Рога не по приколу, или Не шути, козлёночком станешь

Глава 1. Просто шутка

— «Если кто говорит тебе, что не верит в ведьм, попроси у него прядь волос». С тебя прядь, Тёма!

— Делать тебе нечего, Куравлёва!

— Испугался — так и скажи! А нет — жду через час в кафешке.

Мем и провокация от Полины не удивили. Накануне в чате первокурсников зашла дискуссия о приметах, ритуалах призыва студенческой халявы, и оттуда — про магию, ведьм, чудеса и всякое сверхъестественное. Артём прямо высказался: это всё чушь и глупость! Но Полина всегда спорила с ним по любому поводу, ещё со школы. Вот и в этот раз она не смогла остановиться.

Телефон пиликнул новым сообщением:

— Что, страшно стало? Чтоб ты знал: по пряди волос можно приворожить, проклясть, предсказать будущее! У-у-у!

Вот же неуёмная! И ведь знает, что он поведётся! Ну окей! Артём поправил бейсболку и натянул обратно рабочие перчатки. У работы в контактном зоопарке были свои преимущества. Во-первых, он успевал прибрать загоны и дать корм до начала пар в универе. Во-вторых, платили каждую неделю. А в третьих...

Артём насыпал корм козам, дождался за перегородкой удобного момента и, изловчившись, дёрнул клок черной шерсти у самого вредного козла зоопарка. Усмехаясь, полюбовался трофейной прядью. Тёмная, шелковистая, она была точно того же оттенка, что и собственная шевелюра Артёма, не отличить! Он сунул добытое в пустой порционный пакетик от печенья, подхватил ведро и оглянулся на козла. Обычно тот не стеснялся выражать своё недовольство по любому поводу — тряс языком, водил рогами, долбил в перегородку — и только при посетителях-детях становился смирным. А тут Артём его дёрнул, а рогатый не взбесился — странно. Жёлтые глаза с прямоугольным зрачком смотрели не мигая, словно стеклянные.

— Что зыришь? Отомри уже! С паршивого козла — хоть шерсти клок! Молока-то не требую.

Посмеиваясь над собственным каламбуром, Артём заспешил в гусиный загон и не видел, как черный рогач зло проблеял вслед, встал на дыбы и топнул передними копытами да так, что козы разбежались по углам.

***

В университетском кафе в этот час было мало народу. Чуть позже, после первой пары, сюда хлынет волна тех, кто пропустил завтрак. Артём обычно обходился по утрам пачкой сухого печенья и чаем на работе. Хозяйка каждое утро кипятила самовар, ставила сверху заварник. Мята, смородина, малина, ещё какие-то цветы и травы, которые Артём даже не знал, бодрили так, что пить чай где-то ещё уже совсем не хотелось.

Полина сидела за столиком у окна и залипала в телефон. Артём мельком отметил идеально гладкие светлые волосы, прямую спину, голубые джинсы наверняка модного бренда и в который раз подумал, насколько же они стали разные, общего ничего не осталось. Артём жил в общаге и подрабатывал, убирая навоз за животными, а Полина жила на съёмной квартире в современной многоэтажке напротив университета, вела свой блог, где рассказывала про всякое красивое и модное, и сама всегда выглядела так, словно каждый момент позировала для какой-нибудь фотосессии.

— Привет, Тёма, я взяла тебе булочку и компот из сухофруктов.

— Спасибо.

Артём сел напротив, бросил рюкзак на свободный стул и с удовольствием взялся за булочку. Полина лишь кивнула и вернулась к телефону. Стряхнув с пальцев последние крошки, Артём достал пакетик с черной прядью и положил на стол перед подругой.

— Неужели доверяешь? — Полина смотрела хитро, широко улыбаясь.

— Приворожишь или проклянешь? Только демонов не вызывай! — в тон ей ответил Артём.

Полина взяла пакетик и двумя пальцами вытянула черную прядь.

— Твоя?

Артём кивнул.

— А почему твои волосы так странно пахнут?

— Чем? Козлом что ли?

— Нет, какой-то горькой травой.

— А! Ну так это шампунь такой новый, парикмахер пробник бесплатно дал.

Полина скептически посмотрела на длинную чёлку Артёма и выгнула бровь:

— Ты когда там последний раз был — пару лет назад?

— А что, у шампуней тоже срок годности есть?! — Артём выпучил глаза, словно сама мысль его ужасала: — Всё, Куравлёва, я теперь облысею, и некому будет волосы тебе поставлять для чернокнижных экспериментов! Что же делать, что делать?!

— Ой, всё. Бывай.

Полина поднялась, поправила свою сумку и повернулась, чтобы уйти.

— А как же биоматериал? Или теперь уже ты испугалась, а? О, ваше магейское высочество, я жду доказательств существования чудес!

Тонкие наманикюренные пальчики засунули прядь обратно в пакетик из-под печенья, и он пропал в кармане джинсов. Жест был таким, будто Полину долго уговаривали, и она наконец снизошла. Артём не выдержал и прыснул. А когда она демонстративно достала антибактериальную салфетку и тщательно протёрла руки, окончательно расхохотался.

После встречи с Полиной день покатился своим чередом: матан, аналитическая геометрия, английский, в довесок — история и социология. Артём искренне не понимал, кто решил, что будущим айтишникам надо заново зубрить историю и обсуждать учения социологов? Тем более, что они, кажется, никогда не жили в студенческой общаге, иначе бы написали совсем другие теории о человеческом обществе!

Погода последних дней сентября ещё радовала тёплыми вечерами, бабье лето не спешило уступать осени. Артём заглянул в магазин, купил пачку сосисок, батон и майонез. На улице у него зазвонил телефон, и он, не глядя, ответил. Глубокий женский голос спросил:

— Добрый вечер, это Артём?

— Да. Кто говорит?

— Алла Шариповна Главацкая, директор зоопарка. У тебя всё нормально, Артём?

Звонок от хозяйки сам по себе был неожиданныи, а её вопрос — тем более. Артём замешкался, не зная, что именно ответить. Неужели он утром где-то накосячил? Перепутал корм? Забыл насыпать опилок минипигам? Положил мало сена ослам?

— Э-э-э... Всё в порядке. А что случилось?

— Да тут такое дело, мне сообщили, что около твоего университета видели козу, и я подумала... Возможно, это одна из наших новеньких. Они пугливые, ты же знаешь. Если вдруг случайно встретишь — ты же умеешь с ними обращаться — сможешь привести, а? Я сегодня останусь в зоопарке, так что... Хорошо?

— Ладно, если увижу, попробую поймать.

— Отлично, я в долгу не останусь. Бедная! Она, наверное, совсем напугана. Ты говори с ней спокойно, хорошо? Наши животные всё понимают.

— Да, конечно.

— Ну вот и отлично. До завтра.

— Ага, до завтра.

Всю дорогу до общаги Артём пытался понять, как беглая коза могла оказаться у университета. Чтобы добраться, ей бы пришлось выйти из парка, пересечь три перекрёстка и минут десять скакать вдоль четырёхполосного шоссе мимо городской администрации и экспозиции в память победы в Великой Отечественной войне. Невероятно! Новых животных в зоопарке вообще держали отдельно, пока не привыкнут, хозяйка сама за ними следила. Неужели упустила?

Пешеходная аллея почти не освещалась: фонари не включали, экономили, а свет из окон ближайших домов рассеивался в кустах боярышника и в резных кронах рябин. Артём сосредоточено смотрел под ноги, обходя старые лужи, и чуть не вскрикнул, когда прямо перед ним выскочила белая коза. Мелкая, худющая, совсем молоденькая, она дрожала всем телом и нервно перебирала копытами.

— Мека, мека, тише, милая. Иди ко мне. Ну зачем же ты сбежала? В зоопарке тебя не обидят, накормят...

— Како-о-ой нафиг зоопарк, Тёма?! Дани-и-илов, что вообще происхо-о-одит?!

Артём вздрогнул. Посмотрел по сторонам.

— Полина? Это ты? Ты где?

Он был уверен, что только что слышал голос подруги, причём, если она начала тянуть гласные, значит, она злится или сильно расстроена. Но на аллее никого не было, только он и... коза. Зверюга нагнула голову, выставив маленькие тонкие рожки, и решительно пошла на Артёма.

Искать Полину стало некогда. Артём развернулся и побежал.