В уездном городе R

Шнурки господина директора

Этой ночью ему снова снилась школа. Несмотря на то что он давно окончил университет и устроился на работу, школьная скамья всё равно ждала его. Ждала и скрипела.

Саша не любил такие сны. Он уже давно в своих мыслях попрощался с одноклассниками, их имена, как и имена педагогов, медленно стирались из памяти, но школа всё равно оставалась с ним. Только теперь он — учитель.

Учитель «вопреки» и «потому что надо». Лишь из-за выполнения «пункта о секретности». А последнее было особо важно для работы Стража.

Каждый Страж защищал закрепленный за ним район, а центром его внимания являлось Хранилище, в случае Саши, расположенное под школой. Тут-то и начинались проблемы.

Страж не имел права раскрывать свою личность. А находиться на территории школы Саше было необходимо. Сделать это можно было лишь в качестве сотрудника. Выбор пал на должность учителя «Практических Основ Магии, Обрядовости, Гармонизации и Техники Экзорцизма». На самом деле, из всего этого набора школьники знакомились только с «практическими основами». Саше вообще казалось, что название оставили ради звучащей аббревиатуры.

Обучать школьников магии – дело неблагодарное. Они ещё не могут создавать мало-мальски интересные заклинания, у многих возникают проблемы даже на начальных этапах, но больше всего раздражают выскочки, считающие, что могут всё. Увы, от этого не уйти, но счастье Саши заключалось в том, что школа — всего лишь этап его жизни. Однажды он проснётся свободным. Только будет это чуть позже, в одной из следующих жизней.

И всё-таки в преподавании можно было найти и плюсы. Не сразу, конечно. Только сильно прищурясь и долго разглядывая. Один из них заключался в шаговой доступности.

Каждый будний день начинается со звонка будильника. Дальше, как ритуал, Саша повторяет одни и те же действия.

Сначала — в ванную. Увидеть заспанное бородатое лицо, увенчанное растрёпанными русыми волосами, вглядеться в зелёные глаза и пустить воду, подобрав нужную температуру. Дальше — обратно в спальню. Слушая мерное похрапывание домового, заправить постель. После водных процедур Саша обычно идёт на кухню, а после завтрака, проходящего в сопровождении гула бытовых заклинаний, он идёт в кабинет. Одевается там же, но перед этим ухватывается за возможность поработать. Времени проводить серьёзные расчёты обычно нет. Зато можно ещё раз проверить формулы: подобрать нужное слово, ровнее начертать знаки. А когда время начнёт поджимать, появится необходимость вылетать на работу.

Идти недалеко. Отходя от дома, Саша проверяет защитные чары, охраняющие жилище. По пути он встречает некоторых учеников. Как правило, они стараются не попадаться на глаза учителя. А вот уже будучи на территории школы, Саша бросает взгляд за её ограду. Между рёбрами новостроек, используя специальные линзы, можно увидеть золото-рыжие волшебные щиты. Верхние края этих заклинаний находятся вровень с краями многоэтажек. По эфирной поверхности скользят символы, переливаясь и выпуская яркие лучи. Над самой школой висит такой же купол. Он то и дело вспыхивает и выплёвывает в небо искры.

Отовсюду доносятся приветствия, начинается рабочий день.

На третьем уроке к нему пришли восьмиклассники, у которых как раз в этом году начинался курс «ПОМОГиТЭ». За спиной остался тяжёлый месяц базовых упражнений для работы с энергией. Сейчас же, используя свои навыки, ученики пытались создать простейшее заклинание.

— Вам нужно заставить яблоко летать, что может быть проще? — с этих слов Саша начал урок. — Вот яблоко. При помощи силы воли вам нужно обхватить фрукт магической энергией, создав тем самым волшебное кольцо, — слова учителя сопровождались демонстрацией. — Затем в получившееся кольцо вы вписываете слова, которые позволят ему работать без вашего вмешательства.

Саша обвёл взглядом заспанных школьников. В их глазах читалось явное непонимание того, чего добивается этот неприятный человек.

— Всё будет записано на доске.

Создать кольцо — закрепить заклинание словами.

Эта фраза засияла слабым золотым свечением. Своеобразное напоминание, которое должно было въесться в подкорку.

Однако на переходе от одного этапа к другому начинались проблемы: не могли восьмиклассники удержать всё в голове, даже имея перед собой конкретный план действий. Для Саши такая неспособность оставалась загадкой. Возможно, проблема была ещё и в том, что заклинание нужно было придумать самому.

— Итак, товарищи восьмиклассники, задача проста, — сказал Саша, решив поэтапно повторить процесс ещё раз, слегка нервничая, — усилием воли создаёте нужную форму — это первый пункт вашего задания. Паша, вот ты, например, с ним справился отлично, но заклинание у тебя «голое», — Саша подошёл к одному из учеников. — Понадобятся нужные слова, чтобы сделать кольцо прочным — это второй пункт. Отдохните, посмотрите ещё раз.

Саша взял яблоко из корзины, стоящей на учительском столе, и расположил его на первой парте.

— Итак, форма.

Саша направил пару пальцев на яблоко, вокруг фрукта появилось кольцо оранжевого цвета.

— Когда вы создали форму, нужно подобрать слова, которые будут воздействовать на цель.

Кольцо стало чуть шире и на нём появились жёлтые слова «левитация» и «фиксация». Яблоко плавно поднялось в воздух. Саша убрал руку, и фрукт остался в воздухе.

— Как-то так. Можете повторить мой текст, а можете подобрать свои слова. Помните: чем необычнее слово — тем сильнее заклинание.

Ученики продолжили свои опыты, а у Саши неожиданно зазвонил телефон. Номер не был записан.

— Да? — поднял трубку Саша.

— Александр Владимирович, зайдите к директору.

А дальше гудки.

— Александр Владимирович, а можно слово выдумать? — спросил один из учеников. — Я не против словотворчества, Денис, только если слово будет отражать суть.

Саша направился к двери.

— Восьмой класс, сделайте перерыв и обратитесь ещё раз к теории. В учебнике всё есть. Я отойду к директору, а кабинет за вами присмотрит.

Не без напряжения Саша вышел в коридор и направился в административный корпус. Встречи со школьным начальством его нервировали. В такие моменты он чувствовал себя заключённым, неспособным вырваться на волю. Особенно Саша не любил встречи с директором. Он не умалял достоинства начальника, как администратора, однако его человеческие качества и учителю ПОМОГиТЭ, и педагогическому составу в целом не нравились. Собственно, а кого вообще это должно волновать?

Он вошёл в приёмную, поздоровался с секретарём и повернул направо, надавив на дверную ручку. Дверь открылась, и из-за неё донёсся голос:

— ... за воспитание, если они позволяют себе... — фраза повисла в воздухе.

Тут же раздался другой голос: — Заходите, Александр Владимирович.

Голос принадлежал завучу, Анне Васильевне Скоропятовой, высокой худой женщине лет сорока. Русые волосы были собраны в хвост, взгляд серых глаз буравил подчинённого.

Саша вошёл в кабинет. Директор ожидал его, лёжа на небольшом диване. Худой брюнет, возраст которого не так давно перешёл черту тридцатилетия. В своём изумрудном костюме он был похож на лепрекона. Правая нога была поднята, развязанные шнурки туфли болтались мёртвыми змейками.

— Что-то случилось? — поинтересовался Саша.

— Александр Ефремович оказался в неприятной ситуации, — объяснила Анна Васильевна, — у него развязались шнурки и...

— Меня сглазили! — проревел директор. Его нежный тенор не добавлял ему грозности.

— А при чём тут шнурки?

— Меня сглазили! Говорю же вам! — щебечущий рёв превратился в шипение котёнка. — Наслали сглаз, шнурки развязались, я наступил на них и упал!

Саша склонил голову набок и глянул на злосчастные шнурки, подняв левую бровь.

— А за...

— Завязывать пробовали, — подхватила Анна Васильевна реплику Саши, — но они снова развязываются.

— Я с трудом добрался до своего кабинета! Подумать только, из-за шалости каких-то мерзавцев я рискую репутацией!

— А зачем вам я?

Саша услышал, как по кабинету пролетела муха, жужжание которой в это мгновение ничто не заглушало.

Анна Васильевна сделала глубокий вдох и спокойно обратилась к подчиненённому:

— Александр Владимирович, при устройстве на должность учителя основ магии вы также говорили, что занимаетесь выявлением и снятием чар. Считайте, что мы просим вас воспользоваться заявленными навыками.

Саша мысленно выругался, пообещав себе при следующем устройстве на работу быть не столь многословным . Что поделать — придётся заниматься сглазом, которым юные дарования одарили начальника.

— Чего же вы ждёте? Снимите это с меня!

Уголки Сашиных губ поползли вниз, он тяжело вздохнул.

— Хорошо, как скажете.

Саша повернулся и направился к выходу из кабинета.

— Куда вы? — раздался яростный визг.

— За инструментами! — ответил Саша, не оглядываясь.

— Я вас не отпускал! Это что такое?!

Учитель не обратил на это внимания.

Урок к этому времени подошёл к концу. Вернувшись в кабинет, Саша дал ученикам домашнее задание, достал из своего рюкзака пластиковый пенал, в котором находились разноцветные линзы и инструменты, закрыл за учениками дверь и направился обратно в кабинет директора. Следующие сорок минут как раз были свободны.

Подойдя к приёмной, Саша снова услышал неприятный тенор:

— ... просто безобразие! И ведь его даже не смущает, что я... — фраза повисла в воздухе.

— Я готов, — сказал Саша.

Анна Васильевна кивнула.

— Итак, для начала надо разобраться в природе того, что вас задело, Александр Ефремович.

— Это сглаз! Я же сказал Вам, Александр Владимирович.

Директор принял вид обиженного ребёнка. Прозвучавшие имя и отчество Саши звучали с нескрываемой неприязнью.

— Я не отрицаю, что это мог быть именно сглаз. Только если это действительно сделал ученик, заклинание может быть... — Саша прервался, подбирая слова, — не совсем чистым.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась Анна Васильевна.

— Те ребятки, которые учатся у нас, в большинстве своём даже шнурки себе не завяжут, поленятся, а вы говорите о сглазе.

— Значит, это были коллеги, — сказал директор, — что ж, разумеется, в коллективе есть люди, которым...

— Я этого не говорил, — прервал его Саша.

— Тогда кто?!

Высокий голос директора стал ещё выше. Саша не ответил ему.

Он открыл пенал, вынул из него несколько линз и выбрал среди них фиолетовую. Саша посмотрел сквозь неё на голень директора. Вокруг неё вращалось кольцо, которое не было видно невооружённым глазом. Только заклинание казалось непрочным. Линия кольца местами размывалась или вовсе рвалась, по поверхности скользили кусочки букв.

— Сглаз, — сказал Саша, — но не чистый. Что-то добавили.

— Что добавили? — спросила Анна Васильевна.

Завуч выглядела заинтересованной, её типичная невозмутимость и некоторая холодность дали трещину.

— Сейчас посмотрим.

Саша наложил чёрную линзу поверх фиолетовой. Ничего не изменилось.

— Хочу вас обрадовать, Александр Ефремович, это не проклятье.

— Что?! Какое ещё проклятье?!

Это прозвучало несколько визгливо. Испуганный директор засуетился и заохал. Ёрзая на диване, он стал похож на потревоженную несушку.

— Говорю же, не проклятье.

Саша убрал чёрную линзу и достал жёлтую, наложив её таким же образом, как и предыдущую.

— А вот заклинание действия добавили, — сказал Саша. —Видимо, сглазы у ребёнка слабые. Решил компенсировать таким образом. Ну или, скорее, решила...

— Вы думаете, это девочка? — спросила завуч. В её голосе появились нотки лёгкого непонимания.

— Сомневаюсь, что парни в нашей школе интересуются сглазами, — ответил Саша.

Сквозь две линзы кольцо было видно лучше, но границы местами всё так же плыли, буквы прорисовывались не полностью.

— Что-то ещё, — сказал Саша.

Он начал отбирать одну линзу за другой, и в конечном итоге увидел целое кольцо.

— Ну надо же, и не лень было...

— Что? Что не лень?

Теперь и директор показывал заинтересованность, несмотря на кипевшее в нём негодование.

— Это не столь важно, — сказал Саша. — Давайте снимать ваш сглаз.

Он достал из пенала пару резиновых перчаток, надел их, а после взял небольшой деревянный пинцет, испещрённый мелкими символами.

Саша стал зачитывать слова, начертанные на кольце заклинания.

— «Оказия»... что? «Бадюк»? Не вертите ногой, мне нужно прочитать. «Цепкость», «объятия», «моментальность», а тут... «Краткожизнь»...

После того, как Саша произнёс последнее слово, кольцо проявилось. Теперь его можно было увидеть и без использования линз.

Саша протянул к кольцу пинцет. Символы, начертанные на нём, начали проявлять активность. Некоторые из них задымились, другие, наоборот, стали источать влагу. Саша ущипнул кольцо, и оно порвалось.

— Что ж, это действительно ученица. Почерк аккуратный, девичий. Скорее всего, старшеклассница.

— Отлично, — сказал директор, — теперь вы знаете, кого искать.

Он поднялся с дивана, завязал шнурки и прошёлся по кабинету взад-вперёд. Шнурки оставались завязанными.

— Что ж, сглаз снят, отлично, — сказала Анна Васильевна.

— Да, снят, — повторил Саша. В его руке находилось заклинание, зажатое пинцетом. — Я думал, на этом всё.

— Ну уж нет, мой дорогой.

Директор сел за стол и сложил на его поверхности руки, скрестив пальцы в подобие замка.

— Если уж у нас есть такой профессионал, как вы, — он поёрзал в кресле, — Грех не воспользоваться вашими навыками вновь. Итак, найдите мне эту девочку, желательно в ближайшее время, скажем, в течение оставшейся недели, а лучше пары дней, приведите ко мне, и мы проведём с ней беседу, — на его лице появилась приторная улыбка.

Саша взглянул на него исподлобья, левая бровь устремилась вверх.

— Анна Васильевна, подготовьте, пожалуйста, протокол для нашей встречи. Александр Владимирович, я вас не держу.

Саша поднял левую руку ладонью вверх. Над ней появилась небольшая красная сфера.

Улыбка пропала с лица директора, его брови поползли вверх. Спиной он прижался к спинке кресла и поднял руки перед собой, закрывая ладонями корпус. Было видно, что начальник испугался.

— Хорошо, — сказал Саша.

Повисла пауза.

По верхней трети сферы пробежала линия. Верхушка открылась, как крышка шкатулки, и Саша положил внутрь заклинание, снятое с ноги директора. Сфера закрылась и исчезла.

— С чего мне начать? — поинтересовался Саша.

Директор выдохнул и обмяк в своём кресле.

— Думаю, можете начать с записей камер. Подойдёте на пост охраны, сошлётесь на меня, ну и посмотрите, кто бы это мог быть.

— Хорошо.

Саша вышел из кабинета и направился к лестнице. По ней он спустился на первый этаж и сразу же повернул направо. Напротив входа в школу располагалась длинная тумба. На ней яркими символами был обозначен номер школы и её герб, распахнутая книга, усыпанная звёздами. Роль охраны выполняли две женщины лет сорока.

Они с трудом открыли Саше нужные записи, а дальше предоставили ему контроль за процессом. Саша нашёл нужный фрагмент и пересматривал его раз за разом, но не мог зацепиться хоть за какую-нибудь деталь. Вот директор. Он идёт по коридору, здороваясь с учениками. Учителей нет. Вот начальник наступает на шнурки и падает. Но кто к этому причастен? Никого из учеников одиннадцатого класса нет.

Моментальность.

Сглаз должен был сработать моментально. Но в момент «оказии» не было видно хоть кого-нибудь, способного на такой сомнительный подвиг.

Мимо проходят малыши. Они готовы помочь директору подняться, но тот отказывается. В сторонке небольшой группой стояли восьмиклассницы. При падении директора они тут же отвернулись и захихикали. Вряд ли это были они. Им это точно не под силу. Никого, кто мог бы сойти за подозреваемого.

Делать нечего. Саша поблагодарил охранниц за доступ к записям и вернулся в свой кабинет. Он снял копию почерка с заклинания и оставил на видном месте. Два последующих урока как раз проводились в одиннадцатых классах.

Саша тренировал с учениками более сложные заклинания действия. Кроме того, в задачу входил этап сокрытия чар. Однако с этим справлялись немногие. Вывода было два: или ученики этих классов не смогли бы создать сглаз, или не смогли бы этот сглаз скрыть.

Нужно было искать дальше. Но оставался только один выпускной класс, который должен прийти на следующий день.

А пока Саша мог отвлечься. Рабочий день завершал урок в восьмом классе.

Способные дети. Саша ожидал, что вопрос левитации яблок не вызовет у них проблем. Но на практике оказалось, что половина класса подзабыла основы.

— Кирилл, расслабь руки! Ты взорвёшь яблоко!

Саша ходил по классу и корректировал действия учеников.

— Ну вот, Полина! Вот что это такое! Меньше разговоров, больше дела.

У группы мальчиков пришлось забрать телефоны на время урока. После этого они вернулись к заданию, но без особого энтузиазма.

— Максим, «полёт» — слишком просто, тем более ты сам видишь, что слово неточно передаёт твои намерения.

Яблоко одного из учеников летало вокруг своего временного хозяина вместо того, чтобы зависнуть в воздухе.

—Девочки, не разговариваем! Маша!

—Что? — отозвалась темноволосая девочка.

Она была весьма высокой для своего возраста, а также атлетичной. Её имя часто звучало при упоминании лидеров. Девочка часто собирала вокруг себя компанию. Кто-то из учителей жаловался на то, что Маша не знает значения слова «субординация». Саша тоже часто журил за это ученицу, но в ответ его встречал лишь хитрый прищур карих глаз.

Дочка мамы-ведьмы и папы-военного. Своенравная и боевая. Но вместе с этим очень талантливая.

Яблоко Маши давно висело в воздухе. Ученица лишь добавляла деталей время от времени. То фрукт начнёт вращаться вокруг своей оси, то летать над партой, выписывая круги. Следующим шагом стали вырезанные глаза и рот. Яблоко улыбалось, затем кривилось в оскале. Процесс повторялся снова и снова.

Подруги Маши смеялись, наблюдая за её проделками.

— Молодец, — похвалил её Саша. — Только вместо того, чтобы баловаться, могла бы помочь подругам.

Саша двинулся дальше по кабинету.

Неожиданно раздался хлопок. Яблоко Кирилла всё-таки взорвалось. Фруктовые кусочки разлетелись в стороны, заляпав находившихся по близости товарищей.

— Кирилл!

Саша остановился, обернувшись к ученику.

— Не надо так напрягаться, говорил же... Убери за собой, а потом возьми ещё одно яблоко и попробуй снова. Только в этот раз постарайся его не взорвать.

Саша продолжил своё движение по классу. Девочки смеялись. Мальчики, наоборот, сосредоточились и увлечённо пытались повторить «подвиг» одноклассника.

— Да, Кирилл, — сказала Маша, — не напрягайся, а то видишь, какая оказия случилась.

Саша остановился. Несколько секунд он стоял неподвижно, затем развернулся и направился в обратную сторону.

Маша и компания продолжали обсуждать произошедшее, вспоминая другие забавные моменты. Ради приличия они делали вид, что занимаются. Саша подошёл ближе к фрукту, «лицо» которого искажала печаль, и незаметно снял копию с заклинания Маши. Затем вернулся к своему рабочему месту и сравнил копии.

Почерк тот же.

Он снова подошёл к столу девочек.

— Маша, тебе нечем заняться?

— Александр Владимирович, я же всё сделала! Как вы и сказали, помогаю девочкам.

— Хорошо, тогда давай тебе дополнительное задание дам.

— Да ну зачем? Тем более скоро звонок, наверняка не успею его выполнить.

— Не бойся, думаю, ты быстро с ним справишься.

Маша развернулась к учителю и внимательно посмотрела ему в глаза.

— Итак, — сказал Саша, — только что до вас это задание пытались сделать одиннадцатиклассники. Справились не все. Но ты девочка талантливая.

— Ну это да, — сказала Маша, самодовольно улыбнувшись.

— Скрой заклинание. Яблоко должно остаться в воздухе, но я не должен видеть кольца.

— И всё?

— Да! — Пф-ф... Да проще простого!

Маша провела рукой над яблоком, и кольцо заклинания исчезло.

— Всё! — сказала Маша.

Девочки, которые были вокруг неё, отвернулись и захихикали.

Перед глазами Саши возникла запись с камер. Те же самые девочки так же отвернулись и захихикали. Это была она.

Сглаз на директора наслала она.

— Маша, задержись, пожалуйста, после урока, — сказал Саша и занял своё место за учительским столом.

— Что? За что это? Я всё сделала?

Девочки замолкли и с негодованием посмотрели на учителя.

— Обсудим твои таланты, — ответил Саша.

— Ой, да что тут обсуждать!

— Останешься, услышишь.

Маша хотела ещё что-то сказать, но передумала. До конца урока оставалось несколько минут. Маша была напряжена.

После звонка ученица с подругами подошли к учительскому столу.

— Я просил остаться только Машу.

— А что такого, вы же про Машины таланты говорить будете, — возразила одна из девочек.

Саша не стал отвечать. Он щёлкнул пальцами, и в кабинете раздалось гудение. Из вентиляции вырвался поток воздуха и вынес девочек за пределы кабинета, не принеся им вреда. Дверь закрылась.

Саша вздохнул и поднял левую ладонь, над которой образовалась сфера. Она снова раскрылась, как шкатулка. Маг приготовленным пинцетом вынул из неё заклинание и показал Маше.

— Узнаешь? — спросил он.

Маша осмотрела разорванное кольцо сглаза, а затем перевела взгляд на учителя.

— В первый раз вижу.

Ученица выглядела серьёзной, но Саша заметил, что долго отпираться она была не намерена.

— Не знаю, замечала ты за собой или нет, но у тебя есть одна привычка. Когда тебе попадается новое интересное слово, ты постоянного используешь его в своей речи. И, видимо, не только в речи.

Саша развернул кольцо, на нём высветилось слово «оказия».

— Да, ещё один нюанс, — Саша выложил копии, — если сравнить два заклинания, можно увидеть, что почерк один и тот же.

Маша молча смотрела на них.

— Это всё было во-первых и во-вторых. А теперь в-третьих. Любое направленное заклинание можно перекладывать с человека на человека. Кольцо сначала разрывается на одной цели, а затем прикрепляется на другую и тут же спаивается. Но, опять-таки, нюанс... Дай руку.

Маша покорно протянула руку ладонью вверх, и Саша выложил на ладонь заклинание. Оно повисло.

— Направленное заклинание не работает против своего создателя. Поэтому я не могу касаться его голыми руками, а ты можешь. Вот такая вот, Маша, оказия.

В кабинете повисла тишина, которую вскоре прервал Саша.

— Кто такой Старо-Кораблев Александр Ефремович, ты знаешь?

Девочка молчала, вид у неё был несчастный.

— Ну? — произнёс Саша, глядя в её глаза.

— Наш директор, — ответила она.

— Совершенно верно. Так вот: Александр Ефремович хочет знать, кто его обидел. Он поручил мне в ближайшее время найти виновницу. Как видишь, тебя я нашёл.

Маша всё так же молчала.

— Скажи мне, пожалуйста, зачем ты его сглазила?

— Не знаю.

— Маш, говори, как есть.

— Не нравится он нам, раздражает.

«Как же я тебя понимаю», — подумал про себя Саша, но сказал:

— А есть ли причина посерьёзнее?

Девочка молчала.

— Маша?

— Мы боимся его, — сказала она.

— Кто мы?

— Мы — это ведьмы. Он как будто терпеть нас не может за то, что мы такие. Но не только нас. Есть слухи, что у нас в школе учатся другие ребята, которые не совсем люди.

Перед мысленным взором Саши возникли образы учеников, в которых, как гласили слухи, текла кровь русалок, берендеев и других народов.

— Девочки рассказывали, что директор грозился их исключить.

— Маша, но ведь это только слухи.

— Но Александр Владимирович, он же правда к нам плохо относится! — она помолчала недолго. — Я не специально его сглазила. Это вышло случайно.

Откуда-то из отдалённых уголков памяти выплыли воспоминания. Они предстали перед Сашей, как старые пожелтевшие фотографии. Годы его обучения в школе. Общение с одноклассниками не складывалось. Он просто не мог поймать с ними одну волну. Но всё усугублялось тем, что Саша не умел говорить впопад. Его манили другие знания, магия была для него творчеством, непонятным сверстникам. Но, возможно, он и сам не пытался понять их.

Тем не менее, Машу сейчас он понимал, ощущал её страх.

— Что будем делать?

— Не знаю, — ответила девочка.

Саша вздохнул, а после этого щёлкнул пальцами, и сглаз обратился в сноп исчезающих искр. Заклинание уничтожилось. После этого Саша создал два новых кольца. Они были жёлтыми с синими прожилками. Маша успела увидеть детали до того, как учитель скрыл заклинания. А затем почувствовала, как вокруг её кистей что-то сомкнулось.

— Это своего рода блокираторы, — пояснил Саша. — Не бойся, они будут работать только в школе, и только, если ты решишь кого-то сглазить.

Маша кивнула и потёрла запястья.

— Я не снимаю с тебя ответственности за твои шалости. Но и ругать тебя я не могу.

Маша посмотрела на него и спросила:

— И теперь мы пойдём к директору?

— Тебе так не терпится встретиться с ним?

Маша покачала головой и потупила взгляд.

— Я тоже хотел бы воздержаться от походов в его кабинет. На сегодня мой лимит исчерпан.

— А когда вы меня к нему отведёте?

— Думаю, что наш с тобой поход к нему не состоится.

Маша подняла глаза на учителя.

— То есть вы меня отпускаете?

Саша выдохнул и помолчал какое-то время, а затем, отвернувшись к окну, сказал:

— На первый раз да, но надеюсь, что подобных бесед у нас с тобой больше не будет. Иди отдыхай.

Маша улыбнулась и, попрощавшись, покинула кабинет. А Саша после минуты отдыха начал собираться домой. Директору он скажет, что с поиском не справился. В конце концов, это не входило в его служебные обязанности.

Иммунный ответ

День не задался с самого утра. Саша проснулся от грохота бьющейся посуды и сразу же побежал на кухню. Там, над белым прахом тарелок, он увидел своего домового, сидящего в распахнутом шкафу. Это был дух, похожий на небольшого старичка, взъерошенный, с разгневанным видом. Простая одежда, грубая и мешковатая, давно не стиралась. В мохнатых руках он держал очередную «жертву», а короткие босые ноги болтались в воздухе, свисая с полки.

— Лукич, как это понимать?! — спросил Саша, насупившись и глядя на домового исподлобья.

Ответа не последовало. Дух бросил перед ногами хозяина небольшую тарелку и тут же испарился, рассеявшись пыльным облаком.

Саша вздохнул и поджал губы. Подобное поведение домового было для него загадкой. Лукич мог «проучить» Сашу, если тот не вымыл посуду или не навёл порядок в доме. Но домашние обязанности были выполнены. Значит, дух разозлился по другой причине.

Какое-то время маг потратил на то, чтобы собрать осколки в единое целое. Затем, используя простые заклинания, Саша вернул посуде первозданный вид и без использования магии поставил тарелки на место, закрыл шкаф.

Волшебного сожителя нужно было подбодрить. Для этого отлично подходили молоко и овсяное печенье, оставленные про запас. Саша расположил их около своего рабочего стола, перед занавеской. Именно за ней спал домовой. Оставалось только надеяться, что дары умилостивят духа.

Однако на этом проблемы не закончились.

Саша принялся за работу и через время почувствовал сильную головную боль. Глаза стремились вырваться из черепа. Пришлось сделать перерыв, но передышка не помогла. Вместе с головой заболели руки и спина. Кожу жгло, кости ломило. Такое болезненное самочувствие сигнализировало, что щиты, установленные над районом, подвергались серьёзному воздействию извне. Но Саша не мог заняться этой проблемой прямо сейчас. Нужно было отправляться на совещание Стражей.

Данное мероприятие проходило в центре «Службы Тайной Охраны и Реагирования на Опасность Жизни». До СТОРОЖки, как называли организацию сотрудники, добирались двумя способами: через порталы, если были силы, либо на транспорте, общественном или личном. Саша выбрал второй вариант.

Он вышел на остановку, находящуюся вблизи его дома и стал ожидать автобус.

Обычно Саша с удовольствием наблюдал за окружающей картиной. Облик современной жизни, с её достижениями и неукротимым прогрессом, радовал его сердце. Образы осенней природы, вплетённые в холодную серость асфальта и бетона, ещё сильнее оживляли тихое ликование, сокрытое глубоко в сердце Саши. Но плохое самочувствие не давало в полной мере прочувствовать этот миг.

К остановке, крадучись серым котом, подъехал автобус. Саша зашёл в почти пустой салон и занял место возле окна. За стеклом поползли городские виды. Новостройки оставались где-то позади. Они сменялись домами, выстроенными двадцать или тридцать лет назад. Молодёжь, сидящая в салоне, смешивалась с поколениями постарше.

На одной из остановок зашёл мужчина лет шестидесяти. Он встретил своего товарища.

— О, Николаич! Приветствую, приветствую, — обратился он к мужчине, сидящем перед Сашей. — Как сам?

— Здоров, Ваньк. Да как тебе сказать...

— Да как есть, так и скажи!

— Ну, как есть — хорошо, а там посмотрим, что дальше будет.

— То хорошо, что хорошо...

— А ты чего? Что-то давно не виделись.

— Да как, бегаю вот, ... в мыле. Нашего главнюка снова какая-то вша цапанула, теперь вот всем отделом радуемся.

— Что так?

— Да там долгая история.

— А чего через порталы прыгать не хочешь?

— Да слушай, Николаич, я уже напрыгался. Как-то не хочу лишний раз с ними заморачиваться. Транспорт вон придумали, надо пользоваться.

— Это да, это да. Ну слушай, рассказывай тогда подробнее.

Автобус катился всё дальше от дома. По этом маршруту он выезжал из сектора, подконтрольного Саше, проезжал второй и завершал свой путь в третьем, находящемся в центре города.

Путешествие в прошлое перешагнуло границу столетия.

Саша вышел, не доехав одной остановки до конечной. Он свернул направо и вышел на улицу, по которой с обеих сторон его встречали дома, построенные купцами в начале прошлого века. Здесь чувствовались покой и горделивость. В этом месте была своя особая сила.

В одном из домов располагалась СТОРОЖка.

Переступая порог, человек оказывался в совершенно другом мире. Выражаясь образно, конечно.

Проникая внутрь, вошедший оказывался перед постом охраны, над которым висела серая вывеска с наименованием организации, под ней находился перечень департаментов, входящих в состав СТОРОЖки: Отдел маскировки и связи — 3 этаж, Отдел мониторинга и поиска — 2 этаж, Медицинский корпус — 1 этаж, Отдел обучения и развития — 1 подземный ярус, Отдел сдерживания и карантина — 2 подземный ярус, Оперативный отдел — 3 подземный ярус, Командование — 4 подземный ярус.

Саша миновал пост охраны и, как того требовал регламент, отправился на медицинский осмотр. Процедура, кажущаяся обычно пустой тратой времени, теперь была как нельзя кстати.

Он вошёл в просторный кабинет. В нос ударил запах, кажущийся уставным для любой больницы. Разве что в воздухе чувствовались лёгкие, как наковальня, нотки перегара. Хозяином этого ароматического чуда был Аркадий Львович, шестидесятивосьмилетний маг-диагност, уверяющий, что это запах его лекарственной настойки. У Саши не было повода усомниться в словах профессионала. Сухой старик сидел за своим столом. Он был высок, но сутулился. Седые волосы спускались почти до плеч, седая козлиная бородка обрамляла рот, а на пациента, сквозь очки в металлической оправе, смотрели серенькие глазки. На нём были старые потёртые брюки и такие же потёртые туфли, а под белым в пятнах халате красовался заношенный свитер.

Компанию ему составляла девушка Алиса. Полная противоположность. Студентка местной медицинской академии, работающей на базе Отдела обучения и развития. Ей шёл двадцать второй год. Одевалась она всегда со вкусом, подчёркивая при этом достоинства фигуры. Русые волосы были собраны в хвост, а пациентов она одаривала взглядом прекрасных голубых глаз.

Эта пара занималась Стражами.

— И наконец, — сказал Аркадий Львович, как только Саша вошёл в кабинет, — Карасёв Александр Владимирович. Человек, у которого всегда всё отлично.

Алиса открыла нужную папку и приготовилась делать записи. Аркадий Львович подошёл к Саше и продолжил:

— Полагаю, на этот раз жалобы есть, учитывая, какие слухи до меня доходили. Оголяем торс, молодой человек.

Голос врача был тихим и спокойным. Саша послушно снял водолазку, в которой приехал на совещание. Алиса то и дело косилась на него.

— Итак, физическое состояние, как и прежде, на высоте, молодец, — маг-диагност продолжил осмотр. — А теперь будьте добры, татуировки.

Саша сделал вдох и выпрямился. На его теле одна за другой появлялись татуировки, подобные тем, которые делаются хной. Только это были заклинания, отпечатанные на теле волшебника. Они светились разными цветами, в зависимости от назначения.

— Что ж, — Аркадий Львович подошёл к Алисе и взглянул в карточку Саши, — напомним друг другу: символы, расположенные на теле Карасёва А Вэ являются заклинаниями, выполняющими функции аккумуляции энергии, питания защитного комплекса западного сектора, а также усиления боевых заклинаний и т.д., и т.д.

Мужчина снова подошёл к стражу и начал осматривать символы, от которых исходило слабое свечение.

— Молодой человек, я вас предупреждал. При таком варианте, в котором вы используете татуировки — назовём так, бог с ним — вы очень рискуете здоровьем. То, что происходит с щитом, происходит и с вами. И теперь давайте смотреть. Цвет символов слабее — раз, кровоподтёки — два, качество кожи — три. Ну, голубчик, сколько вам лет?

— Двадцать шесть, — коротко ответил Саша.

— Двадцать шесть, — повторил Аркадий Львович, изобразив сглатывающую лягушку. — В двадцать шесть лет вы атлет, принимаете удар на себя, а в дальнейшем такие вот эксперименты будут ещё сильнее вредить вашему организму. Атлетичный Карасёв А Вэ высохнет и останется от него... Ну, давайте дальше. В конце нашего мероприятия я выпишу вам рецепт. Прошу вас, следите за своим здоровьем, не испытывайте его на прочность.

После осмотра Саша отправился к лифту. Там он нажал на кнопку «4 подземный ярус». Кто-то выходил в Отделе сдерживания и карантина, ещё больше людей вышло в Оперативном отделе. Саша ехал до конца.

Наконец двери открылись, и Карасёв вышел в серый холл, освещённый синими лампами. Он прошёл вперёд через массивные деревянные двери и попал в коридор, по обеим сторонам которого располагались кабинеты Стражей. Помещение, отведённое для Саши, было последним по правому ряду. За ним, посередине, была дверь, ведущая в сердце СТОРОЖки: командный пункт, зал совещаний и кабинет командира стражи. Они находились один в другом, как в матрёшке. При этом все три помещения были круглыми.

Саша вошёл в командный пункт, повернул налево и, дойдя до двери, очутился в зале совещаний.

Это было помещение, выдержанное в синих тонах, освещённое приглушённым белым светом. Вдоль стен, смыкающихся в круг, стояли столы с аппаратурой и внушительные горшки с цветами, на поверхности висели портреты предыдущих Стражей и их командиров. Кабинет начальника был расположен не в центре этого зала, а как бы прилегал к нему по касательной. Перед дверью, расположенной напротив входа в зал, стоял массивный стол из морёного дуба, инкрустированный серебряными символами. По обеим сторонам были расставлены стулья, а во главе стояло кресло командира. Никто не назвал бы это кресло троном, но вид был внушительным.

В зале уже собирались коллеги. Своё место (крайнее по правую руку от командира) заняла девушка, защищающая северо-восточный сектор. На противоположной стороне сидел молодой человек, страж сектора центральный-2. Его неизменным атрибутом был ноутбук, за которым парень становился практическим невидим. А рядом с ним, напротив девушки, сидел мужчина, который, по виду, разменял шестой десяток. Пожалуй, в зале совещаний это был единственный человек, пугающий своим видом. Стройный, даже высушенный. Его бледную кожу словно натянули на череп, не позаботившись о мышцах, волосы были скорее бесцветными, нежели седыми. Он сидел, закинув ногу на ногу и закрыв глаза. Тонкие пальцы, собранные домиком, касались тонких иссохших губ. Чёрный костюм-тройка сидел на этом человеке идеально, цвет рубашки можно было счесть эталоном белого. Казалось, будто в зале посадили покойника. Но периодически его грудь вздымалась, напоминая, что человек скорее жив, нежели мёртв.

Саша занял своё место, второе по правую руку от командира. Он сидел прямо, как на своём уроке, не позволяя себе развалиться на стуле.

Через некоторое время в зал вошёл крепкий тридцатилетний мужчина. Тёмно-каштановые волосы, густая борода, по сравнению с которой растительность на лице Саши казалась подростковым пушком. Он был похож на медведя, одетого в джинсы и футболку. Впрочем, спортзал, которым он владел, и назывался «Медвежий угол». Его звали Святослав. Он прошёл «мертвеца», лишь недоверчиво покосившись на него, затем поздоровался со Стражем центрального-2, сказал пару слов присутствующей девушке, а затем энергичным рукопожатием поприветствовал Сашу, сев слева от него.

Святослав и Саша дружили. Последний был посетителем «Медвежьего угла» и, как коллега по «опасному бизнесу», имел там определённые привилегии.

Затем по очереди вошли ещё трое стражей: пожилой мужчина, Страж центрального-1, девушка, защищающая восточный сектор и девушка, защищающая юго-западный сектор. Последняя так же села рядом с Сашей, только справа.

В назначенное время из кабинета вышли командир и его секретарь - молодая девушка, одетая в строгий костюм.

При виде начальника присутствующие встали. «Мертвец» тоже поднялся со своего места. За раскрывшимися веками показались молочно-белые глаза с чёрными зрачками. Они смотрели сквозь людей, а точнее, сквозь их шеи.

— Добрый день, садитесь, — раздался спокойный голос командира.

Геннадий Валерьевич. В прошлом военный, которому по выходе на пенсию предложили должность командира Стражей. Высокий пятидесятилетний мужчина с короткой стрижкой. Некогда русые волосы на висках уже посыпались пеплом седины. Тяжёлым взглядом серых глаз он обвёл присутствующих и сел на своё место. Одет он был в качественные брюки и поло. Цветовая гамма напоминала о прошлом. Он положил руки на стол ладонями вниз и бросил взгляд на девушку-секретаря. Геннадий Валерьевич терпеливо наблюдал, как она раздавала стражам папки с необходимой информацией. После этого девушка заняла своё место в стороне, открыла ноутбук, совершила в нём необходимые операции и подняла глаза на начальника.

— Товарищи старейшины, Стражи, начинаем очередное совещание командного пункта «Службы тайной охраны и реагирования на опасность жизни» за номером 7-Б-44.

Голос его звучал тихо, но уверенно.

За спинами пришедших зажужжала аппаратура, сообщающая о незримом присутствии дополнительного органа СТОРОЖки.

— Секретарь, доложите о явке.

Далее прозвучал мягкий, как бы извиняющийся, голос:

— Стражи явились в полном составе, на удалённом подключении в режиме «Наблюдения» пять старейшин из семи.

Геннадий Валерьевич кивнул, глядя в бумаги и продолжил:

— Повестка дня утверждена. Пункт первый: Отчёт о текущем статусе городских щитов за последние семьдесят два часа. Пункт второй: Обсуждение аномальной активности в западном и юго-западном секторах. Пункт третий: Разное. Итак, слово предоставляется отделу мониторинга. Докладывайте.

За спинами Стражей из аппаратуры прозвучал мужской голос:

— Уровень интеграции щита стабилен на девяносто две целых и три десятых процента. За прошедшие семьдесят два часа зафиксировано четырнадцать несанкционированных попыток низкоуровневого сканирования. Отражены в штатном режиме.

Геннадий Валерьевич обвёл взглядом присутствующих.

— Стражи от комментариев воздержались, переходим ко второму пункту. Пункт второй. Отдел мониторинга, ваш доклад.

— С четырёх часов нуля минут на западный и северо-западные сектора оказывается фоновое давление невыясненной природы. Мощность нарастает. Эффективность щита в секторе снижена на семь процентов. Источник не локализован. Классификация угрозы: «Призрачный шум» с тенденцией к повышению.

— Александр Владимирович, Кристина Эдуардовна, жду ваших комментариев и предложений.

Саша изучал выданные материалы. Результаты исследований, плюс его собственное самочувствие давали основания для некоторых выводов. Он приготовился ответить командиру, но его опередила девушка, сидящая справа от него.

— Для таких эпизодов у нас существуют конкретные инструкции. В соответствии с ними предлагаю провести ряд работ по стабилизации локального городского щита. Также поставить отделу мониторинга и поиска задачу по выявлению источника давления.

Это была Кристина. Эффектная двадцатипятилетняя блондинка с холодными голубыми глазами. Чаще всего Саша видел её в деловых костюмах. Невысокая и очень юркая. По официальной версии — администратор одной из частных клиник. По неофициальной — карьеристка, дотошная зубрила и стерва, как отзывался о ней Святослав. Саше девушка тоже не особо нравилась. В частности, разница в подходах была очень ощутима.

Там, где Саша предпочитал творческий подход, Кристина рассчитывала всё с математической точностью. Все её поступки чётко укладывались в рамки регламентов и инструкций. Именно такая «стерильность» и не нравилась парням, окружающим её. Только Кристину это не особо волновало. Она делала свою работу.

— Благодарю, — коротко ответил Геннадий Валерьевич. — Александр Владимирович?

Саша перевёл взгляд с бумаг на начальника, отложил папку и произнёс.

— У меня другое предложение.

В этот же момент брови Кристины прыгнули вверх. Она сложила руки на груди, наклонила голову набок и посмотрела в глаза Саши, будто надеясь поймать его взгляд и предложить оправдаться за несогласие.

В этот момент тишина стала ощутимее. В ней отчётливо слышалось гудение аппаратуры, напоминающей о присутствии незримых наблюдателей. Появилось ощущение, что старейшины с нетерпением ожидают того, что скажет молодой человек.

— Судя по представленным материалам, а именно месту дислокации... давления, — Саша старался подбирать правильные слова, — источник находится недалеко от черты города. Я предлагаю перенаправить все силы на поиск. Готов заняться этим лично.

— Александр Владимирович, а вы так рвётесь геройствовать? — спросила его соседка.

— Нет, Кристина Эдуардовна. Предлагаемый Вами способ действительно вписывается в регламент. Однако, хочу отметить, что усиление щита не решит проблему. Также, судя по тому, что... локализация давления мобильна... — Саша ещё раз заглянул в бумаги, — да, именно так... Тут можно смело предположить, что работа в тех темпах, которые предлагает отдел мониторинга и поиска, может затянуться. Также из предоставленной информации видно, что природа... проблемы не вписывается в привычную нам классификацию угроз. Вряд ли это «Призрачный шум». Возможно, промедление в данном случае может обернуться для нас неприятностями.

Тут вступил Геннадий Валерьевич.

— Александр Владимирович, я ценю Ваше рвение, но хочу отметить, что результаты последнего медицинского осмотра меня несколько смущают. Я ничуть не отрицаю факт того, что Вы вполне можете справиться с задачей, которую сами себе ставите. Но, — он достал папку из стопки документов и прикрыл её ладонью, — Аркадий Львович в своих записях ясно дал понять, что Ваши силы нуждаются в восполнении.

Саша промолчал. Он понимал, что его физическое состояние напрямую связано с давлением на локальный щит, с которым соприкасаются его собственные заклинания. Вместе с этим, если предположить, что стабилизация щита подправит в том числе и его самочувствие, то запаса сил вполне хватит на поиск источника проблем.

— Как я вижу, более возражений нет? — поинтересовался командир.

Саша покачал головой. Кристина, довольная результатом, будто воспарила над своим местом.

— Хорошо, в таком случае предлагаю зафиксировать решение, предложенное Кристиной Владимировной.

— Эдуардовной, — тихо поправила начальника девушка.

Начальник в ответ лишь коротко кивнул, даже не посмотрев на подчинённую.

— Возражения? — спросил он.

Ответом была тишина. Геннадий Валерьевич вновь кивнул.

— Ставлю отделу мониторинга и поиска задачу по выявлению источника давления, — он подождал какое-то время. — Итак, третий пункт. Коллеги, есть ли у кого из вас вопросы или информация к рассмотрению?

В ответ снова прозвучала тишина.

— Хорошо. Стража проинформирована. При рассмотрении текущих проблем приняты следующие решения: реализовать протокол усиления щита в западном и юго-западном секторах; возражение Александра Владимировича приобщено к протоколу; поставлена задача отделу мониторинга и поиска. Совет старейшин от комментариев воздержался. Совещание закончено. Всем спасибо, на этом прощаемся.

Присутствующие поднимались со своих мест и покидали зал. Кристина, довольная собой, перед уходом одарила Сашу взглядом победительницы.

— Сань, ну-ка постой.

Святослав взял его за плечо левой рукой, испещрённой шрамами. Всё предплечье как будто сшивали по новой.

— Ну и чего ты, уступишь нашей мисс Регламент?

Саша посмотрел в медвежьи глаза товарища и улыбнулся.

— А-а-а, — Святослав перешёл на хохот. — Жучара. Я так и знал, ты чего-то там уже придумал, — дальше он почти перешёл на шёпот. — Ну, выкладывай.

Карасёв рассказал о своём самочувствии и о том, как оно связано с щитом, а затем продолжил свою мысль о проблеме.

— Есть ощущение, что тут что-то нетипичное.

Они шли по коридору к лифту, Саша старался говорить по возможности тише.

— Энергия странная, не совсем... человеческая. У меня вон даже Лукич с утра какой-то сумасшедший.

— А чего это он?

— Не знаю, почти все тарелки побил, да и сам по себе какой-то озлобленный. Видимо, на него тоже действует.

— Так а делать-то чего собираешься? — спросил Святослав.

— Сейчас домой, вычислю, где источник, а потом поеду разберусь, — ответил Саша.

— А транспорт есть у тебя? Чтобы до источника добраться. Он-то за чертой города, автобусы не ходят.

— Нет. Но что-нибудь придумаю.

Они зашли в лифт, молча поднялись на первый этаж и вышли из здания СТОРОЖки.

— Слушай, старик, — обратился Святослав к Саше, — я же на машине. Давай я тебя довезу, заодно и помогу там. Мало ли что.

— Да я как-то не хочу тебя напрягать, — Саша остановился, чуть прищурился от светящего солнца, расположенного за высоким товарищем, и немного отошёл в сторону, чтобы оно не светило в глаза.

— Ну смотри, так-то если посмотреть, мой сектор рядом находится. Если эта дура, — конечно, он говорил об источнике давления, — движется, она и мой район может задеть. Так что мой интерес тут тоже имеется.

Саша какое-то время подумал и ответил:

— Хорошо, Свят. Тогда я сейчас доберусь до дома, а как только что-то станет известно — сообщу. Идёт?

Святослав рассмеялся и правой рукой мягко ударил Сашу по плечу.

— Отлично, идёт. Тогда буду ждать.

Товарищи пожали руки на прощание и разошлись.

Оставшись наедине с собой, Саша заметил, что самочувствие у него улучшилось. Любил он исполнительность отделов СТОРОЖки. Отсутствие головной боли и других неприятных симптомов говорило о том, что локальный щит удостоился внимания.

Обратный путь был намного приятнее.

Вернувшись домой, Саша заметил, что и настроение домового переменилось в лучшую сторону. Лукич прибрал небольшой беспорядок, оставленный волшебником перед отъездом. Он даже помыл кружку, в которой жилец оставлял молоко.

Рабочее место было готово для дальнейшей работы.

День стремился к завершению, но Саша только разминался перед предстоящими ритуалами.

Он собрал нужные бумаги, взял коробку с линзами и поднялся на крышу многоэтажного дома, в котором жил.

Там Саша вышел на середину, аккуратно поставил ящик с линзами рядом с собой и перебрал бумаги, расположив их в определённом порядке. Это были схемы, объясняющие работу его щитов. Рядом с каждой из них аккуратным почерком Саша описывал принцип работы того или иного фрагмента защиты, а также отмечал, что с какой татуировкой соотносится. Саша выпустил бумаги из рук, и те повисли в воздухе.

Здесь работало сразу несколько заклинаний: золотая нить держала все листы в воздухе, небольшие синие щиты защищали бумагу от ветра и возможного дождя, а ещё были мелкие заклинания-помощники белого цвета, при необходимости приводящие листы в движение.

Затем Саша открыл ящик с линзами. Этот набор отличался от того пенала, который волшебник использовал в школе. Внутри, на чёрном бархате, лежали тщательно отполированные стеклянные диски, каждый в своём гнезде. Они были разных оттенков — от дымчато-серого до глубокого фиолетового. Размеры тоже отличались. Каждая линза походила на блюдо.

Волшебник надел перчатки, которые лежали в отдельном кармашке на крышке ящика, и достал жёлтую линзу. В следующее мгновение по стекло накрыл золотой диск. На нём повторялась небольшая фраза «Стекло, увеличение размера». Остальные слова были написаны на одном, а возможно, и нескольких иностранных языках. Линза соскользнула с пальцев и воспарила в воздухе, увеличившись в диаметре. Теперь она соответствовала росту Саши. Он управлял инструментом, корректируя его положение движением рук.

Саша рассматривал защитные заклинания, искал в них фрагменты, которые могли быть атакованы извне. Об этом бы сообщили размытые контуры, слова, чьё написание не было полным, а также изменение цвета заклинания.

За макушками домов вились крючки и петельки букв, искрились поверхности щитов. Саша медленно поворачивал линзу, просматривая их на границе своего сектора. Поначалу никаких аномалий не было. Но затем, над выездом из города Карасёв заметил, как потускнели слова, висевшие над дорогой.

— Вот и наша проблема, — тихо проговорил он под нос.

Саша зафиксировал линзу, направив её на нужный участок. Затем из ящика он достал ещё одну, красную. Она увеличилась так же, как и предыдущая. При помощи заклинания линзы наложились друг на друга практически вплотную, и Саша взглянул сквозь них на тот же участок.

Результат был сомнительным. Заклинания помутнели. Но не от воздействия извне, а из-за неподходящей линзы.

— Ага, действительно нечеловеческое вмешательство.

Саша снял с линзы заклинания и убрал её обратно в ящик. Далее он размышлял вслух:

— Это не атака людей... Но совершенно точно зловредное действие извне... Что это конкретно?

Одну за другой он пробовал различные линзы, отвечающие за выявление атаки, сглаза и порчи. Наконец, после долгих поисков, он выбрал серую. Наложил её на жёлтую и увидел...

О щит билось чёрное облако. Заклинание было похоже на столб дыма, тянущийся откуда-то из пригорода. Но слова отсутствовали. Как будто с защитой сталкивалась чистая магическая энергия, не оформленная в заклинание.

— Это что такое?

Саша отошёл от линз чуть подальше, поднял руки, согнутые в локтях. Татуировки на его теле проявились и засияли. Он вытянул вперёд левую, а правую медленно потянул на себя. От краёв линзы к пальцам Саши потянулись тонкие струйки заклинания. Они собирались в клубок, который Саша расширил до размеров футбольного мяча. Применив несколько заклинаний, волшебник превратил светящийся шар в макет своего сектора. Только щит на этой модели был виден невооружённым глазом, как и столб дыма.

Под макетом отобразилась карта. Пройдясь взглядом по уменьшенной копии враждебного заклинания, Саша нашёл точку, откуда оно вырывалось. Это был небольшой земельный участок, находившийся в получасе езды от его дома.

Саша достал телефон и позвонил Святославу:

— Да, Сань? — голос товарища был бодр.

— Я нашёл источник наших проблем. Сможешь подъехать к половине восьмого утра?

— Уверен, что надо ехать так рано?

Несмотря на то, что Святослав сам предложил помощь, перспектива выезжать рано утром его не радовала.

— Да, мне не особо нравится то, что я увидел.

— Хорошо, старик, как скажешь!

Они попрощались, и Саша завершил вызов.

Ему хотелось бы думать, что дело остаётся за малым.

Саша собрал свои вещи и вернулся в квартиру. У него была возможность поспать перед предстоящим делом.

Святослав подъехал ровно в назначенное время, и, не теряя ни минуты, они выдвинулись в путь.

— Я пробил информацию, — сказал Саша, — участок уже давно заброшен.

— Да? А что ж там так фонит, что аж на щит влияет? — Святослав внимательно следил за дорогой.

— Понятия не имею, честно. Что-то чёрное, без единого слова в заклинании.

— Значит, не заклинание. — Святослав нахмурился.

— Думаешь?

— Та да. Не против, если я закурю?

Саша покачал головой, Святослав приоткрыл окно, достал сигарету и задымил.

— Я допускал такой вариант, — Саша смотрел на дорогу, — только раньше с таким не сталкивался.

— Та... Старая магия, наверно.

Саша сделал глубокий вдох, задержал дыхание, а затем медленно выпустил воздух через рот.

— Чего ты? — Святослав кинул короткий взгляд на товарища.

— Я с ней не особо знаком.

— А, — дальше прозвучал раскатистый смех Святослава.

— Чего?

— Та с ней мало кто знаком. Из людей-то так точно. Конечно, если только ты не из рода ведьм, не полукровка, ну или не чистый нелюдь.

Какое-то время они ехали молча.

— И что тогда делать? — спросил Саша.

В ответ Святослав лишь вздохнул и склонил голову набок, побарабанив пальцами по рулю.

— Свят?

— Не знаю, Сань... Не зна-ю... — он докурил, левой рукой взялся за руль, а правой почесал бороду. — В любом случае, возвращаться уже поздно, мы почти доехали.

— А ты знаешь, кто в СТОРОЖке умеет с этим делом... обращаться?

Святослав помолчал какое-то время. Саша заметил, как он напрягся. Затем прозвучал ответ:

— Есть один тип. Только надеюсь, что справимся своими силами.

Через несколько минут молчаливой езды они подобрались к участку, огороженному покосившемся забором. Краска давно облупилась, доски местами отсутствовали, но калитка была плотно закрыта. С улицы был виден одноэтажный частный дом, такой же обветшалый. На фасаде были расположены мутные окна в деревянных рамах. Как глаза, они бросали скорбный взгляд на дорогу.

Парни вышли из машины и остановились перед участком. Саша сделал шаг вперёд, но его остановил Святослав.

— Так, ну-ка постой, — он заглянул через забор и осмотрел территорию, — ты же говорил, что участок давно заброшен.

Саша с недоумением посмотрел на Святослава, а потом заглянул через забор.

— Ну да, а что такое?

— А скажи мне, Саня, куда тогда вся трава подевалась?

Саша нахмурился.

— Что?

— Если здесь давно никто не живёт... — начал Святослав.

Фразу закончил Саша:

— Значит, участок должен был зарасти.

— Именно. А тут ни травинки! Может, не тот участок?

Саша несколько напрягся, затем отошёл чуть подальше.

Он осмотрел забор, затем вытянул правую руку вперёд, открыл ладонь, и в ней появился небольшой золотой шар.

— Что это за игрушка? — поинтересовался Свят.

— Заклинание поиска. Собрал по-быстрому, пока тебя ждал.

Шар начал темнеть, а затем рассыпался пеплом.

— Ну и чего это оно? Нерабочее?

— Нет, Свят. Оно настроено на эту... «Старую магию». Мы в нужном месте. А участок действительно заброшен по той информации, которую я пробивал.

— Ну и чего мы тогда себе тут мозги делаем?

Святослав шагнул вперёд. В его правой руке появился красный диск, извергший огненный шар. Заклинание маг метнул в калитку. Та вспыхнула и разрушилась.

— Щита нет, погнали.

— Ага, как и калитки. Ловко ты её, — произнёс Саша и поморщился.

— Ой, ладно тебе. Вряд ли сейчас на меня налетит бабка и станет охаживать полотенцем.

Святослав прошёл в глубь участка. Затем вернулся обратно. Саша стоял на крыльце.

— Там за домом баня стоит. Нехороший вид у неё какой-то. Давай разделимся: глянь, что в доме, а я гляну, что там, — он указал большим пальцем в сторону, откуда вернулся.

Саша кивнул и вошёл внутрь.

Перейдя порог, он наткнулся на груду разбросанной обуви. Судя по всему, здесь некогда жила семья, как минимум двое человек. Возможно, пожилая пара, которую дети забрали в город. Он прошёл дальше и попал в помещение, которое, по всей видимости, было кухней. Трудно было не догадаться по наличию плиты и раковины, над которой висел шкаф с посудой. Тут же находился стол, накрытый на двоих. В тарелках с комфортом расположилась плесень. Видимо, бывших жильцов отвлекли от трапезы.

Неожиданно с улицы донёсся женский визг.

Саша резко развернулся на постеленных половицах и выскочил во двор. Там он оббежал дом и приблизился к бане. При этом он успел выкинуть вверх правую руку. На тыльной стороне ладони засветился золотой с красными жилками круг.

Из небольшой пристройки доносились звуки борьбы. Свет не горел. Саша забежал внутрь.

Темнота. Из парной доносились лишь сдавленное дыхание Святослава и чьё-то кряхтение.

Саша раскрыл дверь, выкинул вперёд руку и крикнул:

— Свет!

Парную озарила белая вспышка.

— Саня, твою дивизию! Помощничек блин! Ослепить меня решил?!

Вспышка сменилась тусклым белым мерцанием.

У небольшой печки, вытянув руки, стоял Святослав. Он держал серое тело, пытавшееся вырваться из мёртвой хватки.

— Это что за... — Саша отошёл к скамейке, по его руке, от кисти к плечу, поползли красные кольца, покрытые словами на иностранном языке.

— Саня, это обдериха. Обдериха, это Саня! — Святослав щурился, сжимая горло существа левой рукой, правой держал обдериху за левую руку.

— На неё подействуют обычные заклинания? — Саша приготовился к атаке.

— А ты попробуй! — Святослав был на взводе. — Куда ты лезешь, тварь?! На первом свидании не целуюсь! — он отпустил горло обдерихи, обеими руками взял её за левую кисть и, размахнувшись, кинул существо на пол. — Бей, дурак!

Саша снова сделал выпад вперёд, и кольца с жужжанием метнулись в существо. Обдериха съёжилась и издала протяжный визг.

— Бежим! Живо!

Святослав схватил Сашу за плечо и вытолкнул его сначала в предбанник, а затем на улицу.

— Встань за мной! Сделай нити! Только покрепче!

Саша встал за Святославом, как и было велено. На кончиках его пальцев показались красные огни.

Из парной в предбанник вылетела обдериха. Саша взглянул на неё через плечо товарища.

Худое лицо, испещрённое язвами и обрамлённое свалявшимися волосами, злобно скалилось. Вся кожа была покрыта струпьями и другими поражениями. Но это было ещё не так страшно. С худого тела слезали сморщенные лоскуты. Левая рука походила на когтистую лапу, усыпанную пятнами запёкшейся крови, а на свету теперь было видно, что правая рука отсутствовала. Вместо неё виднелся безобразный обрубок, расцветший нарывами.

— Красотка, не хочешь потанцевать? — крикнул ей Святослав.

Обдериха завизжала ещё пронзительнее, выскочила из бани и прыгнула на Святослава. Его правая рука неожиданно разрослась, ногти стали чёрными когтями, вся конечность покрылась бурой шерстью. Святослав размахнулся. Удар лапы пришёлся прямо по корпусу существа. Тело отлетело обратно к бане, ударилось о стену и повалилось на землю.

— Вяжи! — крикнул Святослав, отпрыгнув в сторону.

Саша выпрыгнул из-за спины Святослава, выкинул руки вперёд. Из его пальцев вырвались красные нити, вяжущие обдериху.

— Заземляй!

Саша ударил руками о землю. Нити вросли в почву, продолжая удерживать цель.

Неожиданно за спинами раздался высокий холодный голос:

— Технично, но грязно.

Товарищи повернулись. За ними стоял Страж-«мертвец» в окружении нескольких оперативников СТОРОЖки. Казалось, кто-то нажал на пазу.

В тишине Страж медленно двинулся вперёд. Он шёл, опираясь о чёрную трость.

— Ты-то что тут забыл, Кощей? — спросил Святослав, сплюнув на землю.

Пришелец остановился в трёх шагах, наклонил голову влево и нацелил взгляд сквозь шею Святослава. Он отвечал спокойно, даже хладнокровно:

— Ну, во-первых, не Кощей, а Кощеев Константин Ренатович. Во-вторых... — он поднял правую руку и чёрным миндалевидным ногтем указал на Сашу, так же направив взгляд сквозь его шею. — Мальчик вызвал опергруппу. Видно, вам в помощь. Я же просто обратил внимание на странный выбор, — он развёл руки и наклонил голову на правый бок.

— Выбор чего? — спросил Святослав.

— Места для утренней прогулки, — он перенаправил стеклянный взгляд на Святослава, на лице застыла нечеловеческая улыбка. — Если память мне не изменяет, на совещании утвердили план Кристины. Вы сотрудники исполнительные. Думаю, вам бы и в голову не пришло своевольничать. Следовательно, здесь вы просто... гуляете, — раздался тихий смешок. — Да ещё и в такое время, — он посмотрел на часы, висевшие на цепочке. — Десять часов утра!

Святослав не ответил.

— Вопрос только в том, — Константин снова посмотрел сквозь шею Саши, — зачем вам понадобилась опергруппа.

Неожиданно, взгляд Кощеева упал на обдериху. Только теперь он смотрел прямо на неё, как будто его глаза навели фокус.

— О! Вы приготовили мне подарок! Право, не стоило, но так приятно! Я польщен, честно.

Он повернулся к оперативникам. Взгляд снова стал стеклянным, а голос холодным.

— Господа, не могли бы вы переместить эту красоту в более просторное место?

Прибывшие с ним маги тронулись с места и занялись обдерихой.

— Благодарю вас, благодарю. О, только аккуратнее! — сказал он, в очередной раз сменив тон голоса. Существо шипело, пыталось вырваться из нитей, связывающих её, но никак не могло их разорвать.

— Спрошу ещё раз, — Святослав не сводил с Константина свирепый взгляд, — чего тебе надо?

Константин сделал глубокий вдох. Он наблюдал, как тащат обдериху. Не отвлекаясь от этого процесса, Кощеев ответил:

— Ваше любопытство и твердолобость сослужили на удивление хорошую службу. Только, кажется мне, что это скорее заслуга твоего дружка, нежели твоя, — тон его речи поменялся. — Мальчик перестраховался. Он молодец. Пока что. А этот дом, — он указал пальцем на постройку, — как-то попадал в поле моего зрения. Надо было сразу его проверить. Ну ничего, сейчас сделаем.

Тон речи Константина снова поменялся:

— Разберусь только с этой красавицей, — сказал он несколько приторно.

Обдериху вывели вперёд, туда, где некогда, как показалось Саше, был разбит огород. Константин подошёл почти вплотную к ней, оставив коллег-Стражей позади.

— Ты не ответил, Кощей!

Бледное лицо повернулось к Святославу. Взгляд молочных глаз был направлен куда-то в сторону.

— У вас получилось выявить симптомы, — он посмотрел на обдериху, снова наведя фокус, — я же займусь лечением.

Карасёв попытался шагнуть в сторону Константина, но Святослав остановив его, преградив путь правой рукой, которая постепенно принимала человеческий вид.

Существо, связанное заклинанием Саши, бесновалось, пытаясь вырваться из оков. Кощеев, стоявший ровно, вдруг сгорбился. Он отпустил трость, которая осталась стоять ровно в вертикальном положении. Правая рука скользнула под полу пиджака, а затем сделала обратное движение, и в ней оказался чёрный печной горшок, испещрённый символами. Константин поставил его перед обдерихой.

Трость, движимая невидимой силой, очертила круг, сделав это против часовой стрелки, после чего отскочила в сторону. В центре которой оказались существо и сосуд. Затем, выпрямив спину, по границе круга, так же против часовой стрелки, прошёл Константин, засыпав её порошком, происхождение которого Саше не было известно. Соприкасаясь с землёй, порошок начал дымиться, источая запах гнили и металла.

На короткий миг могло показаться, что рука, сыплющая порошок, была поражена. С одного из пальцев скатилась капля крови, но тут же исчезла. Кощеев раскрыл ладонь, на которой показался и быстро зажил ожог.

Далее, так же из пиджака, Константин достал небольшую фигурку. На расстоянии Саша не видел, из чего та сделана, но у него возникла мысль, что это был воск. Иссохшие губы беззвучно проговорили над ней заговор. Бледные костистые пальцы разжались над чревом горшка, роняя на его дно фигурку.

Неожиданно обдериха, яростно рвавшаяся из заточения, замерла. Глаза, или их подобие, расширились, будто в немом удивлении, а рот раскрылся. Её безжизненный взгляд устремился в небытие, ожидавшее её на дне сосуда. А затем она начала таять, «стекая» в горшок. Свалявшиеся волосы, поражённая и облезлая кожа — всё пропадало в неизвестности небольшого сосуда, сопровождаясь звуком, похожим на нарастающий гул тысячи ветров и стонов.

Константин набросил на горшок кусок чёрной кожи и отдал приказ:

— Сотрите круг! Только не опрокиньте сосуд!

Трое оперативников сразу исполнили приказ.

Константин подошёл к горшку и взял его в левую руку. Правой он вынул из внутреннего кармана пиджака стилет.

— Нормальный у тебя такой бардачок в пиджаке. Всё подряд лежит, — сказал Святослав.

Кощеев проигнорировал выпад коллеги.

Круговым движением, как и прежде, он провёл остриём над горшком. С лезвия на кожу падали горячие капли воска.

— Наигрался?

— Святослав, какой же ты грубый, — ответил Константин и улыбнулся всё той же холодной улыбкой.

— Конечно, спасибо, что помогли с обдерихой, но, кажется, проблема не решена.

Саша развернулся и отправился обратно в баню.

— Саня, ты чего?

— Если это действительно была обдериха, то есть пара неувязок.

— Ха! Надо же, а мальчик неплохо соображает!

Святослав бросил на Кощеева грозный взгляд.

Вся команда СТОРОЖки отправилась к бане.

— Так а чего тогда тут делается?

Святослав догнал Сашу и последние шаги перед дверью в баню сделал вместе с ним.

Саша остановился и сказал:

— Время, Свят.

Оперативники остановились, в баню вошли только Стражи.

— Так а время-то тебе что сделало?

— Кажется, твой напарник смышлённее тебя, — снова вставил свою реплику Константин.

— Закрой рот, упырь!

Святослав развернулся и опасно приблизился к Кощееву.

— Что такое? Я тебя задел? О, право, извини.

Правая рука Святослава снова начала покрываться шерстью.

Саша зашёл в парную, в которой всё так же тускло горел магический свет.

— Знаешь, Святослав, я давно принял свои недостатки. Тебе тоже стоит.

— Кощеев!

— Свят!

Саша стоял около печки. К нему подошёл Константин, сунул руку в металлический корпус, а затем достал оттуда веретено, обмотанное нитью.

— Что это ещё за...

— Мне нужна капсула, мальчик, — произнёс холодный голос.

Саша среагировал быстро. Он расположил руки по обеим сторонам от веретена. После этого находка оказалась в окружении белого сияния, обернувшегося сферой, по которой пробежали синие полосы.

Кощеев отпустил веретено. Оно осталось внутри заклинания.

После этого на поверхности сферы показались слова, выписанные золотым цветом. «Ограничение», «удерживание», «фиксация», «блокирование», а также много других слов, рассыпанных по поверхности заклинания.

Над сферой растянулись бледные пальцы. Вся конструкция покрылась чёрной оболочкой, впоследствии затвердевшей. Константин взял сферу в правую руку.

Стражи вышли из бани.

Кощеев передал сферу и горшок одному из оперативников.

— Отправляйтесь в СТОРОЖку. Я сообщу командиру.

После этих слов опергруппа, прибывшая с Константином, растворилась в воздухе, как дым от костра.

— Ну и что это всё, чёрт побери, значит?

— Выезжайте в центр, господа, — взгляд Константина был направлен между Сашей и Святославом, — чувству, сегодня соберут внеочередное совещание.

— В иных обстоятельствах я бы объявил вам выговор, товарищи Стражи, — тихо произнёс Геннадий Валерьевич. Его пальцы образовывали домик. — Однако, учитывая, как дальнозорок был Александр Владимирович, плюс ваша помощь, Святослав Сергеевич, полагаю, мы должны вас поблагодарить.

Это совещание проводилось не по регламенту (к большому возмущению Кристины). Из восьми Стражей присутствовали четверо.

— Константин Ренатович, докладывайте.

— Александр Владимирович нашёл источник нашей проблемы. Вместе со Святославом... Сергеевичем они прибыли на место и вступили в борьбу с охраной артефакта.

— Охраной? — переспросил Святослав.

— Да, — ответил Кощеев. — Обдерихи, да будет вам известно, появляются в сумерки, редко в полдень. Когда вы, Святослав Сергеевич, прибыли на место, солнце уже давно взошло.

В его голосе чувствовался яд. Святослав был напряжён.

— После отъезда коллег я проверил дом. Жильцы покинули жилище задолго до появления существа. Не отрицаю, что их убытие и появление обдерихи связаны, но не как причина и следствие.

— Хорошо, так или иначе, существо ликвидировано. Как мне доложили ребята-исследователи из карантина, найденное веретено — лишь ретранслятор. Поисковики ищут, где источник. Будет проведено расследование.

В зале на какое-то время воцарилось молчание.

— Что ж, товарищи, как бы то ни было, — обратился Геннадий Валерьевич к Саше и Святославу, — вы потрудились на славу. Проблема устранена. Локальный щит в безопасности. Сейчас будем ждать результатов исследований. Будьте готовы. Понадобятся ваши силы. На сегодня всё, все свободны.

— Что ж, Карасёв, поздравляю, — ядовито сказала Кристина, когда командир зашёл в свой кабинет, а Константин покинул зал.

Саша поднял левую бровь, глянув на неё исподлобья.

— Любишь ты привлекать внимание, — добавила она.

— Ну-ну, Кристиночка, не печалься, — сказал ей Святослав. Его рука уже восстановилась. — Да, не по регламенту, но как красиво!

Девушка цыкнула и вышла.

Через какое-то время Саша и Святослав стояли на улице рядом со СТОРОЖкой и жадно поглощали горячие бутерброды, заказанные неподалёку. Так они решили вознаградить себя за проделанную работу.

— Почему ты не говорил, что ты оборотень? — спросил Саша.

Святослав напряжённо посмотрел на него.

— А чего это ты решил, что я оборотень?

— Частичное обращение в зверя, Свят. Действительно, чего это я?

— Это заклинание боевое.

— Не бывает заклинаний, обращающих человека в животное.

Святослав промолчал, а потом ответил.

— Да, оборотень. И я бы хотел, чтобы ты держал язык за зубами.

Саша кивнул.

— А Кощеев?

— Действительно упырь, — Святослав поднял травмированную руку. — Это его работа.

— Что между вами случилось?

— Та... не бери в голову. Потом расскажу как-нибудь.

Из СТОРОЖки вышел Геннадий Валерьевич. Он увидел подчинённых и подошёл к ним.

— Приятного аппетита, товарищи.

Стражи поблагодарили его.

— Александр Владмирович. Я попрошу вас урегулировать свои школьные дела и через пару дней взять больничный.

— Зачем? — спросил Саша. Просьба начальника его слегка шокировала.

— Вы что? Саню отстранить хотите?

Геннадий Валерьевич с удивлением взглянул на Святослава.

— Почему это вдруг? У нашей службы впереди много сложной работы. Мне нужны все Стражи. Александр Владимирович, ставлю вам задачу: не подводите коллектив, наберитесь сил. Даю вам две недели.

Молодые люди проводили взглядом уходящего начальника.

— Что-то будет, Саня... что-то будет... — Святослав дожёвывал бутерброд, с тоской глядя вдаль.

— И что же?

— Та... ещё б я знал.