Следующий Новый год города Лебена

Пролог

Ветви дрожат пронзительно, звенят обледенелым каплями, тянутся наверх, загребая звёзды, и падают на землю, захватывая их с собой. Снежинки бешено кружат, сталкиваются друг с другом, а после утихают. Лишь для того, чтобы через некоторое время вновь взлететь, будто кто-то перевернул песочные часы, в которые оказалась по чьей-то глупости закована земля.

Время... Как же оно мешает пространству! Они совсем не действуют сообща, более того, пространство никак не влияет на время. Не может ни ускорить его, ни замедлить, ни остановить. Время всё равно уйдёт, в своём, только им выбранном темпе. Неумолимо уйдёт, хоть ты тресни.

Людям останется лишь выбрать, как его посчитать, но даже в точности этого подсчёта нельзя быть уверенным. Время, в сущности, похоже на людей. Те тоже уходят. Одни оставляют после себя цветастые оградки, каменные плиты и, если очень повезёт - маленькие клумбы. Иные оставляют разбитые сердца и слёзы непонимания.

И ещё неясно, что из этого страшнее, если вдуматься.

Года меняют друг друга, у каждого из них своё лицо и голос, свой костюм и характер. Все года, в сущности, похожи лишь в одном - каждый из них обречён уйти. Вот только сами они не справляются.

И кто-то их должен забирать, провожать, показывать последний путь. Нужен Харон для самого времени, если так можно выразиться вообще. И, что ж, это - такая же работа, как все остальные.

Поэтому стоит поправить галстук, взять портфель с бумагами, и отправиться вперёд - ловить очередной год, чтобы правильно его отпустить.

Ловите его!

Новый год приближался неумолимо. Город захлестнула праздничная суета, абсолютно все в Лебене стремились доделать то, что не успели за прошлый год.

Школьники торопились сделать домашние задания, чтобы на каникулах исключительно балбесничать. Студенты сдавали зачёты, бегали за преподавателями с мольбами, слезами и шоколадками. Рабочие люди, все наперебой, пытались выкроить смены не в новогоднюю ночь.

В волшебном мире тоже всё кипело и бурлило. Драконы, проживающие в канализации, несколько ночей подряд выглядывали из своих логов и зажигали гирлянды с фонарями. Рюбецаль намёл уже достаточно снега, феи регулярно вылепливали из него сверкающие снежинки. Фея Бефана, залетевшая в Лебен, как и всегда, по старой дружбе, руководила процессом. Казалось бы, подготовка к празднику шла своим чередом.

Однако драконы ни с того ни с сего взялись перестраивать хранилище своих сокровищ под землёй, чем даже спровоцировали пару аварий, а заодно наделали много шума. Сослались они, естественно, на то, что весь год собирались это сделать, но было не с крыла.

Домовые, всегда исправно радовавшие людей маленькими подарочками, ни с того, ни с сего стали за уборку. Аргументировали тоже тем, что уже давно хотели заняться подобным, но весь год не складывалось - то хозяева дома слишком часто, то спина у старичков и старушек кряхтит, то ещё какая напасть. А проблема была в том, что люди убирались тоже, и в итоге ни те, ни другие не могли ничего найти.

Феи решили перешить себе платья, сделав их из тех же снежинок. На разумные доводы о том, что по весне этих нарядов не станет, отмахивались - дескать , с прошлого года мечтаем, и что вы вообще о магии понимаете.

Даже в башню алхимика Шлейфриха пробралась эта суматоха. Она просочилась через дремавших на крыше грифонов и поразила самого Шлейфриха и его любимую Фриду.

Фрида работала учителем химии, и судорожно проверяла последние контрольные своих учеников, не вылезая из-под кип тетрадей. А Шлейфрих, перекинув бороду через плечо, пыхтел над варящимися зельями. Но то у него что-то пригорало, то что-то выкипало, то что-то взрывалось. Он кричал что-то вроде "нет, я же весь год ингредиенты на этот эксперимент откладывал!" и с воплями бросался тушить.

В общем, времени ни на что не хватало.

Единственной, кто не суетился, была Волшебница. Она сидела тут же, дома у своего друга-алхимика, в своём излюбленном кресле, задумчиво грызла дужку от очков, болтала ногой, и думала. Нет, что-то решительно не клеилось, но как всем помочь, Волшебница не знала.

На коленках лежал сборник "Новогодние истории города Лебена", услужливо напоминая о том, что она провернула в прошлом году. Безусловно, Волшебница могла немного откатить время назад для одного человека, но для всего Лебена... Нет, исключено, сил её на это не хватило бы.

- Что за напасть! - вдруг выругалась Фрида, выводя Волшебницу из раздумий. Учительница бросилась за чем-то пёстрым, выхватившим из её рук тетрадку. Существо замерло на подоконнике и смерило её насмешливым взглядом. Неясно было, откуда оно взялось вообще и чего хотело. - Ах ты, маленький парши... А кто ты вообще?

Волшебница встала и, изо всех сил стараясь не упасть, перешагивая разросшийся бардак, уставилась вместе с ней на их незваного гостя. Тело у него было бы будто от рептилии, а голова - как у щенка. На голове имелись витые рожки, меж которых росла ёлочка, а лапы украшали копыта. Вишенкой на торте был рыбий хвост, которым странный зверь активно вилял.

- Кто это? - прошептала на ухо подруге Фрида.

- А я откуда знаю? - пожала плечами Волшебница.

- Ты же волшебница... - заметила учительница, изогнув бровь.

- Но не энциклопедия же...

И в это время в дверь постучали.

Громко постучали.

Очень настойчиво постучали.

- Кого ж нелёгкая принесла! - вспылил Шлейфрих. - Не дают дела спокойно доделать, гады!

И с этими словами терпение его лопнуло, и алхимик, выбравшись из-за рабочего стола, добрался до двери, по пути проклиная нерадивого пришельца.

На пороге стоял незнакомец. Седой, но не старый, в элегантном костюме и с портфелем в руке. Он поправил галстук, огляделся и, заметив зверя на подоконнике, сказал:

- Позвольте пройти?

- Кто вы? - угрюмо поинтересовался Шлейфрих.

- Пэр-Ноэль, к вашим услугам.

- Обманщик! - недоверчиво покосился на Волшебницу алхимик. - А где же борода и несколько лишних сотен лет?

- Никакого обмана. Лишь хороший крем и бритва, - фыркнул второй за этот вечер гость, достал из портфеля своё удостоверение и развернул его. Документ оказался настолько длинным, что мог бы соревноваться с бородой алхимика. Шлейфрих почти обиженно погладил свою бороду, будто успокаивая её. - Я действительно Пэр-Ноэль, который зашёл к вам в гости. Открывайте, я умираю от холода.

"Ну, да, конечно, умирает он", - подумал Шлейфрих. Но вслух произнёс:

- Тогда входите. Но честно говоря, мы вас не ждали. Почему вы как обычно не свалились через печную трубу?

- Ах, видите ли, я - собиратель времени, и мне нужно изловить этого поганца, уходящий год, - Пэр-Ноэль эффектно захлопнул своё удостоверение и указал на склонившего голову набок зверька.

- Откуда он здесь взялся? - изумился Шлейфрих.

- Вы хотите сказать, это существо... - у Фриды перехватило дыхание.

- Да, - кивнула Волшебница с заинтересованной полуулыбкой.

А Пэр-Ноэль был слишком поглощён тем, что закатывал рукава и доставал из портфеля сачок на телескопической штанге. Пока он этим занимался, зверёк послушно наблюдал за собирателем, не предпринимая попыток к бегству. Надо сказать, делал всё это Пэр-Ноэль плавно и тихо, а потому уходящий год его совсем не боялся. Остальные же замерли, даже дыхание затаили.

Ну, разве что кроме...

Правильно, Волшебницы, которая элегантно запуталась в собственных ногах и упала прямо в кипу тетрадей Фриды, разметав их во все стороны. Естественно, зверёк напугался и побежал по комнате, разбивая склянки с разными отварами и рассыпая снадобья.

- Ловите его! - скомандовал Пэр-Ноэль, и все принялись усердно ловить чудное создание, кроме Волшебницы, шнурки которой переплелись между собой и не позволяли встать.

В конечном итоге зверёк сиганул в окно, оставляя собирателя в замешательстве. Подбежав туда, они увидели, как уходящий год скрывался среди хитросплетения улиц.

- Какого, простите, Крампуса! - возмутился Пэр-Ноэль, обращаясь к виновнице произошедшего.

- Извините её, она не нарочно, - тут же вступилась за подругу Фрида. Шлейфрих с выводами не спешил, однако помог Волшебнице подняться.

- Мы можем вам чем-то помочь? - участливо спросил алхимик.

- Уже помогли, спасибо, - раздражённо буркнул Пэр-Ноэль, нервно запихнул сачок в сумку, быстро оправил пиджак и умчался прочь.

Как только дверь за ним захлопнулась, Шлейфрих спросил Волшебницу:

- Ну, и что ты задумала?

Узоры на окне

Вим был разочарован. Нет, зол. Нет, раздосадован. Нет, просто в ужасе!

- Я столько книг прочитать не успел! – взвыл Вим, роняя очередной потрясающий приключенческий томик прямо на лицо, а себя – на диван. Он раскинул руки, из-за чего попал ладонью по макушке подруге, которая сидела на полу и усиленно смотрела на формулы в учебнике. Не читала уже даже, а просто смотрела.

- Уж кто бы говорил, - рассержено зашипела Ивон, потирая голову. – Мне из-за долгов по химии вообще теперь на каникулах, наверное, заниматься заставят.

- Надо было лучше учиться, - поддразнил её Вим, за что та больно дёрнула его за отросшие волосы. Мальчик, естественно, громко ойкнул.

- Довольно драться, лучше помогите-ка мне! - сурово, но со слышимой улыбкой, велела им мать Ивон из гостиной.

За этот год они стали практически неразлучны, и после школы вместе сидели то у одного, то у другой. Мама Ивон занималась генеральной уборкой дома. Нет, не так. Она ею руководила. У Ивон был большой дом и большая семья, с тремя детьми – старшим братом и младшей сестрёнкой. И все они, вместе с обоими родителями, принимали участие в уборке.

Вим, будучи единственным ребёнком, удивлялся, глядя на эту кутерьму и единение. У них-то дома всё было просто – родители заказывали клининг, а собирались все втроём они уже в праздничную ночь у ёлки. Когда-то они вместе с мамой наряжали ёлку, но потом Виму стало слишком неловко от её вопросов (подростковый возраст, все дела, дети превращаются в колючих ёжиков), так что эта обязанность полностью перешла на маму. К тому же, «украшения» казались ему слишком девчачьей темой.

Однако, наблюдая за тем, как отец Ивон, здоровенный бородатый мужик, осторожно вешает на ёлку стеклянные шары вместе с младшей дочкой, Вим подумал, что было бы здорово в этом году возродить с мамой эту традицию. А ещё лучше было бы уговорить родителей отпраздновать Новый год двумя семьями. Кажется, их мамы неплохо заобщались на почве дружбы детей, так что… План выглядел основательно.

Ну, а пока что, по указке их «командира», Вим и Ивон намывали окна, чтобы потом расписать их белой краской. Да, мороз, конечно, постарается, но кто они такие, чтобы не помочь ему, нарисовав по углам пару милых снежинок и ёлочек?

В общем, жизнь кипела вокруг да около, и даже внутри, но было бы, конечно, здорово, если бы это бурление можно было растянуть ещё хотя бы на недельку. Чтобы можно было всё дочитать, а заодно насытиться праздничной атмосферой…

Вдруг окно прямо перед Вимом запотело, будто на него кто-то подышал. Быть этого не могло, поскольку окна, что они мыли, были на третьем этаже, и балкона перед ними не наблюдалось. Затем на окне кто-то словно вывел надпись пальцем:

«Здравствуй. Нужна твоя помощь. Посмотри вниз»

Вим изумлённо посмотрел вниз, и там посреди улицы увидел свою старую знакомую в элегантном белом пальто, теряющуюся на фоне неумолимой метели. Рядом с ней стоял чудаковатый мужчина, похожий на какого-то древнего волшебника, и…

- Это что, госпожа Фрида? – узнала Ивон их школьную учительницу химии. – Почему она нам машет?

- Она не одна. С ней Волшебница! – радостно подпрыгнул Вим. – Пойдём быстрее, намечается что-то интересное!

***

Господин Бёзар Гайст, а для своих – Крампус, подготавливал свою лавочку к завершению праздничного сезона. К сожалению, никого из нерадивых покупателей съесть не вышло – Волшебница не спускала с него глаз, а продаж набралось не так уж и много. Несчастному даже казалось, что, если б можно было задержать уходящий год, если б можно было продлить эту волшебную пору… Для всех магазинов волшебную, конечно же.

Возможно, он смог бы заплатить за аренду помещения для своей лавки.

Но, даже если б он мог такое провернуть, наверняка пришла бы Волшебница и отчитала бы его. Навер…

Что? Новый покупатель?

А, нет, знакомое белое пальто… С «интересным предложением»?

***

Адалхад Альта, старый мастер стекольных дел, не думал, что этот год сложится для него столь благополучно.

У него появилась ученица, Хеди Гласс. Раньше он бы ни за что не поверил, что хрупкая худенькая девочка сумеет так ловко управляться с раскалённым стеклом, делая из него абсолютно чудесные ёлочные украшения.

Хеди даже пригласила учителя справить Новый год с её семьёй, и Адалхад всерьёз рассматривал её предложение. Родители её люди были славные, и праздник в такой компании обещал быть тихим и радостным.

Насчёт своих взрослых детей господин Альта не беспокоился – у них были свои семьи, и они могли спокойно увидеться после праздников. Если успеется.

Несмотря на то, что всё складывалось как нельзя благополучно, Адалхад ужасно боялся теперь не успеть насладиться этим благополучием. Как знать, сколько ещё ему осталось. Сколько ещё у него есть праздников с родными? Сколько ещё игрушек он сможет сделать сам? Сколько ещё сможет передать Хеди?

Вечер был тихим, но противные вопросы всё равно звенели в голове у господина Альты, пока Хеди, весело насвистывая, под его присмотром расписывала очередную синичку. Правда, в какой-то момент синичка резко ожила и взлетела, заставив девочку вскрикнуть. А пташка, покружив по комнате, устремилась к двери. Открыв её, Адалхад обнаружил на пороге целую толпу, в которой он смутно опознал героев «Новогодних историй города Лебена», что когда-то прочла ему Волшебница. Собственно, возглавляла толпу именно она. Чудесная синичка приземлилась к ней на плечо.

- Добрый вечер, - улыбнулась хитро Волшебница.

Идеальная приманка

- Господа, прошу внимания! - после громогласного объявления Шлейфриха вся собравшаяся компания, наконец, затихла и готова была внимать.

- Наверное, вам всем интересно, зачем вы здесь собрались? - мягко поинтересовалась Волшебница, кивком поблагодарив друга.

- Да! - гаркнул Адалхад Альта, хозяин домика, где они все временно расположились. - Что у вас на уме?

- Этого, боюсь, даже я не знаю, - улыбнулась Волшебница, таинственно взмахнув руками. Она едва не разбила недавно законченные стеклянные игрушки, благо, умница Хеди вовремя подстраховала и поймала их в самый последний момент. - Друзья мои, мы будем варить глинтвейн!

- ЧТО?!!!

- Может, стоит им объяснить? - шепнула ей на ухо Фрида.

- Ну, значит, слушайте...

***

Когда все они вышли из дома и хлынули на улицы, Лебен не представлял, что его ждёт.

Все они разбились на небольшие команды. Только Волшебница, как и всегда, была везде и нигде одновременно.

Крампус успешно штурманул большой супермаркет и рынок ради продуктов, Шлейфрих предоставил котлы и горелки. Вскоре каждая команда разбила свой маленький кухонный лагерь прямо под открытым небом.

- Литр красного виноградного сока... - пропыхтела Ивон, выливая сок из коробки замерзшими пальцами, пока Шлейфрих помешивал его для распределения температуры.

- Апельсин - один штука, - через пару кварталов ухмылялся Крампус, расплющивая цитрус одной рукой.

- Очищенный имбирь, - методично шинковала корень в другом районе Фрида, а один из её лучших учеников, Вим, в это время регулировал пламя горелки.

- Одна палочка корицы, - за рекой аккуратно подцепила двумя мизинцами ингридиент Хэди и закинула его в котёл. Адалхад задумчиво поправил палочку половником и пожал плечами.

- Звёздочка бадьяна, немножко сахара, два кружочка лимона, раз, два, три... Шесть бутончиков гвоздики! - творил Шлейфрих, посыпая отвар ингридиентами, будто лепестками. Ивон же не позволяла его изощрённому танцу существенно повлиять на процесс, надеясь, что помощь любимому её учительницы окупится четвёркой... Ну, или хотя бы тройкой в полугодии.

- И довести почти до кипения на медленном огне, - одобрительно похлопал котелок по ободу Вим.

Чарующий запах разлетелся по всему Лебена пряными лентами. Он стелился по земле и по крышам домов, ласково окутывал их, но не тормозил, не усыплял, а легонько подталкивал вперёд, заставлял хихикать тихонько себе под нос или глупо улыбаться, а то и вовсе бежать в припрыжку или пританцовывать. Ленты эти окольцовывали центр города, причудливой спиралью создавая подобие ловушки, но такой, в какую было бы совсем необидно попасть. Это напоминало игру, в которой хозяева немножко поддаются своим мохнатым любимцам, чтобы потом их схватить и потискать, как следует. Чудесный, волшебный, аромат глинтвейна словно нёс в себе таинство праздника, самую его суть, которая отчётливо виднелась, но почему-то ускользала сквозь пальцы, хоть и щипала сладко в носу.

***

- Готово, - улыбнулась Волшебница, глядя на исполнение своего плана. И, хлопнув в ладоши, объявилась прямо в центре спирали.

Там, посреди площади, сидел знакомый зверёк. Уходящий год удивлённо вертел головой, совсем растерянный. Ясное дело, ему хотелось "вкусняшку", но где она находится, определить бедный зверь не мог, а оттого жалобно скулил.

- Ну-ну, тише, тише, - доверительно прошептала ему Волшебница, осторожно приближаясь. Она шла с носка, стараясь ступать бесшумно. - Я тебя не обижу. Вот, так, хорошо...

Волшебница протянула уходящему году открытую ладонь. Зверёк принюхался, потом позволил себя погладить. А ещё некоторое время спустя дал подхватить себя на руки и радостно закружить. Перед глазами расплывались праздничные гирлянды и обычные фонари, они смешивались со снегом, формируя золотистое марево.

- Вот, видишь, как славно? - хитро выгнула бровь Волшебница. - И не надо никуда уходить. Мы дадим тебе столько глинтвейна, сколько захочешь. А, взамен этого... Новый год наступит тогда, когда мы будем к нему готовы.

И, почёсывая пузико расслабившемуся зверьку, Волшебница направилась к друзьям.

С этим надо что-то делать...

Чудо случилось, старый год тянулся бесконечно. Команда порадовалась да и разошлась по делам, Волшебница с то ли псом, то ли дракончиком, в общем, с уходящим годом, таинственно исчезла, взмахнув полами пальто, но никому не было до этого дела.

Тогда.

Теперь же Вим лежал, уронив очередную книжку на грудь, и задумчиво пялился в потолок.

- Ты такими темпами все книжки в мире перечитаешь… - осторожно заметила Ивон.

- И без тебя знаю, - буркнул Вим.

Вот ведь какое дело – чтение стало приносить гораздо меньше радости, если ему не приходилось искать для него время. Это как в детстве. Если конфета позволена только одна в день, и только если ты хорошо себя вёл, то тебе конечно, очень хочется её получить. Но вот ты взрослеешь, родители спокойно дают тебе целый мешок конфет… И, будто бы, не так уж и хочется. Потому что ты уже один раз слопал все конфеты за один присест, а потом у тебя так скрутило живот, что ты по своей воле будешь есть только по одной.

В общем, Вим, кажется, объелся. И книжками, и этой новогодней атмосферой.

Все вокруг словно не замечали эффектно положенной набок восьмёрки около даты уходящего года, и продолжали готовиться к празднованию. Но, кажется, приготовления имеют смысл, только если то, к чему все готовятся, в итоге наступит.

- Как дела с учёбой? – в ответ поинтересовался Вим, разглядывая пухлую стопку тетрадей в руках подруги.

- Кажется, дело был не в недостатке времени, - развела руками Ивон, и тетради шлёпнулись на пол. – Похоже, мне просто совсем-совсем не интересно, вот я и запомнить не могу. Не моё это.

- Н-да… - протянул Вим, но вдруг встрепенулся и сел на диване. – Слушай, как думаешь, у остальных так же?

***

Дела в лавке господина Бёзара Гайста шли просто превосходно. Товары разлетались, как горячие пирожки. Дело было в том, что все магазины закупили к Новому году определённое количество товаров, и, из-за не самого естественного продления сезона, все их партии успели закончиться. И вдохновившиеся покупатели сразу хлынули к нему. А тут подоспела и партия стеклянных игрушек от господина Альты и его ученицы, как раз вовремя, Крампус сумел продать её за бешенные деньги и полностью покрыть расходы на содержание лавки.

Одним словом, всё шло благополучно, но, как будто, из всего процесса выкачали всю радость.Крампус не просто так открыл лавку. Ему, помимо желания прокормиться, нравилось смотреть, как люди выбирают…. Ну, подарки. Как они думают, стараются залезть друг другу в головы, считают последние копейки, лишь бы порадовать любимых. Это было очень мило.

А теперь даже есть никого не хотелось, вот совсем. Словно раскупили не только все его товары, но и всё волшебство.

***

- Нет, так продолжаться не может, - сердито расхаживал взад-вперёд по мастерской господин Альта. – Это исключительно неправильно!

- Как я с вами согласна, - вздыхала Хеди, терпеливо расписывая фигурку за фигуркой. – У меня уже давно должны были начаться каникулы, но из-за того, что этот год всё никак не уходит, а я так хотела полноценно засесть в мастерской а не бежать, сломя голову, сюда после уроков.

- Мы хотели, чтобы у нас было больше времени, но в итоге его стало меньше, - всплеснул руками Адалхад. – Какой абсурд! Это всё равно, что смотреть на вот эту щель в паркете. Видеть её, стремиться к ней, бежать…. Ну, например, чтобы заварить себе кофе. Вкусный, горький, бодрящий кофе, не имеющий никакой связи с этим «праздником»! И вот прям подойти близко…. А щель глядь – и на другом конце комнаты, как горизонт. И кофе – там же, за горизонтом.

- Бе-зо-бра-зи-е, - старательно вывела на одном из шариков Хеди.

- Вот именно! – поднял вверх указательный палец господин Альта. – С этим, моя дорогая, надо что-то делать. Чудеса, конечно, хороши….

- Но любое чудо – уже не чудо, если оно – каждый день, - вывела мудрёную цитату на другой игрушке Хеди.

- В общем, с этим надо что-то делать! – авторитетно заявил её учитель.

- Но только вот что? – почесала подбородок девочка, и тут же обзавелась «бородкой» из краски.

***

Дверь в башню захлопнулась с трудом. Пришлось вдвоём привалиться, чтобы закрыть.

Тетрадок учеников Фриды стало так много, что они нечаянно заехали на стол алхимика, на них капнуло зелье размножения…. В общем, теперь башня могла взорваться из-за переполнявших её листочков в клеточку и зелёных обложек. Но с этой проблемой было решено взорваться позже. Потому что на крыше башни, как минимум спят грифоны. И, если запахнет жареным, эти умные зверушки придумают, как спасти своё дом. Они – мастера в воровстве макулатуры, иначе из чего бы они вили гнёзда в большом городе? С деревьями тут не разгуляешься. А пока постановили, что стоит разбираться с первопричиной, а не со следствием.

А потому Фрида и Шлейфрих, спешно кутаясь в зимние пальто и поправляя друг другу шарфы, торопились.

- Найдём Пэр-Ноэля…

- Выследим Волшебницу…

- Проводим, наконец-то, уходящий год…

- И спасём Новый!

Как не вовремя поссориться со своим городом

- П-представляешь, ик! Они взяли, и, и… Ик! Поймали уходящий год луч-чше, ик, меня! Да на что я вообще годен! – горько жаловался на жизнь бармену Пэр-Ноэль, опрокидывая в себя очередной бокал чего-то горячительного. Или горького, или и того, и другого, в общем, чего-то с буквы «г».

Бармен, молодой сообразительный парень, только своевременно кивал, изредка предлагая повторить заказ.

Пока в бар не ввалились они. Весьма представительный алхимик и семенящая за ним миниатюрная учительница.

- Эй, приятель, нам нужна твоя помощь, - с ходу заявил Шлейфрих, лихо перекидывая бороду через плечо.

- Заварили кашу, а мне теперь расхлёбывать? – мутно глянул на него охотник. – Вы меня не уговорите.

- Мы, возможно, нет, а вот она… - интригующе протянула Фрида и повернулась к двери.

- Ваша хвалёная Волшебница ничего не сможет предприня… - начал Пэр-Ноэль, но его перебил знакомый голос.

- А я не волшебница, я фея, дорогой мой, - ухмыльнулась Бефана, стоя руки-в-боки в дверном проёме.

- Кого я вижу, - мигом протрезвел охотник и кинулся приветствовать старую подругу.

Когда они обнялись и расцеловались, Бефана заявила с энтузиазмом:

- Ну, а теперь пойдём спасать твою карьеру…. И Новый год, заодно!

***

Как авторитетно заявил Пэр-Ноэль, чтобы переманить зверька от Волшебницы, где бы та ни была сейчас, им нужна ещё более привлекательная приманка, чем глинтвейн. Охотник рассказал, что уходящий год очень любит вещи, которые вызывают у людей приятные ностальгические воспоминания. После чего вся честная компания, заскочив домой а такими вещами, собралась в лавке Бёзара Гайста, так как у него барахло, связанное с прошлым, всё ещё оставалось, пусть и в небольших количествах. Да и само место пропиталось атмосферой старины, что должно было понравиться маленькому бирюзовому негоднику.

Каждый притащил что-то своё. Вим откопал у себя дома старые комиксы с пожелтевшими страницами. Ивон, скребя сердце, внесла свою лепту альбомом с раритетными марками. Шлейфрих выделил один из дедовских трактатов. Адалхад пожертвовал бутылку древнего вина, что ему подарили на прошлый Новый год родители Хэди, а та, в свою очередь, пристроила к общей куче своего детского плюшевого мишку-обнимашку. Фрида же, виновато потупив взор, предъявила тетради по химии, но из времён, когда она сама училась. Ивон с удивлением отметила, пролистав, что поначалу даже у их учительницы бывали плохие оценки.

Все приманки они сложили в одну кучу и расселись вокруг, подкарауливая свою добычу.

- И теперь мы просто ждём? – с сомнением изогнул бровь Вим.

- Ну, да, мальчик, а что ж ещё нам делать? – развела руками Бефана.

- А представляете, вдруг старый год убежит сам, а Новый наступит прямо сейчас? – предположила вдруг Хэди.

- И что с того? – полюбопытствовала Ивон.

- А ты вот представь, что как Новый год встретишь, так его и проведёшь, - ответил за ученицу господин Альта. – И вот посмотри, где ты? В какой-то вонючей лавке…. Без обид.

- Обид никаких нет да и не бывает, я просто отобедаю вами, - фыркнул Крампус.

- Вы хотели сказать, «с вами»? – попыталась помочь ему Хэди, памятуя о плохой речи нового знакомого.

- Да-да, разумеется, - оскалился господин Бёзар Гайст.

- А посмотри, с кем ты? - меж тем продолжал разговор Адалхад. – С толпой каких-то странных незнакомцев, с чудищем…

- Со своей учительницей, - подсказала Фрида и мило улыбнулась, надеясь сгладить ситуацию.

- О, ещё хуже, - господин Альта только и делал, что нагнетал. – И, наконец, что ты чувствуешь

- Разочарование… - помедлив, вздохнула Ивон. – И тревогу.

- И как, скажи на милость, ты проведёшь будущий год, если он сейчас наступит? – торжествующе хмыкнул Адалхад, завершая объяснение.

- Да ладно вам! – не выдержал Вим. – Глупости это. Пустые суеверия! Т-так ведь?

Он робко покосился на молчавшего алхимика.

- Не уверен, - честно пожал плечами тот. Вздувшаяся жилка на лбу у него пульсировала. – Это поверье родилось не на пустом месте, и очень может быть…

- Не верю в это! – вскочил с места мальчик. – А если так всё и обернётся, то Волшебница непременно придёт и нам поможет!

- А если она не захочет? – задал резонный вопрос охотник. – Ведь она эту кашу и заварила. Вы не думали, зачем? Может, она решила наказать вас всех за что-то? Может, она не захочет вам помогать? Или, может быть, она пожертвует вашим счастьем ради счастья остальных горожан? Лебен – далеко не деревня…

Повисла пронзительная, тягостная тишина.

Прервал её звон разбившегося стекла. Благополучно пробравшийся в лавку пёсодракончик спихнул с полки одну из старых игрушек Хэди и господина Альты, что Крампус выкупил себе в магазин.

Балаган тут же поднялся несусветный. Уходящий год ловили все, в какой-то момент вся лавка превратилась в громыхающий кричащий тайфун. В конце концов, Пэр-Ноэль своим супер-сачком накрыл зверька… вместе с Волшебницей.

- Могу я спросить, что происходит? – строго спросила она, поглаживая разместившегося у неё на руках зверя, отчаянно ищущего защиты в складках её пальто.

И все наперебой заголосили.

- Да я не могу уже, я согласна на дополнительные занятия в каникулы, это всё равно лучше, чем бесконечная школа!

- У меня лавка почти битком пустая, мне продавать в следующем месяце что?!

- Это невозможно просто, нам уже жить негде, башня вся завалена моими тетрадями!

- Милочка, у меня ведь и другие города есть, там столько ребятишек подарочков ждут, я и так к ним совершенно опаздываю!

- Нет, это просто возмутительно! Моё драгоценное, хрупкое время, которого всё меньше и меньше, бессовестно украдено! А если я не протяну долго, я что же, Нового года никогда не увижу?

- Это просто воз-му-ти-тель-но! Я пожалуюсь на ваш городок начальству, они предпримут меры!

- Пока всё замерло, у меня совсем нет вдохновения, и все мои стеклянные птички и зверушки выходят злыми и перекошенными!

- Я так с семьёй Ивон хотел отпраздновать Новый год, а он всё не наступает и не наступает…

- Но вы же хотели… - робко замечает Волшебница, пятясь назад по битому стеклу.

И тут терпение Шлейфриха лопнуло. Он заставил всех замолчать взмахом руки, и стал надвигаться на Волшебницу.

- Нет, мы хотели чего угодно, только не этого кошмара. Может быть, ты и волшебница, но ты явно не фея, исполняющая желания, - прошипел он. – Ты никогда не думаешь о последствиях, и в этот раз твои «чудеса» слишком далеко зашли. Просто оставь нас в покое и позволь самим разобраться со своими жизнями, нам всем было бы значительно лучше, если бы…

- Меня не было, - растерянно прошептала Волшебница и осторожно передала пёсодракончика Шлейфриху.

- Что? Нет, я вовсе не это имел ввиду! – воскликнул алхимик, понимая, что перегнул палку и обидел подругу. Но извиниться он не успел.

- Я поняла вас, - тихо произнесла Волшебница. В зеркале, стоящем рядом с дверью, отражались очерченные её силуэтом переплетения улиц, на которых поднимался буран. – Я хотела как лучше.… Простите. Счастливого Нового года.

И она исчезла с глухим хлопком, не оставив и следа. Входная дверь тихо заскрипела и приоткрылась, будто от сквозняка.

Шлейрих потерянно осел на пол, не осознавая, что порезал колени.

- Ну, что ж, позвольте откланяться. Мне ещё объяснительную обо всех этих плясках писать, - неловко переминаясь с ноги на ногу, Пэр-Ноэль забрал зверька из рук алхимика и вылетел наружу, спешно засовывая свой сачок в портфель.

Фрида подошла к своему любимому и положила ему ладонь на плечо. Хэди с Адалхадом встревоженно переглянулись, Крампус отправился за метлой и совком, Бефана приняла их и взялась подметать осколки, Ивон застыла, хмуро уткнувшись в телефон.

Вим кинулся к двери, но почти сразу же заскочил обратно, словно ошпаренный.

- Там метель лютая, не видно практически ни шиша, машины тормозят и аварийки зажигают, одним словом…

- С наступившим Новым годом, господа, - только и смогла выдавить Ивон, показав всем дату на экране: «1-е января, среда».

Всё началось с башни

- Нет-нет-нет, так всё закончиться просто не может, - заохала Бефана, заканчивая подметать.

- А вам разве не надо было лететь куда-то к детям, подарки разносить? – проворчал Адалхад, чувствуя себя виноватым за случившееся.

- Надо, но…. – протянула фея, выудив из кармана бумажку с ручкой. Что-то быстро чиркнула, достала зажигалку, подожгла бумажку, и та пеплом взлетела к потолку и пропала. – Но старина Пэр это сделает за меня. Ну, и какой у вас план?

- Мы должны найти её и извиниться. Ты должен извиниться, - Вим посмотрел в глаза алхимику. Шлейфрих отвёл взгляд, но мальчик продолжал сверлить его.

- Эй, но ведь виноваты все мы, не только он, - попытался вступиться за него господин Альта.

- Но он – её лучший друг, - мягко заметила Фрида.

- Да откуда ж мы узнаем, где Волшебница? – спросила Ивон. – Может, она вообще нигде?

- Она на водонапорной…. Простите, на грифоньей башне, - просиял вдруг Вим.

- С чего такая уверенность? – удивился Крампус.

- Всё всегда начиналось с неё, - горько усмехнулся Шлейфрих, поднимаясь, наконец, с колен. – Пусть в этот раз и закончится там же.

- К тому же, раз мы хотим, чтобы Волшебница там была, она там и будет, - заявил Вим.

- Но там же метель… - робко напомнила Хэди.

- Поэтому мы с мальчуганом вдвоём пойдём вперёд, а вы догоняйте, по мере сил, - решил алхимик. И клюнул любимую в щёку. – Фрида, ты тут за главную. Веди их.

И с этими словами Вим схватил Шлейфриха за руку, и они умчались в буран. Все остальные нервно сглотнули и последовали их примеру, пусть и не так решительно. Крампус упирался поначалу, но его уговорили господин Альта с ученицей.

А вьюга всё свирепела…

***

- Когда я говорил отцу ещё ребёнком, чтобы он отпустил меня погулять, что дорогу домой я найду даже с закрытыми глазами, я не думал, что когда-либо мне придётся это делать, - проорал алхимик, отплёвываясь от снега.

Вим только закрыл нос и рот сгибом локтя и судорожно вздохнул.

В городе начались перебои с электричеством. Не светились новогодние украшения, дома смотрели на них безрадостными чёрными глазницами – окнами. Фонари погасли тоже. Аварийные огни машин высвечивали им путь красными отблесками. Ветер пронизывал насквозь, морозный воздух обжигал лёгкие, барабанные перепонки должны были уже порваться от свиста бурана и криков.

Вне сомнений, на уши встал весь Лебен. Феечек легко сносил ветер, так что они легко терялись меж снежинок, домовые ворчали и захлопывали двери, драконы кашляли, отпаивались чаем с мёдом под землёй и носа наружу не совали.

Наконец, Шлейфрих упёрся ладонью в родную каменную кладку.

- Нашёл! – обрадовался алхимик. – Но…. Внутри завал. Тетради…. Не пройти.

- Да не вопрос, - фыркнул Вим, примериваясь, а после разбежался и запрыгнул на башню, чудом схватившись за обледеневшие булыжники.

- Что ты творишь?! – всполошился Шлейфрих. – Ты же расшибёшься!

- Я… Уже… Это… Делал… - прокряхтел мальчик, медленно ползя наверх.

- Но не в такую же метель! – заметил алхимик, судорожно теребя бороду.

- Нет… Но… Это… Нич… - нога сорвалась. Вим чудом удержался, но решил больше не болтать, что бы там ни орал внизу Шлейфрих. Тот, впрочем, лишь молчаливо наблюдал и не делал больше попыток его остановить.

А Вим всё лез и лез. Было больно, он был уверен, что раздерёт пальцы в кровь или отморозит их к чёртовой матери, ну и пусть, и ладно. Лишь бы он не ошибся, лишь бы она была там.

Когда-то он и знать не знал, какой у них город замечательный, на самом деле. И если Волшебница уйдёт навсегда… Лебен не будет прежним. Это будет совершенно другой, совершенно чужой город. Скучный, неправильный… Бездушный.

И никаких пальцев не жалко, лишь бы успеть, пока ещё не поздно.

Грифоны кружили, как бешенные, совсем переполошились, оставили свои гнёзда посреди зимней спячки. А в эпицентре, среди вьющегося вокруг снега и грифоньих перьев Вим с облегчением обнаружил знакомый силуэт.

Тут, вопреки всему, было тихо, как и бывает всегда в оке бури. Волшебница сидела на корточках и рассматривала что-то, лежащее в одном из гнёзд. Вим тихо приблизился, сел рядом. Волшебница то ли не заметила его, то ли не имела ничего против.

А смотрела она на деревянный наличник, вернее, его обломок. Белый, если б не ветки гнезда, и не видно б было.

- Что это? – поинтересовался мальчик.

- Этим великаны украсили первый законченный дом в городе, - будто из забыться, ответила Волшебница. – И передали традицию пришедшим на их место людям. Так появились у меня горожане…. Но я подвожу вас. И вы уйдёте. Люди бегут из городов, где не могут исполнить свои желания. А что же делает Лебен городом, кроме его горожан?

- Ты, - прошептал Вим, и осторожно сжал её руку. У Волшебницы слегка приоткрылись глаза, словно бы только теперь она почувствовала, что может быть материальной. Она взглянула на мальчика, а он ей просто улыбнулся.

Тогда она покрепче взяла его ладонь, вскочила, и они вместе…. Пошли. По снежинкам. Они формировали извилистую, но надёжную лестницу. Она упорядочивала их безумный танец, и очень скоро оба оказались на земле.

Шлейфрих не стал ждать знака свыше, тем более, что этот знак буквально взял и спустился по самодельным ступенькам. Он просто подлетел к подруге и сгрёб в медвежьих объятиях.

- Прости. Я… Мы будем осторожнее и со словами, и с делами. Ты только не уходи!

Волшебница мягко, неуверенно обняла его в ответ. И буря стихла. Совсем. Наступила тихая, спокойная ночь. Своими глазами Шлейфрих и Вим видели, как перепуганные прохожие взлетают ввысь, засыпают и плавно улетают навстречу своим одеялам и подушкам в тёплых квартирах, которые для них открывают домовые. Как сами собою чинятся пострадавшие в ДТП машины. Как возвращаются в город феечки, унесённые злым ветром, и как вновь зажигается огонь в фонарях благодаря выздоровевшим драконам.

А всего в десятке шагов от них, повернувшись к башне спиной, стоят их друзья.

- А я же говорила, нам в эту сторону! – возмутилась Фрида, развернувшись.

- Мне лучше знать! Я живу-то уж поменьше вашего, - авторитетно заявил Крампус.

- Побольше… - подсказала Хэди.

- Да разницы бес!

- Три-четыре, - меж тем прошептала Бефана и сдирижировала остальными.

- Просим прощения и приносим искренние извинения, - хором протянули все.

Волшебница съёжилась.

- Вы чего… все? Я же не… Вы же правы! – всплеснула руками она, и вдруг сама себе зарядила по носу, так что Виму со Шлейфрихом пришлось её ловить.

- У любой стеклянной фигурки, сколь бы красива она ни была, есть свои изъяны. Но исправлять их должен мастер, а не пламя, ибо…. – начал торжественно Адалхад, но его прервал господин Бёзар Гайст.

- В общем, это, лучше встретить Новый год дома, даже если хотел уехать, чем самый этот дом под Новый год потерять!

- Такой момент красивый испортил! – искренне расстроилась Ивон. От избытка чувств она стала искать, как бы проучить болвана, но вокруг был только снег…. Так что ничего лучше, чем запустить снежок в голову Крампусу, она не придумала.

Великая Снежковая Битва разгорелась на улицах Лебена.

В новом году Вим, конечно же, вновь не прочитает все книги, которые хочет. А Ивон будет вечность отдуваться перед Фридой, брать дополнительные задания и всё равно делать их с ошибками. А сама учительница ни за что не будет успевать проверять тетради вовремя, и, само собой, будет сидеть за ними ночи напролёт. В этом компанию ей составит её любимый алхимик, который как всегда отложит самые трудные и интересные в приготовлении зелья на конец года. Продажи Бёзара Гайста вновь упадут, ведь праздники – не каждый день, и дарить подарки просто так люди как-то не обучены. У господина Альты и его ученицы никогда не будет столько времени, сколько они захотят.

Но хотя бы немного его всегда будет. У всех. Потому что….

Хэди услышала шипение и повернула голову. Крампус, подкрадывавшийся к ней сзади с огромным снежным комом, замер и даже осторожно положил свой снаряд. На них из-за угла выглядывала зелёная змейка, и, кажется, улыбалась. Но только по-своему, по-змеиному.

Пока они думали, как бы подманить новый год, Волшебница спокойно прошествовала к змее и взяла её на ручки. Все замерли. На немой вопрос она спокойно ответила:

- Не волнуйтесь. Отпущу, когда придёт время.

И тихо рассмеялась.

Звоном колокольчиков разнёсся этот смех по Лебену, возвещая всем и каждому – Новый год пришёл, новые дела ждут, но терпят. Делайте то, что хотите здесь и сейчас, и будьте счастливы вне зависимости от места и времени.

А снег понемногу превращался в волшебную золотую пыльцу, укрывая город мерцающим покрывалом до новых встреч и приключений.