Отдых на двоих. Алтай

Глава 1

Ничто и никто не может остановить ведьму, когда она в полушаге от своей мечты!

Особенно, когда дело касается отпуска! Долгожданного, выстраданного отпуска, к которому шла целых три года! Три года бессонных ночей, упорной работы, выстроенного с нуля бизнеса для того, чтобы сейчас я могла наконец обо всём забыть и отдохнуть!

Очередной резкий порыв ветра, сопровождающийся крохотными брызгами прохладной воды и ароматом хвои и речной влаги, заставил охнуть и счастливо зажмуриться, поддерживая рукой шляпку с большими полями.

— Чудесное время вы выбрали для отпуска, госпожа ведьма! — стараясь перекричать шум мотора небольшого катера, выдал мой сопровождающий, бросив на меня взгляд из-за плеча. — Начало сентября. Людей сейчас мало! Все по школам, да работам разъехались.

— Вы же сказали, что дом скрыт от людей! — выкрикнула в ответ, продолжая придерживать шляпку, которую так и норовило сорвать с моей головы.

— Так точно! Завеса стоит! Ни один человек не пройдёт! Ещё бабка моя делала! Она тоже из ваших была!

Обсуждать свою работу и магическую специальность не хотелось. Тем более, что в этом невысоком, лысоватом мужчине с короткой бородкой и большим пивным брюшком магии было кот наплакал. Может его бабка и была сильной, но внуку почти ничего не оставила.

Признаюсь честно, мне этот Фёдор Кергилов не внушал доверия. Очень уж хитрым был взгляд его крохотных черных глазок, слишком часто его взгляд останавливался на моих ногах, не прикрытых тонкой тканью короткого трикотажного платья.

Бояться, я не боялась. Не станет он связываться с ведьмой, но бдительность не теряла.

— И погода хорошая. Тепло еще недельку продержится, вам на радость!

Я сдержанно кивнула, скользя взглядом по высоким холмам, зелёным лесам, крутым берегам и отвесным скалам, покрытым небольшими кустарниками.

— Видите водичка какая?

Как не увидеть, когда такая красота. Вода была невероятно красивого бирюзового цвета. Никогда не видела такого. И в общей картине она смотрелась очень эффектно: лазурная вода, бежево-коричневые скалы и берега, леса разного оттенка зелени, прозрачное светло-голубое небо с пушистыми белыми облаками.

Красиво, аж дух захватывало.

— Это она только недавно начала светлеть, — продолжил рассказывать Кергилов. — Недели две назад. Катунь у нас река капризная. Весной она полна талой воды, которая приходит с гор. Вы знали, что река берёт свой исток у подножья Белухи?

Ответ мужчина ждать не стал, почти сразу продолжив. Кажется, Кергилову нравилось болтать, рассказывая о родном крае.

Что ж, не буду мешать. Кивнув, я перевела взгляд на огромную заснеженную гору, которую еще называли трёхглавой, и возвышалась она над всей долиной.

— А это всё из-за зеленокаменных песчаников, которые устилают дно. Осенью таянье ледников прекращается, вот река и становится прозрачной, а вода такой бирюзовой.

Мужчина и дальше продолжил рассказывать о реке и её бурном течении. О том, что дальше есть участок с порогами для занятий рафтингом, даже называл самые известные из них. И ещё что-то. Я его почти не слушала и лишь изредка кивала, стараясь не уснуть.

Бессонная ночь, три часа на скоростном поезде с Рязани до Москвы, оттуда бегом в аэропорт, чтобы успеть на самолёт до Барнаула. Больше четырех часов в самолёте. Потом от Барнаула до Бийска на поезде. А с Бийска до нужного посёлка ещё на машине три с половиной часа, отдав за проезд просто космическую сумму денег.

И еще полтора часа искала Кергилова, злясь на весь мир и отсутствие нормальной связи, и вот теперь плыла на моторной лодке к отдыху своей мечты.

До сих пор не верилось.

Я. Алтай. Место силы. Мечта любой ведьмы прикоснуться к чистой магии, не отравленной цивилизацией.

Никаких телефонов! Никакой цивилизации!

Ни-ко-го! Целых семь дней!

Сняв шляпку, тряхнула головой, позволяя ветру растрепать волосы, и широко улыбнулась.

«Наконец-то… наконец-то я свободна».

— Вы не переживайте, — произнёс Кергилов, вновь привлекая к себе внимание, — домик хороший, аккуратный и уютный. Я за ним слежу. Порядок навожу, ремонт делаю. Крышу вот чинил недавно. Продукты все в подвале. Сами понимаете, электричества там нет, так что холодильник там естественный, — с противным хохотом добавил он и даже подмигнул.

Честно говоря, я не очень понимала, о чём он, но на всякий случай кивнула, стараясь не зевнуть.

— Отопления нет, но есть камин в зале. Большой такой камин, весь дом отопит. Дрова заготовлены, целая поленница за домом. Но вы не переживайте, сейчас ещё тепло, так что может и топить не придётся. Плитка газовая стоит и баллон есть. Заправленный. Я же слежу.

Как-то слишком часто Кергилов это повторяет. Меня пытается убедить в этом? Или себя? Но я так устала, чтобы заострять на этом внимание, что снова послушно кивнула.

— Вообще наша Катунь так красива, что её берега — одна сплошная достопримечательность. Если надумаете, я вам такие места покажу. Например, Зубы Дракона. Слышали о таком?

Я лишь пожала плечами, рассматривая гладь реки.

— По легенде богатырь Сартакпай бросил в реку верхушку горы, чтобы люди использовали камни как опору и смогли построить мост.

— И как? Смогли? — сдержанно спросила у него, решив проявить участие в разговоре.

— Так это же легенда. Но одна из скал действительно служит своеобразной подпоркой для моста, которая ведёт к развлекательному комплексу. А ещё тут есть остров Патмос, но там много не погуляешь. Большую часть крошечной территории занимает монастырь. Для туристов лишь один храм открыт.

— Спасибо, — уклончиво ответила я, щурясь от яркого солнца, от которого не спасали даже солнечные очки. — Я подумаю.

Честно говоря, от его голоса и звука мотора у меня уже начала болеть голова. Так что я надеялась, что мужчина хоть ненадолго замолчит. А Кергилов всё продолжал болтать, рассказывая какие‑то легенды и сказки — про духов реки, про древних шаманов, про то, как в этих местах ещё до людей жили существа, чьи следы теперь скрыты под мхом и корнями.

Я встрепенулась лишь, когда услышала:

— А мы почти приехали. Вон смотрите.

Подняв руку к лицу, чтобы прикрыть глаза от бликов, пристально осмотрела берег. Он был не таким отвесным и неприступным, как противоположный. Пологий склон, густой лес, поднимающийся до самых холмов и больше ничего. Ни дома, ни признаков жилья.

— Видите? — повторил мужчина.

Я уже хотела сказать «нет», как вдруг по воздуху пошла лёгкая рябь и берег начал тихо меняться.

Отступили высокие могучие лиственницы и между их толстыми стволами проступили контуры добротного деревянного дома. Словно сама природа скрывала его от случайных зрителей. А ведь так скорее всего и было. Видимо бабка Кергилова смогла договориться с духами этого и места, и они спрятали домик.

Он выглядел весьма добротно и надёжно. Сложенный из тяжёлых брусьев, с просторной верандой, увитой диким виноградом, и собственным пирсом, уходящим в реку. Стены были тёмно‑коричневыми, почти чёрными от времени, а крыша металлическая, усыпанная сухой листвой и иголками.

Я невольно замерла, сняв очки и внимательно рассматривая каждую деталь.

— Ну вот и всё, добрались, а вы волновались, — сказал мужчина, глуша мотор.

Катер мягко ткнулась в причал.

— Добро пожаловать, госпожа ведьма, — широко улыбнулся Кергилов, пришвартовываясь и привязывая канаты к пирсу.

Я медленно сошла с катера, чувствуя, как под ногами слегка пружинит старый деревянный настил причала. Каблуки босоножек громко застучали по доскам.

Возможно, для поездки в самое сердце Алтая надо было одеться по-другому, а не в мини платье, шляпку и шпильки, но я же ведьма. Я же должна всех шокировать.

Люди называли это эпатажем, игрой на публику. Одарённые считали, что я таким образом подпитываюсь. Высасываю негатив и превращая его в энергию. На самом деле мне просто нравилось быть красивой, нравилось показывать свою фигуру, ради которой я потела в зале пять раз в неделю.

Воздух здесь был гуще, чем в городе. Пропитанный смолой, листвой, влажной землёй и речной водой. Им не надо было дышать, его нужно было пить, наслаждаясь каждым глотком вкуса.

Кергилов, всё ещё улыбаясь, кивнул в сторону дома, продолжая наматывать канаты на столбики:

— Вы проходите, осматривайтесь, а я сейчас ваш багаж достану и занесу в дом.

И снова мне не понравился его взгляд. Чего он добивается? Хочет утащить мои вещи? Не спорю, там есть дизайнерские наряды, но они явно будут ему не по размеру. Кроме того, на чемоданах стоит лёгкая защита. Кроме меня их никто не откроет.

— Хорошо, — кивнула я, надевая ремешок сумки на плечо, и бодро пошла по настилу к узкой деревянной лестнице, которая вела на площадку перед домом.

Вблизи он выглядел ещё более… живым. Не просто постройка, а дом, который жил, дышал, напитавшись истинной магией.

— Это будет лучшая неделя в моей жизни, — произнесла с улыбкой.

И тут…

— Сомневаюсь, — раздался сзади глухой мужской голос.

Вздрогнув, я резко повернулась и замерла, смотря в глаза самому настоящему зверю. Янтарно-желтые, злые, они в упор смотрели на меня, лишая воли и не давая даже малейшего шанса на побег. Но я же ведьма, я не могу просто так стать… обедом или ужином!

— Вы… вы кто такой? — выпалила я, делая осторожный шаг назад.

Сейчас главное не бежать, не кричать и не делать резких движений, чтобы не спровоцировать зверя! И в глаза ему смотреть тоже не стоит, легко может принять это за вызов.

Поэтому взгляд я быстро отвела. И наконец смогла рассмотреть зверя целиком.

Это был мужчина. Огромный мужчина. Даже я со своими метр восемьдесят рядом с ним смотрелась мелкой. Высокий, мощный, с широченными плечами, от каждого движения которых скрипела белая рубашка, узкой талией и бёдрами, что смотрелись довольно эффектно в светло-голубых джинсах.

Никогда не любила перекаченных мужчин, а этот зверь явно в качалку ходил не для того, чтобы дурочек кадрить.

Руки крупные, мощные, с выступающими венами. Запястья и выше украшали темные татуировки. Рисунки рассмотреть не смогла, да и не пыталась.

Квадратная челюсть, нос с горбинкой, легкая небритость на впалых щеках, тёмные брови… глаза, от которых коленки тряслись. И тёмные волосы. Длинная челка, довольно объёмный верх и короткий затылок.

Он стоял в тени дерева, и я всем своим ведьминым нутром почуяла исходящую от него звериную энергию.

— Я кто такой? — звенящим от ярости голосом процедил мужчина.

Он тоже времени не терял, рассматривая меня.

Его взгляд скользнул по открытым плечам и линии декольте. Уголки губ дрогнули от едва заметной усмешки — холодной, оценивающей, от которой по спине, несмотря на довольно жаркий день, у меня прошёл неприятный холодок.

Наверное, впервые в жизни я засомневалась в правильности выбора наряда.

Короткое трикотажное платье персиково-розового цвета с рукавами три четверти и глубоким вырезом весьма аппетитно облегало мои формы. И «аппетитно» сейчас было не в мою пользу. Вдруг правда этот хищник решит меня сожрать?!

— Кто ты такая?

— Лана Самохина, — на автомате произнесла я.

И тут же заметила, как в глубине золотистых глаз промелькнула насмешка. Такая едкая и такая явная, что это мгновенно привело меня в чувство.

— Это мой дом! Я… я сняла его на неделю. Так что… будьте так любезны покинуть территорию!

Прозвучало не очень решительно, совсем не грозно, абсолютно неуверенно, но как есть. Оставалось надеяться, что Кергилов услышит мой вопль и успеет прийти на помощь… правда при этом ему не помешал бы дробовик. А ещё лучше капкан и парочка смертельных ловушек. Одним дробовиком этого зверя точно не уложить.

Мужчина медленно склонил голову на бок. Таким взглядом обычно натуралист изучает бабочку, прежде чем пришпилить ее к доске.

— Покинуть? Серьёзно? — выдал он.

И я поёжилась от ярости в его голосе, которую незнакомец даже не пытался скрыть.

— Да. И я не одна! Так что не надо тут… стоять и угрожать!

— Разве я угрожал? — оскалился зверь, продемонстрировав мне ровные белые зубы.

Клыки вроде не удлинились. Уже хорошо.

— Слушайте, мне не нужны проблемы. Идите куда шли и оставьте меня в покое!

— Замечательное предложение. Я пойду в дом, который СНЯЛ, а вот вам стоит убраться туда, откуда вы явились, — прорычал он.

— Сняли? — переспросила я. — Но это какая-то ошибка…

В этот момент тишину разорвал весьма громкий и очень знакомый звук. Звук катера!

— Какого…? — рявкнула я, забыв о звере, о страхе и обо всём на свете.

Развернувшись, стремглав побежала назад к реке. И как раз вовремя, чтобы увидеть, как катер с противным Кергиловым медленно отходит от пристани, на которой сиротливо стояли два моим кремовых чемодана!

Не надо быть гением, чтобы понять, этот нехороший человек сбегал, оставив меня один на один с хищником!

— Эй! Стой! Стой!

Я буквально слетела со ступенек!

— Да стой же! Мошенник!! Вернись! Обманщик!

И тут обувь сыграла со мной злую шутку. Очередной шаг и шпилька провалилась между досками и застряла. Ахнув, я задергалась, пытаясь вырваться из ловушки.

Вырвалась, но равновесие потеряла.

Ахнув, я замахала руками и завалилась на бок. Прямо в бирюзовую воду Катуни.

Холод ударил мгновенно как пощечина. Рывком выбил воздух из лёгких. Вода сомкнулась над головой, отрезая от кислорода и я забарахталась, всё глубже опускаясь на дно.

Честное слово, я довольно неплохо плаваю. Но здесь вода была просто ледяной, плюс течение и эффект неожиданности. Вместо того, чтобы попытаться выбраться, я внезапно начала тонуть.

Неизвестно, чем бы всё закончилось, но мне внезапно пришли на помощь.

Бум! И рядом со мной, вызвав множество белых пузырьков, кто-то нырнул. В следующее мгновение сильная рука схватила меня за талию и потянула вверх. Я инстинктивно вцепилась в сильное плечо. Перед глазами замелькали блики света, а лёгкие горели от нехватки кислорода.

Пара мощных гребков, и мы вынырнули.

Я тут же закашлялась, глотая воздух и отплёвываясь от воды.

— Держись, тут сильное течение.

Несколько долгих минут мы добирались до пристани. Мужчина подтолкнул меня к лестнице и сам поднялся следом. Выбравшись из воды, я сразу же рухнула на колени. Зубы стучали, тело трясло, а пальцы не сгибались.

— Жива? — сухо спросил он.

Я быстро закивала, поднимая на него взгляд.

— С-спас-с-сибо.

А тот неожиданно нахмурился и процедил:

— Пошли в дом. Живо.

— А ты чего раскомандовался? — огрызнулась я, хлюпая носом.

— Может стоило дать тебе утонуть? — прорычал оборотень.

И сделал шаг вперёд словно действительно решил сбросить меня назад в ледяную воду.

— Да встаю я, встаю, — произнесла поспешно, убирая с лица мокрые пряди.

— И давай быстро. Навязалась на мою голову.

«Кто на чью навязался, большой вопрос», — мысленно огрызнулась я, но вслух произносить это не стала.

Зачем дразнить хищника?

Я осторожно кивнула и перевела взгляд на речку. Ровная гладь воды, небольшие волны и ни следа Кергирова.

— Катер…

— Уже далеко. И вернётся лишь через неделю, — раздраженно процедил оборотень.

И его золотистые глаза вновь вспыхнули от ярости.

— Мои вещи…

— Сама понесёшь, — припечатал мой спаситель и снова поторопил: — Давай, приходи в себя. Сидеть нет времени. Вставай и пошли в дом. И каблуки лучше сними. Второй раз из-за тебя в воду не полезу. Ты и так мне должна.

— Должна? — переспросила я.

С трудом, но мне удалось расстегнуть ремешки на босоножках и стянуть их.

— Я же сказала спасибо, — напомнила ему.

— Думаешь этого достаточно?

— А что ещё надо? Поклониться в пояс? На колени встать? Так я уже стою, — выпалила я, с трудом сдерживаясь.

— Все ведьмы одинаковы, лишь бы спорить, — рыкнул он, нахмурившись.

— Я? Спорю? — ахнула я, покраснев от возмущения. — Ты сам этого начал.

— Смотрю, тебе происходящее нравится. Как сидела, так и сидишь

— Сказала же, встаю.

Подняться получилось лишь со второй попытки.

Оборотень даже руку мне не предложил. Так и стоял чуть в стороне, сложив руки на груди и кривя губы. Взгляд его золотистых глаз не предвещал ничего хорошего. Кажется, он всерьёз раздумывал, чтобы сбросить меня в воду.

Пробормотав себе что-то под нос, мужчина бросил на меня очередной злой взгляд и зашагал в сторону дома.

Сжавшись в комочек и обхватив себя руками, слегка пошатываясь от холода и стуча зубами, я, шлепая босыми ногами, медленно направилась за ним.

Глава 2

Внутри дом тоже был деревянным. От массивных стен до мельчайших резных деталей. Первый этаж состоял из большой гостиной с огромным камином и кухни. Камин находился в центре и был облицован неровными серыми камнями. Над ним висела широкая дубовая полка, на которой стояло множество толстых свечей. Сбоку большая плетеная корзина с дровами.

По бокам от камина стояли два глубоких кресла с высокими спинками, обитые потертым бархатом приглушённого зелёного цвета с деревянными подлокотниками. Между ними низкий журнальный столик из тёмного дерева. На полу толстый ковер с выцветшим орнаментом в рыжих и глубоких синих тонах. У большого панорамного окна стоял широкий диван с бежевыми подушками и бордовым покрывалом, которое небрежно лежало с краю. Рядом на полу еще одна плетеная корзина. Но меньше. Оттуда торчали разноцветные клубки, пестрые носки и кончики длинных спиц.

Кухня примыкала к гостиной, отделённая невысокой деревянной барной стойкой. Медные кастрюли и сковородки висели на крючках строго по размерам — от самой маленькой до самой большой. На столешнице находилась ручная мельница для кофе. Судя по аромату ей совсем недавно пользовались. Сбоку жестяная банка с печеньем и нож. Над небольшой плитой, у которой стоял баллон с газом, полка с глиняными горшками и пучками пряных трав.

Лестница на второй этаж был узкой с круглыми ступенями и деревянными перилами. За лестницей дверь, что скорее всего вела в подвал. Удобства, как я помнила из брошюры, были на улице. Я же мечтала побыть вдали от цивилизации! Вот оно! Никакого электричества, канализации, связи и прочего.

На стенах картины с пейзажами Алтая и полки с книгами и свечами. Вообще свечей было очень много, как напоминание того, что электричества в доме нет и не будет.

Когда я вошла в дом, мужчина уже разжигал камин, подбрасывая в него мелкие щепки. Я уже собиралась сесть в ближайшее кресло, как была остановлена резким окриком:

— Стоять!

— Что? — застыв в полусогнутом положении, прохрипела я, испуганно озираясь. — Что не так?

— Не смей туда садиться! Ты же всё намочишь!

— Чего?

Я аж задохнулась от такой наглости.

— От тебя на полу уже лужа. Так что на ковёр тоже не вставай, — выдвинул зверь новые требования.

Действительно, лужа была. Небольшая. И теперь глянцево блестела у моих босых ног.

— Ты там головой случайно не стукнулся? — прошипела я, поднимая голову.

— Может стоило оставить тебя на улице, — тут же оскалился он.

Если бы взглядом можно было убить, оборотень уже давно лежал бездыханным у камина.

— Рискни меня выгнать, — пригрозила я, сжимая кулаки.

Сомневаюсь, что мои угрозы подействовали. Но оборотень неожиданно сменил гнев на милость.

— Ну так и быть, оставайся. Только не намочи здесь всё. Лучше возьми себе на кухне стул.

— Я?

— Ну не я же, — отозвался он.

— Ты сама гостеприимность, — процедила я, направляясь в кухонную зону за табуретом.

— Я тебя в гости не звал. Поэтому и не обязан быть гостеприимным.

— И я тебя тоже! Кроме того, от тебя лужа не меньше, — огрызнулась я и с грохотом поставила деревянный табурет у камина.

— Я хозяин. Мне можно, — нагло заявил оборотень.

— Ты такой же хозяин, как и я! — напомнила ему, обхватывая себя за плечи.

— Но я приехал сюда раньше.

— И что? Мог бы уступить девушке… как настоящий мужчина, — добавила ехидно.

— Мог бы, — не стал отрицать он. Кстати, не мешало бы узнать его имя. Моё-то он знает. — Но ты не девушка. Ты ведьма.

— А ты оборотень, — не осталась я в долгу.

— Вот и выяснили, — заметил он и принялся расстегивать рубашку.

Я и глазом моргнуть не успела, как мужчина стащил её и, не глядя, бросил на пол. Надо сказать торс у него был… впечатляющий. Рельефный, мощный, пропорциональный. Признаю, я даже немного впечатлилась. Но не настолько, чтобы уступать ради этого дом и отказываться от законного отпуска.

— Надеюсь, штаны оставишь при себе? — тут же спросила у него. — Давай сразу договоримся. Менять дом на твои… услуги я не намерена.

— Мои… услуги не продаются. Особенно ведьмам, — отозвался он, наклоняясь к ближайшему креслу, где, оказывается, лежала темная водолазка.

Надев ее, подбросил в камин пару дровишек. Джинсы снимать не стал. То ли стеснялся, то ли решил, что ведьма не достойна такого внимания.

Тепло от камина согревало, но этого было мало. Волосы свисали сосульками, с них продолжала капать вода. Платье неприятно холодило кожу, не давая согреться.

Я снова поёжилась и, осмотревшись, попросила:

— Подай плед.

Тишина.

— Пожалуйста, — процедила сквозь зубы.

— Не хватает, — отозвался оборотень.

— Чего не хватает?

— Искренности.

Пришлось прикусить губу, чтобы не нахамить.

— Так ты дашь плед?

— И не подумаю. Ты его намочишь.

«Нет, он точно решил вывести меня из себя!»

— Хорошо, — звенящим от напряжения голосом произнесла я. — Сама разберусь. Тут же за домом должен быть горячий источник.

«Вот куда мне надо! В источник! Не к камину! Залезу туда и сразу согреюсь. Заодно и искупаюсь, смою с себя речную воду!»

— Есть. Но к нему ты не пойдешь.

Это уже не в какие ворота не лезет!

— Ты не офигел? — выпалила я, забыв о том, что собиралась быть вежливой.

— Сначала мы поговорим, — произнёс мужчина.

И судя по тону, отказ не принимался.

— Замечательно. Давай проясним сразу — я отсюда никуда не уеду. Я добиралась сюда больше суток и имею полное право здесь находиться! — яростно выдала я.

— Я тоже. Имею полное право отдыхать. И ведьма мне тут не нужна!

— Как и мне оборотень!

— Но мы здесь. Оба. А дом один.

В гостиной наступила тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине.

— И что теперь? — поинтересовалась я, в который раз шмыгнув носом. Надо будет принять на ночь настойку. А то так и заболеть можно. Вызовем Кергилова и потребуем компенсации? Он не имел права сдавать дом нам двоим.

— И как ты собралась его вызывать? Связи здесь нет.

— Но тут должен быть спутниковый телефон, работающий на батарейках.

— Должен быть. Но он не работает. Кажется, Кергилов, подстраховался.

— И что это даст? Через неделю он всё равно вернётся. Или ты думаешь, он бросил нас здесь навсегда?

Данная мысль мне не понравилась.

Мужчина пожал плечами, а я продолжила:

— Только зря. Мои друзья знают, куда я поехала, и, если я вовремя не вернусь, они поднимут тревогу.

Пусть знает, что я не одна! И обо мне есть кому вспомнить.

— Возможно он надеется, что к тому времени я тебя съем. Нет тела — нет дела.

Не знаю, шутка ли это. Но мне было не смешно. Совсем. Я опасливо покосилась на хищника, застывшего у камина, и осторожно заметила:

— Я невкусная.

— А я ведьм не ем. В вас столько яда, что отравиться можно. Так что расслабься.

Ага, расслабишься тут, когда что ни фраза, то угроза.

— И что нам делать? Выбраться отсюда нельзя, если только на катере. На том самом, на котором сбежал Кергилов. До ближайшей деревни часов пять-шесть пути по склонам и горам. И то я не знаю куда идти, — пробормотала я, а потом, спохватившись, добавила: — И даже если бы знала, то точно не пошла бы.

Снова наступила тишина.

— Ты мне не нравишься, — припечатал мужчина.

Я тоже не осталась в долгу:

— Ты мне тоже.

— Терпеть не могу ведьм.

— Я это уже поняла. Поверь, я от тебя тоже не в восторге.

— И что теперь? — сощурился он.

— Не знаю. Вариантов у нас не так много. А точнее, всего один, — многозначительно произнесла я.

Мы обменялись долгим взглядом.

— То есть ты предлагаешь нам… придётся существовать вместе? — с трудом выговаривая каждое слово спросил он и скривился так, будто лимонов наелся.

— Ты не мешаешь мне, а я не мешаю тебя, — кивнула я. — Насколько я помню, здесь две комнаты. Можем вывесить график пользования общим имуществом.

— Никакого графика. Это дом мой, — прорычал оборотень.

— Как и мой.

— Я ведь могу тебя выгнать.

Теперь пришла моя очередь щуриться.

— Не советую, — процедила я. — Не забывай, я ведьма. В силе мне с тобой не сравниться, но в хитрости… ты же не хочешь ссориться с ведьмой?

— Угрожаешь?

— Предупреждаю. И предлагаю заключить соглашение о проживании на одной территории.

Оборотень молчал, лишь смотрел исподлобья. Но не отказывался — уже хорошо. Кажется, у нас получилось заключить мирное соглашение.

— Кроме того, кое-кому не мешало бы представиться, — с улыбкой заметила я.

Снова тишина.

— Руслан, — сухо представился он спустя несколько долгих секунд.

— Руслан и…?

— Просто Руслан. А ты Лана.

Надо же, какая таинственность. Хотя мне-то какое дело. Руслан и Руслан.

— Что ж, договорились, — произнесла я, вскакивая с табурета и протягивая ему руку. — Неделю живём, не мешая друг другу.

Оборотень смотрел на мою ладонь несколько секунд. Так будто она могла укусить. А потом поднял взгляд на меня.

— Не советую играть со мной, ведьма.

— Аналогично, оборотень, — кивнула я, опуская руку. — И раз вопрос решён, то я пошла за вещами и в источник. Надеюсь, ты подсматривать не будешь.

— Сказал же — ведьмы меня не интересуют.

— Вот и помни об этом.

Выйдя на улицу, я слегка поёжилась от лёгкого ветерка, который налетел из-за угла. Вроде на улице тепло, градусов двадцать, а как-то… промозгло. Наверное, это из-за того, что речка рядом.

Спустившись к пристани, схватила свои чемоданы, босоножки, что сиротливо валялись рядом, и медленно потащила всё наверх. В дом заносить не стала. Вместо этого подошла к террасе, положила один из чемоданов на лавку и принялась в нём копаться.

Так, что мне надо? Белье. Лёгкий розовый пуловер, спортивные серые широкие штаны с лампасами и шлепанцы. А еще полотенце.

Источник нашёлся быстро — за домом, в небольшой рощице. Это был небольшой округлый бассейн с гладкими каменными бортами. Над слегка мутной водой поднимался лёгкий пар. Судя по всему, тёплая вода поступала прямо из-под камней.

Сбросив сырую одежду, я осторожно ступила в воду.

Тепло окутало тело, как мягкое одеяло. Мышцы сразу расслабились, дрожь ушла, а по коже побежали приятные мурашки. Я опустилась глубже, позволяя воде достичь плеч, и выдохнула.

— Ох… — прошептала я, откидывая голову назад. — Как же тепло....

Пар поднимался вокруг, создавая лёгкую туманную завесу. Никаких лишних звуков и шумов. Вдалеке щебетали птицы, ветерок шелестел в листве, журчала вдалеке река.

Мне даже не надо было стараться, чтобы почувствовать силу, которая витала в воздухе. Первородная, мощная, незыблемая. Ради этого стоило приехать сюда.

Вообще-то, для людей источники располагались лишь на юго-востоке республики, в ста километрах от села Кош-Агач. Это пограничная территория, поэтому для её посещения требуется специальное разрешение.

Но я же не совсем человек, а самая настоящая ведьма. И отдыхала я как ведьма. А нам, обладающим магией, полагались кое-какие плюшки. Среди которых был и этот скрытый домик на реке Катунь, и вот этот горячий источник, подведённый сюда с помощью магии много лет назад, может быть даже несколько столетий назад.

Алтайцы такие источники называли аржанами. Они были не только горячими, но и обладали целебными свойствами. Так что мне дважды повезло и этому стоило радоваться.

Я лежала в горячей воде и от всей души наслаждалась своим волшебным происхождением.

Но как бы сильно мне не хотелось остаться здесь, но надо было вылезать. Да и погода стала меняться. Небо заволокло облаками, ветер изменился, став сильнее. Да и темнеть начало. Всё-таки начало сентября — это осень и вечерами тут прохладно.

Переодевшись, я замотала волосы полотенцем, взяла мокрые вещи и отправилась за чемоданами. Стиральной машины тут не было, но нашелся таз и кусок мыла, который сильно пах сиренью. Постирав вещи, я аккуратно все развесила на сушилку.

И только потом взяла чемоданы и направилась в дом.

Руслана внутри не оказалась. Зато горел камин. Было тепло и уютно. На барной стойке на толстой деревянной доске лежали хлеб, сыр и ветчина. Соорудив себе бутерброд, потом ещё один, я быстро перекусила и потащила чемоданы на второй этаж.

Наверху было две спальни. Не долго думая, толкнула дверь слева. Она оказалась не запертой. Заглянула внутрь — признаков чужого присутствия не наблюдалось.

— Будешь моей, — торжественно провозгласила я, затаскивая внутрь чемоданы.

Комната была небольшой, но довольно уютной. В центре окно с легким тюлем. С правой стороны узкая деревянная кровать с пестрым покрывалом. У трюмо с зеркалом табурет. У двери деревянный шкаф. На полу мохнатый белый коврик. И, конечно, множество свечей.

Но зажигать их я не стала. Как и разбирать вещи. А вот настойку выпила. Болеть сейчас совсем не хотелось.

Усталость прошедших суток навалилась с такой силой, что глаза сами собой стали закрываться, а зевота была такой сильной, что я боялась свернуть себе челюсть от усилий.

Оставив чемоданы у дверей, я устроилась на кровати просто полежать. И сразу же отрубилась.

Когда я проснулась на следующее утро, солнце ярко светило в окно, у меня от неудобного положения онемела рука, затекла шея и свело судорогой желудок.

— Да здравствует новый день, — простонала я, с трудом поднимаясь.

Здравствовать новый день отказывался категорически. Потому что в вертикальном положении у меня ещё и голова заболела.

Прищурившись, изучила своё измятое отражение в зеркале — огромные тёмные круги под зелёными глазами, карамельные волосы торчат в разные стороны.

— Тебе в таком виде только к русалкам, — пробормотала я, проведя ладонью по лицу. Краше от этого оно не стало.

Разбор вещей отложила до следующего раза. С трудом переставляя ноги, постоянно зевая, выползла из комнаты и тут же почувствовала его — запах еды!

О-о-о-о, это же яичница… с бекончиком…

Я чуть язык не проглотила.

На кухне Руслан в огромной сковороде готовил завтрак. Я насчитала аж десять яиц и пять полосок бекона. Жир, масло, яйца… я чуть слюной не захлебнулась от этого великолепия.

Мужчина схватил прихватку, взял сковороду и понёс её к столу.

У меня чуть сердечный приступ не случился… или желудочный приступ, когда это великолепие пронеслось мимо меня.

Вот тут до меня и дошло. Что завтраком делиться со мной никто не собирался. А я тут… слюни развесила.

«Я ведь рассчитывала на перемирие! Мол, ночь прошла, страсти утихли, давай закрепим наш союз вкусным завтраком».

— Приятного аппетита, — произнесла я, всё ещё надеясь, что у оборотня проснётся совесть.

— В подвале, — равнодушно выдал он, присаживаясь за стол и ставя перед собой сковородку со скворчащим великолепием.

Подцепил вилкой кусочек бекона, намотал его, яичко взял, кусок хлеба и принялся с аппетитом есть. Один!

— Хм… Сколько холестерина! — выдала я, демонстративно проходя мимо. — Кошмар!

Пусть знает, что я не такая... и вообще! Сам дурак! Причём жадный!

Я уже схватилась за ручку, как он напомнил:

— Корзину возьми.

«Подумаешь!»

Корзину я взяла. Открыла дверь и уставилась в непроглядную темноту. Да тут шею сломать можно.

— Фонарик с правой стороны.

Вот так, подсвечивая себе фонариком, я спустилась вниз, ворча себе под нос:

— Ну что? Нравится тебе? Мечтала же? Вдали от цивилизации! Получила! Нет ванной, нет даже душа, холодильник тоже отсутствует, как и стиральная машинка. Наслаждайся!

Первое, что я почувствовала, спустившись вниз — холод. А потом магию. Посветив фонариком, рассмотрела амулеты, которые висели над дверью.

Печати. Они не могли вырабатывать холод, но могли его удерживать. Поэтому продукты и не портились.

Внутри было ещё холоднее. Зато светло. Стоило мне войти, как над головой загорелась небольшая лампочка. Видимо, подпитывалась за счёт батареек. И ровные ряды стеллажей с продуктами.

Чего здесь только не было. Я словно попала в магазин. Выбирай — не хочу.

Мешки с крупами, ящики с овощами и фруктами, ровные ряды молочки в тарах со сроками годности и маркировками. Головешки сыров, кругляши колбасок. На крюках под потолком висели окорока и копчёности.

И везде руны-печати. Здесь не только на холод, но и на сохранение продуктов. Чтобы они не испортились от времени.

Сначала хотелось взять всего и побольше. Но наверху это всё быстро пропадёт. Поэтому я ограничилась йогуртом, знакомым куском ветчины и сыром. Всё натуральное и полезное… не то, что яичница с беконом.

Ещё взяла зелени. Салат сделаю на обед… И румяные яблоки не забыть.

В отдельном дальнем углу, самом холодном из всех, где даже пар шёл изо рта, лежало в специальных кадках мясо и птица. Недолго думая, я прихватила кусок куриной грудки.

— Сварю бульон на обед, а курицу покрошу на салат, — сообщила сама себе. — И вообще, я на Алтае. Приехала просвещаться и раскрывать потоки магии, оздоравливать организм.

Но как бы я себя не настраивала, соблазнительный образ глазуньи с беконом всё равно вставал перед глазами.

Вздохнув, повесила потяжелевшую корзинку на локоть и отправилась наверх.

К ароматам яичницы и бекона прибавился запах свежесваренного кофе.

Я ведь уже полгода в завязке… в смысле, без кофе. Воспитывала силу воли и пыталась отказаться от последней вредной привычки. А тут такой аромат.

Закрыв глаза, жадно вдохнула, и улыбка сама собой появилась на губах.

Оборотня в доме не наблюдалось. Еды тоже. Остался только головокружительный аромат. Руслан оказался приятным и ответственным жильцом, он даже посуду за собой помыл в тазу, нагрев немного воды.

Фыркнув, поставила курицу вариться и села завтракать. Бутерброд уже не казался таким аппетитным как вчера.

Перерыв ящики, нашла травяной сбор и заварила себе чай. Получилось вкусно, ароматно, полезно, даже настроение прибавилось.

— Отпуск маленький, так что нельзя терять и дня! — радостно выдала я.

Тем более, что день обещал быть солнечным, ярким и тёплым.

И пошла собираться. Для начала переоделась. Надела обтягивающие легинсы и короткий топ. Волосы собрала в гульку, которую закрутила на самой макушке. Взяла коврик для йоги, бутылочку с водой и вышла на улицу.

Прохладненько немного, но так даже лучше. Не усну. Расстелив коврик на деревянном настиле, села в позу лотоса, закрыла глаза и глубоко вздохнула.

Сейчас самое главное — настрой.

Отключаем все пять органов чувств и включаем шестое. Надо настроиться на окружающий мир, почувствовать его, стать единым целым, одним организмом. И тогда… и только тогда духи этого места откликнутся, выйдут на связь и даруют все необходимые знания.

«Великая Кан-Кереде. Царь-птица, стерегущая покой, мир, счастье и богатство этого края. Покровительница зверей, птиц и природы. Услышь меня… Поверь в меня. Позволь мне ощутить всю мощь твоего мира…»

Конечно, я сомневалась, что священная птица, покровительница Алтая ответит мне. Но я надеялась почувствовать отголосок её силы.

Снова глубокий вдох и медленный выдох. И так несколько раз, пока тело не станет легким, а разум не освободится от всех проблем.

Я уже чувствовала это место, прониклась силой Алтая и готова была стать его частью, открываясь всем сердцем…

«Внутреннее равновесие… внутреннее…»

Бум! Бум! Хрясь! Тук!

Бум! Хрясь! Хрусь! Бум! Тук!

Тот свет, к которому я так отчаянно тянулась, начал отдаляться. Тишина сменилась противными звуками, не давая сосредоточиться. Всё, к чему я так стремилась… исчезало!

Но я же упрямая и просто так не сдамся!

«Отринуть всё! Не поддаваться!»

Снова вдох-выдох…

Бук! Хрясь! Тук!

«Внутреннее равновесие…»

Бум! Бум! Бум!

— Внутрр-р-р-р-р-р-р…! Да чтоб тебя! — прорычала я, открывая глаза и быстро осматриваясь.

Неприятный звук доносился со стороны сарая. Глухой, ритмичный, будто кто‑то колотил по дереву тяжёлым предметом. И я отлично знала, кто это был!

— Вот же… зверюга! Чтобы у него хвост отвалился и зубы повыпадали! — раздраженно выдала я, вскакивая и направляясь к источнику шума.

И точно! Руслан. В спортивных штанах и без футболки, с мокрыми от пота волосами он размашисто рубил дрова. Каждое движение сопровождалось тем самым «бум!», а щепки разлетались веером с противным «хрясь» и падали уже не так грозно «тук».

— Ты издеваешься?! — рявкнула я, скрестив руки на груди.

Он замер и поднял голову. Взгляд золотистых глаз медленно скользнул по мне снизу вверх, слегка задержался на груди и только потом остановился на лице.

— Нет. Рублю дрова, — отозвался Руслан и взял новое полено, поворачиваясь ко мне спиной.

Мышцы на спине напряглись, образуя красивый рельеф на коже, что блестела от пота. Крохотные капли скатывались по шее, собирались в углублении ключиц, приковывая к себе взгляд, и потом опускались по позвоночнику ниже к самой резинке его штанов.

— А ты не мог бы делать это… — сглотнув, сухо спросила у него, — в другое время?

— Нет.

Какое красноречие.

— Почему? — с трудом сдерживаясь, спросила я.

«Вот что за невезение? Такой симпатичный, красивый мужчина. И хищник! Опасный, дикий и непредсказуемый! Один яростный взгляд золотистых глаз чего стоит! От таких надо держаться как можно дальше!»

— Потому что хочу рубить сейчас.

Бум! Хрясь!

— Но ты мне мешаешь!

— Я тебя даже не видел и буду рад не увидеть до конца недели, — оскалился Руслан.

— Замечательно! — оскалилась я. — Я бы тоже очень этого хотела. Не увидеть и не услышать!

— Это ты ко мне пришла, а не я к тебе. Я с тобой встречи не искал, — равнодушно отозвался мужчина, беря очередное полено.

— Я бы тоже не искала, но ты мне мешаешь! Шумишь и не даёшь сосредоточиться!

— Я просто. Рублю. Дрова, — медленно, тщательно выговаривая каждое слово, произнёс Руслан и добавил: — И меня совершенно не волнует, что ты там делаешь! Можешь хоть голой танцевать у костра.

— Не дождешься. Я медитирую, настраиваюсь на природу, пытаюсь войти в контакт с духами этого места!

— Духами? Надеюсь, Кан-Кереде вызвать не пыталась?

— Разумеется, нет, — поспешно ответила я. — Священная птица давно стала легендой. Её веками никто не видел. Но здесь и без неё есть чем заняться. Если ты не знал, то здесь, в Алтае каждая река, каждое дерево, травинка, камень и даже ветер имеет своего духа-защитника. Они всё слышат, всё знают и помогают. Если хорошо попросить.

— И что? — усмехнулся он, выпрямляясь. — Попросить не получилось?

— А ты как думаешь?

— Может антенна не работает?

Я сначала не поняла, какая антенна. А потом этот… этот драный хищник демонстративно похлопал ладонью себе по макушке, намекая на мою гульку.

Да он ещё смеет издеваться надо мной?

— Никакой антенны нет. Ты просто всех распугал своим грохотом! — взвилась я.

— А ты не думала о том, что духам плевать на тебя и на твое желание контактировать с ними? Может у них и так проблем хватает, чтобы тратить время на какую-то ведьму.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы успокоиться и не высказать этому… нахалу всё, что я нём думаю.

— Мы же договаривались, — тихим, звенящим от напряжения голосом, произнесла я. — Ты не мешаешь мне, я не лезу к тебе!

— Может ты и дышать меня заставишь через раз? — криво улыбнулся он и в золотых глазах промелькнул вызов. — Лишь потому, что я мешаю. Этот дом мой. Радуйся что я позволил тебе здесь остаться. Так что занимайся своими делами и не лезь ко мне. Никогда.

— То есть договориться у нас не получится? — подытожила я.

— Понимай, как знаешь.

— Ладно! Но запомни, не я это начала! — произнесла я, гордо разворачиваясь и быстро шагая прочь.

Если этот оборотень хочет войны, он её получит! Будет знать, как связываться с ведьмой!

Глава 3

Идей было множество. Одна страшнее другой, но… включился мозг и пришлось остыть. Просто так лезть на рожон не стоило. Можно было и без головы остаться. Нет, надо действовать хитрее, легче, так чтобы… чтобы этот блохастый не смог доказать мою виновность! Даже, если бы очень захотел.

Я вошла в дом, упёрла руки в бока и быстро осмотрелась.

Что бы… что бы такого сделать?

В нос ударил опьяняющий аромат свежемолотого кофе, баночка с которым осталась стоять на столе.

«Кофейку ему захотелось. Сейчас я ему устрою… сюрприз!»

Идея пришла мгновенно. И показалась весьма и весьма интересной. Прежде чем сделать первый шаг, я осмотрелась — не видно ли Руслана. После чего быстро подошла к столу, схватила турку, что стояла чуть в сторонке и медленно провела по толстому дну большим пальцем.

Заклинание было очень простеньким и совсем безвредным. Никакой опасности, никаких следов и совсем крохотный эффект. Но этого достаточно, чтобы почувствовать себя отомщенной!

Стоило мне произнести последние слова и провести пальцем по дну, как оно слегка покраснело и почти сразу погасло. Турка совершенно не изменилась. Поставив её на место, я широко улыбнулась и вышла из дома. Раз не получается дотянуться до духов этого места, то просто сделаю зарядку на свежем воздухе.

Со стороны сарая еще некоторое время раздавались глухие удары, но вскоре и они стихли. Зато потом появился весьма отчетливый аромат дыма. Костёр он что ли решил развести?

Потянув носом, я нахмурилась и демонстративно отвернулась. Пусть делает всё, что захочет, меня это не касается.

Зарядку я делала усердно, медленно, наслаждаясь каждым мгновением. Вытягивалась до боли в мышцах. Отжималась, считая про себя: раз, два, три… — и с каждым разом чувствуя, как под кожей разгоняется кровь, как напрягаются плечи, как ноют пальцы, удерживающие вес. Приседала, наклонялась и поднималась, чувствуя, как дрожит от напряжения каждая мышца в теле.

Приятное ощущение. Оно будто смывало липкий осадок утреннего напряжения — эту смесь раздражения, тревоги и странного, неуловимого волнения, что преследовало меня с момента встречи с Русланом.

Я дышала глубже, впитывая освежающий воздух ранней осени, что пропитался ароматом хвои, реки и влажной после утреннего тумана земли. Вслушивалась в стук сердца — ровный, мощный, — и старалась не думать о том, что где‑то за спиной в тени деревьев может скрываться тот, кто сейчас должен быть у сарая.

Временами мне казалось, что я чувствую на себе чужой взгляд. Очень внимательный, сосредоточенный… пристальный. Он пробирал до костей, заставлял дрожать и напряжённо кусать губы.

В какой-то момент, не выдержав, оглянулась, осматривая местность. И никого не нашла. Впрочем, это было неудивительно. Хищники всегда легко умели сливаться с природой.

Выпрямившись, глубоко вздохнула, поднимая руки вверх над головой и на выдохе опустила. Потом снова и снова. Стараясь сосредоточиться на дыхании.

Спокойно. Ты в отпуске. Ты здесь для того, чтобы отдохнуть и набраться сил.

Небольшая физнагрузка помогла мне успокоиться, убрать напряжение и вспомнить о том, что я в отпуске и должна радоваться каждому мгновению, а не воевать с непрошенным соседом.

Я подняла лицо к солнцу, позволяя его тёплым лучам коснуться кожи. Тихо щебетали птицы, ветер шелестел в листве, а внизу мелодично журчала вода.

Но даже сейчас, наслаждаясь покоем и гармонией с природой, я не могла полностью избавиться от ощущения, что за мной наблюдают. Что где‑то там, за линией деревьев золотистые глаза следят за каждым моим движением.

Я тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли. Нет. Я не дам какому-то блохастому испортить мне отпуск.

Схватив полотенце, вытерла пот со лба и решительно направилась к дому. После физической нагрузки настроение заметно приподнялось. Окружающий мир заиграл яркими красками.

Я даже решила снять то крохотное заклинание на турке. Повесила полотенце на шею, собрала коврик, который положила под навес на террасу, и лёгкой походкой, мурлыкая нос незатейливую мелодию, отправилась к дому.

Но сделать ничего не успела. В доме витал горький привкус подгоревшего кофе.

Руслан, который уже успел надеть светлую футболку, стоял у плиты и внимательно рассматривал турку в своих руках. Очень внимательно. Стоило мне войти, как взгляд золотистых глаз переключился на меня, заставив на мгновение застыть на пороге и нервно улыбнуться.

— Кофе убежал? — любезно спросила я, подходя ближе.

Чистая вода была в большом ведре в углу, там же стояла и кружка. Зачерпнув воды, я поднесла её ко рту и принялась пить, стараясь при этом не подавиться под взглядом хищника, который не отрываясь продолжал смотреть на меня.

— Ты трогала мою турку? — процедил Руслан.

По позвоночнику прошлась лёгкая нервная дрожь.

— Твою турку? — невинно уточнила я, вернув кружку на место и вытерев ладонью влагу с губ. — Мне казалось, что все предметы в этом доме на ближайшие семь дней общие.

— Ты не ответила на мой вопрос, — звенящим от напряжения голосом произнёс оборотень.

— Трогала, — призналась я, проходя в гостиную зону и присаживаясь в кресло. — И турку, и нож, и разделочную доску, и корзинку, и вон ту кастрюльку… Я не поняла, ты что, подозреваешь меня?

Сейчас самое главное не переиграть. Немного удивления, капелька возмущения, крупица праведного гнева и обиженный взгляд.

— А разве здесь есть ещё одна наглая ведьма? — отозвался он, убирая со лба влажные пряди.

Видимо, пока я занималась, мужчина успел искупаться в горячем источнике.

— За комплимент спасибо, — тут же с улыбкой произнесла я, — но я, правда, не понимаю, в чём дело. Я не могла испортить твой кофе. В это время я делала зарядку у воды.

— Я заметил, — неожиданно произнёс Руслан, продолжая сжимать в руках несчастную турку.

Мне показалось или по её дну прокатилась крохотная красная искорка угасающей магии? Прокатилась и пропала. Вздрогнув, перевела взгляд на оборотня, надеясь, что он не заметил… не почувствовал.

Так, надо срочно перевести тему, отвлечь его. О чём мы там говорили? Надо срочно вспомнить... Ах да, о зарядке!

— Ну и как? — лениво уточнила я, откидываясь на спинку кресла. — Понравилось?

— Что?

— То, что заметил.

Взгляд золотистых глаз немного изменился. Теперь он не казался угрожающим, скорее мягким, обволакивающим. Но в этой мягкости таилось что‑то ещё более опасное.

Руслан медленно отпустил турку на стол и сделал шаг ко мне. Не резко, а плавно, так, что пространство между нами будто сжалось.

— Понравилось, — наконец произнёс он, и в его голосе прозвучало нечто, от чего по спине пробежал лёгкий холодок.

Я сглотнула, стараясь не выдать волнения. Только не показывать, что мне не по себе. Только не дать ему понять, что я очень ярко и чётко чувствую его взгляд. Будто прикосновение к коже.

А ещё меня нервировал этот неожиданный переход от ярости к непонятной усмешке. Руслан явно что-то задумал. Но я не понимала, что именно.

— Рада слышать, — бросила я беспечно, хотя внутри всё дрожало. — Может присоединишься в следующий раз? Физические нагрузки полезны. Они помогают развеяться, снять стресс.

— Думаешь, мне надо снять стресс? — тут же спросил мужчина, делая ещё одно неуловимое движение вперед.

Я даже глазом моргнуть не успела, как Руслан оказался рядом, склоняясь над креслом, заставляя меня невольно вжаться в его спинку.

— Всем не мешает это делать, — нервно отозвалась я. — Ты же не зря оказался здесь.

Мужчина замер. Всего на мгновение — но этого хватило, чтобы я почувствовала, как воздух вокруг будто наэлектризовался. А потом он наклонился ещё ниже. Его теплое и ровное дыхание коснулось моего виска, в то время как моё внезапно стало прерывистым.

Признаюсь честно, мне стоило больших трудов удержаться и остаться на месте.

— Кажется, кое-кто решил, что всё обо мне знает.

«Нет, это невыносимо!»

Я всё-таки попыталась отстраниться, но кресло было не слишком глубоким, а Руслан слишком близко. В этот момент его ладони легли на подлокотники, беря меня в своеобразный плен и окончательно отрезая путь к отступлению.

Это беспомощное, загнанное ощущение мне совершенно не понравилось. Я привыкла контролировать ситуацию. В какой момент я её упустила?

— Я вообще о тебе не думаю, — резко произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Оборотень криво усмехнулся и припечатал:

— Врёшь.

Его пальцы слегка сжали подлокотники. Всего на миг, но я заметила, как на мощных руках сквозь татуировки проступили синие вены, как напряглись мышцы предплечья. Мужчина явно пытался сдержаться. Но от чего? И насколько это опасно для меня?

— Ты слишком самоуверен, Руслан. То, что ты оборотень, не делает тебя каким-то… особенным, — произнесла я, поднимая на него взгляд.

Он наклонился ещё чуть ниже. Теперь между нашими лицами оставалось не больше ладони. Я уловила запах — хвоя, дым и что‑то острое, звериное.

— Правда? Тогда почему ты нервничаешь? — обманчиво ласковым голосом спросил он.

— Я не нервничаю! — тут же вспыхнула я, дёрнулась и вновь застыла, загнанная в ловушку.

Можно было ударить. Пустить лёгкий электрический разряд, вызвать вспышку пламени. Можно было… но я не торопилась применять силу. Сейчас это могло привести к серьёзному конфликту. А я хотела решить всё мирным путём. Но это не означало, что я не могла дать сдачи.

— Нервничаешь, — усмехнулся Руслан и неожиданно сменил положение. Левая рука продолжила опираться на подлокотник, а вот правая потянулась ко мне. — И когда ты нервничаешь, у тебя на шее появляется маленькая жилка… Вот здесь.

Его указательный палец коснулся шеи. Как раз в том месте, где бился пульс. Легко, едва ощутимо. Но от этого прикосновения по телу прокатилась волна жара.

И я разозлилась. На него, на себя, на всю ситуацию, заложниками которой мы оказались.

— Прекрати, — прошипела едва слышно, пронзая его яростным взглядом.

А Руслан в ответ едва заметно улыбнулся. Ему явно нравилась моя реакция на его близость. И это тоже злило.

— Не я это начал, Лана, — сухо произнёс он, выпрямляясь и отступая.

«Уф! Наконец-то можно глубоко вздохнуть».

— Неужели? — процедила я, вскакивая и отступая от него на пару шагов.

Поближе к двери.

— Это ты зачаровала турку и теперь на ней всё подгорает.

— Правда? Может у тебя есть доказательства моего вредительства?

Тишина. Только стук моего сердца — слишком громкий и быстрый. И его взгляд, который будто прощупывал меня, пытаясь сорвать защиту. Слой за слоем.

— Думаешь, мне нужны доказательства? — наконец спросил оборотень, чуть склонив голову.

— Для обвинения — да, — твёрдо ответила я, выпрямляя спину и расправляя плечи.

— Никаких обвинений, — мягко произнёс Руслан, но в его голосе зазвучало нечто, от чего по спине пробежал холодок. — Просто предупреждаю: будешь ещё… шалить, — он сделал паузу, и его улыбка стала чуть шире, но в ней не было ни капли веселья, — я буду отвечать. И это тебе не понравится, ведьма.

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает смесь страха и раздражения.

— Что ж, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — тогда будем считать, что мы друг друга поняли, оборотень.

Руслан медленно кивнул, не сводя с меня янтарного взгляда.

— Будем, — наконец сказал он. — Но вот тебе информация на будущее. Я чувствую ложь, Лана… И магию.

«Вот… зараза! Предупреждать же надо!»

С этими словами мужчина развернулся и направился к выходу. Дверь за ним закрылась и только тогда я смогла выдохнуть.

На негнущихся ногах вернулась к креслу и плюхнулась, с трудом переводя дыхание.

— Вот это я… пошутила.

Вышло совершенно несмешно.

Я слышала о том, что существуют оборотни, улавливающие магию, но не думала, что окажусь под крышей с одним из них.

— Кажется, пришла пора исправлять свои ошибки, — пробормотала я, скользя взглядом по гостиной.

Как любой ведьме мне не нравилось признавать свои промахи. Думаю, любая женщина не любит этого делать. Но сейчас тот редкий случай, когда стоило наступить себе на горло и сыграть роль примерной девочки. Хотя бы ненадолго.

Тяжело вздохнув, встала и направилась в кухонную зону.

Взяв турку, провела ладонью по толстому дну, стирая остатки заклинания и чувствуя, как оно в ответ раздраженно покалывает на коже. Потом принялась отмывать и турку, и плиту. Движения были механическими: протереть, сполоснуть в холодной воде, вытереть.

А дальше пришла пора варить кофе. По моему фирменному рецепту — с щепоткой корицы, парой зёрен кардамона и каплей ванильного экстракта. Благо, всё перечисленное нашлось в одном из верхних ящиков кухни рядом с другими ароматными специями.

Столько времени прошло, а руки не забыли. Я действовала почти на автомате, вдыхая аромат свежемолотых зёрен, чувствуя, как тепло от плиты согревает ладони.

Через десять минут ароматный напиток был готов. Разлив его в две кружки, я взяла обе и вышла из дома. На пороге застыла, раздумывая, куда идти дальше. Оставалось надеяться, что Руслан не решил спустить пар в лесу и ходит где-то поблизости.

И действительно, мужчина нашелся за домом. Он сидел на деревянной скамейке с небольшим куском древесины в одной руке и ножом в другой и методично его… резал? Как ещё можно было назвать процесс вырезания из куска дерева небольшой статуэтки. Понять, что именно он пытался изобразить, было сложно, Руслан только начал.

Оборотень почувствовал моё приближение заранее, но никак не отреагировал, продолжая орудовать острым ножом.

Вздохнув, подошла ближе и села на край скамейки.

И снова никакого внимания.

— Я пришла с миром, — произнесла я, — и с кофе. По своему фирменному рецепту.

Наконец-то хоть какая-то реакция. Мужчина поднял на меня взгляд и посмотрел так выразительно и многозначительно, что я смутилась, поняв, о чём именно он подумал, и поспешно произнесла:

— Ни капли магии. Клянусь. И… яда тоже, как и слабительного. Просто кофе. Очень вкусный кофе. Себе я тоже сварила, но мы можем поменяться кружками, раз ты мне не доверяешь, — быстро произнесла я и тут же прикусила язык.

Кажется, я слишком много болтаю. Явный признак того, что нервничаю. А когда я нервничаю, у меня жилка на шее бьётся… В памяти невольно промелькнули недавние события. Прикосновение пальцев к моей коже и последующая за этим жаркая волна.

«Ох, не о том я думаю!»

Руслан хмыкнул, отложил свою работу и взял кружку. Ту самую, что я ему протягивала.

— Кофе, значит, — произнёс он чуть хрипловато. — И даже без магии. Интересно.

— Просто я умею признавать свои ошибки, — ответила ему, поворачиваясь и делая первый глоток.

М-м-м-м-м, я и забыла, как это вкусно. Кажется, мне пора кое-что изменить в своих привычках и предпочтениях.

— Действительно вкусно, — произнёс Руслан. — Что ж, признаю, ты не столь бесполезна, как я думал.

— Комплимент. Из твоих уст. Я потрясена. Неужели перестанешь угрожать? — притворно удивилась я, бросив на мужчину короткий взгляд.

— Я подумаю об этом, — пробормотал он, делая очередной глоток и пряча улыбку за кружкой.

— Я ещё готовить умею, — добавила я.

— Набиваешь себе цену? Зря. Я видел, что ты готовишь. Вареную курицу и салатик, — фыркнул Руслан. — Спасибо, но питайся этим сама.

— Я и другое умею. Если вежливо попросить. Кофе же сварила. И ты сам сказал, что вышло вкусно.

— Посмотрим, — уклончиво ответил мужчина.

И я не стала настаивать. Тут главное не разрушить то крохотное перемирие, которое возникло между нами.

Молчание затягивалось. И в этот раз оно не было неловким или неприятным. Скорее наоборот, оно приносило покой.

Но долго продолжаться так не могло.

— Не знал, что ведьмы умеют извиняться, — произнёс Руслан спустя несколько долгих минут.

— Ты слишком предвзято относишься к ведьмам, — заметила я.

— А ты к оборотням, — тут же парировал он.

Мы обменялись долгими взглядами.

— Поделиться не хочешь? — спросила у него.

— Чем?

— Негативными воспоминаниями.

— Зачем? —удивился мужчина. — Думаешь, ты сможешь заменить их новыми?

— Не знаю. Мы ведь уже разобрались, что наши представления друг о друге оказались далеки от реальности. Почему бы не поддержать разговор. Это же совсем не страшно.

— А ты сама не хочешь начать? Чем тебе так насолили оборотни? Напали в тёмном переулке? Угрожали? Пытались отжать бизнес? Может требовали отдать долю?

— Какие интересные у тебя представления о собственном виде, — рассмеялась я. — Нет, всё гораздо проще. Я встречалась как-то с одним.

— Оборотни редко встречаются с представителями другого вида. Выходит, поиграл и бросил?

— А вот это обидно, — выдала я, укоризненно покачав головой. — Думаешь, такую девушку можно бросить?

Но этого мне показалось мало.

Вскочив на ноги, я встала перед ними и покрутилась на месте.

— Ну как?

Взгляд золотистых глаз медленно скользнул по мне снизу вверх. Очень медленно и очень пристально. Я даже пожалела о своём импульсе. Потому что сейчас у меня возникло стойкое ощущение, что меня не осматривают. А раздевают взглядом! И мне это неожиданно понравилось. Давно никто не смотрел на меня так открыто… так по- мужски.

— Беру свои слова назад, — наконец хрипло произёс Руслан. — Это ты его бросила. Интересно почему? Не понравилась звериная сущность? Или всё было настолько плохо?

— Плохо не было, — отозвалась я, возвращаясь на место. — Просто закончилось всё грустно. Он оказался очень… большим собственником, который требовал моего постоянного присутствия рядом и отказа от работы.

— Но с независимыми ведьмами это не работает, — хмыкнул оборотень.

И мне показалось, что в его голосе проскользнуло что-то личное.

— Работает. Если не перегибать… Но иногда излишняя забота душит, перекрывая воздух.

Он кивнул и всё.

Опять эта гнетущая тишина.

— Ну, а ты? Чем тебе насолила ведьма? Прокляла? Наслала порчу? Отказалась отдать бизнес? Может соблазнила и бросила? Ушла к твоему конкуренту? — я выдавала одно предположение за другим. И никак не могла остановиться. — Вариантов может быть уйма. Все знают, насколько коварны ведьмы. Ты хотя бы подскажи в какую сторону копать?

— Она стала моей женой, — выдал Руслан после небольшой паузы.

— О-о-о-о, — прошептала я.

Клянусь, у меня от удивления чуть глаза из орбит не выпали.

“Женат на ведьме? Серьёзно? Вот это новости! Межвидовые союзы действительно были большой редкостью”.

— На три года, — добавил мужчина, бросив на меня короткий взгляд.

А я… я понятия не имела, как на это реагировать.

Вот тебе и откровенность за откровенность.

— Кхм… ну тогда ты выиграл. Твой опыт тесного общения между оборотнем и ведьмой гораздо болезненнее моего, — выдохнула я.

Руслан смотрел на меня несколько долгих секунд. А потом откинул голову назад и неожиданно громко расхохотался. Честно говоря, я ожидала от него разных реакций, но уж точно не такой.

— Знаешь, — отсмеявшись, произнёс он. И в глубине его золотистых глаз впервые за всё время засверкали яркие искорки, — ты первая, кто так отреагировал.

Я повела плечами, не зная, что сказать.

— Хотя… лишь единицы осмеливаются задать мне вопрос о ней. Предпочитая делать вид, что этого периода в моей жизни не было.

— И как?

— Странно, — туманно отозвался Руслан и допил кофе до конца.

«Кажется, пора платить откровенностью за откровенность».

— Мы с Игорем тоже хотели пожениться. Назначили день свадьбы, пригласили родственников. С его стороны приехал весь клан… Весь этот шум, гам, советы, которых не спрашивали. И мои ответы, которые никого не интересовали… Я была лишь куклой, от которой требовали подчинения и улыбок. Там всё решили за меня. В какой-то момент я не выдержала. И сбежала. Оставила записку и… уехала, спряталась от всего этого.

— Он не понял?

— Нет, — вздохнула я, горько улыбнувшись. — И не простил. Сказал, что я предала его. Наверное, так и есть. Я любила Игоря, правда, но… мы были слишком разными. Иногда лучше уйти, даже когда любишь, чтобы потом не было ещё больнее.

— Нам с Диной тоже стоило остановиться до того, как мы поняли, что между нами пропасть. Она городская ведьма. И всегда ею была. Любила жизнь в свете фонарей, шумных улиц, ярких красок, заводных вечеринок и доставки в любое время суток. Дина не понимала природу и не признавала подобный отдых... А так уж вышло, что я по сути своей связан как раз с природой.

Кофе допит. Слова сказаны. Гораздо больше, чем мы оба собирались сказать. И самое время уйти.

— Давай кружку. Я помою, — произнесла я, вновь поднимаясь.

Руслан молча протянул мне и вновь взялся за свою статуэтку.

Хрупкое перемирие было достигнуто.

Глава 4

Оставшийся день прошел без происшествий.

Пообедав в одиночестве, я разобрала вещи, разложила всё по полочкам и убрала чемоданы в шкаф. Так незаметно подкрался вечер. Удивительно, но с Русланом больше не пересекались в этот день. Никто из нас не прятался, просто так получилось.

Если я была дома, то он что-то делал на улице, я слышала звук топора, потом рубанка и ещё каких-то инструментов. Кажется, оборотень нашёл себе столярное дело по душе и теперь им занимался. Если я выходила, чтобы полежать и расслабиться в горячем источнике, погулять или просто посидеть на пирсе, болтая ногами и смотря на солнце, которое медленно клонилось к закату, то дом был в его полном распоряжении.

Когда стемнело, я вернулась в дом и отправилась спать. Всё-таки я ещё не до конца оправилась от поездки и уже в девять вечера меня начало клонить в сон.

На следующее утро я проснулась на рассвете.

Дом и мой сосед ещё спали. Заварив себе чай, я быстро перекусила печеньем, даже бутерброд делать не стала. Надела спортивный костюм с футером, обула кроссовки и отправилась осматривать местность.

В проспекте обещали девственную, нетронутую человеком природу, полную магии и духами, готовыми к общению. Пришла пора проверить, не солгал ли Кергилов хотя бы в этом.

На улице было зябко и влажно, легкий туман окутывал покрывалом ровную гладь реки и терялся в деревьях на берегу. Поёжившись, я свернула к лесу.

Узкая тропа начиналась за домом. Она виляла и петляла между высокими лиственницами, поднимаясь по невысокому холму. Воздух здесь был густым от ароматов растений, трав и влажной земли. Сквозь густую листву проникали оранжевые лучи восходящего солнца, оставляя на траве и земле красивые яркие пятна, блестя крупной росой, которая сейчас выглядела как россыпь драгоценных камней.

Я шла медленно, вслушиваясь в шорохи. Где‑то вверху перекликались птицы, под ногами хрустели сухие ветки и шишки.

Где-то далеко куковала кукушка, пели птицы и шелестела листва.

О том, что надо было взять с собой корзинку, я поняла почти сразу. Сначала мне на пути попались густые заросли черники, которые были сплошь увешаны темно-синими ягодами.

Попробовав одну ягодку, я потянулась за другой, потом за третьей. Вкусная какая, не сравнится с той, что продают у нас на рынках и в магазинах. Сочная, терпкая, а какая крупная!

Остановиться было очень сложно, но я смогла. Набрала с собой еще горсть, бросила в рот парочку и пошла дальше.

Буквально двадцать метров пошла и попала на полянку, а там лисички! Нет, не пушистые зубастики. А грибы. Рыжие-рыжие, и большие, и маленькие. А чуть дальше на освещённых участках рядом со мхом виднелись шляпки белых грибов.

Но не только грибами и ягодами был полон лес. Сколько полезных растений я увидела, пока шла. Например, душицу обыкновенную, иван-чай и пеструю лесную примулу.

Я уже больше часа гуляла, а далеко уйти не могла. Так и останавливалась то тут, то там. И в очередной раз очень жалела, что не взяла с собой корзинку.

— Завтра возьму, — пообещала себе, нехотя продолжая путь. — И таких грибов нажарю. А ягоды с йогуртом съем или творогом.

Внезапно сбоку в густых зарослях папоротника-орляка мелькнула рыжая спинка белки. Она быстро взобралась по стволу дерева и затерялась в листве.

Улыбнувшись, я прошла дальше по тропинке, жадно осматриваясь, ловя каждое мгновение. Подойдя к ближайшему дереву, коснулась ствола, чувствуя шероховатую кору, и закрыла глаза, прислушиваясь.

Бум-бум… бум-бум… внутри будто билось мощное сердце.

Нет, не сердце, сила этого места. Она была здесь везде, пронизывала всё кругом, замыкая в кольцо.

Кажется, у меня всё-таки получилось войти в контакт с одним из духов. Пусть и не так, как хотелось. Они пока скрывались и прятались, но ничего, я терпеливая.

— Великий дух, — произнесла я, прислонившись лбом к дереву и закрывая глаза, — прошу прощения за свою несдержанность. И молю позволить прийти мне сюда еще раз, чтобы насладиться плодами этой полянки.

Я слышала истории, как духи путали тропы, прятали полянки и всячески шутили над наглыми путниками, что не чтили местные традиции и проявляли неуважение.

Пульсация внутри дерева стала ещё более громкой, а потом стихла. Кажется, духи меня услышали и дали разрешение.

— Благодарю. Я буду аккуратной, обещаю.

Отстранившись, погладила ствол и пошла дальше.

Через полчаса тропа вывела меня к небольшому ручью. Вода бежала по гладким камням, звеня, как хрустальные колокольчики. Присев на валун, окунула пальцы в воду.

Б-р-р-р. Холодная.

Но такая чистая, будто хрустальная.

Ополоснув руки, которые слегка испачкались в чернике, я набрала воду в ладони, поднесла её к губам и жадно принялась пить. Зубы сводило от холода, пальцы дрожали, но я не могла остановиться. Какая же вкусная здесь вода, ароматная, терпкая и будто сладкая.

Наклонившись, набрала ещё немного. Но на этот раз пила медленно, наслаждаясь каждым крохотным глотком.

В какой-то момент мне даже показалось, что я слышала тихий женский смех хозяйки ручья. Но как я ни присматривалась, увидеть её не смогла. Смех тоже больше не появлялся.

И тут сквозь шелест листвы и звон ручья я уловила тихий хруст. Будто кто‑то осторожно ступал по опавшей листве, неспешно приближаясь.

Повернувшись, я медленно поднялась. И замерла, увидев нежданного гостя. Точнее, гостью.

На небольшой опушке, в тени высоких деревьев, стояла лань.

Не обычная лесная косуля — эта была крупнее, с шерстью цвета спелой ржи, отливающей золотом в лучах раннего осеннего солнца, и белыми пятнами по бокам. Её глаза — тёмные, глубокие, словно два колодца, казалось, смотрели в самую душу.

Она не бежала. Не пугалась. Просто смотрела на меня. Спокойно и внимательно.

— Привет, — произнесла я, неловко улыбнувшись.

Лань не шелохнулась. Её уши чуть дрогнули, улавливая звук моего голоса, но взгляд оставался прикован ко мне.

Я осторожно сделала шаг вперёд, стараясь не делать резких движений. Потом медленно протянула руку, показывая, что у меня ничего нет. И никакого вреда не будет.

— Какая ты красивая....

Лань сделала первый шаг ко мне.

А потом вдруг застыла, дёрнула ушами, быстро осматриваясь. И метнулась в сторону. Стремительно и почти бесшумно. И лишь спина мелькнула между стволами деревьев и кустарниками.

— Эх, ну вот, — разочарованно выдохнула я.

Что же её спугнуло? Или кто?

Вот тут-то мне и стало немного страшно. Может, мне тоже надо бояться этого неизвестного?

Я завертелась на месте, всматриваясь в притихший лес.

Тишина. Слишком густая, слишком настороженная. Даже птицы смолкли, будто затаили дыхание. Лишь где‑то вдалеке монотонно стучал дятел — единственный звук, не вписывающийся в эту внезапную паузу.

— Эй, — произнесла я. — Кто здесь?

Ничего. Только эта жуткая, пугающая тишина. Или может мне всё это показалось? Придумала себе страшилку и сама же испугалась.

— Я тебя не боюсь, — выдала я, медленно двигаясь по тропинке и продолжая осматриваться. — И вообще… советую с ведьмой не связываться! Тебе же хуже будет.

Прозвучало достаточно грозно. Мне так показалось.

Я быстро зашагала по тропинке вниз к реке и нашему домику. Мысленно ругая себя за то, что ушла так далеко, что не предупредила Руслана, что не позаботилась о безопасности, что…

Хруст раздался совсем рядом. Громкий, резкий. Словно кто-то тяжелый наступил на толстую ветку, и она сломалась под его весом.

Надо было обернуться, но я… я не могла даже двинуться от страха. И это было не просто какое-то неприятное чувство. А самый настоящий леденящий душу ужас. Его невозможно было описать, его надо было просто прочувствовать.

Это когда даже дышать сложно. И этот взгляд — хищный, злой… голодный.

В голове мысленно пронесся список всей живности, которую можно встретить здесь. Особенно меня интересовали хищники. Волк, медведь, рысь…

— Р-р-р-р-р, — низко зарычал кто-то.

Ой, мамочки!

Я всё-таки повернулась. Очень медленно и очень осторожно.

Обернулась, ища источник грозного рыка, и едва не упала, когда его нашла.

Это был медведь. Огромный бурый медведь!

Он стоял в шагах десяти от меня у высокой сосны. Массивный, с лоснящейся бурой шерстью, в которой застряли сухие травинки и кусочки коры. Крепкой головой, мощной челюстью, пронзительными глазами, что не отрываясь смотрели на меня, и огромными лапами. А когти… я даже не хотела представлять, на что они способны.

— Р-р-р-р-р, — вновь прорычал медведь, продемонстрировав мне белые клыки.

Так, надо что-то делать!

Мысли в голове проносились со скоростью света, предлагая один вариант спасения за другим. Бежать бесполезно. Догонит и сожрёт. Угрожать тем, что я ведьма и меня есть нельзя — бессмысленно. Ему что ведьма, что человек — одинаково вкусно. Да и по-русски он не разговаривает, как и по-английски или по-китайски. Он вообще не говорит по-человечески!

Что же делать? Надо… надо… его прогнать! Чего боится медведь? Правильно, огня! Они все бояться огня! А это я могу сделать. Ведьма же.

Опустившись на корточки, я схватила большую палку, что лежала рядом, и сразу же встала, держа её перед собой.

— А ну пошел отсюда! — выкрикнула я.

Заклинание огня легко сорвалось с губ и пальцы левой руки вспыхнули самым настоящим пламенем. Жаль только, это заклинание мелкое и недолгое. Но у меня же есть палка. Я сейчас такой факел сооружу!

Я поднесла палку ближе, пытаясь поджечь конец деревяшки. Но сырость и влажность так намочили её, что палка наотрез отказывалась загораться. Зато пошёл дым — едкий, густой и довольно неприятный.

— Р-р-р-р, — снова зарычал хищник, явно демонстрируя мне своё нетерпение.

Но мне некогда было на него смотреть. Тут проблемы поважнее. Пусть пока постоит в сторонке, порычит, раз ему хочется. А мне надо зажечь палку.

Дыма становилось всё больше, заклятие иссякало, огонь на пальцах почти погас, а проклятая палка так и не загорелась!

— Да, да, это огонь! — выпалила я, стараясь звучать уверенно. — Очень опасный огонь! Лучше уходи, пока не поздно! А то шкурку я тебе подпалю! Я могу! Так и знай!

И вот она… искорка! А следом за ней мелькнул язычок пламени.

— Ага! — радостно воскликнула я, поднимая несчастную палку над головой. — У меня есть огонь! Так что… брысь отсюда! Кыш, зверюга!

Но огонь мелькнул и погас. А там и дым стал затихать.

— Проклятие, — выдала я, переводя взгляд на медведя.

Сквозь легкую дымку, которой провоняло всё вокруг, я увидела хищника, который сидел на задних лапах и как-то странно… дрожал.

Может дымом надышался? А вдруг у него… аллергия? Надеюсь, меня не посадят за причинение вреда дикому зверю?

Хищник дрожал все сильнее, щуря золотистые глаза… очень знакомого оттенка глаза… вот тут до меня, как говорится, дошло!

Это же… это никакая не аллергия. Медведь самым натуральным образом сейчас ржал! Сидя на своей мохнатой пятой точке, трясся и ржал! Надо мной!

И это был не просто медведь, а…

— Руслан! — рявкнула я, сжимая палку и мечтая запустить её в морду этому… этому.

У меня даже слов не было, чтобы охарактеризовать его поступок.

— Да я едва не окочурилась от страха!

— Р-р-р-р-р, — выдавил он, заваливаясь от смеха на бок и безжалостно ломая близлежащий кустарник.

Ну это просто выше моих сил!

— Идиот! — возмущенно выпалила я, отбрасывая палку в сторону, и быстро пошла по тропинке к дому.

Очень быстро, почти бегом! Но при этом с гордо поднятой головой!

Но самое странное было в другом. Как только страх и тревога схлынули, а обида довольно быстро прошла, я поняла, что широко улыбаюсь. Шагаю по тропинке и улыбаюсь! Правда-правда.

Когда представила, как выглядела сейчас со стороны, размахивая сырой палкой, на кончике которой так и не смогла разжечь хоть какой-то огонь, лишь дымом всё окурила, так рассмеялась.

Сначала едва слышно, сдавленно, сквозь сжатые губы. Потом — громче, искреннее, до слёз на глазах. В какой‑то момент мне даже пришлось остановиться и опереться рукой о ближайшее дерево, чтобы не упасть от хохота.

Отсмеявшись, стерла слёзы с глаз и поспешила к дому, очертания которого уже виднелись сквозь деревья.

Но в дом я не зашла. Замерла у порога, тяжело дыша после быстрого шага, а потом направилась к пирсу. Скинув кроссовки и сняв носки, я села прямо на деревянный настил, опустила ноги в прохладную воду и принялась ждать.

Руслан явился минут через пять. Обнаженный по пояс, в коротких шортах, он сел рядом и тоже опустил ноги в воду.

— Ты же не ждёшь от меня извинений? — хрипло спросил мужчина.

— От тебя? Ха! Да скорее сейчас река льдом покроется, — продолжая смотреть на лазурную гладь реки, отозвалась я, отчётливо ощущая исходящий от него запах гари и дыма.

Пришлось постараться, чтобы удержать лицо и не улыбнуться.

— И правильно. Я не собирался тебя пугать.

— Ага, как же.

Да, я уже не злилась, но так просто прощать его не собиралась.

— Между прочим, ты сама виновата, — неожиданно выдал Руслан.

А вот это он зря.

— Что? — прошипела я, резко к нему разворачиваясь.

Наши взгляды встретились. Мой злой и раздраженный, его насмешливый, но не злой.

— Тебе не стоило так далеко уходить от дома. Это дикий лес, Лана. Здесь не только белки по деревьям прыгают и зайцы меж кустов скачут. Недалеко проходит волчья тропа, да и медведи любят полакомиться ягодами да грибами в преддверии зимней спячки.

— Правда? А ты тогда что там делал? Искал место, чтобы меня напугать?

— Я каждое утро на рассвете обхожу территорию. Звери чуют мой запах и стараются не соваться, — пояснил он. — Пугать тебя я не собирался. Ты сама на меня вылетела, а потом палкой начала угрожать. Ты хоть понимаешь, что идти на медведя с палкой было глупо?

— Я пыталась её поджечь!

— Пока ты ей дымила, я раз пять мог свернуть тебе шею.

— И что же не свернул? — огрызнулась я.

— Зачем? — спокойно и даже равнодушно поинтересовался Руслан и слегка пожал плечами. — Мне нравится твоя шея.

Я хмыкнула, вновь отворачиваясь, и произнесла, задрав нос:

— Мне она тоже нравится. Но я всё равно на тебя злюсь.

— Поэтому придумала какие-то условия, — усмехнулся оборотень. — И я готов их внимательно выслушать. Исполнять их не буду, но послушать интересно.

— Люблю понимающих людей, — хмыкнула я, продолжая болтать ногами. — Возьмёшь меня завтра с собой.

— Куда? — растерялся он.

Я пожала плечами, стараясь выглядеть невозмутимой, хотя внутри всё ещё подпрыгивало от пережитого приключения и странного, тёплого чувства близости, которое неожиданно возникло между нами.

— На утренний обход.

— Зачем? — нахмурился мужчина, чуть наклонив голову, будто пытался прочесть по моему лицу, шучу я или говорю всерьёз.

— Ты видел, сколько там ягод? А грибов? — выпалила я, разворачиваясь к нему всем корпусом. — Из них можно такую вкуснятину приготовить. Поэтому мне нужна корзинка и сопровождающий.

— Серьёзно? — всё ещё отказывался верить Руслан.

Его брови удивлённо поползли вверх, а в уголках губ дрогнула едва заметная усмешка.

— Разумеется, — твёрдо кивнула я, вскинув подбородок. — Какие могут быть шутки, когда дело касается еды?

— И тебе… не страшно? — вдруг спросил он.

Теперь пришла моя очередь удивляться.

— А почему мне должно быть страшно? — произнесла я тише, чем планировала. — Или ты опять решил меня напугать? Так вот, скажу сразу, — я ткнула в его сторону пальцем, — больше на твои штучки я не поддамся. Можешь даже не мечтать. Кроме того, я вроде договорилась с духом полянки, и он разрешил мне собрать урожай.

— Вроде?

— Мне показалось, что он ответил.

Руслан молчал. Только смотрел очень пристально и оценивающе.

— Знаешь, — наконец произнёс он, — большинство людей после такой встречи с «медведем» неделю бы отсиживались в доме. А ты… хочешь идти в лес. За грибами.

— И ягодами, — добавила я совершенно не смущаясь. — Кроме того, ты забыл кое-что очень важное. Во-первых, я ведьма, а не просто человек. А, во-вторых, я долго встречалась с оборотнем. Так что эти ваши штуки… меня не сильно пугают.

Игорь, конечно, не часто обращался. И вообще старался это делать вне моего присутствия, но я пару раз видела его второй облик.

— Он же был волком, — неожиданно выдал Руслан.

И сердце невольно ёкнуло. Столько лет прошло, а я всё не могла до конца отпустить Игоря. Наверное, всё из-за комплекса вины, который с годами начал увеличиваться.

— Да… а откуда?

Я точно знала, что не сообщала ему таких подробностей.

— Волки приверженцы стаи. Для них клан — самое главное. Так что догадаться было несложно, — глядя перед собой, отозвался мужчина.

— А медведи не такие? — тут же спросила я.

— Мы по натуре одиночки.

— Хм… ну так что? Ты согласен на мои условия?

— А почему нет. Только имей в виду. Вставать придётся рано.

— Я постараюсь.

Руслан кивнул, а потом хмыкнул, поднимаясь:

— После обращения всегда есть хочется. Как насчёт сочного стейка?

— Ты же не думаешь, что я буду тебе его готовить? — возмутилась я, тоже поднимаясь.

— Стейки я пожарю сам, — произнёс он с широкой улыбкой, от которой у меня почему‑то ёкнуло сердце. — А с тебя салат. Должна же быть от тебя хоть какая-то польза.

Ну и как ему отказать? Люблю, когда мужчины готовят, особенно мясо. Это так… возбуждает аппетит.