Светлая прорицательница

Глава 1. Кафе «Люблю и благодарю»

Поежилась от холодного пронизывающего ветра. Оставалось совсем чуть-чуть до любимого кафе под романтичным названием «Люблю и благодарю». Я поднимаюсь по высоким ступенькам, открываю двери и вхожу внутрь. Поворот направо, и я застываю в ожидании. Пытаюсь сосредоточиться на помещении, чтобы разглядеть его внутренним взором, и вздрагиваю, когда перед глазами всплывают образы. Хотя от неимоверного напряжения у меня болит голова, оно того стоит. Заставлять себя удерживать внимание — это всегда больно, но что ж теперь.

Перед моим воображением рисуются такие картинки: справа расклеены афиши с объявлением концертов благотворительного фонда, слева находится маленький зал, где развешены картины. В зале уютные диванчики разных цветов: синие, серые, оранжевые, голубые, розовые, зеленые и красные. При входе буккроссинг с разными книгами, которые можно взять бесплатно почитать, или принести свою книгу.

Но самый восхитительный — основной зал, с шикарным баром, выполненный в светло-коричневой и оранжевой гамме. Дальше большой зал с персиковыми стенами, справа есть две деревянные перегородки с цветами, фикусы в белых горшках. Здесь разместились бежевые столики разных форм и размеров. Первый большой, прямоугольный, на четыре персоны, второй и третий маленькие, квадратной формы, для одиночных посетителей или для пар, максимум на две персоны. Четвертый, пятый, шестой и седьмой громоздкие, для целых компаний от пяти до пятнадцати человек. Восьмой и девятый маленькие, и стоят они на небольшой сцене черно-коричневой расцветки. В новогодний период здесь устанавливают экран, украшают всё разноцветными шариками и снежинками-звездочками — голубыми, белыми, розовыми и золотыми. Рядом со сценой узкий коридор, ведущий уборную, где стоят две раковины, синих оттенков, с рисунками. Сама зона насыщенного синего цвета. Дальше идет детская двухэтажная комната с горочкой вместо ступеньки, с мягким зеленым напольным покрытием и забавными рисунками на стенках. Выходя из детской комнаты, попадаем в две кабинки с полупрозрачными белыми шторками. Первая — это служебный вход на кухню, где происходит вся магия, а из второй волшебники-официанты выносят блюда, чтобы доставить их проголодавшимся посетителям.

Справа от служебного входа стена с огромным телевизором, сто двадцать сантиметров, на экране сменяются новогодние пейзажи. Два ряда столов, один — с первый по девятый — на сцене, а на противоположной стороне две кабинки.

Меня подхватывают официанты с вопросом:

— Вам как обычно?

— Ну да, там, где есть розетка, — отвечаю я, и меня провожают до стола. Пахнет рисом, и еще до моего обоняния доносится несколько запахов, которые я не в состоянии распознать, но у меня уже текут слюнки.

В этом кафе очень теплая, уютная атмосфера, что не удивительно. Всё-таки духовные люди сюда ходят, а существа, пропитанные благодатью Божьей, всегда особенно ощущаются. Я складываю волшебную трость, кладу ее на диван, затем снимаю портфель, ставлю его слева от себя на диван, снимаю шерстяную шаль, расстегиваю красную куртку и, скинув ее, держу в руке. Шапку потом тоже снимаю и запихиваю в рукав. Она у меня не обычная шапка-ушанка, с розовыми цветочками на ушах, а сама белая... кажется. Я складываю верхнюю одежду на диван рядом с портфелем и наконец сажусь. Здесь есть гардероб, но он без номерков, и я боюсь оставлять там свои вещи. Ко мне подходит официантка Вика и спрашивает:

— Вам бизнес-ланч?

— А что в нём сегодня?

— Суп с нори, плов с нутом и соевыми кусочками и салат «Морской прибой».

Я отрицательно качаю головой.

— Нет, пожалуй, давайте посмотрим, что в основном меню.

— Суп-пюре с запеченными томатами.

— Сколько стоит?

— Триста пятьдесят рублей.

— Дальше.

— Крем-суп с горохом, солянка и том ям.

— Давайте том ям, — говорю я. — А сколько он стоит?

— Четыреста пятьдесят.

— Хорошо. И мне еще капучино на ванильном молоке, с клубничным сиропом. И да, что сегодня есть из десертов?

— Вас веганские интересуют или…

— Веганские, — говорю я.

— Сейчас узнаю. — Девушка уходит, а я расслабленно откидываюсь на спинку дивана, здесь всегда можно зарядиться позитивом и силами, даже медитации не надо. Сама атмосфера пропитана могуществом Кришны, которому я служу. Бог великолепия и моя сила в создании красивых вещей — дар, как компенсация того, что я не вижу. А еще я умею предсказывать будущее и менять его.

Наконец официантка возвращается.

— Есть «Баунти», тирамису, «Грильяж», мильфей и веганский «Наполеон», что будете?

— «Зимнюю вишню». — Этот десерт не из веганских, но веганское сегодня не хочется, хотя мне сахар нельзя.

— Всё? Или еще что-то будете?

— Пока всё. — И официантка уходит. Вот чем мне еще нравится это кафе — официанты здесь всегда услужливые и готовы прийти на помощь.

Я достаю телефон, нажимаю боковую кнопку айфона, голос мне сообщает: «Тринадцать часов тридцать минут, шесть уведомлений». Я мельком их пролистываю, не найдя срочных сообщений, веду указательным пальцем снизу вверх. VoiceOver запрашивает код разблокировки экрана, ввожу его. Открывается рабочий стол, листаю приложения до браузера Safari, вхожу на Автор.Тудей и погружаюсь в чтение книг, пока жду заказ.

Глава 2. Серебряная машина

— Ваш капучино! — говорит девушка и ставит передо мной блаженный напиток. Я отложила телефон в сторону, нащупала кружку с блюдечком, нашла на тарелке ложку и окунула ее в пенку, она мягко пружинила. Зачерпнула пенку, поднесла ко рту и съела. Приятный вкус ванильного молока и клубничного сиропа заполнил мои вкусовые рецепторы. Еще одна ложечка, и еще одна.

Вскоре от пенки ничего не осталось, и я ощутила ложкой воду. Если пенка мягко пружинит, то вода похожа… С чем бы ее сравнить? На батут, да, именно на него. Когда ты прыгаешь, то ощущаешь это натяжение резины. Или из чего они там его делают?

Несмотря на то что я люблю капучино, предпочла бы, чтобы первым делом приносили суп. Я с сожалением отложила чайную ложечку, нащупала кружку и, подняв ее за ручку, поднесла к губам, сделав глоток кофе: «Всё-таки как вкусно!»

Я состыковала чашку с блюдцем и вернулась к телефону, ожидая, когда принесут том ям. Вскоре я услышала, как передо мной поставили миску супа и тарелочку риса. Как мне в одном кафе объяснили, рис здесь вместо хлеба. Кстати, вкус у том яма блаженный, сладко-острый. Честно, я даже затрудняюсь описать все вкусовые ощущения. Многие говорят, что незрячие лучше чувствуют запахи и лучше слышат, а я просто скажу — это не совсем так. У меня не возникло ощущения, что я стала отличать тысячи оттенков ароматов или улавливать их как-то быстрее — запахи как запахи. И что слух лучше — это миф, просто мы больше на этом заостряем внимание, поэтому, может, чуть лучше слышим. Секрет передвижения — это внимательность, но что-то я отвлеклась.

Я как-то сидела в этом кафе, и мне один человек рассказал занятную историю, что иногда к кафе подъезжает серебряная машина, и из нее выходит молодой человек, который раздает драгоценные камешки, но в машину никого не пускает.

«Любопытно», — сказала я тогда. Конечно, не поверила, но интерес где-то в груди зародился. А еще тот человек утверждал, что машина появляется словно из воздуха.

«Нет, точно сказки», — подумала я в тот раз.

Я знаю, в этом кафе есть одно реальное чудо. Какое именно?

Владелица устраивает бесплатные обеды в определенные религиозные праздники, связанные с Кришной. Скорее даже — просто с индийской верой. Честно, глубоко в это я не погружалась, но есть один праздник в сентябре, если память мне не изменяет, когда можно бесплатно поесть. Правда, это происходит в кафе на Вайнера, 9, а вот насчет Куйбышева, 55А — не знаю, есть ли такое веселье. Наверное, есть всё-таки, это же одна сеть кафешек. В такой день они обычно предлагают суп, гречку с овощной подливкой, салат и маленький миндальный шарик как десерт. Из напитков — имбирный или травяной чай. Короче говоря, бесплатный бизнес-ланч. В такие дни в кафе не продохнуть, хотя я люблю его за уют и покой.

Я принялась за суп, зачерпнула бульон и зажмурилась от сладко-острых ощущений. На языке пожар. Я беру из второй мисочки рис — и становится легче. Так и чередую одно с другим.

Я доела и услышала, как за соседним столом кто-то воскликнул:

— Смотрите, серебряная машина!

Я неистово замахала руками, призывая официанта, и, когда девушка подошла, сказала:

— Можете помочь мне выйти на улицу? — Вика помогла мне подняться, а я услышала разочарованный вздох:

— Всё, пропала! Опять очередной хулиган попытался разбить стекло. Хотя знаете, как говорят? Что стекло у него бронированное, и его камнем не пробить.

— Сводите меня в туалет, — попросила я, и официантка исполнила мое желание.

Я понимала, что мне никогда эту машину не поймать, и на душе так было тоскливо. Плохо, когда не видишь. Я чуть не разревелась от жалости к себе, но в итоге махнула рукой. Сделав все дела в уборной, я вышла из туалета в зал и стала ждать, пока меня подхватят.

— Меня обратно к столу, пожалуйста, — попросила я. Знаете, эта машина мне напомнила стримера Мэллстроя, когда он швырялся деньгами налево и направо. «Кстати, надо глянуть, что у него творится», — подумала я и снова уткнулась в телефон. Увидела в рекламе вакансию:

«В Букингемский дворец требуется слепая светлая прорицательница, красивая, элегантная, незамужняя, чтобы могла всё свое время посвящать прорицанию. Зарплата сто золотых, жилье предоставляется».

Мне стало смешно, но ради прикола я решила заполнить анкету.

«Подождите, анкета обрабатывается, в течение суток придет ответ», — считалось с экрана.

Не считая забавной анкеты, этот день в целом прошел как обычно: я заказывала напитки, читала книги, набрасывала план заказной рецензии на книгу. Вечером я попросила счет, оплатила его, надела куртку с шапкой и шарфом, взяла портфель и трость. Помахала рукой, чтобы подошла официантка. Она появилась минуты через три, помогла мне выйти из кафе и спуститься по ступенькам. На улице крепко подморозило. Покинув кафе, я повернула направо.

Моя задача — идти по улице до поворота, потом повернуть — и прямо, прямо… Но я точно знала, что в определенный момент я потеряюсь. Вскоре так и случилось. Еще этот вечный ремонт дорог. Вот я споткнулась о камень, чудом удержав равновесие. Услышав шаги рядом, крикнула:

— Помогите! Не подскажете, как дойти до Пассажа?

Человек остановился и ответил:

— Вам прямо. — Голос был мужским.

— А можете проводить до перехода? А то, знаете, страшно. Народа никого, — попросила я.

— Ну идемте. — И я под руку с незнакомцем дошла до первого подземного перехода на Радищева.

— Спасибо.

— Дальше справитесь? — спросил мужчина.

— Да, еще прохожих спрошу, — ответила, начиная спуск по ступенькам перехода. По ушам ударила музыка. Вечно в этих переходах кто-нибудь играет. Я не против музыки, но громкие шумы сбивают с пути — и приходится изо всех сил напрягать внимание. Знаете такое чувство, когда всё плывет перед глазами? Я всегда пытаюсь максимально абстрагироваться от шума, но отодвинуть гитару на задний фон удается с трудом, по касательной всё равно звук слышно.

Наконец я выбираюсь из подземного перехода. Двигаюсь прямо и, пройдя метров пятьдесят, снова уточняю дорогу. Прошу проводить до второго перехода, что на улице Малышева. Кто-то отказывает, другие просто направляют — мол, вам прямо — и я иду, врезаюсь в здание и ругаюсь. Их «прямо» для меня всегда звучит как издевательство. Когда натыкаешься на преграду, которую ты не знаешь, как обойти, в попытках найти проход проклинаешь всё. Наверное, минут пятнадцать тыкаюсь, когда снова слышу шаги и окликаю:

— Не подскажете, как пройти до Пассажа?

Меня направляют, а потом вообще вызываются проводить. Я облегченно вздыхаю. Мы доходим до торгового центра, и я прошу довести меня до трамвайной остановки, но мужчина говорит, что ему надо спешить — и уходит. Я про себя хмыкаю. Продолжаю идти и спрашивать дорогу. Наконец добираюсь до остановки. Стою, жду трамвай. Уточняю у окружающих:

— Кто-нибудь знает, через сколько будет трамвай шестой или тринадцатый?

Слышу возню и чей-то ответ:

— Через семь минут тринадцатый, а через двенадцать шестой. — На этот раз голос женский.

— Спасибо, поможете сесть? — спрашиваю я.

— Я сейчас уже уезжаю. Сначала будет восемнадцатый, потом шестнадцатый и двойка, а затем уже тринадцатый.

— Спасибо. — И женщина уезжает, а я остаюсь ждать трамвай.

Ноги замерзли. Всё-таки когда жила в центре, было немного проще в чём-то, но в то же время я считаю, что нервы дороже. Лучше я померзну на улице, чем буду ругаться с мужем, с которым рассталась. От нервов здоровье портится сильней.

Прошло минут пять, когда я услышала, как затормозила машина, и вышел водитель. Опасно, ведь здесь останавливаться нельзя. Почему-то я представила мужчину в белом костюмчике.

— Вас подвезти? Вы совсем замерзли, — раздался мягкий баритон.

— Не откажусь.

— Я видел вас в кафе «Люблю и благодарю».

— Вы тоже любите там обедать?

— Иногда, — ответил он. — Я вижу, у вас дар прорицания, почему вы им не пользуетесь?

— Не хочу платить за него, — даю ответ.

Незнакомец молчит несколько мгновений и помогает мне сесть в машину.

— Вам куда? — Называю адрес, и мы едем.

Затормозив у нужного дома, он помогает мне выйти.

— Это вам, — говорит мужчина и вкладывает мне в руку россыпь драгоценных камней.

— Спасибо.

— Когда я женюсь? — вдруг интересуется он.

— Через десять лет, — совершенно не задумываясь, отвечаю я и вздрагиваю. Хочется себе надавать по губам.

— Вы нам подходите, завтра за вами придут. — И телефон пиликает, я лезу за ним и, разблокировав экран, вижу в уведомлениях: «Вы приняты на работу».

— Дак это вы ищете прорицательницу? — спрашиваю незнакомца, но ответа нет, а старушки на скамейке вздыхают:

— Взял и исчез.

А я улыбаюсь и иду домой. Прикладываю ключ-магнит, он забавно пиликает и открывает дверь в подъезд. У нашего домофона звук универсальный — не простая пикалка, а мелодичный перезвон. Поднимаюсь на первый этаж, поворачиваю налево, справа у стены стоит шкаф, который купил мне муж, не желая отдавать деньги, я его не просила! Мне деньги нужны, чтобы закрыть карточки. А то нахватал долгов на четыреста тысяч, а работать он не хочет, и его матери приходится за всё расплачиваться. Он мне должен сто тысяч за свой Макбук Про. Возвращать не желает, откупается комодами, шкафами и всякой фигней. А мне вся эта мебель ни к чему, в конце месяца надо восемьдесят восемь тысяч внести!

Я приближаюсь к двери, открываю ее, захожу в квартиру, ставлю трость в угол, снимаю портфель и кладу под наклоном на пол. Разуваюсь, сапоги убираю на подставку, затем снимаю куртку, заношу ее в свою комнату и вешаю в шкаф. Вообще надо бы все куртки из комнаты перенести в коридор, а то дышать и так нечем. Возвращаюсь за портфелем, ставлю его у шкафа и достаю айфон и айпад, чтобы они согрелись после улицы. Со второго телефона звоню подруге, чтобы пожаловаться: родители совсем офигели, приходится каждую полку отвоевывать, словно я у них миллионы прошу. А ведь они просрали всю мою пенсию — вместо того чтобы ее копить, не пойми куда потратили.

— Нет, Света, я жила бóльшую часть жизни в интернате, вот куда они могли потратить мою пенсию? На сестер. Нарожали детей, а обеспечить не могут. Говорят, что мы впроголодь жили бы, а причем тут я и моя пенсия?

— Да тебе, в идеале, вообще не надо жить ни с родителями, ни с ним.

— Угу, только кредиты!

Дальше она пересказывает сплетни ВОСа, Всероссийского общества слепых. После мы прощаемся, и я принимаюсь за работу в Интернете: пишу рецензии на АТ, потом прошу Машу их вычитать. Когда все ошибки исправлены, публикую. Рецензии — это единственное, на чём я хоть немного зарабатываю. С книгами не везет, может, всё-таки писательство — не мое? Часто так думаю, но отгоняю эти мысли, хотя уже море денег потратила. Может, на Литрес уйти — и всё?

Подумав немного о том, чем занять себя, захожу в Яндекс и играю в «Золотое королевство». Спать ложусь уже под утро, зато с чувством удовлетворения: сегодня я не только рецензию написала, а еще и по главе к книгам «Воин-тень» и «Блаженный князь» закончила — кстати, обе слабенько заходят местному читателю. Даже «Колыбель времени» — и ту лучше читали. Я выключаю айпад, убираю его в шкаф. И наконец отрубаюсь.

Проснулась я в полдень. Повалявшись немного в постели, взяла телефон и начала читать книги, они всегда меня вдохновляют. Хотя, откровенно говоря, надо вернуться к качественной литературе, а то мой словарный запас становится хилым.

Заканчиваю читать и одеваюсь, беру сотовые и айпад, чтобы поработать в кафе, и покидаю отчий дом. Знаете, там есть один участок, который я не люблю проходить, и по дороге как-то его обхожу — не знаю, это как магия какая-то.

Сегодня в «Люблю и благодарю» не продохнуть, полная посадка, ожидание сорок минут. В такой треш я еще не попадала, ну ладно, хоть заказ быстро приняли. Я заказала томатный суп-пюре, капучино на кокосовом молоке и десерт «Баунти».

Когда всё принесли, я сидела в предвкушении трапезы и душила в себе раздражение. За спиной услышала приятный мужской голос и решила познакомиться:

— А как вас зовут? — обратилась я к незнакомцу, хотя страшно было.

— Сергей, — ответил он.

— Приятно познакомиться, я Эльвина. А вы чем занимаетесь?

— Неофициально — директор компании… — Каюсь, я не расслышала, какой именно, а переспросить не решилась, а Сергей добавил: — Извините, я ем.

— Ничего страшного, часто вы здесь бываете?

— Не очень.

— А я пишу рецензии на книги. В свое время много ездила по России. Вообще есть мечта съездить в Калининград.

— Так еще не поздно.

— Боюсь, не в этом году, скорее в следующем, — отвечаю я. А сама себя корю: вдруг вместе предложил бы съездить. А что толку? Денег всё равно нет. Вообще мечтаю, чтобы нашелся какой-то добрый мужчина и помог перекрыть кредит, просто бескорыстно, но понимаю: такое бывает только в сказках. А поэтому надо как-то начать экономить.

Сергей просит счет и уходит. Я тоже доедаю заказанное, расплачиваюсь и покидаю кафе.

Еще две главы опубликую завтра, сегодня уже лень. И все остальной текст только на Литгороде. )

Глава 3. Странные дороги и волшебные трубы

Знаете, когда я возвращаюсь с того самого кафе, меня пробирает жуткая дрожь. В том районе есть участок — по-моему, он на Малышева находится — достаточно безлюдный, и его надо пройти.

Меня такие места заведомо пугают, даже хуже — вводят в полное оцепенение. Вот, например, ты идешь, вдруг слышишь шаги и окликаешь человека, чтобы он помог. А в ответ тишина. Сначала я думала, что мне попадаются равнодушные люди, но это происходит каждый раз. Если честно, у меня создается такое впечатление, что само пространство их крадет. Этот отрезок я всегда пытаюсь преодолеть поскорее.

Однажды и вовсе меня что-то схватило и попыталось уволочь, но со мной была волшебная трость, и я наугад, что есть силы, ею это что-то ударила. Ах, да, забыла вам сказать: моя трость — не только помощница в моём пути, но еще и оружие.

Второе, что вызывало дискомфорт — это дороги, которые бесконечно чинят, словно по ним танком постоянно проезжают. Сначала я думала, что это власти... ну сами понимаете, что делают. Но это продолжалось ровно до того момента, пока я не услышала ругань гастарбайтеров.

— Надо валить из этого города, здесь дороги пропадают. Стоит только утром положить новенький асфальт — на следующий день всё исчезает, словно кто-то срезал дорогу.

Я тогда остановилась и задала вопрос:

— Гражданин, а вы не думали, что за вами какие-то грешки водятся? Может, вы вторую жену завели, не спросив разрешения у первой?

Мужчина явно вздрогнул.

— Откуда вы знаете?

— Есть одно такое славянское существо — Ховала, прозвище ему дали от слова «ховать», что означает «прятать». Это существо прячет грешников в пространственный карман, или еще куда — никто точно не знает. Выглядит как высокий старичок, вокруг головы двенадцать глаз, а носит он длинную одежду изо льна. Сначала он прячет от человека его труды или что-то важное сердцу, а если грешник так и не понимает намека, то и самого человека больше никто не находит. И не думайте, что спрячетесь у себя на родине — он вас и там найдет. А теперь помогите мне обойти ремонтирующийся участок. Я спешу. — Он помог мне безо всяких вопросов, находясь в полной прострации.

Когда я вернулась домой, меня добили слова родителей о том, что в соседнем доме трубы прорвало, значит, скорее всего, не будет отопления. Мне стало интересно, и я покинула дом, ведь ощущала в воздухе разлитую магию. Попросила жителей моего дома помочь мне добраться до соседнего и, когда я пришла, услышала вопли:

— Водяной!

— О, какой красавчик, а где ты потерял русалок? — шутливо поинтересовалась какая-то девица.

— Что происходит? — сурово спросила я.

— О, девица-красавица, вы мне очень нравиться! Да ничего не случилось, надоело мне мерзнуть в своей ледяной речке, я узнал, что в трубах есть теплая вода. Вот решил искупаться, а оно вон что! — И почему-то я была уверена, что он обвел руками пространство. — Помимо того что говном воняет, еще из меня чуть уху не сделали! — возмутился водяной, а я представила его немного обожженным, с шикарным хвостом, лихо сдвинутой набок шапкой и сигаретой, которую он стрельнул у кого-то из жителей. — А еще мне говорят, что река в центре, а как добираться туда, я не знаю, — обреченно закончил он.

— Давайте вы у меня переночуете, а завтра я вас отвезу в центр, — предложила я.

В итоге мы так и поступили. О том, как были родители недовольны, я промолчу. Они всегда не одобряют всё, что я делаю. А мы сели с водяным за кухонный стол, и я ему рассказала, что с нетерпением жду Нового года, чтобы, когда пробьют куранты, загадать желание. У нас есть такая традиция — бросать в бокал сожженный листок с написанным на нём желанием. Водяной предложил это сделать немедленно, мотивируя тем, что желания должны каждый день исполняться. Я хмыкнула, но спорить не стала.

Мы сходили в магазин «Монеточка», купили шампанское и вернулись домой. Я попросила у родителей бокалы, нашла листочки, грифель и написала свое желание. Водяной тоже написал. Мы взяли у моих родителей зажигалки, подожгли листки и, дождавшись, когда бумага догорит, налили шампанское в бокалы, бросили туда пепел и выпили. Это был волшебный вечер, и на следующий день жаль было прощаться с водяным, но у нас обоих было много дел.

— Кстати, в дендропарке воду всегда подогревают для уточек.

— Вот негодницы пернатые, а мне не рассказали, я им устрою шторм. — С этими словами водяной скрылся в реке Исеть, а я направилась в свое любимое кафе «Люблю и благодарю».

Глава 4

Я вошла в кафе «Люблю и благодарю». Меня подхватил Макс, проводил до стола. Этого официанта я особенно люблю — он не заставляет долго ждать, чего иногда не скажешь о других. Жаль, у меня денег мало, чтобы чаевые оставлять, хотелось бы порадовать парня и отблагодарить за услужливость.

Я попросила провожающего подержать трость, сняла перчатки, убрала одну в правый карман куртки, другую — в левый. Забрала трость у официанта, поблагодарила, сложила трость, положила на диван, сняла и поставила в дальний край диванчика портфель. Развязала шаль и положила рядом с портфелем, затем сняла шапку, скинула куртку, тоже поместив ее на диван. Наконец села. Еще бы руки помыть, но лень, как известно, — наше всё.

Максим спросил:

— Вам принести основное меню или бизнес-ланч будете?

— А что у вас в бизнес-ланче? — задала я встречный вопрос.

— Рассольник, лобио с гречкой и салат «Мимоза».

— Мне бизнес-ланч без салата, — сказала я и, немного подумав, добавила: — И капучино на кокосовом молоке, с клубникой. И еще момосы. Пока всё.

Макс всё записал в блокнотик и ушел заказывать мне еду. Ждала я недолго, минут пять всего — и мне принесли бизнес-ланч и приборы. Приборы в большом кармане — не знаю, как его назвать правильно, но это очень практичное решение. Правда, нащупывать их не совсем удобно.

Я нахожу тарелку с супом, достаю из кармашка ложку — из трех приборов я пользуюсь только ей. Знаю, это некультурно, но мне плевать — изображать светскую даму из себя лень, да и неудобно. Хотя предполагаю, что на меня косо смотрят, всё-таки здесь, помимо духовных людей, едят бизнесмены и политики. Да, это очень любопытное место.

Сначала я стеснялась своего невежества, даже пыталась второе есть вилкой, но потом плюнула — вот еще, так заморачиваться — и стала всё есть одной ложкой. Короче, я комфорт ценю превыше всего, а на мнение людей мне чихать с большой колокольни.

Я принялась за рассольник. Съев его, дождалась кофе и занялась момосами, решив попросить второе собрать с собой, потому что в меня больше ничего не влезло бы.

Наконец я закончила обед, помахала рукой,

призывая официанта, благо ждать не долго.

— Чего-то еще желаете?

— Счет, и оставшуюся еду заберу с собой.

— Сейчас всё организуем. Карточка кафе

есть?

— Да. — Я продиктовала свой номер телефона.

— Бонусы списать или накопить? —

поинтересовался официант.

— Списать, — сказала я. — Через пару минут

я оплатила счет, а еще через три минуты мне принесли мою оставшуюся еду в

одноразовом контейнере, я сложила его в портфель, поднялась, оделась и

попросила официанта вывести меня на улицу. Я нервничала: «Вдруг это шутка?»

Даже водяной казался мне моей бурной фантазией, но вскоре я услышала звук.

— Вы Эльвина Луновская? — спрашивает голос с хрипотцой.

— Да.

— Тогда идемте со мной, — говорит он мне и хватает за руку со стороны трости.

— Не могли бы вы меня слева взять? И куда это мы идем?

— На вашу новую работу прорицательницей, — немного удивленно отвечает голос. Мы подходим к машине, тогда провожатый велит мне: — Садитесь в машину. — И я, сложив трость, забираюсь в салон, в нём уже снимаю портфель и ставлю рядом. Закрываю дверь, и мы трогаемся. — Сейчас заберу еще одного кандидата — и отправимся во дворец, — говорит мужчина.

Я киваю, про себя морщусь: «Мне же тот человек сказал, что я принята. Не люблю конкуренцию, слишком неуверенно себя чувствую, всегда считаю себя хуже других. Да, это проблемы с самооценкой, но будем честны сами с собой: я всегда училась спустя рукава. Да, у меня были неплохие оценки, но особо я никогда не старалась — что в школе, что в колледже. И дар прорицателя у меня весьма слабенький. Хотя я еще никогда не ошибалась».

Я решила не заморачиваться и просто откинулась на спинку сиденья, разговаривать не хотелось. Вскоре машина притормозила, и в салон забрался еще один пассажир.

Водитель выругался:

— Чертовы пробки! — Машина встала в потоке. Я тоже не любила заторы, из-за которых мы ползли со скоростью улитки, что раздражало.

— Может, познакомимся? — спросил мой сосед.

— Эльвина, — представилась я.

— Ланс, — ответил мужчина. — Значит, вы тоже кандидат на должность прорицателя?

— Не кандидатка, а принятая на работу, — холодно ответила я. — Да и в вакансии, что я видела, требовалась девушка.

— Даже так, тогда интересно, зачем им понадобился я? — его голос был тягучим и напоминал вкус виски.

— Не знаю, может, для того чтобы сравнивать прорицания, — немного насмешливо предположила я.

— Возможно, вот только не сравнивать прорицания, а знать, когда императрице грозит смерть. Тем мы с вами и отличаемся: вы, светлые, можете видеть только светлые события, а мы — только темные, предсказывать смерть, болезни. И по отдельности мы не так полезны, как вместе. Бог разделил дар на две половинки, чтобы прорицатели не варили, что им вздумается! Ведь это такая власть — менять судьбу почти как небожители, хотя я считаю, что мы, прорицатели, ошибка Вселенной, — ответил он задумчиво.

— Эй, уважаемый, когда мы прибудем?

— Как пробки кончатся, — ответил водитель, и машина продолжила медленно двигаться.

— Знаете, зачем королю прорицатель? — спросил Ланс.

— Ну и зачем?

— Чтобы попытаться избежать смерти.

— Как прорицание с этим связано? Мы не способны предотвратить смерть, — удивилась я.

— Не способны, но можно ее смещать в потоке. Я не ошибусь ведь, предположив, что вы умеете менять судьбу?

— Вы ошибаетесь, такое подвластно только Богу, — возразила я, и он расхохотался.

Тем временем пробка, наконец, рассосалась, и машина набрала скорость, словно нагоняя потерянное время. А Ланс, наклонившись ко мне слишком близко, сказал:

— Вот только жить вам недолго! — Машина вдруг вильнула, и я вылетела в окно. Сколько раз я себе говорила, что надо пристегиваться…

Тело пронзила боль, я упала на асфальт и ощутила давление. Я закрылась в страхе, не понимая, что происходит, когда меня что-то подхватило и унесло в небо. Я кричала до срыва голоса. Всё-таки экстремальные полеты — не для меня. А еще, кажется, меня кто-то нес в лапах, почему-то я в этом была уверена.

На этом ознакомительный фрагмент закончился заходите завтра на Литгород скидка на книгу будет 25% Книга:

https://litgorod.ru/books/view/41649

Глава 5. Сын Сатаны

Ланс сидел в кафе и пил двойной эспрессо. Всё-таки его жизнь была беспощадно разрушена — в один прекрасный момент он проснулся и понял, что ничего не видит. Его тогда чуть удар не хватил, и что с этим делать — было неясно. Он метался по квартире, натыкаясь на предметы, и страх вытеснял все разумные мысли. Он даже не помнил, как выбежал прочь из дома. Как он падал и спотыкался на улице, пока силы не кончились, и он не свалился прямо на дороге. Ему повезло: машина затормозила, а может, и нет. Потому что лучше сдохнуть, чем не видеть мир.

Тогда мужчина с глубоким голосом предложил помощь.

— Во-первых, поздравляю, ты стал прорицателем. А во-вторых, я могу помочь вернуть тебе зрение. И кара Бога тебя не настигнет.

— Я согласен на всё, даже душу продать дьяволу. — И Ланс ощутил, как мужчина улыбнулся.

— Хорошо, я принимаю плату, и отныне ты мой раб, — усмехнулся он, а Ланс почувствовал, как к нему возвращается зрение. — Поехали, я расскажу твои обязанности. — И Ланс сел в дорогой мерседес.

Они прибыли за город.

— Теперь ты темный прорицатель, потенциал у тебя большой, ты можешь искажать судьбы людей. И первое твое задание — найти моего сына, — сказал мужчина. Потом он несколько часов объяснял Лансу, как работает открывшийся в нём дар.

В две тысячи семнадцатом году Ланс стал носом рыть землю, пока не увидел талантливого рэпера Моргенштерна. Его песни ему заходили на ура, а в детстве у него была одна мечта — играть в музыкальной группе, и тогда на свой страх и риск он написал восходящей звезде, и ему повезло. Да, ему пришлось сменить время, и они тусили вместе, пили алкоголь, пока он не увидел однажды, как на лбу Моргенштерна проступили три шестерки. А потом стало уже поздно: он как-то слишком часто начал обращаться к магии трех шестерок. Тогда у Моргена начались проблемы. Его жандармы обвинили в распространении наркотиков, и он бежал из страны, а Ланс отправился следом. И только в Дубае он понял, что нашел сына Сатаны, о чём и сообщил начальству. Так Моргенштерн стал себя называть дьяволом. Да, имя у него соответствует, как утренняя звезда — Алишерка.

С тех пор Ланс стал приближенным принца демонов. Он всё время, как жил с Моргеном, напивался до потери памяти. Сначала было весело: концерты, стримы, блоги, но вскоре он себя почувствовал не в своей тарелке и ушел от российской звезды. И характер у Моргенштерна непростой, и вообще хотелось свободы. А еще дар просился на волю, и он стал подстраивать несчастные случаи, меняя судьбы людей походя, пока не явился снова дьявол.

Он выглядел как большой цветной пернатый змей. Говорят, что это его истинный облик, а это означало только одно: в его род затесались драконы и, возможно, фениксы. Да, его перья по большей части были огненными. И вообще, если бы не ледяной равнодушный взгляд, его можно было бы принять за большую игрушку: перья плотно лежали у него на шее, голове, а дальше они, скорее, были украшением туловища дьявола, на котором сквозь пух и редкие перья проступала жесткая чешуя. Лапы у него были утиными.

Но Ланс признал в мужчине Сатану. Ему стоило огромных усилий, чтобы не рассмеяться. В этот момент он был на съемной квартире, в одиночку глушил виски. Хотелось серьезных заданий, а создавать несчастные случаи соседям надоело. Поначалу те бегали к Лансу за предсказаниями, но он им, кроме болезней и несчастных случаев, ничего не пророчил. Например, одной соседке сказал, что завтра ее муж разобьется на машине, а Мухаммеду со второго этажа, из седьмой квартиры, предсказал, что ему жена изменит с начальником и уйдет к нему жить. Так он всех соседей и отвадил, они перестали к нему ходить. Поэтому и сидел он в гордом одиночестве, глушил свою никчемность виски, когда явился дьявол в своем забавном облике.

— Скучаешь, Ланс? — спросил он вкрадчиво и сменил ипостась. Теперь перед Лансом стоял умопомрачительный мужчина, от которого женщины с ума бы сходили. Темного прорицателя уколола зависть. Сатана хмыкнул, взял бутылку виски и, найдя взглядом стаканы, плеснул себе алкоголя, отпил, одобрил и сказал: — Есть задание от Вильгельма Тринадцатого. Он ищет темного и светлого прорицателей. Пойди к нему и устройся на работу, задание он выдаст. — И, допив залпом виски, дьявол исчез, а Ланс остался сидеть в полной прострации. Однако утром он уже вылетел в Англию, где устроился на работу и оказался в Российской империи с необычным заданием.

Вообще, если бы не дьявол, Ланс послал бы короля в пеший поход, потому что в Российской империи процветало мужеложство. Ланс не понимал, как можно делить одну женщину сразу с несколькими мужчинами. Но задание есть задание.

Ланс снял номер в «Хаяте» и занялся поисками светлой прорицательницы, которую перехватили у Вильгельма Тринадцатого. Ну и к этому прилагалось несколько сопутствующих задач.

А как Эльвина и Ланс встретились — вы уже знаете. Ланс просто заполнил анкету и устроился темным прорицателем. Он знал, что в пару ему возьмут светлую прорицательницу. Он бы предсказывал всё самое темное, а она бы подсказывала решение, как это исправить, ведь светлые прорицательницы могли видеть только светлое будущее, а темное от них скрывалось. Но если темный мог предсказать беду, то светлая сможет попытаться ее отвести. А еще темные прорицатели — отличные убийцы. Даже целая гильдия прорицателей-убийц существует.

Так Ланс вместе с Эльвиной стал работать на императора, вот только задачей темного прорицателя было убрать светлую, потому что императрица должна умереть. Темных прорицателей много, а вот такие, как Эльвина, рождаются редко — один светлый прорицатель на миллион, а темных — десять на миллион, чтобы вы понимали разницу. И никто не может объяснить, отчего происходит так. Как говорит Сатана, это от того, что в обычном мире стало слишком много зла, и оно просачивается в магический мир, нарушая баланс.