(Не)Спящие

Глава 1

Максима Зарецкого ждала обычная ночная смена. По крайней мере, так думал сам 23-летний маг огня и студент юридического факультета городского университета, по дороге на работу. Улица блестела мокрым асфальтом и уличными фонарями. Ноябрьский дождь плескал холодными каплями, силясь проникнуть под воротник куртки.

Парень свернул на кленовую аллею. Густые тени последней листвы плясали свой тёмный хоровод. Чтобы не привыкать к смене освещения, Максим достал из левого кармана зажигалку и чиркнул колесом. Вспыхнувший огонёк перетёк в подставленную правую руку и устроился на ладони, как птенчик в гнезде. Устройство за ненадобностью он вернул в карман.

Огонёк ругался, шипел, на капли и сырой ветер, но работу свою выполнял. Максиму, как магу огня, всегда было жарко. Используя свою стихию, парень разогревался ещё больше. Лава волшебства, циркулирующая вместе с кровью, растекающаяся по сосудам до самых маленьких капилляров, побудила его расстегнуть куртку. Очередной порыв ветра обласкал разгорячённую кожу, но остудить спешащего юношу не смог.

И всё же студент вздрогнул. Но не от холода. В конце аллеи показался Центр Прогнозирования.

Необычное место работы располагалось в старинном трёхэтажном здании, в котором когда-то была гимназия. Окружённый парками и скверами, словно сказочный замок, центр был скрыт от посторонних глаз. Старые стены хранили множество историй, но главная особенность центра заключалась вовсе не в архитектуре, а в людях, работающих там. Официально это учреждение являлось маго-научно-исследовательским центром. Под этим предлогом специальный отдел регулярно обзванивал население с различными опросами. Маги с помощью современных технологий обрабатывали данные и выдавали прогнозы на события в мире.

— Привет, Мáкс! Как настроение? — Раздался голос из тени. На крыльце докуривал сигарету его коллега в серой униформе.

Коренастому Андрею недавно стукнуло тридцать, семь из которых он трудился в охране. Работа в Центре, да ещё и суточными сменами, позволяла ему содержать жену и двух детей, про которых мужчина постоянно рассказывал. Хотя на добродушного семьянина он походил мало. Густые брови, тонкие губы, орлиный нос, длинные русые волосы, стянутые в низкий хвост. Андрей выглядел хмурым. Особенно без серой униформы, в мрачных рокерских вещах. В свою самую первую смену, четыре месяца назад, Максим тоже дежурил с ним. Старший коллега его откровенно напрягал. Первые пять минут. Как только Андрей заговорил не про дело, его лицо преобразилось, засияло, показывая тёплый нрав.

Однако, сегодня улыбка Андрея не пробивала хмурой брони Макса. Парень сжал ладонь, тем самым затушил светляк, и взбежал на крыльцо, стряхнул с себя капли дождя. Вместо ответа на вопрос о настроении, он приготовился изливать душу отзывчивому слушателю. Товарищ уже придерживал ему входную дверь.

— Не день, а цирк. А ты чего на улице? В курилке опять вытяжка сломалась?

— Не, подышать решил, напоследок. Рассказывай, что там у тебя.

— Как всегда, Настя снова закатила истерику и бросила меня. Естественно с утра, пока я в универ собирался. Соседи орали, кипишь в подъезде устроили. На автобус опоздал, ну и по накатанной. И чебурек по пути сюда невкусный был. — На автомате он запер дверь изнутри, перегнулся через стойку постового, включил там сигнализацию, затем завернул в раздевалку. Андрей с вежливо-задорной улыбкой не торопился на пост, а оставался рядом.

— Сколько раз я тебе говорил, но с Настей завязывать надо. Не отношения это. А остальное, ерунда. У вас, огненных, всегда настроение на холода портится и вы драматизируете. Вам бы в спячку впадать, как медведям. — Словно в подтверждение сравнения огненных магов с медведями, Макс неуклюже и со вздохом осел на лавку перед шкафчиками.

— Кто бы дал, я бы впал. — Пробубнил он, переодеваясь в такую-же как у коллеги форму, и усмехнулся получившейся рифме. — Только вот учёба и счета ждать не хотят. А Настя… Не знаю, мы с ней столько вместе, прикипели так друг к другу, даже с этими истериками и разбеганиями. К обеду-то она уже отошла и даже извинилась. — С этими словами он закрыл свой шкафчик, как и свои сомнения на счёт Насти.

— Вот именно, что прикипели. Просто боитесь дальше двигаться, вот и вцепились друг в друга, как дети в любимые игрушки. — Андрей пошёл вперёд, вглубь коридора, к посту внутренней охраны.

— Не всем так везёт, как вам с Кирой. — Услышав имя жены, Андрей не сдержался, губы его растянулись.

Так с улыбкой он сел в кресло, перед мониторами. Макс же первым делом полез в холодильник за перекусом, которым их снабжало начальство. Выбрав бутерброд и сладкую газировку, он плюхнулся на диван. Небольшая волна жара и вот уже хлеб приятно тёплый. Главное не перепутать руки и не подогреть газировку. На работе студент частенько налегал на еду. Она была бесплатная. А ещё помогала бороться с тревогой.

В обычной жизни Максим был спокойным и жизнерадостным, но на этой работе в нём просыпались какие-то детские страхи.

На осмотрах его светляк слабо освещал коридоры, делая атмосферу зловещей и сюрреалистической. Периодически тишину нарушали скрип половиц и отдалённые звуки, напоминающие человеческие голоса. Парень вздрогнул от того, что сегодня его ждёт очередная порция мурашек и вернулся в реальность, на диван, к бутерброду.

Андрей всё ещё улыбался, но уже задумчиво. Их взгляды встретились.

— Ладно, расскажу. Мы не особо об этом распространяемся с Кирой. Дело-то не в везении. А в том чтобы пробовать, искать, быть совместимыми. И уж если ты с человеком совместим, искра, все дела, то остаётся просто дальше уже просто идти вместе по жизни, поддерживать друг-друга, да искру эту. Но не скандалами, а заботой.

— Ничего себе истину выдал. И это ваш секрет? — проворчал Макс с набитым ртом.

— Чёрт неблагодарный. Я тебе тут сказать пытаюсь, а ты перебиваешь. Короче, закажи у нас в конторе прогноз индивидуальный. Сотрудникам бесплатно можно выбить. Я с Кирой так и познакомился.

— Что, серьёзно?! Вы познакомились из-за предсказания? — Вечно голодный студент даже от еды оторвался.

— Не люблю, когда это называют предсказаниями, но да. Я хотел быстрее семью, а не по девкам скакать. Заказал прогноз, а мне выдали, что идти надо на свидания вслепую.

— Вы познакомились на платных свиданиях?

— Нет же. Это же не так работает. Просидел там, как в зоопарке, ушёл расстроенный. А по пути домой зашёл за вкусным. И уже в пиццерии встретил её. Столкнулись у кассы, разговорились и всё, я пропал.

— Романтика, блин. Только предсказание то тут причём. — Недовольный огневик сунул остатки бутерброда в рот и запил, чтоб лучше прошло.

— Ты тут столько работаешь, а так и не понял, как оно работает?

— Да я даже не интересовался.

— На поступающий вопрос собирают все возможные ответы в формате видео. Как кино. Компьютеры их обрабатывают, вычленяют чаще всего повторяющийся, а значит наиболее вероятный вариант. Учитывают исключения, и всё это текстом выдают. Но нельзя же просто написать человеку инструкцию, как поступить. Оно же тогда не сбудется. Надо запустить цепочку событий. Для нашей с Кирой встречи это был мой поход на свидания вслепую.

— Со спусковым крючком, это даже логично, но у меня всё равно мурашки по телу от того, как получают эти «прогнозы». Как-то не этично.

— По мне, так одни плюсы. — Категорично отозвался Андрей. Он хотел было что-то добавить, но его отвлёк звонок жены.

Не вслушиваясь в чужие семейные дела, Макс с радостью переключился на проверку камер.

Пару часов спустя монотонный гул техники и сонную атмосферу разорвал звук сигнализации. На пульте мигала красная лампочка напротив кривой подписи «2-ой этаж». Андрей сориентировался первым. Кинул в руки Макса рацию, и уже проверял мониторы.

— Фигня какая-то. Вроде всё нормально. — Пробормотал он себе под нос. Младший товарищ уже шёл к двери и бросил через плечо:

— Может крыса завелась или с техникой что-то.

— Обрати внимание, тогда утром доложим. Чтоб травили или ремонтников звали.

Макс достал очередную зажигалку, из десятка разложенных по карманам во всей его одежде, и зажёг светляк. Шаги гулко разносились по коридору с высокими потолками, он прошёл короткий путь по паркету и свернул на каменную лестницу. Уже на пролёте до него стал доноситься запах лекарств и больничной чистоты. Это всколыхнуло нервозность и неприятные воспоминания. На этаже, среди множества закрытых дверей и темноты возникло ощущение присутствия постороннего существа. По мере продвижения тревога возрастала.

С виду было всё в порядке. Окна целы и закрыты. Двери тоже. Охранник стал методично проверять палаты. Открывал дверь, протягивал вперёд руку со светляком, делал магический свет ярче, осматривал помещение, приглушал свет и выходил. Ощущение тишины и неподвижности усиливалось присутствием спящих людей. Это выглядело странно и жутко одновременно. В каждой из пяти палат лежало по шесть сновидцев. Неподвижные, словно мертвецы, подключённые к аппаратуре, они видели нескончаемые видения о будущем. Каждый из них предсказывал нечто важное, но сон этот был совсем не похож на естественный отдых.

Если весь мир думал, что Центр Прогнозирования работает на синергии магов стихий и технике, то Максим входил в число тех, кто знал правду. Для предсказаний использовали людей с вещими снами. Их привозили сюда и погружали в принудительный сон. Так они проводили всю свою жизнь, генерируя варианты будущего. Сам Макс узнал об этом только после сложного трудоустройства и подписания документов о неразглашении. Его всё ещё терзали сомнения, о правильности такого подхода, но был аргумент, который здесь повторяли все. И это не про работу на благо страны и мира. Ещё на этапе создания организации выяснилось, что люди с магией этих вещих снов не живут долго. Часто у них были врождённые заболевания. Они были больше подвержены несчастным случаям и банальным простудам, чем среднестатистический человек. Во сне они жили дольше и не мучились, за ними хорошо ухаживали. Так что сновидцы сами или их опекуны зачастую с радостью подписывали согласие на всё это.

Максим уже приглушил светляк и выходил из четвёртой палаты, как заметил странную игру теней. Он замер, прикинул, что бы это могло быть. Прошёл в центр комнаты и увеличил свет. И снова в одном из углов заплясали тени. Проследив взглядом за источником странной картины он увидел койку. Человек на ней пошевелился, словно во сне, руки едва заметно дёрнулись. Парень напрягся. Сон сном, но эти люди никогда не шевелятся. Оттого у него постоянный дискомфорт и ассоциации, что он окружён трупами. Охранник подошёл к кровати. Оказалось, что сновидец — молодая девушка. Просто её чёрные волосы коротко острижены, да и сама она очень худая. Андрогинная красота заворожила Макса. От его вздоха и эмоций светляк дрогнул. Тут-то и стало ясно, что именно игра света и тени создала иллюзию движения. Закончив проверку, юноша вернулся на пост.

— Всё нормально. Утром надо будет передать по смене, чтоб проверили систему.

— А чего тогда такой хмурый вернулся? Ходить заставили?

— Просто не по себе от всех этих тел.

— Тела, это как-то неуважительно звучит.

— А удерживать людей в коме и извлекать из них информацию, это уважительно?

Андрей посмотрел на напарника усталым взглядом:

— Ладно, послушай, я понимаю твои сомнения, но это необходимо обществу. Ведь таких людей единицы, их способности нужны государству. Более того, большинству людей с этим даром жить тяжело. Здоровье слабое, продолжительность жизни маленькая. Зачем им лишние муки? Лучше пусть служат общему благу. А наше маленькое дело, следить тут за порядком. Нам за него платят.

Максим нахмурился, противясь убеждению своего старшего коллеги:

— Но ведь это лишает их свободы выбора, — настаивал он. — Разве справедливо такое обращение?

Андрей пожал плечами:

— Семьи пациентов получают компенсации, пособия. Сам посуди, как поступил бы ты, окажись на месте родителей, чей ребёнок обречён, но может жить во сне, да ещё и с такой пользой? Говорят, что некоторые сновидцы могут путешествовать между снами и навещают близких.

Молодой охранник замолчал, переваривая услышанное. Андрей переключился на просмотр сериала на смартфоне, предоставив Максиму возможность поразмыслить самостоятельно. Мысли ворочались тяжело. Видение девушки, пошевелившей пальцами, тревожило его сознание. Сомнения грызли изнутри, мешая сосредоточиться на дальнейшей работе.

Ещё некоторое время посидев в кресле, Максим откинулся на спинку и задремал.

Во сне он оказался в склепе, его окружили зомби. Чтобы прорваться через гниющих монстров, приходилось сжигать их тела. Вот только двигался Максим не к выходу. В самом центре могильника он заметил фигуру, некроманта. Но уничтожив ещё одно человекоподобное существо и продвинувшись вперёд на пару шагов, он увидел пленницу. Ту самую девушку…

Вой сигнализации выдернул Максима из царства Морфея. Первое, что он увидел, это мигающая красная лампочка на пульте. И снова второй этаж. Ощущение дежавю накрыло его волной. Андрей уже проверял камеры. Парень взял рацию, зажёг светляк и пошёл проверять.

Шаги гулко разносились по коридору с высокими потолками, он прошёл короткий путь по паркету и свернул на каменную лестницу. В нос ударил запах лекарств и больничной чистоты. На первый взгляд на втором этаже всё было точно так же. Ряд целых и закрытых окон, напротив ряд закрытых дверей. И снова охранник стал методично проверять палаты. Открывал дверь, протягивал вперёд руку со светляком, делал магическое пламя ярче, осматривал помещение, приглушал свет и выходил.

Всё было так же. И Макс уже убедил себя, что в системе что-то коротнуло, или контакт отошёл. Вот только коротнуло его самого. В четвёртой палате было шесть коек и пять человек. Не было той самой девушки, которая, как ему показалось, шевелилась.

— Звездец, — прошептал Макс и вздрогнул от звука собственного голоса.

Поиски человека у него ассоциировались только с игрой в прятки, где первыми местами для проверки были пространство под кроватью и шкафы. Последних здесь не водилось, поэтому молодой охранник первым делом опустился на колени.

«Может она просто упала с кровати?» — мелькнула в голове дурная мысль. Но на полу сновидицы не оказалось. Во всех помещениях под кроватями было пусто. Никого не нашлось и в рабочих зонах, процедурных кабинетах, комнате отдыха медицинского персонала и серверной.

Охранник увеличил свет, как смог. Окинул взглядом коридор в последний раз, прежде чем идти на третий этаж. И тут он обратил внимание на зелёный уголок в тупиковом конце коридора. Дошёл до кадок с растениями. В углу, за листьями, прижавшись к стене, дрожит девушка. Едва различимый голос прорезался сквозь страх:

— Я тебя видела. Помогите мне уйти отсюда. Я больше не выдержу. Хочу домой.

Словно в трансе Максим снял рацию с пояса и передал коллеге сообщение:

— На втором всё чисто, проверю первый этаж, а оттуда по кругу вверх. — прибор отправился на место. — Ползком под окнами за мной, тогда будешь в тени максимально и не так заметна на камере.

В крови бурлили пламя и адреналин. Внешне невозмутимый Макс взъерошил волосы, развернулся, окинул взглядом коридор и зашагал. Он не оборачивался, но слышал, как сновидица следует за ним. Маленькие шаги ведут их мимо рабочих кабинетов, медицинского блока, где Макс демонстративно ещё раз заглядывает в палаты. Слыша только шум в ушах, он довёл её до раздевалки сотрудников, у самого выхода.

Только там, когда сновидица встала, вытянувшись по струнке, у шкафчика, он увидел мокрые дорожки на её щеках. И глаза, карие, как необработанный янтарь. Охранник отвёл глаза и прошмыгнул вглубь комнаты.

— Спасибо, спасибо, спасибо… — разобрал он её бормотание, такое тихое, что можно было спутать его с неровным дыханием. Пока мозг судорожно решал, что делать, руки его достали сменную одежду, которую Макс предусмотрительно хранил на работе, на всякий случай.

— Как тебя зовут? — Всё ещё не глядя на девушку, он протянул ей свёрток. Не касаясь его, беглянка забрала вещи.

— Елена.

И тут хлынул поток. Парень вслушивался в шёпот и не верил. Откровение больше походило на бред. Но в этот бред верилось сразу. Лена утверждала, что её забрали из дома силой. Контракты и соглашения это формальность, которой добиваются с помощью принуждения. Она уже почти не помнит свою семью, потому что была ещё подростком, когда её забрали. Почти все сновидцы всё слышат и чувствуют, что тут с ними делают, им это неприятно. Они бы согласились и так работать добровольно, без мучений с усыплением. Из-за системы считывания, подключенной к ним, спящие сновидцы мысленно могут общаться, но редко и немного. Потому что препараты, которые им вводят регулярно, угнетают и тело и разум. Поток прервала рация:

— Максим, где ты? Где тебя носит?

Быстро приняв решение, Максим оправдывается:

— Тут небольшая проблема возникла. Пришлось сходить в санузел, задержался немного. Уже иду.

Парня не покидала ассоциация с дойными коровами. Такое никому не понравится. Он спрятал девушку под стойкой поста и велел ждать, а сам демонстративно прошёлся по этажам. В голове зрел план, как вывести Елену после рассвета, до прихода первых сотрудников. Картинки эффектного побега сменял образ самой девушки и её последние слова: «Спасибо, всё получится. Ты мне снился».

Как оказалось, в пункте охраны Андрей всё ещё проверяет записи с камер и нетерпеливо барабанит пальцами по столу. На мониторе Макс видит себя у цветов, как он резко повернулся и медленно идёт, освещая дорогу светляком в руке. В воздухе повисло тяжёлое напряжение. Словно ощущая предательство, Андрей резко вскакивает и бросает укоряющий взгляд на Максима:

— Зарецкий, ты дурак?

— Что? — Молодой человек так и замер на пороге.

— Я спрашиваю, Максим Зарецкий, ты дурак? Ты помнишь мою стихию?

— Воздух.

— Вот именно. Так что эти штуки, — взъерошенный бородач нервно дёрнул головой в сторону стола с рациями— для тебя и других стихийников. Я всё слышал. — Макс открыл рот, но Андрей так на него посмотрел и махнул рукой, что так парень и закрыл его. Мужчина был не просто раздражён, а в ярости. — И слышал и видел на камерах. Ловко конечно, но ты понимаешь, что творишь? Лишишься работы, учёбы, перспектив, возможно, попадёшь в тюрьму. Ради чего? Ради незнакомой девчонки?

Максим выдерживает жёсткий взгляд коллеги:

— Нет, это же не капризы «незнакомой девчонки». Речь идет о праве человека на свободу и независимость.

Андрея раздражает стойкость Максима. Он зло ухмыляется:

— Ладно, давай определимся окончательно. Вариант первый: мы вместе звоним, сообщаем о ЧП, и я молчу. На камерах толком ничего нет против тебя. Вариант второй: ты всё ещё пытаешься помочь девке, но я вам мешаю, бью тревогу. И тогда последствия станут значительно хуже. Ты будешь считаться преступником. Нет-нет-нет, не отвечай сейчас. Я иду курить, а ты думай.

Макс в шоке погрузился в себя. Почти не заметил, как Андрей прошёл мимо него. Зато почувствовал тошноту и холод в ногах. Как зомби он добрёл до диванчика и осел на него. Настоящий кризис сознания овладевает им. Страх потери карьеры и свободы переплетается с состраданием к девушке, жаждущей свободы.

— Как понять, что такое «хорошо», что такое «плохо» если мир изменился. Или я сам изменился…

Муки выбора причиняли ему физическую боль. Парень смотрел на свои руки и не верил, что они его. Казалось, что сам Макс просто смотрит фильм и очень переживает за героя. Но фильм не про него, поэтому он никак не знает, что же выберет герой. Водоворот неприятных ощущений прервало возвращение Андрея. Только тогда Макс принял решение:

— Я…

— Головка от буя! — Прервал его рёв Андрея. — Она сбежала, звоним всем!

Андрей уверенно и агрессивно сдерживал воцарившийся хаос. Напарника он не сдал, помогал при расследовании и руководил поисками. То, что девушка добралась до первого этажа вслед за Максимом, конечно же заметили, но парня было не за что притянуть. Кто-то из медиков даже предположил, что у сновидцев есть неизученные психические способности, в том числе и воздействия на людей. Больше смены Андрея и Максима не пересекались и юноша подозревал, что сам старший товарищ приложил руку к составлению такого графика. А значит и благодарность ему не сдалась.

Как только обстановка позволила, Макс уволился. После успешного побега девушка исчезла из поля зрения Центра Прогнозирования. Что с ней, он не знал, пока общественность не взорвалась.

Все крупные средства массовой информации страны, от федеральных каналов, до интернет-сообществ, получили анонимное электронное письмо. В нём рассказали всё, о настоящей деятельности Центра. Каждое слово было подтверждено тем или иным документом, фото или видео. Начались митинги, дебаты, судебные разбирательства. Как ни старался Максим изолировать себя от этих новостей, они были повсюду. Душу жгли стыд, страхи, сомнения, тревоги. Ведь он был частью этого. Частью системы Центра, как сотрудник, частью шумихи, так как приложил руку к бегству спящей.

Он тоже получил письмо. Но другое. С благодарностью и приглашением выпить чай, когда шумиха уляжется. Ведь она очень не любит кофе. Лена написала, что сама найдёт его. Короткое сообщение принесло покой в его воспалённую душу.

Наступила весна. Светлые дни омрачались серым небом, висящим низко над городом. Деревья вдоль улиц ещё толком не обросли листья, обнажённые ветви словно пытались поймать, удержать и накопить всё возможное тепло, чтобы скорее пришло лето. Прошлогодние листья под ногами прохожих, создавали ощущение меланхолии и неопределённости.

Именно в такую погоду Максим часто думал о событиях прошедших месяцев. Тогда, осенью, он осознал страшную правду о Центре Прогнозирования и стал невольным участником борьбы за справедливость. Многое изменилось с тех пор. Правительственная комиссия признала методы организации недопустимыми, многие сотрудники оказались вовлечены в коррупционные схемы, а руководители понесли наказание. Максим так и остался без работы, но обрёл странную уверенность в завтрашнем дне.

Сейчас он шел по улице, углубляясь в собственные мысли. Навстречу попадались знакомые лица, прохожие, спешащие на работу, студенты. Среди толпы внезапно мелькнул знакомый силуэт. Быстро обернувшись, Максим остановился. Невысокая стройная фигура женщины остановилась напротив витрины магазина. Лицо показалось знакомым, но вспомнить, откуда он её знает, Максим не смог.