Путь домой

Глава 1

Самолёт со мной на борту уверенно летел в сторону Лафборо, а в голове тем временем безудержно крутились мысли, среди которых наиболее ярко светились и привлекали внимание две: что это вообще, собственно, было, и как бы побыстрее разобраться с делами, чтобы взять обратный билет и вернуться к Дарра и теперь уже нашему саду. Но давайте по порядку, чтобы и вам было понятно, как я дошла до жизни такой.

Неделей ранее

– Да, представляешь, говорит, что из-за путаницы с фамилиями и тупящих клерков сроки вступления в наследство уже выходят! Да если бы я знала, что она жива, Лена! Мама не рассказывала мне о ней. Я жила в уверенности, что у нас больше нет других родственников. И теперь узнаю, что всё это время в деревне где-то под Эннисом у меня была бабушка! Нормально вообще, нет? Да я пока даже не думаю о том, что чувствую по этому поводу, честное слово! Ага, билет на сегодня, я не стала ждать, ты же меня знаешь, всё равно ни уснуть, ни другими делами заняться не смогу. Расскажу, конечно, всё потом расскажу. Да-да, чаще не нужно, зайди через три дня полить их, пожалуйста! Всё, такси уже у подъезда, побежала. Обнимаю, дорогая, спасибо тебе!

* * * Такси плавно ехало в сторону аэропорта Ист-Мидландс, позволяя мне любоваться ожившим с приходом весны городом. Моя внимательность была как всегда на высоте, поэтому только после покупки невозвратного билета на рейс я поняла, что меня ждёт увлекательная пересадка в польском Вроцлаве, а заодно есть шанс не долететь до Ирландии. Но об этом я буду вспоминать позже, носясь потерянным щенком по аэропорту в поисках своего багажа.

Пока же меня больше занимали мысли о том, как вообще относиться ко всему происходящему. Нет, мама, конечно, без подробностей упоминала, что у неё был какой-то некрасивый скандал с родственниками, но говорить, что бабушка умерла, хотя она ещё много лет жила в Ирландии, и мы могли бы видеться… Что же там могло произойти? Надеюсь, кто-то знает, потому что ни мама, ни бабушка уже ничего рассказать не смогут.

* * * Ирландия встретила меня солнцем и тёплым ветром. Неплохое начало. Нотариус бабушки, занимающийся наследством, обещал прислать в аэропорт водителя. И, действительно, у выхода меня ждал высокий улыбчивый ирландец с табличкой «Нив Дрейган», с моим именем то есть, да. Честное слово, обычно я куда более вежливая женщина, но после того, как за последние шесть часов облила себя апельсиновым соком, дважды потерялась в аэропортах и прищемила мизинец ручкой кресла, смогла только невразумительно пробурчать приветствие и быстро проскользнуть на заднее кресло Тойоты.

Я никогда не была в Ирландии, даже желания не возникало посмотреть свою историческую родину, всегда считала себя англичанкой до мозга костей. Мамины невразумительные рассказы о жизни в Балливоне тоже не прибавляли рвения. Казалось, что она не хочет вспоминать о том времени, а я никогда не настаивала. Поэтому без особого энтузиазма рассматривала улочки Энниса, в который приехала к нотариусу.

Но потягиваясь после дороги у офиса нотариальной конторы, я вдруг ощутила тепло в районе солнечного сплетения, будто вместо привычной пустоты во мне поселилось какое-то очень светлое чувство. Словно я… дома.

Это было странно, мне захотелось отмахнуться от непонятного чувства, чтобы не испытывать отчаянную уязвимость. Поэтому резким движением я открыла дверь конторы, ещё не зная, что открываю этим и дверь к новой себе.

Дружелюбный активный нотариус «зовите меня просто Финн, Мисс Дрейган» всё подкладывал и подкладывал какие-то документы на подпись. Может, и стоило читать их внимательнее, но усталость и располагающая к доверию атмосфера совершенно заглушили мою подозрительность. Поэтому когда к стопке бумаг добавилась связка ключей, я на автомате взяла её и, попрощавшись, вернулась к водителю, который ждал меня у здания.

Через десять минут пути тесно стоящие разноцветные домики Энниса сменились полями и разбросанными на большом расстоянии друг от друга особняками из серого камня. Когда я думала о деревенском доме бабушки в Балливоне, то представляла себе что-то такое уютное, с небольшим садиком и мощёными брусчаткой дорожками. Но перед глазами возникла кованая ограда, бескрайняя запущенная территория и двухэтажный особняк где-то вдали.

Наверное, раньше сад действительно был красивым и ухоженным. Но сейчас его и садом-то сложно было назвать: тоскливый и брошенный, он задыхался под сухими сорняками, зарослями терновника и покорёженными кустарниками. Почему-то это зрелище заставило меня ощутить болезненное огорчение. Всё во мне кричало, что так не должно быть! Это неправильно!

– Вам тоже тяжело смотреть на сад, да? – Откуда-то сбоку ко мне подошёл молодой мужчина в белой льняной рубашке. Нормально было бы испугаться, хотя бы от внезапности его появления, но мне стало только спокойнее от того, что с кем-то можно разделить непонятную тоску по совершенно незнакомому саду. – Как вы это поняли? Я вижу его в первый раз, но почему-то мне так не хочется, чтобы он был в подобном состоянии… Это грустно, правда? – Я наконец оторвалась от разглядывания сада и обратила своё внимание на парня. – Потому что мы оба связаны с этим местом. – Связаны? Простите, а вы, собственно, кто? – Я Дарра, я жил тут с вашей бабушкой, Нив. Она… она мечтала с вами познакомиться. – Тогда почему не познакомилась? Почему я узнала о ней только после её смерти? – Ваша мама не хотела, чтобы вы знали об этом месте. А Мейв, простите, Мисс Маккаллен, не собиралась перечить. – Мейв? Вы были близки с бабушкой? – Да, она усыновила меня. Но это долгая история, пойдёмте в дом?

Дарра забрал мой чемодан, и мы медленно шли по брусчатке, сквозь которую тоже пробивались какие-то сорняки. Сад действительно задыхался под тяжестью своей неухоженности, но чем дольше я в нём находилась, тем отчётливее чувствовала, что он полон жизни, он вовсе не умирает, ему просто нужна помощь.

– Дарра, расскажите, кто вы? – Можно сказать, что я садовник. Ну и маркетолог заодно, удалённо работаю. – Садовник? Вам не кажется, как бы так помягче сказать… – Что я не справляюсь со своими обязанностями? – Вроде того, да. – Так и есть. Без Мейв я не могу поддерживать сад в должном виде. Сожалею. Но теперь здесь вы, Нив, и всё снова зацветёт! – Хотите сказать, что восьмидесятилетняя старушка делала всю основную работу по саду, а вы ей немножко помогали? – Я понимала, что не стоит бросаться обвинениями в Дарра, не разобравшись в ситуации. Но тягучее щемящее чувство не давало мне вести себя рационально. Перед глазами возникла моя хрупкая бабушка, которая даже перед смертью ухаживала за садом, а этот… садовник… просто бросил его на произвол судьбы. Немыслимо! – В какой-то степени вы правы, но всё иначе, не подозревайте меня в тунеядстве, пожалуйста, чуть позже я всё объясню, мы почти пришли. – Но дом ещё далеко ведь. – Сначала сюда.

Повернувшись вслед за рукой Дарра, который показывал куда-то влево, я увидела высокий остролист. Раскидистый и когда-то мощный, сейчас он выглядел неважно, скукоживаясь и засыхая. Но всё равно притягивал взгляд, поэтому я сошла с дорожки и приблизилась к стволу дерева, дотрагиваясь до него ладонью. Тёплый. На мгновение мне показалось, что остролист касается меня в ответ, так странно ощущалось прикосновение к его коре.

– Нив, вы могли бы положить одну руку на него, а второй взять мою ладонь? – Дарра улыбался впервые с момента нашей встречи, и я засмотрелась на его красивое лицо, не сразу осознав, что он хочет от меня. – Взять твою ладонь? Чего это вдруг? – От смущения я перешла на неформальное обращение, но Дарра только ярче улыбнулся. – Да, я хочу показать, что будет, если мы станем заниматься садом вместе, как делали это с Мейв. – Кажется, я не хочу знать, чем ты тут занимался с моей бабушкой… Пойдём-ка лучше в дом. – Нив, подожди, ты же почувствовала! – Что я почувствовала? – Что остролист говорит с тобой! – Глупости, просто эмоции захлестнули. Знаешь, у меня тут существенные такие события в жизни происходят! – Нет-нет, Мейв знала, что именно тебе передались способности. – Какие это ещё способности? Дарра, скажи честно, ты в своём уме? Или мне стоит бежать со всех ног в сторону соседских домов?

Вместо того, чтобы обидеться, Дарра радостно засмеялся, откидывая длинные светлые волосы на спину и вынимая из-под рубашки какой-то кулон.

– Вот, смотри, сейчас я сожму его, и ты всё увидишь. Я не была уверена, что хочу что-то видеть, но Дарра всё ещё не казался мне опасным, поэтому я замерла на месте и ждала.

Дарра сжал в кулаке кулон, и воздух вокруг нас пошёл рябью. На мгновение я увидела, что возле дерева сидит… кто-то вроде призрака? Какое-то почти прозрачное существо. А Дарра тем временем стал будто выше, ещё красивее, хотя куда уж ещё, и обзавёлся заострёнными ушами. Класс! Недосып и эмоциональное перенапряжение от души сдобрились ожиданием чего-то мистического, и я начала галлюцинировать. Пока я раздумывала, стоит ли падать в обморок, Дарра спрятал кулон обратно под рубашку и подошёл почти вплотную ко мне.

– Нив, с тобой всё хорошо? – А, да, всё отлично, я просто начала глюки немного ловить, ничего необычного вообще! – Но это не глюки, Нив. Я не могу долго удерживать истинный облик сада, но после твоей инициации всё изменится. – Господибоже, какой инициации, Дарра? – М-м-м-м… тебя как ведьмы? – Почему у тебя вопросительная интонация, ты не уверен в собственном бреде? – Да уверен я! И это не бред. Просто не подумал, что нельзя так резко на тебя всё вываливать, слишком обрадовался, что Мейв была права. Мне тяжело здесь одному, сад засыхает, я не могу его поддерживать, потому что слишком слаб. – Дарра, а ты не пробовал, ну, например, поливать растения в саду, а? Говорят, это работает! – В обычном саду – да, но не в саду, который поддерживает связь с Тир на Ног! – О нет. Ты всё-таки сумасшедший, да? Причём тут страна вечной молодости из ирландской мифологии? – Ты читала о ней? – Конечно, читала, я же ирландка, в конце концов. – Ну вот. В мифах почти правильно указывают его расположение, в графстве Клэр. Но на самом деле не южнее утёсов Мохер, а тут, у нас, возле Голуэйского залива. – Звучишь как экскурсовод… – Было дело, расскажу как-нибудь. – И ты хочешь сказать, что вход в Тир на Ног буквально в моём саду? – Ага, именно это и хочу сказать. – Классно! А как войти? Я б сходила с богами поговорить, попросила б их немного переехать. – Я не знаю, как войти! Мы только поддерживаем барьер. – Дарра не злился, но я чувствовала, что расстроила его своей реакцией. Впрочем, такую информацию действительно не стоит вываливать на незнакомцев при первой встрече. Даже если это всё правда. Я реально предполагаю, что это может быть правдой? Кто тут ещё сумасшедший. – Прости, я не хотела тебя обидеть, просто всего слишком много. Давай поговорим в доме? – Да, конечно, пойдём.

До особняка бабушки мы добрели в тишине, которую прерывал только плеск волн. Удивительно, я была настолько поглощена садом, что даже не обратила внимания на близость залива. А тем временем воздух терпко пах океаном и свободой. Потрясающе!

Внутри дом был гораздо уютнее, чем можно было предположить по его суровому внешнему виду. Дарра, видимо, готовил ужин к моему приезду, потому что даже до входной двери доносился аромат трав и какой-то выпечки. От камина распространялось тепло по всему первому этажу, а светлая деревянная мебель, мягкие ковры и большие окна дополняли антураж, словно приглашая расслабиться и насладиться покоем и гостеприимством.

– Нив, подожди здесь немного, я принесу еду и напитки. – Дарра быстро прошмыгнул в сторону кухни, а я растеклась по удобнейшему дивану, продолжая прокручивать в голове события последних двух дней. Картина вырисовывалась, конечно, весьма странная, но захватывающая. – Вот, держи, я испёк содовый хлеб и сделал рагу. Должно быть неплохо, Мейв нравилось, по крайней мере. А и… у меня нет алкоголя, только чай и красный лимонад, ничего? – Прекрасно, я не пью алкоголь. А про красный лимонад наслышана, с удовольствием попробую. Спасибо! Так вкусно пахнет. Ты же тоже будешь есть? Ты вообще ешь? И, кстати, я повторю вопрос, а ты, собственно, кто? – Только давай ты выслушаешь меня без криков про сумасшествие, ладно? – Ну, постараюсь тебя не перебивать, так уж и быть. Но больше ничего не обещаю. – Сойдёт. И я ем, да. Так вот, я действительно Дарра, садовник и маркетолог по совместительству. И заодно немного друид. Но так, полукровка скорее всего, поэтому, собственно, в одиночку барьер поддерживать и не могу. Мейв нашла меня пятьдесят лет назад на берегу залива. Я не помню ничего о своей семье и прошлом. Мы искали какие-то следы, но ничего внятного не обнаружили. Казалось, что я появился из ниоткуда.

Поэтому Мэйв забрала меня к себе и нашла способ официально усыновить. Она быстро поняла, что я не совсем человек. И нашла мне отличного наставника из друидов Балливона. Да, мы думаем, что это действие барьера, но в эту деревню веками переселяются всевозможные магические расы. Поэтому и мы тут не выделялись.

Так вот… несмотря на мастерство наставника и все мои усилия, выдающимся друидом я так и не стал, мог только немного поддерживать Мейв в её заботе о саде и барьере. Мейв же была сильной ведьмой, я всегда восхищался её магией.

– Подожди, если ты здесь уже пятьдесят лет… Мама… – Да, я знал Клоду, мы дружили в детстве. Всё разрушилось, когда окончательно стало ясно, что у Клоды нет дара. Мейв не огорчилась, она считала, что дар проявится у детей Клоды. Но твою маму эта новость очень расстроила. Она была готова защищать барьер сама, но не хотела такой судьбы своим детям.

Клода не чувствовала сад, не понимала, почему мы проводим в нём столько времени. Она сбежала ещё до твоего рождения, чтобы спасти тебя от судьбы Мейв. Мы пытались говорить с ней, объясняли, но что-то в нашей магии пугало её.

– А мой отец… – Нет, не я. Честно сказать, я без понятия, кто твой отец, Клода не говорила об этом. У нас с Мейв, конечно, были догадки, но не будем сейчас об этом. Тот человек, к сожалению, уже мёртв, поэтому счастливое воссоединение с отцом не предвидится. Извини. – Ничего, я давно привыкла к тому, что у меня нет отца. Сколько же тебе лет? – Сложно сказать. Не меньше шестидесяти человеческих. – И ты совсем не стареешь? – Старею, просто медленно. Когда Мейв нашла меня, я выглядел как ребёнок лет десяти. Сейчас, думаю, выгляжу примерно на тридцать, как ты. – А мой дедушка, ты знаешь что-то о нём? Мама говорила, что он погиб от пневмонии. – Мейв никогда не рассказывала о нём, но каждый год пятого апреля закрывалась в кабинете и проводила там весь день на пару с виски. Я всегда думал, что это связано с твоим дедушкой. – Что ж. Вроде знаю сейчас о своей семье намного больше, а ощущение – что ещё меньше. То есть теперь, когда бабушка умерла, я должна занять её место и заботиться о саде? – Да. Твоя семья занимается этим много веков подряд. Мейв не нашла информацию о том, как и почему это началось. Просто ход жизни, так заведено, не знаю, звучит это всё не очень, но как-то так. Я по началу задавал ей много вопросов, но она показывала, что есть только разные невнятные обрывки вашей семейной истории. – И нужно безвылазно сидеть здесь? – Что? Нет! Клода любила демонизировать затворничество Мейв. Но Мейв просто не любила бывать за пределами дома. Она уезжала, когда искала информацию о моей семье или о вас с Клодой. Сад живёт на энергии, которой делится ведьма-хранительница, достаточно долго. Ты можешь спокойно оставаться в Англии и дальше.

Дарра нервничал, говоря обо всём этом. Наверное, он думал, что я откажусь и уеду из Балливона навсегда, как сделала мама. Наверное, так поступить было бы логично. Но я не могла выкинуть из головы то тепло, которое ощутила ещё в Эннисе и не переставала ощущать всё это время. Бросить налаженную жизнь в Лафборо, чтобы заботиться о саде-портале с почти нестареющим красавцем-друидом? Звучит, как сценарий плохого любовного фэнтези. Или хорошего?

В любом случае, мне предстояло обдумать ворох событий, чтобы на эмоциях не наворотить ерунды. Сонливость накатила резко, напоминая, что мои силы не бесконечны. Поэтому Дарра довёл меня до спальни и ушёл убираться на кухне.

Долгая дорога и калейдоскоп эмоций и впечатлений пригвоздили меня к кровати, и через пару минут я уже спала, непривычно быстро покинув реальность. Блаженные часы сна прервались внезапным пробуждением. Я распахнула глаза и теперь вслушивалась в темноту ночи: тихие шорохи дома смешивались с дыханием сада. Сад звал.

Вспомнив все хорроры, в которых герои шли в подозрительное место и нарушали все законы логики и адекватности, я быстро оделась, натянула кроссовки и спустилась вниз. Дарра, наверное, спал как приличный друид, по крайней мере, по пути мы не встретились.

Немного постояв перед входной дверью, я всё же вышла в сад. Шелест листьев превращался в неизвестный мне язык, который почему-то был понятен. Через пару мгновений я уже стояла перед остролистом, с которого началось моё падение в магию или безумие. Голос остролиста был громче всех остальных.

Он тосковал по Мейв и хотел разделить эту боль со мной. Оплакивая бабушку, о которой не знала практически ничего до вчерашнего дня, я гладила кору дерева и мечтала увидеть его снова сильным и отчаянно-зелёным. Этого было достаточно: в какой-то момент я подняла глаза и увидела, как сад скидывает с себя траур и запустение.

Сухие листья и ветки будто растворялись в пространстве, давая свободу новым свежим росткам. Деревья выпрямлялись и раскрывали листья, начиная дышать в полную силу. От прежнего жалкого зрелища не осталось и следа. Существа, оказавшиеся не призраками, а душами растений, ликовали, носясь в танце по саду.

– Ты всё же сделала это? – Дарра подошёл бесшумно и стоял в метре от меня. – Сделала что? – Приняла сад. – Да, наверное. Не знаю, как правильно это назвать. Но мне хотелось, чтобы он ожил. – И он ожил. – Да, кажется, что так. Что теперь с ним будет? – Жизнь.

Следующий час мы провели за обходом сада, здороваясь с каждым растением, слушая радостные приветствия в ответ. Рассвет застал нас на берегу залива. Солнце медленно выплывало из-за горизонта, готовясь к своему рабочему дню. А я вела неспешные мысленные беседы с собой, размышляя, что и как хочу поменять в своей жизни. Первым порывом, конечно, было бросить всё, уехать из Англии и с головой нырнуть в мир травничества и ведьмовства. Но скептический настрой не покинул меня до конца. К тому же в Лафборо меня ждали домашние растения, работа, подруга, счета за квартплату и прочие прелести жизни.

Нужна была пауза. Мы вернулись домой и наметили план поездок по Ирландии. Мне хотелось посмотреть как можно больше мест, проникнуться духом Ирландии, так сказать. Неделю Дарра показывал мне самые восхитительные места, на деле подтверждая, что работа экскурсоводом где-то в его биографии явно присутствовала. Надо будет спросить.

К концу недели я была влюблена. В Ирландию, в сад и немного в Дарра. Оставлять их совершенно не хотелось, но Англия ждала. Кажется, только в самолёте я в полной мере осознала, насколько безумным и невероятным было всё произошедшее. Мозг потихоньку переваривал информацию, периодически спотыкаясь на попытках объяснить весь этот красочный набор… всего.

Мне хотелось побыстрее вернуться к саду и Дарра. Мне хотелось подольше побыть наедине с собой, чтобы уложить всё в своей голове и не потеряться в этих чувствах.

Не знаю, через сколько дней и месяцев мои ноги снова ощутят под собой землю Ирландии. Дарра сказал, что сад будет в порядке ещё долго. Но мы точно снова встретимся. Когда я буду готова стать частью их мира и окончательно вернуться домой.