Обложка книги Ревность к эху
Городское фэнтези

Ревность к эху

0.00 оценок 0 отзывов0+

Что делать, если твой главный соперник — эхо собственной жены? Александр Петрович Смирнов, мастер тихих звуков и немых обид, начинает слышать в их старом доме нечто тревожное: голос Ольги, возвращающийся из пустоты, будто ведёт нежный диалог с самим пространством.

И тогда Ольга, глядя в чёрное окно, произнесла так тихо, что это было почти движением губ: — Иногда мне кажется, что в этом доме я уже давно одна.

О книге

Что делать, если твой главный соперник — эхо собственной жены? Александр Петрович Смирнов, мастер тихих звуков и немых обид, начинает слышать в их старом доме нечто тревожное: голос Ольги, возвращающийся из пустоты, будто ведёт нежный диалог с самим пространством. Начинается бесшумная война: диктофоны, ковры, звукопоглощающие панели — всё, чтобы уничтожить этого идеального соперника, который всегда рядом, всё повторяет и никогда не спорит. Но в попытке задушить эхо он вытравливает из дома последний звук, а вместе с ним — и саму возможность быть услышанной. Пронзительная история о ревности, превратившейся в экзистенциальную драму, и о том, что иногда за самым подозрительным шёпотом в пустом коридоре скрывается не измена, а лишь гулкое, невыносимое одиночество. И чтобы его победить, нужно не заглушить эхо, а наконец закричать самому — громче, теплее, без опоздания.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1Александр Петрович Смирнов, человек средних лет и средних же достоинств, обладал одним бесспорным талантом — слухом. Не музыкальным, а бытовым, звериным. Он улавливал, как на кухне вздыхает выключенный холодильник, как в прихожей скрипит половица под неверным шагом, и как его жена Ольга, засыпая, произносила во сне чужие имена. Он фиксировал эти звуки с тщательностью коллекционера, каталогизирующего улики собственного несовершенства.В последние месяцы слух его обострился до болезненной прозрачности. Их дом, старый, с высокими потолками и гулким коридором, зазвучал иначе. По вечерам, когда Ольга мыла посуду, из кухни доносилось не только позвякивание фарфора, но и тихие, интимные обрывки диалога. — …да, конечно… я тоже… Голос был её, но приглушённый, словно обращённый к кому-то, стоящему в проёме. Александр Петрович откладывал книгу (листы которой давно не перелистывал) и окликал:…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.