Плетущий сеть

Глава 1

Уже второй день Михаил проводил день облюбовав лавочку в сквере, в тени деревьев. Что его привело в этот двор, он пока не мог понять, но его неотвратимо влекло сюда. Каждый день, то утром, то вечером, он сидел на лавочке, прихватив с собой книгу. Довольно объёмную книгу Михаил обернул в местную газету, чтобы у любопытствующих дворовых бабулек не вызывать ещё большего подозрения, ибо название «Тихий омут: История гидрологии русских рек (с примечанием утопленников)», могла стать причиной не только косых взглядов, но и вызова участкового. С ним конечно же не возникло бы проблем, достаточно было показать удостоверение, но потом возникла бы проблема спокойного времяпрепровождения во дворе, даже не смотря на строгий серый костюм, благородную внешность и шляпу-федору.

Михаил читал книгу, но каждое, казалось бы, незначительное событие двора не укрывалось от пристального взгляда карих глаз: будь то писк домофона, плач ребёнка или разговор бабушек на лавочке у подъезда. Особый интерес вызывали животные: кошки, бродящие возле подъездов, вездесущие голуби или собаки, ведомые хозяевами.

И вроде спокойный дом, притягивал Михаила. Больше половины подъездов он уже отмёл от подозрений: люди с улыбками, собаки активные. Осталось проверить два подъезда, убедиться, что его настороженность вызывает не подвал и не коммуникации, проходящие возле дома, где чаще всего и возникают проблемы с обитателями межмирья.

Пискнул замок домофона и на улицу вышла молоденькая женщина, прижимая к себе надрывающегося ребёнка и аккуратно спуская коляску. Михаил внимательно наблюдал за ней поверх книги и сразу же вспомнил её по вчерашнему вечеру.

Уложив малыша в коляску женщина не спеша двинулась по тротуару, и уже через минуту крик стих, что не скрылось от внимания Михаила. А через двадцать минут она уже стояла рядом с единственной лавочкой в тени деревьев, на которой сидел Михаил.

— Я вам не помешаю? — вежливо осведомилась молодая мама, слегка покачивая коляску.

— Нет, нисколько не помешаете. Присаживайтесь, прошу, — Михаил немного пододвинулся, такой случай упускать было нельзя.

Михаил ожидал, что, как и все, она погрузится в телефон, но удивился, когда женщина, замерла с бутылочкой воды в руках. От него не укрылся её усталый равнодушный взгляд, чуть растрёпанные тёмные волосы, впопыхах собранные в пучок и ссутуленная спина.

— Это ваш кот? — молодая женщина чуть улыбнулась.

— Да, мой, — Михаил улыбнулся в ответ, ещё раз пробежав взглядом по вымученной женщине. — Везде со мной ходит.

— Везде?! — изумилась она, восторженно посмотрев на Михаила. — Потрясающе! Это мейн-кун?

— Нет. Это лесной кот. Зовут Лытай.

— Они же дикие совсем! У-у, какой у него грозный вид! — она не отрываясь смотрела на большого полосатого кота лежащего на краю лавочки.

Кот отвернул морду и морда, схожая с лицом, скорчила гримасу презрения.

Михаил заговорил про котов, плавно направив тему на детей. Благо внешность Михаила располагала к себе людей, и ему быстро начинали доверять. Женщину звали Вика и она жила в этом доме с рождения.

— Вы не высыпаетесь? — спросил Михаил Вику.

— Да. Это точно, — охотно ответила она. — Саша дома совсем не спит. Всё время кричит. Уже чего только не делали, даже к врачу ходили, но ничего не обнаружили.

— Сколько малышу месяцев?

— Пять с половиной.

— И давно так?

— С трёх месяцев началось.

— А на улице, как я понимаю, спит чудесно? — Михаил глянул на малыша сквозь сетчатую накидку.

— Да, представляете, как только выхожу на улицу, сразу же засыпает. Я уж приспособилась с собой смесь брать, воду и одежду. Вон, — она указала под люльку, где лежала туго набитая сумка. — Хоть сама на лавочке устраивайся спать. Дома стало как-то не по себе.

Михаил глянул на кота. Тот уже сидел и, прислушиваясь к разговору, имел очень сосредоточенную морду и нахмурено смотрел на подъезд.

— Вика, — Михаил, видя отзывчивость и открытость Вики, решил расспросить её о жильцах, — вы уж извините, мои вопросы могут показаться странными, но, пожалуйста, ответьте. — Я может смогу помочь, — Михаил достал своё удостоверение и показал ей.

То, что в удостоверении было написано «агент службы межвидовых контактов», люди в основном не воспринимали, а видели то, что говорил им Михаил.

— Я из коммунальной службы. Есть такое явление, когда в подвале накопившейся ядовитый газ по воздуховоду попадает в квартиры. это может повлиять на здоровье жильцов.

Вика серьёзно посмотрела на него и кивнула.

—Умирал ли кто в последнее время?

— Да. Я сама удивляюсь, за последние два месяца трое.

— А как обстоят дела с самочувствием у жильцов вашего подъезда, вы случайно не в курсе?

— Да у меня у самой муж в больнице, — Вика опустила голову.

Михаил поднял бровь.

— Вот как? Что же случилось?

— Месяца два назад начал жаловаться на плохое самочувствие. Я уж сначала подумала, что отлынивает, с ребёнком не хочет сидеть. А две недели назад в подъезде голова закружилась, споткнулся на лестнице, перелом ноги.

— Сочувствую! — Михаил нахмурился. — А ещё?

Вика задумалась.

— Да. За последнее время соседка жаловалась, что давление у неё скачет. Слышала, что муж у знакомой, постоянно плохо себя чувствует. — Вика задумалась, пожала плечами. — Больше не знаю.

— А они бывает, что ночью домой возвращаются?

— Да, — Вика озадаченно посмотрела на Михаила. — У них есть поздние смены. После двенадцати домой возвращаются. Да и муж мой тоже.

Михаил задумался, перебирая в голове всевозможные напасти, насланные иномирцами и самих иномирцев, способных изводить людей. Всевозможных существ обитало в городе в каждом доме, в каждом дворе от домового в квартире, до болотника и кулешат, среди гаражей и в речке, протекавшей через город по трубам. Для мелких злыдней катание по трубам было развлечением наподобие горок в аквапарке. Только после таких аттракционов коммунальщики каждый год меняли трубы, то на одной улице, то на другой.

Проговорив почти до вечера Вика отправилась домой.

— Что узнал? — Михаил посмотрел на кота, возникшего на лавке после двухчасового отсутствия.

— Одна из бабок как раз из того подъезда. Фуф! — фыркнул он, поморщившись, — Я теперь всех жильцов знаю чуть не в лицо! — Лытай, увеличившись в размере до пятигодовалого ребёнка свесив задние лапы с лавки, стал перечислять всех заболевших и травмированных, которых за последние два месяца оказалось семь человек.

— Ну и что ты думаешь?

— Там определённо кто-то поселился, — ответил Лытай.

— Вот стемнеет и проверим.

В половина двенадцатого ночи, Михаил стоял перед подъездом. Он уже улавливал не принадлежащую этому миру энергию, слабо пульсирующей аурой.

— Ну что ж, — Михаил набрал на домофоне номер Викиной квартиры, решив, что пусть она знает о его присутствие в подъезде, мало ли что может случится.

— Проходите, — Викин голос прозвучал на фоне кричащего ребёнка.

Лытай поднялся на задние лапы и выпрямился, отряхнув превратившиеся передние лапы с пухлыми пальчиками.

Михаил открыл дверь, и они с Лытаем вошли в полутьму, небрежно окрашенного зелёной болотной краской подъезда. Затхлый запах ударил в нос. Гулко ударила дверь, отрезав их от шума вечернего города.

— Архимандра тебя раздери! — проговорил Лытай, замерев у двери.

Михаилу не требовалось напрягать магическое зрение, чтобы увидеть серебристые, переливающиеся нити. Сеть, густо натянутая по стене, тянулась дальше, расходясь и снова сплетаясь, она нависала над дверьми, заботливо накинутая на кнопки звонков и электрические щитки, опоясывала перила и едва светясь уходила вверх.

— Мрежник! — Михаил снял шляпу, чтобы не задеть нависшую над головой нить.

— Я не пойду! — заявил Лытай подобрав руки и хвост. — У меня лапы коротки, я где-нибудь да задену! — просипел он, переступив ногами.

— А как же кошачья ловкость?! — иногда Лытай выводил Михаила из себя.

— Ну, — замялся кот.

— Я тебя не понесу! — рыкнул Михаил. — Если я здесь погибну, будешь виноват ты!

— Это шантаж! — возмутился кот, и всё же медленно поплёлся за напарником.

Осторожно ступая через туго натянутые на серых ступенях нити, Михаил внимательно рассматривал замысловатые переплетения, останавливаясь у квартир. У некоторых дверей паутина оплетала весь проём, и Михаил знал, что из жителя злосчастной квартиры мрежник, паукообразное существо из межмирья, уже вытягивает силы.

На четвёртом этаже Михаил остановился.

— Здесь живёт Вика. Смотри, — Лытай посмотрел на крайнюю дверь справа.

— Она под защитой! — он недоумённо посмотрел на Михаила.

Проём слегка светился желтоватым светом, будто освещённым пламенем свечи.

— Её муж, будучи за спорт, всегда ходил по лестнице, а не на лифте. Поэтому и попался мрежнику.

С каждым этажом сеть серебрясь тянулась по стенам, собираясь в отдельные толстые нити, подвешенных к потолку пролётов.

— Воняет! — шепнул Лытай, зажав бордовый нос.

— Потерпи, надо его найти.

— Да что искать! На техническом этаже он!

Ещё этаж остался внизу. Специфический тяжёлый запах железа, затхлости и гнилых овощей, действовал угнетающе, движения замедлялись и каждый шаг давался с трудом.

— Как здесь люди живут?! — просипел Лытай.

— Для них этот запах не такой явный.

— Нам обязательно дальше идти?

— Нам нужно застать его в логове, а не на лестничной клетке.

— А если кто войдёт?

— Лытай, помолчи, пожалуйста!

Лытай гундося в тёмную мягкую ладонь, отвлекал Михаила своими причитаниями.

— Седьмой. Ну, ясень-пень, что он под крышей. Пойдём скорее! Покончим с ним и всё!

Он немного прибавил шага, торопясь, поскорее найти логово затаившегося существа, и перебирая короткими ногами не рассчитал, и мягкая кошачья лапа краешком задела тугую паутинку.

— Лытай! — воскликнул Михаил.

— О-й-и! — скривился Лытай и виновато посмотрел на Михаила.

Вверху что-то зашевелилось, шипение со стрекотом, прорезало тишину ночного подъезда и негромкий свист стал быстро приближаться. Казалось воздух вокруг пришёл в движение, гонимый стремительным движением существа, и Михаил сгрёб за шкирку озирающегося Лытая и пустился вниз по лестнице.

— Быстрее! — заорал Лытай, глядя на спину расширившимися чёрными глазами.

Шестой, пятый! Этажи пролетели за секунды. Четвёртый. Михаил встретился с испуганным взглядом Вики и крикнул:

— Назад!

Вика шарахнулась в квартиру, следом за ней Михаил закинул воющего Лытая, и развернулся. В его руке уже полыхал синим пламенем шар с белыми разрядами молний.

Тварь, с выгнутыми кверху суставами, заняла весь проём, растопырив длинные конечности. Она шарахнулась в сторону, завывая от поджарившего две ноги разряда. И тут же со стрекотом ринулась на обидчика.

— Михаил! — Вика стояла в дверях, тревожно вглядываясь в его странное поведение.

Она не видела и не слышала тварь, а вот почувствовать гнетущее давление и запах, вполне могла.

Михаил толкнул испуганную Вику в коридор и захлопнул дверь. Через мгновение, застонав, дверь сотряслась от внушительного удара и привычные домашние звуки влились в сознание: плач ребёнка, звук закипающего чайника.

Вика, хлопая глазами непонимающе смотрела на Михаила., стоя посреди коридора.

— Это же не газ, — неуверенно качнула она головой.

— У тебя чайник кипит, — Михаил одним бытовым выражением вернул Вику в сознание.

Вика кинулась на кухню.

— Лытай! — раздражённо проговорил Михаил.

Вернувшаяся Вика растерянно смотрела то на Михаила, то взглядом искала кота.

Михаил уверенно шагнул в комнату с хныкающим ребёнком. Кот сидел возле ребёнка, положив лапу на маленькое тельце и громко мурлыча. Ребёнок уже не кричал, а только тихонько хныкал, успокаиваясь под кошачье пение. А Лытай действительно пел, древнюю завораживающую колыбельную, хоть Вика и не могла слышать слов, но стояла, вслушиваясь в громкое тарахтение.

Михаил шумно выдохнул и вернулся в коридор. Внимательно осмотрев дверь, Михаил видел заложенные под плинтус сплетённые узелки из красных ниток и начерченные руны на стене под обоями.

— Что там?

Михаил оглянулся. Вика по-прежнему растерянно смотрела на незваного гостя.

— Тебе квартира досталась по наследству?

— Да, — Вика часто закивала. — От бабушки. Матери отца.

— Хорошую защиту она сделала, — Михаил кивнул на дверь. — Сильная была. Будете ремонт делать, ни чего здесь не трогайте, и не стирайте.

— А откуда вы это знаете?

— У меня тоже такие способности, — улыбнулся Михаил.

— А то, что там. В подъезде. Это что?

— А это надо убирать, — раздельно проговорил Михаил, обдумывая дальнейшие действия. — Ты уж извини, но до утра нам придётся просидеть у тебя.

Вика в нерешительности мяла пальцы, малознакомый мужчина со странным котом, ворвался среди ночи в квартиру, кто-то чуть не вынес дверь и теперь ещё он заявляет, что останется на ночь.

— Ранним утром мы уйдём, чтобы обезвредить это, — он указал на дверь. — И как только оно исчезнет, я обещаю, ваш сын, вы и жильцы всего подъезда будете крепко спать и болезни уйдут.

Едва на улице начало светлеть Михаил поднял задремавшего возле ребёнка кота.

— М-м, — Лытай нахмурился. — Это сомнительное мероприятие. Может вызвать дружинников?

— Идём, — настойчиво произнёс Михаил, строго глядя на кота. — Каждый вечер у жильца этого подъезда может стать последний.

Михаил поднимался по лестнице, напряжённо вслушиваясь, ловя вибрации воздуха, готовый немедленно дать отпор твари. Лытай со всей кошачьей осторожностью шёл чуть позади и молчал.

Запах становился не таким резким, паутина теряла чёткость, будто с тем, как разгорался небосвод, таяли ночные страхи, вязкая тишина заполнялась звуками, убывала сила тёмных созданий.

На восьмом этаже Михаил остановился.

— Под крышей говоришь?

Едва различимые нити пронизывали обшарпанную дверь. У замка выделялась белым пятном полоска бумаги с печатью.

— Три месяца назад, — Михаил сорвал пломбу, и прикоснулся к замку.

Дверь отворилась бесшумно. Резкий запах затхлого тряпья вперемежку с гнилью вонзился в нос, заставив поморщиться.

Шаг, второй внутрь коридора обклеенного старыми, невзрачными обоями. Поворот на кухню. Стол заставленный запылёнными, прозрачными бутылками, банка шпротов, сковородка, заросшая меховым покрывалом плесени, засохшая тёмная лужа на потрескавшемся линолеуме и тишина.

Михаил чувствовал, что в следующей комнате сосредоточие мрачной гнетущей силы. Каждый шаг давался с трудом, словно проваливался в вязкую глину. Михаил отвёл руку, готовый в один момент зажечь синий огонь. Ещё один трудный шаг, и он остановился перед облупленной дверью.

Лытай тенью проскочил вперёд и замер с другой стороны. Михаил вдохнул и стремительно распахнул дверь.

Резкий скрежещущий крик ударил по ушам, но Михаил развёл руки и голубой огонь осветил тёмную многоногую фигуру, повисшую посреди маленькой комнаты на растянутых блеснувших серебром нитях крепкой паутины. В четырёх глазах отразился отблеск огненной погибели и тварь кинулась вперёд, как загнанная в угол крыса. Но удар разряда застиг её прежде, чем она успела преодолеть два метра, отделявшую её от невозмутимого Михаила.

Два разряда пронзили многоногую тварь. Крик перешёл в визг и сменился басовитым воем. Существо трепыхалось в разлетающейся пылью паутине, рухнуло на пол и почерневшее тело расползлось трухой и через минуту, только темные пятна остались на истёртом бордовом ковре.

— Я тобой восхищаюсь! — Лытай прыгал по лестнице вслед за Михаилом. — Как ты всегда невозмутимо разбираешься с этими тёмными сущностями!

Сонная Вика в длинном махровом халате, открыла дверь, малыш снова плакал. Но его плачь был уже другой, обычный, требующий молока.

— Всё в порядке? — спросила она, потирая лицо.

— Да. Спите спокойно! — Михаил улыбнулся и насвистывая бодро стал спускаться по лестнице. А следом бежал огромный серый кот.