Ориентир Порядка

Глава 1

— Большое спасибо, что пришли на экскурсию, на сегодня это всё, — голос экскурсовода настолько плохо изображал участие, что даже без взгляда на лицо становилось кристально ясно: тебе здесь не рады. — Надеюсь, в здании суда никто из вас не окажется в качестве подсудимых. Желаю вам...

— Потеряться где-нибудь далеко отсюда, — шепнул чей-то голос, и группка студентов взорвалась хохотом.

Экскурсовод громко хватнул ртом воздух и возмущённо огляделся, пытаясь выискать шутника, но никого подходящего в строю резко стихших учеников так и не увидел. Его взгляд зацепился за парня в белой рубашке с коротким рукавом, увлечённо копающегося в телефоне.

— Вальдрис! — звенящим от обиды голосом обратился к нему пожилой мужчина. — ВАЛЬДРИС!

Все разом замерли. Мадьёр не сразу понял, почему воцарилась тишина и поднял голову, изогнув бровь.

— О, вы вернулись к нам! — язвительно заулыбался проводник.

— Простите, зарылся в конспекты, — спокойно ответил студент. — Я что-то пропустил?

Его голос был совсем не похож на голос шутника, и старик только зло фыркнул, отрицательно мотнув головой.

— Смотрите не расшибитесь, когда по лестнице будете идти. Все свободны, выход внизу, прямо перед лестницей.

Мадьёр кивнул и вместе с волной что-то весело обсуждающих одногруппников двинулся к ступеням. Он хорошо помнил путь, потому как это была не первая экскурсия в здание районного суда, и парень доверял своим ногам и своей памяти.

— Что читаешь? — рядом оказалась та самая однокурсница с лавандовым браслетом на запястье и заглянула через плечо. — Или пишешь?

— Да вот, знакомый мне скачал какую-то программу... разбираюсь, — сосредоточенно пробормотал юноша, сунув свободную руку в карман. — Навигатор какой-то.

— На карты не похоже... может, это что-то типа дополненной реальности? — беспечным голосом предположила девушка, сложив руки за спиной.

— Мгм-м... Погоди, что ты сказала?

В памяти сразу всплыла Нишимура. "Навигатор по сверхреальности", вот как Ловцы называют это приложение... Как он работает? Мадьёр видел строку ввода, кнопку с символом микрофона, несколько кнопок поменьше неясного назначения с незнакомыми символами, значок шестерни вверху и много свободного места в центре открытого окна, где то и дело высвечивались какие-то советы с незнакомыми лого. Наверное, здесь отобразится информация о пункте назначения, когда он будет ясен?

Мадьёр моргнул, остановившись.

А откуда он будет ясен, если разрешение на отслеживание геопозиции он приложению не давал? Да и модуль никакой не ставил никто...

Выйдя на улицу, юноша остановился чуть поодаль от входной двери, опять зарывшись в настройки. Однокурсница стояла рядом, молча глядя по сторонам, не создавая никаких звуков — пока не начала покачиваться взад-вперёд: тогда заскрипели её босоножки.

— А зачем тебе это приложение? И что за знакомый?

Мадьёр строго взглянул на девушку.

— А давай ты не будешь влезать в мои дела? Ты, кажется, один раз уже взяла в руки артефакт... Чуть не устроила апокалипсис в центре города.

Она состроила виноватое лицо.

— Ну-у, это давно было, и я не знала, что это... Ты что, до сих пор злишься?

— Эмико, я не злюсь. Я лишь напоминаю, что твоя беспечность, — Мадьёр заблокировал телефон и сунул вторую руку в карман, — могла и тебе, и мне очень дорого стоить. У тебя, кстати, шрама не осталось?

Эмико приподняла рукав платья, спускавшийся ей немногим ниже плеча. На коже действительно осталось несколько косых светлых полос, немного выдающихся вперёд. Девушка расстроилась и легонько погладила след кончиками пальцев.

— Остался... Теперь его никак не уберёшь, только какой-нибудь операцией, наверное...

— Никто кроме нас его и не замечает, — Мадьёр кивнул в сторону, напоминая что пора бы уже куда-нибудь пойти. — Только мы знаем, кто и при каких обстоятельствах тебе его оставил.

— Точнее, что́ его оставило, — девушка неловко засмеялась. — Может, по мороженому?

Юноша замялся. Ему было приятно иногда поболтать с Эмико, отвлечься от ответственности, поддаваясь её беспечности и лёгкости... С некоторых пор она осторожно пыталась наладить контакт с группой, хотя первый год весь почти проходила с двумя подружками под ручку, тихо и неуверенно шушукаясь где-нибудь поодаль ото всех... Сейчас только он видел её по-новой, понимая, что раньше веселушка лишь пряталась. Но было кое-что, что заставляло юношу чувствовать себя неловко.

— Эми, я... ты ведь понимаешь, что я воспринимаю тебя как свою младшую сестру? — Мадьёр чувствовал, как нервно дёрнулась бровь. — Я не хочу тебя обидеть...

— За-абей! — Эмико отмахнулась, сделав вид, что ничего не происходит. — Я сразу поняла что общению с людьми тебя с нуля учить придётся, так что я не парюсь! О, погоди.

Что-то кольнуло в груди охотника. Ну что ещё?

— Когда я сказала, что ты мне нравишься, я имела в виду как человек. Ну, эта твоя начитанность и ответственность, понял? Я думаю, это круто.

Мадьёр расслабился, наконец легко улыбнувшись. Названная сестрёнка сдержанно кашлянула и изящным жестом заправила каштановую прядь за ушко. Что-то тут же блеснуло.

— Классные серёжки.

— А? Спасибо, — Эмико тут же расцвела и показала вторую, отведя локоны в сторону. — На твой брелок похожи.

Охотник за кошмарами кивнул. Серьги в виде пакетиков с рыбками... Интересно, как давно Эмико их носит... Сразу вспомнился его артефакт, который не раз выручал хозяина. Два красно-белых карпика кои, застывших наподобие инь-ян, меняющие цвет в соответствии с окружением. Мадьёр хорошо помнил, как испугался, когда обе рыбки почернели в первый раз. Да уж, ту встречу сложно забыть...

— Чего завис? — Эмико снова поставила руки в боки, немного наклонив голову к левому плечу. Прямо её фирменная поза... — Ты какое мороженое будешь?

Мадьёр подошёл, доставая из сумки кошелёк.

— Я оплачу.

— Ну уж нет! Ты в прошлый раз угощал, теперь моя очередь!

Стоило парню вопросительно-насмешливо взглянуть на девушку, как Эмико тут же невольно приосанилась, фыркнув.

— Стесняешься?

— И вовсе я не стесняюсь! — девушка замялась, потеребив ручку сумки. — Я буду банановое...

Мадьёр кивнул.

— Банановое эскимо и пломбир в шоколаде, пожалуйста.

Эмико отвела взгляд. Куда-то подевалась её только что зардевшаяся уверенность, словно ускакавший попрыгунчик. Нишимура отказалась вбить ей под кожу веру в себя вместе с лавандой, сказав, что с этим девушка и сама справится.

— А зачем ты хочешь этого?

Эмико тогда совсем растерялась. Это что за вопросы такие? Разве плохо уметь не сомневаться в себе, не терять равновесия, когда что-то идёт не так, не смущаться в разговорах с другими людьми?..

— Ну... так жить проще...

— У тебя ведь есть конкретное желание, я права? Почему бы тебе его не сформулировать для начала?

Эмико совсем запуталась. Какое ещё конкретное желание, и почему о нём так уверенно говорит Нишимура, но не знает сама Эмико?

— Я так подозреваю, тебе хочется получить уверенность для того чтобы что-то сделать. Так чего ты хочешь? — Нишимура тогда взяла паузу и, не получив ответ, ласково улыбнулась, как улыбается старшая сестра. — Ага, сама не знаешь, что тебе нужно, а просишь меня изменить судьбу... И куда же ты придёшь такими темпами?

Эмико пыталась возразить, но не нашлась чем. Словно все аргументы рассыпались, таяли, стоило только к ним прикоснуться, чтобы представить на суд художницы по судьбам.

— Кстати, почему именно браслет из лаванды? Не подумай, я всех про эскиз спрашиваю, — Нишимура небрежно пожала плечами. — Можешь не говорить, если личное.

— Ну... мне очень нравится запах лаванды... — Эми привычно перекатилась с каблука на носок и обратно, спрятав руки за спину. — И сладости с ней... А ещё я слышала, что цветок означает умиротворение...

Нишимура кивнула.

— Ага. А ещё защиту и любовь. Это хорошее тату, и, если подумать, я могу набить тебе лаванду, но не стану менять твоё будущее.

Эмико растерянно моргнула:

— Почему?..

— Нужно чёткое намерение — раз, и понимание того, что, вмешиваясь в судьбу, ты меняешь не только свою жизнь, но и жизни тех, кто с тобой связан или ещё только будет связан — это два. На это нужна смелость и ответственность.

Слова татуировщицы немного отрезвили, но смутное желание укрепить внутренний стержень всё же осталось. Нишимура не торопила, терпеливо ожидая, а в ладонях гостьи остывал лавандовый раф. Она размышляла молча, глядя на поверхность недопитого кофе.

— С другой стороны... — вдруг заговорила Эмико, — я и сама могу стать увереннее, если поработаю над собой, верно? А тату будет напоминанием, — она с надеждой заглянула в лицо мастерицы. — Давай сделаем? Можно?

Нишимура тепло усмехнулась и кивнула.

— Если очень хочется, то можно.

— Ты о чём?

Эмико моргнула, смахивая ресницами воспоминание. Мадьёр уже некоторое время терпеливо ждал, когда однокурсница вернётся в реальность, держа упаковку за самый уголок, чтобы ненароком не повредить мороженое. Он протянул девушке сладость и предложил всё же не стоять на месте под полуденным солнцем. Путь продолжили по тенистой аллее.

— Ну... – девушке потребовалось немного времени, чтобы продолжить разговор. – Мы с Нишимурой говорили перед сеансом, и она произнесла эту фразу.

Мадьёр многозначительно кивнул.

— Нишимура... Больно часто я стал слышать это имя в последнее время.

— Тебе стоит с ней познакомиться! — Эмико сразу оживилась при упоминании мастера. — Она очень добрая и начитанная, и...

— И классно готовит кофе? — подсказал юноша, приподняв бровь.

— Да! — Эмико вдруг растерялась, упустив с лица улыбку:

— А ты откуда знаешь?

Мадьёр усмехнулся.

— Виделись... Довольно экстравагантная девушка.

— Но милая, согласись?

Юноша смешливо фыркнул:

— Влюбилась что ли?

— Ага, аж дважды!

Впереди виднелась табличка: вход на станцию Чуал. Мадьёр повернул голову влево. Минут через двадцать после того, как вагон тронется, стены метрополитена сменятся на толстое стекло, и будет видно, что происходит в воде канала, с которым пересекаются пути. Если бы и крыша вагона была прозрачной, наверное, получилось бы и проплывающие корабли увидеть... Эмико живёт не слишком далеко, минут сорок-пятьдесят пути, и всегда катается одна.

— Может, тебя проводить? — Мадьёр вернулся к разговору так же быстро, как и выпал из него.

Эмико фыркнула.

— Глупости какие! Я сама спокойно доеду... И музыку послушаю, и от тебя отдохну!

Девушка показала язык и звонко засмеялась, видя непонимание на лице однокурсника. Мадьёр тут же сориентировался, принимая вид покровительственный и усмехаясь:

— Ладно. Но на парах по экспертизе ко мне тогда не подсаживайся, раз я такой зануда.

— ЭЙ! Ну я же в шутку!

Мадьёр едва заметно усмехнулся, жестом предложил отдать ему обёртку и отправил мусор в корзину. Прямо перед ними возвышалось высокое угловое здание, а образы студентов то появлялись, то исчезали в отражении толпы в стеклянных дверях. Кто-то торопился в метро, кто-то из него; Эмико была из первых. Она протянула руку и, стоило Мадьёру дать ей пять, упорхнула к дверям, мгновенно сливаясь с толпой. Вальдрис подумал про время. Пора и ему домой.

Он поправил сумку, съезжавшую с плеча, и, сунув руки в карманы, неспешно зашагал вдоль улицы. В северо-западный район, где он и жил, можно было попасть как на метро, так и на общественном транспорте или уличных самокатах и велосипедах — только разнились стоимость поездки и время. Можно было заказать такси, но сегодня шиковать не хотелось. Спокойно пройтись по улицам было бы отлично. Рассмотреть здания по дороге, дойти до любимого надземного перехода, и...

Призывно завибрировал телефон. Мадьёр удивился, так как ни от кого не ждал звонка, и поспешил проверить, что же такое стряслось.

На экране мигал чёрный полупрозрачный прямоугольник с надписью красным неоном: "ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕНО НОВОЕ ИСКАЖЕНИЕ!".

— Какое ещё искажение? — пробормотал Мадьёр и нахмурился.

Он нажал на уведомление, и на задворках разума проскочила догадка — где-то подцепил какой-то вирус? — но надолго эта мысль не задержалась, так как он узнал интерфейс.

Навигатор по сверхреальности.

«Вот и проверим в действии».

Сразу же запустилась анимация загрузки — узор из окружностей, то сходившихся, то разбегавшихся в разные стороны круговым фракталом — после чего наконец навигатор обновился. За пару секунд загрузился текст, а на месте, где должна быть картинка, появилась такая же анимация ожидания, но поменьше.

— Сколько-сколько ехать?! — Мадьёр не сдержал восклицания и тут же себя одёрнул, продолжив тише. — Где это хотя бы...

По версии навигатора, если поймать нужный автобус прямо сейчас, то дорога займёт сорок шесть минут. Мадьёр хотел поскорее вернуться домой и приготовить что-нибудь к ужину — мама возвращается с дежурства, будет поздно, уставшая, голодная и замученная, негоже её без еды оставлять... Но в то же время что-то внутри говорило ему: он должен быть там, куда показывает указатель.

На счастье, нужный автобус подъехал быстро. Юноша пролистал запись вниз и сжал зубы.

«Данное искажение выглядит как тень от клубов дыма, над которой воздух колышется как в жаркую погоду. Судя по передвижениям, это искажение разумно и имеет интеллект плюс-минус среднего уровня. Оно что-то ищет. Будьте осторожны.»

Чуть ниже высветился комментарий от некого Трикстера:

«Думаю, это какая-то злая мелочь, которая реагирует на отрицательные эмоции. Постарайтесь поймать её до того, как она кого-нибудь сцапает. Змейка, Сатир, надеюсь на вас!»

— Трикстер? — Мадьёр поднял бровь. — Незнакомое имя...

Он вспомнил разговор с Нишимурой и Халентиром при первой встрече.

«Она — абсолютный лидер».

«Сатир просто сдаёт экзамены».

«Хорёк уже три года ведёт северный район».

Мадьёр направился к остановке. Значит, у всех них есть никнеймы...Ин тересно, сколько всего Ловцов в его городе? Он знает уже как минимум о четырёх, включая художницу по судьбам и прорицателя — насчёт Трикстера пока не уверен — никто не уточнял о других ребятах. Хотя больше всего вопросов у него пока что вызывает именно Хорёк. Кто он вообще такой? Дети смерти никогда не вызывали у Мадьёра доверия.

Он так задумался, что даже не стал садиться, и последнее место в автобусе занял какой-то мальчуган лет на десять его младше. Мадьёр отвёл голову к окну. Ничего, постоит, не старик. Всего-то минут сорок, почти ничего. Он по привычке достал блокнот и щёлкнул ручкой.

«Знакомлюсь с Ловцами городских кошмаров. Получил уведомление о неком искажении, уж не знаю, Скверна это или что-то другое... Собираюсь разузнать.

Внезапно осознал, что из всего арсенала со мной лишь один сосуд пустоты. Если что-то пойдёт не так, я могу вляпаться в передрягу... Надеюсь на лучшее.

Думаю, стоит изучить техники, которыми пользуются Ловцы. Если они проще и менее затратны, чем те, которым меня научила бабушка, будет здорово — я немного устал каждый раз по-новой начинать зачарование для каждого сосуда».

Автобус резко затормозил, и Мадьёр приложился плечом о поручень, о который опирался. Нахмурился и сжал зубы, поворачиваясь в сторону водителя. Что, бабка что-то в переходе шепнула? Почему как только он куда-то едет, так что-то случается с автобусом?!

К счастью, автобус что-то объехал, немного постояв, и продолжил путь. Мадьёр услышал, как кто-то заворчал о том, что некоторые водители в его городе права получают из упаковки кукурузных палочек и облегчённо вздохнул. Значит, ДТП будет не сегодня.

Ещё двадцать минут.

Остановка оказалась расположенной при институте, и навигатор настаивал, что стоит выйти прямо здесь, а после, минуя аллею, свернуть на параллельную улицу, с которой уже в переулок. Ничего сложного. Мадьёр обернулся на заведение. Институт искусства и культуры, значит? Интересно, кого это «искажение» может отыскать здесь?

— Мне показалось, или...

На том же повороте, что нужен и ему, свернула какая-то фигура в белом. Навигатор призывал поторопиться: до конца маршрута осталось три минуты. Мадьёр прибавил шаг и кивнул сам себе. Чутьё его не подвело.

В конце переулка стояла девушка в белой толстовке с уже знакомым хвостиком, сунув руки в карманы.

— Привет-привет. Как настроение? — дружелюбный голос Нишимуры, увы, обращался не к нему.

Чуть подальше, пошатываясь на нетвёрдых ногах и с хрипом дыша, медленно брёл незнакомец. Мура наблюдала за ним издалека, не решаясь приблизиться. Обычные люди этого не заметят, но ей было отчётливо видно, как тень парнишки шевелилась по краям, словно костёр. Ей не впервой такое видеть. Скверна предпочитает цепляться незаметно, постепенно крепнуть, и лишь потом проявлять себя.

Но не в этот раз.

Парнишка-ящер выглядел слишком плохо для того, кого Скверна выбрала случайно. Он был в сознании лишь отчасти, словно с чем-то боролся... Мура понимала: что-то не так, чутьё говорило быть с ним осторожнее, но она пока не могла решить, что же предпринять.

— Хе-ей, ты меня слышишь? — девушка наклонила голову, и сложила руки на груди. Ящер остановился, сгорбившись и глядя в пол. — О, реакция есть, уже хорошо... Кивни или топни, если ты человек?

Она заметила, как он колеблется. Плечи дёрнулись, голова медленно, будто на заржавелых шарнирах, опустилась и поднялась. Девушка осторожно потянулась к поясной сумке и скользнула кончиками пальцев в её задний карман.

— Справедливая Вечность, дело дрянь... — Нишимура цокнула.

При себе у неё не осталось ни одного пергамента с заклинанием, и, как назло, использовать невербальные печати можно лишь на близком расстоянии, а между ними метров десять. Не ясно, что из его облика вызвано Скверной, а что им самим — в причастности самого парнишки художница по судьбам уже не сомневалась.

— Слушай, приятель, — Мура неторопливо шагнула в его сторону, — я хочу тебе помочь, окей? Но ты должен помочь мне, — ещё один шаг. — Я вижу, что тебе тяжело, но сопротивляйся тому, что тобой управляет, так долго, как только сможешь, хорошо?

Незнакомец хрипло выдохнул. Девушка кивнула.

— Неприятно, да, но сейчас всё кончится. Дай только подойти к тебе.

Ящер издал предупреждающий звук, похожий на нечто между шипением и рычанием.

— Ого, круто. Слушай, ты классный парень, я творческая девочка, давай дружить? — Нишимура беззлобно усмехнулась.

Чем ближе она подходила, тем менее готовым к сотрудничеству выглядел незнакомец. Мура узнала форму и значок на ней. Первогодка института культуры? Интересно...

Наконец ящер с утробным рычанием шагнул в сторону улыбающейся Нишимуры.

Достаточно близко.

Внимательно наблюдавший за сценой Мадьёр потянулся за стекляшкой. Мышцы ног напряглись сами собой. Охотник набрал в лёгкие воздуха. Он был готов в любой момент броситься на помощь.

— Классная у тебя способность, — девушка игнорирует угрозу и поднимает левую руку, стрела и компас зажигаются золотым светом, — но моя мне больше нравится.

Пространство вокруг мелко задрожало, словно стоящий на полке хрустальный бокал, потревоженный скорым поездом, и замерло застывшим стеклом. Ящер, словно оцепенев в этой невидимой тверди, попытался двинуться, но его не хватило на что-то большее, чем просто подёргивание застрявшей в паутине мухи. Нишимура подошла ближе.

— А ты думал, Орнаменты судьбы — моя единственная способность? — беззлобно улыбнулась девушка, и Мадьёру показалось, будто он не понял, к кому она обращается. — Да ладно тебе. Всё-таки я здесь слежу за порядком.

Она сделала жест, словно взялась за невидимую нить, торчавшую из оппонента как из плохо сшитой игрушки, и плавно потянула на себя. Ящер напрягся, захрипел, задёргался. Глаза его забегали. Пасть с трудом открылась, и оттуда за рукой девушки потянулся густой, чёрно-бензиновый дымок. Мура опустила кулак, разжала, и дымок стал собираться в одном месте над центром ладони — как будто наливался в незримую сферу. Заполнившись, сфера резко сжалась до размера стекляшки из газировки и шлёпнулась в девичью руку. Мура спрятала шарик в карман, расслабила пространство вокруг себя, и пришедший в человеческую форму незнакомец рухнул коленями на тротуарную плитку. Он отчаянно закашлялся, держась за горло.

— Полегчало? — мягкий голос прозвучал миролюбиво.

— Ещё как... — прохрипев, парень поднял голову.

— Любитель... — с усмешкой девушка нырнула в сумку, присела на корточки и протянула парнишке пару леденцов от горла:

— На, держи. До завтра пройдёт.

Он с помощью её руки поднялся, отряхнул колени и поблагодарил кивком. В смущении отвернувшись, парнишка смахнул с глаз каштановые волосы.

— Извини, что доставил беспокойство... Я просто... Я лучше пойду... Спасибо, что оказалась рядом. Ты же Нишимура, правильно? — в его тёмных глазах сверкнула какая-то стеснительная радость.

Она кивнула с улыбкой.

— Больше не балуйся оборотничеством, а лучше найди себе ментора. Чары — это наука серьёзная, — помахав на прощание, посоветовала Нишимура. — Наткнёшься на кого-нибудь менее приятного — может не поздоровиться. Кстати! — Мура обернулась с привычной улыбкой:

— И тебе привет, Мадьёр!

Охотник наконец вышел из транса и покачал головой.

— Что это было?.. В смысле, привет...

Нишимура хихикнула и приблизилась к знакомому.

— Моя вторая способность, вся ситуация или Скверна?

— Первое, — немного растерянно ответил Мадьёр.

Мура кивнула и предложила вернуться к остановке. Отправились прогулочным шагом.

— Вообще-то, пространство заморозила не я, а он.

Нишимура вытащила из-за пазухи медальон на длинной цепочке. Рассмотреть орнамент Мадьёр не успел — девушка открыла крышку и показала ему содержимое старинного круглого... Компаса. Нет, не просто компаса! То есть, на верхней части медальона действительно был он, но на нижней располагались часы. Часы, замершие на двенадцати ровно, и которые почему-то не шли.

— Я нашла его случайно, в одном комиссионном, — Нишимура повернула вещицу к себе, бережно погладив по боку. — И забрала за бесценок. Я сначала даже не знала, что это артефакт. Просто носила как украшение.

— А потом он сработал?

— Ага! — девушка просто и искренне кивнула. — Мой телефон разрядился, а я ехала к клиентке, и совсем забыла, куда мне идти... Мой медальон будто позвал меня, и стоило взять его в руки, как стрелка указала в верную сторону, а часы, как оказалось, время до прибытия. И чем больше я пользовалась медальоном, тем яснее проявлялся рисунок на моей руке — вот и всё.

Мадьёр удивлённо приподнял брови:

— То есть, ты хочешь сказать, что этот кулон — Ориентир Порядка? Легендарный артефакт На́биля?

Мура кивнула.

— Похоже на то. Компас показывает направление к тому месту, где ты должен быть, а циферблат — как долго тебе добираться. Я думаю, Набиль мог специально оставить Ориентир где-нибудь, зная, что он найдёт будущего хозяина.

— Если это так, то он поступил странно... — пробормотал Мадьёр, чуть нахмурившись. — Ну... по людским меркам... Где-где, говоришь, ты его нашла?

— В магазинчике у рынка. Не помню, как называется... — девушка остановилась, вытерев заблестевший лоб. — Уф, жарко как!

Мадьёр сложил руки на груди:

— А ты бы куртку сверху толстовки надела, может, остыла бы.

В ответ на это собеседница только рассмеялась.

— А метко ты подметил! Я на самом деле крестницу на катание водила. Мне повезло, её мама меня быстро освободила, а как я увидела оповещение об искажении, сразу за дело, — Нишимура оглянулась в поисках магазина или ларька, где можно купить чего-нибудь ледяного. — Холодного хочу...

— За углом продуктовый. Можем зайти, а ты заодно расскажешь про то, что вы называете искажением, — Мадьёр дёрнул плечом, поправив сумку, — и про то, как ты поняла, что с парнем что-то не то.

— Ну, это легко!

Нишимура сразу оживилась. Мадьёр удивлялся её простоте и лёгкости. Он был вынужден бороться со своей закрытостью, и даже немного завидовал этой обаятельности и харизме, которая была в этой девушке, но, как казалось Мадьёру, недоставало ему самому.

Оказалось, внучка богини милосердия уже сталкивалась с начинающими чародеями, которые пытаются обучиться оборотничеству самостоятельно. При обращении в зверя облик у них остаётся близок к человеческому, тем ближе, чем хуже колдующий владеет своей техникой. Некоторые даже обращаются только частично — одной рукой или лицом, например. От таких, по её словам, разит страданиями — они натягивают облик зверя, а не контролируют.

— Это совершенно разные вещи, — отметила Мура, — ведь если ты как бы тянешь за поводок, существо будет упрямиться, и тянуть в обратную сторону. Идти нужно с ним вровень и чувствовать как он, быть им, — по крайней мере, мне мой друг так рассказал. У него получилось освоить эту технику самостоятельно.

— Это какой же?

— Хорёк.

Мадьёр охнул про себя. Вот и вернулись опять к нему. Отмечен знаком владычицы Морефис, может в зверя оборачиваться, что-то с его рисунками не то... Да что же он за тип такой... Он придержал подруге дверь.

— Вау, какая галантность! — Нишимура играюче отвесила реверанс и прошла в магазин, сразу же блаженно выдохнув. — Какое чудо, холод... М? Ты выглядишь озадаченным.

— Я всё думаю о том, что знаком только с тобой и Халентиром...

— Хати.

Парень кивнул.

— Хати, да...

— Мы иногда собираемся в Латензе, — как бы невзначай упомянула Нишимура, потянувшись к холодильнику за бутылочкой воды с кусочками алоэ. — Хочешь, приходи в следующий раз с нами! На послезавтра как раз договорились. Там и Трикстер обещала быть... Она уже заинтересовалась тобой, — улыбка девушки коварно сверкнула.

Мура выглядела как тот, кто знает что-то, неизвестное Мадьёру. Он почувствовал себя немного неуютно.

— Это почему же... Кто она такая?

— Трикстер — это как раз создательница нашего навигатора. Она не любит выходить в свет и в основном пользуется доставками, так что встретить её в городе вряд ли получится.

Мадьёр обратил внимание на стенд с шоколадом, и остановился. Где-то здесь должен быть... Ага, вот он! Белый шоколад с клюквой, мамин любимый. Он решил взять пару плиток — всё равно недавно стипендию получил, а мама нечасто себя балует. Как-нибудь подложит незаметно в сумку или вроде того.

— Девушка-затворница, разбирающаяся в айти... Интересно. Как бы мне с ней познакомиться? — проговорил юноша вдумчиво, подходя к кассе самообслуживания.

— Напиши ей? — предложила Мура, улыбнувшись. — Или, хочешь? Я напишу. Она про тебя уже читала. В Новом Тэнсине как-то писали.

Мадьёр поражённо обернулся. В этом новостном канале, где рассказывают об интересных событиях их города?! Вот почему первогодки ему прохода не давали! А он даже не знал!

— Ты ведь недавно какую-то крупную тварь Кошмара прогнал, да? — Нишимура выглядела заинтересованной. Мадьёр вздёрнул бровь. — Ну, такую, на сороконожку похожую, со страшной мордой.

— Ах, эту...

Мадьёр пригладил волосы. Ну, было дело, да... Эмико это чудище непонятно как выцепила и тщетно пыталась от него избавиться.

Подал голос он когда магазин остался позади.

— Да, только не прогнал, а поймал, если быть честным, — охотник сразу вспомнил свою трофейную полочку, если можно так выразиться, где разместился новый занятый сосуд. — Моя однокурсница нашла артефакт, с которым чудище связано. Было непросто его одолеть... И теперь хочется его куда-нибудь подальше от нашего мира деть, только не знаю как...

— Ну так это можно понять. Оно с земли до какого там этажа по стене добралось?..

— До одиннадцатого.

— Во-от! Огромное какое!

Мадьёр чувствовал себя смущённым, от этого становилось неловко. Он просто делает то, что должен. Его прадед принёс жертву ради благополучия своего мира, Мадьёр лишь продолжает дело предка — так он считал. И лишнее внимание заставляло его чувствовать себя неуютно.

— Ну... хватит уже об этом. Поймал и поймал, — проворчал юноша, сжимая лямку сумки. — Ты бы так же поступила.

Нишимура хихикнула и решила закончить тему, раз уж собеседнику так некомфортно, когда подчёркивают его заслуги. Ишь какой. А ещё говорил, что Хати чересчур скромный!

— О, кстати, — Мадьёр щёлкнул пальцами, что-то вспомнив. — Хотел спросить. Что ты имела в виду, когда говорила, что ехала к клиентке?

— О, я же не только татухи бью. Я ещё стричь и красить умею, — рассказала девушка. — Так что если захочешь сменить стиль, обращайся!

— Спасибо, учту, — вежливо кивнул юноша и повернулся к переходу, встречая взглядом автобус по ту сторону дороги. — Мне пора. До встречи, Мура. О! Ничего, что я так неформально?..

Девушка кивнула:

— Меня так все друзья зовут, порядок. Ну, до встречи!

Она уже зашла в свой автобус и заняла местечко у окна, когда вспомнила, что рассказать про то, как она кристаллизует Скверну, совсем вылетело из головы. Наверное, поделится в следующий раз, если придётся к слову...

«У него на шее точно что-то есть, — разглядывая проплывающие мимо здания, думала девушка. — Может, кулон какой... Придёт время, и я спрошу. Надеюсь, он не обидится на моё любопытство.»

Бульк! Новое оповещение. Нишимура разблокировала экран, открыла сообщение и невольно улыбнулась.

Оракул:

«Поздравляю с очередной победой! Всё прошло хорошо?»

По экрану смартфона застучали ногти девушки:

«Да, а откуда ты знаешь? Я ведь ещё не успела отметить задание как выполненное...»

Ответ не заставил себя долго ждать. В чат прилетела фотография: Халентир, показывающий «викторию», и сидящий на кресле у окна Мадьёр.

«Мы случайно встретились в автобусе, и Мадьёр мне всё рассказал! Всегда хотел увидеть вживую как ты это делаешь!»

Получив обещание, что это обязательно случится, Хати отправил в чат счастливый стикер и отложил телефон.

— Так парнишка был оборотнем?

Мадьёр отрицательно покачал головой.

— Начинающий чародей, скорее. Не знаю, что было в его голове, когда он решил пробовать смену облика в одиночестве, да ещё на ящера. Хладнокровные всегда к чародеям дольше других привязываются, поэтому мало кто в них оборачивается.

— Оу... Ну, может, он готовится обернуться в дракона? — Хати издал лёгкий смешок. — Всегда было интересно, как люди решаются изучать магию самостоятельно... Они ведь такие хрупкие.

— Некоторые люди слишком мало думают о последствиях, — Мадьёр вздохнул, прикрыв глаза, и в памяти сразу всплыла Эмико.

Да уж, вот тебе наглядный пример, как не надо делать.

— Кстати, хотел спросить, а мы в одном районе разве живём? — Мадьёр повернулся к соседу. — Я тебя раньше не видел.

Хати отрицательно помотал головой. На его лице не было той же улыбки, какой сияла Нишимура, но в глазах светилась искренняя доброта, что заставляло его выглядеть так же дружелюбно и открыто.

— Мы с Мурой через дорогу живём, в восточном районе. Я просто еду забрать посылку от мастера.

— Подарок?

Халентир показал рукой пятьдесят на пятьдесят.

— Я коллекционирую макеты космических объектов, и вот нашёл в интернете мастерицу, которая продавала светильник-планету, — он потянулся за телефоном. — Вот, смотри.

На фотографии, которую показал эльф, был ночник-шар с двумя орбитами. Внутри стеклянного шара плавали серебристые блёстки, отбрасывая на стол радужные зайчики, а в самом низу сферы были веточки каких-то мелких цветов. Присмотревшись, Мадьёр понял, что показалось ему таким знакомым. Водяной знак.

— Этот светильник будет служить тебе долго, — охотник на чудовищ искренне улыбнулся, впервые на памяти Халентира.

Тот удивлённо захлопал ресницами:

— Откуда ты знаешь?

— Аламбиль вкладывает много стараний и добра в свои работы. Вполне вероятно, что ночник принесёт тебе что-то хорошее, потому что обычно она делает амулеты.

Мадьёр достал из-за пазухи кулон на длинной цепи в виде прозрачного кристалла с такими же мелкими бледно-голубыми цветами и полумесяцем внутри. Халентир очарованно охнул, разглядывая амулет.

— Классный какой... Его тоже Аламбиль сделала? Вы знакомы?!

— Ага. Подружились, когда мы с мамой ездили к морю. Можно сказать, она мой первый настоящий друг.

Улыбка Мадьёра, лёгкая, заметная только вблизи, стала совсем нежной, когда он вспомнил об Аламбиль. Халентир почувствовал, как сам улыбнулся, и легонько пихнул соседа в плечо:

— Надеюсь, и мы станем настоящими друзьями, — юноша вслушался в голос из динамиков, назвавший остановку, и поднялся со своего места. — Мне выходить сейчас. Увидимся!

Мадьёр пожал его руку и проводил эльфа взглядом. Стоило автобусу тронуться, как юноша вздохнул. Станем настоящими друзьями, да? Взгляд как-то сам скользнул за окно.

Пожалуй, он бы не отказался...