Самый обычный последний день

Глава 1

В темном коридоре что-то зашелестело, заставив Марти вздрогнуть. Он подкрался к проему на цыпочках, всмотрелся в полумрак, но увидел лишь мусорный пакет, собранный еще с вечера. Тот завалился набок и напоминал сплющенное животное с уродливым носом. Марти шумно выдохнул и поплелся в спальню. Несколько секунд он бездумно пялился на кровать, затем опустился на ее край.

И зачем он вскочил в четыре утра? Он ведь много раз обещал себе, что это будет самый обычный последний день. Выспится, встанет, как обычно, пройдется по списку дел, которых осталось не так уж и много. Может, прогуляется, съест что-нибудь вкусное, затем посмотрит фильм, один из тех, что все время откладывал, и ляжет спать. Как ни в чем не бывало. А завтра…

Нет! Сегодня он не станет об этом думать. Эти мысли и так вертелись у него в голове последние десять лет. Господи, как же он от них устал… Ну ничего. Осталось недолго.

И черт его дернул задать вопрос?!

Конечно, тогда он и подумать не мог, что все окажется правдой. Разве возможно поверить, что в обычном киоске на рынке можно узнать о таких вещах?

Оказалось, еще как можно.

«Хотите задать вопрос, Мартин? Для тех, кто сумел нас найти, услуга бесплатна». Марти скривился, вспомнив бойкий голос рыжеволосой продавщицы. «Точно хотите?» Конечно, хочу. Я же, блин, идиот. Нет, чтоб хоть немного подумать.

А ведь это мог бы быть самый обычный день. Он бы ни о чем не догадывался. Ничего не боялся. Не считал бы месяцы, потом недели, потом дни…

Марти с усилием оборвал себя — обещал же об этом не думать, и вот опять.

Предстояло решить еще несколько важных вопросов. Во-первых, ставить ли будильник на завтра? Если он проснется пораньше, у него будет еще пара-тройка часов. Можно встретить рассвет, например, насладиться пением птиц… Или что там вообще делают в такой ситуации? Как бы там ни было, полагается наслаждаться, пока есть такая возможность.

Марти невесело усмехнулся. Будто он кому-то обязан. Точно потом его будут с пристрастием допрашивать: «А ты наслаждался? Точно? До последней секунды?» Только как именно это делать, когда тебе страшно до чертиков, почему-то никто не говорит.

Или к черту будильник? Тогда все случится во сне, и… В горле что-то оборвалось, но он упрямо мотнул головой. В таком случае надо надеть пижаму посимпатичнее, чтобы потом его нашли в приличном виде.

Хотя кого он обманывает? Едва ли он вообще сможет сегодня заснуть.

Он привычно застелил постель и побрел на кухню. За окном синели предрассветные сумерки. В абсолютной тишине прогремел мусоровоз и укатился по переулку. Марти проводил его отсутствующим взглядом.

В окнах соседнего дома постепенно зажигался свет. Кто-то раздвигал шторы, на одной из кухонь ставили чайник. Начинался новый, совершенно нормальный день.

Он заставил себя отвернуться и взял с холодильника ежедневник. Большая часть списка в нем была уже вычеркнута. Он пробежал глазами по последним страницам. «Собраться с друзьями», «свозить маму на море», «помириться с Томом», «научиться печь», «дочитать наконец „Сто лет одиночества“», «вернуть форму для выпечки Мэри», «посмотреть фильм, про который говорил Тэд», «увидеть северное сияние!», «порыбачить в Форише», «продать спиннинг» и еще куча всего.

Он старался не ставить долгосрочных целей — вроде «объехать весь мир», «разбогатеть» или даже «жениться» — и не думать о них. И без того было чем заняться. Главное из списка он успел. Осталось лишь несколько незначительных дел.

Плеснув себе кофе, он уселся за кухонный стол, открыл ноутбук и принялся отменять платные подписки. Каждый раз его челюсть невольно сжималась, когда из списка причин приходилось выбирать «Другое».

Стоит ли удалить аккаунты в соцсетях? Ему стало жутковато от мысли, что старые знакомые, с которыми он давно не поддерживает связь, будут и дальше получать напоминания о его дне рождения и писать поздравления. Пожалуй, лучше все-таки удалить. Только позже, чтобы ни у кого не возникло преждевременных вопросов.

Марти отложил ноутбук и взялся за тряпку. Помыв остатки посуды, он протер раковину и стол. Сходил в ванную, убрал трусы с батареи, затем остановился посреди гостиной и растерянно обернулся по сторонам.

От дырявых носков он избавился, полы помыл, подушки разложил на диване, холодильник почти опустошил. Что еще?

Растения. Два кактуса и герань, устроившиеся на подоконнике, безучастно взирали на светлеющую улицу. Марти осторожно полил их из бутылки с отстоянной водой, немного подумал и полил герань еще больше — кто знает, когда ее польют в следующий раз. Затем на всякий случай проверил счета.

К девяти утра дела закончились, и это оказалось неожиданно неприятно. Марти еще раз прошелся по квартире в поисках чего-нибудь, что можно было помыть, выбросить, отменить или вернуть, но квартира была совершенно готова. В отличие от него самого.

Он опустился на диван и долго смотрел перед собой, пока взгляд не зацепился за телефон, лежащий на кофейном столике.

Позвонить кому-нибудь? Захотелось услышать мамин голос, но он мгновенно отмел эту мысль. Притворяться больше не было сил. Врать, что все хорошо, обсуждать планы на будущее, обещать заехать на выходных казалось невыносимым. Но еще хуже было сидеть в тишине.

Он натянул темные джинсы и простую футболку. Провел рукой по щеке и поморщился, ощутив колючую щетину. Наверное, стоит побриться. Он постоял в нерешительности, затем махнул рукой. Пригладил расческой русые волосы, которые в следующую же секунду вновь растрепались. Захватил куртку и мусор и застыл на пороге. Прошагал обратно на кухню, забрал ежедневник и вышел из квартиры.

Мусорный мешок полетел в контейнер. Марти уже занес руку с ежедневником, но остановился. Между последней страницей и корочкой торчала серая карточка. Он вынул ее и снова пробежал глазами давно заученный текст:

Мартин Харт 17 сентября 2026 года 07:15 Место встречи будет определено обстоятельствами. Явка обязательна. Опоздание и перенос времени не предусмотрено.

Справа от текста была нарисована дверь: простой прямоугольник с приоткрытой створкой.

Марти вздохнул, сунул карточку в карман джинс и отправил ежедневник вслед за мешком.

День тянулся невыносимо долго. Он успел замерзнуть, выпить кофе у канала, попинать шуршащие листья, прогуляться по набережной Фориша и пообедать у Ральфа. Потом забрел в музей судоходства, добрался до Северного парка, а оттуда — в Старый город. В очередной раз проверив время на телефоне, он едва не застонал. Еще не было и пяти.

Первоначальный план — провести вечер дома — стал вызывать тошноту. Ему было необходимо оказаться среди людей. Чем больше шума и суеты, тем лучше.

Недолго думая, он направился в «Каменную лодку».

Народ еще только подтягивался в паб. Марти прошел мимо столиков из добротного темного дерева, мельком глянул на пустую сцену и плюхнулся на барный стул.

Этим вечером за стойкой хозяйничал Марк — крепкий мужчина лет пятидесяти, с волосами, стянутыми в хвост, в неизменной потертой косухе.

— Чего-нибудь покрепче, — попросил Марти.

— Есть отличный вискарь прямиком из Оклина.

Марк выудил из-под прилавка пузатую бутылку и потряс ею перед носом у Марти. Тот коротко кивнул, но попросил разбавить пойло яблочным соком.

Уилл всегда говорил, что виски надо пить только чистым. Но Уилла здесь не было, так что его мнение можно было не учитывать.

Марти отрешенно наблюдал, как хозяин смешивает напитки.

— А живая музыка сегодня будет? — вдруг спросил он.

— Не, по четвергам у нас диджей. Приходи завтра, будут новые ребята и «Шляпа» после девяти.

Марти снова кивнул и поспешно отвел взгляд.

Он сделал несколько мелких глотков, стараясь не морщиться. Тепло поползло по горлу, разлилось по груди, обожгло желудок, но напряжение, вопреки его ожиданиям, никуда не исчезло. Марти машинально вынул карточку из кармана и положил перед собой.

Когда-то они с Уиллом сидели за этой самой стойкой и смеялись над предсказаниями. Тогда все это казалось отличным розыгрышем. Ну или каким-нибудь социальным экспериментом.

Уилл случайно узнал о киоске, а Марти потащился с ним из дурацкого любопытства.

Когда Марти получил карточку, ему стало не по себе. Он до сих пор помнил холодок, пробежавший по телу. Но тогда лишь отшутился. Продавщица юмор не оценила и попросила не задерживать очередь, которой, впрочем, и не было.

Они с Уиллом собирались вернуться в киоск после истечения обеих дат, ткнуть продавщицу в предсказания носом, а потом как следует отметить это дело.

Но Уилла не стало.

12 февраля 2020 года ровно в 11:53. Как и значилось на его карточке.

Уилл никогда в это не верил. Смеялся и говорил, что ничего не боится, однако в тот день почему-то остался дома. Около полудня этажом ниже прогремел взрыв — в одной из квартир случилась утечка газа. По счастливой случайности никого из прочих жильцов дома не оказалось.

Только Уилл.

Марти обреченно вздохнул и уронил голову на руку. Это не ускользнуло от внимания Марка. Он бросил на него косой взгляд и придвинулся ближе.

— Что-то стряслось? — спросил он.

— Нет, — спохватился Марти, поспешно натягивая улыбку. — Нет, просто… День какой-то дурацкий.

— Это бывает. — Марк тепло хлопнул его по плечу. — Ничего, завтра будет лучше.

Он подмигнул и отвернулся к другому клиенту. Марти с трудом подавил вырывающийся нервный смешок и опрокинул остатки виски.

Паб постепенно наполнялся людьми. Вокруг смеялись, звенели кружки, диджей врубил музыку. Рядом уселась девушка: краем глаза Марти заметил длинные волосы и клетчатые брюки.

Он взял карточку и принялся вращать ее между пальцев. Нужно было лучше спланировать этот день. Освободить его от дел было дурацкой затеей. Он был готов заняться чем угодно, лишь бы больше не ждать. Что можно сделать такого, чтобы уложиться за ночь?

Может, переспать с кем-нибудь напоследок? Обычно такое мероприятие требовало куда больше времени. Знакомство, флирт, переписка, свидания… Но ведь есть люди, которые обходятся и без этого. Допустим, у него тоже получится. А дальше что? Уйти по-английски или остаться до утра и устроить малознакомой леди незабываемый сюрприз? Ровно в 7:15. Да уж, вряд ли она оценит такую шутку.

Или позвонить бывшей? Ну уж нет. Она всю ночь будет доказывать, что умирает он исключительно ей назло.

Марти заметил, что девушка сбоку внимательно рассматривает его, и немного смутился. Она ведь не могла догадаться о его мыслях?

— Простите, но я не могу не спросить… Откуда у вас это? — Она наклонилась чуть ближе и кивнула на карточку.

Марти замер, затем медленно спрятал картонку обратно в карман.

— Взял в киоске на рынке, — как можно непринужденнее сказал он. — А что?

— Это прозвучит странно… — начала она и запнулась. — Но эта дверь… В общем, я ее уже видела. — Она снова замолчала и быстро обернулась по сторонам. Затем понизила голос: — Только обещайте, что не сдадите меня санитарам, ладно?

Марти кивнул. Большие карие глаза смотрели на него с нескрываемым любопытством.

— Мне говорили, что есть такие места, где можно задать вопрос о своем будущем. В ответ ты получаешь такую вот карточку, и то, что на ней написано, в самом деле сбывается.

Марти не знал, что отразилось у него на лице, но девушка слегка отпрянула и затараторила:

— Да, я знаю, как это звучит. Сначала я тоже не поверила. Но у человека, который рассказал мне об этом, все сбылось. Прямо так, как и было написано!

— И что же у него сбылось? — напрягся Марти.

— Он спросил, поступит ли в Королевскую академию, — сказала она чуть тише. — Но на тот момент ему уже дважды отказывали. А потом он получил и третий отказ. Тогда мы подумали, что это все ерунда.

Марти помрачнел, уже зная, к чему она клонит.

— Но это оказалось правдой, — сухо закончил он за нее.

— Именно! Двенадцатого апреля в десять ноль семь ему позвонили и сообщили, что в Академии освободилось место. Именно эта дата и время были указаны, представляете?

— Невероятно. — Марти кое-как заставил себя улыбнуться.

— А вы о чем спросили? — все так же сияя, поинтересовалась она.

— Да так… Ерунда.

Девушка недоверчиво вздернула бровь.

— Я был уверен, что это просто прикол, и спросил первое, что пришло в голову, — принялся сочинять Марти. — Сейчас уже толком не помню… Кажется, когда «Роверс» наконец выйдут в финал.

Он засмеялся, мысленно умоляя всех богов, чтобы собеседница ничего не смыслила в футболе.

— И когда? — спросила она.

— Если верить этой штуке, то скоро.

Она слегка поджала губы и задумалась, затем медленно заговорила:

— Я тоже хочу кое о чем спросить. Правда, я никогда не слышала про рынок, только про прачечную на Вересковой. Я даже была там однажды, но так ничего и не выяснила. Возможно, мне стоит сходить в этот ваш киоск…

— Нет, — вскинулся Марти, но тут же взял себя в руки, натянул улыбку и добавил: — Если только вас не интересует футбол.

— Честно говоря, не особо, — рассмеялась девушка. — Меня интересует другое.

— И что же? — серьезно спросил Марти.

Девушка на миг опустила взгляд и взялась за бокал.

— Только не смейтесь. — Она помедлила. — В общем, я давно пишу и хочу стать сценаристом. Постоянно рассылаю сценарии, но пока либо отказ, либо вообще тишина. — Она немного поморщилась. — Словом, я хотела бы знать, получится ли у меня.

Какое-то время Марти хмуро размышлял над ее словами.

— А если вам скажут, что нет? — наконец глухо спросил он. — Перестанете писать?

Девушка растерянно моргнула, словно такой вариант до сих пор не приходил ей в голову.

— Вряд ли мне так скажут, — сказала она после короткой паузы.

— А если все-таки скажут? — не отставал Марти. — Или окажется, что получится, но лет через двадцать-тридцать?

Девушка удивленно уставилась на него. Затем досадливо дернула плечом и отпила из бокала.

— Ну… Зато я буду знать наверняка. Но сомневаюсь, что все будет так плохо. Многим нравятся мои вещи. Скорее всего, они просто попадают не в те руки.

Она немного помолчала и добавила:

— Но дело не только в вопросе. На самом деле я просто хочу увидеть все своими глазами. Проверить, правда ли они знают то… что знают.

— И как это проверить? Даже если предсказание сбудется… — Марти стало не по себе от собственных слов, но он заставил себя продолжить: — Это может быть простым совпадением.

— А если сбудется еще одно? — возразила девушка. — И еще? Вы представляете, что это будет значить?

Она подалась вперед и засияла:

— Разве вы не хотите узнать, кто они?

Марти отвернулся, делая вид, будто заинтересовался стаканом, но тот, к несчастью, оказался совершенно пустым.

Когда-то его и самого разрывало от любопытства, но бесконечные шатания по отделам вымотали его настолько, что теперь он хотел лишь одного — не знать ничего!

— Я думаю, некоторые вещи лучше не знать, — тихо проговорил он.

Девушка фыркнула и отвернулась.

— Говорите, как мой знакомый из Академии, — сказала она после паузы и скорчила гримасу, по всей видимости, передразнивая того самого знакомого: — «Вся магия пропадает, как только узнаешь секрет». А что, если нет никакого секрета? Что, если это и есть…

— Магия? — прыснул Марти.

— А вы считаете, нет? Тогда что еще это может быть?

— Видели бы вы эту, кхм, «организацию». Магией там и не пахнет.

— Да я бы с радостью! Еще бы знать, куда смотреть.

— А что ваша прачечная?

— Да там ничего нет! Только какой-то стремный мужик. — Она поежилась. — Он на меня так зыркнул, что я зашла и вышла.

— Да, это они умеют, — расхохотался Марти.

— Вы думаете, это он?

— Очень может быть.

Девушку заметно перекосило, и Марти не удержался от улыбки.

— Хотите, я с вами схожу? Проверим, — неожиданно для себя предложил он.

— Правда?

Марти коротко пожал плечом. Прачечная звучала куда лучше, чем сидеть одному до закрытия паба, а потом снова гадать, чем занять свое ожидание. Заодно посмотрит, как быстро иссякнет ее восторг.

— Мне все равно нечем заняться, — признался он вслух. — К тому же я не могу упустить возможность увидеть ваше лицо.

Девушка немного насупилась, но, по всей видимости, решила не придавать значения его словам.

— Тогда идемте! — Она схватила сумочку и вскочила со стула.

Он поднялся следом, положил несколько купюр на барную стойку и протянул ей руку.

— Я, кстати, Марти. Может, перейдем на ты?

Она крепко пожала ему руку в ответ.

— А я — Лив. Давай перейдем. — Девушка улыбнулась, и он с удивлением понял, что за весь разговор ни разу не посмотрел на часы.

До Вересковой улицы решили добираться пешком. Снаружи было по-осеннему холодно. Марти застегнул куртку до подбородка, Лив тоже плотнее укуталась в плащ.

— И о чем твои сценарии? — поинтересовался Марти, искоса поглядывая на девушку.

— Да о разном. В основном о всяком таинственном. Люблю мистику и загадки.

— Это я заметил, — усмехнулся Марти.

Лив поморщилась в притворной обиде, но тут же благосклонно улыбнулась.

Какое-то время они болтали о ее сценариях. Сначала Лив немного смущалась, потом увлеклась и принялась перескакивать с одной истории на другую. Но чем ближе они подходили к Вересковой, тем чаще она замолкала, то засовывая руки в карманы, то снова вынимая их.

— Нервничаешь? — спросил Марти.

Лив глубоко вдохнула.

— Немного, — призналась она.

— Там нет ничего страшного, — заверил ее он. — Но если сомневаешься, можем и не идти.

Лив на секунду задумалась, а потом решительно мотнула головой.

— Нет уж. Идем, раз решили.

К полуночи улицы заметно опустели. Поднялся промозглый ветер, настойчиво подталкивая их в спину. Прачечная пряталась в тени высоких вязов на углу невзрачного домишки. Всю улицу освещали лишь один мигающий фонарь и блеклая вывеска «Прачечная 24/7».

У входа на стуле сидел полноватый мужчина в растянутой майке и читал газету. Он лениво поднял глаза, смерил их безразличным взглядом и снова углубился в чтение.

— Проходите. Все машины свободны, — гнусавым голосом сообщил он.

Лив растерянно заморгала и вскинула на Марти вопросительный взгляд.

— Мы не стирать, — спокойно сказал тот. — Нам нужно задать вопрос. Это к вам?

Мужчина вновь оторвался от газеты, тяжело встал со стула и открыл дверь прачечной. Затем шагнул внутрь и молча указал на дверь служебного помещения.

— Спасибо, — сказал Марти и пошел вперед, жестом увлекая Лив за собой.

У закрытой двери она на миг замерла и глубоко вдохнула. Марти тем временем постучал.

Никто не отозвался.

— Просто входите, — раздраженно прогнусавил мужчина.

Марти пожал плечами и толкнул дверь.

Внутри оказалась тесная подсобка, заставленная стеллажами с порошками и моющими средствами. Под узкой форточкой стоял крохотный стол, на котором едва умещались пачка бумаг и грязная кружка. За столом в потрепанном кресле сидела женщина средних лет. Она смотрела что-то в телефоне и громко хохотала.

— Извините, — начал Марти. — Мы бы хотели задать вопрос. Это сюда?

— Да, проходите.

Лив подняла на Марти ошарашенный взгляд.

— Это не то, что я себе представляла, — еле слышно прошептала она.

Марти с трудом подавил смешок, но в то же время ему стало ее немного жаль.

— Так вы будете спрашивать или как? — рявкнула женщина. Лив вздрогнула и тут же шагнула к столу.

— Да, конечно. Марти последовал за ней.

— Сначала распишитесь вот здесь. — Женщина вытащила из кипы бумаг формуляр, на котором Марти успел разглядеть имя: Оливия О’Шэй.

— А что это?

— Соглашение.

Лив вопросительно вскинула брови, и женщина испустила тяжелый вздох.

— Девушка! Здесь сказано, что вы уведомлены о том, что знания необратимы и за последствия агентство ответственности не несет. Подписывать будете или нет? Я не могу тут всю ночь с вами возиться.

— А… какие могут быть последствия? — Лив настороженно посмотрела на формуляр.

— Да мне почем знать? Какие угодно!

Лив с сомнением обернулась на Марти.

— Ну… иногда ответ может здорово испортить тебе жизнь, — негромко сказал он. — Хотя я ничего такого не подписывал…

— Раньше не требовалось. Руководство сменилось, теперь новые правила, — заявила женщина.

— Ну ладно, — сдалась девушка. Она поставила подпись напротив своего имени, отложила ручку и уставилась на женщину.

Та скрестила руки на груди и уставилась на Лив в ответ.

— Вы вопрос-то задавать собираетесь или до утра будем друг на друга глазеть?

Лив удивленно моргнула.

— Я хотела узнать, получится ли у меня стать сценаристом. Вернее, когда… Когда я стану сценаристом?

Женщина обратила на нее страдальческий взор.

— Боже мой, де-вуш-ка! Кто вас ко мне направил?

Лив застыла, окончательно растерявшись.

— Ну…

— Мы этим не занимаемся! Вам нужно в «Мечты и желания».

— А вы?..

— А мы «Пропажи и находки». Вы кого-нибудь теряли?

— Да нет вроде.

— Ну и чего вы мне тут голову морочите?

Марти протяжно выдохнул носом и выступил вперед.

— И где теперь этот отдел? — деловым тоном спросил он.

Женщина смерила его презрительным взглядом. Марти невозмутимо смотрел в ответ. Тогда она надулась, став похожей на злобный пузырь, и выудила из кипы бумаг маленький клочок.

— Вот адрес. Они давным-давно съехали, а эти всё ходят и ходят… Если на этом всё, то попрошу освободить кабинет.

— С удовольствием, — бросил Марти и повел потрясенную Лив к выходу.

Выбравшись на воздух, Лив остановилась и несколько секунд молча смотрела на клочок с адресом.

— Это что сейчас было?

— Магия, — невозмутимо ответил Марти.

Лив смерила его недовольным взглядом.

— Эта женщина была еще довольно милой. Мне встречались кадры и похлеще, — продолжал он.

Лив ничего не ответила, лишь снова посмотрела на клочок с адресом.

— Ну что, даже теперь не передумала?

Она помедлила, затем решительно мотнула головой.

— Нет.

— Тогда куда нам дальше?

Новый адрес отдела мечт и желаний оказался на другом конце города. К счастью, они успели поймать последний автобус и уже через полчаса оказались в Северном районе.

Тусклый свет редких фонарей едва доставал до середины переулка. Вокруг не было ни души, только издалека доносился шум машин. Марти вдруг заметил, что теперь Лив идет к нему ближе, чем раньше.

Они перешли дорогу и свернули за угол.

— Болотная, 138 — это здесь, — сказала Лив, уставившись в карту на телефоне. — Но… тут только заправка.

— Видимо, нам туда. — Марти пожал плечами и двинулся вперед.

Единственная проржавевшая бензоколонка встретила их медленно ползущими по счетчику цифрами. Они озадаченно переглянулись и направились прямиком к магазину.

Внутри было тепло и пахло сырными чипсами. За кассой, уставившись в маленький телевизор, сидел паренек и зевал. Заметив посетителей, он слегка выпрямился в кресле и вскинул брови.

— Мы ищем отдел мечт и желаний, — без предисловий начал Марти.

— Прямо и налево, — отозвался парень и сразу же потерял к ним интерес.

Они прошли между полупустых полок и уперлись в неприметную дверь без единой надписи. Марти потянул за ручку. За ней оказалось узкое помещение, окутанное полумраком. Откуда-то из глубины доносилось сдавленное кряхтение.

— Извините, — громко сказала Лив, заходя внутрь.

— Да-да? — раздался глухой мужской голос.

Из-за стола вынырнул сухой старичок с тряпкой в руках.

— Трубы проклятые протекают! — пожаловался он и принялся отжимать тряпку в стоящее рядом ведро. — Я уже который раз вызываю службу. Они говорят — починили, а через неделю опять то же самое. Что ты будешь с ними делать?

Старичок подвинул ведро ногой, и оно загромыхало по бетонному полу.

— Вы что-то хотели?

— Это отдел мечт и желаний? — уточнил Марти.

— Он самый. — Старик оставил тряпку в покое и уселся за стол.

— Я бы хотела задать вопрос, — произнесла Лив.

— Пожалуйста, проходите. — Он нацепил на нос очки и внимательно посмотрел поверх них на Марти. — Вы тоже?

— Нет, я просто за компанию.

— Тогда, боюсь, вам придется подождать снаружи. — Старик расплылся в очаровательно равнодушной улыбке.

Марти не стал спорить. Он вышел из подсобки и закрыл за собой дверь.

Остановившись напротив кофейного автомата, он долго наблюдал за мухой, бесцельно кружащей над грязным поддоном. Кофе как-то расхотелось. Он отвернулся и скользнул рассеянным взглядом по пыльным журналам, затем по облупившимся стенам, пока не заметил голубые часы, совершенно не вписывающиеся в бледно-желтый интерьер. Если эту обстановку и правда можно было назвать интерьером.

Стрелки близились к двум.

Пять часов двадцать семь минут, автоматически посчитал Марти.

Гнетущая тяжесть, о которой он успел на время забыть, снова вернулась. Марти глубоко вдохнул, но вдох получился дрожащим. А ведь ему почти удалось притвориться, что это самая обычная ночь. Но кого он обманывает?

Сейчас Лив получит свой ответ. Потом, если она позволит, он проводит ее домой. А дальше?

«Каменная лодка» уже закрылась. От одной мысли о возвращении в пустую квартиру становилось физически плохо. Можно было рассказать Лив правду. Показать карточку. Тогда она наверняка останется с ним хотя бы до семи.

Марти нахмурился.

И будет рядом из совершенно неуместного долга. Или еще хуже — из жалости. Только этого ему не хватало. Нет, спасибо.

Дверь в подсобку отворилась. Лив вышла заметно притихшей. Увидев Марти, она улыбнулась, но как-то слишком поспешно.

— Ну что? — спросил он. — Тебе ответили?

— Угу. — Она кивнула и двинулась к выходу.

— И что там?

— Все… как я и думала. — Лив вдруг просияла и хлопнула его по плечу. — Слууушай, а ты не хочешь перекусить? Судя по карте, тут недалеко есть открытая бургерная. Не знаю, как ты, а я ужасно голодная.

— Давай, — согласился Марти.

Лив выскочила наружу и снова уткнулась в телефон, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону.

— Точно все в порядке? — осторожно спросил он.

— Конечно! Кажется, нам сюда.

Она быстрым шагом направилась мимо заправки. Марти поспешил следом. Они завернули в темный переулок, на другом конце которого горел болезненный зеленоватый свет.

Марти открыл скрипучую дверь, пропустил Лив вперед и вошел следом. В нос ударил запах жареной картошки и раскаленного подсолнечного масла. Несмотря на позднее время, они оказались не единственными посетителями. За дальним столиком сидели мужчина и женщина и о чем-то тихо переговаривались.

Они заказали по бургеру и большую коробку картошки фри на двоих. Лив выбрала колу, а Марти после недолгих раздумий — пиво.

— Так ты никогда не пытался выяснить, кто они такие? — спросила Лив, откусывая от бургера.

— Пытался, — нехотя кивнул Марти. — Когда-то давно.

— И? Тебе ничего не удалось узнать?

— Ничего конкретного, — уклончиво ответил он.

Лив продолжала буравить его взглядом. Марти сделал крупный глоток пива и сдался:

— Один говорил, что отделения существуют несколько сотен лет. Другой — что они были еще до основания Форишвэйла. Думаю, на самом деле никто толком не знает.

— А ты знаешь, где искать справочный отдел?

Марти перестал жевать и усмехнулся.

— Тебя туда отправили?

— Да. А что?

— Ты там ничего не узнаешь. — Марти удрученно покачал головой. — Из справочного тебя пошлют в административный, оттуда — в отдел обслуживания населения, потом куда-нибудь еще, и так по кругу.

Глаза Лив расширились.

— У них есть отдел обслуживания населения?

— У них есть отдел по вопросам о заданных вопросах и отдел по вопросам о незаданных. И это два разных места.

Лив всплеснула руками.

— Это издевательство какое-то!

— Так и есть. — Марти отпил еще пива. — Так что тебе сказали?

Лив мгновенно сникла.

— Да ничего…

— Лив. — Марти подался вперед.

Она несколько секунд смотрела на него, затем молча протянула серую карточку.

Марти перевернул ее.

На карточке была лишь открытая дверь. Ни даты, ни времени.

— А что ты спросила?

— Когда я стану сценаристом.

Несколько секунд Марти мрачно смотрел на карточку, затем выдохнул:

— Ясно.

— Надо было тебя послушать. — Лив сердито откусила от бургера и бросила его обратно на поднос. — Знаешь что? Я думаю, эти карточки — полная фигня. Они ничего на самом деле не знают. Просто морочат людям голову. Какая организация будет сидеть в прачечной и на заправке? Только махинаторы и аферисты!

— Да, — сказал Марти, не глядя ей в глаза. — Думаю, все так и есть.

Лив решительно поднялась и направилась к мусорному ведру у кассы. Несколько секунд она смотрела на карточку, затем выбросила ее и вернулась за стол.

— Ну их всех! — объявила Лив, плюхнувшись на стул, и затолкала в рот несколько картофелин.

Она запила картошку колой и некоторое время молчала, глядя в сторону.

— Но ты ведь потом расскажешь, если твое предсказание сбудется? — спросила она уже тише.

Марти замер. Желание сказать все, как есть снова стало почти нестерпимым. Достаточно было просто достать дурацкую картонку из кармана и положить на стол. Но он не шелохнулся. Запив пивом подступивший к горлу ком, он спокойно кивнул:

— Конечно.

Бургеры они доедали почти не разговаривая. Каждый думал о своем. Марти казалось, что он почти слышит стук стрелок у себя в голове, и только какое-то время спустя понял, что слышит собственный пульс.

Когда они вышли наружу, время близилось к трем.

— Я живу в районе вокзала, — сообщила Лив. — А ты?

— За южным парком.

— Мда… Даже не знаю, как нам сейчас добираться. Может, вызовем такси?

— А можем прогуляться, — предложил Марти. — Если ты не против, конечно.

Лив удивленно посмотрела на него.

— Но мы доберемся только к утру.

— Вот именно, — улыбнулся Марти, но тут же понял, как это, должно быть, странно прозвучало, и добавил: — Хотя тебе, наверное, завтра на работу.

— Вообще-то да, — призналась Лив.

— Тогда такси?

Она задумалась, глядя куда-то вдоль пустой улицы.

— Да ладно. Один раз можно и не выспаться.

Марти почувствовал, как плечи сами собой опустились.

— Тогда идем.

Воздух зябко обжигал легкие, но Марти все равно вдыхал его полной грудью. Он вдруг запрокинул голову и разглядел на небе несколько маленьких звезд. Странно, за десять лет ему так и не пришло в голову добавить в список такое очевидное занятие, как наблюдение за звездами. Интересно, сколько еще всего он пропустил?

Они долго шли молча, но Марти совсем не было неловко. Тишина казалась какой-то мягкой и естественной, так что даже не хотелось ее нарушать.

Они подошли к светофору, бессмысленно долго горящему красным, и Лив вдруг сказала:

— Кстати, завтра в «Лодке» будет классная музыка. Марти ответил не сразу. Он вперился взглядом в красный свет, пока тот не поплыл перед увлажнившимися глазами.

— Да, Марк говорил, — сказал он как ни в чем не бывало. — Хочешь послушать? — Было бы здорово, — улыбнулась она. — А ты?

Марти несколько раз кивнул и только потом сумел выговорить:

— Да. Конечно.

Лив улыбнулась и снова посмотрела на светофор.

Впереди в оранжевой подсветке показались острые башни вокзала. Они подошли чуть ближе, и Марти всмотрелся в циферблаты. На левой башне часы показывали десять минут шестого, а гринвичские на правой отставали на час. Два часа пять минут, подумал Марти и сразу же отвернулся.

Они свернули от вокзала налево и вышли узкими переулками к трехэтажному дому, выкрашенному в сиреневый цвет.

— Вот тут я и живу, — сказала Лив.

— Симпатично. — Марти оглядел фасад. — Ну… спокойной ночи тогда.

— Спокойной ночи.

Она потопталась на месте, словно чего-то ждала, и Марти даже догадывался чего. Но он лишь небрежно махнул рукой и глухо сказал:

— До завтра.

Лив чуть помедлила, потом улыбнулась.

— До завтра.

Она на несколько секунд задержала на нем взгляд и направилась к двери.

Марти развернулся, пошел прочь и больше не обернулся.

Небо начинало светлеть, а ночные компании у вокзала — расходиться по своим коробкам. Он решил просто идти вперед и не останавливаться. Неплохо было бы раздобыть еще спиртного, но все магазины, киоски и бары уже были закрыты. Марти шумно выдохнул и прошагал мимо.

Город нехотя просыпался. На дорогах стали появляться первые трамваи, заспанные собачники и бегуны. Свет фонарей медленно таял в рассветных лучах.

Марти внезапно обнаружил, что ноги сами вывели его к рынку. Несколько мгновений он удивленно таращился на надпись «Старые ворота», а затем громко расхохотался. Слезы сами выступили на глазах. Марти судорожно вдохнул, стиснул зубы и шагнул под навес.

Продавцы уже раскладывали товары на прилавках, лениво переговариваясь. Кто-то грел себе кипятильником воду для чая.

— Эй, Крис, будешь кофе? — донеслось откуда-то сзади.

Марти посмотрел на часы. Без пяти минут семь. Сердце забилось сильнее, глухо отдавая в висках.

Он не придумал ничего лучше, чем бесцельно бродить между прилавками. Хотя… Ровно в семь должен открыться павильон с книгами. Он направился прямо туда, замедляя шаг и стараясь дышать как можно спокойнее. Но даже так путь занял всего три минуты, и еще две предстояло топтаться у закрытой двери. Марти сжал кулаки и принялся мерить шагами пространство перед павильоном.

Через две бесконечно тянущиеся минуты дверь наконец отворилась.

— А рановато вы, — сказал седой продавец, пропуская его внутрь.

— Ага. — Марти неторопливо прошел и огляделся потерянным взглядом.

— Решили забежать перед работой?

— Вроде того.

— Хотите глянуть что-нибудь из новинок? Или лучше добрая классика? — Мужчина расплылся в радушной улыбке.

Ответа у Марти не оказалось. Он попытался всмотреться в корешки, но названия сливались в сплошную пеструю полосу. Марти наугад протянул руку и вытащил первую книгу, за которую ухватился.

— Вот это, — выдавил он.

Мужчина, все так же улыбаясь, принялся заворачивать книгу, а Марти только недоуменно глазел, пытаясь понять, зачем он сейчас это сделал. Забрав самую бесполезную покупку в своей жизни, он вышел из павильона и уставился на часы.

07:07.

На ватных ногах он прошел между овощными рядами.

Зря он все-таки не поцеловал Лив. Сейчас, таскаясь по рынку, он мог бы вспоминать о чем-нибудь приятном.

07:09.

Перед его носом возникла морщинистая рука в перчатке. Она сжимала кусочек сыра и тянулась все ближе. Марти поднял взгляд и увидел круглое улыбающееся лицо женщины, обрамленное цветастым платком.

— Попробуйте, попробуйте, — с акцентом сказала она. — Только вчера привезли.

В другое время он, скорее всего, отказался бы. Но сейчас взял сыр и положил в рот. Вкуса он почти не почувствовал — оказывается, во рту давно пересохло и появился странный горьковатый привкус, которого он раньше не замечал. Он поблагодарил женщину и заставил себя пойти дальше. Ноги едва слушались и, казалось, вот-вот подкосятся.

07:11.

И зачем он только приперся сюда? Сейчас свалится лицом в асфальт посреди рынка и переполошит кучу народу. Возможно, рынок даже придется закрыть на какое-то время, кто-то потеряет свою прибыль.

07:12.

Надо успеть добраться до безлюдного места. Но далеко ли уйдешь, если ноги еле шевелятся. Взгляд отыскал небольшой закуток между рядами, там пристроилась тележка с ящиками. Пошатываясь, он заковылял прямо к ней.

07:13.

Он ведь собирался удалиться из соцсетей, но теперь это уже не имело значения. Марти вдруг подумал, что последние полчаса его жизни получились на удивление нелепыми. Вот это были бы мемуары! Бестселлер, не иначе. Жаль, никто не записывает. Он добрел до тележки и привалился к ней плечом. Интересно, как это случится? 07:14. Воздух вырывался из груди короткими, судорожными всхлипами. Инфаркт? Инсульт? Кирпич? Он быстро запрокинул голову, но обнаружил над собой лишь крепкий зеленый навес. Сумасшедший с ножом? Марти обернулся по сторонам, но вокруг не было никого подозрительного. Тогда что? 07:15. Рынок постепенно оживал, невнятные лица мелькали перед глазами. Марти забыл, как дышать. Он так крепко вцепился свободной рукой в металлический каркас тележки, что тот едва не застонал. Во второй руке он так же сильно сжимал телефон, скользкий от пота. 07:16. Он моргнул, не поверив увиденному. Наверное, часы отстают. Черт! Только этого еще не хватало! Еще несколько таких минут он точно не перенесет. Он отыскал глазами огромный циферблат, висящий у входа на рынок. Прищурился. Минутная стрелка и впрямь перевалила за четверть. Он шумно выдохнул и закрыл лицо руками. Что это, блин, значит? Неужели придется ждать еще дольше? Почти ничего не разбирая перед собой, он рванул к киоску. Тот прятался за магазинчиком сладостей с левого края рынка. Рывком открыв дверь, Марти влетел внутрь и застыл. Вместо рыжеволосой женщины, неизменно разгадывавшей кроссворды, за кассой сидела молоденькая девушка с короткой стрижкой. В одном ее ухе торчал наушник, в другом — не меньше пяти разных серег. Она едва взглянула на него и снова уткнулась в телефон. — С моей картой что-то не так, — начал он, подходя ближе. Он выложил картонку на прилавок, но девушка даже не посмотрела на нее. — Вам нужно в отдел по заданным вопросам, — монотонно сказала она. — У меня нет вопросов по заданному вопросу! — вспыхнул Марти. — В моей карте какая-то ошибка. Просто проверьте. Девушка с видом глубочайшего одолжения взяла карточку, повертела ее и положила обратно. — Карточку где получали? — Здесь. — Отдел экзистенциальных вопросов съехал на другой адрес, — сказала она и вернулась к телефону. — Что-то еще? Марти схватился за голову и пригвоздил девушку к стулу взглядом. — Съехал куда? — выговаривая каждую букву, процедил он. — А я откуда знаю? Где-то между овощами и фруктами ищите. Марти с трудом удержался, чтобы не выпалить что-нибудь еще. Хлопнув по прилавку, он стащил свою карточку и вылетел наружу. Прокладывая себе плечами дорогу сквозь покупателей, он двинулся к овощам. 07:28. Дело точно не в часах. Не могут они так отставать. Марти снова перепроверил время на карточке — оно не изменилось. Добравшись до нужных рядов, он замедлился и стал внимательно вглядываться в лица продавцов, но не находил того самого. Наконец у прилавка с тыквами мелькнули рыжие волосы, и он бросился вперед. Рухнув ладонями на прилавок, он сразу же выпалил: — Что-то не так с моей карточкой! — Здрасте. — Женщина скрестила руки на груди, придирчиво глядя на него сверху вниз. — Вопросы по карточкам — в отдел вопросов по заданным… — Да знаю я! Но тут другое. Это касается времени. — Время не переносим. Отбываем без опозданий, — механически ответила женщина. — А что, если время уже прошло? — Марти перегнулся через прилавок, суя женщине карточку прямо в лицо. Он заметил подошедшую покупательницу, только когда сбоку раздался упругий стук. Женщина постучала по тыквам, затем взяла одну в руки и принялась осматривать со всех сторон. — Мне нужна спелая и ровная, — пояснила она, уловив его ошалелый взгляд. Рыжеволосая продавщица не обратила на покупательницу никакого внимания. Она вынула из-под прилавка толстую потрепанную книгу, похожую на телефонный справочник, открыла ее где-то на середине, затем вчиталась в строки и пролистала еще несколько страниц. — Мартин Харт — это вы? — Да, — сказал Марти, поглядывая на покупательницу. Та терпеливо ждала, обхватив крупную тыкву руками. — Год рождения тридцать шестой? Марти уставился на нее. В голове начало складываться что-то совершенно невозможное. — Серьезно? По мне похоже, что я могу быть тридцать шестого года? Женщина сосредоточенно водила пальцем по книге, затем подняла на него требовательный взгляд. — Да мне откуда знать, можете или не можете. У меня сказано, что Мартин Харт тысяча девятьсот тридцать шестого года рождения отбыл по расписанию. Но раз вы не отбыли, значит, пожалуй, это не вы. Сейчас… секунду. Она перевернула страницу и прищурилась. — Хм… Остальные Мартины Харты отбыли еще раньше. А, вот, нашла, — обрадовалась она. — Есть еще пятьдесят восьмого года и… — Я девяносто четвертого, — перебил ее Марти, с трудом возвращая себе остатки самообладания. — Тогда все ясно. Карточку сюда мне давайте — она не ваша. А вот эта, — она вынула другую карточку из форзаца книги, — ваша. Марти шарахнулся от нее, как от призрака. — Нет, не нужно. — Что значит «не нужно»? Это ваша, берите. — Нет, спасибо, — твердо сказал Марти и отступил назад. — Ну, как знаете. Услуга все равно будет считаться оказанной. — Как скажете. Марти уже собирался уходить, но затем подумал и шагнул вперед. — Один вопрос, — тихо сказал он и, пока его не успели отправить в справочную, быстро продолжил: — А это нормально, что мы тут с вами разговариваем… ну… при людях? Он указал взглядом на покупательницу, которая продолжала невозмутимо разглядывать тыквы. Женщина молчала, мигая глазами. — Знаю, — смиренно отозвался Марти. — Это в справочную. — Они слышат не то же, что и вы, — наконец ответила женщина. Она улыбнулась покупательнице, и та лучезарно улыбнулась в ответ. — Правда же? — ласково обратилась женщина к ней. — Да! Вот и я говорю. Сама я тыквенное варенье попробовала варить только в прошлом году и подумала: почему мне раньше никто о нем не сказал! Продавщица вежливо закивала, затем скосила на Марти хитрый взгляд и вскинула брови. — Но как?.. — начал было он, но женщина посерьезнела и качнула головой. Он кивнул, прекрасно зная, что это значит, и пошагал прочь. Пальцы все еще подрагивали, дыхание было неровным. Через несколько шагов он в смятении остановился. Случившееся никак не укладывалось в голове. Ну что же, тогда… Тогда надо бы зайти в магазин. Взять хотя бы хлеба и яиц, а то в холодильнике шаром покати. А вечером в «Лодке» будет хорошая музыка. И не только… Марти несколько секунд переваривал эту мысль, а потом вдруг улыбнулся. Он сделал несколько шагов и вспомнил про книгу. Вытащил ее из пакета и наконец посмотрел на обложку. Вроде бы ничего. Можно будет почитать.