Оборотень

Глава 1

Между кроватью и тумбочкой прятался мой рюкзачок. Уже почти собранный, только пару вещей сложить оставалось. Мало, но на одну ночевку сгодится. Как правило к походам я равнодушна. Обычно меня видят с книжкой или блокнотом, но после удачно сданной сессии от книжек хотелось отдохнуть. Да и летняя жара гнала прочь из комнаты, так что, когда родители позвали на природу с их друзьями, я согласилась, не раздумывая.

Многие считали моих родителей странными, чокнутыми, застрявшими в сказке. В школе я как-то сказала, что мои родители — эльфы, и с тех пор была объектом насмешек. Тогда стало понятно, что то, во что верят дома, всем в открытую не высказывают. С поступлением в университет жизнь изменилась: новые люди, новые интересы и разговоры, но привычка сторониться сверстников никуда не делась, зато со старшими удалось сойтись легко. А вот о своем интересе к сверхъестественному помалкивала. Мне тогда так и не удалось для себя решить, правда ли, что мои родители общаются с деревьями. Я верила и не верила. Стыдилась своих родителей за то, что они такие не похожие на других, и в то же время любила их без памяти. Порой хотелось безусловно верить во всё, что они говорили, а потом вдруг во мне просыпался скептик и рушил эту веру.

Вечернее солнце спряталось в кроны тополей за окном. Его свет разливался по комнате, прозрачный и свежий, как яблочное варенье. Вдалеке привычно прогудел товарный поезд. Я попыталась подобрать слова к тому, что чувствовала, но строчки не складывались. Главное завтра блокнот не забыть. А пока включу радио.

* * *

Все окна были открыты, и лесной ветерок носился по вагону, делая нагревшийся к концу пути воздух в вагоне сносным. Объявили мою станцию, и я убрала в рюкзак блокнот с новым наброском. Меня встречали. Длинноволосый парень с фенечками и расточками представился Мишей, предложил понести мой рюкзак. Я отказалась. Оказалось, что Мише поручили встретить ещё двух девушек с той же электрички. Он спросил, не знаю ли я их, но имена были совсем не знакомые. Девочки обнаружились, когда разошлись приехавшие. Мы познакомились и пошли к выходу с платформы.

Интересно, подумала я, выглядят они как школьницы, а смотрят таким жестким оценивающим взглядом. Мы спустились по лестнице и вышли на проселок, тянущийся вдоль опушки леса.

- Миша, а у тебя почему волосы длинные? - спросила та, что была поактивнее.

- Потому что красиво.

- Красиво? Но ты же не девушка! Длинные у девушек красиво. У парней красиво — короткие, правда?

- Конечно! - Ответила её подруга. Краем глаза я заметила, как девочки, идущие чуть сзади беззвучно захихикали, думая, что их не видят. — Мы женщины, мы лучше знаем, что красиво, правда Ань? - я немного растерялась, услышав свое имя.

- Конечно разбираемся. Парень с длинными волосами — это прекрасно. - Нет, я, отчетливо понимаю, что на вкус и цвет карандаши разные, но отчего-то очень захотелось понавязывать им свое мнение. Будто почувствовав это, девочки затихли, только переглядывались и лыбились.

Мягкая пыль проселка пружинила шаг и оседала на кроссовках. Как вернусь домой, надо будет их стирать. Лес по краям дороги шелестел на горячем ветру, но дышалось легко, совсем не так, как было бы в городе в этот час. Миша окликнул нас, сворачивая в поле.

- А чего мы здесь пойдем, а не лесом? В лесу прохладнее, наверное.

- Здесь тропинка напрямик. Не волнуйся, скоро будем на месте, а там тенек. Если хочешь — можно будет на речку сходить. Желающие есть.

- О, там речка? - оживились девчонки, — а пляж есть?

- На другом берегу большой пляж, на этом — так себе. Некоторые из наших переплывают туда. Тут плыть не далеко.

- А чем ещё народ занимается?

- Да кто чем. Когда я уходил, собирали костер, хотели кашу варить. Вкусная будет, с дымком.

- Миш, а ты, наверное, умный. Ты книжки любишь? - Похоже, они смеялись над ним и им казалось, что делают они это тонко и незаметно. У меня на такое глаз наметанный и потому бесило страшно, но я не подавала виду. Вмешиваться в разговор без крайней необходимости не хотелось.

- Конечно читаю, люблю читать.

- А что читаешь?

- Ну, Толкина, конечно, Урсулу, за «Драконов осенних сумерек» недавно взялся, тоже интересно.

- Я про Толкиена слышала, он, кажется, сказки писал. А я вот люблю что-нибудь более реальное. Стаут — это вообще отпад. Вот эта красотка Агату любит.

- Это ты любишь Агату, а я — Чейза, - возразила ей подруга.

- Ань, а ты что читаешь?

- Последней была «Мечтают ли андроиды об электроовцах».

- Это, похоже, какая-та фантастика.

- Фильм есть, «Бегущий по лезвию»? Вам может понравиться. Там отчасти детективная история, но и над чем подумать есть.

- А по названию что-то глупое. Роботы, электроовцы.

- Название очень точное, просто смысл не на поверхности.

Тропинка спустилась в лощину и начала подниматься вверх на холм, увенчанный небольшой сосновой рощей. Ветер принес запах дыма. Вкусный, сладковато-острый. Я поняла, что у настроения, подпорченного попутчицами, есть все шансы выправиться.

В лагере я почувствовала себя в правильном месте в нужное время, даже подумалось, может зря я не ходила в походы раньше. Палатки стояли неровным полукольцом вокруг костра. Над костром висел самый настоящий котелок, и девушка в длинном коричневом платье со шнуровкой руководила готовкой. Я не могла оторвать взгляд от порхания её рукавов-колокольчиков. Выглядела она сказочно, а вот готовить на костре в такой одежде было почти невозможно, поэтому она привлекла к делу всех проходящих мимо.

Мама и папа обрадовались мне. Миша подошел к дяде Яну и еще паре незнакомых парней, оказалось, они собирались в местные пещеры. Девочки тоже встретили своего знакомого и пошли ставить палатку чуть поодаль. Больше я с ними не встречалась, а может просто не обращала внимания. Да и до того ли мне было: поход в пещеры, купание в речке, собирание хвороста для костра, стрельба из лука, деревянные мечи, и всё это под бесконечные разговоры о книгах, фильмах, играх и всем остальном. К вечеру я была изрядно измотанная, но веселая. Не скажу, что завела новые знакомства, но здесь, среди ролевиков, меня принимали и от того возникло острое чувство свободы. А еще очень хотелось, чтобы и у меня был такой круг понимающих, принимающих, близких людей. После позднего ужина, когда и гитары отправились на покой, у костра осталось всего несколько человек.

- Можно я тут присяду? - Не дожидаясь ответа, я плюхнулась на большуютуристическую пенку рядом с дядей Яном. Спать совсем не хотелось, зато, лежа на спине, было очень приятно смотреть на отсветы костра на стволах деревьев.

- Конечно садись. Устала? Может спать пойдешь? Родители твои, кажется, уже в палатке.

- Не спится. Здесь всё не так как дома и спать совсем не хочется.

- Первый раз на природе?

- С ночевкой — да. Это мама с папой ходят с деревьями обниматься, а меня не тянет.

- Ты в это не веришь?

- Не знаю, - пожала плечами, - я ничего такого не чувствую. Вы тоже не очень-то к деревьям идете.

- Наверное потому, что я не эльф.

- А здесь не все эльфы? - удивлась я. Ян улыбнулся.

- Здесь ролевой клуб. Кто-то просто играет. Для других это всерьез. Есть те,кто вспоминают прошлые жизни.

- А они эти жизни не придумывают?

- Я тебе не смогу ответить точно. Да и про всех однозначно не скажешь. Хотя некоторые, я думаю, все-таки и правда вспоминают, другие наглючивают.

- Забавное слово, надо запомнить. Значит настоящие эльфы бывают. Так? - Ян пожал плечами.

- Я уверен, что бывают не только эльфы. Гномы, ведьмы, вампиры и оборотни. Вон пара девчонок из той палатки так убеждали, что они ведьмы... - Я поняла, о ком он, и еле заметно скривилась. Про них мне не хотелось думать, я поспешила повернуть разговор в другую сторону.

- Вампиры и оборотни? Вы хоть одного видели?

- Видел.

- Вау! А расскажете?

- Ну, — вздохнул он и отбросил за спину волну пушистых волос, — тот оборотень, которого я встречал, не по своей воле превратился.

- Понятное дело. Небось покусали, и в полнолуние…

Он помолчал немного. И я думала, что может быть, уже не расскажет. В лесу заухала сова. Пара малознакомых эльфов шептались где-то неподалеку, невидимые в темноте. Оглушительные сверчки заполняли своим звоном ночь. Мне подумалось, что это могло бы быть моей первой ночью страшных историй в лесу у костра, но, видимо, не станет. Я посмотрела на него. В свете костра лицо казалось правильным, почти женским, даже выделяющийся нос с горбинкой его не портил. В то же время в Яне чувствовалась внутренняя сила и спокойствие. Мне подумалось, что он совсем молодой и, если бы не был другом моих родителей, вполне мог бы быть моим другом.

- Мы тогда с приятелем возвращались с заброшки. За нами увязалась собака. Куда бы мы ни свернули, она шла за нами. Весна была. Хоть и поздняя совсем, но все-равно холодно, слякоть. А пес такой чистый, ухоженный. Чапает по лужам, лапы огромные. Мы в подъезд — он за нами. Замешкались, дверь закрывая. Не хотелось, чтобы он на улице оставался. Хоть это и неправильно по отношению к остальным жильцам. Я спрашиваю у друга:

- Кого-то из ваших?

- Да нет, — говорит, — такого здоровенного ни у кого не было. А бросать жалко, ишь, глаза какие умные. - Пес тогда так и оживился весь, головой затряс.

- Где же твои хозяева, — говорю. Ну знаешь, как с собаками разговаривают, а он посмотрел на меня и головой мотает. — И дом твой не помнишь, где? - Снова мотает, а в глазах слезы. Это я потом понял, что слезы, а тогда подумалось, капли воды от уличной слякоти. А друг и говорит:

- Это ж он тебе отвечает, - пес к нему и снова мордой трясет. В общем, взял Толик его к себе. Сразу подметили, что умен пес не по-собачьи.

- А в собак оборотни тоже превращаются? Я думала — в волков.

- Да какие из нас с Толиком зоологи... Что это волк, мы только через несколько дней узнали, — усмехнулся Ян, — бабуля из двора перепугалась. А вообще превращают в разных. Мне рассказывали, что в Карелии иногда в медведей, но это очень грустная история.

- Так что же, он и днем человеком не становился? А когда полнолуние прошло?

- Полнолуние тут было ни при чем. Его околдовали. Некоторые колдуны умеют так проклинать.

- Я о таком и не знала.

- Про тех, кто в полнолуние превращаются в чудовищ, все слышали, но, признаюсь, мне в такое не очень верится, а вот проклятого видел своими глазами. Ещё рассказывают, что некоторые могут перекидываться по собственной воле. Но эти тоже от луны не зависят.

- Это, наверное, интересно по собственной воле превращаться.

- Может и так, - Ян пожал плечами. - А вот наш волчок счастливым не выглядел. Засел я тогда в библиотеке искать способы расколдовать. Оказалось, такое колдовство на свадьбе работает. Вариант найти колдуна, который это сделал, и попросить вернуть как было, сама понимаешь. Не подходил. Ждать, пока заклятье кончится, тоже не хотелось.

- Если оно кончится. Неужели кому-то охота на время заколдовывать? - Не знаю почему, но мне и в голову не пришло ставить под сомнение эту историю в тот момент. Я чувствовала, что он верит, и верила сама.

- Я тоже не понял, почему так. Но обычно такие чары временные. Просто срок зависит от сил колдуна, например. Я не знаю, а в книжках про это не пишут.

- А ещё способы?

- Еще нашел, что расколдовать можно музыкой. Если заколдованный услышит песню, которая играла, когда его превратили, он вернется в человеческую форму.

- И как же узнать?

Он тяжело вздохнул, пошевелил веткой угли костра. Я ждала, уже зная, что он ответит, вот только соберется с мыслями.

- Тот, кто заколдован, может подать знак. Мы пробовали, не вышло. Похоже, он и сам не знает ни песен, ни исполнителя. Единственный вариант, который я вижу — метод подбора. Со всех знакомых собрал кассеты со свадебными и застольными песнями. Понял тогда, почему в древности был определенный круг свадебных песен.

- Значит пока расколдовать не удается?

Ян вздохнул.

- Видела, как я к реке спускался?

- Ну.

- Там, если встать на камень, сотовая связь ловит. Сегодня получил СМСку, что кассеты заканчиваются, а пациент по прежнему волк.

- Эх, — вздохнула я, — вот бы своими глазами увидеть - Ян смотрел отрешенно куда-то в темноту — Послушай! - осенило меня — А давай и я по друзьям соберу всяких подходящих кассет!

- Не знаю, почему...- от слова «не знаю» у меня будто всё опустилось внутри, подумалось, что он хочет вежливо отказать - … но мое чутье подсказывает, что это верный путь, может принести пользу. Особенно обрати внимание на песни с духовным содержанием, на них он как-то особенно реагирует, начинает суетиться, хвостом вилять. Только смотри, это большой секрет. Я даже твоим родителям пока не рассказывал.

- Я никому! - а у самой сердце заколотилось. Он взял мою руку в свою, такую теплую, приятную.

- Спасибо, - Он встал, я тоже. Потянулась. Почувствовала, как затекшее от долгого сидения тело оживает, как разгоняется кровь в жилах.

- А я ещё знаю, что у Вас дома есть всякие артефакты.

- Да ну, артефакты, так, безделушки. Прости, устал, надо хоть немного поспать. И кончай обращаться ко мне на Вы, — сказал он с улыбкой, — не такой уж я и старый. Почти одного возраста же.

- Ну… окей, я постараюсь, - а сама принялась считать в уме разницу в возрасте, вышло около четырех лет.

- Тогда доброй ночи. Ты спать не пойдешь?

- Не спится. Посторожу костер.

- Хорошо, тогда вот, к тебе поближе, — и он перенес ко мне охапку дров. - Не мерзни, ночью сильно холодает.

Я осталась один на один с костром. В лесной ночи, наполненной звуками. Не может быть, что я скоро увижу настоящего оборотня. Я подбросила полено в огонь и смотрела, как пламя обхватывает языками ещё сырое дерево. Кажется, этот поход удался, подумала я тогда.

* * *

Струи фонтана сверкали летним солнцем. За шелестом воды было почти не слышно звуков города. Палило нещадно, и многие, как и я, льнули к воде. Я рассматривала их, ища знакомую фигуру, и все равно не углядела, Ян аккуратно положил руку мне на плечо.

- Привет. Давно ждешь? - Я резко обернулась.

- Да не особо. Ты даже рано.

- А ты ещё раньше.

- Да, хотелось тут побыть. Место какое-то особое.

- Так и есть. Оно с друидами связано.

- Наша площадь - с друидами?! Врешь.

- Не вру! Как-нибудь расскажу тебе эту историю.

- Обязательно. — Я оправила кофточку, закинула сумку на плечо .— Я готова. Идём?

- Тут рядом.

Толик открыл нам, держа в одной руке швабру-щетку.

- Привет, знакомься, это Аня, моя подруга. - Я протянула ладонь. Толик замялся, но пожал руку. С порога сильно пахнуло псиной.

- Привет, заходите. В коридор высунулась острая морда с мохнатыми щеками и стала рассматривать меня, поводя ушами. Я тоже приглядывалась. В фильмах и книгах все время говорилось о том, какие у волков большие зубы, а этот никак не хотел открыть рот.

- Мы тут ещё кассет принесли.

- Отлично, положи на стол, чтобы с остальными не перепутались. - ответил Толик уже откуда-то с кухни. Толик заканчивал уборку, а волк так и сидел, глядя на дверь.

- Знаете, ребят, мне кажется, он хочет гулять.

- Утром я с ним гулял.

- А что если я его выведу? - Предложил Ян.

- Я буду только рад.

- Анют, ты как, тут побудешь, или с нами?

- Конечно, с вами.

- Тогда вы меня простите, но я вас оставлю, — сказал Толик. — Вот вторые ключи. Мне правда очень нужно! Добро?

- Давай. Можешь не беспокоиться.

Район этот мы с Яном знали плохо, а вот наш подопечный, похоже, тут уже хорошо освоился. Мы сделали небольшой круг по району и Ян, увидев ларек, остановился прикупить чего-нибудь вкусного, а мы с волком потихоньку пошли дальше, свернули за угол дома. Растрескавшийся асфальт здесь обрывался и начинался крутой склон, уходящий вниз к реке. Почти у самого края у высоких зарослей репейника стояла старая скамейка, вся грязная и облупившаяся. Волк запрыгнул на неё и сел, глядя за реку на прибрежные луга, лес и кое-где виднеющиеся из-за деревьев скелеты недостроенных высоток нового района. Я присела рядом на спинку скамейки и только тогда почувствовала, как устали ноги, они будто вибрировали, отчего вытянуть их было особенно приятно. Так неудобно называть его все время волком, вот бы знать его имя. Я посмотрела на зверя и заметила, что он всё ещё смотрит куда-то вдаль, а глаза влажно блестят. Очень захотелось его погладить, распушить шерсть, но было неловко, ведь он — человек, причем толком не знакомый. Вдруг он посмотрел на меня, наши взгляды встретились и он, прикрыв глаза, кивнул, потом резко обернулся и потрусил в обратную сторону. Я направилась следом. На углу дома мы встретились с Яном.

- Извини, что так долго, пьяные прицепились.

- Всё хорошо?

- Обошлось. Мне не впервой.

- Может пора возвращаться?

- Да, идем.

Во дворе перед домом мы засели ещё надолго. В тени низко свисающих ветвей было приятно есть чипсы, запивать щекочущей нос минералкой и болтать о всяком. Ян рассказал, что до него дошли слухи о появившихся в городе призраках и зомби, но мне показалось, что он это не воспринимает всерьез. Я спросила, почему. Он ответил, что призраки еще куда ни шло, но зомби сами по себе не появляются, а некромантов у нас в городе, насколько он знает, нет.

Подошел малыш и спросил, можно ли ему погладить собачку. Волк не возражал, напротив, он смотрел на ребенка с благодарностью. Потом мы поднялись в квартиру и Ян поставил одну из принесенных мною кассет. Толика мы дожидаться не стали, Ян запер дверь и спрятал ключ в щели за косяком.

Мы уже подходили к моему дому, когда в сумке у Яна что-то запищало. Он достал длинную трубку сотового телефона и щелкнул кнопкой ответа.

- Да?

- …

- Ты вернулся а он что?

- …

- С ума сойти! Справишься?

- Хорошо,тогда до завтра! - он снова щелкнул кнопкой и убрал трубку. Я посмотрела на телефон с легкой завистью, у нас и домашний-то провести всё никак не получалось.

- Это Толик! Расколдовался наш подопечный! Ты завтра свободна?

- Да, весь день.

- Я тоже. Тогда, как удобно будет, заходи, пойдем знакомиться.

На следующее утро я встала рано, перемыла посуду, сготовила завтрак и дождалась, пока проснется мама. За чаем я ей рассказала всё как есть и спросила, что она об этом думает. Приготовилась выслушать, в какое опасное дело я ввязалась, но мама ответила неожиданно.

- Думаю, что дело это доброе. Помочь попавшему в беду обязательно нужно. В другой ситуации в трудном положении может оказаться любой. И ты, и я. Разве плохо, если нам помогут? - Я от радости даже забыла про чай.

- И ты даже не беспокоишься обо мне?

- Ну почему? Волнуюсь, конечно. Но я знаю, что ты не по кабакам болтаешься. Да и Ян — человек хороший. - Последние три слова зазвенели в голове, будто она совершенно пуста.

- Спасибо, мамочка!

- Да не за что. Дело и правда хорошее.

Стоило маме уйти на работу, как я засобиралась.

Позднее утро буднего дня в городе было тихим. В тени деревьев, сомкнувших кроны над аллеей возле площади витала приятная прохлада. Ян сказал, что я его не разбудила, хотя поверить в это было трудно. Впрочем, на столе гудел внушительного вида компьютер, на выпуклом экране которого светился какой-то текст. Я, из любопытства, попробовала прочитать, но ничего не поняла.

- Я собираюсь позавтракать. Будешь что-нибудь?

- Не, я только что поела.

- Тогда подождешь меня?

- Да. А у тебя на компьютере игры есть?

- Сейчас найду. - И он включил игру.

Пока я разбиралась, как не попасться оркам в игре, Ян успел собраться.

- Научишь пользоваться компьютером?

- Конечно. Заходи почаще. А сейчас давай выключать.

- А можно я?

- Можно. Нажимай F10…

Сегодня Толик выглядел намного опрятнее. Да и в доме, кажется, стало чище.

В комнате на потёртом красном диване у балкона сидел худой жилистый мужчина в сером костюме.

- Здравствуйте.

- Знакомьтесь, это Тихон. Я уже в курсе его истории, так что будем рассказывать вам.

- Прошу, вы только не пугайтесь, - начал Тихон, - я недавно освободился из мест лишения. - Я удивленно посмотрела на Яна. Он был спокоен, так что и я решила не волноваться - Я по финансовой статье сидел. Да и то по подставе. Я вам вреда не причиню. Меня досрочно освободили на поруки.

- Ага, вчера вечером звонили, объяснялись с участковым. - вмешался Толик -Придумали, что Тихон пошел в город и заблудился, а я, как добрый человек, подобрал, накормил, обогрел. Еле уговорили не ставить просрочку. Ну, что он пропустил срок, когда нужно было отмечаться в милиции.

- Забавно, что почти так всё и было.

- Да, остается у меня два вопроса, как Тихону устраиваться в жизни и как так получилось, что его заколдовали.

- Если мы найдем Таню и её церковь, мне там помогут. Таня — это моя жена. Мы поженились как раз в тот день, когда я превратился.

- А что за церковь такая? Может адрес, или название помните?

- Да если бы. Я и раньше в это мало вникал, а после превращения на эти дела и вовсе память отшибло.

- Да, задачка — вздохнул Ян.

- А может это как-то поможет? - Толик показал кассету. — Именно с этих песен расколдовался.

- Да, похожие песни те ребята нам привозили.

- Так это же из моих! - воскликнула я — Ну вернее не моих, мне дали — поправилась я, заметив удивленные взгляды парней, - однокурсница дала. Я у нее бывала, так что знаю, где живет.

- А адрес, или телефон знаешь?

- Нет, адрес не знаю и про телефон не уверена,что у них есть. Да давайте сходим, расспросим её, она всё расскажет, честное слово.

- Думаю, заявиться к ней всей делегацией — не лучшая идея, мы люди незнакомые, нам доверия нет, - задумчиво сказал Толик, - А вот если ты её расспросишь, а потом нам передашь, было бы круто.

- Значит мне туда-обратно смотаться?

- Не обязательно обратно, ты сегодня находилась уже. На вот, позвонишь нам. - С этими словами Ян достал из сумки сотовый телефон и положил мне в руку. Я отметила, какой он на самом деле тяжелый — Пользоваться умеешь?

Дверь приоткрылась и на площадку выглянуло милое девичье личико.

- О, Ань, привет!

- Привет. Я тут кассету тебе занесла. Заодно хотела спросить про церковь, в которую ты ходишь. Мы с друзьями нашли одного человека, которому обязательно нужно к вам попасть.

- Это, как раз, просто. Завтра суббота, в восемь часов начинается собрание. Приходите с друзьями пораньше. К половине восьмого, например. Хорошо?

- Завтра к половине восьмого? А куда?

- Городской музей знаешь? От него вниз к реке улица идёт, в конце улицы и стоит наш дом молитвы.

- Ага. Понятно, я там не была, но не заблужусь, думаю. А адрес не скажешь? Я сейчас передам, — и достала телефон, чтобы позвонить домой Толику.

* * *

В субботу пришлось вставать часов в семь. Мама выглянула из комнаты, спросила, какой балрог несет меня в такую рань, и ушла досыпать.

Остальные были, похоже, такими же сонными, как я. Всю дорогу шли молча. Старинные дома с лепными фасадами быстро сменились современными многоэтажками, потом частными домами, а улица всё вела под горку, пока не уперлась в обрыв. Крутой склон резко уходил вниз к реке, так что вершины деревьев оказались прямо на уровне глаз, а от открывшегося вида захватывало дух. Легко представлялось, что тут можно оттолкнуться от земли и полететь высоко над водой, над домами и лугами внизу. Прямо здесь, на самом краю обрыва, стоял старый деревянный дом. Основную его часть недавно обложили кирпичом, но деревянная башенка с остроконечной крышей выглядела пришедшей из другого места или времени.

Тихон встал у обрыва.

- Знаете, столько раз во время прогулки я садился, чтобы вот так же посмотреть за реку и вспоминал Раскольникова. Думал, на каком я берегу, на том ли, где не прошли ещё времена Авраама, или я вместе с Родей. Так до сих пор и не понял.

Люди потихоньку собирались у ворот, встречались здоровались. Тихон ждал Таню, рассказывая о ней. Как она с другими приехала к ним в тюрьму, чтобы устроить концерт и раздать книги.

- Потом мы долго переписывались, я тогда очень заинтересовался их верой, а она интересовалась моей жизнью. Ей понравились мои рисунки. Решили, что когда выйду, поступлю в художку для взрослых. А какой у нее голос, ну да вы сами услышите. Кажется… вон она! Слава Богу! Таня! - женщина сбавила шаг, вглядываясь, кто её зовет и заспешила к нам.

- Тихон! Как же? Что случилось? Где ты был? Я вся извелась! Ты пропал, а в милицию звонить нельзя и где искать непонятно! Я просто извелась вся от бездействия. И что за люди с тобой? Познакомишь?

- Обязательно всё расскажу. Только боюсь, ты не поверишь.

- Я боялась, что ты сбежал.

- Я не сбегу, я же люблю тебя. Ты мою поломанную жизнь заново склеила, как бы я мог.

Таня провела нас в здание на второй этаж, где мы и расселись. Всё происходящее для меня было в новинку. Слушала песни и проповеди и размышляла о себе. Подходит ли мне такой путь, как они предлагают? С одной стороны соглашалась практически со всем, что говорилось, но при этом казалось, что чего-то лично мне не хватает. Пока ещё не могла уловить, чего именно. Этот путь хороший, но не мой, так решила я.

В перерыве мы сели в одной небольшой комнатке и Тихон стал рассказывать, что с ним было. На лице Тани читалось молчаливое возмущение. Несколько раз она порывалась прервать его, но сдерживалась, пока он не закончил.

- И ты думаешь, я в это поверю?

- Я бы не поверил. Но как я могу доказать? То, что когда ты вышла меня искать, к тебе подошел большой пес и заскулил, а ты его угостила котлетой, это не доказывает ничего. То, что этого пса погнали соседские собаки — при этих словах он начал расстегивать рубаху — и хорошенько потрепали ему шкуру, ты могла и не видеть, — он распахнул рубашку, и на руке показались зарубцевавшиеся отметины огромных зубов какого-то зверя, - да и подделать при желании можно. Так что даже не представляю, чем могу доказать совершенно точно.

Таня отвела взгляд и явно о чем-то крепко задумалась, но тут вмешался Толик.

- А у меня фотки с полароида есть. Гляньте, какой зверюга! - И он высыпал на стол несколько картонных квадратиков с фотографиями Тихона в волчьем обличии. У Тани аж рот открылся.

- Тот самый пес! Тот, который ко мне подходил. А дата — на следующий день после пропажи. Это слишком невероятно, но, похоже, вы меня убедили. - Она ещё повертела в руках снимок, — глаза. У него глаза человеческие! Твои глаза.

Но тут перерыв закончился и все снова пошли на свои места.

* * *

Вечером уставшие и голодные мы завалились в гости к Тане. Мне казалось, что идти к ней некультурно, но Ян настоял. Она к тому времени совсем успокоилась, приняла ситуацию и, по крайней мере на словах, поверила в нашему рассказу. Я долго украдкой рассматривала фотографию с волком и окончательно прочувствовала, что всё произошедшее правда.

Я ещё не бывала в этом районе города и он меня сразу впечатлил, старые деревянные дома перемежались панельными пятиэтажками, асфальт сменялся гравиевыми тропинками и наоборот. Море зелени вокруг. Пятнистый кот на заборе проводил нас строгим взглядом. Во втором подъезде одного из домов и жила Таня.

Мы поднялись на третий этаж, Таня открыла дверь и жестом предложила входить, но Ян остановил, он осмотрел косяки двери, буквально обшарил всё вокруг и приподнял придверный коврик. Там лежал плетеный кожаный ремень, Ян вытащил его, осмотрел и убрал в пакет.

- Теперь можем входить, — сказал он.

Разувшись, мы прошли на кухню, хозяйка налила чаю и выложила на стол булочки, от одного вида которых потекли слюнки.

- Так значит, говорите, его заколдовали?

- Та штука, — Ян указал на пакет, — носитель заклятья.

- Но почему же тогда не подействовало на меня?

- Тех, кто крепко верит, их вера порой защищает от зла. А может заклятье направлено на определенного человека. Большего я не знаю.

- А как же… - Она посмотрела на Тихона, и тот потупился.

- Я люблю тебя. Но в вере… я пока не… но я обязательно перейду эту реку, чтоб быть с тобой на одном берегу. В стадах Авраама,- Таня вздохнула и отвернулась, чтобы поставить чайник. Мне показалось, что её плечи вздрогнули, а через несколько секунд она снова обернулась к нам.

- А я вспомнила, где видела этот пояс. Есть у нас один странный мужичок на втором этаже, он ещё ко мне сватался и всякие похабные шуточки отпускал. Его квартира прямо под моей. Очень неприятный тип.

Повисло легкое молчание.

- А как всё интересно сложилось — задумчиво протянул Ян — не встреть я Аню, не расскажи ей об этом случае, не согласись она поучаствовать, ничего бы не вышло.

Я смутилась.

- Как же я могла не поучаствовать? Меня буквально тянуло к этому делу.

- Ян, Вы такой хороший. Вы все, все хорошие. Здорово было бы, если бы вы ещё как-нибудь в субботу посетили наше собрание. И к нам заходите, Вам мы всегда будем рады.

- Как-нибудь обязательно зайдем.

- Могу я как-то отблагодарить вас за то, что вы сделали? - Ян задумался.

- Может быть разве… какую-нибудь безделушку из вашего дома. На память о случившемся. Что-нибудь совсем не нужное.

- А ведь у меня есть одна такая вещица. Знаете бывают такие штуки, которые и выкинуть жалко, и тебе они совершенно ни к селу ни к городу. - Заканчивала она говорить, уже вынося из комнаты маленькую красочную фигурку индейца. На голове его были яркие острые перья, а в руках он сжимал бубен. - Мне он, сами понимаете… но красивый и от дедушки остался.

- Спасибо. Это щедрый подарок. Думаю, у меня приживется.

- А остальным?

- Я, если позволите, возьму еще этих булочек с корицей, сам я таких не спаяю — бодро ответил Толик. - Это Ян у нас со странностями.

- А тебе? — Она посмотрела на меня, и я чуть не провалилась от смущения.

- А мне… А я уже всё получила. Я получила такое приключение, какое мало у кого бывает.

- А можно ещё одну просьбу? - Вдруг сказал Ян — Через пару дней позвоните в милицию, сообщите, что ваш сосед снизу давно не появлялся, а собака дома одна и надо бы забрать в питомник.

- Но у него нету собаки! - удивилась Таня.

- Поверьте, будет.

- Ну хорошо — пожала плечами Таня.

Настало время расходиться по домам. Толик попрощался и быстро убежал первым. Нас же хозяева ещё долго не отпускали, рассказывая и расспрашивая о разном. Потом ушли и мы. Когда дверь закрылась и на лестничной площадке мы остались одни, я спросила:

- Как думаешь, у них всё будет в порядке? Мне показалось, что у них есть разногласия. - Ян улыбнулся.

- Разногласия, думаю, это мягко сказано. Но мне кажется, они любят друг друга, а остальное уж решат как-нибудь, — он засмеялся, — не всё же нам помогать. Пусть дальше сами.

Спустившись на этаж ниже, Ян подошел к двери квартиры, о которой говорила Таня, вытащил из пакета пояс и намотал его на дверную ручку. Из-за двери раздался собачий лай, и сильные лапы ударили в дверную плиту изнутри.

- Бежим, - коротко шепнул Ян, и мы, хихикая, скатились вниз по лестнице.

Вечерело. Ветер доносил откуда-то запах костра. Мне очень хотелось, чтобы этот день не заканчивался никогда, и, чтобы оттянуть ночь, я пошла проводить Яна. На лице моем блуждала необъяснимая улыбка, которую было не прогнать даже мыслям о том, что дома родители мне дадут втык за позднее возвращение. Я думала, что оно того стоит.

Дома Ян убрал индейца в сервант, где лежало множество самых разных вещей: потрепанная книжица, пазл, старая фотография и многое другое. Смеркалось. Ян настоял, чтобы я отправлялась домой на такси, дал мне денег на дорогу и вызвал машину. Мама, как ни странно, совсем не ругалась, только глянула искоса. Позвала ужинать и долго смотрела на меня, а я всё никак не могла перестать улыбаться. Меня буквально распирало от желания всё рассказать, но я не знала, с чего начать, и только молча ела свой суп. Потом мы пили чай. Мама подсела ко мне поближе и я заметила, что она тоже не может удержаться от улыбки.

- Ма, ты у меня самая лучшая! - сказала я и поцеловала её в щеку.