви к загородным поездкам, достаточно хорошо знал окрестности, и ему не требовалось сверяться с картой. Дорога, по трансбалканским меркам, вполне приличная, но не самая оживленная. Справа поблескивала полувысохшая об это время года Истрица, - впереди , казалось, упорно не делая приближаться, виднелись очертания гор, слишком мрачных, слишком суровых для этой разнеженной под ярким солнцем местности.

А ведь это странно, – подумал Милич. Жертвоприношение химеры... да еще, похоже, и под открытым небом... по всем меркам это должно было произойти ночью. А случилось днем. Имеет ли это какое-нибудь значение... преднамеренное нарушение всех сложившихся канонов?

Не доезжая Ежевичного Холма — ближайшего поселка, о котором здесь было известно Миличу, Кадоган внезапно свернул с трассы, в сторону платановой рощи, лениво колыхавшей листы рядом с рекой. Милич ни о чем не стал его спрашивать — ясно, что тот следовал за духом-проводником. Когда машина огибала рощу, Милич заметил то, для чего дух-проводник не был нужен. Рядом с шоссе земля была плотной, каменистой, следов на ней не было видно, а вот здесь на слегка пожухшей траве виднелась колея. Несколько дней назад здесь проехала машина, и судя по всему, грузовая.

Итак, он не ошибся. Химера была создана где-то в городе, а привезена для жертвоприношения на машине. Но радости от сознания своей правоты Милич не испытывал... что-то ему не нравилось, он и сам не понимал, что, они ведь еще ничего не обнаружили...

За этим дело не стало. За деревьями возник прогал, и когда Кадоган остановился, еще до того, как они вышли из машины, стало видно, что здесь устанавливали магический круг. Самый стандартный, ничего особенного. Такой способен создать даже школьник, замышляющий какую-нибудь шкоду на занятиях. Откуда же это неприятное ощущение?

При ближайшем рассмотрении также не было заметно ничего экстраординарного. Здесь разводили огонь — рутинная процедура, и на траве остались следы крови. Костей или других останков, по которым можно установить видовую принадлежность жертвы — нет. После ритуала, когда дух, ответивший на вызов, забирал кровь, прочее уничтожалось. Сжигалось, как правило. Но тут в кострище был только древесный пепел и угли. Похоже,неизвестный стригой воспользовался близостью реки и утопил останки там. Такое тоже допускалось. А река хоть и обмелела, но течение у нее по-прежнему быстрое. Здесь они ничего не найдут. Надо снова воспользоваться услугами духа.

Кадоган был того же мнения, а гения и не думал отпускать с поводка.

Поскольку альбионец находился с духом в непосредственном контакте, на сей раз он не произносил вопроса вслух, но Милич догадывался, о чем тот вопрошает — какого рода жертва была принесена здесь на прошлой неделе, и что за магическая сущность ее приняла.

Обычно спокойное лицо Кадогана вдруг исказилось — Миличу не приходилось видеть такого со студенческих времен. Он зашипел сквозь стиснутые зубы формулу подчинения.

Но власть над гением давалось ему с большим трудом, тот изо всех сил рвался уйти. Ничего нельзя понять... такие вещи случаются... но чтоб у такого мастера, как Кадоган?

И ведь он все делал правильно.

Нет, Кадоган здесь не при чем. И правила ритуала тоже. Неделю назад здесь была поглощена магическая сущность, гений часа чувствует это, и страх, испытанный им, сильнее законов подчинения магу.

Неизвестно, чем бы закончился этот безмолвный поединок, если бы Милич не услышал шум приближавшегося автомобиля. Это на миг отвлекло Кадогана, и мгновения оказалось достаточно, чтоб дух сумел разорвать ментальную хватку. Кадоган инстинктивно схватился за голову, едва устояв на ногах.

Кто-то шел сюда. Один человек. Но судя по тому, как уверенно он топал, в машине у него осталось прикрытие.

На поляну выбрался плотный, невысокий, лысеющий мужчина в светлом летнем костюме. В руках он держал мигающий приборчик, Милич не помнил в точности, как тот назывался, счетчик Лагарди или вроде того, но сразу опознал в нем творение техномагии. Владельца прибора он, впрочем, тоже узнал.

Глава 3

Вы все-таки успели, - произнес он фальцетом. – А ведь я вас предупреждал, домнул Брайс, что Коллегия берет это дело под свой контроль...

--Неплохо бы поздороваться, Раду, - заметил Милич.

Тот фыркнул.

-Ну, раз уж ты выбрался из своей норы, значит, дело и впрямь того стоит.

Брайс полностью пришел в себя, и повернулся к сотруднику Коллегии.

--По-моему, мы обсуждали то обстоятельство, что по договоренностью между Кругом друидом и Коллегией волхвов у меня есть полномочия проводить здесь расследование.

--Да, да, помнится, что-то такое было. Но вот старина Вук таких полномочий не имеет, он частное лицо (прямо мои слова, с неприязнью отметил Милич) , а потому...

Раздался пронзительный сигнал, Жиану вздрогнул и чуть не выронил прибор, но это был не счетчик — всего лишь мобильник у него в кармане.

Помянув святую Неделю, он отошел в сторону, чтобы выслушать указания начальства, а заодно отчитаться. Воспользовавшись моментом, Кадоган сообщил.

--Гений испугался и удрал.

-Я понял.

-И еще... он не сумел передать, что за прожорливаятсущность здесь являлась — хотя прожорливость была основной характеристикой, - но в жертву был принесена тварь многосущностная...так что ты вероятно, был прав насчет химеры. Остальное должен показать анализ крови...

Последнюю фразу Раду Жиану услышал.

--Да-да! Сейчас сотрудники нашего отдела этим займутся! А вас. домнул Милич, настоятельно прошу проехать в Коллегию волхвов, дать поездку о неразглашении.

Милич оглянулся на Кадогана. Тот кивнул.

-Едем. Все равно они все здесь сейчас затопчут.

----

--Это была свинья, – сообщил Кадоган, поджидавший его в машине, когда Милич, наконец, освободился.

--Что-что?

--Мобильная лаборатория установила, что кровь на траве принадлежала обычной свинье.

--Быстро они... Погоди! А как же «тварь многосущностная»? Они не могли ошибиться?

-В таком вопросе — вряд ли. Ладно, едем.

Магазин был закрыт. Милич хотел было выругать Зоряну за нерадивость, потом вспомнил, что сам же велел ей разбираться с поставщиками. Впрочем, он не был сейчас настроен заниматься торговыми делами, и оставил главную дверь запертой.

Они сразу прошли в кабинет.

--Погоди, -- сказал Милич, -- после всех этих приключений мне необходимо перекусить. А ты?

--Обойдусь.

В холодильнике имелся шмат приличной ветчины, но сейчас свинина Милича почему-то не привлекала. Еще обнаружились помидоры и сыр, которые Милич построгал в миску и уснастил уксусом, соорудив подобие салата. С миской же в кабинет и вошел.

--Так на чем мы остановились?

--На свинье, -- сказал непоколебимый Кадоган. – Я сам удивился, когда услышал, но не думаю, чтоб эксперты Коллегии тут что-то напутали.

--Не понимаю. Что за таинственную сущность могло привлечь жертвоприношение свиньи? Почему твой гений часа так испугался? И почему это жертвоприношение дало такой всплеск энергии, что его зафиксировали приборы Коллегии?

--Ты мне лучше ответь на такой вопрос – жертвоприношение свиней обычно для Трансбалкании?

--Нет, -- Милич задумался, жуя сыр. – Странно. Ведь когда-то это была обычная практика – у александрийцев, в Старой империи. Но у нас отмерло как-то само собой. Морских свинок используют, ты же видел, у меня в магазине есть, но не припомню, чтоб в бытовых жертвоприношениях использовались свиньи обычные. Может, кто-то из потребителей и заказывает, это не запрещено…

—А в Альбионе для частных лиц запрещено,-- сухо информировал его Кадоган. – именно потому, что эта практика также принадлежит к нашей изначальной магии… еще с тех пор, как она считалась религией. Видишь ли, свинья в нашей исконной символике , помимо прочего, обозначает смерть. Поскольку и та, и другая всеядны. Всепожираюающи.

--Пожирающи… думаешь, сработал принцип симпатической магии? Подобное привлекается подобным? – Милич снова на мгновение умолк. – Слушай, а эти твои возрожденцы в Альбионе… они этот аспект жертвоприношений обсуждали?

--То-то и оно, что обсуждали. И в печати, и в сети. Да и у Шонесси жертва свиньи подробно описывается…

В принципе, можно было допустить, что свинья была охарактеризована, как тварь многосущностная, из-за ее всеядности. Конечно, неприятно думать, что красивая теория с химерой вытеснена обыкновенной хрюшкой…

--Еще одна причина, по которой жертвоприношение свиней у нас под запретом – то, что органы свиньи по всем показателям ближе всего к человеческим – ну да ты помнишь из общего курса…

--Да. В Старой империи гадание сперва производилось на человеческих внутренностях, потом их заменили на свиные, из-за их сходства.

--Но возможна и обратная замена – все тот же принцип симпатической магии.

--Вот почему Коллегия зашевелилась… Не знаю, передали ли они уже дело секуристам, но… выяснить, кто наш вражитор, мы можем, узнав имя человека, купившего свинью. Еще раз напомню – это можно сделать легально.

--Мы вернулись туда же, откуда и начали. К сети магазинов и рынку.

--Э, тут дело обстоит сложнее. Свинину, мой друг, напомню, едят. В Светограде – в больших количествах. Поэтому большое количество хрюшек привозится в город с обычных свиноферм. Для продуктовых магазинов, рынков , ресторанов.

--Да, но – поправь меня, если что не так, там предпочитают получать свиные туши. Наш клиент покупал свинью живой.

--То есть либо на бойне, либо непосредственно где-то на ферме или в деревне. Слушай, это такая морока! Наших сил проверить их не станет. Пусть секуристы этим занимаются, все равно им делать нечего.

Кадоган ответил не сразу. Врожденное чувство долга боролось с вполне понятным нежеланием проверять окрестные свинофермы – да еще в такую жару. Все-таки местная атмосфера разлагающе действует на людей. Он вздохнул.

--Вот что. Если тебя не затруднит, проверь все-таки городских торговцев. Я возьмусь за Жиану и узнаю, подключились ли к делу секуристы. Ну а дальше… там поглядим.

И как они могут при такой погоде пить черный кофе, да еще совмещать его с ракией? Холодное пиво – вот что совершенно необходимо. Только здесь хорошего днем с огнем не сыщешь.

--

Он честно отзвонился по нужным адресам. Еще задал животным корм и почистил вольеры. Зоряна так и не появилась. Что за безответственность? Или она считает, что раз хозяин постоянно отсутствует на работе, то и она может делать то же самое? А если у нее экзамены, она обязана была заранее предупредить…

--Они действительно взялись за проверку свиноводческих хозяйств, -- сообщил Кадоган, появляясь на пороге. – На бойне уже побывали. Результатов – никаких.

--Ну, теперь они могут провозиться до Йоля, а то и дальше. Тут в деревнях едва ли не каждая семья выкармливает кабанчика. – В глубине души Милич был доволен, что это свинство выпало на долю секуристам. – У меня с результатами то же. Для очистки совести можно еще позвонить в виктимарии, может, к ним кто обращался…

--Да уж, будь любезен. –Эффектное и важное дело на глазах уходило в песок. И вот так всегда в этой Трансбалкании…

Милич взялся за телефон. В Светограде было три виктимария – государственных питомника для жертвенных животных. Раньше было пять, но два закрылись из-за недостатка финансирования. Милич пользовался услугами всех трех, магазин у него был хоть и небольшой, но с хорошей репутацией, и он не ожидал, что при расспросах столкнется с какими-то трудностями. В первом старший лаборант обстоятельно поведал ему, что да, раньше свиней для жертв разводили, и содержали, но лет шесть уж как прекратили, как почему – спроса нет, а нет спроса, значит, и денег не выделяют, нет, ты подумай, ведь это красивый старинный обычай, до чего народ обленился, им бы все тараканов да мышей…

Во втором виктимарии дежурная дама, с которой у владельца магазина когда-то было нечто вроде романа ( «Прелесть какая! Ты Милич, а я – Мила – это неспроста!»)пощебетала о том - о сем, высказалась, что свиньи – они такие противные, а на вопрос, где же их заказать, если клиент требует, и обязательно с лицензией, так что у бабки в деревне не купишь, посоветовала обратиться к соседям, в «Дудоле», у них точно есть.

В «Дудоле» -- именно такое звучное мифологическое имя, а не честный номер, носил последний виктимарий -- никто не отвечал. Ни сразу, ни после того, как Кадоган выкурил сигару, а Милич сделал себе кофе.

--Наверное, все в отпусках, -- предположил Милич.

--Но должен кто-то же должен на работе остаться?

--Тут тебе не Альбион… должен, но не обязан… Зоряна тоже вот должна быть на работе… где-то у меня был телефон их директора, ладно уж, для очистки совести…

Естественно, он настиг директора на отдыхе. Тот сердито сказал, что да, свиньи были, а за подробностями пусть обращается к лаборанту. На замечание, что того нет на месте, напористо было выдано, что да, человек в отпуске, взяли временного работника, а что ты хочешь от временного работника? Вечно они все перепутают… когда взяли? Недели две назад… или месяц… точно он не помнит, Милич, будь человеком, отвяжись!

--Вот и Зоряна говорила про какую-то путаницу с докладными из виктимария… тоже, небось, временный работник…

--А из какого именно виктимария, ты не помнишь?

--Не помню, но копии накладных должны быть в сейфе.

Пока он рылся в документах, Кадоган размышлял, и размышления эти заставляли его хмуриться.

--Они взяли временного работника месяц назад или немногим меньше… а потом начались эти аномалии с магической энергией. Постоянный персонал в отпусках, за действиями временного сотрудника никто не следит, а между тем он не только имеет свободный доступ к жертвенным животным. Там наверняка есть фургон для доставки заказов… вот почему никто не обратил внимания, даже если ритуал у Истрицы кто-то видел со стороны. Подумали, увидев машину с символикой государственного питомника, что все официально…

--Вот, нашел, -- Милич, щурясь, поднес бумагу к глазам. –Действительно, штамп «Дудоле», а подписывал… то есть подписывала какая-то Ц. Сташкова, и.о. лаборанта. Ты хочешь сказать, что наш стригой – женщина?

--А что делать? Для дара нет разницы, как ни прискорбно.

--К тому же, согласно нашим традициям, самыми злобными стригойками всегда были бабы…но! Послушай, Зоряна должна была туда поехать… а ее нет уже второй день…- он не договорил, страшась продолжить мысль.

--Пока что эта …как ее… Сташкова ограничивалась жертвами животных.

--Вот спасибо, вот утешил! А ты заметил, что с каждой новой жертвой колебании энергии увеличивались? Значит, магическая сущность набирает мощность, а жертвы становятся значительнее. В общем, надо звонить в полицию.

--И что мы им скажем? У нас нет ни единого доказательства, только гипотезы. Коллегия и секуристы тоже не скажут нам спасибо за то, что мы лезем в их дело.

--И что – оставить девочку на растерзание психопатке?

--Ни в коем случае. Мы поедем сами. Адрес там есть? Есть. Вряд ли наша чародейка потащила Зоряну к себе домой, в любом виктимариии есть подвалы, но на всякий случай возьми клетку с какой-нибудь мелочью. Если преступница не в виктимарии, проведем срочный ритуал поиска.

Уже стемнело. На небе выступили крупные звезды, и жители Светограда, взбодрившись по вечерней прохладе, направлялись : кто постарше – в кофейни, молодежь – в ночные клубы.

--А еще говорят, что альбионцы от природы законопослушны, -- пробормотал Милич, запихивая на заднее сиденье клетку с хомяками.

Конечно, оставалась возможность, что они ошиблись. Но когда машина подъехала к ограде виктимария – серой коробке в минималистском стиле, сердце Милича словно пронзила игла, а воздух загустил. Он чувствовал присутствие магии.

По идее, этого никак не могло быть. Человек не может обойтись без посредства жертвы, верно?

Кадоган притормозил, не доезжая до входа.

--Там наверняка должен быть охранник.

--Ну, охранник – это громко сказано, сторож… Давай сюда клетку, я, если что, наведу на него сонного духа.

Но этого не понадобилось. Когда Милич подобрался к светившемуся в сумраке окну пропускного пункта, выяснилось, что пара бутылок ракии , ныне опустелых, обеспечивают сторожу крепкий сон лучше всякой магии.

--Хомячка на тебя, урода, жалко, -- заметил Милич, пока его законопослушный друг с удивительной сноровкой отключал сигнализацию.

Он десятки, а может, сотни раз бывал в подобных заведениях. Триглав, да у него в магазине примерно то же самое! Вольеры вдоль стен рядами, настороженно шелестящее в них зверье… Но никогда ему при этом не бывало жутко, не думалось, что эти вот в клетках – членистоногие, пушистые, пернатые – обречены на ритуальное заклание. Может, потому что он всегда бывал в подобных помещениях при свете. И что значит «обречены»? Если бы обитатели клеток не были предназначены в жертву, их бы все равно так или иначе уничтожили – извели дихлофосом, отвезли на живодерню, просто съели, в конце концов!

При мысли о съедении жертв почему-то затошнило, как с похмелья. Надо собраться. Да и не так уж темно, у Кадогана обнаружился фонарик.

Виктимарии строились по типовому плану, поэтому вход в подвал можно было найти без труда. Обычное подсобное помещение, такое везде есть, приспособленное для нужд ритуалов, проводимых при контрольных проверках жертв, обязательных в каждом государственном питомнике.

Там и печь оборудована, и воздухоотвод.

Шаги гремят на железной лестнице. И давит, душит… проклятье, что за сущность такая приближается, что ее можно ощущать без посредника? Потому что, если сущность и не явила себя, то уже близко… окутывает виктимарий облаком, облепляет паутиной.

Дверь, на удачу, не была заперта. Они ворвались подвал и услышали два женских голоса.

_-Домнул Вук! Вы пришли… вы догадались…

Зоряна из всех сил стучала по решетке клетки, в которой была заперта. Вид у девушки был крайне встрепанный, она была чем-то перемазана, но хвала Свентовиту, невредима.

Вторая женщина стояла посередь зала, в центре магического круга.То есть магическим кругом это можно было назвать весьма условно. Пентальфа в двойном круге, в ней мандала, а между лучами разбросаны знаки разных магических систем, выписанные рунами, буквами ахейскими, семитскими и еще какими-то, а еще алхимические и астрологические символы . Милич видел подобные картинки в популярных книгах по Искусству, вроде сочинений духовидицы мадам Всехсвятской и ее последователей,, но даже они не доходили до такой мешанины. Все этот никак не должно было работать… но оно работало.

На взгляд оно было смешно, да и на слух тоже – упитанная дама в хламиде, какую чародеи носят только в кино, визгливым голосом произносящая стандартную формулу вызова…. Но воздух дрожит, и пламя в светильниках, расставленных между лучами пентальфы, колеблется вовсе не от сквозняка.

И главное, где жертва?

Милич и Кадоган кинулись, как по команде, в разные стороны. Милич – к клетке, а Кадоган в самозваной стригойке, чтобы вытолкнуть ее из круга.

Клетка, увы, была заперта не только на засов, но и на замок. Милич попытался его сбить, пока Зоряна, всхлипывая, рассказывала.

--Она меня, пока я накладные проверяла, хлороформом… а пришла в себя я здесь. Она эти два дня все время пыталась меня заставить съесть какую-то дрянь. Говорила, что я получу невиданную силу, и стану едина с божеством.

--И ты съела?

--Нет, не смогла… я ужасно есть хочу, но уж очень оно противное было на вид… и воняло… месиво какое-то, навроде помоев, у меня бабушка в деревне ими свиней кормит.

--Свиней? – Милич вздрогнул.

--Ага… она сказала, что это от всех жертв, которые остались…

Милич оглянулся. Кадогану повезло еще меньше. Он не только не сумел вытащить стригойку, он вообще не смог войти в круг. Его вытолкнуло за невидимый барьер, и он стоял на коленях.

--Она говорила, что надо было есть, чтобы получить силу, и тогда оно… божество это… тебя в себя примет… это принцип такой… а если я не хочу, оно все равно жертву найдет…

Проклятый замок упорно не хотел сбиваться. От грохота нормальный стригой давно бы потерял контакт, а эта как будто ничего не замечала. Женщина вскинула голову – Милич увидел, что это дама более чем средних лет, крашеная блондинка, -- восторженно взирая на то, что спускалось… нисходило на магический круг.

Магическая сущность есть сгусток энергии, и принимает тот вид, какой желателен вызывающему. Когда-то, когда люди не знали этого, и считали их богами и демонами, они выглядели существами человеко- или звероподобными. Или чудовищами. Со временем, с развитием науки, антропоморфный или зооморфный облик перестал быть обязательным. Чародей видел духов как скопление светящихся, или, наоборот, поглощающих свет частиц. Зачастую зримый облик и вовсе не был обязателен, достаточно было ощутить присутствие.

Но это… это…

Оно состояло сплошь из раззявленных пастей.

Не, между пастями еще просматривались щупальца, но каждое заканчивалось зубастой челюстью.

И все они – как чувствовал онемевший Милич – хотели жрать, жрать, жрать. Подпитываться и в тонком плане, и в материальном.

Чтобы, наконец, полностью перейти из магического поля в вещный мир.

--Кушай, кушай, родимый, -- услышали собравшиеся в подвале. –Кушай, будешь сильным, маме благодарным…

Таким голосом разговаривают, когда бросают корм индюшатам. Или пытаются впихнуть капризному младенцу в рот ложку с манной кашей.

Но не манной кашей здесь пахло.

--Это голодный дух, -- прохрипел Кадоган. – У ханьцев описывается…

Что там описывается в трудах ханьских мудрецов, он выговорить не успел. Потому что стало ясно – если они не сбегут, их всех сожрут. Ибо бороться с магической сущностью подобной силы невозможно. И Милич, и Кадоган это чувствовали.

Цветана Сташкова взирала на свое – творение? Божество? – с гордостью и благоговением С обожанием – вот самое подходящее слово.

Бороться невозможно… но входить в контакт с духом без посредника тоже невозможно. И, однако Милич ощущает его голод, его жадность, все желания псевдоразума. А это значит, что представления о том, что в наше время действует только церемониальная магия, неверны. Или просто здесь особая атмосфера?

На всякий случай он прошептал формулу освобождения, открывающую замки и засовы. По всем правилам, предварительно следовало вызвать духа и произнести формулу перед ним, тот бы задание и исполнил. Но замок с лязгом упал, и Зоряна с плачем выбралась из клетки.

Тут –то бы подхватить ее за руку, Кадогана за другую, и свалить отсюда, но Милич отчего-то медлил. Он вспомнил о тех, в клетках и вольерах наверху… разума у них, может, и нет, а инстинкты есть, и все они в ужасе ждут, что их сейчас сожрут.

И тогда Милич произнес заклятие освобождения для всех. И добавил:

-Свобода, дурачье! Бегите! Бегите!

Там, наверху, щелкали засовы, падали замки, распахивались двери и окна, и все обитатели виктимария брызнули, порскнули, потекли в разные стороны – шурша лапками, хлопая крыльями, гавкая, мяуча, хрюкая, блея – понукаемые одним желанием : прочь, прочь отсюда скорей!

Теперь медлить было нельзя, и Милич повлек Зоряну с Кадоганом к лестнице.

Голодный дух рассердился. Голодный дух растерялся. Еда убегала, а он ее хотел!

Раскрытые пасти и щупальца потянулись вслед за добычей.

Если б голодный дух ограничился Миличем сотоварищи, тут бы им и конец пришел. Но он хотел все, и сразу. А оно убегало, улетало, пряталось под землю, удаляясь от виктимария все дальше. И , не желая ничего упускать, он рванулся во все стороны одновременно.

Ошибка думать, что духи всеведущи. Например, им неизвестная человеческая поговорка про двух зайцев и погоню.

А тут зайцев было гораздо, гораздо больше.

Псведоплоть, не успевшая завершить преобразование, натянулась до предела, и сверх предела.

И порвалась..

Вспышка, подобная разрыву шаровой молнии, осветила подвал, клочья пседоплоти , разлетаясь, превращались в туманную взвесь или оплывало ошметками эктоплазмы.

Цветана Сташкова пронзительно закричала.

У Милича от слабости подкашивались ноги. Теперь уже Кадоган волок их с Зоряной по лестнице.

Когда они были у уже у выхода, поблизости завыла автомобильная сирена.

--Волхвы, -- бросил Кадоган, прислоняясь к стене. К нему возвращалась обычная невозмутимость. –Хоть какая-то польза от их датчиков.

----

--Самое смешное, -- сказал Кадоган, -- что она действительно начиталась Шонесси. Так что изначальная посылка в поисках была правильной.

Они сидели на мраморной скамейке под тентом, в старом амфитеатре Светограда. Арена, на которой тысячелетия назад проливалась человеческая кровь, а недавно толпились торговцы, пустовала. После известных событий секуристы провели профилактические облавы.

Рядом на скамейке стояла початая бутылка. Кадоган сказал : «никакой ракии», ну так Милич и принес отличной виноградной водки. Сидеть здесь, возможно, было не самой лучшее идеей, но в эти дни ему что-то не хотелось коротать время в закрытых помещениях. Будем надеяться, что это ненадолго.

Магазин был закрыт; Зоряна испросила недельный отпуск. Милич поворчал, но возразить было нечего – она пострадала при исполнении служебных обязанностей. Случись это где-нибудь за границей, она за такое могла бы и денежную компенсацию потребовать.

Сейчас он выслушивал, что Кадоган узнал в Коллегии.

--Шонесси и так-то выдумал эти ритуалы, а она, вдобавок, все перепутала. Ухватилась за принцип получения жизненной силы через поедание. Но у Шонесси поедать жертвы должен был сам шоломонар. А она одни жертвы последовательно скармливала другим. Начинала с малого, с тараканов, которых у вас же и купила. Их скармливала птицам, тех – крысам… После крыс осуществила первый вызов – реакция была слабая --- тот самый всплеск, на который не обратили внимания. Но она не останавливалась на достигнутом. К тому времени она уже устроилась в виктимарий. До этого она жила на небольшую ренту с наследства от мужа… Скучно стало, решила на досуге магией побаловаться… в общем, типичный синдром домохозяйки. И вот…-- он помолчал. – Кстати, в Коллегии пришли к выводу, что при пожирании одной жертвы другой жизненная сила действительно накапливается. Так что те, кого она жертвовала при ритуалах, и впрямь в каком-то смысле были химерами.

-- И что с ней теперь будет?

--Останется в лабораториях Коллегии. Будут изучать ее как феномен. Хотя первичный анализ наличие магического дара не выявил. Представляю, как меня обсмеют дома, когда вернусь с отчетом. Ведь этой тетке удалось осуществить то, что пытались сделать наши недоумки – призвать сущность, по силе равную богам! Даже больше – сотворить ее. И не с великой целью -- не из желания покорить мир, возродить Великих Древних или добиться научных достижений. От скуки, да из вечного бабского «кушай-кушай, деточка». Не хочу даже думать, как бы эта деточка «маму» отблагодарила, если б ты не вмешался…но ей, это, конечно, в голову не приходит, она слезы льет по нему… - Он принял из рук Милича пластиковый стаканчик, выпил. – Ответь мне – как у нее получилось? Я не удивлен, что ты смог действовать вопреки сложившимся представлениям. Ты все- таки настоящий маг, самый талантливый из нас… только ленивый. Но она-то – просто дура с кашей в голове!

--Никогда не следует недооценивать дураков, -- сказал Милич. Подумал, и добавил. – И домохозяек.