Цвет Папоротника

Глава 1. О чудесах навигации

За окнами небольшой бюджетной машинки, битком набитой людьми, вещами и едой, проносились яркие пейзажи зелёных полей, лесополос и небольших городков и посёлков. Стоял жаркий солнечный день — даже слишком жаркий, чтобы давно отработавший своё кондиционер с ним справлялся. Ехать приходилось с открытыми окнами, и задувающий в салон ветер заглушал звуки единственной ловящей на этой трассе радиоволны.

Четверо друзей расслабленно жевали бутерброды с котлетами в порыве спасти ценный провиант от перегрева или просто чем-то занять себя в дороге и утолить голод под предлогом спасения еды. Хотя, одна из них явно ела не с тем удовольствием, какое позволено было остальным — сидящей за рулём Кристине, как единственному человеку, обладающему правами на автомобиль, приходилось откусывать бутерброд из рук сидящей рядом Иры, её старшей сестры. Делать остановку на такой жаре не хотелось, но и котлеты было жалко пропустить, тем более, что эти — её любимые. Сзади, подставив лица ветру из открытых окон, сидели Серёжа и Костя и периодически тыкали друг друга бутафорским оружием, которое они себе смастерили для костюмов на фестиваль: у одного изящная стрелецкая сабля с резным эфесом, а у другого массивный богатырский меч. Им-то есть ничего не мешало, кроме тычков соседа, а вот Кристине, помимо руля, мешала есть дурацкая бутафорская челюсть вурдалака, которую она зачем-то надела сразу перед выходом. Ире периодически залетал из-за сквозняка в рот канекалон из пшеничного цвета парика, который она надела для своего костюма полудницы, но по сравнению с рулём и челюстью это, конечно, совсем пустяковое дело.

На фестиваль должно было съехаться много ролевиков и реконструкторов, организаторы обещали несколько дней высоких костров и интереснейших квестов, так что у компании были большие планы на отдых. Но не все из них думали только о веселье. Зная примерную скорость вращения шила в одном месте у сестры, Ира беспокоилась о том, как бы та не затерялась в толпе в первый же день и не оказалась потом одной из тех, по чьей причине появился лишний костёр на фестивале из какого-нибудь шатра, например, или как бы та не объелась всевозможных фестивальных яств за раз, иначе Ирине придётся потом отчитываться перед родителями, почему не уследила за младшей. Хотелось бы, конечно, насладиться атмосферой праздника, но и Кристину держать надо рядом: нравится ей больно всевозможные приключения, видите ли. Серёга же на фестиваль поехал с практической целью — творческий застой из-за сдачи проклятого диплома уже месяц не даёт ему продолжить второй том своего романа, и внезапно подвернувшийся праздник оказался аккурат в нужном ему стиле. Во внутреннем кармане кафтана для быстрого доступа он приготовил блокнот и ручку в надежде вдохновиться окружающей средой и проникнуться атмосферой волшебных обрядов и образами изображающих из себя нечистую силу и древнерусских жителей гостей фестиваля.

Праздник обещал быть захватывающим. На брошюрке фестиваля, дрожащей на ветру в навесной автомобильной сумке, алеют и зазывают к себе резные буквы — ровно до тех пор, пока бумажку не вырывает и не уносит в открытое окно.

По бокам от дороги начинает вырастать густой лес с высокими елями, вставшими сплошной чернеющей за обочиной стеной. В этот же момент обрывается очередной хит 80-ых и вместо музыки по радио становятся слышны только противные помехи. Навигатор завёл компанию на узкую пустынную дорогу, где кроме них ехала впереди одна-единственная машина с прицепом.

- Должны скоро приехать, - глянув на экран телефона, Кристина выключила радио и равнодушно посмотрела на верхушки елей, - Навигатор говорит, осталось 20 минут. Видимо, тут совсем со связью беда, до этого хоть что-то ловило.

- Это тебе не Москва, - отозвалась Ира, - На фестивале наверняка даже вай-фая не будет.

- А чем пахнет? - принюхавшись, подал голос Костя, - Сладкое что-то разлилось?

- Чего? - Кристина нахмурилась, - А, это у меня «ёлочка» на кондей упала наверное.

- Это не «ёлочка», - резко отодвинулся от открытого окна Серёга, - это антифриз.

Ира наклонилась вниз от открытого окна, чтобы чётче различить запах, и в этот момент услышала откуда-то спереди скрежет и предательское посвистывание.

- Крис, давай проверим, что случилось.

- Ну ладно, давай.

Стоило Кристине начать сворачивать на обочину, в машине раздался громкий металлический звон, и она моментально заглохла. Сидящих позади не пристёгнутых парней тотчас впечатало лбами в спинки передних сидений. Выругавшись себе под нос, Кристина вылезла из машины и пошла ковыряться под капотом.

- Дело дрянь, - заглядывая обратно в машину, объявила она, - У нас ГРМ порвался и помпа издохла.

- И мы сейчас ничего не сможем с этим сделать?.. - с надеждой в голосе спросила Ира. Честно говоря, ей эти названия вообще ни о чём не говорили.

- Точно не в лесу без связи. Придётся ждать, пока кто-нибудь мимо не проедет.

Спустя минут десять, на удивление, вдалеке показалась та самая машина, ехавшая спереди, но уже без прицепа, едущая по направлению к ним. Выскочив из машины, ребята стали махать водителю руками, чтобы тот остановился возле них. К счастью, к ним действительно подъехали, и из рыжеватой пыльной машины к ним с кряхтением вылез мужчина в соломенной шляпе, выцветших дачных шлёпках и явно не городского вида одежде.

- Что у вас тут, ребят? Я на заправке стоял, вы всё мимо никак не проезжали, думаю, ну не улетели же, тут сворачивать некуда, - мужчина оглядел костюмы героев и вдруг заулыбался, - А-а, вы к нам на праздник едете?

- Да, на праздник, - вздохнула Кристина, - У нас тут совсем всё плохо, сами дальше не доедем.

- Давайте я вас до сервиса докачу, он тут рядом, где заправка. Н-да, неприятно, конечно, так перед праздником вляпаться. Ну, вы садитесь, у меня там тесновато, но ничего, влезем.

Мужчина достал из багажника трос и стал помогать Кристине ставить её машину на буксир. Очень скоро они уже катили дальше по дороге, Кристина за рулём своего многострадального автомобиля, а вся остальная компания в салоне дачника, теснясь там с множеством саженцев плодовых кустов и деревьев, облепленными ценниками со скидками. До сервиса и заправки оказывается рукой подать, так что терпеть щекочущие листья яблонь и тычущие в спины ветви смородины пришлось недолго. Высадив ребят на парковке перед сервисом, мужчина забирает оставшийся тут же прицеп и отцепляет трос.

- Ну ладно, ребят, успехов вам. Потапыч мастер хороший, он поможет, - с улыбкой прощается с компанией дачник, упаковав все саженцы обратно по сиденьям и вернув свой прицеп на место.

- Спасибо вам большое, хорошего дня! - Кристина с такой же широкой улыбкой помахала в открытое окно уезжающего автомобиля.

- Пусть саженцы приживаются! - крикнул вслед Серёга, и в боковом зеркале видно было, как добродушно рассмеялся водитель в соломенной шляпе.

Поломанную машину приняли, на удивление, сразу, без каких-либо очередей. В приёмной сервиса ребят встретил рабочий, полноватый мужичок предпенсионного возраста, подслеповато щурящийся и с явным трудом пытающийся разглядеть выражения лиц клиентов. На фоне грязноватого рабочего комбинезона выделялась клетчатая кепка рабочего, которая, в отличии от всего остального костюма, выглядела очень ухоженно, несмотря на явное её старшинство над остальными элементами одежды. Кепка явно раритетная и очень дорога своему хозяину. А из-под кепки торчали на удивление аккуратные маленькие рожки. «Вот это они тут подготовленные все,» - подумалось компании, - «Даже в сервисе всем костюмы выдали». На шее у мужчины болтается бейджик заведующего автосервисом с необычным именем — Никанор Потапович.

-Здрасте-здрасте, вашу же машину Семёныч пригнал? Да-а, не вовремя она у вас как-то... Ну ничего, полечим вашу машинку, полечим. Сейчас, найду только очки… - Никанор начал рыться на заваленном бумагами, чеками и квитанциями столе, копошиться в куче ящичков и вместе с этим продолжил говорить, - Вы к нам на праздник приехали? Оделись так нарядно, просто загляденье, нашим бы так некоторым одеваться по праздникам. Я, конечно, плохо вижу, но тут и без очков красота неописуемая. Вы-то явно нездешние, да? Я раньше не видел вашей машины на заправке, а она тут единственная во всём городе. Ну, будьте у нас в городе как дома, мы гостей любим. Жаль, конечно, машинку, но это ничего, и не таких обратно на колёса ставили… Тьфу ты, нигде нет их. Ладно, подождите немножко, сейчас схожу за ребятами.

Никанор Потапович вышел из-за стола и направился на улицу, где находился отдельный вход в саму мастерскую, и выяснилось, что одними рожками рабочий не обошёлся: под штанинами оказались копытца, цокающие по бетонному полу. Одно из копыт у него оставило за собой полукруглые масляные следы.

- Вот это костюм, - уважительно хмыкнул Костя, поправив ремень с бутафорским оружием, и свалился на стоявший здесь же диванчик. В доспехах было неумолимо жарко, и он уже раз десять успел пожалеть, что решил поехать на фестиваль сразу в нём. - Интересно, как он в таком водит.

Друзья облепили кулер с водой, стоявший в приёмной комнатке сервиса, и сгрудились возле вентилятора и открытого окна. Снаружи доносился слабый ветерок, периодически вздымающий полупрозрачный белый тюль. Почувствовав дуновение свежего воздуха, Серёга выглянул в окно, подставив лицо ветру.

Вдалеке маячил въездной знак с названием города. То ли солнце голову напекло, то ли от жары всё плыло перед глазами, но на нём явно было не «Коломна» написано. На секунду Серёга даже задумался, а не пора ли ему к окулисту, вдруг у него внезапно проявился астигматизм. Буквы в названии города были явно переставлены местами. Вместо «Коломны» на синем щите красовалась надпись «Окломна». «Может, это шутка такая?» - подумал парень, - «В мастерской перед праздником угарнуть решили?».

- Ребят, смотрите, какой прикол, - Серёга подозвал всех к окну и показал на знак.

- Это мы что, не туда приехали что ли?.. - с сомнением в голосе поникла Ира.

- Да может просто антифриза надышались, - прыснула от смеха Кристина, выглянув в окно, - Вот и галюны пошли.

- Ага, сразу у всех? Мы заблудились!

- Да быть того не может, - Кристина фыркнула и полезла в телефон открывать навигатор. И именно в этот момент обнаружила, что действительно опечаталась в одной букве, вбивая адрес. Они действительно приехали не туда. И каким-то волшебным образом где-то в этом городе есть точно такой же адрес, как в брошюре, и даже, судя по всему, проводится похожий фестиваль. - Ой…

- Так я и знала, - обречённо вздохнула Ира, заглядывая в телефон к сестре, - Теперь мы тут ещё и застрянем без машины.

- Ну, зато ничего не потеряем — тут тоже какой-то праздник будет, - пожал плечами Костя.

«Странно только, что мы, заядлые ролевики, о нём ничего не знали,» - хотела ответить ему Ирина, но в этот момент послышался цокот копыт: в приёмную вернулся Никанор Потапович. Очки он так и не нашёл.

- К сожалению, так сразу машину починить мы, увы, не сможем. Запчастей не хватает, надо в Луховятках заказывать, привезут где-то через неделю только. Сейчас оформим с вами договор, у нас работа по предоплате в 50%, если что, - мастер, сильно наклоняясь над бумагами, начал заполнять договор, подробно объясняя, что и сколько стоит, - В общем, ремонт обойдётся в 15 тысяч рублей, недели две примерно ваша машинка у нас постоит. Да вы не волнуйтесь, погостите пока у нас, всё равно ведь к нам ехали, - постарался утешить друзей Никанор Потапович, видя, как у некоторых из них вытянулись лица от цен и от осознания того, что они не просто здесь застряли, а застряли надолго.

- Да, знаете, кажется, мы ошиблись адресом… - пробормотала совсем поникшая Ира, - Вы, может, знаете, где есть можно остановиться?

- У нас палатки, кстати, есть, - осенило Кристину, - Давайте возле леса где-нибудь поставим.

- Э, нет, возле леса не надо, - Никанор поморщился, - Михал Потапыч не обрадуется. Он наш лесничий, тут лесопарк так-то, а не лес, в палатках жить нельзя. Насчёт гостиниц каких, честно, не знаю, но-о, - протянул задумчиво он и полез за телефоном, - Год назад моя тёща сдавала комнаты в дачном доме, хотите, наберу ей, спрошу, есть ли возможность. Она вообще уже давно не сдаёт, но авось перед праздником-то сжалится.

- А она дорого берёт?..

- Ну… а, вы же студенты, да? Давайте я уговорю её за помощь какую пустить вас пожить. Ей постоянно что-то надо, то сломается что-то, то в магазин сходить, то в соседней район родственникам соленья занести, - Никанор тяжело вздыхает и становится понятно, что по-видимому чаще всего этим занимается именно он, - Если согласитесь помочь, я замолвлю за вас словечко. Вы молодые, полны сил, вам-то куда проще и быстрее будет со всем этим разобраться, чем мне с супругой. У неё ещё и муж сейчас уехал куда-то, совсем помогать некому.

- Было бы здорово…

- Да вы не расстраивайтесь так, - ободряюще улыбнулся мастер. В глазах его читалась некая неловкость: он явно не очень хорошо различал, какое настроение выражается в лицах его собеседников, без очков, - Не знаю, куда вы ехали, но у нас в Окломне на Купалу тоже очень интересно и красиво. Поди поищи ещё, где с таким же размахом празднуют. Ну, давайте позвоню.

Поднимаясь из-за стола, рабочий набирает номер на телефоне и выходит из комнатки. «Как-то не прикольно во время фестиваля работать, честно говоря,» - поморщившись, негромко проворчал Серёга, - «Жаль, вариантов больше нет». Из-за тонких стен стал слышен телефонный разговор:

- Зинаида Прокофьевна, день добрый. Да, всё хорошо, здоровье в порядке. Не вернулся ещё Михал Петрович? А-а, ну понятно, пусть отдыхает. Слушайте, а вы как, комнаты совсем больше не сдаёте? Да тут такое дело, молодёжь на праздник ехала, да приехали не туда, машина у них сломалась, чинить долго придётся, застряли они тут. Что? А, наши, наши. Может сделаете исключение, пустите их пожить? А они вам авось крышу залатать смогут, и рабочих вызывать не придётся. Да-да, и это тоже им поручить можете. Они молодые совсем, студенты ещё, все деньги сейчас тут на ремонт оставят… Да не говорю я никакими намёками, Зинаида Прокофьевна, я вам прямо хотел предложить дать им пожить за работу всякую.

Судя по звукам, рабочий начал отходить подальше от зоны слышимости, продолжая рассказывать, как у него сейчас много работы перед праздником и сколько ещё дел по хозяйству ему надо сделать дома, перед тем как сын вернётся из армии. В это время сидящие в комнатке совсем приуныли — кажется поручений будет достаточно.

- Как думаешь, что он имеет в виду, когда говорит «наши»? - насторожённо прислушиваясь, спросила у сестры Ира. Её сложившаяся ситуация как-то напрягала. И город незнакомый, и фестиваль тут какой-то странный: говорят, что Купалу празднуют с размахом, а в интернете ни в одном паблике ни слова про Окломну.

- А, не знаю, - отмахнулась Кристина. Её мало заботила произошедшая ситуация, машину, конечно, было жалко, но девушку по крайней мере радовал тот факт, что в путешествии им попался уже второй готовый прийти на помощь человек, пусть и странно одетый, - Может, это вообще не про нас. Или он про то, что номер на машине российский, а мы не иностранцы.

Судя по всему, долго уговаривать Никанору Потаповичу тёщу не пришлось. Вернулся он к ним достаточно быстро.

- Примет она вас, всё в порядке. Вы не думайте, она женщина до денег не жадная, так-то она помощи обрадуется и денег за жильё не возьмёт. Вот вам адрес, зовут её Зинаида Прокофьевна, - мастер взял со стола квадратную бумажку для заметок и написал, куда ехать, - Сейчас сядете на автобус и быстро доедете. Тут недалеко до остановки дойти, автобус по городу всего один ходит.

Закончив оформлять договор на оказание услуг в ремонтном сервисе, ребята отправились выгружать из машины сумки со своими пожитками, невесело гремя бутафорским декором своих фестивальных костюмов. Неприятно получилось, конечно, и в сервисе денег оставили, и билеты на фестиваль возвращать уже поздно. Но хоть ещё больше не потратились в поисках нового жилья. Никанор Потапович вышел их проводить и заодно показать, где остановка автобуса. Пожелав удачи, он отправился в здание автомастерской, со вздохом тихо вопрошая самого себя, где же он оставил очки.

В этот момент солнечный луч падает на что-то блестящее на внешнем подоконнике окошка приёмной комнаты сервиса. Очки всё это время лежали рядом с пепельницей, оставленной тут же, и грелись на жарком июньском солнце.

- Никанор Потапович, у вас очки на подоконнике! - крикнула вслед рабочему Кристина.

- Где?! Ах вот они где! - всплеснув руками, Никанор устремляется к окну. Надев очки, он поворачивается и ахает, - Ба! Да так у вас наряды ещё краше! Ну, спасибо вам, ребята, выручили, а то так бы и ходил, как крот.

Ещё раз попрощавшись с мастером, заплутавшие ролевики направились к остановке автобуса, приминая ногами высокую траву возле обочины дороги. На той стороне трассы от второй остановки к лесу шла тропинка, видимо, ко входу в лесопарк. Сам лес вдалеке едва слышно шумел сосновым массивом, горой вырастающим позади елей. С крыши автобусной остановки спрыгнула лохматая белка и бодро побежала по тропинке в сторону чащи. Видимо, лес и правда какой-то чуть ли не заповедный, и за палатки с костром тут, чего доброго, отправят гостить к каким-нибудь краснокнижным кабанам.

На остановке обнаружилась карта города с расписанием и маршрутом автобуса. Сомнений не осталось — они точно приехали не туда. По сравнению с Коломной, этот городок был совсем маленький, кроме него рядом нарисована была только одна деревня со странным названием: Воробьёвы Норы. Видимо, местные жители те ещё любители над названиями издеваться. Свой адрес-двойник ребята на карте тоже нашли — им оказалась местная стоматологическая поликлиника.

- И вот ничего тебя не смутило, Крис? - едко спросила Ира, раздражённо поправляя сползающий с пояса серп, - Стоим тут теперь чуть ли не посреди леса в костюмах, как дебилы, и на жаре печёмся, хоть бы в автобус в таком виде посадили вообще.

- Мы, кажется, на ролёвках тем же самым занимаемся обычно… - пробормотал Костя.

- Я думала, это просто место встречи, ну, парковка там большая есть, например, - начала оправдываться Кристина, - Нас бы там встретили и отвели к базе отдыха, не всегда ведь есть, куда машину поставить.

- Угу, конечно, на большом фестивале и нет парковки. С чего вдруг?!

- Ой, ладно вам, - поморщился Серёга, пытаясь обмахиваться блокнотом, - Жарко, вы ещё шумите.

Автобус приехал, развернувшись с остановки на противоположной стороне — видимо, это конечная. Маленький подмосковный автобус старого типа сразу вызвал чувство ностальгии у москвичей — там такие автобусы ходили только в их детстве, в те времена, когда ещё повсюду рассекали троллейбусы и везде в транспорте были железные турникеты. Вместе с ними в салон зашёл дедок с маленькой корзинкой лисичек и банкой земляники и сел ближе к выходу. Надо сказать, на костюмы героев он не обратил абсолютно никакого внимания — даже на красные линзы и клыки Кристины, не один раз вызывавшие бурные «свят-свят-свят, чертовщина» от бабулек на лавочке перед домом сестёр каждый раз, когда они выдвигались на игры и фестивали. «Правда, что ли, тут так широко Иван Купала празднуется, что местные вообще не удивляются?» - задумалась Ира, - «И почему мы об Окломне тогда ничего не слышали?».

Маршрут начал проходить по самому краю города, по обеим сторонам от дороги показались небольшие частные домики на маленьких участках. Слева за участками ютились панельки, пяти и девятиэтажные, видимо, этот район последним превратили в городской. Людей в жаркий полдень особо не было видно, зато перед одной из остановок внимание привлёк выводок гусей, покорно следовавший по пешеходному переходу вслед за роскошным холёным петухом с чёрно-белой окраской.

- Ого, - прокомментировала Кристина, - Про такое нам на биофаке не рассказывали. Гуси выбрали своим лидером петуха: звучит как тема для научки на следующий семестр.

- Может, они вместе росли, - вздохнул Серёга, - а сейчас просто сбежали.

Честно говоря, его тоже не радовала обстановка: билеты на фестиваль, получается, сгорели, придётся перекантовываться хрен пойми где, пока не починят машину, да ещё и батрачить. Вдохновение скисало, как молоко на жаре. Но, может, не так тут всё и плохо будет. Возможно, механик им не наврал, и Купалу тут правда празднуют с невиданным размахом — не просто так ведь даже в сервисе он ходит в костюме, да ещё и в таком качественном.

А Костя вообще почти ни о чём не думал. Да, неприятно конечно, деньги пропали, машина сломалась, то-сё, все дела, но в данный момент все мысли его занимал только один вопрос — на кой ляд он надел кольчугу и не посмотрел прогноз погоды? Все остальные проблемы в голову не помещались, их оттуда выносил дующий из автобусной форточки ветер, которому Костя подставил лицо в надежде не словить тепловой удар.

- Слушайте, давайте Зинаиде Прокофьевне сладкого к чаю купим, - предложила Ира, - Как-то неудобно, разрешили пожить, а мы без гостинцев.

- Давайте, - согласился Серёга, разглядывая в окно приближающийся забор с колючей проволокой и полноразмерную модель вертолёта перед ним, - заодно себе на обед то-нибудь купим.

Друзья вышли на остановке как раз неподалёку от колючего забора. Выяснилось, что через дорогу от деревенских домов тут находится завод по производству деталей вертолётов. Рядом с проходным пунктом росли высокие голубые ели и пышно цвела ухоженная клумба в форме четырёх лопастей. Территория завода выглядела достаточно обширной: это место явно одно из основных источников рабочих мест в этом городе. Вверх по улице виднелся супермаркет, а напротив — винтажного вида магазин с интригующей вывеской «Котёл изобилия».

- Слушайте, может, купите сами чего-нибудь, я хочу вон туда забежать, - внезапно оживился Серёга, показав остальным на резную дверь «Котла», над которой сверкало на ярком солнце витражное окошко в форме полумесяца рогами вверх.

- Не знал, что ты увлекаешься эзотерикой, - поморщился Костя.

- Правда, зачем тебе туда? - нахмурилась Ира.

- За вдохновением,- хмыкнул тот, - Сдалась мне ваша эзотерика. В общем, встретимся потом здесь, я пошёл.

Пожав плечами, вся остальная компания отправилась под холодный воздух добротно оснащённом кондиционерами супермаркета — в данный момент им это чудо техники казалось более «волшебным», чем сомнительный магазин напротив. Серёга же с воодушевлением взялся за старинную дверную ручку с выгравированными на ней грифонами и потянул на себя.

На выкрашенных в приятный сиреневый оттенок стенах висело множество резных полок из лакированного тёмного дерева, уставленных всевозможными колбочками, скляночками, порошками, пакетами с какими-то кореньями и травами. На столах под полками были выставлены разные тюбики и баночки, мерные стаканы, разных размеров котлы, ступы с пестиками и приборы непонятного назначения. В углу виднелся застеклённый шкаф, внутри которого вдали от солнечного света едва-едва блестели различные кристаллы. Сергей ещё не успел осмотреть всё, но уже понял, что в этом магазине товары явно уровнем выше, чем просто в какой-нибудь эзотерической лавке.

Возле кассового аппарата, насупившись, сидел, поставив лапы на хвост, здоровенный пушистый… манул? Серёжа был не слишком силён в зоологии, но обычные коты таких размеров явно не бывают — подобного он видел только в зоопарке когда-то в далёком детстве. Манул был одет в полосатую синюю жилеточку, на карман которой прикрепили бейджик с надписью «продавец-консультант Сергей». «Ого,» - расплылся в умильной улыбке парень, - «котик в костюмчике, какая прелесть».

- Здорово, тёзка! - с желанием погладить протянул руку к голове кота Серёга, подумав, что раз манул сидит тут без клетки, да ещё и позволил нацепить на себя одежду, значит, он домашний и бояться его не стоит.

- Держите свои лапы при себе, молодой человек! - голос определённо исходил от манула, пригнувшего уши и раскрывшего пасть с длинными острыми клыками. Тоненькие кошачьи губы двигались почти как человеческие, а интонация была очень похожа на недовольный мяв собирающихся подраться котов, - Мы с вами не знакомы.

Улыбка моментально сползла с лица Серёги, как сок от раздавленного помидора. В голове пронеслись тысячи когда-либо услышанных самых заумных ругательств, завершаясь мыслями о том, что кукуха, кажись, всё-таки да поехала. Да-а, плохая идея была в жару сразу в костюмах ехать, это точно. С другой стороны, раньше же никогда подобного с ним не случалось, сейчас-то почему так всё получилось?

- Понял, - сглотнув, сделал лицо кирпичом Серёга и опустил руку, - Извините.

- Пф! - фыркнул манул и сердито начал махать хвостом, - Позовёте меня, если нужно будет проконсультировать по поводу какого-либо товара. Вон на том столе у нас новое поступление, - указав когтистой лапой куда-то в сторону задней стены, продавец-консультант начал по-кошачьи умывать маленькие пушистые уши.

Пробормотав нечто вроде «спасибо», Серёга отправился изучать полки с товарами. Мысли его всецело были заняты говорящим котом, и названия товаров в голове почти не откладывались. Какие-то мотки паутинок, перья, почему-то незрелые ягоды, запечатанные крики птиц. Очень странно выглядел набор из молочных зубов царской цапли — у птиц ведь нет зубов, верно? А это что за горшочек со светом полуденного солнца? Ещё и штамп со временем производства — ровно 12:00. Странные товары постепенно всё же проникали в голову Серёги, и в какой-то момент парень завис над весами для измерения нематериального.

«Надо книжки, что ли, полистать», - слегка помотав головой, чтобы взбодриться, подумал он. Развернувшись, он прошёл мимо полок с очень современно выглядящими товарами по типу волшебных заглушек для телефонов и компьютеров от вирусов и нежелательных звонков, лака для ногтей от мелкой грязи и согревающих духов и дошёл до книжного шкафа, стараясь не очень сильно пялиться по пути на странные приспособления — прямо по курсу сидел за кассой манул и пристально следил за покупателем прищуренными якобы сонными глазами. Книги Серёжу всегда успокаивали, но те, которые стояли здесь, вызывали одни лишь новые вопросы да усиливали чувство беспокойства. Среди множества энциклопедий и справочников внимание привлекли самоучитель магии для детей и волшебный бестиарий — не долго думая, Сергей сразу взял их и с полки и решил купить, подумав, что если он полистает книги сейчас в таком состоянии, то точно не воспримет ни единого слова.

- А этим как пользоваться?.. - неуверенно спросил у кота Серёга, подняв со стола горшочек с растущем в нём невысоким растением с мелкими розовыми цветочками. На горшочке красовалась надпись «Трын-трава: лучшее седативное средство, проверенное веками».

- Заваривать три раза в день перед едой. Дольше двух недель принимать не советую, может вызывать привыкание. Качественное средство, из Беларуси завозят.

- А, ага… - кивнул парень и поставил горшок на место. От греха подальше. - Я возьму вот это, - Серёга подошёл к кассе и положил перед котом выбранные книжки. Манул взмахнул полосатым хвостом, и со стола взлетело зеленоватое перо, начавшее само нажимать на кнопки кассового аппарата. Продавец-консультант подвинул книжки поближе к закреплённому сбоку от аппарата сканеру и по очереди пробил оба товара. - Извините ещё раз, я нездешний, у нас в Москве просто э-э-э, таких, как вы, не видел раньше.

- И что, все у вас в Москве руками к незнакомцам тянутся? - недовольно зыркнул на него манул, пододвигая терминал для оплаты.

- Бывает…

- Тоже мне, столица, - манул снова взмахнул хвостом, и книги сами собой уложились в бумажный коричневый пакет, - Так вот, имейте в виду, здесь так не принято.

- Ладно… - Серёга неуверенно взялся за ручки пакета: а вдруг тот тоже должен сам себя нести? Но нет, видимо, пока кот не машет хвостом, вещи ведут себя приличным образом. - Скажите, а людей вы не едите?

- А похоже? Здесь через дорогу продуктовый, я, как и все представители вашего вида, питаюсь тем, что найду на прилавке. Охота — прошлый век, а люди — слишком крупная дичь. Уж где-где, а в Москве должны знать, что одинаково разумные существа друг другом не питаются.

Кот смотрел на Серёгу настолько уничижительно и возмущённо, что тому стало совсем уже не по себе и захотелось поскорее уйти. Кажется, чем чаще он открывает рот, тем сильнее выставляет себя дураком, хотя, казалось бы, кто ещё из них двоих тут говорит странные вещи. Ещё раз извинившись, парень выдавил из себя «до свидания» и вышел из магазина. Оказавшись на свежем воздухе, он на всякий случай оглянулся на магазин в надежде, что ему это всё-таки показалось. Но нет, огромный манул в жилете с бейджиком сидел на своём месте и полировал пилочкой для ногтей свои когти.

У остальной компании дела пошли более гладко. В супермаркете они, конечно, встретили ещё интересно выглядящих людей, но всё обошлось без странных инцидентов, а одна из покупательниц, загорелая, светловолосая, с цепляющими взгляд жёлто-карими глазами даже сделала комплимент искусно вышитым «правильным» узорам на костюме полудницы у Иры. В рыбном отделе выбирал между треской и минтаем юноша с перепонками на пальцах и зеленовато-бурой кожей, на которой можно было заметить чешуйки, затаривалась стиральным порошком по акции женщина, у которой в волосах торчали земляничные листья и кое-где свисали даже ягоды, а на кассе работала немного сонная молодая девушка с иссиня-чёрной кожей и очень светлыми радужками глаз на фоне тёмных белков. В общем-то, типичные посетители фестиваля ролевиков, только одеты почему-то повседневно. Наверное, именно это и имел в виду Никанор Потапович, когда сетовал на то, что местные не шибко наряжаются на праздник. По мнению москвичей такой уровень нарядов, наоборот, был очень завидным — выглядело всё это дело так, будто люди очень сильно потратились на грим, а на костюмы денег просто не хватило. Может тут и вовсе такая стилистика у фестиваля, кто знает. Были в магазине и люди без костюмов и грима вовсе, однако никто, вообще никто не обратил излишнего внимания на троицу в костюме полудницы, богатыря и вурдалака.

Ролевики вышли из магазина явно повеселевшими — охладились и накупили себе еды и вкусного к чаю. Поэтому вид побледневшего Серёжи, ждущего их у выхода, компанию слегка потревожил.

- Серёг, ты какой-то сам не свой.

- Либо я сошёл с ума, либо мы приехали куда-то сильно не туда, - проговорил он, - там в магазине такой консультант, я, жаль, сфоткать не успел. Можете зайти поздороваться, он вам ответит.

- Ну-у да, консультанты всегда так делают, - непонимающе сдвинул брови Костя, - Тебя там чем-то напичкали в этой шарашкиной конторе, что ли?

- Делают, только он выглядит, как манул. С бейджиком. В жилеточке.

- Перегрелся? - сочувствующе спросила Кристина.

- Точно напичкали, - посерьёзнел Костя.

- Да вы посмотрите, - мотнул головой Серёга, - Только аккуратнее.

Повернув головы в сторону магазинчика волшебных товаров, друзья всмотрелись в окна. И действительно, в одном из них виднелась кошачья фигура, сидящая на месте кассира. Издалека сложно было рассмотреть кота поконкретнее, но да, на нём правда была какая-то одежда и сам по себе он выглядел достаточно упитанным.

- Ну кот и кот, некоторые держат в магазинах, - пожала плечами Кристина и стала махать рукой манулу, - Эй, привет!

Хоть кот и не услышал за стеклом, что ему кричали, но в ответ на жест невозмутимо поднял переднюю лапу и пару раз поперебирал когтистыми пальцами в неком подобии приветствия. Действие это выглядело очень осознанным — к тому же, кто-кто, а Кристина знает, что коты себя так не ведут.

- Вы тоже это видели?.. - медленно опустив руку, пробормотала она.

- Угу… - кивнули остальные.

- А я говорил, - с укором сказал Серёга, - Пойдёмте-ка к дому и давайте держаться вместе. Так, на всякий случай.

Москвичи двинулись к указанному адресу, заметно притихнув. В головы к ним лезли размышления о том, насколько реально происходящее вокруг — может, это всё просто сон? И товарищи рядом тоже часть сна, и жара, и долетающий из чьего-то сада запах цветущего шиповника. А если не сон, то, возможно, учёными просто ещё не до конца изучены причины возникновения галлюцинаций? Ну или тот манул из магазина на самом деле не настоящий, а какая-нибудь очень правдоподобная кукла, а Серёгу там и правда чем-то напичкали до той степени, что он с котами разговаривать стал.

Размышления прервал доносящийся из-за поворота металлический грохот и крики. Трое подростков вылетели на идущую вдоль завода улицу, двое верхом на одном мангале, а третий, самый крупный, на другом, причём его мангал явно не очень-то подходил ему по размерам. Мангалы под детьми двигались. Нет, не просто двигались, они цокали по асфальту металлическими ножками, как подкованные кони, а из их дырочек для воздуха периодически сыпались полуистлевшие угли. Подростки с неадекватным хохотом заорали: «Догони меня, кирпич!» и «пришпорили» свой транспорт, пнув его по бокам испачканными в саже кроссовками. За ними верхом на погнутом дорожном знаке в виде, собственно, «кирпича» показался человек в форме ДПС-ника, активно дующий в полицейский свисток. При этом у дорожного знака, несмотря на его погнутость, бодро мерцали приделанные мигалки по обеим сторонам столба. Подростки, как это обычно бывает, ехали или скорее, летели, не очень умно, постоянно оглядываясь на полицейского и показывая ему неприличные знаки пальцами, что вскоре привело их к столкновению с чьим-то забором с сопутствующими лязгающими фанфарами. За забором моментально раздался скрипучий крик: «Я вам сейчас уши отрежу, придурки, сколько можно мой забор шатать!». После этого предполагаемый хозяин участка, судя по звукам будто бы брошенных вёдер, заковылял на выход.

Пока хозяин покосившегося старого дома, виднеющегося за пострадавшим забором, не вышел, раскидавшихся по земле подростков оперативно собрал в кучу подъехавший на мигающем дорожном знаке полицейский. При этом, несмотря на то, что слегка полноватый мужчина слез с сиденья, похожего на велосипедное, знак остался висеть в воздухе, вгоняя в окончательный шок московскую компанию.

- Дядь Толь, может, не надо? - тихо завыл один из пацанов, когда его взмахом полицейской полосатой палочки подняли в воздух в таком же положении, в каком он распластался у забора.

- Надо, - хмыкнул полицейский, - И сколько раз тебе говорить, на работе я тебе никакой не дядя. Матери всё расскажу.

- Вообще всё? - заныл тот.

- Вообще.

Полицейский увёз за собой летающую в воздухе кучу застывших с кислыми минами подростков ровно в тот момент, когда из калитки наконец-то вышел, ковыляя, лохматый старый дед, немного жутковатый на лицо. Увидев, что на отрезание ушей он опоздал, дед с чувством сплюнул и, хмуро глянув на остолбеневших на другой стороне дороги друзей, ушёл обратно, громко хлопнув калиткой. От хлопка с треском отвалилась от забора деревяшка как раз в том месте, куда впечатались мангалы, и повисла на нижнем гвозде. Оставленные мангалы до этого момента испуганно прижимались к земле, но от скрипа забора прямо над ними вскочили и резво убежали прочь, стуча металлическими ножками по тротуару.

- Ущипните меня, - просипела Ира. Кристина ловко ткнула её в бок, - Ай!.. Ну, боль настоящая. Хотя во сне и такое бывает.

- Ты думаешь, мы спим? - с большим сомнением спросил Серёга. После говорящего манула он в такое верил всё меньше.

- Другого объяснения я пока не нахожу. Наверное, надо лечь спать, иногда во сне такие действия помогают проснуться.

- А может, мы на самом деле попали в аварию… - помрачнел Костя, - и ну… того самого…

- Не каркай!!! - хором откликнулись остальные.

Друзья снова двинулись с места, поспешив убраться поскорее от дома страшного лохматого деда. Дом Зинаиды Прокофьевны должен был быть совсем рядом, и даже представлять не хотелось, что там можно увидеть на этот раз.

Маленький участок тёщи механика, вопреки ожиданиям, выглядел очень опрятно и мило. Голубой дом с выцветшей на солнце краской выглядел старым, но не запущенным, за ним явно стараются ухаживать. На втором этаже красовалось резное окошко, а внизу просторная веранда с маленьким украшенным деревянной резьбой крыльцом, у которого пышно цвели разноцветные космеи и золотые шары. Вокруг дома росло много раскидистых яблонь, на ветвях которых уже начали появляться маленькие зелёные яблочки. В саду в окружении кустовых роз был накрыт круглый стол, на клетчатой розовой скатерти ждал гостей накрытый полотенцем чайник и четыре маленькие фарфоровые чашки.

Калитка будто нарочно была приоткрыта. Не осмелившись войти без спроса, ребята постучали по забору и покричали, зовя Зинаиду Прокофьевну. В доме послышался шум, и совсем скоро дверь на крыльце открылась: первой из неё вылетела лохматая чёрная собачонка, оглушительно лая и виляя хвостом, за ней следом, кряхтя и охая, спустилась по ступенькам абсолютно нормальная и обыкновенная на первый взгляд старушка и при этом довольно-таки приятной наружности. Компания с облегчением выдохнула.

- Спичка! - махнула рукой на собаку Зинаида Прокофьевна, - А ну не мешай спускаться! Иди лучше гостей встреть по-человечески!

Не успели гости подумать, а как собака «по-человечески» будет их встречать, чёрный комок кудрявой шерсти со всех ног побежал к калитке и, схватив зубами верёвочку, потянул её на себя, открывая пошире проход. Виляя хвостом, Спичка встала с верёвкой в пасти у калитки, ожидая, когда же все войдут. Пропустив удивлённых ребят внутрь, собака навалилась передними лапами на дверцу и толкнула калитку обратно.

- Здравствуйте, Зинаида Прокофьевна, а мы вам гостинцев принесли, - с улыбкой протянула пакет со сладостями Кристина.

- Здравствуйте… - промямлили остальные, наблюдая за тем, как Спичка лапой закрывает на щеколду дверь.

- Здрасте-здрасте, ребята, - впопыхах ответила старушка, отряхивая фартук от муки, - Ой, за гостинцы спасибо, я как раз вам чай поставила. Будете с оладьями пить? Или, может, пообедать хотите?

- Да мы, наверное, просто чаю попьём, спасибо, - вздохнула Ира и оглядела остальных. Все согласно закивали. Выпить чаю для успокоения нервов сейчас было бы очень кстати, а вот еда скорее всего внутрь и вовсе не полезла бы.

- Ну смотрите, а то у меня ещё кастрюля супа есть. Пойдёмте тогда в дом, я вам покажу ваши комнаты, - бабушка развернулась и направилась обратно в дом в сопровождении мгновенно подбежавшей к ней собачки, - И да, зовите вы меня просто бабой Зиной, на Зинаиду Прокофьевну я давно уже не тяну, эдак лет в 50 ещё можно было бы, а сейчас уже даже и непривычно как-то, неподходяще.

Уже на пороге дома из окон кухни долетал манящий запах свежей выпечки. Слышно было, как шкворчит масло на плите и потрескивает газ. Внутри дом выглядел очень обжито, сразу было видно, что сдавать его перестали уже давно — в коридоре красовались залакированные полки из сосновых коряг и висело много фотографий. Стену над печкой-буржуйкой украшал массивный чугунный блин с дырочками, на которых внизу болталось макраме из бежевых ниток: по видимому, это был какой-то амулет. В дверном проёме видно было просторную светлую кухню-гостиную с большим обеденным столом. В углу у окна стояло кресло-качалка, а рядом с ним набитый пряжей ящик — на самом его верху лежали недовязанные носки в горошек. Под потолком на нитке сушились травы, а на подоконнике рос огромный кактус, который абсолютно не вписывался в общий деревенский интерьер дома. Над плитой летали сами собой половник и лопатка, выкладывая и переворачивая оладьи.

- Наверху две комнаты, выбирайте, кому какие нравятся, - сказала баба Зина, проводив их до лестницы, - Я уж, наверное, подниматься не стану, вы извините, колено что-то разболелось сильно. Вы если что, зовите, а я пока чай вам заварю. С чем хотите, с душицей или с ромашкой?

- Давайте с ромашкой, - проговорила Кристина, следя взглядом за половником, который сам собой черпал тесто из миски и аккуратно выливал в три ровных кружочка на сковородке. Ромашка, насколько она знает, неплохо успокаивает нервы.

Хозяйка дома отправилась на кухню, а её новые жильцы вместе со своими вещами по деревянной лестнице поднялись на второй этаж, где, кроме двух гостевых комнат, больше ничего и не было. Тут уже не было той атмосферы жилого дома, которая витала внизу: второй этаж был пустоват, жильцы сюда явно не ходят. Все удобства в комнатах, конечно же были, и были даже шкафы с разными романами и детективами, но не более чем.

- Она ведьма! - прошептал, округлив глаза, Костя, когда все дошли до комнат.

- Нехорошо так называть пожилых женщин, Кость, - нервно усмехнулась Ира.

- Серьёзно, нам вообще безопасно тут оставаться? - продолжил тот, - Мало ли что с нами сделают!

- Ну, кажется, пока все думают, что мы «свои», - задумчиво проговорил Серёга, - Наверное, костюмы пока лучше не снимать.

- Мы так тепловой удар поймаем, - нахмурилась Ира, - Если не уже. Тем более, Никанор Потапович уже объяснил своей тёще, что мы на фестиваль ехали и местом ошиблись. Раз нас сюда приняли, значит, считают за местных или вроде того. Я думаю, баба Зина и так поняла, что мы в костюмах, она-то уже в очках. А механик сначала без них ошибся, а потом просто издали на нас посмотрел, вот ничего и не понял. Главное, легенду какую-то придумать, если нас спросят.

- Скажем, что у нас родители колдуют? - предложил Серёга.

- А у нас прабабушка вроде как ведьмой себя называла… - Кристина вдруг задумалась, - Да?..

- Было такое, - посерьёзнела Ира. Да-а, теперь-то она вспомнила эти моменты из своего далёкого детства. Кажется, там есть, о чём поразмышлять.

Друзья разделились по комнатам: сестры заняли ту, что с двуспальной кроватью, а парни выбрали с двумя односпальными. Под кроватями, помимо пыли, обнаружились примятые кучки каких-то тряпочек, смутно напоминающие гнёзда. Внутри них видно никого не было, но на всякий случай ребята оставили свои вещи подальше от этих кучек. Мало ли, какие в этом городе мыши жить могут.

Внизу в маленьком садике у дома на розовой клетчатой скатерти их уже ждала тарелка с высокой башней из свежих ароматных оладий и мисочка вишнёвого варенья. Баба Зина в сопровождении Спички вынесла гостям расписаный цветами фарфоровый чайник с ромашковым чаем.

- А ну брысь! - баба Зина махнула полотенцем на попытавшуюся отведать варенье осу, и та тотчас была отброшена какой-то неведомой силой аж на соседний участок, недоумённо жужжа, - Кушайте на здоровье. Вы отдохните с дороги, а потом и о делах поговорим, нельзя же на голодный желудок что-то решать. Не пугайтесь, мне много не нужно, помочь просто. Я уже старая, сил на всё не хватает, а дочка с зятем всё заняты, заняты, приезжают через раз, нам тут, старикам, со всем и не управиться. Так-то полегче было, пока муж дома был, сейчас вот уехал, и я тут одна совсем. Я сейчас в деньгах и не нуждаюсь, чтобы комнаты сдавать, да и нехорошо на людях в беде наживаться, тем более перед праздником. Поживите тут, сколько вам нужно, помогите мне по хозяйству только. А вы в костюмах приехали, вы артисты что ли?

- Да нет, просто подумали, что так будет более… аутентично, - слегка замялась Ира, - Праздник же, надо как-то понаряднее быть.

- А, ну это дело хорошее, у нас мало кто в таких нарядах на праздники ходит. Только сам праздник-то через пару недель только ведь, не жарко вам так ходить?

- Да вот мы тоже подумали, что как-то зря так заранее приоделись, - включился в разговор Серёга, помогая Ире, - В том месте, куда мы ехали, просили всех сразу нарядными приезжать, там праздновать уже заранее начать хотели, вот мы и решили не отставать от коллектива.

- Да? Интересно-то как, - искренне удивилась баба Зина, - Ну ладно, отдыхайте, не буду вам мешать. Зайдите потом ко мне на кухню, я хотела попросить вас на рынок сходить, список покупок дам.

Друзья остались наедине с садовыми розами и космеями, над которыми периодически кружили бабочки, не в силах выбрать сразу, какого цветка им отведать в первую очередь. Запах цветов, ароматного чая и сладких оладий понемногу успокаивал и подстёгивал действительно расслабиться и отдохнуть. Ветер периодически приносил из маленького огородика, растущего за розами, запах различных пряных трав: в них высилась бледная полынь, клевер с огромными белыми цветами манил своим медовым ароматом насекомых и росли даже неизвестные учащейся на биофаке Кристине растения. Этот маленький уютный садик, несмотря на все его маленькие странности, почему-то после всех их приключений казался укрытием от незнакомого и непривычного мира, куда без приглашения попала компания ролевиков.

Но, в конце концов, они уже здесь и без машины всё равно никуда не денутся. Не стоит упускать возможности осмотреться в городе Окломна, даже если это и правда всего лишь сон — кто знает, что ещё нового поджидает их на улицах и во дворах под сенью цветущего июньского жасмина.

Глава 2. О вреде азартных игр

Вдоволь наевшись сладкого, ребята медленно, превозмогая ощущение сытой тяжести в животе и желание распластаться на садовом стуле до вечера, отправились за списком покупок к бабе Зине. На просторной светлой кухне дожаривались всё так же сами собой оладьи, а сама старушка сидела в кресле-качалке у окна, на подоконнике которого красовался странный кактус в мелких иголках, и вязала носки в узор из зелёных листиков. Рядом с ней стояли две уже пустые чашки чая, одна на тумбочке, а другая почему-то возле горшка с кактусом. Вся эта картина наводила на множество вопросов, но вежливости ради задавать их никто не стал. Ну и ещё для того, чтобы не спалиться, а то мало ли, тут так положено чай пить.

- Наелись? - с улыбкой спросила баба Зина, взглянув на них из-под круглых очков, - Вкусно было?

- Очень, - выдохнула Кристина, слегка облокачиваясь на дверной косяк: набитый живот мешал стоять ровно.

- Даже не наелись, а объелись, - ответила Ира, - Спасибо вам за чай с угощениями.

- Да не за что, если хотите, ещё есть, - Зинаида Прокофьевна отложила вязанье в сторону и направилась к столу, где лежала сложенная вдвое бумажка в клеточку, - Я вам тут список покупок написала, только вы не перепутайте, с одной стороны магазины, которые до восьми работают, с другой после. Сходите как-нибудь так, чтобы и в те и в те успеть. Ах да, и денег на покупки сейчас дам.

Первая половина листка была ничем не примечательным стандартным списком покупок, овощи, молочка, яйца и прочие самые обычные продукты, но с другой стороны товары оказались неожиданными: эссенция вечерней примулы, две бутылки живой воды и почему-то среди «вечернего» списка затесалось несколько мотков пряжи №5. В общем-то, сам факт того, что какие-то магазины на рынке открываются только в восемь вечера, уже удивляет. По рынкам никто из компании давно не ходил, но все помнят, что попасть на рынок ближе к ночи это что-то из разряда сказок.

Ах да, точно. Они же как раз в каком-то похожем пространстве и застряли.

Идти на рынок было ещё рано. В небе пекло жаркое дневное солнце, летали где-то высоко шумные речные чайки, которых периодически разгоняли прерывающие идеалистическую летнюю картину неожиданно летающие объекты — по большей степени мангалы разных размеров и конструкций. Костя не желал никому признаваться, но кажется он видел человека на барбекюшнице, передающего пакет с продуктами в одно из верхних окон девятиэтажного дома. Он меньше всех доверял сейчас своим глазам и продолжал мысленно искать адекватные причины происходящего. Любая эзотерика, астрология, таро и иже с ними всю жизнь ему казались профанацией, и теперь широкоплечий, обычно вызывающий если не страх, то, как минимум, нежелание подходить у любой уличной компании хулиганов, сам сидел с видом побитой собаки на лавке в саду и, честно говоря, боялся всего окружающего мира. Возможно, от того, что на самом деле где-то в глубине души его всегда пугала тема чего-то потустороннего.

Друзья решили дождаться вечера на улице, где сильнее ощущался разгоняющий жару ветерок. В доме, к тому же, слегка напрягали свёртки из тряпок под кроватями, хотя сами комнаты уютно пахли свежим постельным бельём и радовали глаз будто бы светящимися от попадающего на них солнечного света лакированными сосновыми досками. Баба Зина сказала, что это гнёзда каких-то носокендр, которые, наверное, завелись из-за прошлых жильцов. Хозяйка дома обещала чуть попозже отправить наверх веник, чтобы тот убрался потщательнее, но до этого момента некоторым заходить внутрь как-то расхотелось. Сергей, к слову, воодушевился и попросил гнездо под своей кроватью не трогать, заявив бабе Зине, что ему «жалко его разрушать». На самом же деле загадочные носокендры его, в отличие от остальных, крайне интриговали. Постараться бы увидеть этих непонятных существ. У Серёги от стресса эффект пошёл обратный — он подумал, что уж если сошёл с ума, надо искать в этом плюсы. А если нет, то тем более носокендр надо изучить.

Лавка под яблоней, на которой уселась компания, пестрила облупившейся синей краской. Выглядела она как одно из заданий на будущее для новых жильцов. Да и сорванная с петель дверь, валяющаяся на траве за домом, тоже. Ребята сидели, кто привалившись на перила лавки, кто откинувшись на спинку, и размышляли каждый о своём. Ира фотографировала на телефон Спичку, гоняющуюся по лужайке за бабочкой. Спичка на снимках не проявлялась.

- Смотрите, - показала экран галереи остальным Ира, - Вы же тоже видите во дворе собаку?

- Ага…

- Ну и хорошо, - Ира было успокоилась, но не тут-то было. Спичка в этот момент поймала, наконец, бабочку, и от защекотавшей нос пыльцы тоненько чихнула, выдыхая маленькие струйки пламени из ноздрей, - Наверное…

- Что делать будем? - Кристина лениво отколупывала чешуйки потрескавшейся краски от лавки.

- Со всем этим?

- Да не-е-ет. Чем займёмся до вечера?

- Я в «Котле Изобилия» книжки купил. Можем посмотреть, - предложил Серёга, - Там что-то про колдовство было.

Спустя несколько минут компания уже сидела, вчетвером склонившись над детской книжкой. Надо признать, со стороны это выглядело довольно забавно: уже взрослые молодые люди теснятся на одной лавке и заглядывают за плечо друг другу, чтобы рассмотреть картинки на немногочисленных страницах «Уроков волшебства для самых маленьких» с блестящими звёздочками на обложке.

С каждым абзацем абсурдность ситуации ощущалась всё более явно. Друзья чувствовали себя как детсадовцы, поверившие в то, что если они напишут пять комментариев, хлопнут три раза в ладоши и заглянут под подушку, то найдут там подарок. Сложно было настроиться серьёзно на данное чтиво, однако в новых условиях эта книжонка была, возможно, единственным руководством к жизни в черте чудного закрытого города. «Уроки волшебства» в книге представлялись в весьма скудном количестве, зато пестрили картинками с иллюстрациями о том, как правильно колдовать. Здесь учили оживлять бумажные цветы, разбрасывать руками тающие искры, невысоко летать на метле и другим не укладывающимся в голове вещам.

Конечно же, ролевики из Москвы единогласно сказали, что это какой-то бред и вообще, быть того не может, чтобы это всерьёз продавали.

И конечно же, они попробовали «поколдовать».

Ничего у них не вышло. Более того, снова натолкнуло на мысли, что всё-таки им что-то привиделось, а голова под воздействием чего-то странного нарисовала совсем другие картины. Но размышления эти были мимолётными — Спичка начала лаять через дыру в заборе на катящуюся мимо банку газировки, а банка, со свистом сплющившись в жестяной комок, начала лаять на неё в ответ. Лай газировки был похож на копирование звуков попугаем: как будто воспроизводят запись с плохого диктофона. Спичка, не выдержав такой наглости, высунула голову в щель между досками и пыхнула в сторону банки огнём из пасти. Банка мгновенно отскочила в сторону, превратилась в воздушный шарик и улетела на выдуваемом воздухе прочь по прямой. Да, сдувающиеся шарики так не летают. В этом-то всё и дело.

Вздохнув, ребята снова уткнулись в книгу. Кажется, придётся постараться научиться делать хоть что-то, а то кто знает, может, в следующий раз их в этой чёртовой Окломне укусит какая-нибудь чайная ложка. И это если очень повезёт.

Несколько часов пустых усилий, один обед и ещё пара заходов чая с оладьями приблизили время к намеченному походу на рынок. Рыжие закатные лучи сияли золотом в окнах панельных домов и уже не пекли, а ласково грели кожу. Закат ещё не начался, однако дальше сидеть на лавке в саду, пытаясь спрятать от бабы Зины книжку, уже не стоило. Подготовив побольше крепких пакетов, друзья забрали список и деньги и направились по указанной дороге с окраины города в его центр.

Городок, с виду, был похож на типичный город в глубинке, никаких тебе зданий выше шестнадцати этажей, обилие знакомых супермаркетов, множество деревьев и разбитых палисадничков под окнами первых этажей. Палисадники, правда, иногда были украшены не привычными лебедями и жабами из шин, а какими-нибудь там трёхголовыми змеями, например. Да и росло там порой что-то необыкновенное. Но, в общем, город можно было принять за самый обыкновенный, если не замечать деталей и кипящей тут жизни. По тротуарам ходили разные на вид люди и нелюди, кто с хвостами, кто с рогами, кто с иссиня-чёрной или зелёной кожей, кто со странным цветом волос, а у кого и вовсе можно было различить на теле чешую или растущие прямо так растения. В небе по каким-то своим законам и правилам летали на мётлах, швабрах с велосипедными сидениями, мангалах, а порой и вовсе на каких-то совсем уже неожиданных предметах. Один раз куда-то в сторону заката пролетел на полосатом жёлтом кресле расслабленно накрывший колени пледом пенсионер. Спереди у кресла был приделан автомобильный руль, а на одном из подколотников торчал рычаг смены передач. Даже фары горели где-то на уровне ножек. Во всём этом движении периодически мелькали, судя по всему, работники местного аналога ДПС — те самые, что летают на погнутых дорожных знаках. Пешеходные переходы аккуратно, абсолютно по-человечески осматривая дорогу, переходят кошки, собаки, а порой и кто-то поэкзотичней с кулёчками и пакетами во рту. Кто спешил на работу, кто с работы, заигравшихся детей звали со двора в дом кричащие из окон родители, а подростки отпрашивались по телефонам погулять до ночи.

Москвичи шли и старались хотя бы держать рты закрытыми. Не пялиться получалось тяжеловато. «А может, маме позвонить, чтобы она меня отсюда на своей машине увезла?..» - всю дорогу размышлял Костя и думал о том, в какой эпизод его жизни крыша могла отдать швартовы. «Я бы тут жить остался!» - с восторгом думал Серёга, уже окончательно поверив в то, что это либо сон, либо абсолютно реальное место. Своей маме он звонить ни за что бы не подумал: та решила, что серёжина крыша отчалила ещё на моменте его поступления на факультет истории и археологии вместо продвигаемой всей семьёй идеи успешной карьеры программиста.

Рынок оказался в глубине улиц, прямо за большим торговым центром, немного несуразно пестря яркими вывесками и новой цветной обивкой на фоне старых домой. Будто бы эти два места напрямую конкурируют друг с другом. До закрытия основных магазинов оставалось меньше часа, и это было заметно — во многих киосках уже неспешно убираются продавцы, прилавки местами пустуют, а посетителей было не так уж и много. У рынка в самом его центре небольшое пустое пространство организовано под маленькую площадь, где стоят большие часы на резном чугунном столбе и пара лавочек, на которых люди перепаковывали сумки и проверяли чеки. Вокруг этой площади тянулись ряды и закоулки всевозможных лавочек, крытых павильонов и киосков. Рынок хоть и казался не таким уж и большим, но запутаться в дорожках, судя по всему, очень легко. Особенно портило навигацию то, что лавки здесь не шибко рассортированы по товарам, и какие-нибудь овощи-фрукты спокойно себе соседствовали с одеждой.

Ребята направились наугад в глубь рынка, в сторону первой виднеющейся подходящей палатки. Лавочки пестрели сладостями, специями, мясом и рыбой. Где-то на картонке стыдливо поджимал дырявый носок зеленоватого цвета мальчик, которого мама заставляла примерять разные спортивные штаны. Мальчик выходил из-за шторок импровизированной раздевалки к зеркалу перед картонкой каждый раз с кислым лицом и всё время жаловался, что ему резинка натирает плавники. В одной из рыбных лавок мужчина с длинными усами и большой рыболовной шляпе на верёвочке торговал свежими и копчёными лягушками, сушеными водомерками, маринованными кувшинками и засоленными камышами. В лавке удобрений женщина с длинным и островатым носом по запаху земли из мешочков, которые ей приносили покупатели, определяла, чего не хватает почве на их участках. Вовсю расхватывали чудом уцелевшие к вечеру булки и пирожные в магазине сладостей некой Жанны, загорелой так сильно, будто бы она только что вернулась из Египта, и неестественно, по-кошачьи желтоглазой. Обалдев от всех этих картин, москвичи зашли в магазин за минералкой освежиться и прийти в себя, но быстро вышли — ларёк с названием, очень похожим на сеть алкогольной продукции, оказался торговой точкой для вампиров, где продавали свежайшее мясо и кровь. Растерявшаяся продавщица с накрученными белокурыми локонами и в синем фартучке так и не поняла, почему покупатели так сильно испугались её улыбки, ведь её ровно выросшим безо всяких брекетов клыкам завидовала вся округа.

Половина списка куплена — уже большая удача. Мало того куплена, им даже удалось ни разу не заикнуться в разговорах с продавцами. Ну, почти. Особенно успешным можно считать поход за молочкой: далеко не так легко понять, что магазин с названием «Птичье молоко» на самом деле отсылает не к конфетам, а к тому, что молочные продукты везут с фермы из в деревни с «птичьим» названием Воробьёвы Норы. Ближе к восьми покупатели стали расходиться с рынка, а некоторые подходили к часам на центральной площади и оставались там, в ожидании поглядывая на циферблат. Продавцы спешили закрыть свои лавки и убраться восвояси по домам.

Все так прилежно ждали следующей смены рынка под часами, что заезжая компания, переглянувшись и пожав плечами, решили присоединиться к остальным. Хотя, казалось бы, в чём смысл сидеть здесь, можно же сразу подойти к нужным лавкам и дождаться прихода продавца, тем более, что они наверняка приходят заранее. Правда, нужных вывесок ребята всё равно не увидели — наверняка одни и те же строения сдаются в разное время суток под разные магазины. Но уж местные-то должны знать, где что.

Как только часы пробили восемь вечера, стало ясно, зачем все сгрудились на площади. На глазах ребят рынок стал меняться до неузнаваемости. Торговые ряды перестраивались друг с другом, где-то прямо из-под земли возникали киоски, тут и там загорались окошки и вывески, которых не было видно до заката. Из теней начали выходить различные фигуры и двигаться в сторону рядов, разбредаясь по лавочкам и зажигая в них свет. Люди вокруг, как ни в чем не бывало, деловито поспешили за покупками. Никто даже внимания не обратил на то, что некоторые вылезшие из темноты личности смотрелись жутко даже на фоне некоторых местных жителей. Закатный свет освещал покатые крыши киосков и нечто странной формы, напоминающее тумбочки, скачущее на них. Нечто в количестве трёх штук разного размера лязгало и задорно скрипело ножками по металлической крыше одного из киосков. Из киоска почти сразу выбежал пожилой мужчина с метлой и начал яростно пытаться смахнуть со своей крыши незваных гостей:

- Ах вы паразиты! Дырки мне решили сделать?! На металл вас сдать мало, хулиганьё!

Присмотревшись, москвичи узнали в них троицу маленьких, самых дешёвых ржавых мангалов. Мангалы, увидев метлу, скрипнули крышечками и тотчас ускакали по крышам куда-то вдаль. Дед, мрачно проводив их взглядом, закрыл дверь киоска на замок и удивительно быстрым шагом направился куда-то в ряды.

- Как думаете, на чём они здесь готовят шашлык, если все мангалы живые? - задумался Костя.

- Может, на костре, - с сомнением в голосе предположила Ира, - Но на костре как-то неудобно…

- Неужели они здесь живут без шашлыков… - Кристина даже ахнула, представив себе настолько трагичную ситуацию.

Решить, какая альтернатива мангалам будет наиболее удобной, друзья не успели. До них долетели новые крики из-за палаток, за которыми скрылся дед:

- Люда! Приструни уже свой выводок, сил моих нет!

- Я одна, а их двенадцать! - низким голосом отвечала хозяину киоска какая-то женщина. Из той же стороны был слышен многочисленный звонкий цокот. Судя по всему, мангалий. - У меня разгрузка только началась, как ты думаешь, могу я одна за ними всеми уследить?

- А нечего было столько заводить!

- Да?! А ты думаешь, я их завела, этих мелких? Они сами к моим пристали, мне от них даже пользы никакой нет, для грузов они не годятся!

- Пристали-то они к тебе, значит ты виновата, что сюда их привела! Воспитывай их или сделай хоть что-нибудь уже!

- Ой, как будто так уж они хулиганят больно!

Перепалка продолжалась ещё какое-то время, после чего некая Люда отмахнулась тем, что ей некогда, и крики сошли на нет. Дед вернулся к своему киоску и ударил палкой по вывеске над окошком. Издав отрывистый электрический гул, на вывеске засветилась надпись «Родник».

- О, нам туда надо! - вывела из оцепенения всю компанию, заслушавшуюся звуками ночного рынка, Кристина. Дед скрылся внутри киоска и зажёг маленькую слабую лампу, - Баба Зина сказала купить там живой воды.

В киоске товаров было негусто: всего два вида стеклянных бутылок, одни с синими этикетками, а другие с чёрными, в общем количестве всего штук десять. Продавец сидел хмурый и на покупателей смотрел исподлобья, будто бы ожидая, что сейчас и эти мародёрить начнут и по крышам бегать.

- Здра…

- Живой или мёртвой? - не дал договорить дед.

- Э… живой, - Ира аж поперхнулась от такого тона.

- Пятьсот рублей.

- Ну и цены! А что так дорого? - в свою очередь наехал на продавца Серёга.

- Кроме меня вам тут такой воды никто не продаст и в ближайшей округе тоже, - фыркнул тот, - Это серьёзная вещь, а не газировка какая. Брать будете или нет?

Купив две бутылки, компания с кислыми лицами двинулась дальше, искать швейную лавку и магазин трав. Не очень как-то хочется, чтобы остальные обитатели ночного рынка вели себя так же. В сравнении с дневным, тут, конечно, нервничать приходится в разы больше: если до этого друзья переживали, как бы не выдать себя слишком бурной реакцией на товары и продавцов, то сейчас, похоже, стоило побеспокоиться о том, как бы их в каком закоулке не съели. Лавок ночью открыто было в разы меньше и, соответственно, освещение у рынка хромало. Сумерки стремительно опускались на покатые крыши, и из сгущающихся теней всё чаще слышно было копошение неизвестных существ – один раз на глазах у москвичей в такой тёмный угол спрыгнула тощая облезлая кошка и на дороге стала гонять и перекатывать в лапах что-то невидимое, издающее тоненький писк. Где-то за поворотами несколько раз раздавался пронзительный крик «Пиии-вооо!», но каждый раз, когда компания доходила до тех мест, они находили только пустые коробки и сваленный в кучу мусор, а не ожидаемый ларёк с алкоголем. Однажды оттуда даже вынырнула и стремительно улетела в небо странная блестящая в свете луны птица.

Возле магазина зачарованных подушек обнаружилась Люда, судя по всему, та самая, с которой ругался дед из киоска с живой и мёртвой водой. Полноватая женщина в клетчатой рубашке с закатанными рукавами и в джинсах разгружала товары и одновременно болтала с иссиня-чёрного цвета продавщицей, у которой в темноте рынка едва заметно светились яркие серые глаза, старательно накрашенные белой подводкой и тушью. К Люде по очереди подходили большие и высокие мангалы, из нутра которых она выгружала запакованные подушки из пуха ландышевых тетеревов, с отдушкой из сон-травы и подушки-грелки со вшитым пером хвостового оперения жар-птицы. В какой-то момент к ним соскочили с крыш маленькие шкодливые мангалы и начали играть в догонялки вокруг вереницы грузовых. Люда окрикнула мангалят, чтоб не мешали работать, и те снова убежали в тьму рынка, цокая по тротуару маленькими металлическими ножками.

- Слушайте, может спросим, куда нам дальше идти? – спустя минут пятнадцать безуспешных поисков предложил Костя. Ему тут не нравилось, походу, больше всего, - А то так и будем здесь блуждать.

- Да надо бы… - согласилась Ира и с сомнением оглянулась на лавочки вокруг, - Только у кого бы?

- Да хоть вот здесь, - Кристина показала на первую попавшуюся в поле зрения лавку впереди. Им с Серёгой, напротив, несмотря на жуткую атмосферу рынка, было ужасно интересно поглазеть тут вообще на всё.

Лавкой оказался магазин волшебной электроники, на вид какой-то обшарпанный и не сильно внушающий доверия, но в округе больше ничего открытого видно не было. За дверью с криво мигающей светодиодной вывеской оказалось маленькое помещение с каким-то совсем уж скромным набором товаров. Из-за прилавка моментально выскочил рыжий долговязый тип с неприятной скользкой улыбкой и направился к покупателям:

- Доброй ночи! Вы к нам как раз вовремя! У нас праздничные скидки на всё! - парень так торопился заинтриговать гостей, что по пути запнулся за швабру, но быстро поймал равновесие и пнул её в угол, - Вот, посмотрите, в наличии есть последний экземпляр чаровского пылесоса, всасывает не только пыль и грязь, но также и негативную энергетику в доме. Или вот, волшебная мультиварка, разновидность скатерти-самобранки, одна из лучших версий, последняя модель. А может, вас заинтересует чудо-бритва? У неё можно выставить разные режимы для стрижки, она сама вас пострижёт, и в салон красоты ходить не надо.

- А вот это вот у вас что?.. - игнорируя его предложения, спросила Ира, указав на маленькую табличку возле кассы. На табличке был абсолютно по-простому распечатанный текст: «Продаём волшебные сим-карты за пол цены». Выглядела табличка так, словно её специально поставили в таком месте, откуда очень просто будет её по-быстрому убрать. Ира, правда, не обратила на это особого внимания. Её больше интересовал принцип работы волшебных симок: если всё остальное в этом магазине выглядело в некотором роде понятным, то эта вещь вызывала много вопросов.

- А! - продавец сразу же отвлёкся от нахваливая витрин, бросил короткий взгляд в сторону двери и направился к прилавку, - У нас можно приобрести симку упрощённым способом. Стоит всего пятьсот рублей.

- Ир, мы же только спросить зашли… - тихо пробормотала Кристина. Она уже успела пожалеть о своём необдуманном решении зайти в абсолютно любую лавку. Как бы она сама не любила поболтать, этот излишне навязчивый тип желание открывать рот и что-либо говорить не вызывал вообще.

- Да, но эта штука нам может здесь понадобиться, мало ли, позвонить куда в случае чего, вдруг тут связь какая-то особенная, - так же ответила ей Ира и снова обратилась к продавцу, - А какой у ваших сим-карт эм-м функционал?

- В смысле? - непонимающе захлопал глазами суетной рыжий паренёк. Спустя пару секунд он, видимо, что-то для себя понял, - А, вы про это. Не беспокойтесь, она будет работать точно так же, как и все остальные. Скидка просто в преддверии праздника.

- Нет, вы не поняли. Зачем она вообще нужна? Мы здесь туристы, понимаете, ещё не до конца разобрались.

- Ах туристы, - протянул тот, заметно расслабившись и неприятно улыбнувшись чему-то своему, - Ну как зачем? С обычными симками вы даже мырлу сфотографировать не сможете. Здесь масса преимуществ, и камера вообще всё воспринимать начинает, и закрытые чаты и паблики открываются, такие, знаете, для нас с вами, новости всякие, такси можно заказать чтобы до других волшебных городов доехать, в общем уйма полезного. Я вам брошюрку могу вложить в конвертик, - Ире протянули обыкновенный белый почтовый конверт, где безо всякой привычной картонки и какой-либо упаковки лежала маленькая лиловая симка, - Будете брать?

- Да, давайте, возьму одну… - задумчиво проговорила Ира, протягивая купюру.

- И откуда же вы приехали, что у вас там до сих пор таких симок нет? - с улыбкой спросил продавец, забирая деньги, - Из деревни какой, что ли?

- Откуда надо, - буркнул Костя. Он сам был из деревни, и любые попытки как-то принизить деревенских жителей воспринимал достаточно резко, - Лучше скажи, где тут искать швейную лавку и «Верные травы»?

- Это вам надо на центральную площадь вернуться, а оттуда направо, они там рядом, - проигнорировав грубость, всё с такой же расслабленной улыбкой отвечал паренёк, убирая купюру в кассу. Кажется, он был крайне чем-то доволен. Да и внушительная ширина плеч Кости не давала повода спрашивать снова.

- Не надо гадость эту брать, - вдруг сказал Серёга, заглянув через плечо Иры в конверт, - Нормальные симки таким образом не продают. Эй, ты откуда вообще их взял?

- Да нам сдают некоторые, как номер поменять захотят, например, - сделал невозмутимый вид продавец, - Всякое бывает. Через СХК номера менять муторно и долго, а здесь мы за старые карточки ещё и заплатим.

- Ага, знаю я эти схемы, - хмыкнул Серёга, - Ир, сдай эту гадость обратно. Я тебе потом расскажу, почему.

- Ну… ладно… - Ира с неохотой протянула конверт продавцу, - Сделайте возврат, пожалуйста.

- Ну как же так, у нас всё законно! - продавец явно заволновался. Вся его расслабленность моментально сошла на нет, - Хотите, я вам лицензию покажу?

- Ментам будешь показывать, если возврат не сделаешь, - начал наседать Костя. Как же ему осточертел этот проклятый рынок. Домой хотелось нестерпимо, но чувство страха и беспомощности постепенно заменяла жуткая раздражительность и злость, - Ты права никакого не имеешь нам в этом отказывать.

- Да ладно вам, я и не отказываю! - сделал примирительный жест руками тот и вытащил из кассы помятую, не Ирину купюру, - Забирайте.

Москвичи, забрав деньги, хмуро вышли широким шагом из магазина. Ничего не понимающая Ира чувствовала себя не в своей тарелке. Она явно что-то упустила в этой жизни, раз не поняла, в чём была проблема таких сим-карт.

- Такие поддельные симки мошенники всовывают, а у людей потом деньги снимаются с банковских карт, кредиты на них оформляют и всё такое, - начал рассказывать Серёга и обернулся на магазин, чтобы запомнить вывеску с названием этой хибары и никогда сюда больше не приходить. А магазина за их спинами уже и не было, только пустырь между закрытыми на ночь палатками, где рос какой-то колючий кустарник, - Ага, вот значит как. Ну, тогда я точно был прав насчёт этого заведения.

- Понятно… - понуро ответила Ира, осматривая в руках купюру. На вид настоящая, даже на свет рисунки видны, - А как думаете, что за СХК про которое он говорил?

- Можем спросить у бабы Зины, - проговорил Костя, - А лучше не надо. Кажется, лишний раз тут лучше не палиться, что мы чего-то не знаем. А то ещё на что-то нагреют или чего похуже.

- Действительно…

- Серёг, ты откуда всё это знаешь вообще? - задумался вдруг Костя.

- Да так, было дело, писал одну книжку, - пожал плечами тот, - Детективчик. Так себе вышло, но для жизни полезного много узнал, пока в интернете лазил читал про всякое для сюжета.

Не чтобы друзья захотели последовать совету недобросовестного продавца, но на главную площадь они всё-таки вернулись, где спросили у прохожих, как пройти к нужным лавкам. Оказалось, здесь он не соврал, до магазинов действительно можно было дойти через правые торговые ряды.

В швейной лавке среди множества различных тканей, ниток и пуговиц за прилавком сидела жутко ярко накрашенная женщина и читала журнал о рукоделии, висящий в воздухе, чтобы не отвлекать её от поедания засахаренных орешков. Окинув оценивающим взглядом посетителей, она взмахнула пальцем, заставив журнал заломить страничку и опуститься в закрытом виде на стол, и вытерла салфетками руки. Услышав о пряже №5, она сразу поняла, что ребята покупают её на вязание Зинаиде Прокофьевне — по её словам, баба Зина закупается ей, как никто другой в этом городе. Хозяйка швейной лавки вынесла из закромов запечатанную коробку с пряжей, наказала ни за что не ставить пряжу на солнечный свет(«и на лунный тоже, а то есть любители окружающий мир в школе прогуливать!» - как сказала та) и сделала небольшую скидку по давнему знакомству.

- На вот, возьми, расплатись моими тоже, - Ира положила в деньги бабы Зины купюру из магазина электроники. Денег было немного жалко, но неприятное ощущение от того, что у неё осталось что-то из того места, перевешивало жалость.

- Вы что за гадость мне подсунули?! - реакция на купюру у женщины за прилавком оказалась неожиданной, когда Кристина положила деньги ей в руки. Брезгливо взяв мятые пятьсот рублей двумя пальцами, продавщица протянула их обратно, - Вы что, меня надуть решили? Заберите это обратно! Делай им ещё скидку после этого!

- А что такое? - непонимающе забрала купюру Кристина, - Нам тут такую сдачу дали.

- Это гдей-то?

- Да в этом, как их там, с волшебными мультиварками...

- Ой! - махнула рукой женщина, поморщившись, - Опять этот оболтус тут промышляет! Не ходите к нему, вы что. Выкиньте это! Этим нельзя расплачиваться, оно завтра же улетит обратно к хозяину!

- Ага, значит, время ещё есть, - Серёга забрал у Кристины купюру и начал рвать её на мелкие кусочки.

- Правильно, так её! - злорадно поддакнула женщина, - Это ужас какой-то, этот тип у меня так внучку облапошил, продал ей аппарат для маникюра, который сам всё делать должен, а в итоге она мало того, что не маникюр получила, а детскую раскраску, так ещё и при сушке чуть ожог не получила!

- Н-да-а…

- Смотрите, в общем, аккуратнее здесь, - продавщица примирительно вздохнула, - Да, и на причале шаурму не ешьте, раз уж так. Ничего волшебного в ней нет, но расстройство желудка потом будет просто сказочное, если попробуете.

Расплатившись уже по-нормальному и поблагодарив за совет, ребята отправились в последний из списка магазин, благо, он был прямо напротив. Надо сказать, мотание по рынку с сумками, пусть и небольшими засчёт того, что компания у них большая и вес можно удобно разделить на всех, всё равно изрядно утомляло. Время было уже позднее, хотелось вернуться в уютный пахнущий деревом дом бабы Зины, как следует поужинать и завалиться спать. Быть может, после проснуться уже у себя дома в день выезда на фестиваль с осознанием того, что все произошедшее за день это всего лишь плод разыгравшегося в ожидании ролёвки воображения.

В «Верных травах» обошлось без приключений. Владельцы магазина, двое хмурых мужчин средних лет, были крайне немногословны и заказ для бабы Зины собрали крайне быстро. Разве что ребят напрягла открывшаяся картина в момент, когда один из мужчин направился за вечерней примулой к шкафчику у окна: как только лунный свет осветил его лицо, то сразу же начало терять человеческие черты и превращаться во что-то жуткое и звероподобное. Но наваждение исчезло, стоило травнику вернуться под электрическое сияние ламп. В общем-то сейчас москвичам это даже не показалось чем-то действительно опасным — в конце концов, их даже не укусили. После остального увиденного на рынке магазин трав заставил выдохнуть и поверить в то, что сейчас они наконец-то вернутся в дом.

Всё из списка покупок было в сумках, и компания направилась в сторону, где по их воспоминаниям был выход с рынка. К этому моменту на рынок уже окончательно опустилась ночь, и дорожки освещала только луна и изредка появляющиеся огни открытых лавок, которых постепенно становилось всё меньше и меньше. А выход, тем временем, на горизонте так и не намечался.

- Слушайте, мы заблудились, походу, - нахмурился Серёга и обратился к продавцу открытой палатки, в холодильниках которого лежали тушки, отдалённо напоминающие крокодилов, - Извините, не подскажете, где тут выход с рынка?

По указанию когтистой чешуйчатой руки продавца ребята двинулись дальше, но за нужным поворотом не было обещанной зоопалатки, от которой должно было быть «рукой подать» до центральной площади. Вместо этого друзья оказались вообще непонятно где. И поворота за их спиной уже не было, так что вернуться и спросить ещё раз возможности не было. Но впереди маячил ещё один огонёк открытого магазина, и ребята решили спросить ещё раз.

Однако, стоило им приблизиться, огонёк внезапно потух, а сам вид здания преобразился — теперь оно было похоже на заброшенную лачугу, в которой никак уж не могли торговать и включать свет. На двери висел массивный замок с ржавыми разводами.

Подумав, что им показалось, москвичи стали пробовать идти к другим лавкам. Но каждый раз происходило то же самое, а иногда свет из окон и вовсе двигался одновременно с ними. При этом улочки рынка постоянно менялись, то водили кругами, то показывали знакомые магазины и не давали к ним подойти, то вообще переносили на какие-то задворки. Под ногами периодически шпыняли какие-то маленькие непонятные существа. Рассмотреть их возможности не представлялось никакой, потому что каждый раз, когда они, по идее, должны были выбежать на свет, на дорожках ничего подобного не проявлялось, из-за чего начало казаться, что странные ощущения и звуки им уже чудятся.

Бесконечные повороты и коридоры рыночных дорог выглядели абсолютно одинаково. Ребята уже успели отчаяться. Непонятная чертовщина, происходящая с ними, ужасно пугала и непонятно было, что делать. Казалось, сделай они лишнее телодвижение, и этот лабиринт их затянет окончательно. Костя с Ирой спорили, стоит ли залезать на какую-нибудь крышу посмотреть, в какой стороне выход. Костю уже настолько стали выводить из себя все эти волшебные приколы, что он готов был искать выход, даже рискуя тем, что крыша может оказаться не крышей, а чем-нибудь ещё.

Решать, что делать дальше, ребятам не пришлось. За следующим поворотом внезапно появился ярко освещаемый керосиновой лампой стол, за которым сидели двое, мужчина и женщина лет сорока с рогами и неприятной, не вызывающими доверия внешностью уличных маргиналов. Рога у мужчины были витые и приземистые, один отколот, на голове росли короткие лохматые чёрные волосы, ногти даже издалека давали понять, что не стрижены и грязны, а узкое лицо было испещрено пятнами от прыщей. Женщина выглядела не лучше, у неё рога, напротив, росли вертикально, были длинные, будто козьи, под глазами темнели синяки, волосы были спутанные, непонятного, когда-то, по-видимому, более-менее светлого цвета. У парочки в довесок были достаточно помятого и облезлого вида хвосты, которыми они что-то активно заметали под столом. На столе лежал уже обглоданный скелет сушёной воблы и две недопитые бутылки. Рогатые делали вид, что увлечённо играют в карты, но сами то и дело посматривают на вышедших к ним москвичей. Рядом с бутылками на столе лежала расписная шкатулка потёртого вида с вырезанными на крышке двумя змеями, свившимися в клубок.

- Потерялись, молодёжь? - расплылась в улыбке женщина, когда ребята подошли к ним поближе, и отложила карты. Тёмные, неприятно цепкие глаза с прищуром рассматривали каждого из них.

- Да мы тут, знаете, первый раз, вот и заплутали немножко, - неловко ответила ей Кристина и сразу же поняла, что ляпнула глупость. На словах «первых раз» черти (а это, несомненно, были они) многозначительно переглянулись между собой и ухмыльнулись.

- Садитесь к нам, мы вам расскажем, как отсюда выйти. Дорогу показать нам не сложно, только вот и вы за это старших-то отблагодарите, - проговорил мужчина, собирая карты и тасуя колоду, - Сыграйте с нами в картишки, а то мы играем-играем, всё никак друг друга не обыграем. А после мы вас и выведем.

Прямой контакт с чертями, теми самыми, из сказок, несомненно пугал. Копыт у них точно не было — в ободранные пожелтевшие кроссовки палёного бренда, которые носили эти личности, они бы точно не влезли. Но и без копыт было понятно, что конкретно эти существа, в отличие от дядьки на заправке или некоторых торговцев на рынке, ничего хорошего им не желают. Закрались подозрения, что по рынку кругами их водили именно эти черти, а не сам рынок стал волшебным лабиринтом. Иначе с чего вдруг им появиться тут ни с того ни с сего и уговаривать присесть заплутавших туристов за стол?

- У нас с собой денег нет, - грубо буркнул Костя, сразу смекнув, что к чему, - Нам не на что с вами играть.

- Э, нет, на деньги мы не играем, на деньги играть незаконно, - манерно потряс указательным пальцем чёрт с отломанным рогом, - Вы ребята молодые, сыграем на жизненные силы? У вас они так и льются через край, чего вам терять?

От этих слов у ребят внутри всё похолодело. То есть, как это, на жизненные силы? Это что, года их жизни, что ли, хотят забрать? Или здоровье? В любом случае, перспектива у картишек открывается безрадостная.

- Да вы не бойтесь, - увидев, как переглядываются их гости, махнула рукой женщина, - Много не ставим, не умрёте от этого. Взамен предлагаем свои, авось у вас колдовских сил прибавиться, а?

- Да что-то мало верится в это, - нахмурился Серёга, - Пойдём отсюда, ребят.

- Ну идите-идите, всё равно только отсюда не выйдете, - усмехнулись им вслед.

Поёживаясь от неприятно ощутимых взглядов в спину, компания в смятении ушла подальше от стола с чертями. И опять началось всё по новой. Как и сказали черти, выход так и не находился. Ещё минут десять они блуждали по теперь уже совсем тёмному рынку без единого намёка на выход к цивилизации. Где-то вдалеке горели огоньки панельных домов, постепенно угасая тут и там — время было уже совсем позднее, и многие уже ложились спать перед новым рабочим днём. Ребята пробовали покричать, чтобы кто-то снаружи их вытащил, пробовали ломиться в закрытые лавки и пытались бороться с наваждением старинными приметами по типу выворачивания одежды наизнанку и плевками через левое плечо. Плевки иногда получались настолько отчаянно смачные, что попадали в каких-то невидимых зверей, истошно от этого пищащих и улепётывающих со всех ног. Косте даже дали дорваться до крыш, однако и эта идея ему не помогла — выход, вроде как, маячил вдалеке, но каждый раз, когда друзья направлялись в его сторону, неизменно оказывались в совсем ином месте.

Ничего не помогало. И снова перед ними появился тот переулок со столом, где лениво перебрасывались картами и попивали медовуху черти. Они деланно не обращали внимания на вышедших из-за угла уставших донельзя москвичей с полными сумок покупок, которые с неприкрытой ненавистью прожигали в них дыру взглядом.

- Ну и чего делать будем? - проворчал Костя, не собираясь снова приближаться к столу. Поговорить явно лучше было подальше от рогатых.

- Знаете, может их и обдурить можно, я вроде в карты играю неплохо, - задумался Серёга, - А что нам ещё остаётся?

- У меня нет других вариантов, кроме как бродить тут до утра, - обессиленно вздохнула Кристина, - И то может не сработать. Да ладно, давайте сыграем, сил больше нет тут мотаться.

- А ты уверена? - с сомнением спросила её Ира, - А если это плохо закончится?

- Ну вы последите за нами со стороны, если что, тресните этих чертей бутылками по голове. Мы с Серёгой сыграем, - Кристина пожала плечами и направилась в сторону стола, - Я на ролёвках часто вечерами играла.

- Если ты здесь иссохнешь, мать нам обеим бошки оторвёт, учти, - мрачно хмыкнула Ира, двинувшись за сестрой.

Увидев, что хмурые гости Окломны всё же двинулись к столу, черти расплылись в противнейших ухмылках и принялись перетасовывать колоду. Нарисованные на карточном ларце змеи злорадно блестели инкрустированными зелёными камушками заместо глаз в свете лампы. «Как бы эти змеи не ожили в случае чего и не задушили кого-то из нас,» - разыгралось воображение у Иры, - «Кто знает, что здесь ещё имеет своё сознание».

- Ну что, сыграем? Два на два, разочка три, не больше.

- Ладно, рогатые, сыграем, - Серёга с громким скрежетом металлических ножек об асфальт вытащил табурет мыском кроссовка и решительно сел за стол. Кристина тоже вытащила из-под стола табуретку и устало заняла место за столом, уныло подперев щёку кулаком. - Только чур раздавать буду я.

Ира и Костя угрюмо встали за спинами товарищей, проигнорировав ещё две предложенные табуретки, чтобы внимательно следить за ходом игры. Им показалось, что так их команда будет выглядеть более внушительно, главное не показывать ощущение беззащитности и страха перед неведомой нечистью с криминальными наклонностями. Оно действительно могло бы иметь такой эффект — внушительная по размерам фигура Кости и, кажущаяся на его фоне маленькой, но, судя по взгляду, готовой разорвать любого Ира со стороны выглядели весьма угрожающе — но чертей всё это не пробирало от слова совсем. Они только отпускали колкости по типу того, что кто-то решил поиграть в телохранителей и устроить из их стола настоящее казино.

Играли черти явно не без шулерства. Хоть они и пообещали, что выигрыш определится после всех трёх раундов, изменения в самочувствии были заметны после первой же игры. Рыночные гопники общались какими-то своими тайными знаками и словами, помогая друг другу в игре, и каждый раз разводили руками, когда их пытались в этом уличить. Надо сказать, следить за ними было сложно ещё и потому, что даже если ты и заметишь жульничество, то особо ничего сделать с этим и не сможешь, кроме как возмутиться — в силах у соперников был явный перевес.

В первый раз рогатые выиграли. И хоть те клялись, что ничего не сделали, Кристина и Серёга почувствовали накатившую усталость и головную боль. Было страшно. Хотелось бросить проклятые карты, уйти с этого проклятого рынка и не видеть мерзких рябых рож явно посвежевших чертей напротив себя. Спрятаться от насмешливого холодного лика полной луны, зависшей в небе и будто бы не желающей приближать рассвет. А ещё лучше оказаться дома, в Москве, в уютной кровати, где всем им и положено находиться в такой час.

А ещё было очень противно из-за чувства вопиющей несправедливости. Москвичей дурили и даже не скрывали этого факта. Это заставляло сильнее чувствовать злость и желание отомстить.

Возможно, только из-за этого чувства им и удалось обыграть чертей во второй раз. Плюнуть на всё и пользоваться такими же методами, вспоминать все подсмотренные когда-либо приёмы в карточных играх, которые так любят проводить у костра на ролёвках. Черти хоть и жульничали, но, судя по всему, их волшебные способности на карты не распространялись, иначе бы ребята точно не выиграли. Кристина даже ощутила прилив сил, «побив» своей картой чужую и выиграв тем самым игру — правда, сразу после этого бесплотное шуршание, периодически раздававшееся по обеим сторонам от стола, обрело форму. Кристине стали видеться там чудные звери, будто бы стеклянные или похожие на мыльный пузырь, переливающийся в свете луны разными цветами. В темноте сложно было различить форму зверей, но нечто имело явно больше четырёх ног и размером превосходило крупную крысу. Животные шарились по коробкам и кучкам мусора, периодически начиная драться за какие-то тряпки с писком и глухими ударами то ли лап, то ли хвостов. Честно говоря, Кристина не до конца верила собственным глазам и думала о том, что, возможно, всему виной противный запах чёртовой медовухи, которую они попивали во время игры.

Теперь противникам было не до смеха. Они явно посерьёзнели и проигрывать туристам не собирались. Ухмылки их стали ещё более противными, а взгляды колкими и очень внимательными. Всё-таки присевшие за спины друзей Костя и Ира нервно поглядывали то на карты, то на шкатулку, то на постепенно росшую кучку побитых карт.

В тот момент, когда у игроков на руках осталось уже совсем мало карт, Ира вдруг заметила, как от теней позади чертей отделились два лохматых силуэта и начали перемещаться вокруг стола, бесшумно скользя от одной тени к другой. Ира незаметно пихнула локтем под бок Костю, взглядом указав на движение в сумерках. Костя, поняв, что фигуры движутся в их сторону, занервничал ещё сильнее. Лунный свет не достигал неизвестных существ и освещал только лишь их покрытые мехом мощные спины в моменты перебежек из укрытий. «Может, всё-таки стоило пойти в доспехах,» - подумал Костя, лихорадочно обыскивая окружающее пространство в поисках предметов обороны.

Черти же были настолько увлечены игрой, что не заметили даже того, как за их спинами зажглась пара пронзительных жёлтых глаз, а к плечам потянулись две огромные когтистые то ли лапы, то ли руки. Они не видели и вытянувшихся лиц своих противников в момент, когда из темноты появилась огромная оскаленная волчья морда, нависая над головами чертей. Отвлеклись от ехидного перешёптывания черти только тогда, когда им на карты упала капля слюны с острых клыков. Посмотрев вверх, мерзкая парочка выронила карты из рук. Лапы тяжелым грузом упали на плечи картёжников, и те, икнув, ссутулились под их весом.

- Опять нарушаем, черти поганые? - волчья морда между чертями постепенно начала приобретать более человеческие черты, существо вцепилось в одежду мошенников и ещё больше выдвинулось из тени, а из-под шерсти проступила полицейская форма. Хватка, однако, при превращении не ослабела ни на секунду: это было заметно по тому, как безуспешно пытались вырваться захваченные врасплох черти. Две огромные фигуры зверей с очень странным строением суставов вышли на свет и окружили стол, - Я вас только недавно выпустила, опять вы за своё? Думали, не попадётесь?

- Товарищ полицейский, так мы ведь и не на деньги играем, никаких азартных игр, они вообще сами с нами играть сели! -заверещал мужчина с отломанным рогом. Москвичи, естественно, возмутились, однако с какой-то стороны он был прав. Сели играть они сами, хоть и под давлением.

- Ага, знаю я ваши фокусы, - к этому моменту оборотень уже окончательно стал человеком: на месте огромного зверя стояла высокая крепко сложенная женщина лет сорока, - Пакуйте их, ребята.

Тени за спинами застывших москвичей пару раз издали порыкивающие звуки, явно принимая приказ, и моментально напрыгнули на начавших орать не своим голосом чертей. Завязалась драка: падали и разливались целые и недопитые бутылки медовухи, игральные карты разлетались во все стороны, как куриные перья, черти сопротивлялись заламыванию рук, но удавалось им это очень и очень плохо, несмотря на отчаянные попытки бодаться рогами и ударить хвостами в глаза. Сноровки им явно не достаёт, даже несмотря на выигранные в первом раунде жизненные силы. Компании друзей только и оставалось, что вжиматься в свои табуретки с надеждой на то, что им не прилетит. Полицейская с недовольным хмыканьем отломила крышку у карточной шкатулки, и черти с тяжёлым вздохом и вовсе обмякли под звериными лапами. Разбросанные в драке карты со свистом взметнулись в небо и там обратились в пепел. Нарушителей окончательно успокоили, придавив мощными лапами к земле: двое громадных созданий трансформировались в молодых парней и ловко надели на них наручники, подняли за шкирки с земли и увели прочь от стола.

Дышать как будто стало заметно легче. Проморгавшись, ребята увидели вдалеке знакомые лавки ночного рынка, которых раньше было и вовсе не разглядеть. Под перевёрнутым столом упавшая на асфальт керосиновая лампа освещала начерченный углём и мелом кривой лабиринт и разложенные кучкой крышечки от бутылок медовухи.

Женщина со сломанной шкатулкой в руках вздохнула и достала прозрачный зип-пакет, засовывая туда половинки сломанной шкатулки и, немного подумав, пару бутылок медовухи.

- Надеюсь, никто из вас не пострадал? - оборотница повернулась к застывшим на табуретках москвичам. Те помотали головами, не в силах ответить что-либо вразумительное, - Хорошо. Я командир ППС, Ирина Михайловна Чепрак. Сожалею о случившимся. Если вам был нанесём ущерб, советую пройти в ОВД и написать заявление. В любом случае я могу сопроводить вас до выхода с рынка. Давно здесь никто не терялся.

Глава 3. О необычных местных жителях

До местного ОВД ребята ехали, как в тумане. Побледневшие, не до конца оправившиеся от шока, они с абсолютно каменными лицами ехали вместе с Ириной Михайловной в патрульной машине и пялились в основном куда-то каждый в свою точку, без конца размышляя, насколько велик шанс, что машину из сервиса им вернут раньше срока и они смогут отсюда смотаться побыстрее. Оборотни в полицейской форме тоже не сильно внушали доверие и чувство безопасности — стоило только вспомнить огромную волчью морду раза в два или в три больше человеческой головы, с горящими глазами, с оскаленными в жуткой улыбке не вполне анатомичной для зверей пасти, как сразу становится не по себе. Ведь они тоже, как подсказывает логика, в этом городе нелегально и попадать сюда не должны. И вот дёрнул их чёрт сесть в эту машину, как бы чего не спросили лишнего. Нет, на самом деле в некоторой мере Кристине и Серёже хотелось отыграться на рыночных разводилах и заявление на них всё-таки накатать да побольше. Ира была бы не прочь оказаться в доме бабы Зины, закрыться наверху в выделенной им комнате с каким-нибудь ромашковым чаем и успокоить нервы, ещё раз взглянуть на карты и попробовать найти в интернете хоть что-нибудь про Окломну. Косте хотелось спать. Спать и спать, до тех пор, пока это наваждение не пройдёт само собой. В деревне, откуда он родом, говорили всякое, рассказывали сказки, но он был из тех, кто очень выборочно верил во всякие приметы, а уж всякую мистику и подавно ставил постоянно под сомнение. И потому сейчас надеялся, что, может быть, это всё-таки и правда просто сон. В глубине души он, сам того не зная, всегда боялся той самой мистики и эзотерики, к которой всегда так презрительно относился.

Командир ППС выглядела так, что со стороны можно было бы и не догадаться, в какую здоровенную зверюгу она может превращаться. Только мелькающие в зеркале автомобиля отблески жёлтых глаз от света фонарей напоминали об увиденной на рынке картине. На самом деле, это была женщина достаточно приятной наружности, с аккуратной стрижкой выше плеч и спокойным выражением лица.

В отделении полиции ребята успели застать картину, как ослабевших, но продолжающих выть о пощаде чертей, уже уводят куда-то по коридору в глубь помещения. Вскоре послышался скрип железной решётки, звон ключей и тихая ругань под нос. Короткий низкий рык, и за решёткой мгновенно прекратились любые звуки.

В окошке дежурной части что-то деловито писал полноватый мужчина в полицейской форме с крайне озадаченным видом. Ирина Михайловна повела всех прямо к нему.

- Выдай им бланки, они на шершней заявление напишут, - сказала мужчине командир ППС.

- Шершней? - непонимающе сдвинув брови, спросила Кристина, забирая бланки. Мельком заглянув в окошко, она увидела, что поверх документов дежурный решает сканворд.

- Мерзкие, вредоносные и вечно хлещут медовуху, - пожал плечами тот и отодвинул в сторону журнал со сканвордами, заметив скользнувший по ним взгляд, - Поэтому шершни. Ну, у нас тут.

- А, - кивнула Кристина. «Могли бы и просто чертями назвать,» - подумала она, - «Или в обществе нечисти это не политкорректно?»

Москвичи отправились за стол у стены писать заявление под доску с вывешенными на ней объявлениями и работниками месяца. Командир ППС хотела было тоже отойти от дежурного окна, но мужчина остановил её, постучав ручкой по верхней части офисного стола:

- Ирин Михална, вы забыли кой-чего.

- Мне на дежурство возвращаться пора, чего там ещё?

- Документ от седьмого числа найти надо. А то придёт серенький волчок и укусит за бочок критично и больно всех и каждого, сами понимаете, уже неделю задерживаем.

- Тц, - цокнула Ирина и поморщилась, - Забыла, да. Как вернусь поищу. Пусть Серёга подождёт немного, скажи ему.

После этого она всё-таки вышла на улицу и остановилась возле забора, окружающего полицейский участок: Кристина, как самая любопытная из всех, увидела сквозь решётку в окно, как полицейская бросила пристальный взгляд в окно на верхнем этаже здания пожарной части напротив. Мужчина в окошке по служебному телефону передал слова Ирины, вслед за чем с верхних этажей отделения раздалсяпротяжный унылый вой, моментально отвадивший Кристину от наблюдений.

- Хе! - усмехнулся сотрудник полиции, слегка неловко глядя на компанию, - Извините.Оказывается, у него смена вот-вот кончится.

Из отделения компания вышла за полночь, измотанная и уставшая. Ещё и пакеты с покупками неприятно резали кожу на ладонях. Дальнейший их путь до дома обошёлся без происшествий, даже не потерялись. Хоть зеленоватая медсестра с перепончатыми пальцами в полицейском участке, к которой им до кучи посоветовали сходить на осмотр, и уверила, что от разрывания на две части шкатулки все их жизненные силы либо уже вернулись, либо вернуться в течении завтрашнего дня после хорошего отдыха, ощущали они себя после всех этих приключений прескверно. Только Кристина иногда всё же видела по углам всё тех же «стеклянных» существ с рынка, но уже гораздо более прозрачных. Ей бы может и хотелось обсудить этот момент с друзьями, но сил на разговоры особо не было. Да и так постепенно стало понятно, что раз она одна реагирует на движение многоногих переливающихся животных, значит, остальным они не показываются.

Баба Зина совсем не спала. В домике на кухне горел свет, а Спичка заранее стояла, оперевшись передними лапами на калитку, и приветственно виляла хвостом. Старушка встретила их очень встревоженно, оказывается, она переживала, что с гостями могло что-то случиться. Друзья заплетающимися языками стали вяло рассказывать, как их поймали в свою ловушку рыночные гопники, а хозяйка дома, охая и причитая, в спешке накрывала на стол, заваривала чайник, щедро засыпая вместо заварки травы, и сетовала, что забыла предупредить о том, что бывает у них ночью на рынке. Ароматный запах мяты и котовника в свежем чае и сдобные пирожные малость приободрили ребят — они с удовольствием смели со стола почти всё, пока баба Зина качала головой и сокрушалась по поводу того, сколько всего свалилось на бедняг за один день. Набив животы до отвала сладостями и бутербродами, они единогласно решили отправиться спать, отказавшись от плотного ужина на ночь, который им усердно пытались предложить.

Парни вырубились моментально. Конечно, им-то односпальные кровати достались. А вот Ира долго ещё не могла уснуть от того, что Кристина то сначала ворочалась, то потом, как уснула, бормотала сквозь сон что-то про прозрачных крыс. Лежа в кровати она доставала из памяти воспоминания далёкого детства, когда сестра ещё ходила в детский садик, а сама Ира ходила в начальную школу. Летом их с сестрой отправляли из душной Москвы в Тверские леса к прабабушке в деревню, в старенький одноэтажный домик с чердаком, на который они так боялись лазить: вечно им там мерещились шорохи и чьи-то глаза по углам. Родители списывали на соседских кошек, но сейчас Ира уже в этом совсем не уверена. Прабабка частенько рассказывала ей, как от сглаза защищаться, как домового задабривать, как лес благодарить за грибы да ягоды и прочие казавшиеся тогда ерундой советы. Для своих лет она была весьма крепкой старушкой и даже до определённого момента вместе с бабушкой могла присматривать за правнуками. Ира не раз видела, как к ним в дом ходили соседи с угощением, кто варенье нёс, кто тащил самую спелую клубнику, кто саженцы — каждый раз, когда такое случалось, детей отправляли погулять куда-то ещё. Когда они возвращались после таких визитов, прабабушка всегда жгла дома связки трав, а бабушка демонстративно открывала окна и ворчала о том, что у неё от этих веников болит голова. Бабушка вообще к гостям своей матери относилась двояко: с одной стороны радовалась гостинцам, а с другой стороны причитала о «людской глупости, что деревенщин, что мамы». Дети не понимали ровным счётом ничего и считали, что это прабабушкины друзья, потому и несут с огорода подарки — сама она уже не в состоянии была заниматься огородом.

Теперь-то Ира поняла, чем на самом деле являлись все эти странности. Вспоминались хитрые серые прабабушкины глаза, по-доброму щурившиеся в сотне морщинок, когда она дула на детские ушибы и ссадины, да приговаривала, что «сейчас поколдуем, и всё пройдёт». Всё-таки, кажется, она и правда была ведьмой. Ну, или, может, какие азы колдовства знала. Ира со вздохом проводила взглядом человеческую фигуру на мангале, размеренно пролетевшую мимо их окна, и внезапно ощутила тоску по своей деревне и жившей там прабабушке, которой давно уже нет в живых. Давно она о ней не вспоминала, да и лет уже сколько прошло, в памяти остались только обрывки. «Как было бы хорошо, если бы она сейчас была с нами,» - подумала Ира, улучив момент и забрав-таки свою половину одеяла у ворочающейся сестры, - «Может, мне бы тогда здесь не было бы так страшно. О стольком можно было бы спросить...».

Кристине снился жуткий сон. Нет, начиналось, в общем-то неплохо: Кристина шла по городу с вязанкой баранок на шее и довольно ела, смотря в дырку от каждого бублика перед тем, как откусить. Сквозь баранки обычные вещи вокруг порой превращались в стеклянных зверей, а люди во всяких волшебных существ. Но потом вдруг ни с того ни с сего стеклянные звери бросаются на её связку баранок, тянут за них на себя, повисая зубами в тесте, прыгают на спину и в конце концов валят под своим весом на полчища таких зверей. Огромное море из мерцающих полупрозрачных шкурок понесло упирающуюся Кристину в сторону бесформенного панельного дома, где вместо подъездной двери зияла чернота, в которую она в итоге и провалилась.

Ире со снами тоже не повезло. Укутавшись в одеяло, она всё-таки смогла уснуть, но тут же попала в нервозную череду кошмаров, от которых девушка постоянно просыпалась с судорогами в ногах, как бывает, когда за день сильно устаёшь. Мелькали образы из детства, заплаканная маленькая Кристина, которая кричала, что видела в овраге чудовище, побег из лесной рощи после увиденного там клубка змей, соседские пчёлы, которые под воздействием вымотанного сознания превратились в ужасных враждебных тварей размером с ладонь. Потом сплетались в кучу дневные события, в сервисе из-под капота машины фонтаном летели игральные карты, в ОВД её с друзьями сажали за решётку к трём Ихтиандрам, пытался напасть вырвавшийся из чьего-то окна пылесос. Доканал Иру сон о том, как страшный лохматый дед из дома напротив, которого они видели с утра, схватил её за шкирку и молча тыкал куда-то в землю на своём огороде. В огороде безостановочно росли прямо на глазах ужасные, почему-то гнилые сорняки. Ира чувствовала, что все её попытки вырваться бессильны: жуткий дед выпускать её с огорода не хотел. Более того, указал на ржавую садовую тяпку и сел, как надзиратель, на заборе. Жёлтые ястребиные глаза деда горели в темноте ночи с молчаливой яростью, и ветер трепал лохматые космы. В отчаянии Ира схватила тяпку и стала бить растущие сорняки, как палкой крапиву. Но в одиночку она не справлялась совершенно, и вскоре сорняки закрыли собой и небо, и деда, и какой-либо выход с этого проклятого огорода.

Ира резко села в кровати и огляделась. Комната всё та же. Она не проснулась у себя дома, в Москве. Они всё ещё здесь. Из дверной щели сквозил слабый лучик света и тянулся пряный аромат какого-то неразличимого варева.Кристина рядом плевалась на кого-то во сне, хорошо хоть без слюней. Ира на всякий случай отсела к краю кровати и поёжилась, вспомнив свой сон. Хозяйка дома, судя по всему, не спит. Или, может, она заколдовала кухонные принадлежности, и теперь они сами что-то варят к утру? В любом случае, ложиться обратно спать Ире совсем не хочется. Надо немного развеяться. Может даже на свежий воздух выйти.

Тихо скользнув из комнаты, стараясь не сильно скрипеть половицами, чтобы никого не разбудить, Ира спустилась по лестнице на первый этаж. В кухонном дверном проёме горел свет. Его отблески освещали коряги и фоторамки в коридоре и создавали причудливые тени на крупном чугунном амулете, опоясанным макраме, на печи. Баба Зина всё-таки была на кухне — оттуда едва слышны были шаркающие старческие шаги и её голос. Ира осторожно заглянула на кухню: пожилая женщина сидела спиной ко входу, устало подперев лицо рукой, и аккуратно гладила по иголкам кактус, ласково с ним разговаривая. Рядом с ней на деревянной разделочной доске стоял ковшик и мисочка с подтаявшими кубиками льда. На кухонном столе лежала пустая бутылка от живой воды и ошмётки порванных листьев.

- Что ж ты, Мишенька, пить ничего не хочешь… - приговаривала баба Зина, поглаживая кактус по макушке.

Ира неловко постучала по дверному косяку. Зинаида Прокофьевна вздрогнула, и в этот момент её пальцы попали прямо на остриё иглы, из-за чего она ойкнула и тут же отдёрнула руку.

- Баб Зин… - виновато подала голос Ира.

- Да-да, заходи, всё в порядке, - суетливо ответила ей та и отставила доску с ковшиком и кактус чуть в сторону, вздыхая, - Вечно ты колючий такой…

- Я вам не помешаю, ничего, да?

- Нет, садись за стол. Не спиться что ли? Времени уже много, часа три, наверное.

- Да кошмары что-то замучали…

- Это всё из-за тех засранцев, - покачала головой баба Зина и поднялась из-за стола, - Ну, думаю, теперь они надолго в тюрьму загремят. От кошмаров хорошо железницу выпить с парой листочковфиалки, сейчас я тебе капну настойки.

- Спасибо… А вы сами почему так поздно не спите? - спросив это, Ира вдруг подумала, что, может, и не стоило спрашивать, и мельком взглянула на кактус.

- Да, знаешь, старческое, то сплю весь день, а то уснуть не могу. Решила вот, раз не спится, заняться удобрением для моего кактуса, а то он что-то чахнуть стал и не цветёт совсем.

- А должен?.. - засомневалась Ира. На вид кактус был вполне себе здоров, зелен и свеж. Да и, кажется, кактусы в принципе не шибко охотно цветут.

- Ну-у, мне его вообще сестра подарила, сказала, что должен, - баба Зина, кажется, заволновалась. Баночки в шкафу, где она искала настойку, предательски зазвенели, стукаясь друг об друга, - Корни у него, я видела, гниют. Когда пересаживала на днях тут. Отростки у него были даже, а он их сбросил, и вот в общем как-то всё с ним нескладно. Это вот удобрение должно было моментально помочь, с живой-то водой.

- А… - решила не лезть не в своё дело Ира. Мало ли, кактус волшебный какой и его тут не удобряют, а заколдовывают. Лучше, наверное, и не знать, - Может к утру лучше станет.

- Ох, хорошо бы…

Хозяйка дома щедро накапала жёлтой настойки в стакан с водой и сорвала пару лепестков у растущей на подоконнике фиалки, погладив её после этого по листьям. Проведя пальцев по лепесткам в зигзагообразном направлении, женщина отпустила их над водной гладью — те, в свою очередь, моментально растворились в лекарстве, стоило им коснуться жидкости. Ира за процессом наблюдала как заворожённая. В какой-то момент даже задумалась, а насколько безопасно это пить. Потом вспомнила, как сестра в силу своего неугомонного характера везде и всюду в их поездках выдавала случайные факты об окружающей их среде. Кажется, железница — растение полезное, а фиалку так и вовсе можно есть просто так. Да и в целом, почему-то хочется доверять бабе Зине. Старушка, которая даже с кактусом разговаривает ласково, волей-неволей располагает к себе. Может быть, в некотором роде она даже напомнила Ире собственную прабабушку.

Раствор имел слабый горьковатый привкус полевых трав. Выпив лекарство, Ира решила посидеть ещё немного, подождать, подействует ли. За это время она успела узнать у бабы Зины, где тут в городе взять волшебные книжки, и что та до пенсии работала учительницей физики в колледже (что весьма удивило Иру — ведьма, преподающая физику). Постепенно мягко накатила сонливость и девушка, пожелав спокойной ночи бабе Зине, отправилась обратно в комнату, размышляя о том, что надо бы в городской библиотеке взять что-то посерьёзнее, чем «Основы волшебства для самых маленьких».

Кристина благополучно дрыхла, по-видимому, успокоившись. Свежий ветер из приоткрытого окна качал тюль и играл на полу тенями из кружевных узоров. Город за окном почти весь спал: окошки не горели почти нигде, кроме как в странном доме, к которому с соседних зданий тянулась, казалось, сотня проводов. Окна в этом доме буквально мерцали, загораясь светом разных ламп то тут, то там. В той стороне послышался собачий лай — окошки дома начали зажигаться по очереди по ходу движения звука. Отойдяот окна, Ира поплотнее задвинула окно шторами. Так, на всякий случай.

Зато парни поспали от души. Видимо, их вымотало так, что у головы сил даже на кошмары не осталось. Яркий утренний свет заливал комнату и жарил по высунутым из-под одеяла ногам. Кажется, день сегодня будет ещё жарче предыдущего.

- Блин, да где мои носки? - заворчал себе под нос Костя, переставляя туда-сюда свои накиданные вокруг кровати вещи, - Специально приготовил ведь вчера.

Серёга, свесив ноги с кровати, внезапно заметил, как в месте, куда он только что хотел наступить, взметнулся в свету комочек пыли. Остановив стопу в нескольких сантиметрах от пола, Серёга замер. Вряд ли это ветер. Уж очень маленькое завихрение только что пронеслось у него под ногами. Осторожно осмотревшись, он заметил, что один из его носков валялся на полу, вместо того, чтобы аккуратно лежать на рюкзаке, как он и оставлял, а второй и вовсе исчез. Нагнувшись, Серёга осторожно заглянул под кровать: где-то в самом дальнем пыльном углу лежала кучка каких-то тряпок, а рядом с ней и его носок. Потянувшись за носком, парень хотел было осторожно, пытаясь не испачкаться, вытащить его, но стоило его взяться за мысок и потянуть на себя, как в пятку носка, судя по появившимся складкам на ткани, вцепились чьи-то маленькие невидимые коготочки. Серёга потянул чуть сильнее, и со стороны кучи, которая всё больше напоминала ему нору или гнездо, раздался едва слышный тоненький скулёж.

- Это чё такое? - раскидывающий свои вещи Костя замер.

- Не знаю. Носки разговаривают, - хмыкнул Серёга, отпуская носок. Всё равно там дырка на пальце, - Загляни.

У них на глазах пыльный рваный носок умыкнули в гору тряпок чьи-то невидимые зубы, и, судя по тому, как начала приминаться ткань, непонятное существо гордо оборудовало себе новую подушку. Всё больше привыкая к подкроватному сумраку, глаза постепенно различили, что тряпки — на самом деле собрание точно таких же дырявых и заштопанных носков!

- Там и мои есть! - воскликнул Костя, - Эй, отдай сейчас же! В чём я ходить буду?!

- Ты же не в одних носках поехал, другие возьмёшь, - успокаивающе похлопал его по плечу Серёга, - Оставь эти как подношение древним хтоническим силам земли. А остальные надо спрятать.

- Мда, - скорчил недовольную мину Костя и выпрямился, - Черт-и что здесь происходит. Я понадеялся было, что проснусь у себя в деревне.

- Да ладно, прикольно, - пожал плечами Серёга, снова садясь на кровать и подставляя лицо июньскому солнцу, - У хозяйки спросим, что это за зверь и куда носки спрятать.

На кухне уже завтракали сёстры. Ира наливала чай помятой и сонной Кристине — младшей явно сна не хватило. На столе дымились свежие гренки с сыром и блестела фантиками мисочка конфет, заманивая к завтраку. Сквозь открытое окно было видно, как баба Зина поливает цветы в дальнем конце участка, а Спичка бегает по лужайке и ловит бабочек. Серёга и Костя тоже сели за стол и приступили к еде.

- Итак, мы всё ещё здесь, - негромко проговорил Костя, косясь на открытое окно, - Будем пытаться уехать или что?

- Я без своего драндулета никуда не поеду, - с набитым ртом ответила Кристина, - а он в сервисе. Тебе здесь не нравится? Гренок поешь, станет лучше. Не знаю, колдует над ними Зинаида Прокофьевна или нет, но за такие гренки я могу и ещё одну неделю машину подождать.

- Да как сказать, - хмуро вздохнул Костя, - Напряжно всё-таки как-то. Нет, прикольно, конечно, летающие мангалы, волшебные прибамбасы, всё такое, но вчера нас чуть не выжали досуха, да и вообще, не знаешь, откуда чего ожидать.

- У него просто оба носка какая-то пыль сегодня украла, - усмехнулся Серёга, откусывая конфету, - Добило, видимо.

- Эй! Я серьёзно, какой у нас план?

- Никакого плана нет, Кость, - флегматично пожала плечами Ира. Даже ей после ночного разговора с бабой Зиной стало как-то поспокойнее, она постепенно начала привыкать к той обстановке, в которой они оказались, - Ждём местный праздник, работаем за жильё и гренки и не отсвечиваем. Постарайся найти свои плюсы. Или тебе хочется уехать?

- Я не знаю… - Костя правда не знал, как он относится к этому городу. Неизвестные опасности, которые может таить в себе Окломна, и реальность всей этой нечисти в глубине души заставляла хотеть вернуться в безопасное место, где всё работает по привычным правилам. Но вместе с тем и присутствовало нарастающее желание ввязаться в приключение и рассмотреть этот мир поближе: в некотором роде ему было бы жаль уехать, не узнав, что тут творится, поподробнее. А носки реально было жалко, они хоть и были протёртые, но зато с забавным рисунком.

- Ну вот, давай побудем тут немного, может тебе и понравиться, - посоветовал ему Серёга, - А там, если что, поищем, как тебе отсюда уехать. Я бы, вообще, тоже остался. С детства колдовать хотел, а вдруг научусь.

«Нет уж, один я отсюда точно не поеду,» - подумал Костя, глядя на друзей, - «Чего доброго ещё куда закинет». Кажется, остальные чувствуют себя достаточно уверенно. Что ж, тогда он точно должен дать шанс этому городу. Их настрой подбадривал.

Когда ребята уже почти всё доели, с улицы вернулась баба Зина. Уверившись, что все сыты и довольны, она попросила помочь ей сегодня почистить водостоки и повесить на место кухонную дверь. Нужно было снова идти на рынок, но на этот раз, к превеликому облегчению, на строительный.После жалобы на исчезновение носков выяснилось о существовании неких носокендр, которых баба Зина пообещала сейчас же вымести из-под кровати. Однако, к большому удивлению Кости, Серёга упросил её этого не делать — ему стало жалко неведомую зверюгу. А ещё, кажется, писателя посетило вдохновение: сразу же после этой информации он принялся строчить что-то в своём блокноте. «Ладно,» - скрепя сердце, Костя проследил, куда старушка убрала веник, - «Может, сам потом как-нибудь носки свои верну. Вдруг эта живность по-человечьи понимает? Если не понимает, веником как-нибудь вытяну их».

Перед самым выходом на рынок Ира, вернувшись за своей сумкой, вдруг заметила в кухонном проёме бабу Зину, которая с недовольным видом вертела в руках кактус. Кактус мало того, что выглядел всё так же свежо и зелено, так ещё и выпустил на макушке огромный красный цветок.

- Нарядился, тоже мне, - проворчала себе под нос женщина и вздохнула, - Или ты мне это в подарок вырастил?

Аккуратно, стараясь не выдать своё присутствие, Ира тихо спустилась с лестницы и улизнула в сад, где её ждала остальная компания. Нет, с этим кактусом дело явно нечисто. Видимо, он должен нести какую-то волшебную функцию, а не цветоносить. Да и, кажется, гости не должны были знать, что она с кактусом разговаривает. Хорошо хоть кактус ей не отвечает, тогда бы Ире точно не по себе стало бы. «Хотя, а вдруг отвечает, но на какой-то другой частоте, которую слышат только ведьмы?» - поёжившись, Ира отогнала от себя эти мысли.

Утро ещё не успело смениться днём, а жара уже ощущалась. Стройрынок, к счастью, был гораздо ближе обычного, иначе можно было бы сжариться идти через весь город. Постепенно частные дома стали сменяться пятиэтажками, однако дворы всё равно остались зелёные, где-то висели на деревьях зелёные незрелые яблочки, где-то пышно цвёл жасмин. На одной из детских площадок, не поделив качели, бодались маленькими рожками два ребёнка до тех пор, пока из подъезда не вышел такой же рогатый дед и не оттащил упирающихся и голосящих детей за рога в дом.

Стройрынок выглядел(наконец-то!) совершенно обыденно. На этот раз даже никаких ларьков со странными товарами. Просто магазины с электроникой, сантехникой, деревом и прочими не шибкоинтересными вещами для разглядывания. Покупателей на рынке быломало, да и сам рынок оченьмаленький. Разве что у выставленной в каком-то ларьке рассады и саженцов скопилось несколько дачников. Там бойко торговала женщина с коричневато-оливковой кожей и ветвями ивы вместо волос.

Сразу за рынком оказался тот самый жуткий дом, который Ира увидела в окно ночью. Сам он выглядел брошенным, даже издалека было понятно, что дом нежилой и стройка там так и не завершилась. Зато к крыше тянулась, наверное, сотня разной толщины проводов с соседних домов, цепляясь за все углы крыши. На проводах тут и там деловито сидели голуби, но все они держались подальше от заброшенной новостройки.

- Там ночью окна сами по себе зажигаются на разных этажах, - проговорила Ира и показала на дом, пока они ещё не вошли на рынок.

- Да? Прикольно, - заинтересовалась Кристина, - Давайте потом поближе посмотрим, купим только всё сначала.

- Только не слишком близко…

Ребята никогда бы не подумали, что будут так радоваться на строительном рынке. Нужный им павильон оказался прямо у входа. Над входом висела подкова вниз концами и маленьким резным амулетом по центру.

Продавец со скептичным и слегка флегматичным видом смотрел на молодого парня, который активно жестикулировал и яро что-то доказывал перед прилавком.

- Между прочим, современные селекционеры уже даже замахнулись на создание картофельного дерева! Чтобы оно чипсами цвело! И это, чтоб вы знали, настоящие учёные! - рыжий и сильно веснушчатый паренёк начал что-то искать в своём телефоне, при этом не прекращая говорить. На плече у него висела большая тканевая сумка, из которой торчали кое-как свёрнутые в трубочку чертежи вперемешку с досками. Веснушки у него были даже на ногах, несколько из них бледной россыпью сидели под коленками, виднеющимися из-под клетчатых шорт, - Я вам сейчас даже статью найду. Там даже было фото первого чипсового цветка!..

- Эге, прям из чипсов! - усмехнулся себе в усы пятидесятилетний дядька за прилавком, подпирая щеку кулаком, - Чем только люди не занимаются, лишь бы не работать. Да ты не ищи, мне не интересно. Всё равно я считаю, что ты ерундой маешься, лучше бы придумал, что с привязанным домом делать. Ты со своими запросами иди лучше в какой-то магазин кукольный что ли, у меня дверных петель для твоих избушек нет настолько маленьких. Давай, либо бери что предлагаю, либо иди уже, не задерживай других покупателей.

- Ых! - паренёк выдал что-то нечленораздельное и шумно выдохнул из себя воздух, - Ладно, беру!

Положив на прилавок наличку, он забрал несколько малюсеньких, кажется, даже не дверных, а шкатулочных петель, кинул их себе в сумку и, угрюмо нахмурившись, широким шагом вышелиз павильона, даже не взглянув на компанию. Продавец, проводив его взглядом, вздохнул и встал с табуретки.

- Здравствуйте, подсказать вам что-нибудь?

- Нам бы петли дверные, - начал было Костя. Продавец заметно напрягся, - Нет-нет, нам нужны стандартные, вы не думайте.

Как хорошо, что по рынку больше мотаться не пришлось. Друзья, выйдя из магазина, сразу же с энтузиазмом направились посмотреть на заброшку. Точнее, бодро пошли все, кроме Иры: у неё ещё свежа была память об увиденном ночью, поэтому она плелась позади всех, надеясь, что это ненадолго. Конечно, остальные ведь этого кошмара не видели, да и сейчас не увидят, днём окна в доме не горели.

Снаружи дом выглядел как уже почти полностью готовая, недообшитая девятиэтажка, там даже стёкла стояли. Он полностью серый и с виду ничем не примечательный, не считая бесчисленного количества проводов. Территория вокруг дома была обнесена металлическим листовым забором, местами погнутым и исписанным граффити, в нём виднелись дырки с заросшим высокой крапивой проходом. Заглянув в одну такую дырку, ребята увидели граффити и на самом доме: правда, все они выглядели незавершёнными — тут буквы не дописаны, там валяются баллончики прям на земле, где-то вообще стена выглядит так, будто баллончик с краской и вовсе взорвался рядом. Забор поставлен сплошняком — входа на территорию дома не предполагается. Территория за ним абсолютно не ухоженная и заросшая. Дом забыт.

Кристина вдруг ощутила какое-то навязчивое чувство дежавю. Будто бы подъездная дверь этого дома сильно напоминала ту, куда во сне её утащили перламутровые крысы. Внезапно заброшка стала казаться не маняще-таинственной, а достаточно жуткой. Невидимые звери нигде в округе не мерцали, да и в целом заливающий округу солнечный свет всё-таки разгонял понемногу жуть, поэтому Кристина решила, что ей могло и показаться.

Ира решила туда даже не заглядывать. Пока эти трое пытались разглядеть дом в дырку в заборе, она стояла чуть поодаль и нервно оглядывалась с мыслями, как бы никто из её компании не додумался в эту дыру полезть и их тут, не ровен час, всех бы и повязали. А полиция тут такая, что в зубы им лучше не попадать. Да и вообще, дом же не зря огородили так, что входа на территорию нет от слова совсем.

На той стороне улицы Ира вдруг заметила того самого рыжего паренька — он стоял чуть поодаль от пешеходного перехода, что-то печатал в телефоне и периодически осматривался, будто кого-то ждал. И конечно же, он заметил присевшую на корточки троицу и стоявшую за ними Иру, которая нервно теребила бахрому с бусинами на своей расписной сумке. Нерешительно оглянувшись по сторонам ещё раз, парень перешёл дорогу и направился прямо к ним.

- Э-э, привет, вы не местные? - замявшись, спросил он у Иры. Разговаривать с ними он как будто не особо хотел, на самом деле. Остальные тотчас вскочили: они так увлеклись поиском хорошего камня, который можно было бы запульнуть в окно дома, что даже не заметили, как кто-то подошёл. Справедливости ради стоит заметить, что на первом этаже, а кое-где и на втором стёкол уже не было. - Вы туда лучше не ходите, если любите заброшки, лучше в Луховятки съездить, там интереснее. Привязанный дом действительно опасный. Он, ну… того… странный очень,в плохом смысле. Там по ночам окна горят, но людей не видно. Говорят, внутримырлы гнездятся и клад какой-то охраняют, мырл я видел, а про клад ничего сказать точно не могу, я думаю, просто байку придумали.

- Привет, да мы так, просто заглянули, - сразу ответила Ира, увидев, как загорелись глаза у остальных, - Мы из Москвы приехали, у нас в городе с заброшками туго, спасибо, что предупредил.

- Привет! Клад, говоришь? - крайне заинтересовалась Кристина. Ей очень хотелось спросить, кто такие мырлы, но о таком палиться было точно нельзя.

- Особо не надейтесь, это всё звучит как дурацкий слух, - махнул рукой паренёк, - С чего ему тут взяться? Если тут деньги и были, то рабочие их первыми же вынесли, как только проект прикрыли. Мне кажется, это всё ерунда. Отец ещё рассказывал, в ночь, когда стройку остановили, он в окно увидел, как дом вытащил из-под земли сваи, встал на них и пошёл. Но это тоже непроверенная информация, я до сих пор не уверен, что байку про клад не он придумал.

- Ого, - вытянулось лицо у Серёжи. Это надо записать.

- Твою ж кувалду… - пробормотал Костя. Погуляй ещё, посмотри, вдруг тебе тут понравится, ага. Да тут дома ходят!

Через дорогу к их компании вдруг подбежала черноволосая девушка с фотоаппаратом на шее и сразу же вцепилась в руку рыжего парня.

- Всем привет! - с широкой улыбкой поздоровалась она, - Антон, а кто это?

- Это туристы, - пояснил ей тот, пока все наперебой здоровались, - Я их предупредить хотел, что в привязанный дом нельзя лазить.

- Нельзя, да, - девушка вдохнула, - А жаль, можно было бы хороший репортаж сделать. Но меня за такое сразу засудят. Меня зовут Диана, я в местной газете работаю.

Если Антон колебался и видно было, что был не очень уверен в том, что так много рассказывает прохожим о привязанном доме, то Диана болтать совсем не стеснялась. Ей стало очень интересно, откуда в Окломну приехали гости и как узнали про их праздник. Она бы так и продолжила наседать с вопросами о «магической стороне Москвы», если бы Антон её вовремя не одёрнул тем, что они ей, вообще-то, интервью давать не собирались. Москвичи в этот момент выдохнули: чуть не спалились. Антон вообще явно исчерпал запасы социальной батареи ещё на моменте, когда журналистка попросила его рассказать о своей научной работе — видно было, что он был бы и рад поболтать об этом, но видимо разговор с продавцом на рынке его изрядно задел, так что ребята узнали только то, что он учиться на архитектора и планирует изобрести выращивание домов из саженцев. Диана, поняв, что заболталась, дала им свой личный список обязательных к посещению окломенских мест, после чего пара удалилась за руку в глубь города.

- Жаль, а я бы ещё поболтала, - сказала Кристина, - Они интересные.

- Угу, нам везёт на «интересные» знакомства, - хмыкнула Ира, - Попадаются, как назло, такие, которые про нас если пронюхают, то будут знать, куда сообщить.

- Но согласись, дома-саженцы это и вправду интересно, - заметил Серёга, - Я бы посмотрел.

- Как думаете, он только дома выращивает? - задумался Костя, - Может, предложить ему начать с малого, ну там, туалеты деревенские растить, что ли. Проще ж так, чем самому копать.

- Что, родители припрячь хотят?

- Да нет, так, на всякий случай. Кто знает…

В четыре руки ребята справились с заданиями бабы Зины сильно быстрее, чем ожидали. Поскольку вот так просто взять и уйти гулять на целый день спустя всего час работы казалось стыдным и неправильным, они как бы невзначай неспешно занялись бытовыми делами вроде мытья посуды, подметания садовых дорожек и смазывания петель той самой двери, которую им поручили вешать. Всё это так и продолжалось бы дальше, если бы в какой-то момент баба Зина не начала спрашивать, чего они в такую погоду дома сидят. Расценив это как знак, что жильцы отработали достаточно, компания мигом собрала вещи и вывалилась за пределы участка. Тем более, что Зинаида Прокофьевна как будто бы и сама в некоторой мере хотела заняться своими делами без посторонних глаз: друзья видели, как она вытащила из хозяйской спальни толстую старинную книгу с пожелтевшими от времени страницами и стала что-то собирать по разным углам дома, всё время поглядывая на занятых чем-то по дому гостей и неловко благодаря их за помощь.

- Ну что, куда мы пойдём? - спросила Ира, поправляя соломенную шляпу так, чтобы солнце не слепило глаза: иначе было невозможно рассмотреть фото карты города в телефоне, - Я предлагаю в библиотеку. Поищем там книги о том, как здесь вообще всё устроено, нам это явно нужно, чтоб не спалиться.

-Лично я хочу купаться, - фыркнула Кристина, - В такую жару ещё по библиотекам таскаться. Я видела у них тут речку, пошли туда.

- А если там кто-то водится? Если здесь река это чей-то дом? - с сомнением предположила Ира. В таком городе она бы вообще не стала лишний раз влезать в какие-то природные зоны. Кажется, живности тут водится много такой, о которой они даже в сказках не слышали.

- Причал же там есть, значит в воду влезть можно, - стояла на своём её сестра, - Хотя бы ноги с пирса помочить. Если хотите, можем вообще разделиться.

- Ты думаешь, что это хорошая идея? - скептически вскинула одну бровь Ира.

- Да ладно, там библиотека как раз недалеко от причала, - пожал плечами Серёга, - Потом пересечёмся.

- Я тебе буду писать и звонить, что меня не съели водяные, - заверила сестру Кристина, сделав максимально серьёзное лицо. На самом деле, она с самого начала собиралась идти купаться и собрала с собой всё необходимое. Потому что жарень началась просто жуткая.

- Смотри мне, - хмыкнула Ира, а про себя подумала: «Неужели здесь только я серьёзно отношусь к ситуации?», - Чтоб не пришлось тебя потом откуда-то вызволять.

- Обещаю, что доставлю себя обратно в том виде, в котором уйду!

Перед библиотекой Кристина, бодро помахав рукой, отделилась от компании и отправилась навстречу дующему с воды ветру, приносящему с собой речные запахи. Остальные же с энтузиазмом направились исследовать волшебную литературу под спасительный кондиционер библиотеки. Разве что Ира нервно проводила взглядом сестру прежде, чем зайти, но быстро успокоилась, поняв, что окна библиотеки выходят как раз на реку и простирающиеся за ней поле и лес. Видно было даже тот самый ларёк с шаурмой, в который им посоветовала не ходить продавщица пряжи на рынке. О том, что Кристина сдуру прикупит там себе необычной шаурмы с речными раками, Ира не беспокоилась: где-где, а в вопросе еды младшая всегда была предельно серьёзна.

В библиотеке помимо книжных стеллажей и читального зала был отдельный кабинет со стеклянной дверью, где, судя по всему, проходили задания для дошколят: внутри него женщина с пышной копной зеленоватых волос и перепонками на пальцах что-то рассказывала перед группой малышей, сидящих на маленьких стульчиках перед ней. Кто-то слушал, открыв рот, кто-то ковырял когтистым пальцем в носу, на заднем ряду двое вампирят скалили друг другу зубы и показывали языки через несколько сидений. За большим столом, проверяя и подписывая на внутренней стороне обложки книги, работала, очевидно, библиотекарша — строгого вида девушка с очками на цепочке. Библиотекаршу можно было бы назвать альбиносом, если бы не ненормально яркого голубого оттенка глаза, у неё ресницы, и те были белого цвета. Книги она листала по какой-то неизвестной причине исключительно в коротких чёрных перчатках с открытой нижней частью ладони.

Скомканно поздоровавшись, друзья сразу двинулись в сторону энциклопедий шерстить что-то, что может показаться полезным. Выудили оттуда самоучитель по основам магии(наконец-то издание не для детей от шести лет), краеведческую книгу города Окломна и ещё хотели интереса ради заглянуть в «Кулинарный сборник для речных жителей», но решили, что это уже слишком. У Кости вдруг возникла гениальная мысль, и он нарыл себе стопочку книг по алхимии — если это правда сработает, в кузнице отца можно будет столько всего наворотить, что им никогда и не снилось. Со всем этим добром ребята уселись за стол у окна изучать открывшийся им новый мир. Совсем скоро из кабинета для занятий гурьбой выбегают дети с открытками, на которых из корявеньких оригами был сделан папоротник с красным цветком посередине. С лёгкой, едва заметной улыбкой проследив за тем, как толпу детей раздают родителям, библиотекарша бросила короткий взгляд на штудирующую уголовный кодекс магии Иру и заварила себе зелёный чай, заставив воду в чашке вскипеть, просто подержав её три минуты в ладони без перчатки.

Зачитавшись книгами, Ира в какой-то момент совсем забыла о том, что надо бы поглядывать в окно и следить за сестрой. Тем более, что ей там, кажется, совсем не плохо. Кристина сидела, свесив ноги в прохладную воду и смотрела, как ветер гоняет мелкие волны, а то покрываются россыпью солнечных искр. Река выглядела очень красиво и умиротворяюще. На другом берегу склонялись к воде большие деревья, а за ними зеленело ещё свежее, не успевшее высохнуть поле. Девушка пребывала в раздумьях: на причале было много лодок, и из-за этого место не очень походило на пригодное для купания, хотя вдалеке, на пирсе, было видно парочку спусков в воду. Да и вещи как-то оставить негде. Пока Кристина колебалась, лезть купаться или нет, из густых зарослей осоки с того берега показалась белоснежная цапля с чёрным хохолком и нетипичным узором на шее, который Кристине, как биологу, конечно же захотелось рассмотреть. Вытащив маленький походный бинокль из сумки, она с интересом стала наблюдать за птицей на охоте, приготовившись запоминать все повадки для записей в блокноте. «Наверняка эта птица какая-нибудь волшебная», - подумалось ей, - «Жаль, что моим записям никто не поверит». Цапля в этот момент схватила в воде рыбу, и Кристине удалось увидеть ряд маленьких, но очень острых зубов у неё в клюве. Купаться как-то расхотелось. Особенно от картины совершенно не птичьего раздирания рыбьей тушки.

Вдруг цапля бросила свою добычу и стремительно улетела прочь из кустов. Ветер донёс сильный плеск откуда-то сбоку. Кристина направила бинокль в сторону источников звука, но, как назло, ничего не увидела. Только одна толстая ветка ивы неспешно плыла по течению, задевая другие деревья. На воде больше не было ничего интересного, и Кристина решила, что, видимо, ветка была трухлявой и просто сломалась от времени или ветра. Девушка хотела было убрать свой бинокль и всё-таки разок окунуться, как вдруг под обломанной ивой, ближе к противоположному берегу, из-под воды вскинулась чья-то рука и принялась отчаянно махать по сторонам в попытке то ли подать знак, то ли за что-то зацепиться.

Кристина тотчас бросила бинокль и, скинув обувь, прыгнула в воду. Спасать утопающих ей ещё никогда не приходилось, но на причале не было совсем никого, не считая спящего продавца шаурмичной, который и без рассказов об их заведении абсолютно не вызывал доверия хотя бы по причине сомнительных наколок на перепончатых пальцах. Прохладная вода бодрила ещё сильнее, и Кристина плыла вперёд, стараясь бороться с течением. Она боялась не успеть, ведь задохнуться в воде человек может быстро. Может, это и не человек вовсе, но а если нет? В любом случае помощь требовалась как можно скорее.

Достигнув нужного места, Кристина нырнула и увидела под водой девушку в купальных шортах и майке — у той застряла нога в коряге. Увидев Кристину, она в начала барахтаться ещё сильнее, панически простирая к ней руки. Кристина хотела было выдернуть утопающую на поверхность силой, но та дёргалась так сильно, что схватить её хорошенько было очень сложно. К тому же, моментами казалось, будто бы она буквально выскальзывает из рук, кожа казалась очень скользкой, как у рыбы. Когда же Кристине удалось её схватить под руки и потянуть наверх, девушка вцепилась в её руки когтями. Кристина аж чуть не разжала хватку от удивления — это действительно были когти, иначе быть не могло. Деформированные человеческие ногти острыми зазубринами до крови впились ей в предплечья. На секунду проскользнула мысль, что всё это могло быть ловушкой, и вот так вот в сказках русалки людей и топят, но тонущая так отчаянно тянулась к свету над рекой и уже, кажется, начала терять сознание от недостатка воздуха. Вот так сразу вытащить силой её не получалось. Нога основательно застряла. В облаке вздымающегося от метаний речного песка нельзя было даже разобрать, как именно коряга придавила стопу. И вырваться из хватки было сложно.

Внезапно над головой мелькнула тень. Кристина резко вскинула голову. От страха казалось, что ей тоже уже начинает недоставать кислорода. К ним плыл, зажав в острых зубах нож, какой-то парень. Нырнув поглубже он, судя по начавшим всплывать клокам водорослей, стал разрезать опутавшие ногу растения, после чего стал толкать корягу в сторону. Вдвоём им гораздо быстрее удалось вытащить девушку на поверхность, где та наконец-то сделала надрывный вдох и смогла отцепиться от рук Кристины. На пирсе суетилась большая компания молодёжи, а к ним плыл ещё один человек с криками: «Машка! Машка, ты жива?!». Кристина молча показала им палец вверх, не в силах кричать. Парень с ножом в зубах потащил ослабевшую девушку к берегу на спине. Только сейчас Кристина заметила, что в воду он сиганул прямо в куртке и обуви. Отдышавшись пару секунд, она поплыла на берег за ними.

Трое парней и ещё одна девушка, наперебой галдя, помогали вытащить двоим мокрым ребятам дрожащую Машку. Помощи от них, кажется, было даже чрезмерно много, и порой она была даже лишней. Когда Кристина вылезла на пирс, светловолосая, с одной розовой прядкой Маша уже откашлялась и обессиленно села на колени, дрожа и смотря в землю. Напротив неё сидел тот самый парень с ножом и, по-видимому, пытался успокаивать, держа за плечи. Дорогая и, судя по всему, помпезная в сухом виде кожаная куртка сейчас висела на нём мокрой тряпкой и спускала ручьи на деревянный настил. На шее у него Кристина разглядела ожерелье из маленьких, будто бы молочных зубов, однако все они были острые, очевидно, вампирские. Сбоку от Маши села ещё одна девушка, тоже с одной крашеной прядкой, но уже синей, и с кучей пирсинга в ушах. Она укутывала подругу в свою сухую джинсовку.

- Маша, что случилось-то? Как ты могла тонуть, ты же русалка, ещё и с КМС по плаванью! - на этих словах Кристина поняла, что не ошиблась. Покрытая едва заметными чешуйками кожа тому подтверждение. Чешуя, к слову, выглядела как-то странно: то проступала, то вдруг исчезала. От нервов, видимо.

- Я… я не знаю… - всхлипывая, отвечала та и поплотнее куталась в куртку. Солнце палило, но девушку явно знобило от пережитого ужаса, - Сначала на дерево полезла, я оттуда всегда хотела в воду спрыгнуть, пока мама к соседке уплыла, но упала… Потом зацепилась, хотела нырнуть и почему-то не смогла дышать, и хвост сделать не вышло, я не знаю почему, я не зна-а-аю-ю-ю.

- Ну всё-всё, - всхлипывания перешли в рыдания, и девушке пришлось приобнять свою подругу и закончить расспросы.

Остальная компания тактично отвернулась. Всё их внимание переключилось на переводившую дыхание Кристину. На неё неловко уставились бритый качок в майке, то ли рыжий, то ли русый, лохматый тип, обклеенный пластырями тут и там, тёмненький паренёк в спортивках с куцым хвостиком волос на макушке и рогатый панк с ярким зелёным ирокезом.

- Здрасте… - неловко улыбнулась Кристина, выжимая воду из волос и стряхивая с них ряску.

- Здрасте… - так же неловко улыбнулась в ответ компания. Тогда-то она и поняла, что все, кроме рогатого, вампиры.

- Это, спасибо тебе большое за помощь, - высказался самый спортивный, по видимому, он тут и самый главный, то есть, инициативный, - Мы с Машкой тут встретиться договаривались, а она, видимо, решила до нашего прихода свою идею с ивой исполнить.

- Вам помочь чем-нибудь, может? - неожиданно вежливым и спокойным голосом проговорил панк, - Сами-то не пострадали?

- Да чего вы там мнётесь! - окрикнула их девушка рядом с незадачливой русалкой. Машка уже подуспокоилась и теперь сквозь всхлипывания посматривала в сторону Кристины. Её подруга встала и подошла поближе, - Привет! Давай зайдёшь ко мне обсохнуть? Я тебе могу дать, во что переодеться. Там и аптечка есть, если нужно.

- И дошики, - вставил парень с ссадинами, - Я тёте Инге наберу, скажу про Машу.

- Если я не помешаю, то давай, - согласилась Кристина. Она всегда любила заводить новые знакомства, а тут ещё и такие интересные. Компания выглядела очень разномастно, но при этом по крайней мере на первый взгляд их нельзя было назвать уличными маргиналами. Да и отмыться от тины было бы здорово.

- Супер! Я Кира, - с улыбкой ответила та и взяла переданный телефон. Паренёк явно не горел желанием разговаривать с женщиной на том конце провода, - Сейчас, погоди, отвечу. Ало, тётя Инга, а вы сейчас где? Маша с дерева в воду упала, ударилась, видимо, обратиться не смогла даже. Да вы не переживайте так, с ней сейчас всё хорошо! С какого дерева? А, ну тут это, того самого…

Кира, кажется, вдруг поняла, что проболталась. Но было поздно. Даже со стороны было слышно, как уровень децибелов в динамике телефона повысился. С пола встала Маша и выхватила у Киры телефон, взвыв в трубку, что больше так не будет. Тётя Инга оказалась её матерью. Судя по всему, где бы она ни была, мать за Машей сейчас собирается выходить, чтобы тащить её ко врачу. Компания организованной толпой направилась куда-то в сторону одного из домов на набережной и увлекла Кристину за собой.

- Так вот, как тебя зовут? - продолжила общение Кира. Они с русалкой Машей выглядели достаточно забавно, как полные противоположности друг друга, но при этом как близкие подруги. Одинаково раскрашенные прядки волос цепляли взгляд.

- Кристина. Приятно познакомиться!

- И нам! - ответила за всех Кира. Судя по добродушному виду окружающих, она знала, что говорит.

- Спасибо за помощь, - смущённо проговорила Маша, - Прости, что сразу не поблагодарила. Я, честно говоря, правда не знаю, что случилось. Со мной такого никогда не было.

- И со мной, - кивнула Кира, - И со всеми моими знакомыми тоже. Русалки с детства обращаться умеют, это своего рода инстинкт.

- Да, странно… - поддакнула Кристина, стараясь делать вид, что знает, о чём говорит. Ага, значит, они обе русалки, - А вы откуда все друг друга знаете? У вас компания такая ну… интересная.

- Мы с Машей соседки, а ребята все вместе в колледже учатся, ну, все, кроме Огурца, - видя непонимание на лице собеседницы, Кира кивнула в сторону панка с зелёным ирокезом, - Он к нам сам как-то прибился, когда мы у него в падике играли. Вышел из своей квартиры, мы уж думали, сейчас нас выгонять будут, а он достал тромбон. Он тип шарящий, мы вообще обалдели, что к нам, таким бомжам, такой серьёзный чел прибился. Сашка, наш главный, вот тот, в майке, у него разок дома был и фотку видел, где Огурец без ирокеза, с обычной стрижкой, представь себе, во фраке, сказал, смотреть аж тошно. Ах да, мы все в одной музыкальной группе играем. Это вот Рустик-Хрустик, это Лев, а это Тимур, - Кира поочерёдно показала сначала на залепленного пластырями парнишку, потом на модника с ожерельем из клыков и мокрой кожанкой, а вслед за ними и на тёмненького вампира с хвостиком.

- Мы назвались «Нереальными Упырями», - подал голос Саша, услышав, что заговорили об их группе, - Ну, потому что вначале там состояли только мы своим вампирским кружком, а потом уже к нам пришли девочки, а там и Огурец. Но название звучит, согласись, зачем его менять?

Кристину привели на второй этаж девятиэтажки, где жили русалки, в маленькую однушку Киры, где стены были увешаны плакатами рок-групп и разными рисунками маркерами на бумаге. В коридоре прям у входа красовалось яркое граффити там, где не хватило обоев. На кухне, куда провели и усадили на диван Машу, стоял самовар, а прямо за ним, на подоконнике, лежал запас лапши быстрого питания. Пострадавшую все неумело пытались окружить заботой, тащили ей плед, один, другой, подушки, воды. Хрустик вытащил аптечку и встал с ней посреди кухни: «А что давать-то, блин?». Никто, по-видимому, не знал, что нужно делать в такой ситуации. Маша слабо принимала помощь, отнекиваясь от лишних вещей — кажется, она и сама не знала, что ей нужно. На вид она была бледновата, но уже не дрожала и даже порой слегка улыбалась.

- Держи полотенце и одежду, - Кира протянула Кристине майку и джинсы, - Если не брезгуешь, носки тоже могу дать, они чистые. Только, извини, разные, я что-то не нашла одинаковых.

- Да ладно, так поярче, - согласилась Кристина, принимая два носка разной длины, один жёлтый, другой розовый в полоску.

- Если воды горячей не будет, тресни слегка по баку. Не магия, а работает.

Когда Кристина вышла из ванной, смыв с себя налипшую на волосы ряску и водоросли, в дверь раздался звонок, и внутрь зашла крупная женщина лет пятидесяти и низким, внушительным голосом с причитаниями направилась к Маше. Причитания, однако, быстро сменились отчитываниями. Хрустик, сидящий на том же диване, буквально вжался в спинку и подлокотник. Лев начал было Машу защищать, но переговорить её мать было очень сложно. Кристина в сомнениях встала где-то с краю, наблюдая за тем, как снова вокруг Маши поднялся шум. В итоге тётя инга увела Машу с собой, тяжело вздыхая и охая.

- Мам, да всё в порядке, мне просто надо полежать, - пыталась противиться русалка.

- Не знаю, что у тебя там в порядке, а с головой точно не всё хорошо, сейчас ко врачу пойдём, выяснять, что за чертовщина, - проворчала в ответ тётя Инга, уволакивая Машу прочь.

На столе уже был готов самовар. Огурец разливал всем сидящим кипяток в лотки с лапшой. Компания, видимо, готовилась обедать и вздыхала о том, что Машу всё-таки забрали.

- Мне, может, пойти?.. - неуверенно спросила Кристина, - Вещи тогда постираю и завтра занесу.

- Да ладно, оставайся, - ответили ей, - Мы на тебя уже тоже дошик заварили. Хочешь, сыграем потом?

- Хочу! - обрадовалась Кристина. Концерт лично для неё, вот это да, - Ой, только сестре позвоню, что я в гостях.

Глава 4. О тайнах волшебства

- Знаешь, слушая твои истории, начинаешь думать, что талант нашей прабабушки зря не пропал. Такие знакомства, как у тебя, только по волшебству заводят, - Ира разговаривала с сестрой по телефону и устало тёрла переносицу. Всё как всегда, стоило отвлечься на книжки, и младшая уже куралесит хрен пойми где с компанией из упырей, русалок и кого-то неопределённого с овощным прозвищем. Если б Ира услышала нечто подобное неделю назад, она бы подумала, что та снова вписалась в какую-то ролёвку. Забавно, что сейчас это совсем не фанаты фэнтези в ярких костюмах, - Смотри только, отписывайся. И следи за своей шеей… - Ира вдруг осеклась. Здесь же библиотекаршка, что если так говорить о вампирах грубо и сейчас их вычислят? - Кхм, чтоб не обгорела. А, не спрашивай. Я тебе напишу.

- Что случилось? - спросил Костя, когда Ира положила трубку.

- Похоже, она нашла себе компанию поактивней, - усмехнулась та, - Спасла кого-то, и её позвали в гости. Говорит, музыканты, но у меня есть некоторые сомнения на этот счёт, если судить по звукам, которые у неё там фонили.

- Знаете, нам наверное тоже не мешало бы пройтись, - закрыл «Основы магии» Серёга, - Голова уже пухнет. Возьмём книжки с собой.

- Я так ничего и не нашла про кактусы, - вздохнула Ира, откладывая справочник по колдовской ботанике, - Тут всё не то.

- А может, у Зинаиды Прокофьевны не волшебный кактус, а обычный, - заглянул в книгу Костя, - И она пытается его ну, оживить, например, или новый вид какой-то вывести.

- Непохоже… - пробормотала Ира, вспоминая, как хозяйка дома плакала и гладила свой кактус. Было бы странно так сильно расстраиваться просто из-за того, что он не зачаровывается.

Дружно решив, что поисков информации с них правда хватит, ребята отправились гулять по городу. Улицы центра города были украшены: тут и там висели узорные алые и рыжие ленты, окна и двери на зданиях утопали в обвешенных вокруг них папоротниковых ветвях, а фонарные столбы облепили фигуры в виде распустившихся красных цветов. Стоял погожий день, и жителей города вокруг было много. Друзья решили вести себя, как настоящие туристы, и дойти хотя бы до местного музея. Надо сказать, они не зря решили им ограничиться, потому что по пути их внимание задерживало буквально всё. Костя чуть не раскошелился на маленький ручной ковёр-самолёт, который говорящие кошки-консультанты предлагали по уценёнке из-за того, что тот на днях подрался с дворовыми псами и потерял товарный вид. Они все вместе глазели на закрытый до вечера бар «Зелёный Змей», интригующий вывешенной барной картой волшебных коктейлей и афишей завтрашнего концерта рок-группы из трёх заводчан. Потом никак не могли увести Серёгу от текущего прямиком через весь город Чайного ручья, где рядом росли цветы, у которых вместо сердцевины были мягкие свежие сушки, и висели на специальных колышках жестяные кружки. Ира купила себе газету, чтобы больше вникнуть в жизнь города — удивительно, но в газете фотографии волшебных животных, да и в принципе всего волшебного, существовали без каких-либо проблем. А вот у них всех сфотографировать так ничего и не вышло. В газете нашлась задвинутая в самый конец статья Дианы, она писала про побег щенка какой-то крапчатой листвянки из ветклиники и про то, как он разворошил прилегающий сквер. Эта новость ожидаемо была задвинута крупным заголовком об успешном выпуске нового препарата Окломенской фармацевтической фабрикой — на фото противненько улыбался какой-то рыжий франт с чёрными, как уголь, ладонями, выглядывающими из-под белоснежных рукавов рубашки. Диану даже как-то жалко стало. Зато порадовала новость об аресте чертей с рынка и предстоящим их вояжем на весьма продолжительный срок.

После музея компания отправилась домой. Вечерело, а Кристина всё не возвращалась. Баба Зина кашеварила на кухне, так что ужинать они устроились на веранде под мягким светом левитирующего внутри фонаря огонька. Вернее, хозяйка скорее варила какое-то зелье, чем готовила. Над плитой висела толстенная старая книга, а под ней тихо бурлило варево в медной турке. В неё то бросали щепотку сухих трав, то выливали что-то из пузырьков, то посыпали зонтиками одуванчика, то стучали об край сорванным в саду цветком, чтобы из него высыпалась внутрь пыльца. В конце готовки баба Зина достала из морозилки лёд, насыпала его на разделочную доску и поставила на эту горку турку, прижав её сверху ладонями об прихватку. Лёд от этого сразу растаял, испустив пар. Женщина попробовала воду пальцем и, поняв, что она остыла, полила ею кактус, шепча что-то себе под нос. Спустя минут десять у кактуса после этих махинаций слегка поуменьшились иголки и появилось несколько розовых пятен. Баба Зина с чувством бросила прихватку об стол и пошла ворошить холодильник.

- Ребят, а сходите, пожалуйста, завтра в лес за водой, - попросила она их, выглянув на веранду из кухни, - У нас там родник есть, мне бы оттуда бутылочку. И себе наберите, да киньте туда по веточке полыни, пейте понемногу, поможет вам в волшебстве освоиться, - баба Зина с улыбкой кивнула на раскрытую за ужином книгу по основам магии, - Это вы молодцы, что решили в нашем городе позаниматься. В местах, где растёт волшебный папоротник, легче всего подтянуть колдовство. Тем более, во время цветения. Молодцы, даже в праздник занимаетесь. Эх, может и мне попить полынной воды, совсем что-то ничего не выходит… Принесите побольше тогда лучше.

- Спасибо… - пробормотали москвичи, многозначительно переглянувшись. Как удобно получилось, теперь баба Зина думает, что они начинающие маги. А они уже было испугались, что не успели убрать со стола книгу.

Кристина домой вернулась с фанфарами. Их было слышно ещё издали: громкие звуки самых разных музыкальных инструментов и нестройный хор голосов, которому периодически вторили некоторые собаки с дачных участков. Москвичи даже вышли с веранды, чтобы посмотреть, что происходит, и вместе с ними Спичка. Неизвестно, правда, что так привлекло её внимание, вой других собак, вой кого-то из виднеющейся на горизонте компании или же приближение гостьи её хозяйки-ведьмы. Ребята так и не разобрались до конца, на какую долю своего существа Спичка всё же собака: в книгах они вычитали о коргорушах, духах-фамильярах колдунов, и сразу поняли, что питомец у бабы Зины — это не просто огнедышащая собачонка.

Компания, показавшаяся на горизонте, пела так плохо, что даже хорошо. Что-то было в их пении на разные лады, какая-то своя задорная изюминка. Кто-то из них, причём, реально умел петь и вытягивал весь коллектив. Музыканты были, конечно же, под стать самой Кристине. Ира бы ни за что не поверила, что она подружилась с классическим оркестром. Панки проводили Кристину до калитки и с широкими улыбками во все клыки пригласили её встречающих товарищей послезавтра в Берёзовый сквер послушать, что нового они сочинили — там они собираются устроить онлайн-трансляцию с концертом. Если их оттуда не выгонят.

- Ну что, пойдём послезавтра, послушаем? - с воодушевлением спросила Кристина.

- Ладно уж, заглянем, а там подумаем, - усмехнулась Ира и поймала себя на мысли, что сестра выглядит как в детстве, когда объедалась конфет и начинала балагурить. Ещё бы, завела себе друзей, которые, судя по всему, ей братья и сёстры по разуму, да ещё и волшебные ко всему прочему, - Пошли в дом, покажем, что нашли.

Ира не совсем вовремя выбрала время для загрузки информации в голову Кристине, потому что как бы она не была в восторге от всего происходящего вокруг неё, день уже заканчивался, как и силы для того, чтобы воспринимать зачитываемые вслух упражнения для развития чувствительности к волшебству. После вечернего чаепития совсем начало клонить в сон. Поняв, что всё без толку, и лучше будет показать на деле, сёстры отправились спать.

- Ну а ты, нашёл что-нибудь для себя интересное? - спросил у Кости Серёга, кивнув на книжки по алхимии у него в руках, пока они поднимались по лестнице на второй этаж.

- Очень уж сложно тут всё написано, - с досадой ответил тот, - Честно говоря, почти ничего не понятно, но названия формул звучат интересно. Огненное золото, поющая сталь, чаровское стекло всякое. Везде надо либо колдовать, чтобы что-то сделать, либо доставать какие-то немыслимые ингредиенты. А я ни в том, ни в другом ничего не понимаю. Ещё и текст такой заумный, как будто писали века два назад минимум.

На самом деле в некотором роде Костя вдохновился этим ужасно нудным и сложным учебником. Нереальные вещи описывались совершенно серьёзным языком, и желание попробовать сделать своими руками что-то волшебное жгло руки. Только вот у него здесь даже кузни под боком не было, не говоря уже об алхимической лаборатории. Да и в целом энтузиазм слегка стухал от мысли, что ему будет трудно получить какие-то знания, вот так вот случайно попав в это общество.

Серёга перед сном уже вовсю размышлял, как бы остаться в Окломне жить. Пары дней хватило, чтобы голову забили навязчивые мысли уехать к чертям(это если говорить образно — к тем самым не надо) из гремящей и дымящей Москвы в этот маленький волшебный городок, где приключением может оказаться обычный поход в магазин, где всё настолько отличается от серых студенческих будней, в которых он застрял, как на карусели без видимых тормозов. Тошнит уже от такого аттракциона. Нужно и диплом успевать писать, и где-то работать, чтобы оплачивать съёмную квартиру, и при этом ещё очень хочется хотя бы как-то писать свою книгу, которая из-за таких нагрузок простаивает невыносимо долго. А ведь книжки ещё нужно раскручивать, и на это тоже бы взять где-то денег. И во всём этом практически никаких положительных эмоций не считая вот этой вот долгожданной поездки на фестиваль. Мысль о том, чтобы каким-то образом сюда переехать, укореняется в голове у Серёжи всё сильнее. А в родной город возвращаться он тем более не собирается — там его вовсе не ждут.

Наутро, выспавшись как следует, друзья отправились в лес, набрав с собой бутылок для воды из родника. Местный лесопарк «Алатырь» очень сильно отличался от московских: никаких асфальтовых дорожек, фонарей, лавочек и киосков с мороженым. Лес сразу встретил плотным сосновым массивом, шумящим от ветра высоко над головой. Даже привычных табличек о вреде пожаров и мусора при входе не было. Природа здесь была почти такая же дикая, как в каком-нибудь заповеднике. На невысоких холмах сквозь ковёр из сухих сосновых иголок и мха прорастал в огромных количествах папоротник. Где-то даже встречались ещё не обобранные ягоды земляники, прячущиеся в траве возле сосен.

Несмотря на всю дикость, лес не был так уж нетронут. По нему петляли тропинки, какие-то уводили вглубь, а какие-то вели по краю. На холмах эти дорожки даже были огорожены деревянными перилами из сучков, защищая от обрывов. Меж сосен сквозили лучи солнца, где-то высоко пели птицы и переговаривались скрипучими звуками между прыжками по кронам крупные длинные создания, напоминающие ожившие ветви с мохнатыми лапами из иголок. Существа не обращали абсолютно никакого внимания ни на идущих внизу людей, ни на тот факт, что от их прыжков с веток на головы прохожим сыпется древесная кора. Может, оно и к лучшему, по крайней мере, так они не представляют опасности.

Компания ролевиков впервые оказалась в по-настоящему волшебном лесу, а не в искусственно созданной локации, где организаторы специально расставляли мистическую подсветку и сооружали декорации. В зоне для пикника, ближе к реке, у них на глазах оживила мангал у группы нетрезвых и немолодых людей, пинающих хилую коробку для шашлыка и жалующихся на его способности к готовке, и увела за собой в лес. Глубже в лесу на биостанции практиканты-лесовички тренировались обращаться в лосей, чтобы научить потерявшегося лосёнка жить так, как ему подобает. Все они так или иначе были будто бы частью леса: у кого-то руки обросли корой, чьи-то волосы заросли черникой, у некоторых наблюдались звериные хвосты, тоже заросшие какими-нибудь растениями. Тут и там были указатели к роднику, однако следовать им вообще не хотелось. Друзья дружно откладывали повороты в нужную сторону на потом — лес хотелось исследовать если не полностью, то хотя бы там, где проходят протоптанные дорожки. Из-под ног порой вздымались стаи летучих цветов, взмахивая широкими белыми лепестками, будто бабочки.

На кочке под пнём показался роскошный белый гриб. Видимо, они зашли настолько далеко, что тут даже грибы ещё никто не собрал. В округе действительно давно уже никого не появлялось, да и указатели совсем пропали.

- О! - воскликнул Серёга, - Может, соберём? Наверняка тут рядом ещё где-нибудь грибы растут. Будет на ужин нам и Зинаиде Прокофьевне.

- Я думаю, нам стоит повернуть обратно, - с сомнением проговорила Ира, - Мы уже далеко от родника, как бы не потеряться.

Но Серёга для себя уже всё решил. Пройти мимо такого гриба — просто кощунство. Однако, стоило ему протянуть руки в сторону пня и звонко щёлкнуть складным ножичком, гриб выскочил из земли, показав маленькие ножки вместо грибницы, и резво побежал прочь. От неожиданности Серёга дёрнулся назад и упал прямиком в росшие вокруг заросли папоротника. Сидя в окружении трав, он ошалело наблюдал за тем, как гриб отбежал подальше и угнездился в лунку во мхе. Мечта грибника и одновременно худший его кошмар с другой стороны выглядел уже не так роскошно: там у грибочка нехорошо потемнела и продавилась шляпка.

- Это от жадности, - сглотнув, сдавленно пошутил Костя.

- Я хочу посмотреть поближе! - с восторгом воскликнула Кристина и направилась к новому укрытию белого гриба, - Никто не поверит, если я опишу такое в своём полевом дневнике, конечно же, но давайте хотя бы просто посмотрим.

«Просто смотреть» у Кристины, конечно же, не получилось. Ей всё-таки захотелось сделать побольше записей и зарисовок в свой ботанический блокнот, и удержаться не получилось. Гриб снова и снова перебегал с место на место, прячась от назойливых преследователей, и зарывался под коряги, то в густую траву, то ещё в какое-нибудь место, откуда Кристине было бы сложно его рассмотреть. Ребята всё дальше и дальше уходили от тропинки, периодически нервно поглядывая то в сторону дороги, то на Кристину, стараясь не потерять из виду обеих. В какой-то момент гриб и вовсе исчез в густых зарослях под поваленными стволами и скрылся из виду.

- Ну вот, - вздохнула Кристина, заглядывая в своеобразный тоннель из бурелома, где скрылся грибочек, - А я почти успела рассмотреть пятно на шляпке.

- Давно пора было уже оставить его в покое, - проворчала Ира, - Смотри, ты своим избытком общения даже гриб замучала. Пойдёмте обратно.

- Погодите, а это не то, что нам нужно? - Костя показал рукой на камень странной формы поодаль, - Кажется, баба Зина рассказывала, что нужный ручей должен бить из-под камня.

Чуть глубже в лесу, там, куда не успели добежать охотники за бегающим грибом, на небольшой полянке солнце освещало причудливый камень. Даже издалека он притягивал взгляд — камней в этом лесу до этого не встречалось, тем более таких больших, размером чуть ли не до колена. Вблизи камень выглядел побито, на нём было множество трещин и заросших мхом участков, но сквозь них всё равно были видны явно сделанные человеком выбоины, складывающиеся в сложночитаемый, подстёртый временем рисунок. Никакого ручья здесь не было. Да и вряд ли бы могло быть, учитывая, что все указатели остались позади.

- Похоже на лицо, - задумчиво проговорила Кристина, вглядываясь в выбоины.

- Кажется, это очень древний идол Сварога, - счистил мох с нижней части камня Серёга, - Смотрите, вот эта часть, видимо, борода, которая заплетается в молот. По крайней мере, по форме похоже. Сварог считается покровителем кузнецов.

- Да? - заинтересовался Костя, обходя камень с другой стороны, - Прикольно. Может, тут ещё что-то есть сза…

Договорить он не успел. Засмотревшись на камень, Костя упустил из виду спрятанный с другой стороны камня лаз в чью-то нору, прикрытую наваленным сверху валежником и ветками. Угодив туда ногой, парень оступился и выставил вперёд руки, чтобы не упасть окончательно, но вместо спасительной твёрдой почвы ладони нащупали под слоем укрытия из нападавших лесных материалов пустоту. Костя провалился в открывшуюся с треском веток дыру и едва успел сгруппироваться, чтобы ничего себе не повредить. Сверху на голову посыпались сухие листья и комки земли. Из дыры потянуло жуткой вонью.

- Фу, блин, раздавил клопа, - поморщился Костя, потирая ушибленную ногу, - Надо было купить какой-то амулет от них, что ли.

- Ты там цел вообще? - заглянула вместе с остальными в лаз Ира. Яма оказалась достаточно большой, но не настолько, чтобы туда нельзя было спуститься. Непохоже было, что такие хоромы целиком и полностью работа какого-то животного.

- Цел, - ответил Костя и осмотрелся, - Спускайтесь сюда, тут целые руины.

Под множеством узловатых корней и плюща, свисающих с потолка из оставшихся веток и валежника, взгляду открылось нечто, явно напоминающее вход. Крупными камнями выложен полуразваленный проём, а вокруг него едва-едва можно было различить выдолбленные простые узоры. Постройка выглядела очень и очень старой — взглядом знатока археологии Серёга оценил их чуть ли не на бронзовый век. Некоторые камни здесь лежали отдельно, отколотые временем, на их месте в каменной стене торчат корни с растущими на них поганками. Меж таких камней испуганно прижались друг к другу два лисёнка. Детёныши закопались в кучу сухой соломы, чтобы спрятаться, и мелко дрожали. Место падения Кости теперь освещали лучи солнца, пробившиеся сквозь кроны деревьев, и лисята старались укрыться в тени. Почувствовав вину за то, что разрушил чей-то дом, Костя достал из рюкзака немного припасенного сушёного мяса и положил перед лисятами.

Заходить внутрь было страшновато. Свет из дыры в проход долетал едва-едва, оттуда тянуло тягучим земляным запахом сырости. Успокоив себя, что каменные плиты в достаточной степени массивные, чтобы вот так просто обвалиться, друзья осторожно заглянули в помещение и зажгли масляную лампу Кости, которую он брал с собой на ролевую «для антуража». Небольшое каменное помещение внутри тоже было увито проросшими сквозь щели корнями: они свисали лианами с потолка и вязью шли по стенам, разрушая на них выцветшие фрески. Все стены зала были разрисованы рыжим и чёрным, на них пестрили различные сюжеты. Где-то рисунки потрескались, а где-то и без того были неразборчивыми из-за простоты и схематичности картинки. Прямо напротив входа точно был изображён мост: под ним широкими рыжими мазками был будто бы огонь, с одной стороны мост переходили маленькие одинаковые человечки, а с другой фигурки самых разных форм. В центре комнаты был выдолблен прямо в камне огромный ровный круг и по бокам от него стояли два обтёсанных камня, будто бы постаменты. Прямиком над этим кругом в потолке зияла дыра, видимо, предназначенная для проникновения света — сейчас она была закрыта землёй и корнями.

- Вот эта картинка похожа на Горюч-реку, - показала на мост Ира. Глаза у неё горели энтузиазмом всё здесь изучить: фрески, да и сами руины очень её впечатлили. Особенно явно проглядывающий мотив сказок из детства в рисунках, - Это, наверное, мост между мирами.

- Забрели мы, конечно, знатно… - пробормотала Кристина. Она слышала истории о заплутавших в лесу грибниках, но, как ей подумалось, до таких мест грибная охота ещё никого не доводила.

- Вот эти, может быть, нечисть, - прокомментировал рисунок слева Серёга: там нарисованы всё те разнообразные фигуры, кто-то больше похож на людей, кто-то меньше. Все они тащили на себе что-то очень длинное, будто бы верёвку. А на фреске справа эти же фигуры ехали верхом на огромном существе, плотно закрашенном густой чёрной краской, - Здесь, честно говоря, затрудняюсь ответить, что за зверь…

- А это что? - показала Ира на рисунок над входом. Множество человечков стояли рядом с прямоугольным камнем, на верхней части которого с двух сторон отходили рога. Человечки держали в руках кто рыжие шарики, кто какие-то палки.

- Это наковальня, - ответил, присмотревшись, Костя, - Кузнецы, видимо.

- Смотрите, на полу тоже рисунки, - показал Серёга. У них под ногами люди и неизвестные существа водили хоровод вокруг выдолбленного в центре круга, - Вот тут в центре знак солнца.

- Интересно, что здесь такое было? - задумалась Ира, - Может, тут обращали в нечисть людей или что-то такое. Выглядит, как алтарь.

Ира и Серёга принялись возиться возле фресок и выдолбленных узоров, вооружившись фонариками. Поначалу Костя с Кристиной следовали за ними, но очень быстро устали от однообразного рассматривания одной и той же картинки в разных углах минут по десять-пятнадцать, и в конце концов сели у входа играть в камень-ножницы-бумага и крестики нолики на пыльных камнях. Здесь было светлее от пробивавшегося солнечного света и была возможность изредка понаблюдать за лисятами, которые всё-таки выбрались из укрытия и забрали мясные кусочки. Кажется, они не столько их ели, сколько точили зубы — Костя только потом подумал, что вряд ли звери будут есть такую еду.

Рьяные исследователи дошли до того, что стали расчищать пол от листьев и комьев земли. Там нашлись ещё символы: прокорпев над ними какое-то время, они нашли взаимосвязь между «водой», «Алатырь-камнем» и «пашней». Видимо, вода из родника раньше применялась в сельскохозяйственных целях — волшебные травы, что ли, растили? У входа, там, где сидели Кристина и Костя, одна плита была ниже других, а в центре неё было явно сделанное руками человека углубление.

- Никак не могу понять, зачем оно здесь, - с раздражением хмыкнул Серёга. В округе не было никаких подсказок ни о том, что туда класть, ни про то, что это вообще такое. Обессиленно сев на колени, он решил размять затёкшую поясницу, и в этот момент увидел, как друзья строят башенку из каких-то камушков, - Эй, вы откуда это взяли?

- Да тут у входа валялись. На них тут буквы какие-то.

- А ну-ка одолжите.

Камушки выглядели так, будто бы были сделаны из каких-то минералов. По бокам на них были руны, и многие из них были совсем ему незнакомы: таких он не видел ни в одной книжке. Стоило положить эти камушки в углубление, плита начала растворяться в воздухе. Ира и Серёга вскочили со своих мест и отошли к остальным. Те, в свою очередь, сразу прекратили искать себе ветки для новой башни и во все глаза уставились на открывшуюся перед ними лестницу в темноту, над которой зависли в воздухе рунические камни.

Теперь уже на исследование снова отправились все. Прямо под залом оказалось ещё одно помещение: здесь царила кромешная тьма и сильнее бил в нос запах сырой земли. Масляная лампа осветила комнату без стен — по периметру шли простые прямоугольные арки, между которыми тянулись к центру громадные корни красноватого оттенка, испещрённые золотистыми прожилками, будто венами. Прожилки в некоторых местах очень слабо светились, даже слабее светлячка, а где-то и вовсе не горели. В тишине слышались капли воды — она стекала тонкими струйками по земляным стенам.

Осторожно ступая между корней, друзья включили фонарики и стали осматривать помещение. Задерживаться, честно говоря, особо не хотелось. Зал выше выглядел поприятнее. Здесь же холод и мрак подземного мира заставлял поёжиться — захотелось выйти на солнце. Порой чудилось, что корни под ногами живые и вот-вот обовьются вокруг ног, как тысяча багровых змей. Судя по бороздам в каменном полу, раньше тут была какая-то сложная система полива: вода тут была и сейчас. Однако, даже ничего не смыслящим в садоводстве было понятно, что огромные корни находятся в упадке. Некоторые из них высохли настолько, что мгновенно ломаются, если на них наступить, какие-то увядали, где-то обнаружились гниющие участки с противной россыпью белой плесени. Если эти корни волшебные, то кто знает, не нападут ли они на людей, которые, суда по всему, не ухаживали за ними веками?

Из-за этих неприятных мыслей друзья не на шутку перепугались, услышав скрежет со стороны входа. Им подумалось было, что где-то там ожили разгневанные растения и потянули к ним свои извилистые толстые корни. Ситуация оказалась лучше, но не слишком: выглядывая с целых каменных плит, лисята тянули лапки к висевшим в воздухе камешкам, намереваясь поиграть. Из-за того, что некоторые руны висели буквально на грани между лункой и отсутствующей плитой, выход постепенно начал превращаться обратно в камень. Заорав не своим голосом, перепуганные не на шутку москвичи ринулись на выход, спугнув лисят. Руны вернулись обратно, и угроза оказаться замурованными в древнерусском погребе пропала, однако ребята единодушно приняли решение уйти из руин. Пожалуй, хватит с них древностей, насмотрелись уже.

Свежий воздух, тянущийся из пробитой в валежнике дыры, манил на выход, прочь из таинственных и мрачных руин. А ещё подстёгивало чувство вины: кажется, они загулялись, и проторчали в лесу слишком долго. Баба Зина ведь наверняка давно ждёт их с баклажками родниковой воды.

Но и снаружи их ждал сюрприз. Вскарабкавшись по кореньям первым, Костя столкнулся нос к носу с лисицей, сжимавшей в пасти двух мышей. Увидев его, лиса мгновенно бросила свою добычу и ощерилась. «Чёртовы лисы, опять из-за них проблемы,» - подумалось отпрянувшему парню. Что делать в таком случае он не знал. Лиса рычала высокими прерывистыми звуками и, прижав уши к голове, со страхом и одновременно с яростью смотрела на него и на застывшую за его спиной компанию. Она явно тоже не знала, как обходиться с таким количеством превосходящими её размером противников и на кого бросаться первой. Почуяв родителя, лисята в темноте логова начали подавать голоса, тем самым нервируя зверя ещё сильнее. Лисица, отвечая им, лающе закричала, присела и приготовилась к прыжку.

Ещё никто не успел среагировать, как где-то за гранью обзора коротко и низко прорычал ещё один зверь. Час от часу не легче. Однако лиса вдруг замолчала и отступила. Обойдя дыру с другой стороны, она спустилась по кореньям вниз, всё время держа на виду людей и скалясь. Костя снова выглянул наружу. В солнечном свете на окраине поляны спокойно восседала рысь. На появившуюся надо мхом голову Кости она не отреагировала примерно никак. Разве что выжидательно уставилась ему в глаза. Может быть, Косте показалось, но выражение морды у рыси было уставшее: кисточки понуро висели вниз, а пушистые кошачьи брови как-то странно нависали над бледно-янтарными глазами.

- Ну, кто там? - шёпотом спросили позади.

- Рысь. Вроде нападать не собирается, наверное, вылезти можно.

- Дай посмотрю, - протиснулась к лазу Кристина, - Обалдеть, реально рысь. В городском лесу. Странно, что она тут вот так вот сидит. Это может плохо кончится. В нормальных ситуациях они себя так не ведут.

- Догулялись… - пробормотал кто-то сзади.

- Погодите, сейчас кое-что попробую, - Костя рискнул снова провернуть трюк с сушёным мясом. Рысь подарком не заинтересовалась. Только от души зевнула, обнажив страшные клыки, - Не проканало.

- Давайте, что ли, хоть лисам бросим, на них же сработало. Авось нам хоть задницы не откусят.

- Ага, только бошки, - хмыкнул в ответ Костя.

- Ребят, мы же в волшебном лесу, - вдруг осенило Кристину, - Звери себя ведут ненормально. Значит, это не звери. Пошли!

Никого не дожидаясь, Кристина одним махом вылезла наружу. Тотчас за ней поспешили остальные: Ира не хотела отпускать сестру одну с её сумасбродными идеями, а парней не прельщала перспектива остаться сидеть гостями в лисьей норе, тем более, что хозяева им явно не рады и чая с пирожными не подадут.

Рысь будто бы специально ждала, пока все вылезут из ямы. Неторопливо разминая лапы, она поднялась с места и степенно пошла в их сторону. Кристина была права: с каждым шагом зверь становился выше и поднимался на задние лапы, обретая черты высокого морщинистого старика с длинной белоснежной бородой, усыпанной ветками и колючками. Выглядел он почти как древнерусский старец — помимо длинной бороды у мужчины были точно такие же длинные белые волосы, тяжёлый, проницательный взгляд из-под густых нависших бровей и растущие прямо на руках и в волосах маленькие чаги, мхи, лесные цветы и маленькие берёзовые листочки. Леший — а это несомненно был он, - был одет в длинный тёмно-зелёный плащ и коричневую форму лесничего, но это нисколько не портило внушительный образ хозяина леса, на которого наткнулись незадачливые туристы.

- За мясо спасибо, конечно, но я бы лучше с тарелки поел, - хитро усмехнувшись, скрипучим, будто сосна, голосом проговорил леший. Костя занервничал, почувствовав укол стыда, - Ладно-ладно, вы простите, что напугал. Проверить хотел, вдруг браконьеры какие? Ружья при вас нету, это славно. Вижу теперь, что не из таких.

- Да мы тут это… того… заблудились немного, - Серёга даже как-то подзабыл слова. Ещё не хватало, чтобы их тут поймали с поличным на несанкционированном раскапывании исторических памятников.

- Знаю, что заблудились, - медленно кивнул старик с понимающей улыбкой. Оглядевшись, леший приметил в полутени пенёчек и с усталым вздохом присел, - Видел я вас в автосервисе. Сразу понял, что нездешние и ничего про нашу жизнь не знаете. Но папоротник вас пустил, чай, нужны вы тут. Корни-то видели?

- Видели, - ошарашенно откликнулась Ира. Ей вспомнилась белка, соскочившая с крыши автобусной остановки.

- Дак вот, месяц уже, как папоротнику плохо, - вздохнул леший. Москвичи нервно переглядывались меж собой: до сих пор ещё никто в Окломне не обнаружил подвоха, - Да вы не бойтесь, я вашу тайну не выдам. Тем более что сами вы уже с нашими силами становитесь связаны, сами того не ведая. Только помощи попросить хочу, раз уж судьба завела вас сюда. Вы тут люди новые, нездешние, никто вас тут не знает. Может, поймёте, отчего лес страдает, сможете разобраться. Болеет папоротник наш, а от того всем вокруг нехорошо, - с этими словами леший подбирает из травы откуда ни возьмись взявшийся белый гриб с пятном на шляпке. Грибочек покорно залезает в сухую ладонь и свешивает тоненькие ножки. Протянув руку к молодёжи, старик хотел было показать гниющий участок на шляпе, но грибочек, почуяв своих преследователей, сразу же начал отползать к дальнему краю ладони и наклоняться вниз, будто бы рассматривая варианты побега. Леший успокаивающе накрыл грибочек другой рукой: под его рукой шляпка мягко засветилась, - И это ему ещё мало досталось. Мои грибы никогда не болеют. Видел я случаи и похуже. Право дело, не могу я вас заставлять нам помогать, да и не хочу. Сердечно признателен буду, ежели посодействуете. Я стар, но и молодым лесовикам тяжелее стало.

- Мы тоже видели случаи разные, когда у местных что-то серьёзно не ладилось, - вспомнила Кристина, - А почему папоротнику может быть плохо?

- Ох, не знаю, в том и дело. Алатырь стоит, родник течёт, значит, не в моём лесе дело, - леший отпустил грибочек обратно в траву. Шляпка у него теперь была прямо как новая, - Чую я, где-то в окрестностях дурное что-то твориться, но понять не могу где. И уйти отсюда мы с лесовичками не особо можем, мы с этим лесом связаны. Я бы ещё мог попытаться, однако ж, следить за мной стали после того, как я в город наведался к правительству нашему. Все жалобы мои отклонили и даже рассматривать не стали, сказали только, мол, должен я своим лесом заниматься, а не в чужие лезть. А так бы хотел я наведаться в леса за рекой, разведать, каково там папоротнику. Вы же лица новые, туристы, кто за вами следить будет? И колдовать вы пока не умеете, значит, на вас происходящее никак не отразиться. Ежели токма совсем зло какое где-то не происходит. А хуже всего, что аккурат за месяц до праздника всё началось.

- Кстати, про праздник, - вспомнил о странных фресках в руинах Серёга, - Что это там такое, в яме?

- Да ритуал там в стародавние времена проводили. На Купалу. Люди и волшебные народы подарками обменивались, мы им свои чудеса, а они ковали что-то эдакое, видимо. Кузнечным делом раньше только люди хорошо управлялись, да и сейчас зачастую тоже. Кузнецы всегда были не простыми людьми, они знали, как с огнём говорить. Да и жили тут тогда из людей в основном колдуны да колдуньи. Здесь они каждое полнолуние заговорённой водой корневища папоротника окропляли и сорняки пололи. Больше ничего не могу сказать, сам не ведаю, что за страхолюдина чёрная там нарисована такая.

- А вот это вот всё действо сейчас не происходит? Ну там, землю полоть, поливать по-особенному, - осторожно спросила Кристина, - Может, чтобы корни в чувство привести, стоит?

- Не нужна папоротнику заговорённая вода, люди этого не знали раньше, - отмахнулся леший, - Он сам по себе волшебством пышет. И разросся уже так, что сорняки ему нипочём. Алатырь ему только в помощь: вода под таким камнем сильная течёт, живительная.

- Ой, точно, Алатырь, - опомнилась Ира, - Вы нам не подскажете, как туда пройти? Мы вообще к роднику собирались…

- Прямо по той дорожке пойдёте, не заблудитесь, - показал тот и поднялся с пенька, медленно распрямляя спину насколько это возможно, - Ежели надумаете помочь, придумаете али увидите что-то странное, вы приходите к нам в лес, поговорим, подумаем.

- Мы постараемся, - ответила Кристина. Деда ей было жалко. Как и грибочки, и папоротник. Да и картина с едва не утонувшей вчера русалкой Машкой снова всплыла перед глазами, - Да, ребят?

- Спасибо вам, люди добрые, - благодарно склонил седую голову леший под согласные кивки остальных, - Ну, до свидания.

Показав ещё раз верную тропинку, леший обернулся совой и улетел в сторону биостанции, гулко ухнув на прощанье. Лисица, недовольно оглядываясь на незваных гостей, наконец вылезла из норы и забрала брошенную добычу. Ребята переглянулись.

- Нет, помочь — это конечно, дело хорошее, но как мы вообще собираемся этим заниматься? - спросил Костя, - Я не против, но просто как? Если что случиться, мы максимум нашим бутафорским оружием махать сможем.

- Ну почему, у меня ножик есть, - пожал плечами Серёга.

- Да у тебя чего только нет, не удивлюсь, если на нас нападёт чудовище, а ты из кармана ещё какой-нибудь арбалет вытащишь и скажешь, что это у тебя после того, как ты книжку писал, осталось, или после очередных исследований по учёбе, - проворчал в ответ Костя, - Мне только доспехи в помощь.

- Не такая уж у меня и большая коллекция.

- Ладно вам, мы же не полезем в самую гущу событий. Наверное, - вставила Ира и осеклась, подумав об излишней любознательности сестры, - Нас же просто попросили посмотреть по возможности в округе, что может почву отравлять, корни грызть или из-за чего там растения болеют обычно. Мы ничего серьёзного предпринимать не будем и в приключения на свою голову ввязываться тоже не станем, полазаем по окрестностям и если что расскажем всё лешему. А там будем действовать по ситуации. Да, Крис?

- Ничего не знаю, - Кристина поджала губы, - Мне их жалко, так что за себя не отвечаю.

- Зато я за тебя перед родителями отвечаю, - с нажимом сказала старшая сестра, - Давай хотя бы без фанатизма.

Помрачневшая компания отправилась к роднику. Помочь им, на самом деле, хотелось. Открывшийся новый мир был таким живым, даже казался в некоторой степени родным из-за того, что несмотря на множество необычных вещей, жители тут точно так же, как во всех других городах, выводили детей на площадки, катались на велосипедах, закупались в дни распродажи в супермаркетах, в общем, жили своей жизнью. Москвичи своими глазами увидели, как сказка воплощается в реальность, и было бы очень грустно наблюдать, как всё это волшебство начинает страдать. Однако, это только в героических повестях персонажи так легко спасают мир и совершают подвиги: в реальности же такая ситуация нагоняет жути и вызывает где-то на уровне инстинктов тревожное желание сбежать. Ещё и слова лешего про то, что совсем не факт, что проблемы волшебного мира на них не отразятся, не вселяют уверенности. Всё-таки они обычные студенты, а не какой-нибудь привыкший к риску спецназ.

Но лес вокруг успокаивал и поднимал настроение обилием зелени, свежим сосновым воздухом и птичьим пением. С виду так даже и не скажешь, что с ним что-то не то. Мало-помалу по пути к роднику тяжёлые мысли отпускали, вытесняемые ярким солнечным светом и захватывающими дух перелётами огромных стай летучих цветов с места на место. Тем более, сегодня вечером они собирались в бар на концерт: все единодушно согласились с тем, что это отличная идея. Поможет отдохнуть и развеяться.

Алатырь-камень, конечно, в разы отличался от перепутанного с ним каменного идола в чаще леса. Огромный, испещрённый выдолбленными надписями валун возвышался на невысоком холмике в окружении папоротниковых зарослей. Из-под него бежал ручеёк, маленькими каскадиками стекая по холму, и у его подножия исчезал в земле. Алатырь щедро освещали солнечные лучи, отчего камень, казалось, светился.

Естественно, Серёга полез наверх. Сколько образцов неизведанной древнерусской культуры он сегодня нашёл, обалдеть можно. Это ж сколько можно исследований провести! Жаль, никто не поверит. Приблизившись к древним, уже, кажется, кем-то отреставрированным письменам, Серёга достал блокнот и начал с энтузиазмом переводить их на современный язык. Камень на ощупь был очень тёплым, и это ощущалось даже в тени. Остальная компания расположилась на скамейке у подножия холма. Над скамейкой была построена маленькая крыша, под которой прятали от дождя и падающего лесного мусора жестяное ведро на цепочке.

- Ребят, смотрите! - спустя минут двадцать Серёга спустился с холма, гордо показывая блокнот с каракулями. Рассматривать это, честно говоря, было сложновато, - Я перевёл. Вот, послушайте: «В день летнего Солнца Купалы возносит Сварог молот до самой высшей точки на небе. Трижды в день молот он опускает на Солнце — до того высоко поднимать его надо, что боле не в силах мудрый кузнец сделать. И куются из пламени Солнца живые огни, что под вечер Сварог рассыпает на землю-матушку. И цветут они ровно ночь, и покуда горит их огонь, ничьи злые помыслы в жизнь воплотиться не смогут, ни один враг меч свой да не занесёт над родом папоротника, ни одна сила иная род человеческий не погубит. Коли рвать будешь ты Сварожье искусство, так пеняй на себя да беды жди.» Видимо, Сварога здесь и правда очень чтили в древности.

- Ага, здорово, - без особого восторга отреагировала Кристина, - Только тебе не обязательно было переводить. Тут на столбе табличка висит, за тебя уже всё сделали.

- Ну и ладно… зато потренировался, - Серёга хоть и был всё равно горд собой, злосчастная табличка с готовым переводом, которую он просто не заметил, малину портила. Ну а как можно было обратить внимание на какую-то печатную ерунду, когда в солнечных софитах на холме, как на постаменте, стоит почти нетронутая временем реликвия дохристианских времён?

Родниковой воды они набрали вдоволь, и себе, и бабе Зине. Родниковая вода была прохладной и вкусной, но никаких волшебных ощущений после дегустации москвичи не почувствовали: может, мало выпили? В любом случае, надо будет раздобыть полынь и сделать себе «зелье» для активации волшебных сил по рецепту хозяйки-ведьмы. Конечно, с таким составом это, скорее, стоило назвать каким-нибудь витаминным сбором или настойкой, но гораздо приятнее было думать, что они будут пить самое настоящее зелье.

Хождение по лесу изрядно вымотало. Поэтому по приходу домой ребята до вечера отдыхали в саду и максимум, на что у них хватало сил, это на тренировки с водой, описанные в книге по основам магии. Поочерёдно опуская руки то в ведро с водопроводной водой, то с родниковой, они старались уловить хоть какую-то разницу так долго, что в какой-то момент даже перестали понимать, действительно ли они почувствовали волшебство или просто убедили себя в этом. Кто-то и вовсе высказал предположение, что странные покалывания в коже могут быть вызваны блужданием по них насекомых, а не волшебством. Неприятно. Но и тренироваться, судя по книжке, не один день надо. Баба Зина в это время снова принялась кашеварить на кухне снадобья для своего кактуса, обрадовавшись большим запасам воды.

- Крис, ты только не забудь переодеться, когда на концерт пойдём, - посоветовала Ира сестре, - А то ведь так и пойдёшь. У тебя после леса все коленки в земле и футболка зелёная.

- О, точно. Хм, я даже и не знаю, чего бы такого надеть, - задумалась та, - Я с собой по большей части только всякое для костюма вурдалака брала, но в таком на концерт точно как-то не особо идти. Тем более, нас тут некоторые уже знают, вдруг среди местных дурной тон переодеваться друг в друга?

- Угу, не надо, всё-таки тут не город фанатов косплея, как мы сначала подумали, - согласилась Ира, - Надень что-нибудь получше из того, что есть. У тебя ведь наверняка какая-то повседневная одежда тоже есть.

- Пойду посмотрю заранее, - с этими словами девушки вместе ушли в комнату: Кристина выискивать что-то понаряднее среди своих полу-спортивных шмоток, а Ира помогать ей с выбором.

- Если б мне сказали надеть лучшее, что у меня есть, я бы просто доспехи надел, - усмехнулся Костя, когда они скрылись в доме, - А может, правда надеть? Ходят же тут всякие личности странного вида, мало ли, откуда я такой вылез.

- Пощади себя от перегрева, добрый молодец, - добродушно поддел его Серёга, а сам тоже задумался над тем, стоит ли настроения ради надеть что-то особенное, - Ты в своём богатырском обвесе сваришься на концерте. Представь, сколько там народу в помещении может быть.

-Ла-а-адно, уговорил.

Бар «Зелёный Змей» внутри выглядел очень антуражно. Хозяин явно имел незаурядный вкус и, скорее всего, был связан с водой. На стене за барной стойкой красовалась большая скульптура трёхголового змея, из пастей которого вылетали языки голубого пламени, как только официанты или бармены подавали заказ. Надо сказать, держались они весьма спокойно — не каждый будет спокойно себя чувствовать на рабочем месте, где над твоей головой чуть ли не каждые пять минут полыхает огонь. Барная стойка была сделана из красивого зелёного камня, а ножки и подлокотники стульев выглядели, как извивающиеся змеиные хвосты, покрытые мелкими чешуйками. Омытые речной водой коряги служили светильниками, изгибаясь в причудливых формах. Кристина чуть не залипла надолго возле длинного флорариума при входе с хищными растениями: прямо над ними летали живые комары и мошки, и можно было наблюдать, как мухоловки и росянки исправляют этот факт прямо на глазах у посетителей. Остальные сочли эту картину жутковатой и поскорее увели сопротивляющуюся Кристину к барной стойке, пока не заняли все свободные места.

Пока настраивала звук музыкальная группа на маленькой сцене в глубине бара, друзья изучали меню. Чего тут только не было, одних видов коктейлей две страницы. Обычные, авторские, волшебные (последние интриговали сильнее всего). Глаза разбегались. Но было и то, что вызывало неприятные мурашки по телу: в особенности кровавые коктейли для вампиров, улитки на гриле и чипсы из хвостов ящериц. Понятно было, что меню сделано для широкой публики, потому что прибывающие посетители вокруг москвичей охотно заказывали самые необычные позиции. Хрустели хвостами ящериц компания русалок разной степени «рыбьести» - в отличие от тех, которых встретила Кристина, по некоторым из женщин за столом можно было определить, кто они такие. У кого-то из них были полупрозрачные перепонки, кто-то блестел в свете концертных огней участками чешуек на коже, а у кого-то сам взгляд больших водянистых глаз выдавал водную природу очень редкой периодичностью моргания. Тут и там потягивали кровавый алкоголь вампиры, всасывая алую жидкость через фигурные разноцветные трубочки. В какой-то момент в бар толпой зашла большая компания сплошь из рыжих и беловолосых людей, пальцы на внутренней стороне ладони у них были чёрные, будто в саже. Официанты сразу спросили, собираются ли они пить, и, получив утвердительный ответ, заменили обычные стулья с краю барной стойки на другие, явно особенные, потому что выглядели они совсем иначе — сиденья и ручки были отделаны металлического оттенка тканью в рубчик. Кто-то из компании признал в этой ткани материал для костюмов пожарных. Не успели друзья понять, для чего этим людям такие стулья, как те стали залпом пить крепкое «Змеево пламя» и развлекаться, выдувая огненные языки изо рта и соревнуясь, кто выдыхнет их красивее всех. От их хлопков в ладоши порой вылетали снопы искр, видимо, поэтому их отсадили подальше от остальных посетителей и выдали огнеупорные стулья. Ира признала в них рарогов, огненных элементалей из краеведческой книги. Ей подумалось, что библиотекарша, скорее всего, тоже из рарогов и перчатки носила не просто так.

Пока ребята выбирали, что бы им ещё опробовать, неподалёку от них присела девушка в толстой мотоциклетной кожанке, чёрных потёртых джинсах и роскошных, выделяющихся из всех элементов одежды, узорных красных казаках. Положив рядом с собой перчатки, она по-приятельски обратилась к бармену:

- Подай мне «Бензин», Никитос, настроение в говно. И налей туда алкоголя побольше, пусть будет покрепче.

- Может тебе уж сразу вискаря налить, Эви? - хмыкнул бармен-вампир, протирая бокал, - Чего мелочиться?

- Не, не настолько всё плохо, вискаря не надо. Пока что.

- Что у тебя случилось-то?

- Байк не летит. Едет, как по маслу, но не летит.

- Ну-у-у… - Никитос задумчиво возвёл глаза к потолку, - банально прозвучит, но в сервис ты его когда последний раз водила?

- Тут не в сервисе дело. Летать-то его на заводе не учили, это обычный байк, ты че. Это у меня почему-то ничего не выходит.

- Дерьмово дело, - состроив кислую мину, бармен протянул ей коктейль, - Вот, держи, заправься.

Пока друзья были увлечены выбором коктейлей, Ира решила вслушаться в чужой разговор. Это ведь как раз то, о чём их просил леший — искать странности. Конечно, летающий байк это очень странно, но судя по словам этой девушки, ненормально обратное. Судя по словам бармена, не она одна к ним в бар с такими жалобами приходит и упадок волшебных сил перед праздником почему-то стал встречаться повсеместно. Они предположили, что, возможно, всё это — просто накопившаяся усталость, и после Купалы её рукой снимет. После этого бармен занялся другими посетителями, байкерша, потягивая коктейль, стала слушать концерт, а Ира поспешно отвернулась, чтобы не спалиться.

- Я хочу попробовать «Царь-зверь», - ткнул в барную карту Серёга. Волшебный коктейль обещал индивидуальный эффект: после употребления происходит пятиминутная замена родного голоса на звук животного, на которого больше всего похож посетитель, - Интересно, что мне попадётся.

- Разве, чтобы издавать звуки животного, недостаточно просто водки перебрать? - пошутила Кристина. Сама она уже пила «Ведьмину полночь», абсолютно чёрный коктейль, от которого у неё выскочили серебряные веснушки-звёзды.

- Тут есть «Левитация»! Я беру, - загорелся идеей Костя. Полетать ему всегда хотелось. Ну и что, что коктейль приподнимет в воздух всего на десять сантиметров?

Ира присоединилась к дегустации. Спустя какое-то время у всех уже был план как минимум коктейля на три. Как бы все фестивальные деньги на этом концерте не оставить. Серёга всё же выпил «Царь-зверя», после чего несколько минут общался с ними исключительно высокими криками какой-то хищной птицы. После этих достаточно громких звуков он почувствовал, как кто-то на него смотрит, но, к сожалению, так и не успел понять, кто. Вскоре он обнаружил, что в его сторону левитирует бокал с коктейлем, а за ним спичка и спичечный коробок. При приближении к парню бокал останавливается, висящая в воздухе спичка чиркает о коробок и зажигает пламя на поверхности напитка, из которого моментально вылетает фиолетово-рыжая огненная птица.

- Феникс Возрождённый в подарок от посетителя, - сообщил подошедший к ним бармен, - Доставка не моя, если что, - он глубоко вздохнул и с лёгкой усмешкой показал глазами в сторону той самой девушки в красных казаках, - Просто кто-то очень хочет вас впечатлить.

Вслед за этим к остальным точно таким же образом приплыли шарики ягодного мороженого с листочками мяты сверху.

- Оу, а это э-э-э… видимо угощения уже для вас, - бармен развернулся в замешательстве и посмотрел в сторону открытой двери на кухню, - Интересно, а кто приготовил заказ.

Выслушав недовольное ворчание о том, что ей совершенно необязательно залезать своими чарами к ним на кухню, чтобы положить себе мороженое, девушка засмеялась и пересела поближе к компании.

- Привет, - обратилась она ко всем. Её глаза, розоватые, цвета заката за окном, однако ж, смотрели по большей части только на Серёгу, - не против моей компании?

- Нет-нет, совсем не против! Спасибо за мороженое! - улыбчиво ответила Кристина, а сама повернулась и тихо шепнула остальным, - Растворяемся, только не слишком быстро. Ира, пойдём на танцпол.

- Господи, нет, - поморщилась та, - Давайте лучше просто чуть в сторону двинемся и пообсуждаем что-то своё.

- Есть проблема, - с каменным лицом проговорил Костя, - Я бы рад, но я до сих пор вишу в воздухе, а тут, знаете ли, ходить сложно.

Кое-как им всё-таки удалось тактично слиться и не мешать своему явно смущённому другу. В некоторой степени Серёга даже колебался, хорошо это или плохо: с одной стороны, общаться так было проще, но с другой стороны он терял их моральную поддержку. Вообще, кажется сейчас они были способны только на один вид поддержки, многозначительно подмигивая и театрально прикрывая рот в удивлении за спиной у подсевшей девушки. Коктейли на них, кажется, уже подействовали.

- Вкусный коктейль получился? - спросила девушка, наклонив голову с улыбкой, - Это мой любимый, эффектная вещь. Тебе подходит, викинг.

- А?.. - не понял сначала Серёга. А потом до него дошло: она имеет в виду его причёску, длинный светлый хвост и выбритые виски, - А-а, да, спасибо, мне понравилось. Меня зовут Сергей.

- Я Эвилисия, - представилась та, - Коротко Эви.

Пока Серёга общался, Кристина всё-таки отправилась скакать под музыку в толпу людей, не отходя слишком далеко от жующей сырные палочки сестры. Она всё надеялась на то, что сможет затащить и её, но Ире интереснее было насладиться концертом сидя с едой и напитками. В какой-то момент сестра её так доконала своими просьбами и вопросами, с кем ей тогда тусить, что Ира, случайно углядев среди людей у стены знакомое лицо одного из оборотней-ппсников, которые вытащили их из ловушки чертей на рынке, отправила Кристину прямиком туда. Оставшись у барной стойки потягивать очередной коктейль и следить, чтобы всё ещё левитирующий Костя не споткнулся об воздух, она уже решила, что наконец-то сможет отдохнуть. Сестру она любила, но иногда её гиперактивности было слишком много для гораздо более спокойной и вдумчивой Иры. Не тут-то было, спустя несколько песен Кристина притащила ппсника к друзьям знакомиться. Эти двое уже пьяненько хихикали над какими-то своими темами — оборотень Сашка показывал ей в сторону некоторых посетителей бара, рассказывая, кого он знает. Порой он, кажется, выдавал что-то лишнее: так он проболтался, что видел, как начальница смотрит в сторону одного окна пожарной станции напротив их ОВД, и что наверняка там кого-то высматривает. «Ну вот, ещё одни нашли друг друга,» - подумала Ира, устало улыбаясь своим мыслям. Парень, вроде бы, выглядел и общался прилично, да и в органах служит, как-никак. Серёга сбоку тоже потянул Эвилисию танцевать. Неожиданно для остальных та очень засмущалась: эта девушка выглядела такой уверенной, её образу как будто бы противоречило такое поведение. Кажется, все наконец-то расслабились и воспряли духом. Концерт был хорош, напитки прекрасны, и ситуация с папоротником уже не так тяготила душу.

После концерта Эвилисия заказала себе коктейль-вытрезвитель и залпом выпила весь стакан, бодро поёжившись. Попрощавшись с компанией и пообещав Серёге позвонить, она отправилась на улицу, где среди припаркованной стайки мангалов стоял блестящий мотоцикл, красный, как необычные сапоги этой девушки. Немного порычав, мотоцикл всё же взмыл в этот раз в небо, заставив суматошно побегать оставшиеся внизу живые мангалы и одну особенно суетливую барбекюшницу, захлопавшей от страха крышкой.

- Смотрите-ка, помогло, - удивлённо хмыкнул бармен, обращаясь к Серёге, - Видимо, сильно вы ей понравились и настроение подняли. Эви здесь частый гость по праздникам. Мы с неё учились в началке, у неё здесь семья живёт.

- А она?

- Она где живёт? Нигде и везде, в общем-то. То в Крыму, то на Урале, то ещё где. Удалёнщик с шилом в заднице она. Путешествует. Ну, приходите к нам ещё, до свидания.

Вежливо попрощавшись, москвичи вышли на свежий вечерний воздух. Неожиданно, не одни: ппсник Сашка увязался за ними, точнее, за Кристиной, вызвался её проводить. Идти домой, честно говоря, не хотелось. Вечер был так хорош, что решено было слегка прогуляться перед сном. Всё-таки им этот город всё больше нравился. Помочь хотелось всё сильнее.

Глава 5. О страшной стороне волшебства

Золочёное блюдце солнца постепенно скрылось за домами, осветив закатными лучами окна и залетающих в них после работы жителей Окломны, а порой и их волшебных питомцев, протискивающихся в форточки. В тёплых мягких сумерках лета принимали эстафету и просыпались уже другие существа, тёмными тенями появляясь на улицах. Одно из таких весьма испугало москвичей во время их прогулки: представьте себе, проходите вы мимо аптеки, а висящая на углу видеокамера поворачивается вслед за вами и буквально пытается преследовать ещё несколько метров, вытягиваясь на проводах и изгибаясь, как какое-нибудь змееподобное чудовище.

- Тьфу ты! - нервно дёрнулась и отскочила в сторону Кристина, когда ей на плечо упал рваный провод, - Это ещё что?! Вроде крепкого не пили, белки не должно было быть.

- А, это ж просто мырла, всё нормально, - Сашка преспокойно махнул рукой на живую видеокамеру, будто на муху, и та быстро съёжилась на своих проводах, вжимаясь в стенку, - У нас их тут много бегает на окраинах, даже паблик есть «Какая ты мырла сегодня». Вон, смотрите, там ещё одна, - показал парень в сторону, откуда внезапно послышался собачий лай: вместо собаки на бордюре сидел голубь с открытым клювом и истошно вопил совсем не по-птичьи, - В Москве не так?

- У нас просто они редко на людях появляются, город шумный, боятся, видимо, - с нервным смешком соврала Ира, мотая на ус, что всякие неправильно выглядящие и ведущие себя в этом городе мелкие создания и вещи, стало быть, мырлы. Походу, они не слишком опасны, раз бегают тут и там.

- Прикольно! - с энтузиазмом воскликнула Кристина, устремившись в сторону лающего голубя, - Хочу погладить!

- Даже не вздумай, - потянула её за руку обратно сестра.

- Ну да, не надо, - задумчиво согласился ППСник, - Я не эксперт, но вдруг они переносят что-то.

Как хорошо, что в этих пьяных головах ещё сохранился здравый смысл и толика базовых правил, которых стоит придерживаться, контактируя со всякими неизвестными предметами на улице. Помнили они о них, правда, не очень долго. Ребят отчасти успокаивало, что с ними гуляет Сашка — уж местный житель-то точно должен знать, куда руки совать не стоит, тем более, он же полицейский, должен быть в достаточной мере серьёзным и ответственным человеком, то есть, оборотнем, правда же? Как бы то ни было, а дойдя до пустого речного причала и снова услышав там знакомый пронзительный крик о пиве, Серёга и Костя даже не подумали спросить, можно ли ему отвечать.

- Пи-и-и-и-и-во-о-о! - с воодушевлением повторили они раздающийся откуда-то со стороны подъезда ближайшего дома тоненький возглас.

- Пи-и-и-и-и-во-о-о! - выбежало на зов из-под подъездной лавки непонятное блестящее в свете фонарей существо.

Выглядело оно совсем не жутко, никто даже не дёрнулся. Создание выглядело как сделанная из стекла птица, только клюв у неё был круглый, точно горлышко бутылки, а тельце в самом низу было почти плоским, точно донышко. На животе у птицы почти стёрлась этикетка дешёвого пива. Ожившая пивная бутылка раскрыла крылья и бодро топала к компании, от которой попахивало десятком коктейлей, не переставая кричать о пиве.

- О, опять алкаши за собой не убрали, - пробормотал Сашка.

- Здесь алкоголь в живых тарах продают?.. - не поняла Ира.

- Не, в обычных, просто если за собой не выбрасывать, бутылки на улицах оживать могут, и через несколько дней из них получаются птицы-пиво. Они вроде как безвредные, только очень шумные, иногда патрулировать мешают, нет-нет да поверишь, что где-то надо проверить компанию на распитие.

- Птица-пиво, - с умильной улыбкой повторил Костя, протягивая руку к боязливо нюхающей воздух живой бутылке, - А что они едят?

- Без понятия. Я вообще не видел, чтобы они ели.

Костя, поддавшись желанию погладить странную птицу с большими бутылочного цвета глазками и будто бы застывшим в удивлении круглым ртом, заграбастал доверчивое создание на руки и прижал к себе. Кажется, в пьяном состоянии Окломна его перестала пугать вовсе. Птица затрепыхалась и заголосила ещё сильнее, но стоило Косте на неё нетрезво дыхнуть, как та на время успокоилась. Серёга достал из рюкзака бутылку какой-то волшебной бурды, которую он взял на память из бара: там как раз чудом осталось несколько капель на дне, которые он заботливо влил в горлышке-клюв птицы-пиво, потянувшейся к нему на запах.

- А, ну вот, теперь знаю, чем они питаются.

Кристина смотрела на птицу, как заворожённая, и ужасно жалела, что камеры их телефонов ни в какую не могут заснять местную флору и фауну. Девушка уже успела нарисовать у себя в голове картины о том, как они притащат птицу-пиво домой к бабе Зине, построят ей загончик во дворе и Кристина станет её изучать. Однако у птицы-пиво были другие планы. Проглотив последнюю каплю, она потянулась за жестяной крышкой бутылки и схватила её внезапно сплющившимся ртом. Вырвавшись из рук Кости, птица деловито побежала от него в кусты. Костя так просто отпускать потенциального питомца не хотел и побежал за ней.

В густых зарослях речной осоки, в укромном месте прямо возле воды обнаружилась кучка мусора, на которую залезла птица. В самом центре вороха фантиков, мятых пластиковых бутылок, рваных коробок, пустых сигаретных пачек и газет были аккуратно сложены пивные крышечки, к которым птица-пиво подложила ещё одну и накрыла их всех своими крыльями, будто бы собиралась высиживать яйца, но не вполне понимала, как.

- У неё тут гнездо, - вынес вердикт Серёга, утещающе положив руку на плечо раздосадованного Кости, - Может быть, даже дети. Кость, пущай она тут живёт.

- Эх… - с искренней досадой вздохнул тот, - Ну ладно. Принесём ей как-нибудь полную бутылку пива.

С тяжёлым сердцем парни отошли от речных кустов, где обосновалось забавное создание, и продолжили прогулку вместе с остальными. ППСник Сашка рассказывал им о зданиях, встречающихся по пути, и язык у него частенько заплетался. Говорил он это всё, конечно же, преимущественно Кристине, приправляя рассказами о том, где и что случалось у них в городе. Изредка доносилось ночное пение соловьёв и странные звуки неизвестных животных. Из городских дворов дивно пахло цветущими кустарниками, и, казалось, эта ночь была слишком хороша, чтобы что-либо могло случиться.

Чтение объявлений возле дома культуры Окломны в центральном парке ещё сильнее усыпило бдительность не очень трезвых туристов. Особенно привлекла внимание афиша о наборе группы по занятиям музыкальному телекинезу для тех, кто хочет одновременно играть на нескольких инструментах, но имеет всего две руки. Честно говоря, сложно винить их в потере бдительности. Да и любой нормальный человек, на самом деле, точно не ожидает пережить ночью на улице то, что случилось с ребятами в этот момент.

Прямо за стендом с расписанием кружков и секций что-то оглушительно треснуло и посыпалось с характерным звуком горного обвала. Компания, сжавшись в кучу, осторожно высунулась из-за плаката. Белоснежное от лунного света обрамление дома культуры покрылось трещинами в месте крепления колонн к фронтону здания, а одна из тех самых колонн двигалась, елозя на своём месте, от чего трещины росли на глазах и падали, разбиваясь на каменном полу, куски штукартурки. Судя по реакции Сашки, даже для Окломны такое поведение архитектуры классицизма немыслимо. Колонна изгибалась всё сильнее и сильнее и вскоре полностью высвободила верхушку. Согнувшись капителем к земле, она вырвала из земли и нижнюю часть и приняла уже совсем не подобающую колонне змеиную позу.

-А это э-э-э… - хотела было спросить Кристина, потянув Сашку за рукав.

- Я не знаю, - тихо просипел тот, - Но думаю, лучше отойти подальше.

Осторожно, стараясь не издать ни звука, резко протрезвевшие москвичи попятились назад, подталкиваемые закрывшему их собой оборотнем, и растворились в тени парковых кустов. Колонна, грузно помотав головой-капителью по сторонам, вдруг словно что-то осознала и резко развернулась в ту сторону, откуда они пришли. Омерзительно скрипя бетоном по асфальту, ночной кошмар древней Греции пополз по направлению к реке, по пути сшибая скамейки.

Из дома культуры тотчас выбежал взлохмаченный охранник — вид у него был такой, будто он до этого преспокойно себе спал. Лихорадочно набирая номер на телефоне, мужчина бросился вслед за колонной и оглушительно дунул в свисток. Вслед за ним выбежал второй охранник, постарше первого, потрясая в воздухе дубинкой:

- Ты что, ошалела, что ли! Ползи взад давай!

Колонна мгновенно обернулась на звук и слегка наклонила свою верхушку, будто бы интересуясь его источником. Самое страшное то, что было абсолютно непонятно, видит ли она окружающий мир или только слышит и чувствует. Охранник помоложе от этого опешил и начал пятиться назад, постепенно теряя свою храбрость. Свисток выпал у него изо рта, оставшись висеть на шее. В этот момент, видимо, на том конце трубки ответили, потому что мужчина, вздрогнув, начал судорожно туда говорить:

- Ало! Да, ало! Срочно пришлите кого-то на улицу Культуры к ДК, у нас колонна ожила! КОЛОННА! Давайте быстрее, она выглядит опасно!

Крики колонне явно не понравились, от них она начала недовольно ёрзать на одном месте, стёсывая ребристые бока об уличный асфальт. Охранник не прогадал. Своё отношение кусок здания выразил радикально,решив зарядить головой в место, откуда он едва успел отпрыгнуть.

-Блин, мужиков спасать надо, - занервничал Сашка. Да что там, всей компании стало не по себе, - Не вывезут.

Сказав это, ППСник начал увеличиваться в размерах и обрастать светлой коричневатой шерстью, превращаясь в огромное чудовище, в облике которого он патрулировал город. Совершив мощный прыжок, он за один раз добрался до охранников и по очереди закинул их себе на спину, уворачиваясь от грузных ударов колонны. Мужчины на спине зверя при этом периодически вскрикивали на разные лады.

- Они, походу, собираются удерживать её здесь, пока нужная служба не приедет, - осознала Ира.

- Нужно её отвлечь! - Серёга вытащил из ближайшей клумбы один из кирпичей, служивших оградой, - Эй!

Кирпич полетел в голову колонны и сбил ей лепнину в виде аканта. Отвлечь колонну удалось. Только в плоской верхушке от этого начало появляться углубление, напоминающее рот. Теперь она явно была в гневе и собиралась броситься в сторону их укрытия.

Ребята разбежались с того места всрассыпную, благо, колонна оказалась не очень быстрой. Тварь не успела среагировать и помчаться за кем-то вслед — в неё уже летели кирпичи из соседних клумб. Некоторые попадали прямо в раскрытую пасть и исчезали, проваливаясь в размякшее нутро колонны, а после периодически мелькали рыжими пятнами в её теле. Не умеющим ни колдовать, ни во что-либо превращаться москвичам от такого сделалось страшно. Они прятались за парковыми скамейками, как за баррикадами, и ломали клумбы, вытаскивая из них кирпичи и камни. Но и идея бегства вызывала сомнения: сейчас они держались только на том, что колонна была дезориентирована обстрелом, а если их позиции начнут рушиться, не рванёт ли она сразу на кого-то из них? Да и людей оставлять разбираться с ней пугало. Они, конечно, подготовлены к подобной работе, однако огромная доля риска видна была невооружённым глазом.

Крики и подручные снаряды, а также безнадёжные попытки Сашки и двух охранников как-то опрокинуть колонну и вдарить по ней электрошоком не особо к чему-то приводили. Она размахивала хвостом, как огромной палицей, сметая лавочки и сгибая фонарные столбы. Благо, спасала её относительная медлительность: из-под лавок ребята всегда успевали убегать. Снаряды заканчивались, и Костя даже предпринял отчаянную попытку швырнуть найденную в мусорке стеклянную бутылку, но та, естественно, просто разбилась об бетон.

Сашка уже начал выдыхаться с двумя взрослыми мужчинами на спине. Навернувшись на ровном месте от попавшего под лапы отколотого куска колонны, он грохнулся оземь, и охранники, не удержавшись, полетели на асфальт. Колонна замахнулась капителью, чтобы наконец-то уничтожить то, что мешает ей направиться к своей первоначальной цели.

Никто не успел даже вскрикнуть. В абсолютно разных местах, будто бы материализовавшись из воздуха, появилось несколько людей в чёрных одеждах, поверх которых у всех них было обязательно надето что-нибудь тёмно-лилового цвета. Руки неизвестных были закрыты перчатками, оголяющими нижнюю часть ладони — её осветили малиновые всполохи от вырвавшихся оттуда энергетических канатов. Прочные нити в момент опутали колонну и оттянули прочь от упавших. Колонна изгибалась и вырывалась под натиском всё увеличивающегося количества пут, но люди в форме ни разу даже не дрогнули от движений бетонного чудовища, создавая всё новые и новые верёвки. Несколько из них швырнули в сторону головы колонны похожие на шаровые молнии мечущиеся в воздухе ослепительно-белые сгустки, которые ударялись о бетон и рассыпались на сотни искр, очевидно, принося ужасный дискомфорт, от которого колонна с дрожью скрежетала об асфальт, мотая туда-сюда капителью. Оглушив создание, четверо с разных сторон спустились на землю и выбежали вперёд, жестом схватив воздух, как углы одеяла. Из ниоткуда под колонной покрывалось разверзлась зияющая чёрная дыра прямоугольного размера. Сделав ещё несколько жестов, висящие в небе маги завязали канаты, после чего колонна ухнула во тьму, в мгновение ока затянувшуюся за ней. Волшебники ещё некоторое время смотрели на землю, куда упала колонна, после чего один за одним начали исчезать. Трое из них направились к остальным колоннам дома культуры, а ещё двое направились к отползшим в сторону охранникам и Сашке, успевшему превратиться обратно.

Друзья застыли в своих укрытиях, надеясь, что их не заметят. Кем бы ни были их спасители, их мощь намного превышала всё, что они успели увидеть в этом городе за несколько дней. Такие, может, и спалить могут, что они в этом городе незаконные лазутчики. Однако, мужчина и женщина, вышедшие к пострадавшим, всё равно их заметили — они почти сразу почувствовали на себе их цепкие взгляды, - и жестом попросили подойти. Оба были одеты в одинаковую форму, опрятны и аккуратны, но при этом манерой держаться и внешним видом отличались от тех рабочих, что осматривали колонны и тыкали в них странными приборами. Смотрелись они серьёзно и, если присмотреться, дорого. Несложно было определить, что высокие, матово блестящие кожаные сапоги и отделанные ровным узорным швом кожаные перчатки, как минимум, указывали на статус, близкий к начальству. Случайно обратив внимание на блеск стекла в свете уцелевшего фонаря, Ира углядела на запястье у дамы серебряные часы, выглядящие неброско, но имеющие штук пять стрелок на циферблате, вращающихся с разной скоростью. Взгляд у обоих был совершенно спокойный, не выражающий абсолютно ничего, а лицо держало каменно-вежливое выражение. Старый белый шрам на губе мужчины слегка кривил стеклянно-дружелюбную улыбку.

- Мы приносим свои глубочайшие извинения за ожидание и надеемся, что никто не пострадал, - проговорила женщина, не снимая с губ точно такую же улыбку винно-бордового оттенка помады в тон плащу, - Скажите, вам требуется медицинская помощь?

- Н-нет, - нервно ответил ППСник. Вид у него был такой, будто бы к нему обращался генерал полиции. Охранники отреагировали примерно также, сказав, что отделались только ушибами. Ребята украдкой взглянули на шевроны с эмблемой закованного в золотые кандалы огненного змея на плащах этих людей. Под аббревиатурой СХК можно было различить расшифровку: «Служба Хтонического Контроля». Уж не про этих ли ребят говорила баба Зина, путая название?

- В любом случае, мы крайне рекомендуем сопроводить вас до дома сегодня, - произнёс мужчина, - Это требуется хотя бы ввиду вашего шокового состояния.

- Да мы сами дойдём, спасибо, нам не нужно… - хотела было отговориться Кристина. Сейчас что-то как-то даже ей не хотелось излишнего общения. Хоть всё и закончилось хорошо, на душе сохранился неприятный осадок из страха и бессилия. Даже в такой момент ей хотелось получить поддержку и защиту от сестры и друзей, а не от незнакомых, хоть и всесильных колдунов.

- И всё же, - с нажимом сказал тот, - Контакты с подобными сущностями могут повлечь за собой и другие неприятности, явление это необычное. Мы ещё не установили причины произошедшего, так что не может гарантировать отсутствие негативного влияния на участников происшествия.

- Я сотрудник полиции, - заявил, храбрясь, Сашка, - Я могу их сам проводить.

- Боюсь, возможные последствия не в спектре ваших возможностей, - покачала головой женщина, - По протоколу мы обязаны обеспечить безопасность и вам тоже.

Так добровольно-принудительно компанию, за исключением оставшихся на расспросы охранников, заставили согласиться на сопровождение и подозвали в качестве провожатого одного из делающих замеры сотрудника СХК. В отличие от начальства, он уже не выглядел таким же собранным, сдержанным и похожим на следака на допросе. Наоборот, выглядел он как-то помято, под глазами темнели синяки от недосыпа и чёрные волосы лежали лохмато. В нём Ира неожиданно узнала одного из посетителей бара — она разглядывала зрителей во время концерта. Это был тот самый вампир со спрятанным в кармашке бейджем: сейчас табличка с фотографией и надписью «Григорий Гордеев, младший научный сотрудник» висела у него на груди. Раз так, то его ошалелый вид легко можно было объяснить. Как будто не просто так именно его отправили их провожать.

Опасность миновала, но теперь в каждой тени мерещилось чёрт-и что. Больше обычного пугали выбегающие на дорогу мырлы разных немыслимых форм. Одна такая даже чрезмерно напугала Кристину, от чего та инстинктивно схватила за руку Сашку, поблагодарившего ночь за темноту, скрывшую то, как сильно он от такого движения покраснел. Оборотень вообще пытался делать вид, что ему не страшно, но получалось плохо — вздрагивал от шорохов он всё равно вместе со всеми.

Шли в полной тишине. Костя пытался было разрядить обстановку, предложив всем попить воды из его фляжки, однако разговора это не завязало. Григорий так и вовсе пить отказался, и видно было, что он брезгует. Постепенно адреналиновый мандраж сошёл, и голову утяжелили последствия алко-дегустации волшебных коктейлей. В голову закрались мысли о том, что аромат от них исходит соответствующий и что это ещё одна причина, по которой сопровождающий держится от них на расстоянии. Хотя, он и сам был в баре. Может, поэтому именно его и отправили с ними нянчиться?

- Контакт с сущностями подобного рода может повлечь за собой нестабильность магических потоков, проявляющихся в виде различных негативных эффектов, привлечения животных и духов, неправильную работу заклинаний и прочее, - как по инструкции безучастным голосом произнёс вампир, доведя москвичей до калитки, и протянул им монетку, - Возьмите. Если будет необходимо отправить обращение о последствиях столкновения, подбросьте в воздух, дождитесь, пока монета упадёт, и после этого вкратце опишите ситуацию в течение десяти минут. Монета действует две недели со дня выдачи. Всего хорошего.

Честно говоря, ребята не очень-то хотели её брать. Но выбора у них особо не было. Выдав монетку, Григорий сразу направился дальше, провожать бедного Сашку, оставшегося с ним наедине и тоскливо оглядывающегося на них всю дорогу, как наказанная собака, которую уводят с прогулки домой. Ободряюще помахав оборотню вслед, друзья направились в дом. Свет в окнах уже не горел — в такой поздний час Зинаида Прокофьевна уже спала, и спал её цветущий сад, закрывшись бутонами от ночной прохлады. Однако, к всеобщему удивлению им навстречу бодро вышла Спичка, открывая лапами входную дверь. В зубах она держала подсвечник с горизонтальной чугунной ручкой, и на нём танцевал маленький огонёк свечи, освещая ступеньки крыльца. Осторожно, стараясь не шуметь, гости зашли в дом и отправились на кухню, чтобы заварить себе чаю с каким-нибудь там пустырником или что там у бабы Зины из успокаивающих трав на окне сушится.

- Может, выкинем её? - предложил Костя, кивком головы указав на монету. Её положили в центр стола, одинаково подальше от всех. Номинала у неё не было, был только герб СХК с одной стороны и аббревиатура организации с другой, - Вы их видели вообще, вдруг они за нами следят?

- А если реально что-то случится? - тихо ответила Кристина, отпивая горьковатый чай.

- Давайте её просто во что-нибудь завернём, - Серёга замотал монетку сразу в несколько салфеток и отнёс в самый дальний угол кухни, - Вот так же где-нибудь дома в укромном месте оставим и с собой носить не будем. Если прослушивают через неё, авось и спасёт.

- Забавно, как мы подозреваем вещь, которую нам дали для нашей же безопасности, - невесело усмехнулась Ира. Однако и она была в клубе параноиков. Всё-таки в одной и той же стране живут, - Но она мне тоже не нравится, давайте так и сделаем.

Наутро они проснулись позже обычного, чувствуя себя разбито и подавленно. Кристина даже чуть не забыла про то, что обещала сводить на концерт Нереальных Упырей своего нового знакомого. Переглядываясь друг с другом по комнатам, друзья будто бы по помятым и ошалелым лицам пытались определить, приснились им события минувшей ночи или всё реально так и было, а затем тяжело потащились на завтрак вниз. У парней снова исчезли в подкроватном пространстве носки, поскольку сил думать об их сохранности в ночи у них совсем не осталось. На кухне их уже ждала бутылка с набранной вчера родниковой водой, в которую заботливо воткнули веточку полыни для настаивания. Смутно припоминая совет бабы Зины для обучения волшебства пить такой напиток, друзья по очереди выпили как минимум стакана три, заглушая сухость во рту.

-Ребята, я пойду в поликлинику схожу, вы если пойдёте куда, не волнуйтесь, дверь можете просто прикрыть, она сама закроется, - хозяйка дома заглянула в дверной проём, и из-за стены ненароком показалась её сумка, в которой Ира внезапно заприметила торчащий кактус. Будто бы почувствовав это, баба Зина поспешно отодвинула сумку подальше, и кактус исчез из виду, - На сегодня у меня к вам просьб пока что нет, отдыхайте.

Девушке показалось это совсем уж странным, но она не подала виду, что вообще что-то заметила, и вместе со всеми вежливо попрощалась. Ещё можно понять чрезмерную заботу о любимом растении, но носить колючий кактус с собой в поликлинику как будто бы слишком: в конце концов, ему самому может навредить нахождение в дамской сумке. Ира отсекла мысль о том, что на старости лет у старушкичто-то стало с головой, не может быть всё так просто в городе, где даже брошенные пивные бутылки могут оказаться птицами. Скорее всего, у кактуса тоже есть какая-то своя непростая история не для всех, иначе бы им бы давно всё рассказали.

Кое-как взбодрившись завтраком, компания направилась к Берёзовому скверу, где должен был проходить концерт. Честно говоря, всем, кроме Кристины, больше хотелось полежать где-нибудь в саду на качелях под лёгким летним ветерком и ещё немного поспать, но они уже обещали ей, что тоже пойдут послушать её новых друзей, а она обещала музыкантам, что приведёт друзей, и весь этот круговорот ответственности привёл ситуацию к границе безвыходности. Так что, собрав побольше теоретически полезных вещей на тот случай, если вдруг дверь дома будет доступна без ключа всего единожды, друзья поплелись за Кристиной в надежде, что она хотя бы знает, куда идти.

Берёзовый сквер находился в той части города, где они ещё не гуляли. Постепенно район частных домов закончился, и улицы остались заселены исключительно многоквартирными домами. Среди них вдруг выросло одноэтажное здание ветлечебницы, у распахнутого окна которого говорил по телефону один из врачей, устало облокотившись на подоконник и потирая лоб. Удивительно было, что он нисколько не обращал внимания на то, что его разговор слышат буквально все прохожие, но выражение лица у врача было такое, что, кажется, беседа его замучила ровно до такой степени.

- Поймите, ну не один ветврач не сможет вам классифицировать ранее неживые колонны, которые вдруг ожили и начали нападать на окружающих, это вообще звучит не как моя сфера деятельности, спросите лучше какого-нибудь специалиста по големам, - на этих словах ребята как бы ненароком замедлили ход, вслушиваясь в слова. Они догадывались, кто трепал нервы мужчине на том конце провода, - Да, у нас лечили в клинике всякую тварь хтоническую, чего нам только не приносят, но не такое, это уже, простите, выдумки какие-то. Не издевайтесь и не отвлекайте меня от работы.

Соседнее окно внезапно со звоном вылетело из рамы, выбитое огромным маламутом в пластиковом собачьем воротнике. Москвичи поспешно дёрнулись в сторону, чтобы не попасть под лапы ещё нескольким собакам, которые выскочили, как ошпаренные, с воем и скулежом за своим предводителем. Видно было, что все они — беглецы стационара: у кого перевязана лапа, у кого хвост, за кем-то тянется размотанный испачканный в йоде бинт. За собаками из окна вылетел ноутбук с яркой зелёной подсветкой, мерцающей в такт раздающемуся из динамиков громогласным лаем. Собаки, заскулив в два раза сильнее, ринулись всей стаей прочь, убегая куда-то вниз по улице с поджатыми хвостами. Ноутбук, стуча по асфальту волочащимся за ним зарядным проводом и злорадно хлопая крышкой, полетел следом.

- Извините, кажется, я был неправ… - проводив это зрелище с вытянувшимся лицом, проговорил в трубку ветврач, - Теперь я готов поверить в вашу колонну. У нас тут в клинике тоже что-то из ряда вон выходящее случилось, перезвоните мне через пол часа.

Искоса глянув на испуганно замерших прохожих, ветврач перелез через подоконник и быстрым шагом направился в сторону стремительно удаляющейся стаи. Он снова кому-то начал звонить, видимо, чтобы не одному собирать пациентов.

- Да-а, час от часу не легче, - протянул Серёга, - Странностей и правда стало много, судя по реакции местных.

- А главное, что вот мы всё это видим, а причину понять так и не можем, - задумчиво добавила Ира, - Может, конечно, стало бы понятнее, если бы мы могли подробнее расспрашивать их о произошедшем.

- Вряд ли, - пожала плечами Кристина, - Русалка Машка сколько ни думала, так и не вспомнила никаких предпосылок к тому, что с ней случилось. Они все как будто бы действительно ни при чём и проблем никаких не видят.

- Значит, проблема сильно глубже, - вздохнул Костя, - Может, кстати, сейчас эти СХК подтянуться и нам не надо будет влипать во все эти истории. Главное, чтобы они про нас забыли.

- Мне кажется, есть вероятность, что они не видят общей картины, - Ира засомневалась, - Вдруг они только про колонну и знают, потому что к ним за помощью обратились? А про всякие мелкие случаи они и не в курсе. К тому же, Окломна городок маленький, и на такие зачастую внимания обращают куда меньше, проверки проходят реже и всё такое. Наверное, если бы они следили за всем внимательнее, леший не просил бы нас, ничерта не умеющих колдовать заезжих туристов, помочь разобраться в ситуации. Ну, или мы чего-то не знаем.

У входа в сквер их уже ждал Сашка в яркой клетчатой рубашке и с большим букетом ромашек для Кристины. «Бедный парень», - усмехнулась своим мыслям Ира, - «Он ещё не знает, что концерт, на который его позвали, это не совсем то, что он ожидает увидеть, судя по тому, как нарядился».И действительно, парень крайне удивился, увидев на центральной лавочке сквера Нереальных Упырей, на которых, как он сказал, им в ОВД периодически приходили жалобы. Однако же, Сашка заметил, что компания эта, несмотря на свой облик, крайне законопослушная, в ночи не шумят и деньги за свою музыку не собирают, так что в отделении все такие жалобы в итоге отклонялись. Кристина же была так довольна полученным пахучим букетом, что даже и не заметила замешательства на лице оборотня.

Сложно будет описать тот восторг, с которым сборище панков встретило своих зрителей — они были несказанно рады, что послушать их пришло больше, чем просто Кристина, на которую они так рассчитывали. Нет, они, конечно, неустанно надеялись собрать зрителей из гуляющих в сквере, но в будний день в час, не сильно близкий к концу рабочего дня, их надежды выглядели сыровато. Запустив трансляцию на чьём-то разбитом телефоне, они где-то с час голосили на все лады свои песни, отпугивая сердитых мамочек с колясками, периодически буквально шипящих в их сторону, и привлекая внимание глядящих на них во все глаза школьников на каникулах, осторожно держащих дистанцию от большой и страшной компании взрослых. Надо сказать, даже русалка Маша была с ними и достаточно бодро подпевала хором с Кирой. Видимо, всё-таки выпустили её из дома.

Сашке, на удивление, концерт понравился, он даже пожалел, что не обращал на них должного внимания раньше — оно и немудрено, на службе не особо будешь вслушиваться в репертуар тех, кого настоятельно просят задержать. На такие свидания его наверняка ещё никто не приглашал. Кристина после выступления сразу пошла со всеми общаться, расспрашивать о самочувствии Маши и успела растрепать всем историю с колонной, в которую они влипли ночью, как бы не пыталась одёрнуть её старшая сестра. «Нереальные Упыри» выслушали историю со странным энтузиазмом, кто-то даже высказал свою зависть по поводу того, что не увидел зрелище вживую и всё проспал.

- Давайте в кафе сходим, - в какой-то момент предложил Сашка. По его лицу было видно, что вспоминать о вчерашней ночи в таких объёмах он явно не хотел. Ещё бы, ему же пришлось находиться буквально в паре метров от того чудовища, - Тут у сквера кондитерская есть, там музей и всякие сладости ещё.

-Не, мы в кафе вряд ли, - состроил кислую мину Хрустик, - Дороговато для нашей компании.

- Мне в церковь надо, - сказал Огурец и покосился на удивлённые лица москвичей. Вот уж последний человек, от которого ожидаешь подобное услышать: рогатый, с зелёным ирокезом и весь в заклёпках, - Бабушка помочь просила. Она работает там.

- Я не знаю, можно ли мне сладкое… - печально вздохнула Машка, - Врачи так и не поняли, из-за чего всё произошло. Сказали, может, стресс, а если да, то сладкое, наверное, не стоит…

Музыканты в итоге аккуратно слились, каждый по своим делам, но позвали при случае погулять с ними ещё. Кажется, всё-таки походы по кафешкам для их компании были попросту правда дорогим и редким удовольствием. В кондитерской правда было слегка дороговато — видимо, рассчитывали на туристов. Ассортимент, однако, стоил того. Сладости там были для любых волшебных существ: внимание привлекли шоколадные конфеты с кроваво-клубничным джемом, засахаренные кувшинки и торт с земляникой и кислицей. Но больше всего заинтриговал мастер-класс по изготовлению живой конфеты в виде птички в подарок, которая сама полетит до адресата. Ира даже на секунду забылась и подумала о том, что было бы здорово отправить такую птичку родителям, но вовремя осеклась и не стала предлагать Кристине. А то та могла бы и согласиться, не думая.

- А помнишь, - и без её предложения у Кристины вдруг загорелись глаза, - ты рассказывал, что у вас Ирина Михайловна куда-то в сторону пожарной части часто смотрит?

- Я? Да? - искренне удивился оборотень и явно занервничал.

- Ну да, в баре.

- Блин, - поморщился тот, - Проболтался. Наверное, не стоило говорить.

- Да ладно, может, мы ей сейчас поможем, - заговорщически подмигнула ему Кристина, - У неё на какого-то пожарного виды, да?

- Походу да, - со вздохом сдался парень, - Я заметил, что в той стороне, куда смотрит наш капитан, есть кабинет, где по ночам дежурит вроде как один и тот же человек, и сдаётся мне, что, в отличие от остальных, он не рарог.

- Давай им птичек отправим! С записочками!

- Главное, чтобы она не узнала, а то прилетит очень больно, - поморщился Сашка, будто что-то вспоминая, но вдруг оживился, - О! Есть идея, попросим сотрудников за нас написать, по запаху нас не вычислят. Давай писать!

Ира смотрела на мозговой штурм и усмехалась своим мыслям о том, что Кристина, кажется, нашла родственную душу. Забавно было наблюдать за тем, как они, давясь хихиканьем, придумывают, какие бы комплименты написать на записке так, чтобы можно было догадаться, кто «отправитель». Девушка сама еле сдержала смех, когда ППСник с одобрением протянул «У-у-у» в ответ на одну из гениальнейших идей Кристины — уж слишком это напоминало настоящий вой. Даже помогла им пару раз, подправив грамматические ошибки.

Пока сёстры под мечтательные размышления о брусничном соусе к мясу Сашки пытались придумать, какие начинки добавить в птичку, Серёга пытался сосредоточиться на сочинении своей записки. Ему не хотелось помпезности и фамильярности в духе того, что придумывалось за соседним столиком («поклонник свысока с пожаром в сердце», придумали тоже, тьфу, никакого вкуса), но и сделать комплимент Эвелисии хотелось. Однако, мысли шли туго. Тяжело и стеснительно было придумать что-то такое, что звучало бы хорошо и без перебора. Поэтому, вздохнув, парень написал коротко и просто: «Прекрасной девушке из бара». Привязав свёрнутую в трубочку записку к лапке шоколадной птички, в которую он перед заморозкой щедро положил карамели, Серёга посыпал фигурку предложенными им «блёстками оживления» и кое-как объяснил птице, что ей нужно искать красный байк и девушку в такого же цвета сапогах. Адреса он её так и не узнал, но понадеялся, что описал внешность Эвилисии достаточно чётко, и всё сработает, как надо. Сразу после того, как парень замолчал, птичка отряхнулась от излишков блестящих пылинок и шоколадной крошки, вспорхнула и улетела в открытое окно.

Костя же в это время наслаждался дорогущим кисло-сладким тортом из земляники и кислицы и ни о чём не думал, кроме того, что гастрономический туризм в Окломне на удивление очень мало развит при таких-то заведениях. Сам он на мастер-класс не пошёл даже в качестве зрителя: торт был интереснее, да и вообще, он и так подначил Серёгу на сладкий подарок его новой знакомой, какая ещё от него требуется помощь? Вот если бы на мастер-классе давали рецепт, как сделать эти оживляющие блёстки дома, Костя вписался бы без раздумий, а так эта затея интереса представляет мало. Да и отправлять всё равно некому.

Отправив птичек и перекусив морошковыми тартами и заварными эклерами с жасмином, компания вышла наружу сытой и довольной как морально, так и физически. К всеобщему удивлению, у выхода из кондитерской их смирно ждала Спичка, сидя под дверью, где среди прочих объявлений висела табличка о запрете на вход с собаками. Интересно, её вид коргоруш тоже считается за собак или просто Спичка не захотела лишних проблем? Как бы она объяснила, что она непростая собака, у неё же лапки?

- Здравствуйте, ребята, - Спичка открыла пасть, и оттуда, как из проигрывателя, раздался голос бабы Зины. Челюсти собаки при этом не двигались, она просто застыла с открытым ртом, - Приходите, пожалуйста, часам к семи домой. Мне в поликлинике выписали лекарство, и я попросила племянницу из деревни мне его приготовить. Надо будет поехать к ней вечером в Воробьёвы Норы, последний автобус туда отходит в восемь вечера. Она хочет, чтобы вы приехали именно сегодня, потому что ей тоже нужна будет ваша помощь, чтобы сделать снадобье поскорее. Буду ждать вас.

Как только «запись» закончилась, Спичка закрыла пасть, коротко тявкнула и с деловым видом потрусила вниз по улице, видимо, направляясь домой. Москвичи изо всех сил старались никоим образом не выказывать своего шока перед полицейским, который смотрел на говорящую собаку, как на совершенно обыденное явление. Хорошо ещё, что Спичка сразу ушла, иначе бы возникла неловкая пауза с немыми переглядываниями в попытке понять, а нужно ли вообще что-то отвечать или как-то записывать ответ. Тогда бы они легко могли обнаружить себя.

- У нас ещё есть время до вечера, - посмотрев на спортивныечасы, сказала Кристина, - Будешь ещё с нами гулять, Саш?

- С радостью, - отозвался тот.

Шатаясь по городским улицам окраины, где деревенские и панельные дома впритирку соседствовали друг с другом, они вдруг вновь оказались возле привязанного дома, но уже со стороны дворов. Время шло к возвращению, и компания решила переместиться поближе к дому бабы Зины, чтобы потом не бежать сломя голову. Привязанный дом приковывал взгляд в своём жутком великолепии и неприступности: ни одной калитки в жестяном заборе. Будто бы почувствовав замерших поодаль от забора зрителей, доедающих мороженое, дом устроил с их стороны неспешное представление: то скрипнет где-то форточкой, то включит свет. Вдруг Сашка замер над последним укусом мороженого, а затем резко повернул голову и уставился куда-то в забор. Спросить никто ничего не успел: запихнув в рот оставшееся вафельное донышко мороженого, оборотень жестом остановил все возможные вопросы, даже не повернувшись в их сторону.

- Слышали? - спустя пару минут напряжённого молчания повернулся к ним Сашка.

- Чего слышали? - не понял Костя.

- А, - будто бы что-то понял для себя оборотень. Вероятно, то, что у остальных звериного слуха в наличии не имеется, - С той стороны кто-то приземлился.

- Как приземлился? - не поняла Ира и нахмурилась, осмотревшись, - Откуда?

- Не знаю, с воздуха, наверное, материализовался. Я тоже не понял. Но пахнет, как от вчерашнего типа из СХК, - на этих словах ребята крайне насторожились, - Я пойду посмотрю. Они нас всегда предупреждают, когда приходят осматривать дом, а это не похоже на проверку. Мне бы сказали.

- Мы с тобой пойдём, - схватила его за руку Кристина.

- Да? - вскинула бровь Ира, укоризненно глядя на сестру.

- Ну да, согласись, всё равно интересно туда залезть, - начал подначивать Серёга, - А тут, можно сказать, повод есть.

- Это вообще-то не просто так закрытая зона, там может быть опасно, - Сашка снова нервно посмотрел в сторону забора. Кажется, источник запаха удалялся, - Я не могу подвергать опасности гражданских. Вам туда нельзя.

- Но мы же будем не одни, а в сопровождении полиции, - настаивала на своём Кристина, - Честное слово, обещаю строго следовать твоим инструкциям и ничего лишнего не трогать.

- Я же не на службе… - пробормотал с кислой миной Сашка, понуро глядя в сторону дома, - Ай, ладно, если вас уговаривать начну, он уйдёт. Придётся вас крапивой обхлестать, чтобы запах сбить. У вампиров нюх послабее будет, должно сработать.

Пришлось потерпеть ради проникновения в загадочный Привязанный дом противную, жгучую даже через одежду крапиву вперемешку с разной сорной травой, растущей вдоль зелёного металлического забора. Под предводительством точно так же вымазавшегося в растениях оборотня вся компания осторожно пролезла в дыру, образовавшуюся в месте отогнутого листа металла, через который наверняка к дому в своё время лазили любители заброшек. Проход сейчас густо зарос высокой травой. Костя во второй раз успел вспомнить об амулете от клопов в ведьминском магазине и заодно задуматься о том, есть ли у них такие от клещей. Пока они дошли до подъезда, согнувшись в три погибели, чтобы стать незаметными в зарослях, успели вымазаться ещё и в строительной грязи от разбросанных повсюду рваных мешков строительных смесей, как мины попадавшихся под ноги.

Подъездная дверь была приоткрыта ровно настолько, чтобы туда мог аккуратно протиснуться человек. С некоторой долей страха москвичи переступили порог этого здания вслед за оборотнем — несмотря на дикий интерес к исследованию дома, слухи о том, что в некоторой степени он живой, усиливались всеми признаками того, что это может быть правдой. Буквально только что они смотрели на его мерцающие, как сотня многоквартирных глаз, окошки и проходили мимо недорисованных граффити, возле которых валялись баллоны с краской, где-то даже раздавленные. Да и мешки с цементом и алебастром как будто не просто так раскиданы были столь хаотично. Ни одной калитки не было для входа на территорию стройки, абсолютно всё показывало, что место это не предназначено для посещения вообще никого. Скорее всего и наверху был какой-то барьер, там, где бесконечное множество проводов тянулось к макушке безмолвного бетонного монстра, чтобы никто по глупости не совался на крышу и не подглядывал в окна.

Внутри оказалось очень грязно и пыльно, но в этой пыли отчётливо прослеживались следы, ведущие в сторону открытой двери лифтёрной комнаты. Сашка, осмотревшись на месте, махнул рукой в сторону, призывая всех спрятаться под лестницей, а сам пошёл вперёд, ступая след в след отпечатков на полу. Кристина, видимо, захотела выпендриться и показать свою смелую черту характера, пошла за ним, несмотря на то, что Сашка несколько раз крайне выразительным взглядом показывал ей на укрытие. Времени на споры у него, однако, было мало, и парень быстро сдался, показав на свои ноги, чтобы она хотя бы повторяла за ним. Остальные же заметили, что при определённом угле в битом стекле, прислонённом к стене напротив, и без того прекрасно было видно, что происходит в лифтёрной. Спрятавшиеся же за бетонными блоками и рулонами пожелтевшей и погрызенной полиэтиленовой плёнки Сашка и Кристина в итоге больше слышали, чем видели происходящее.

Внутри маленького помещения лифтёрной комнаты происходила какая-то возня. Неизвестный с кряхтением оттаскивал мешки с песком от стены напротив дверного проёма, в который ещё не успели вставить дверь. От этих его телодвижений поднимались клубы пыли, оседающие на неприметной мешковатой одежде. Отряхнув руки и размяв поясницу, он с минуту простоял просто так, медленно поворачивая головой в разные стороны, будто прислушиваясь и проверяя, что он тут один. Затаившиеся шпионы не издали ни звука. Чуть развернувшись, незнакомец принюхался: лицо его всё ещё было скрыто капюшоном и кепкой, видно было только нижнюю часть лица. Однако, в нос ему ударило слишком большое количество пыльного воздуха, и тот начал чихать, отворачиваясь от лестничного пролёта, решив, по-видимому, что он только зря тратит время.

Взяв в руку одновременно брусочки угля и мела, неизвестный размашистыми движениями начертил крупные символы на бетонной стене. Сколько бы ни старался Серёга сопоставить их хоть с чем-то, что он изучал, знаки не были похожи ни на какие другие. Более того, смысла в них будто бы вовсе не закладывали, все эти линии и круги чертились, словно какая-то схема. По завершению работы человек в кепке растёр в ладонях остатки обоих брусочков и приложил их в центр рисунка. От них по линиям начал расходится бледный свет, и символы постепенно начинают вдавливаться внутрь стены, как будто утопая в бетоне. Убрав ладони, маг стал смотреть, как от места, которое он только что держал, пошла рябь, словно по воде от дождя, и в ожидании сложил руки за спину. Спустя пару мгновений из стены высунулась угольно-чёрная когтистая рука и стала ощупывать стену вокруг «поплывшей» зоны, что-то для себя проверяя.

- Получилось, я так понимаю? - рука в вопросительном жесте повернулась ладонью вверх.

- Да, я здесь, - ответили ей.Теперь по голосу точно стало ясно, что это их вчерашний провожатый, Григорий. По крайней мере, для тех, кто его голос не запомнил, сигналом стало помрачневшее лицо навострившегося Сашки.

- Ты точно в подходящем месте?

- Точно. Сюда уже лет пять как никто не совался, власти так и вовсе забыли про этот дом. Я самолично прикрыл проект,он, считай, под моим надзором.

-А, вот оно где, - рука со вздохом повисла, - Ну и дыру ты нашёл, конечно. Мог бы и на место тогда уж приехать.

- Нечего туда соваться тому, кого могут потом допросить, - фыркнул вампир, - Вот как дело сделаешь, так приеду и переквалифицируюсь, а пока что мне моя шкура ценнее, чем твои неоправданные риски.

- Ладно, - хмыкнул некто со стороны руки, - Давай меняться.

Из стены вылезла вторая рука, брезгливодержатремя пальцами прозрачный запечатанный пакет с красными корешками, на которых слабо пульсировалипрожилки света. «Это же корни папоротника!» - сразу поняла Ира. Кажется, они и правда влипли в расследование серьёзного дела. Кто бы мог подумать, что в этом доме действительно найдутся зацепки того, кто может быть во всём виноват. Григорий достал из-под куртки свернутые в рулон бумаги и положилих в протянутую пустую ладонь. После обмена он коротко попрощался, и чёрные когтистые руки исчезли в стене, вернувшейся в своё нормальное состояние.Убрав корешки, сотрудник СХК поднял валяющуюся на полу сломанную пополам метлу и счистил уголь и мел с бетона, не оставляя не единого следа.

Поняв по звукам, что встреча закончилась, Саша повернулся к Кристине и начал махать в сторону подъезда, показывая, что нужно срочно уходить. Пятясь назад, они аккуратно сваливали под шум прутьев метлы, но вдруг взгляд Кристины зацепился за маленькую лужицу крови с другой стороны от дверного проёма лифтёрной. Рядом с кровавыми брызгами лежал какой-то полупрозрачный сгусток мерцающей, как поверхность мыльного пузыря бесформенной тушки. Кристина сразу признала одну из тех перламутровых крыс, которых она видела во сне про Привязанный дом в первый день своего приезда. Фигура у существа действительно в общих чертах напоминала тельце какого-то длинного зверька, но из-за бесконечных переливов на шкурке и просвечивающего сквозь неё пола было сложно сказать, сколько у неё лап и есть ли хвост, какой вообще формы голова. Однако отчётливо можно было разлечить след от укуса двух острых клыков, из которых сочилась кровь. Зверёк тяжело дышал и почти не двигался.

Собранность Кристины улетучилась от страха за живое существо и странного, гнетущего чувства дежавю от воспоминания о том кошмарном сне. Девушка сама не заметила, как случайно наступила мимо следа и с хрустом раздавила стеклянный осколок. Широко раскрыв глаза и запаниковав, она не придумала ничего лучше, чем попытаться издать писк, изображая мышь.

Метла в лифтёрной упала оземь. Задержавшие дыхание от страха наблюдатели в темноте лестницы увидели, как Григорий, коротко обернувшись, прыгнул в пустую оконную раму лифтёрной. После этого не раздалось ни единого звука. Будто бы с той стороны дома никто не приземлился.

- Прости, пожалуйста, - прошептала Кристина, будто бы тут всё ещё мог быть кто-то чужой, - Там животному плохо.

- Ладно, на самом деле, так оно может и к лучшему, - на удивление легко отреагировал Сашка, - Теперь у них меньше мест для переговоров.

Пока остальные выходили из-под лестницы, Кристина бросилась осматривать зверя. Почуяв её приближение, существо съёжилось ещё сильнее, запишело, потом внезапно начало лаять и отползать в сторону, размазывая под собою кровь.

- Кошмар какой, - поморщился Сашка, подойдя к ней, - Этот гад решил мырлой попитаться? Ненормальный, что ли…

- Тут рядом ветклиника, - Кристина, пошарив рядом, вытащила пустой мешок и принялась заворачивать в неё упирающуюся и издающую на все лады звуки мырлу. Вот, значит, каков их истинный облик. Создание слабо голосило то рёвом газонокосилки, то свистом чайника, то криком разъярённой кошки, но сопротивляться настырному спасителю была почти не в силах, - Я отнесу её туда.

-Погоди… - попытался окликнуть её Сашка, но Кристина уже умчалась в подъездную дверь со свёрнутой в рулетик мырлой, чтобы не выбивалась.

- Она не остановится, пока не вылечит больную животину, - пожала плечами Ира, глядя ей вслед, - Знаем, плавали. Сейчас она сдаст её врачам и назад пойдёт. Давайте осмотримся пока и, может, на верхние этажи заглянем.

- Если мырлу вообще в ветклинике примут, - засомневался оборотень, - Они ж как голуби.

Хоть поначалу Иру напрягала затея лезть в Привязанный дом подсматривать за сотрудником СХК(а все они вчера видели, на что способна эта контора), сейчас она была совсем в другом настроении. Главная, казалось бы, угроза миновала, а заглянуть внутрь этого загадочного неприступного здания ей всё же хотелось. От него веяло чем-то таким по-другому волшебным. Какой-то мистикой и тайной.

Внутри лифтёрной ожидаемо не осталось никаких улик, даже снаружи под окном не было ни следов, ни примятой травы. Видимо, Григорий исчез так же, как и появился, скастанул портал прямо в воздухе или что-то типа того. Оборотень с досадой смотрел на пустую стену и чесал затылок.

- Остой, нихрена не оставил, - проворчал он, - А что за корешки ему дали, кто знает?

- Это волшебный папоротник.

- Да ну?! - Сашка среагировал неожиданно бурно, - Точно? Его ж запрещено законом рвать!

- Точно, мы видели, как он растёт.

- Да-а… - протянул тот, - Может, я, конечно, не знаю чего… Надо будет у Ирины Михайловны узнать, уточнить…

Застряв в своих мыслях, он даже не заметил, как его невольно увлекли за собой на осмотр дома остальные. Стройку здесь явно не сворачивали намеренно, а прикрыли будто бы просто в один момент. Брошенные стройматериалы валялись вперемешку с касками и рабочими жилетами, которые в основном были изрядно погрызены и порваны. В одной каске даже обнаружилось птичье гнездо. На лестничной клетке между вторым и третьим этажом не дошпатлевали стену: работу бросили на пол пути, и под пыльной стремянкой уже потрескалась давно растёкшаяся из упавшего ведра шпатлёвка.Где-то попадались разбегающиеся мырлы, то в виде гремящей консервной банки, то в облике скрежущего об пол штопора, то вообще в виде кошки размером с крысу.

Но всё это ерунда по сравнению с тем, что оказалось внутри квартир. Зайти туда можно было совершенно спокойно, ведь во всём доме не успели поставить ни одну дверь, кроме подъездной. За окнами они видели совершенно не то, что там должно было быть. Виды были где-то на грани сюрреализма. В одном окне сверкало солнечными бликами бескрайнее море, над которым парили циллиндрические дома. Прямо перед окном проходили толстенные провода, на которых сидели рабочие и преспокойно себе обедали заварной лапшой из тормозочков. На вошедших и переговаривающихся людей они не обращали абсолютно никакого внимания, будто и не видели их вовсе. За другим окном оказалась знакомая набережная Санкт-Петербурга, над которой плавали в воздухе рыбы. Гуляющие по мостовой горожане то и дело подходили к Неве и черпали из неё воду, пополняя заплечные резервуары-рюкзаки, откуда она потом перегонялась в куполы на их головах. Под водой на удивление даже можно было проследить движение метрополитена и то, как из вагонов выходили люди, выплывая на поверхность реки и взбираясь по уходящим в воду ступеням. Ужасного хтонического ужаса нагнетали окна, за которыми стояла кромешная холодная тьма. В некоторых таких можно было наблюдать золотые и синие вспышки, россыпи звёзд и спирали галактик. А в одном окне ребята увиделинечто. Если бы они решились рассказать об увиденном Кристине, вот это они бы даже не знали, как описать. Всё, что им запомнилось, это что гигантское создание состояло из какой-то разноцветной радужной субстанции, плывущей по черноте среди звёзд. Нельзя сказать конкретно, где у него были глаза, но существо явно на них посмотрело. От этого стало невыносимо страшно и даже начало подташнивать, поэтому, несмотря на гипнотизирующий неподдающийся описанию кошмар, задерживаться они там не стали. В следующей квартире картина им открылась более мирная: в окно заглядывал светофор и постоянно мигал знаком «стоп». Примечательно, что было это этаже эдак на пятом, на высоте которого светофоры так-то не водятся. Серёга было попытался успокоить светофор, сказав ему, что они сейчас пойдут дальше, но на любые слова, связанные со словом «идти», тот включал иконку идущего зелёного человечка и оживлённо начинал поворачивать свою «голову» и ломано извиваться в трубе. В одном окошке они к своему облегчению увидели просто окломенский пейзаж. Чувство это длилось недолго: мимо пролетели люди на птеродактилях.

Ни к одному окну нельзя было подойти близко — у каждого стояли невидимые барьеры на расстоянии метра, который не могли пересечь ни предметы, ни люди. Некоторые квартиры, кстати, искажением вида из окна не страдали. Зато лампочки в них загорались и гасли сами собой.

- Барьеры здесь СХК поставили, чтобы точно не влезли, - сглотнув, проговорил Сашка, когда Серёга в очередной раз попытался бросить камень. Камни замирали ровно в одном и том же месте и плавно опускались вниз, - Давайте уже пойдём, мы целых шесть этажей прошли, и чем выше, тем стремнее.

- Ладно, ещё чуть-чуть и назад, - заверили его остальные.

- Если что случится, меня уволят, - буркнул тот, - Давайте не долго.

Чем выше они поднимались, тем чаще встречали мырл. Бойко юркнул под ногами обмотанный проводом венчик от миксера, и Ира, не успев увернуться, случайно наступила на кончик провода. Раздался противный визг, мырла выдернула свой, предположительно, хвост и больно ударила по лодыжке вилкой провода, прежде чем убежать. По углам шарахались мини-телевизоры, крупные изогнутые ложки, клубки из проволоки и запчастей. Из тёмных комнат выбегали камеры видеонаблюдения, прыгая на ножке-подставке, и уползали зарядные устройства. Громко хлопали чехлами, как крыльями, слипшиеся вдвое телефоны и планшеты. Создавалось ощущение, что большинство этих созданий бежит от них вверх, а не вниз. Ближе к самому верхнему этажу стал различим многоголосый писк и скрежет, будто бы огромная стая летучих мышей собралась в своём логове после охоты. Где-то позади этой какофонии едва-едва был слышен методичный металлический скрип, будто бы качался от ветра ржавый подъёмный кран.

Повернув на одном из лестничных пролётов, ребята увидели сидящего на верхней ступеньке воробья. Стоило им продолжить двигаться наверх, воробей вытащил из-под крыла маленькую человеческую ручку, держащую пистолет. Сашка оскалился и низко зарычал. Мырла тотчас растворилась в воздухе, взметнувшись комком перьев вверх. Ещё бы, от вида его клыков даже москвичам не по себе стало.

- Мырлы копируют не очень умно, конечно, но конкретно вот эта сто проц наверху что-то охраняет, - сказал он, пытаясь заглянуть наверх, перегнувшись через перила, - Пойдём отсюда. Здесь очень сильно пахнет этими тварями, у них тут явно гнездо.

- Ого, целое гнездо мырл, - воодушевился Костя. Местная окломенская живность крайне заинтересовала парня, и он не хотел упускать возможность на неё, как минимум, посмотреть, - Я бы заглянул.

- Вы как хотите, а я, пожалуй, пойду, - развернулась Ира. Чутьё подсказывало ей, что ничего хорошего логово диких тварей и странный скрип наверху не сулит. Да и Кристина что-то застряла в ветклинике, - Догоняйте, если что, я за сестрой.

Девушка как можно быстрее стала спускаться вниз, минуя этажи один за другим. Пусть парни лезут, куда хотят, а она послушается слов сотрудника полиции и скроется как можно скорее из опасной зоны. Серёгу и Костю если что оборотень явно сможет защитить. Они правда и без того высоко залезли, и, возможно, до сих пор обошлось без происшествий по чистой случайности. Не стоит пренебрегать щедростью судьбы. Особенно, когда она явно посылает знак в виде воробья со стволом.

-Блин, да, интересно, - двинулся за Костей Серёга. Чувство самосохранения явно не их конёк, - Если они копируют предметы, то состоит ли их гнездо из таких же предметов?

- Не надо туда лезть! - нервно окрикнул их Сашка, - Я не знаю, как ведут себя мырлы в стае! А если они нас сожрут? А если они сожрут вас, а меня нет, и потом мне за вас всю жизнь сидеть?! Пошли назад!

Но было поздно. Кажется, не столько сыграло роль высовывание парней из-за перил, сколько их общий шум. На самом верхнем этаже к большой бесформенной куче стекались мырлы. Куча двигалась волнообразными движениями и будто бы дышала. Где-то в центре вздымалось подобие боков, а по краям от потока мырл формировались лапы в количестве восьми или десяти. Мырлы толпой бегут к непонятному нечто и прыгают прямо в гущу того, что там накидано: коробок, велосипедных цепей, батарей, проводов, бутылок и прочей мешанины. Где-то вдалеке виден был ковш от экскаватора и прикреплённые к нему автомобильные фары. Куча зашевелилась сильнее, и экскаваторный ковш на шее из толстенных труб и проволоки и свисающими с него загоревшимися разными цветами фарами повернулся и посмотрел прямо на парней, с омерзительным лязгом роняя нижнюю часть ковша. Последние мырлы запрыгнули на спину чудовища, и куча встала с пола на своих странных, сделанных из груды различного мусора, металла и электроники лапах. Провода на его теле зашевелились, будто змеи, и обратили искрящиеся кончики в сторону незваных гостей.

Гнездо они разглядеть не успели: Сашка схватил их за шкирку и толкнул вниз по лестнице с криком «А ну побежали!». Огромная составная мырла ринулась вслед за ними, громыхая металлоломом и звонко ударяя хвостом с наконечником из лопаты по ступеням. Неизвестно, что она собиралась с ними сделать, но явно не покатать на себе. Ира к этому моменту уже успела выйти из дома, а вот парням пришлось со всех ног убегать от груды живого мусора, с каждым пролётом настигающего их всё сильнее. В какой-то момент Сашке даже пришлось превратиться, чтобы схватить в зубы два источника своих проблем и ускорить движение их группы засчёт мощных звериных прыжков. Но и мырла ускорилась и где-то этаже на третьем догнала их и обвила лапой-проводами оборотня за заднюю ногу, заставив растянуться во всю длину на бетонном полу и выронить свою ношу.

- Уходите! - прорычал им Сашка. Сквозь волчью челюсть слова проходили плохо, но понять, что он имел в виду, было нетрудно. Он развернулся к мырле и вцепился ей в шею зубами, пытаясь опрокинуть вниз.

- Ну уж нет! - схватил кем-то брошенный тут баллон с краской Костя и направил его в сторону мырлы, потянувшей к ним лапы, - Серёга, жги!

Серёга ловко подставил под струю воздуха зажигалку, но лапы чудища ловко увернулись от струи огня. Сашку в это время полностью обмотали проводами и запихнули в два соединённых, как пасть, ковша эскаватора. От этого друзья на секунду потеряли самообладание и тоже оказались в лапах мырлы. Торчащие провода ударили по ним лёгким разрядом тока, а затем запихнули в тот же ковш, откуда попытался было выпрыгнуть наружу оборотень, но не смог найти, куда, потому что весь проход был закрыт ими. Оказавшись внутри ковшей, они почувствовали, как движение чудовища продолжилось куда-то вниз.

- Она нас куда-то несёт, - смекнул Костя, - Давай ещё раз!

Пока Сашка пытался разжать челюсти грубой силой, они ещё раз пальнули огнём прямо в стык ковшей, туда, где по идее должна быть глотка. Сработало: челюсти тут же разжались, и добыча кубарем выкатилась на лестницу. Составная огромная мырла неистово махала головой во все стороны, пытаясь остудиться, от неё стали отваливаться части и расползаться по сторонам. Что было с ней дальше они не увидели — вновь ставший человеком Сашка с силой вытолкал парней прочь из Привязанного дома. Там они ломанулись к ближайшей дыре в заборе сквозь ужасно жгучую крапиву, которую в тот момент даже не ощущали, и вылезли наружу, подталкиваемые разъярённым полицейским.

Жуткое разваливающееся на ходу чудовище вылезло из окна первого этажа и поползло вверх по фасаду здания, растянувшись почти на два этажа. Отбегая на другую сторону улицы, парни увидели, как у них на глазах мырла, проводив их взглядом неровно мигающих фар, залезла прямо в одно из тех паранормальных окон и скрылась из виду.

-Знаете что, - хрипло проговорил Сашка, уперев руки в колени и пытаясь отдышаться, - Гулять я с вами больше никуда не пойду. Только с Кристиной. В следующий раз я вас просто арестую.

- Ладно тебе, извини, зато смотри, важные улики обнаружили, - неловко попытался сгладить ситуацию Костя и хотел было поддерживающе похлопать ППСника по плечу, но замер: у того на спине была порвана рубашка, и сквозь длинные дыры текла кровь.

- А вообще, может, наоборот, хорошо, что мы туда влезли и обнаружили мырлу, - тоже решил разрядить обстановку Серёга, хоть и понимал, что на самом деле они сплоховали, - Вдруг она однажды вылезет, а так ты сможешь сообщить куда надо, чтобы с ней разобрались.

- Я уже не уверен, что это мырла вообще, - стал отряхиваться тот, - Мырлы током биться не должны. Если только она эволюционировала.

- Ого, у тебя кровь, - только сейчас заметил Серёга, - Пошли мы тебя обработаем.

- Вы меня уже обработали так, что я вас за собой потащил ещё и на дальнейшую вылазку согласился, - огрызнулся Сашка, - Тьфу, моя любимая рубашка была…

- Давай новую купим, - предложил Костя, - а аптечка у меня с собой есть.

Глава 6. О минусах и плюсах отдыха на природе

Сашка достаточно долго ходил с мрачной и кислой миной по торговому центру и игнорировал косые взгляды кассиров на его разодранную спину, где сквозь окровавленные дыры в рубашке белел свеженамотанный бинт. Серёга и Костя изо всех сил уговаривали его выбрать хоть что-то, показывая то на одно, то на другое. Пришлось обойти добрую половину магазинов одежды, прежде чем взгляд побитого оборотня просветлел от внезапно пришедшей ему в голову идеи.

- Смотри, - вытащил рыжую в клетку рубашку Костя, - похожа на твою, может, её?

- Не, - отмахнулся Сашка, - А может вы могли бы мне, м-м-м, подсказать, какую бы рубашку выбрать, чтобы Кристине понравилось?

- Эм-м, - опешил Серёга. Да-а, вот это они вляпались. Просто купить рубашку это одно дело, а выбрать что-то по вкусу Кристины это уже нечто на три уровня выше по сложности. Парни переглянулись: они оба не чтобы хорошо были знакомы с сёстрами и вообще отчасти собрались в компанию просто из-за поездки на фестиваль.

- Ну, например, какой у неё цвет любимый?

- Она часто носит что-то яркое, я даже не знаю, поможет ли это тебе хоть чем-то, - развёл руками Костя.

- Ладно, - вздохнул Сашка, - давайте тогда просто купим что-то, что хорошо сидит. А ей вообще что нравится по жизни?

- Ну, она на биолога учится. Животных любит. Вот, - парни внезапно осознали, что они и правда знают катастрофически мало.

- Животных, да? - на этих словах оборотень самодовольно усмехнулся. Хоть по одному пункту он точно может быть уверен, что прошёл.

К тому моменту, как они наконец-то выбрали, что купят пострадавшему ппснику, время приблизилось к семи, как раз к тому часу, когда их просила вернутся хозяйка дома. У входа в торговый центр их уже ждали девушки, вернувшиеся из ветеринарной клиники. Надо сказать, увиденное их сильно удивило: парни вышли какие-то помятые, еле плетущиеся, а Сашка был так и вовсе выглядел так, будто не спал дня два. К тому же, оборотень почему-то был в другой рубашке и с пакетом из магазина, сквозь который просвечивало что-то грязное.

- А мы думали, вы поесть зашли, - пробормотала Кристина, - Что-то случилось? Вы в Привязанном доме куда-то угодили?

- Нет, - соврал Сашка. Сил жаловаться у него не было от слова совсем, да и характер не позволял. Но правый глаз всё равно предательски дёргался, - Я рубашку порвал.

- Как?!

- Упал, - односложно ответил тот. Хождение по магазинам окончательно вымотало и без того намучавшегося парня, - Оступился.

- О… - со странной смесью сочувствия и недопонимания отреагировала Кристина. Ощущение такое, будто ей что-то не договаривают. И остальные молчат, как партизаны, - Кстати, красивая рубашка.

- Да? Спасибо, - взгляд у ппсника от комплимента немного прояснился.

- Нам пора к бабе Зине идти, - напомнила Ира. Она, в отличие от сестры, точно знала, что это не «будто», это им правда рассказывают не всё. Ира видела в привязанном доме гораздо больше и теперь понимала, что, кажется, вовремя прислушалась к чувству самосохранения и свинтила. Ну ничего, она потом спросит, что там всё-таки было. Не зря их друзья стоят молча и никак не поддерживают его версию событий: было видно, что парни видят осуждение в её взгляде и понимают, что она догадывается, что примерно произошло, после того, как она ушла, - Мы можем на автобус опоздать.

- Извините, я вас не смогу сегодня проводить, - заставил себя выдавить побольше слов Сашка, - Я очень устал. Следующие два дня у меня работа и гулять я не смогу. Мне надо восстановиться после травмы.

- Жаль, - вздохнула Кристина, - Может, тебя самого проводить?

- Не надо. Мне тут близко.

- Ну ладно. Буду скучать! - с этими словами Кристина обняла оборотня на прощание. Было видно, как он поморщился от боли, но вместе с этим начал густо краснеть.

- Я тебе ещё напишу сегодня. Пока!

Сашка медленно поплёлся вдоль по центральной улице, устало пиная коленом новый пакет. Слегка встревоженно проводив его взглядом, ребята поспешили к дому бабы Зины. Солнце, как и всегда в июне, задерживалось до позднего вечера, но уже не пекло так сильно, как днём. Поливали невиданные растения бабули в палисадниках у подъездов, а над крышами домов мелькали разные летающие вещи, верхом на которых возращались домой с работы жители Окломны. Идиллия, если не думать о том, что на окраине города стоит паранормальный Привязанный дом с гнездовьем мырл.

- А кстати, - вспомнил Серёга, - Что в итоге с той мырлой?

- Я уговорила её их взять, - ответила Кристина, - Они вообще не в восторге были, что я им её принесла. Похоже, даже местные ветеринары не особо знают анатомию этих существ. Я бы, конечно, предложила бы им свою помощь, чтобы посмотреть и записать, но зверюшку мне жаль сильнее, чем упущенную возможность посмотреть, что внутри у прозрачной шестиногой крысы. Мне пообещали, что она поправится.

- Живучие, небось, как настоящие крысы, - кивнула Ира, - Не беспокойся, наверняка ей надо просто отлежаться под капельницей.

Внезапно из-за поворота выбегает собачья стая. Это явно были сегодняшние беглецы из ветеринарии — все выглядели не сильно здоровыми, кто с торчащим катетером, кто с конусом на шее, кто забинтованный. Убегали они изо всех сил, которых у них, судя по высунутым языкам, осталось не очень много. По их следу всё так же летел истошно лающий, как чихуахуа, ноутбук, а за ним бежал сотрудник полиции. Не выдержав, стая собак вдруг разделилась с жалобным воем, и полицейский, схватившись за голову, завыл уже сам. Мгновенно обратившись в здорового рыжего волка, он в два прыжка нагнал ноутбук и с громким треском сломал его в пасти. Лай перешёл в истерический визг, и ноутбук почти мгновенно погас. Перехватив его поудобнее, оборотень бегом отправился по следам убежавших собак.

- Может прозвучать очевидно, но тут, конечно, черт-и что творится, - пробормотала Ира, глядя на то, как местные жители выказали этому не более чем праздный интерес: проследили за движением участников погони и продолжили заниматься своими делами, обсуждая увиденное так, словно это всего лишь очередная кошачья драка.

- Интересно, как он их ловить собирается? - задумалась Кристина, - Попробует заставить их считать своим вожаком, как самая крупный в стае?

- Возможно… - пробормотала Ира. У полицейского с собой ничего не было, может, и вправду так? - Но ты лучше лишний раз такие идеи не высказывай вслух. Вдруг для них это прозвучит обидно.

Дома у бабы Зины атмосфера была какая-то невесёлая. Гостей встретила Спичка, а сама хозяйка дома сидела в кресле на кухне и понуро вязала носки. Рядом с ней всё так же стоял кактус: на вид он не изменился ни на каплю.

- Добрый вечер, - вяло поздоровалась Зинаида Прокофьевна. Спицы в её руках мелькали почти машинально, а взгляд был устремлён куда-то сквозь пряжи, - Спасибо, что вовремя пришли. Съездите, пожалуйста, к моей племяннице Агате в Воробьёвы Норы. Мне в поликлинике особое лекарство выписали, она согласилась мне его приготовить. Ей ваша помощь нужна, чтобы сделать его побыстрее.

- Съездим, конечно, - участливо отозвалась Ира. Старушке как будто и правда было совсем нехорошо, - Может, нам его оттуда вам отправить на мангале или, ну, на чём-нибудь ещё летающем? Чтоб быстрее было.

- Я подожду, дело не настолько срочное, - успокаивающе махнула рукой та, - Да и у Агаты дома не водится такого, как и у меня. Честно говоря, ведьма из меня так себе, высоты боюсь и не летаю вовсе, - в этих словах словно читался какой-то подтекст. Зинаида Прокофьевна говорила явно не только про боязнь высоты, но утешить её ребята никак не могли: слишком мало они были знакомы, чтобы их поддержка была уместной. Да и чтобы в принципе найти, что сказать. Баба Зина отложила вязанье и взяла с тумбочки узкий ящичек с замочками, - Вы только Агате передайте одну вещицу. Только ни в коем случае не переворачивайте, не открывайте и старайтесь не трясти.

Быстро покидав в рюкзаки все необходимые вещи, друзья выдвинулись на автобусную остановку. В этот раз про аптечку подумали все, памятуя недавние события. Долгий июньский вечер никак не хотел перетекать в ночь. Сразу видно — солнцестояние скоро. Маршрут автобуса на этот раз проходил по мосту через реку Купавку, где купались в волнах лучи солнца и играли с мячом русалки.

На первый взгляд деревня, как и город, выглядела абсолютно обычной. Старые и новые домики, огороды, клумбы, даже будка под магазин, закрытая только. Участок племянницы бабы Зины находился ближе к лесу, и вот он уже выглядел иначе, нежели остальные. Там, где заканчивалась дорожка, на отшибе деревни стоял старый деревянный дом, весь резной, и деревянные узоры на нём сплетались в сказочных зверей, крылатых змеев и птиц с человечьими головами, а порой встречались и символы, непонятные даже знатоку археологии Серёге. За небольшим деревянным забором не было ни клумб, ни садовых качелей, ничего такого, что бывает на большинстве дачных участков. Казалось даже, что дом будто специально стоит чуть поодаль от соседей, отделяемый дорожкой, которая уводила в лес. Несмотря на отсутствие культивированных сортов, участок пестрел лужайками полевых цветов. Лес заглядывал на территорию прямо через забор: огромные лапищи ели дотягивались до крыши дома и бросали на него густую тень. Была там и баня — к ней от дома тянулась верёвка со стираным бельём. За ней высоким букетом раскинулась ирга и узловато смотрел в окна дёрен.

На низенькой деревянной калитке спал ужик, обернувшись вокруг столба и положив голову поверх досок — издалека он выглядел, как верёвка для завязывания калитки. Распознав змею, компания инстинктивно замерла у входа. Уж, разбуженный новыми запахами, поднял голову и явно осмысленно осмотрел каждого из них, высовывая тоненький дрожащий язык. Спустив вниз одно из своих колец, он открыл защёлку калитки хвостом, сполз вниз и исчез где-то в траве. Ребята приняли этот знак за приглашение и осторожно вошли внутрь.

Из-за развешенного белья с тазиком в руке вышла босоногая девушка с длинной чёрной косой. Из тазика с бельём выглядывал тот самый ужик, и жёлтые пятна на его чешуе перекликались с ненормально яркими жёлтыми глазами ведьмы.

- Вечер добрый, - вежливо обратилась к ним, по-видимому, Агата, - Вы за зельем?

- Здравствуйте, - Ира протянула ей ящичек, - Да, мы к вам от Зинаиды Прокофьевны. Она вам просила это передать.

- Спасибо, - ведьма хоть и говорила спокойно, но во взгляде её читалось нетерпение: ящичек она вскрыла сразу же. Внутри оказалось свежесорванное растение с длинными узкими листьями и мелкими фиолетовыми цветочками с жёлтой сердцевиной. Уложено оно было максимально аккуратно, так, чтобы ни один листик не завернулся и не попадал на другой, - Пойдёмте, я вам всё расскажу.

Отставив корзинку, Агата провела их дальше во двор. За вереницей сухого белья оказалась лужайка с длинным рабочим столом с разными тонкими инструментами, баночками, колбочками, мешочками, кореньями, но самым примечательным там был огромный ворох крапивы, которая, кажется, переплетена между собой. На ступеньках террасы под свисающими с потолка сушащимися ягодами и грибами стояло блюдце молока, к которому юрко устремился ужик после того, как Агата выпустила его на перила, проходя мимо входа в дом. Заготовки, причём, с одной стороны террасы сушились точно съедобные, а вот с другой как будто не особо.

- Мне нужно будет, чтобы вы собрали на реке туман где-то в пять утра, самой мне до рассвета нужно будет в лес уйти одолень-траву собирать, - сказала Агата, максимально осторожно перенося растение из ящика на стол. Веточки у него уже начали увядать и, наверное, оттого оно могло легче порваться. Тут-то и стало заметно, как сильно покрыты волдырями покрасневшие от крапивы руки Агаты. А ещё заблестело в свете закатного солнца колечко в виде сплетающихся веток на правом безымянном пальце. Малюсенькие серебряные листочки на золотых веточках трепетали от ветра, как настоящие, - Тётя сказала, колдовать вы только учитесь, но не беспокойтесь, ничего сложного тут нет. Вот этот прибор возьмёте, он сам всё сделает. Язычок опустите, откроются окошки, и туман втянется. Как поток совсем слабый будет, поднимете обратно, и хватит.

Агата сняла с крючка на стене нечто, похожее на металлическую лампадку на цепочке. Решётка на ней от движения рычажка сдвигалась в стороны, открывая щели для начинавшего просачиваться туда воздуха. Продемонстрировав работу прибора, девушка нажала на лампадку сверху, и весь воздух вышёл через открывшееся на дне отверстие.

- А может, нам ночью туман собрать? - предложила Кристина, - Так быстрее будет.

- Нехорошо будет, если вы ночью какой-нибудь мимо проплывающей русалке веслом по голове ударите в темноте, - укоризненно посмотрела на неё Агата, - С утра видимость лучше будет. Я вам дам лодку, доплывёте на ней к середине реки, чтоб туман был погуще. Только дальше излучины реки не заплывайте, там омут, где брошенные лодки водятся.

- Брошенные лодки? - не понял Костя.

- Раньше здесь больше людей лодками пользовалось до того, как мост до деревни построили и автобус пустили. Многие из лодок в итоге без хозяев остались, сами знаете, сейчас мало кто лодками увлекается. Те из них, что в тот омут попали, ожили и стали хозяев искать, чтобы отомстить за то, что их бросили гнить в реке. Интеллекта у них, правда, немного, и хозяев им напоминают вообще все люди. Видно, в омуте том что-то с ними делается, непростой, поди.

- И чего от них тогда не избавятся никак? - поёжилась Ира.

- Почему, избавляются потихоньку, если они со своей территории выходят. В общем-то, сами они оттуда никогда не выплывают, так что и опасности особой нет. Всё равно там уже нет никаких населённых пунктов. Кто-то говорит, что их вообще занесли в список для исследования волшебных существ. В конце концов, не думаю, что их сильно много осталось, прячутся по кустам, отстатки прошлого. Так вот, моя лодка голубая, она на причале одна такая, не перепутаете. Держите ключи. Пойдёмте, я вам покажу спальные места. Ах да, не ходите сегодня дальше этого стола после заката, ко мне придёт много змей в гости в конце участка, можете случайно наступить.

Агата проводила их в баню. Баня у неё была добротная, из сруба, с резным крыльцом. Пока ребята раскладывали вещи в гостевой комнатке, Агата куда-то отошла, и спустя несколько минут в комнату скрипуче прошли две раскладушки и сложились у стенки.

- У соседей одолжила, - появилась в дверях за ними Агата, - Теперь все разместитесь. Если будут брыкаться или скрипеть слишком много, покажите им пальцем на печку, они всё поймут. Хотите, попарьтесь, в парной много разных веников, можно здоровье поправить или нервы успокоить. Только если пользоваться будете, нужно говорить: «Пар да травы, жар да ветви, хворь да гнев изгоните, силы любовь возвратите», иначе не сработает и будут обычные веники. Все запомнили? Ну, я пошла.

Ира по-быстрому записала себе заклинание (а чем ещё это может быть?) и предложила Кристине поспать на раскладушках на улице, как в детстве в деревне у прабабушки. Агата ушла, и за тюлем банного окошка было видно, как она вернулась к столу и стала вплетать гостинец от бабы Зины в сеть из крапивы. Сёстры вынесли раскладушки и оставили их на траве у бани, где те развернулись и, поняв, что на них пока никто не собирается ложится, стали «пастись» рядом с баней, скрипуче топая и наклоняясь к цветам, будто обнюхивая их. Почувствовав, как их гладит Кристина, раскладушки с радостью стали ластится к коленям, как домашние кошки.

- Пойдёшь в баню? - спросила у неё Ира, - Я думаю, нам не лишним будет веники для нервов использовать.

Несмотря на змей, густой чернеющий в наступающих сумерках лес за участком Агаты, да и саму хозяйку дома с звериными жёлтыми глазами, окружающий мир им напоминал сейчас о детстве. Старые деревенские постройки пахли деревом, а трава приятно щекотала щиколотки. Даже комары были редкие, будто спадали к ночи. И баня была так похожа на ту, что была у них на участке. Так что Кристина согласилась, не думая.

Заваривая на ужин кашу быстрого приготовления из пакетика, Ира, подумав, заварила ещё один и отнесла миску с кашей в парную, пока натапливалась баня. Бабушка всё время раньше ругала прабабушку за такое расточительство, но та всегда откладывала еды в отдельную тарелку и оставляла как подношение домовым и банникам. Ира всегда была уверена в том, что еду просто съедали мыши, как ей все вокруг и говорили. Теперь она уже так не думала и была более чем уверена, что уж в таком-то доме подобные духи водятся. Даже если нет, Агата всё равно не узнает о её ошибке – Ира просто своевременно всё выкинет.

В парной действительно было очень много самых разных веников, и среди классических берёзовых встречались там и те, где ветки косичками переплетались с различными травами. В кадках уже была замочена крапива, а печь вовсю дышала жаром на вошедших туда сестёр. Миски с кашей к их приходу уже не было. Не успела Ира обратить на это достаточно внимания, откуда-то послышался шепелявый голосок.

- Вот фтот веник бери. С ромафками и васильками. И дуфе легче будет, и коже. Фу ты, и откуда только такие пыльные прифли?

- Из города… - оцепенело пробормотала себе под нос Ира, пока Кристина разбавляла кипяток водой из рукомойника. Судя по отсутствию реакции, сестра ничего не услышала.

- Гадофть город энтот ваш, - скрипуче фыркнул голос, - Только кроме пыли, много груза на себе тащите. Нате вам из закромоф, выбрал покрафе. И на сестру не забудь!

Голос замолк, и рядом с Ирой шлёпнулись на полку два пышных веника со зверобоем, рябиной и ещё какой-то чудной неведомой лозой, опутывающих ветви, как вьюнок. Пробормотав слова благодарности, Ира оглянулась по сторонам. Никого видно не было.

Веники оказались шикарными, душистыми, посещение бани действительно смыло все тревоги и усталость. Ира точь-в-точь повторяла заученные слова от Агаты, чтобы подарок от банника (а это несомненно был он) точно зря не пропал. То ли волшебство сработало, то ли тишина деревни и свежий воздух, на душе у них стало совсем хорошо и спокойно.

Как только девушки переоделись и собрались было уходить и пропускать в парную остальных, из темноты лавки на дощатый пол вышла какая-то куча дубовых листьев с торчащими ветками. Кристина, вздрогнув, с ногами забралась на лавку. Живой банный веник на тонких обгорелых ножках-палочках нёс им в точно таких же руках пустую и уже помытую миску из-под каши.

- Ой, спасибо вам за угофенье, - прошепелявил веник откуда-то из-под смешного носа-сучка, торчащего сквозь листья. Ни глаз, ни рта видно не было, но дух явно всё видел и слышал независимо от того, есть они у него на самом деле или нет, - Агатка таким не балует. Кафы с детства не ефт.

И ушёл, вновь исчезнув под лавкой.

- Это чего?.. – прошептала Кристина.

- Банник, - вздохнула Ира, держа в руках миску, - Помнишь, в деревне миски в углах всегда пустели к утру?

- Так мыши же… Нет?

- Как видишь.

А вот Серёга и Костя слова не записали и, соответственно, запомнили плоховато. Пользовался ими, правда, в основном Серёга. Не особо хотел, но Ира уговорила, да и вид у девушек был очень резко посвежевший после бани. Честно говоря, после бегства из Привязанного дома хотелось просто погреться и помыться – сил и желания на всякие дополнительные приблуды не было уже совсем.

- Так, как там было-то… - нахмурился, пытаясь вспомнить, он, - Пар да жар придите, ветки травы… э-э-э…

- Пар да травы, жар да фетви, хворь да гнев изгоните, силы любофь возвратите, - проворчал кто-то у него над ухом, - А ну пофтори.

- Кто здесь?! – обернулся Серёга.

- Я, - застыл с кадкой крапивы Костя, - Прямо за тобой же зашёл. Паранойя после той мырлы, понимаю. Мне тоже уже в темноте мерещится всякое.

- Энтого сам лучше похлещи, он вообще ничего не запомнил, наговорит ещё ерунды фсякой, - продолжил говорить голос, - То не мерещится, то сажик побежал остатки кафы есть. Чего молчишь, пофторяй, говорю!

Пришлось Серёге брать на себя работу по заговору веников под комментарии непонятного существа, постоянно подсказывающего то где похлестать, то какой веник взять. Хорошо хоть, слышно его было только во время этой процедуры. Радоваться, однако, было рано – в предбаннике повторилась сцена появления банника: в этот раз он уже ждал их там, болтая ногами-палочками на лавке. Девушек, видимо, решил не смущать и не выходил к ним, пока не оденутся.

- Фенички, пожалуфта, - требовательно протянул к ним тоненькую чёрную ручку тот. Только сейчас парни заметили, что случайно вышли из парной вместе с вениками.

После мега-мырлы, пожалуй, живая куча листьев уже выглядела даже как-то по-своему мило, но ребята всё равно с некой опаской протянули ему свои веники, которые моментально исчезали, едва коснувшись ладони из трёх расходящихся сучков, заменяющих пальцы. После этого веники сами собой складывались в связку за спиной у банника: забрав все, он спрыгнул с лавки и бодро потопал в парную. Дверь за ним со скрипом захлопнулась.

- Вы его тоже видели? – спросили парни, вернувшись в гостевую комнату.

- Ага, - спокойно ответила Ира, отпивая свежезаваренный чай, - Это банник. Как домовой, но в бане. Чай горячий, садитесь пить. Я тут конфеты завалявшиеся нашла.

- Понятно…

Чаепитие получилось достаточно скудным, потому что, собираясь впопыхах, еды они с собой не прихватили. Но даже с угощением из смятых протеиновых батончиков и старых леденцов выпить горячего чаю после бани все были готовы за милую душу. Накопленная за день моральная и физическая усталость действительно смылась паром и запахами трав, оставив после себя приятное расслабление и ощущение свежести тела и мыслей. Друзья лениво попивали чай и поглядывали, как роятся насекомые в свете лампы при входе в баню, видимой из окна. В доме Агаты свет тоже горел только в фонаре при входе: видимо, сама ведьма всё ещё работала за верстаком во дворе.

- А мофно и мне конфетку? - с пустого края стола вдруг показалась маленькая чёрная ручка-веточка и легонько похлопала по белой кружевной скатерти. Банник, как и раньше, появился из ниоткуда абсолютно беззвучно.

- Можно, конечно, - ответила Ира. Все остальные всё ещё прибывали в неком смятении от соседства с духом, - Присаживайтесь к нам.

- Ой, спасибо, люди добрые, - живой веничек, наконец, показался из-за стола и направился к дивану, где ему освободили место парни, неловко сдвинувшись в сторону. Запрыгнув на высокие подушки, он довольно принял чашку рябинового чая с конфетами и принялся шумно сёрпать из блюдечка, смешно болтая тонкими ножками, - Ой, хорофо! А вы к Агатке чего приехали? Дело какое?

- Зинаида Прокофьевна плохо себя чувствует, - ответила Кристина, посчитав, что банник знает, как зовут тётю Агаты, - Мы за лекарством приехали. Ну и передать растение какое-то.

- И, кажется, это из-за кактуса, - задумчиво проговорила Ира, вспомнив, как женщина прятала его в своей сумочке.

- Кактус? – искренне удивился банник, одним махом заглотнув конфету. Никто, к слову, не увидел, каким образом исчез батончик в этом существе, - Фто за кактус такой, раз аж к Агатке прифлось обращаться?

- Да обычный, вроде, кактус… - пробормотал Костя и задумался, - С цветком даже. Странно вообще правда. На вид кактус как кактус.

- Ну, было дело, от какого-то лекарства на нём пятна розовые появились, - припомнил Серёга, - Но потом пропали ведь. Видимо, непростой какой-то кактус, нам на самом деле не говорили про него ничего. А вы, может, знаете что-то про волшебные кактусы?

- Я – нет, - развёл руками банник, - Я и обыфные-то кактусы только у соседской банницы Ольхинки видел в хозяйском доме и то, из окна. Удивился тогда страфно, жуть же невыносимая. Ствол есть, листьев нет, одни иголки, никакой красоты. Ладно уж, чего только не завезут заморского. Дядь Миша там как поживает?

- Муж бабы Зины? – переспросила Ира, - Его дома нет. Кажется, к родственникам погостить уехал.

- А-а, - протянул банник и снова шумно отхлебнул чай, - У нас тут тоже сегодня ночью гости будут. Кто-то, кажись, ужой приполз.

- А скажите, ничего у вас тут странного в лесу не происходит? – спросила Кристина, выглядывая в окно. В черноте травы мелькали, отражая чешуёй свет уличной лампы, ползущие в глубь участка змеи.

- Пофём мне знать, - равнодушно пожал плечами банник, - Я в лес-то уйти не могу, привязан к своей бане. На полянку за забором выйти могу, да и всё.

- Может, птицы что говорят? – предприняла ещё одну попытку разузнать, есть ли в лесу следы болезни папоротника, Ира.

- Они со мной не разговаривают.

- Невоспитанные какие…

- Хе, - усмехнулся банник, - Да я в них тоже зерном плюю, когда они огород топфют.

Помочь в деле, порученным Лешим, дух, к сожалению, не смог, так как знал только деревенские сплетни от соседских банников. Слухи про то, как старый кузнец себе грелку перьями жар-птицы набил и чуть не ошпарился, конечно, сами по себе интересны, но на источник проблем никак не выводят. Зато банник от этих разговоров приободрился и решил поболтать с москвичами обо всём подряд. Порасспрашивал их о большом городе, о новшествах, потом пошёл по видимым вещам ребят, по-простецки тыкая в них обугленным чёрным пальцем и прося объяснить, что это. Даже забавно было давать ему рассматривать и трогать разные вещицы, но, видя простодушие духа, ребята решили, что зажигалку на пробу ему давать точно не стоит. Банник добрался даже до Костиных лат, которые тот на всякий случай взял с собой, и долго восторгался тонкостью работы, сказав, что в похожих веков эдак пять назад у них в краях богатырь был и на коте Баюне катался.

Так бы они и провели время до ночи, если бы телефоны Серёги и Кристины вдруг не прервали беседу и не увели их на улицу, подальше от лишних ушей. Позвонила Эви, поблагодарила за отправленную шоколадную птичку и рассказала, что бедняге пришлось постараться, чтобы догнать её мотоцикл в воздухе. Сашка, видимо, тоже оклемался и стал переписываться с Кристиной, стараясь избегать тем про колонну и Привязанный дом. Банник, почувствовав, что в комнатке притихло, тоже постепенно ретировался из поля зрения куда-то по своим делам.

- И всё-таки, - поняв, что никто не помешает допросу, с нажимом спросила у оставшегося в бани Кости Ира. Кристина, как самая впечатлительная, устроила бы разнос и не дала бы спокойно спать, если бы услышала в рассказе что-то из ряда вон выходящее: Ира была уверена, что сестра может и бошки свернуть, если вдруг выяснилось бы, что её воздыхателя покалечили эти двое. Серёга же ей казался более напористым, чем Костя, будь он тут, скорее всего бы точно взял разговор в свои руки и не дал бы ничего расспросить у своего друга, - Что там такого было, на верхних этажах?

- Э-э… - Костя замялся. Да уж, из них двоих только Серёга мастак выкручиваться из ситуаций. Ему-то раз плюнуть, писатель, как никак, может что-то придумать.

- Я бы просто ещё раз залезла туда. Интересно жутко, - Ира говорила правду, заглянуть в настолько сильно наполненное магией место ей на самом деле хотелось. Все эти окна в другие миры, неизвестные люди и прочие существа – круто было бы рассмотреть их всех.

- Ну, мырла там была здоровая, - нехотя и осторожно начал рассказывать Костя. Врать он не умел, поэтому в таких случаях предпочитал просто недоговаривать, - Как будто конструктор из груды мырл. С пастью из экскаваторного ковша. Мы от неё убежать успели. Наверное, гнездо охраняла.

- О, - удивилась Ира, вскинув брови, - Понятно. Надо про мырл почитать, может найдём, как их отпугивать, и тогда можно будет снова попробовать туда пробраться. Подготовиться просто получше ну и на верхние этажи не лазить.

- Если бы ты видела эту мырлу, у тебя бы столько энтузиазма не было, - поёжился Костя, - Хотя, согласен, посмотреть ещё раз будет интересно.

- Хм… Может, нам стоит написать нашей новой знакомой журналистке, наверняка она может знать больше про этот дом, - Ира крепко задумалась и вдруг вспомнила, - Точно! Забыли упражнения с родниковой водой поделать. Надо звать остальных, а то они заболтались уже.

Затащив разошедшихся по разным углам бани товарищей обратно в дом, Ира сагитировала всех перед сном обязательно заняться тренировкой по улучшению чувствительности к волшебству. Посидев перед банными кадками с разной водой, ребята уморились окончательно и вскоре начали откровенно зевать. Решено было пойти на боковую и отоспаться как следует перед ранним подъёмом.

На крыльце деревенского дома сидела Агата, держа в руках низкий тазик с молоком, из которого пили штук семь змей сразу. Ведьма, казалось, при этом что-то наговаривает им вполголоса.

- Здрасте, - на всякий случай обратилась к проползающему мимо ужу Кристина, выйдя на улицу с рулоном матраса и комплектом постельного белья. Змея мимоходом кивнула ей в ответ и прошипела что-то на своём языке. Останавливаться она не стала, видимо, была последней опаздывающей на встречу.

- Хорошо, что они все туда ползут, а не к нам, - проговорила Ира, - Но вообще всё равно здорово будет поспать вот так вот на раскладушках, как в детстве. Давай сфоткаем их родителям отправим, только змей фоткать не будем, чтобы их не тревожить.

- Родителей или змей? – пошутил Костя, придерживающий девушкам дверь, чтобы удобнее было выносить объёмные матрасы.

- Обоих! – засмеялась Кристина.

На улице было свежо ровно настолько, чтобы с удовольствием забраться под мягкое одеяло на ходячие раскладушки. Заставить их прекратить разгуливать по лужайке с ужасным скрипом оказалось просто: стоило только почесать, как домашнее животное, где-то снизу матраса. Расположиться сёстры решили за углом бани, там, где свет лампы не мешал наблюдать за ярким звёздным небом. Мошкара куда-то пропала, остались только стрекочущие по кустам кузнечики и ухающие где-то вдалеке совы.

Ира проснулась среди ночи, сама не понимая, от чего. То ли сосна у дома скрипнула слишком громко (а может, это скрипнула раскладушка, увидев что-то во сне, если они им вообще снятся), то ли на голову насекомое какое-то село. Ощущения были какие-то странные. Лёгкая тревога давила на грудь, хотя, казалось бы, вокруг всё осталось таким же: сопела Кристина, свесив одну ногу на траву, ясное небо смотрело сверху сдвинувшимися звёздами, и мягко освещала из-за деревьев лужайку близившаяся к идеальному кругу луна. Ира села и потёрла руками глаза, стараясь прогнать наваждение.

Внезапно с дальнего края участка противно и громко заскрипели деревья и затрещали ломающиеся сучья. Ира моментально убрала руки от лица и, вздрогнув, обернулась. Поняв, что, по крайней мере, на их половине участка ничего опасного нет, она выскользнула из-под одеяла и, пробравшись к стене бани, осторожно выглянула из-за угла.

Хлипкая калитка, уводящая в лес, медленно открывалась сама по себе. За ней дрожали огромные еловые лапы, и гнулись к земле тонкие ветви рябины. Со стороны дома к калитке спешила Агата, накинув на плечи расписную шаль, следом старались поспеть змеи, кое-как сжимая в хвостах горящие свечи. В руках Агата несла длинную сеть из крапивы, переплетённой с другими травами. Не успела ведьма дойти до калитки, из темноты леса вылезла фигура огромного чудища с лохматой шерстью, массивной шеей и длинными конечностями и на четвереньках двинулась в сторону калитки. В проход оно, конечно же, не помещалось совершенно, поэтому вернее будет сказать, что чудовище скорее аккуратно перелезло забор в области входа, чем по-человечески зашло через дверь.

Агата, на удивление, отреагировала на монстра совсем не так, как казалось нужным: она раскинула руки в стороны перед ним, абсолютно безоружная. Едва поспевавшие за ней змейки образовали вокруг неё кольцо, и очертания страшного зверя стали яснее в дрожащей свете свечей. Пламя осветило блестящие огромные глаза на плоской морде с совиным клювом, передние, непропорционально длинные лапы стали напоминать ужасно деформированные человеческие руки, покрытые не то шерстью, не то перьями. Длинным тощим хвостом с кисточкой монстра окольцевало Агату и потянуло к себе.

У Иры сердце в пятки ушло. Она уже хотела было будить сестру и бежать, но крик вовремя застрял в горле.

Картина выглядела так, будто создание Агату сейчас сожрёт. И, когда, казалось бы, должно было случиться непоправимое, Агата просто упала на груду меха неведомого зверя, обнимая его и зарываясь лицом в этот мех. Зверь уронил огромную голову ей на плечо, придерживая девушку хвостом, чтобы та не упала от тяжести его туши.

Агата, замахнувшись, накинула на чудище сеть из крапивы и вдруг замерла, поведя головой в сторону бани. Ира вздрогнула, почуяв неладное, и стремительно спряталась обратно за дом. Рядом с ней каким-то образом оказался банник, в точно такой же позе прижимаясь к бревенчатой стене.

- Во дела! – прошептал он, - Фють не заметили нас!..

Судя по отблескам на траве, пламя в конце участка стало ярче. Ира боялась как выглядывать вновь, так и идти обратно к своей раскладушке. Благо, та хоть не скрипела и не выдавала её отсутствия на спальном месте. Да и посмотреть ещё раз хотелось. Как минимум, чтобы знать, что им ничего не угрожает.

Выждав, пока свет погаснет, девушка снова рискнула подсмотреть. Во дворе уже никого не было. Ни змей, ни монстра, ни Агаты. Единственное, что Ира успела увидеть, это как гаснет свет в окне, где за занавесками темнели силуэты двух человек.

- Банник! – взволнованно прошептала Ира, - Это что такое было?

- Верно, жених Агаткин вернулся, - ответил банник и развёл маленькими ручонками, - Мне так кажется. Она мне почти ничего не рассказывает!

- Почему? – непонимающе нахмурилась Ира, - Вы не дружите?

- Да нет, ладим, порою, видимо, боится, что дела я её по соседним баням растреплю, - пробурчал банник, - Не любит с соседями делиться. Ну, пошёл я. Спокойной ночи.

Не успела Ира ответить тем же, как дух исчез, как не бывало.

***

Будильник поднял с постелей с первыми лучами солнца и утренней росой. После бани спалось хорошо, то ли заговор веников подействовал, то ли свежий воздух. Даже Ира чувствовала себя не так плохо, как могла бы в четыре утра, несмотря на то, что после ночного пробуждения уснуть она смогла далеко не сразу и всё время ворочалась, оглядываясь в сторону чернеющего за забором леса.

Агаты нигде видно не было: наверняка уже давно ушла. Тишина на участке нарушалась разве что пением птиц. Будто всё случившиеся ночью было просто наваждением, так мирно и спокойно выглядело всё вокруг. Ира готова была поверить, что всё это ей приснилось, если бы, закрывая за всеми калитку, не заметила случайно полянку выжженой травы возле выхода в лес. «Подумаю об этом позже,» - решила Ира, снова напрягшись, - «И остальным расскажу потом. Сейчас бы с туманом не оплошать». По правде говоря, едва ощутимый шлейф тревоги не покидал её до сих пор, и девушка никак не могла понять, с чего конкретно он вдруг появился.

Птицы, к слову, были единственными, кто проснулся в деревне в такую рань. Кроме вольных жителей лесов и полей с разных концов деревни соревновались два петуха, по очереди надрывая глотки. Продолжался концерт недолго: один из солистов прервал свою партию на середине ноты с ужасно хриплой фальшью. Огрели, небось, чем.

- Сейчас тебя кто-нибудь так же стукнет, - усмехнулся Серёга, обращаясь к одевшемуся почти в полный свой фестивальный костюм Косте, - Гремишь на всю деревню.

- Пусть только попробуют, - пробурчал тот, - Я не виноват, что на нас тут чуть ли не каждый день норовит напасть какая-нибудь дрянь. Что я, зря что ли три месяца латы готовил?

Деревня, как и город, на первый взгляд выглядела совершенно обычно. Только в этот раз москвичей было уже не провести. Ребята были готовы почти к любой нечисти среди местных жителей, агрокультур и домашних животных, но встретили, к сожалению, только светло-рыжую корову с третьим рогом во лбу на поле по пути к причалу. Корова ничего особенного не делала, пожёвывала траву и безучастным взглядом смотрела на остановившихся поодаль путников. Ребята даже разочаровались: хоть бы рог один засветился, что ли. «Зажрались,» - одновременно подумали они и пошли дальше.

Причал был будто бы скрыт со стороны воды склонившимися по бокам большими ивами, чьи тонкие ветви, как косы, падали на деревянные мостки. На слабых волнах покачивалось много разных лодок, но лодка Агаты выделялась сильнее всех – выкрашенная в голубой цвет, с нарисованными васильками и птичками. На реке стоял туман: не видно было даже противоположного берега. Максимум, что можно было рассмотреть, это детскую тарзанку, привязанную к дереву сразу за ивой.

По наставлениям ведьмы, плавать к омуту со стороны излучины реки ни в коем случае было нельзя. Насколько им запомнилась карта на автобусной остановке, самый густой туман был, как назло, именно с той стороны. И течение, походу, шло туда же.

- Кость, - встревоженно проговорила Ира. Очень уж ей всё это не нравилось, - может, ты на берегу нас подождёшь? Всё-таки ты тяжёлый, ну… во всём этом. Мало ли что, а если в воду упадёшь?

- Правда что, - согласилась Кристина, - Не очень хочется, чтобы ты со всеми этими железками превратился в наш якорь.

- Хм, - задумался он, хмыкнув даже с некой долей досады, - Ну ладно. Звучит оправданно. Давайте тогда я ваши вещи посторожу.

Сбагрив другу ценную поклажу, остальные отправились отцеплять лодку. Костя, вздохнув, распихал всё по карманам и начал бродить в пределах видимости причала, собирая плоские камушки, чтобы позапускать блинчики по воде, пока все заняты. Несомненно, он был бы рад, если бы в этот раз всё обошлось и все преспокойно насобирали тумана в контейнер безо всяких приключений, но в глубине души у него уже успело поселиться странное желание испытать свою работу на прочность. Однако Ира была права: лезть в воду в доспехах – идея провальная с самого начала. Посмотреть на подводный русалочий быт реки Купавки, конечно, было бы круто, но не таким способом.

Отплывать от берега было слегка тревожно. Ближе к середине реки деревья с причалом стали уже почти едва различимы. Костя так и вовсе пропал из виду, только его «блинчики» звонко шлёпали по водной глади у берега и давали понять, что он там. Ребята, вообще, раздумывали над тем, чтобы крикнуть ему, что камни так могут и каким-нибудь русалкам по голове попасть, но решили, что возле причала они вряд ли будут спать, это раз, их крик потревожит речных жителей куда сильнее камушков, два, и, наконец, им же спокойнее от ощущения того, что друг где-то рядом, его слышно, и, если что, он придёт им на помощь, три.

Лодка остановилась, не достигнув середины реки. Дальше плыть было как-то боязно, места незнакомые, да и туман вокруг них сгустился окончательно. Мир за ним будто бы исчез, и только маленькие чёрные волны с лёгким причмокиванием ударялись о борта. Кристина достала прибор-лампадку и начала собирать туман, для пущей чистоты материала встав с лавочки и вытянув руку вперёд в неосязаемую белую завесу.

Лампадка всасывала туман, удивительно меняя физику этого явления. Он плотнел и белыми завихрениями попадал прямо в маленькие оконца открытой решётки, шумно при этом посвистывая. Прямо как сладкая вата. Сложно было преодолеть желание потрогать туманные вихри в этот момент.

Ближе к концу сбора тумана поднялся лёгкий ветерок, дарующий надежду на то, что в скором времени с реки спадёт пелена и снова покажется на глаза чистая водная гладь. Компания даже успела воодушевиться, что всё прошло удачно и сейчас они преспокойно поплывут назад.

Откуда-то сбоку раздался странный плеск, будто бы туда что-то упало. А затем ещё раз. И ещё.

- Ну не-е-ет, - простонал Серёга, хватаясь за вёсла, - Только не опять. Надеюсь, это хотя бы не какие-нибудь туманные крокодилы.

- Погоди грести, осталось ещё чуть-чуть собрать! – в панике обернулась к нему Кристина и стала пристально оглядываться вокруг, силясь разглядеть хоть что-нибудь. В тумане впереди начал проявляться очень странный силуэт. Нечто длинное неподвижно возвышалось на двух опорах над водой, качаясь с низким скрипом от течения. Кристина нахмурилась и подалась вперёд в надежде увидеть, что это такое, - А-а-а!!!

Конструкция стремительно двинулась в сторону их лодки: палки двигались по воде, как ходули, с шумным плеском и брызгами приближая непонятный предмет. Кристина резко села обратно в лодку и замахала Серёге, чтобы он сразу начал грести. Не сильно разбирая, в какую сторону они плывут, тот изо всех сил замахал вёслами.

- Что у вас там происходит?! – долетел до них крик Кости.

- За нами гонятся! – крикнула ему в ответ Ира.

- Кто?!

Как бы Серёга ни грёб, нечто оказалось быстрее. Их нагнала старая, дырявая и обшарпанная лодка, стоящая над водой на вёслах, как на ходулях, днищем вверх. Огромная дыра в её носу зияла, как открытая пасть с зубами-обломками досок, а с корпуса свисала тина и листья кувшинок. Лодка нависла над ними и сильно накренилась вперёд. Казалось, она собирается подмять их под себя.

- Лодка!!! – заорала Кристина и, выхватив у Серёги весло, со всей силы ударила лодку по носу.

Лодка отшатнулась. От её носовой части отлетело несколько щепок. Ветер всё сильнее разгонял туман, и тёмная, гнилая древесина стала ещё заметнее. Лодка вытащила одно-весло ходулю и замахнулась для удара. Видно было, что вёсла под водой на самом деле сильно длиннее обычных – в этот момент они волшебным образом укоротились для ускорения замаха.

Серёга, недолго думая, решил тоже врезать твари веслом, но пришлось уворачиваться. Промахнувшись, старая лодка крутанулась вслед за переместившейся опорой. Воспользовавшись ситуации, парень пырнул лодку изнутри в бок, отчего та пошатнулась.

А течение, тем временем, отнесло их в сторону зарослей камышей, откуда уже виден был берег, на котором бегал туда-сюда Костя в попытке увидеть своих друзей, гремя латами, как консервная банка. В кои-то веки экипировался по-человечески, и оказалось зря, их тяжесть только мешала. Заметив узорную голубую лодку и нападающую на неё деревянную утопленницу, он сначала знатно удивился, а затем метнул в неё один из своих камней. Но лодки были далековато, и камень пролетел мимо, гулко ухнул в воду и даже не отвлёк внимание. Пока ребята всеми силами отбивались от преследовавший их лодки, их окончательно прибило к зарослям, и Костя решил, что теперь-то он точно не промажет. Однако из камышовой засады с жутким всплеском вынырнула вторая лодка и вместе они окружили расписное судёнышко. Такой ход застал Костю врасплох: кого атаковать? Но увидев, как вторая лодка вместо ударов старается перевернуть людей, парень, не долго думая, забежал в воду и зашвырнул камень потяжелее прямо в весло, которым та пыталась поддеть дно. Гнилая рукоять обломилась, и подбитая посудина рухнула обратно в воду. Схватив застрявшую в камышах большую корягу, Костя поспешил зайти глубже в реку, чтобы добить её.

Ира в этот момент тоже пыталась помочь делу, но получалось у неё из рук вон плохо. Она схватилась за весло, на котором балансировала бьющая их лодка, и хотела было если не сломать, то хотя бы расшатать, но дерево оказалось всё в тине и отвратительно склизким, из-за чего руки просто не могли нормально ухватиться за опору, а они и без того от страха практически её не слушались. Поскользнувшись на мокром от брызг полу, Ира потеряла равновесие и полетела вниз, в довесок получив веслом дикой лодки прямо по виску. Обмякнув на дне, Ира решила, что теперь будет просто стараться сохранить лампадку с туманом. Всё равно толку от неё сейчас больше не будет. «Видимо, вот к чему было это дурное предчувствие,» - подумала она, лежа с головной болью и подступающей тошнотой от качки и смотря, как Кристина и Серёга над ней размахивают вёслами.

Воспользовавшись тем, что одну из лодок подбили, Серёга вернул вёсла в пазы и принялся быстро грести в освободившийся проход из камышей. Оставшаяся стоять на ногах лодка внезапно ушла под воду и исчезла из виду. Вторая попыталась было встать на одном весле, но её быстро утопил несколькими ударами толстой коряги подоспевший Костя, и та камнем пошла ко дну.

Надеяться на то, что лодки отстанут, никто не стал. Серёга грёб к берегу и всё время озирался: нигде не видно было ни намёка на тёмный грязный гребень дна дикой лодки. Внезапно её нос вынырнул буквально в метре от них, целясь в корму. Одновременно с этим из воды вылетела незнакомая русалка и сшибла массивным хвостом с острыми плавниками лодку в сторону. Из воды показалась ещё одна, и ещё. Несколько русалок и водяных бросились из воды на лодку, переворачивая её и раздирая когтистыми руками дыры. Кто-то из них даже вылез с другого края с топором.

- Давайте помогу! – неожиданно выпрыгнула из воды знакомая русалка Кира и, ухватившись сзади за лодку ребят, сильными взмахами хвоста довезла их до мостков причала.

«Красивый хвост,» - мутно проплыли мысли в голове у Иры, - «Блестит». Хвост у Киры и правда был интересный, серебристый и в продолговатых пятнышках, с раздвоенным острым плавником. Им в принципе хвосты русалок рассмотреть в такой близи ещё не удавалось, но поражаться невиданному ни разу в жизни рыбьему хвосту таких размеров Ире было уже невмоготу. Размышлять она могла только односложно.

- Тебе помочь подняться? – спросила Кристина, когда они, наконец, причалили.

- Давай…

- А где ещё один? – спросила Кира, оглядываясь на своих. Судя по всему, там её помощь не требовалась. Лодка уже шла ко дну, - Не утоп же? Если надо, я поищу.

- Вы целы?! – прибежал запыхавшийся Костя. Увидев, что с друзьями всё в порядке, он с лязгом рухнул на мостки и вытер ладонью лоб.

- А, - поняла Кира, - Вы что, в омут заплыли в тумане?

- Нет, - ответил Серёга, привязывая лодку, - Мы отсюда совсем немного проплыли.

- Да ну? – искренне удивилась Кира, - Во прикол. Брошенные лодки оттуда никогда не выплывали. Что за фигня… Всю жизнь тут люди туман собирали и ничего. Вам помощь не нужна?

- Не, мы дальше сами дойдём. Спасибо большое, Кира! Машке привет! – Кристина поблагодарила знакомую, и та, помахав перепончатой рукой, снова нырнула в воду. Видимо, отправилась к своим речным соседям.

- Уже из города уехали, и здесь чертовщина творится, - проворчал Костя, - Наверное, Леший был прав, когда говорил, что источник проблем может в округе где-то быть. Вон даже на природе, и то покоя нет. Стрём какой, ходячие лодки…

- Угу, ещё и в тумане, - согласился Серёга, - Лучше сюжета для фильма ужасов не придумаешь.

У них были мысли посидеть на мостках ещё немного и перевести дух после случившегося, однако у воды оставаться сейчас совсем не хотелось. Ветер окончательно разогнал туман, и теперь на волнах играло слабо пробивающееся сквозь облака солнце. Идиллия, казалось бы, только вот в каждой тени на воде теперь чудился силуэт затаившегося корпуса лодки. Поэтому решено было не рассиживаться, а поскорее отнести туман и оказаться подальше от реки. К тому же, у Иры, кажется, было сотрясение мозга. Стоило отвести её отдыхать куда-нибудь в дом.

По дороге обратно они не спешили: Ира сказала, что иначе её стошнит. Деревня постепенно начала просыпаться. Помимо трёхрогой коровы их проводили вдоль одного из заборов крупные белые птицы, напоминающие не то гусей, не то лебедей – тут даже Кристина не смогла определить их вид и пришла к выводу, что эти животные, судя по всему, правда помесь, как в сказке. Где-то гуляли по двору куры, редкие жители спозаранку поливали грядки. Пару раз на заборах встретились кошки, и Серёга готов был поклясться, что они тоже говорящие, потому что смотрели они на них уж слишком заинтересованно. Наверняка сплетничать потом будут о новых лицах в Воробьиных Норах. Вдалеке показалась ржавая водонапорная башня, которую при выходе они почему-то не заметили: видимо, были слишком сонными, чтобы осматривать местность.

За одним из поворотов дорогу заполонила разношёрстная компания детей. Они разбрелись в разные стороны: ночница и ночень, на вид близнецы, шарились в кустах шиповника, мальчик в толстых очках бил палкой высокую траву, почти уже взрослый парень с волосами цвета титановых белил заглядывал на мысочках на соседние участки, девочка-подросток с избытком косметики на лице осторожно заглядывала в овраги, не решаясь подойти ближе к грязным травянистым ямам. Возле каждого из них поочерёдно крутился совсем маленький мальчуган лет восьми или десяти, видимо, не зная, чем помочь, ведь все места для поисков уже разобрали. На плечах у мальчишки висели длинные заячьи уши, а светлых кудрявых волосах пробивался клевер. С краю от дороги сидела зеленоволосая девушка с тёмными пятнами на охристом лице и успокаивала такого же возраста девочку, всю в слезах и соплях. По девочке беспокойно бегала стая чёрных хомяков, цепляясь за футболку, мечась в волосах и вынюхивая что-то в воздухе.

- Ну-ну, хватит плакать, а то глаза заболят и не сможешь метлу свою искать, мы сами без тебя не справимся, - кикимора (а это несомненно была она) держала девочку за плечи и беспокойно озиралась по сторонам, то ли что-то выискивая, то ли побаиваясь, что сейчас с участков выйдут хозяева и начнут ругать за скандал с утра пораньше.

- Я не могу без метёлочки не пла-а-а-акать! А-а-а! – навзрыд отвечала ей та, безуспешно утирая кулачками слёзы с лица. От беготни хомяков два смешных хвостика с резинками в виде летучих мышек растрепались и съехали, несмотря на обилие блестящий детских заколок.

- Погоди, Варя, вон люди идут, сейчас я у них спрошу, вдруг они твою метёлочку видели, - зацепившись взглядом за компанию, сказала та и направилась к ним, говоря нарочито тише, - Здрасте, извините, а вы не видели веник нигде случайно, такой с кучей цветных заколок?

- Это не веник, это метёлочка-а-а!!! – всё равно услышала девочка. На её крик среагировали несколько детей и, заметив ещё не успевших обсохнуть москвичей, искоса стали на них глазеть. Младшие ребята с нескрываемым интересом засмотрелись на доспехи Кости, и это было чуть ли не первое проявление такого внимания к его образу в этом городе. Во всех других населённых пунктах это работало совершенно иначе.

- Метёлочку, - вздохнув, поправила зеленоватая девушка. Пятна на её коже смутно напоминали лягушачий окрас, - Она улетела. Мы уже всю деревню прочесали, найти не можем.

- Не видели… вроде… - задумалась Кристина и посмотрела на остальных. Те отрицательно покачали головами. Тут ей в голову пришла одна идея, - Давайте мы вам поможем, только до дома сначала сходим.

- Что ты собираешься делать? – слабо поинтересовалась Ира, когда они отошли от продолживших поиски детей. Даже сквозь головную боль пробивались мысли о том, что сестра опять затеяла что-то, не подумав.

- Отведём тебя к Агате отдыхать, а сами поможем детям веник найти. У меня идея есть. Вы же пойдёте со мной? – Кристина обернулась к парням и взглядом указала в сторону водонапорной башни.

- Ну… - вздохнул Костя, - хотелось бы сначала дух перевести, конечно, но ладно.

- Потом отдохнём, - понял, что имеет в виду Кристина, Серёга и загорелся идеей, - Да, давайте поможем детям.

Доведя Иру до дома, они удостоверились, что ей их помощь пока что больше не требуется, и отправились обратно. Ира же, оставив на верстаке лампадку, рухнула спать на раскладушку, которая скрипела за ней от самой калитки, и решила, что больше у неё сил беспокоиться нет.

Кристине уговаривать детей залезть на водонапорную башню, чтобы осмотреть окрестности, не пришлось. Оказалось, что у деревенских ребят была целая система подъёма на старую ржавую башню, которую, казалось, никто со времён развала СССР не обслуживал. Они вытащили из кустов несколько ящиков, поставили их друг на друга, залезли, и дёрнули за едва заметную верёвочку. С нижней железной ступеньки башни упал невидимый коврик, под которым оказалась свёрнутая верёвочная лестница. Всё ещё шмыгая носом, девочка Варя волшебным образом размотала её, стоя на земле и крутя руками вокруг друг друга.

Наверх полезли только старшие: кикимора Тоня и белобрысый рарог Емеля. Они представились взрослым, пока шли до башни. (Сомнительно) взрослые, естественно, тоже полезли за ними. Малышню наверх не пустили, потому что башня была совсем некрупная, и места на её крыше на всех не хватило бы.

С одной стороны открывался обширный вид на деревню и город. Вдалеке можно было даже различить завод фармацевтики, ни разу не попадавшийся на пути прогулок. Видно было, как выходят из домов и начинают хлопотать по хозяйству местные жители, как пасётся вдалеке большое стадо коров и как группа человек на фермерских полях, все до единого без головного убора, светловолосые и загорелые, одинаковыми движениями слаженно что-то колдуют, идя по полю, и ветер уносит сорные травы из-под их ног. На крыше ближайшего дома сидел петух и истошно выдыхал в воздух языки пламени, уворачиваясь от грабель, которыми его оттуда пыталась спихнуть женщина в цветастом халате. До них даже крики её долетали: «Ах ты скотина такая! А ну иди сюда, я из тебя суп сделаю, окаянный! Ты пошто мне клумбу спалил, навозный завод, кто теперь как было вернёт?!».

Много чего интересного можно было рассмотреть с высоты водонапорной башни. Москвичи старались не сильно акцентировать внимание на быте волшебной деревни и всё-таки искать глазами на участках и дорогах подходящий описанию веник, но того нигде не было видно.

Тогда они развернулись в сторону леса. И там, на удивление, и увидели пропажу – через поле в лес убегал веник, по пути бодро подметая дорожку под собой.

- Вон он!

- Стёпа, беги за ним! Туда! – крикнул сверху вниз Емеля. Ушастый мальчуган в прыжке превратился в зайца и со всех ног побежал по дороге, взметая лапами пыль.

Наблюдая, как заяц догоняет веничек, ребята невольно посмотрели дальше, задумавшись, куда этот веник так целеустремлённо спешил.

Лица у них вытянулись от шока.

За высоким покрытым елями холмом в густой лесной чаще зияла здоровенная проплешина. Тусклое солнце на пасмурном небе бликовало на застеклённых одноэтажных постройках, вокруг которых валялось много выкорчеванных деревьев. Прямо по центру вырубленного участка была огромная вырытая яма, вокруг которой скопилось множество экскаваторов. От ямы исходил слабый красноватый свет, но за деревьями сложно было разглядеть, что же там такое находиться на самом деле.

Ребята переглянулись.

Кажется, вот они и нашли серьёзную зацепку.