Цена

Глава 1

─ Осторожно, двери закрываются! Следующая станция Чарусти! ─ объявил механический голос.

Створки дверей с шипением закрылись, электричка дернулась и покатила вперед, постепенно набирая ход. Олеся поежилась и покрепче прижала к себе рюкзак. Она готовилась к этой поездке месяц, но сейчас, в последний момент, ей внезапно стало не по себе. Несмотря на июньскую жару за окном,она чувствовала озноб. Достала термос, глотнула горячего кофе. Потом прижалась лбом к стеклу, смотря на проносящиеся за окном поля и рощи.

Электричка стала замедлять ход, девушка поспешила к выходу. Короткий почти пустой перрон, только несколько человек приезжих с большими рюкзаками и гитарой. Наверное, туристы.

─ Все, пути назад нет! Ближайшая обратная электричка только через три часа.

Олеся быстро, как только могла, зашагала в сторону поселка. Путь шел вдоль проселочной дороги, кроссовки утопали в мягком песке. За пятнадцать минут ее никто не обогнал, только навстречу пролетел красный «Пежо» с открытыми окнами, из которых неслась Горшковская «Бессонница».

Чистые ухоженные улицы, дома, где течет своя жизнь: изредка брешут собаки, квохчут куры. Чужая, неизвестная жизнь. Она узнала об этом адресе через знакомых. Правило шести рукопожатий сработало. И вот она здесь. Олеся дошла до нужного дома по улице Лесной.

Она ожидала увидеть завалившуюся ограду, покосившийся домик с немытыми окнами. Но перед ней стоял невысокий забор из металлического профиля, покрашенный в зеленый цвет, со столбиками желтого кирпича. Во дворе аккуратный одноэтажный дом с мезонином и верандой. Кнопка электрического звонка.

Олеся позвонила. Ничего не произошло, только с той стороны двора раздался громкий лай, загремела цепь, к калитке бросился огромный пес, больше похожий на волка, чем на собаку.

─ Хват, место! ─ раздался приказ.

Из огорода навстречу шла женщина в камуфляжном костюме с подвернутыми рукавами и широкополой соломенной шляпе. На глазах огромные солнцезащитные очки. Пес подбежал к хозяйке, стал ластиться, встал на задние лапы и лизнул ее в лицо. Но видимо женщина не была склонна к сантиментам. Она достаточно бесцеремонно сняла лапы животного со своих плеч и звонко хлопнула пса по заднице. Тот, ничуть не обидевшись на такое обращение, побежал к будке.

─ Чего хотела? ─ хозяйка строго взглянула на гостью.

─ Маргарита Степановна, я вам писала. Я Олеся.

─ Вот ведь, ─ женщина стянула перчатки, испачканные в земле и посмотрела на часы, ─ извини. Заработалась.

Калитка открылась.

─ Сымай, ─ кивнула Маргарита Олесе на ноги, когда они вошли в дом.

Сама она уже успела натянуть чуни. Олеся, не развязывая шнурки, стянула кроссовки. На миг она подумала: а нет ли дыр на носках? Не хватало еще опозориться! Но все обошлось. Она ступила на настоящий деревянный пол, почувствовав его теплоту.

─ Проходи на кухню, я сейчас.

Олеся вошла и села на краешек табуретки. И вновь ее поразила современная обстановка. Столик под клеенкой, табуретки с сидушками, посуда в подвесных шкафах, газовая плита, высокий холодильник. На полочке бронзовые фигурки зверей, что-то подобное она видела в местной художественной галерее. Все чисто, все аккуратно. Бесило только одно: из крана раковины с раздражающей регулярностью капала вода.

─ Вот зараза, ─ Маргарита вошла незаметно.

Женщина подошла к крану и перекрыла его. Резкий металлический ритмичный звук прекратился.

─ Все мастера не могу дозваться, ─ пояснила она и села напротив Олеси.

За это время она успела переодеться. Белоснежная футболка с принтом трехглавой птицы, короткие джинсы, на запястьях куча браслетов. Светлые, почти белые волосы, спускающиеся до плеч.

─ Вот, ты какая… ─ потянула Маргарита.

Ее внимательные светло-серые глаза изучали гостью.

─ Ладно, не будем тянуть. Рассказывай, чего приехала, зачем искала?

Олеся стала рассказывать свою историю, старую как мир.

Она любила его. Писала записки, ждала после занятий, неотступно следовала за ним, стараясь поймать взгляд, улыбку, слово. Он же… Он не замечал ее. Нет, он мило болтал с ней, отвечал на сообщения в соцсетях, но не более. Его сердце навек отдано другой. Когда они шли вместе по улице ─ было ясно это Любовь. Все говорило об этом, их глаза, сжатые ладони, даже то, как он подавал ей стаканчик кофе. Олеся смотрела на это, бесилась, рыдала ночью в подушку. Она загадывала желание, проплывая под мостом на речном трамвайчике. Она перетерла носы всем медведям на набережной. Все бесполезно! Однажды она не выдержала и высказала ему все, про то что любит, что не может без него. Он выслушал, обнял, дал свой платок, чтобы она убрала потекшую тушь. Потом тихо сказал, что он любит другую. А они могут быть только друзьями, хорошими друзьями. Друзьями! Она убежала прочь. А тот платок с разводами туши так остался в ее кармане. Как трофей, как талисман, как память.

Тогда она промучилась две недели и решилась найти человека, который все исправит.

Маргарита слушала, молча, не перебивая. Во время рассказа в кухню вошел рыжий, с драным ухом, кот. Посмотрел на рассказчицу взглядом совершенного существа и запрыгнул на колени к хозяйке. Та усмехнулась и стала гладить любимца. Кот закрыл глаза и утробно заурчал.

─ Ну, хорошо, ─ выдохнула хозяйка, когда Олеся замолчала. ─ Хоть не люблю я это дело, но помочь могу. Только чем платить будешь?

─ А вот, я привезла, ─ девушка с усилием открыла внезапно заевшую молнию рюкзака и достала перетянутую банковской резинкой пачку купюр.

Хозяйка презрительно хмыкнула.

─ Мало? ─ в глазах Олеси застыл вопрос, ─ я еще привезу, у меня на карточке есть.

─ Мне может и достаточно, а им? ─ женщина кивнула куда-то за спину девушки.

Та с испугом обернулась, будто бы там, около беленького шкафчика, и впрямь стоял ужасный монстр с огромными клыками и кривыми когтями.

─ Все в этой жизни имеет цену. Вон, давеча, у Матрены коза пропала. Хорошая коза, дойная. День искали. Ничего, будто сгинула. Пришла Матрена ко мне. В общем, нашли козу, стояла у березки, веточку жевала. Как будто ничего и не произошло. Ну, а Матрена на следующий день на ту полянку пару бутылок молока принесла, да круг сыра. А мне вот пирог с черемухой спекла. Тем и закончили.

─ Я не умею печь, ─ робко возразила Олеся. ─ Можно деньгами?

─ Нет, ─ женщина ответила резко. ─ От каждого по мере его сил. Но денег не возьму точно. Скажу, что купить. Да не бойся, много мне не надо. Айфон просить не буду. Хватит и того что привезла.

Маргарита кивнула на деньги в руках девушки и продолжила:

─ Коза дело важное, грех не помочь. А твое дело такое. Ты же понимаешь, что парня привязываешь к себе?

─ Да...

─ Он ведь не любит тебя. Да будет рядом, как щенок на веревочке. Тело тут, душой там, ─ Маргарита кивнула куда-то вдаль.

─Я его люблю. Он… Он тоже полюбит…

─ Хорошо. Жди.

Маргарита закрыла глаза и опустила руки вниз. Кот, обеспокоенный отсутствием ласки, встрепенулся, взглянул на хозяйку и аккуратно спрыгнул на пол. Так он и просидел все это время, попеременно глядя то на хозяйку, то на гостью. Олесе казалось, что прошла вечность, а на самомделе ─ всего пять минут.

Маргарита резко открыла глаза, кот боднул ее головой в ногу и вернулся на колени, настойчиво требуя внимания.

─ Я узнала плату. Ты ведь художница? ─ Маргарита почесала шейку любимца.

Олеся вздрогнула. Сейчас она лихорадочно вспоминала, упоминали ли когда-нибудь о том, что учится в художественном училище. Вроде нет. Она просто позвонила по телефону, назначила встречу. Никаких переписок в мессенджерах, никакой фамилии, только имя. Одно имя! Определить данные по номеру? Пробить по базе? Олесе стало страшно. Маргарита заметила ее беспокойство и улыбнулась.

─ Да ты не волнуйся. На руки посмотри.

Олеся взглянула. В самом деле на указательном пальце правой руки расплылось алое пятно от масляной краски. Девушка ойкнула и стала оттирать следы вчерашней работы. Маргарита улыбнулась.

─ Значит так, что мне принести я скажу. Там продукты на пару дней, книгу какую. Мне после твоих просьб пару дней отлежаться придется. А что до них, ─ она опять кивнула за спину девушки, ─ то отдашь им свое цветное восприятие мира.

Олеся опешила:

─ Это как?

─ Просто, перестанешь мир видеть в цвете. Все станет блеклым и серым.

─ Но это же нечестно, а как с козой… ─ Олеся от чего-то почувствовала несправедливость этого мира. Почему она должна отдавать что-то очень важное. ─ Я художник, это моя жизнь.

─ Все честно, дорогая, ─ губы Маргариты плотно сжались, ─ ты должна отдать равноценное. Коза что. Она коза конечно знатная, но скотина же. Ты же чувствами играешь, хочешь человека радости лишить. Надо отдать что-то равноценное, своей поделиться. У них…

Опять кивок куда-то за спину посетительницы.

─ … радости мало, весь мир известен, так что твой дар им в самый раз, по-новому на мир взглянуть.

─ А если человек заблудится, за него что ли жизнь другую отдавать, ─ Олеся пошла в наступление, стараясь как-то договориться, оправдаться.

─ Нет. Тут кому как… Кого духи и так отпустят, проучили и будет. За кого какую вещицу потребуют. Ну а кого ни за что не отпустят.

Олеся сидела, опустив голову. Ее пугала новая реальность. Жизнь без творчества? Женщина встала, аккуратно спустив кота с колен. Строго посмотрела на девушку и тихо сказала:

─ Вижу подумать надо. Не гоню. Сейчас на огород схожу, где-то через час─полтора вернусь. Если захочешь уйти, Хват выпустит. Но больше не приходи, не приму. Только калитку захлопни. Останешься ─ пути назад нет. Но ритуал недолог, успеешь еще на электричку. Но все изменится, как до города доедешь, так и позвонит, даже на вокзал придет…

Больше ничего не говоря, Маргарита вышла, за ней вальяжно последовал кот. А девушка осталась на кухне, наедине со своими мыслями.

Когда Маргарита вернулась Олеси уже ушла. Только на столе лежал листок, вырванный из блокнота. На нем, в небрежной скетчевой манере, был нарисован портрет хозяйки. Женщина полюбовалась подарком и прикрепила его на холодильник.