Навь

Глава 1

Антон устало выдохнул, глянул в прозрачное осеннее небо, сплюнул и огорченно вздохнул. - "В двух шагах от города потеряться - такое уметь надо. Дебил"...

Увлекшись бичеванием собственной глупости он даже не заметил как изменился окружающий его пейзаж.

Березы и осины уступили место разлапистым, когтистым елям. Сухая трава сменилась ковром из сухих иголок, ломаных веток и шишек.

Незаметно подкрались сумерки. Тени удлинились, воздух загустел, потянуло холодом.

Вымотавшийся от бесплодных попыток отыскать дорогу, Антон опустился на сырую от ночного тумана траву.

Что говорить, ночевка посреди глухого леса - удовольствие сомнительное.

Однако по всему выходило, что провести остаток ночи ему придется именно здесь. Смысла бродить в темноте, рискуя свернуть ноги на осклизлой коряге или заросшем мхом камне никакого.

И тут ему показалось, что зарослях блеснул свет фонаря.

«Да ну, ерунда, откуда? - одернул себя он, однако не выдержал, и осторожно, стараясь не зацепить головой острые ветки, двинулся ближе к неясному отблеску.

Недолгий путь через заросли закончился на окруженной со всех сторон кустами полянке, посреди которой, едва заметно светилось нечто похожее на маленький, окруженный остроугольными листьями фонарик.

-Так вот ты какой, олень северный, цветок аленький.- Не сумел удержаться от ехидной цитаты Антон.

"И стоило ползать? Ну цветок, и что? Наверняка какая-то разновидность способная накапливать солнечный свет, или что там ещё" ?

Он собрался уже вернуться обратно в проделанный среди густых зарослей лаз, однако любопытство победило.

«Нет, ну правда, чего он светиться? Не должен вроде. - подумал Антон, подбираясь поближе к странному цветку. Встал на колени, и протянул руку, и даже вздрогнул, услышав внезапно за спиной чей-то голос. До боли знакомый, и родной голос.

Дернулся обернуться, но вдруг словно какая-то сила заставила его сдержать нечаянный порыв.

«Померещилось.- сообразил он, и вновь потянулся к слабо качнувшемуся от дуновения легкого ветерка бутону.

-Тошенька, ты? - вновь прозвучал за спиной голос.

Он охнул, и застыл на месте. По спине пробежала струйка холодного пота. - В далеком детстве так его звала мама.

«Да что-ж это со мной? - не в силах заставить себя повернуть голову, подумал он.- Ведь не может того быть. Никак не может. Уже лет пять, как нет ее в живых. Что-ж это со мной?

«Да пропади оно это растение... - выдохнул Антон, и дрожащей рукой потянулся к карману, в котором лежала зажигалка. Возвращаться в полной темноте, да еще когда в ушах звучит такое, было выше его сил.

-Может хоть так... - Он даже не сумел подобрать слова к своему состоянию. Даже не страха, а какой-то оторопи.

Чиркнул колесиком зажигалки, пытаясь зажечь, и неловко повернулся на мокрой траве, колено скользнуло, а сам он неловко завалился на бок, взмахнув рукой в безуспешной попытке сохранить равновесие. Пальцы ухватили несколько колких стеблей, невольно сжались, срывая тонкие ростки.

И тут возле самого уха вновь прозвучал голос. Громкий, чужой, и отчего-то показавшийся совершенно безжизненным.

-Прочь!- Прокричал, словно прокаркал голос, - прочь отсюда!

А на плечо легла чья-то холодная, словно лед, рука. Сжала, стараясь добраться до шеи.

Сердце Антона ушло в пятки, он дернулся, вскочил на ноги, и не разбирая дороги кинулся сквозь колючие заросли.

Бежал, размахивая сжатыми в кулаки руками, словно отбиваясь от невидимого хозяина страшного голоса.

Бежал долго. И что странно, ни разу не угодил ногой в скрытую травой яму, не запнулся о валежину, и даже не оцарапал лицо о торчащие ветки деревьев.

Наконец обессилил, и остановился. Перевел дыхание, Осторожно глянул назад.

Однако разглядеть не сумел ничего. Только несные тени деревьев, да слабый отблеск то и дело скрывающейся за тучами луны на листве.

-Блин, и что это было? - произнес беглец хриплым голосом. - Да успокойся уже.- Подумал он. - Ну ночь, психика и так взбудоражена, вот и почудилась всякая хрень. Нормальное дело. А если так и дальше пойдет, то ты до утра точно свихнешься. Как тот Хома из Гоголевской повести. Успокойся.

Антон выдохнул. Засунул в карман все еще зажатую в кулаке китайскую газовую безделушку, мимоходом сообразив, что вместе с зажигалкой умудрился запихать туда и несколько неизвестно как оказавшихся в руке веток или цветков.

«Да и пес с ним. Главное выбраться. Ночь пережить, и выбраться.- А там уже разберемся. - Отмахнулся Антон несвоевременным мыслям об испачканных вещах.

Он двинулся вперед. Теперь уже шагал куда осторожнее, почти наощупь.

И словно сжалившись над путником луна наконец-то выглянула из облаков. Да и лес явно стал чуть реже. По крайней мере теперь можно было идти не опасаясь ненароком лишиться глаза, или наткнуться ненароком на шершавый сосновый ствол.

Он прошел еще немного, и наконец выбрался на едва заметный пригорок, и едва не заорал от радости, увидев среди толстых, в два обхвата сосен явно искусственное строение. Кособокую, с заросшей мхом и усыпанной еловыми иглами крышей, бревенчатую избушку. Она упиралась задней стеной в довольно крутой склон.

Не раздумывая Антон направился к избушке, озираясь в надежде увидеть и ее обитателей.

" Да..., похоже, никого. Давненько никого," - сообразил он, когда разглядел в лунном свете толстый слой сосновых иголок, укрывающих ступени и порог избушки .

Отгреб ногой иглы и шишки, и попытался сдвинуть тяжелую дверь, но та даже не двинулась.

Напрягся, с трудом раскачав, отворил дверь. Посветил зажигалкой и осторожно протиснулся внутрь. Сквозь маленькое окошко, покрытое пылью, струился тусклый свет луны. Кое как сумел разглядеть низенький лежак у стены, стол табурет. Все грубое и нескладное, сколоченное будто бы неумелым и торопливым столяром. А толстый, сантиметра в полтора, слой пыли на всем еще сильнее утвердил в справедливости первого впечатления.

" Давно тут сидим". - Совершенно не ко времени пришла на память цитата из культового фильма советской эпохи.

Осторожно, словно по тонкому стеклу, шагнул по неровным, рассохшимся половицам. На глаза попалась керосиновая лампа с разбитым стеклом. Однако взяв в руки помятый артефакт Антон с удивлением обнаружил, что внутри еще что-то плещется. И что самое удивительное, всего с третьей попытки разжечь ее фитиль подернулся едва приметным сизоватым огоньком, который не потух а понемногу коре немного разгорелся. Еще пара минут ожидания и в сумраке избушки, бросая на стены неровные, жутковатые тени, закачался слабый огонек коптящего пламени,.

"А жизнь налаживается," - невесело пошутил исследователь. Но вскоре его настроение вновь ушло в минус. Даже при свете лампы ничего нового в окружающем запустении не изменилось. Сумел только разглядеть на черной от времени бревенчатой стене отрывной календарь с неразборчивыми от пыли цифрами.

В остальном избушка была совершенно пуста. Словно в ней никто и не жил.

Антон выбрался наружу, вытянул из пачки смятую сигарету, и с наслаждением затянулся терпким дымком. Глянул на затянутый тучами небосвод, на едва заметные в ночной темноте звезды. Толстые сосны стеной обступили домик. И только верхушки деревьев, освещенные лунным светом, выделялись на фоне черного полотна неба. Антон вздрогнул от порыва ветра или от неясной тревоги, навеянной суровым пейзажем.

Наскоро докурив сигарету, шмыгнул внутрь, к уютному свету лампы.

Присел на лежанку и задумался. Не о происшествии. Это ерунда. Мысли были о жизни: "Сорок лет, а что за спиной? Крошечная квартира в хрущевке, разваливающаяся на ходу машина, монотонная работа. Зарплата, которой хватает только на то, чтобы не протянуть ноги, и все? Так и придется жить? До самой старости?

И тут, краем глаза, уловил движение в темном стекле. Озноб пробежал по спине.

"Показалось?" - Однако встать, рассмотреть, отчего-то не решился. Невнятные страхи детства всплыли из глубины сознания. Отгоняя наваждение, потянул из пачки сигарету и щелкнул кремнем зажигалки. Но огонек застыл на полпути. Он заметил, как дверь в избушку медленно отворяется. На пороге возникло нечто...

А онеметь и вправду было от чего. На пороге, сверкая бусинками кроваво красных глаз, стояла огромная серая крыса. Длинный, словно живущий своей жизнью, хвост, нервно колотил по сухим доскам пола.

Тварь нехотя, как-бы в ехидной улыбке, раскрыло пасть, обнажив громадные клыки, медленно выпрямилось и угрожающе вскинуло передние лапы над мордой. Видны стали кривые словно лезвия садовых ножниц, когти.

В животе у Антона что-то оборвалось. Он слабо охнул и стал заваливаться набок.

- Эй... Не дури? - Неожиданно прозвучал из-за дверей, уверенный голос.- Не балуй, тебе сказал. Стань как полагается. Хорош зубы скалить...

Крыса мгновенно упала на четыре лапы, шустро вбежала в избушку, ловко прыгнула на табурет, и застыла, словно гигантская статуэтка, только изредка шевеля длинными реденькими усами. А затем в дверях возникло нечто новое. Огромное, поросшее клочковатой бурой шерстью, существо. Оно опасливо пригнуло лохматую, с круглыми, медвежьими ушами, голову и протиснулось внутрь. Остро запахло псиной, еще чем-то кислым.

Зверь всмотрелся в Антона, с шумом втянул воздух громадными ноздрями.

- Вот и дождались мы с тобой, Ларка, - Страшный гость обернулся к крысе-переростку. - А ты говоришь, зачем идти?

- Не ври, - зачастила в ответ хвостатая тварь, тоненьким, звонким голосом. - Сам говорил, мол ну его. Ну там... на всяк случай разве сходить. А ноне во как. На меня неохотку валишь.

Глаза Антона стали вовсе квадратными, челюсть отвисла. В глазах замелькало.

- Ага, мне вон пугать запретил, а тебя-то он кажись куда больше напужался, - злорадно пропищала хвостатая ехидина. - Счас точно в обморок свалится.

Существо смущенно крякнуло, повернулось к застывшему в неловкой позе Антону.

- Кха, - прочистил горло зверь. - Ты это, ты не боись, - рявкнул он, словно испорченный громкоговоритель.

Видя, что его слова не доходят до слушателя, гость убавил громкость и закончил почти нормальным голосом. - А ну... Закрой глаза.

Антон непроизвольно зажмурился, крепко надеясь, что проснется. Просидев так несколько секунд, он с надеждой распахнул ресницы.

- Теперь все изменилось. Вместо страшных тварей перед ним были вполне обычные люди.

На стуле, поджав ноги, сидела симпатичная, огненно-рыжая девчонка в коротеньком гороховом сарафанчике. Антон едва сумел оторвать взгляд от ее огромных изумрудных глазищ.

А вместо лохматого вурдалака возле девчонки стоял здоровый мужик, слегка напоминающий какого-то знаменитого импортного актера.

Похож на знаменитого буддиста и мастера восточных единоборств гость был не столько курткой с длинной бахромой, сколько большим добродушным лицом, квадратной фигурой отставного тяжеловеса и пижонским хвостиком, косичкой на затылке.

- Так лучше? - участливо поинтересовался лже-Сигал у Антона.

В ответ тот молча кивнул, пытаясь найти хоть какое-то объяснение происходящему.

- Вижу, не совсем. Ну, ничего, пройдет. - Мужчина грузно опустился на лавку, скрипнувшую от немалого веса.

Антон в испуге отпрянул.

- Да ты не бойся, не тронем, - успокоил гость.

- Лариска, кто начнет? - обратился он к спутнице.

- А что я? - хлопнула длинными ресницами девчонка. - Ты старший, вот и давай, убеждай, уговаривай. А я послушаю. - Она перекинула через плечо толстую рыжую косу и, положив на ладонь, уперлась в нее подбородком, став еще привлекательней.

- Эзотерикой интересуешься? - начал с вопроса незнакомец.

- Н-нет, - хрипло выдавил Антон. - Я больше по бабам....

- Дело тоже хорошее, но тут сложнее, - посетовал гость.

- Ладно, делать нечего. Значит, так. Про нечистую силу слышал?

- Слышал, - наконец смог произнести Антон.

- Отлично, тогда считай, мы эта самая нечисть и есть. Меня Авдей звать. Ее... - Ну, пусть..., Лариской.

- Чисто, дети. - Осудил он жест Антона, потянувшего щепоть ко о лбу.

Тебя как звать? - Запросто поинтересовался гость.

- Вот и познакомились. - Сумел разобрать он невнятное бормотание. - Так вот, Антон, - упершись громадными ладонями в лавку, продолжил мужик. - История тут такая.

Раз в сто лет, в ночь на Ивана Купала, можем мы пройти в ваш мир. Сегодня как раз папоротник зацвел. И если встретится нам в ту ночь, в избе этой, человек, то оборачиваемся мы в людей и можем без малого месяц жить как вы. Но, чтоб не безобразили, есть правило. Должны мы того человека слушать.

Пять раз уже мы сюда приходили. Ночь прождем в избе и назад, а нынче - вот. Каким ветром тебя занесло, неведомо, да выходит, повезло нам.

От этих слов гостя Антону вновь захотелось проснуться. Грибник сделал попытку ущипнуть себя. Он почему-то сразу поверил словам гостя, хотя, казалось, человеку двадцать первого века и не с руки верить в сказки. Лариска фыркнула: - Это он от страха, чуть в себя придет и начнет подвох искать. ... Люди, чего с них взять? - Дернула она плечиком.

- Ага, он прямо дрожит весь. Так напуган, - то ли пошутил, то ли констатировал лесной пришелец.

- Ну что, согласен? - Как-то по-особому произнес он.

Антон кивнул: - Согласен, а с чем?

- Как с чем? Гостей принять, - прогремел оборотень.

- Да я..., - замычал Антон растерянно.

- Поздно, милок, - вздохнула Лариска. - Авдей, он хитрый, видишь, как купил. Да ты не пугайся. Ничего с тобой не будет. А может и наоборот. -

Она кокетливо захлопала длинными ресницами.

- Лариска, - строго прикрикнул Авдей. - Не вводи человека в соблазн.

Забыла, что ль?

- Да помню я, помню. - Она вздохнула, сложив губы бантиком.

Уже уверенней, получив согласие, Авдей продолжил. - Давай-ка я дальше скажу:

- Пока не дал слово принять, только до утра и могли мы здесь пробыть, а как ответил - на весь срок разрешение есть. Потому и спросил я хитро, вы, люди, народ такой. А то - что, а это?

Замучишься уговаривать. Мы, ну, домовые, леcовики, водяные, берегини - всех и не перечесть. Рядом с вами живем - вас видим, а вы нас - нет. Иногда только сбоит что-то, некоторые нас замечают. Или, вот, как сегодня, на Ивана. Мог бы наврать тебе, что, мол, такие же мы, как люди, но не буду. Иначе мы живем, видим все по-другому и говорим по-другому, и порядки у нас иные.

А то сказать. Тебе оно надо? Голову забивать? Все равно, кому скажи - не поверят, а тебе, что - сказки писать?

- Так, с желаниями, значит, облом, на халяву в гости, может, вас еще прописать как родственников? - Задал вопрос Антон.

- Что? - не понял Авдей.

- Ну, зачем вы сюда приперлись, в смысле?

Гость усмехнулся: - Как сказать? Должны. Порядок такой, закон.

Да и интересно. Видеть - одно, к тому же, мы иначе все понимаем, а самому почувствовать - совсем другое.

- А что, сейчас здесь еще ваши есть? Ты скажи, я приготовлюсь, - попросил Антон, пытаясь хоть что-то для себя уразуметь.

- Ловок парень, за словом в карман не лезет. - Засмеялась, словно рассыпав горсть бусин, Лариска. - Ну, Авдей, как выпутываться будешь?

- А что? Скажу, как есть. Конечно, есть, но только мы в этом обличье. Разве вот еще что, - продолжал он. - Мы тут мысли немного читаем, знаем, что думаешь.

Ненавязчиво рассматривавший колено гостьи Антон поперхнулся: - А насколько немного?

- Ну, если честно, то все, - признался Авдей, - когда хотим, конечно, - закончил он. - Ларис, сколь лет-то тебе? - Ухмыльнулся он.

- Да с тыщу, уж точно будет. - Махнула рукой та.

- Сколько? - Антон не поверил.

- Да слышал уже, - она обижено отвернулась к окошку. - Подумаешь, ну и что? Смотри, какая симпатичная старушка. - Показала девчонка отражению язык.

- Ага, видел бы ты эту симпатягу в деле, - съехидничал Авдей.

- Да уж разглядел, клыки, точно. - Вспомнил Антон.

- Ты не сердись, что напугала, - извиняясь, поклонилась Лариска. - Нам ведь тоже, знаешь, как страшно в мир чужой идти было-то, потому и облик звериный приняли. - Она осеклась, уловив недовольство старшего.

Глава 2

- Интересно, - уловил слушатель нестыковку. - Вы сказали, Иван Купала. Так? А сейчас осень уже?

- Это у вас осень, а у нас аккурат и есть середина лета. Понял? И вот еще что. Давай на ты, а? Нам выкать-то не с руки.

Захотелось курить. Антон выбрался из домика, удивляясь, как смогли гости беззвучно открыть тугую дверь. Оставшись в одиночестве, что было сил врезал рукой по бревну. Острая боль в костяшках пальцев подтвердила - не сон.

И тут же донесся заливистый смех хвостатой гостьи. Антон смутился: "Вот, паршивка, все видит. И как тут поверить? А с другой стороны, взялись же откуда-то все эти сказки про леших, домовых, кикимор. Чебурашка, опять". - Припомнил, кого сумел, слабо разбирающийся в мифологии Антон.

"Ну, Иван, ну, Грозный. - Всплыла вдруг в памяти фраза из культовой комедии. «Действительно. Чего нервничать? Тебе шанс выпал, а ты, вместо чтоб ловить момент, радоваться, верю-неверю устроил".

Вернулся в дом уже с другим настроением.

- Вот и молодец, и правильно, - одобрил гость. - С нами не заскучаешь.

Верно, Лариска?

- Уж это как есть, мало не покажется, - усмехнулась рыжая.

- Ну, язва. Не поверишь, сам ее языка иной раз опасаюсь, - буркнул Авдей. Вроде осудил, но как-то неубедительно.

- Ты мне еще на зуб не попадал, - отбрила Лариска, поправляя косу. - Тогда б...

"Похоже, это у них что-то вроде традиционной пикировки", - сообразил Антон, присев возле гостя.

- Да спрашивай, ужо, - заметив в глазах у него немой вопрос, произнес Авдей глубоким тяжелым, словно утробным, басом. И, не дожидаясь вопроса, сам и ответил:

- Облик наш и не тот, что впервой видел, и не этот. А то и, вообще, нет его в твоем понимании. Дымка, вроде, туман. Это как сюда вышли, у нас и речь, и вид проявились. Сам не скажу, отчего.

И вновь кивнул, подслушав вертящийся на языке вопрос: - У нас все не так. Не сравнить, потому как не обсказать. А вот и это враз проявилось. Понимание. Что тут есть чего. Вот знаю я, стол это, - он легко хлопнул по доске, - а вот она в виде девчонки, хотя, по нашему-то, и слов таких нет. Короче, пустой номер, прости, тебе все объяснить. А и нужно ли? Давай проще. Считай, что я, скажем, медведь-оборотень, а она... Кто, Ларис? -

Он, казалось, все время пытался привлечь в беседу спутницу, но без успеха.

- Крыса я, - отмахнулась девчонка, - или ведьма. Да как желаешь, так и зови. А ты не оборотень, а сущий Кощей. - Не удержалась она от шпильки. И, будто искра мелькнула в глазах Авдея, повисла тяжелая пауза.

"Не все так просто у них". - Мысль, не четкая, но вполне сформировавшаяся, мелькнула в голове и затерялась, сбитая другими.

- До утра так будем сидеть или, может, в картишки? - Прервал молчание Авдей.

- Машину я потерял, заблудился, - вспомнил Антон. - Утром искать нужно.

- Чего искать-то? - встряла Лариска. - Ежели короб твой, так вон за горкой и стоит, - она махнула куда-то в сторону и вновь начала теребить свою роскошную косу. Видно было, что та ей чрезвычайно нравится.

- Это тебя отсутствие хвоста беспокоит, - заметил жест Авдей.

- Да, а зато ты теперь не воняешь, - не зло огрызнулась экс-крыса. - Тоже, поди, мешает?

- Это не вонь, у меня эпидермис такой, - ответил Авдей и, похоже, сам удивился.

- Какой пидермис, кожа, вот оно и есть. А то скажут тоже...

За пререканиями не заметили, как рассвело.

А едва забрезжил в окошке рассвет, засобирались. Впрочем, уверенность в том, что гости не принесут ему зла, с первыми лучами солнца чуть окрепла.

"Может, и не было никакого чудища и той, с красными бусинами, серой зверюги? Уж больно хороша девчонка", - то и дело косился на гостью Антон. Хотя нет-нет и блеснет иной раз в ее глазах огонек рубиновых бусинок той хвостатой гостьи, что до смерти напугала его в первый миг.

Уже выходя, Антон вновь ткнулся взглядом в календарь, что заинтересовал его. Посомневался, но все же снял и засунул в карман.

Ведомые проводницей, перевалили маленький взгорок, прошли негустым лесом и, наконец, вышли на полянку, где одиноко стоял покрытый легким инеем автомобиль.

"Ну и кругаля я дал?" - искренне удивился Антон. Отключил сигналку и отворил дверцу, наблюдая за спутниками. Увы, почувствовать себя Миклухо Маклаем, демонстрирующим туземцам фонограф, не удалось. Гости сноровисто забрались внутрь, уселись на сиденья и принялись с детской непосредственностью включать и щелкать всем подряд.

- Это машина, - начал объяснять Антон. - Типа повозка, только лошадей впрягать не нужно, ну...

- Ага. - Не отвлекаясь от разглядывания устройства ручки стеклоподъемника, а в просторечии, кочерги, согласился Авдей.

- Если это машина, то я русалка, - съязвил он. - Старье это.

- Ну почему сразу, старье? Всего десять лет, пятая модель. - Привычно вступился за старушку Антон, но оторопело прервался. - А ты что, в машинах понимаешь, откуда?

- Я ж сказал. Мы ж здесь, промеж вас. Только не видать и не слыхать. Но мы-то все разумеем. И хоть видим чуть иначе все. Как проще-то? - озадачился он. - Одно дело, когда со стороны смотреть, другое, ежели сам коснулся. Пощупал. Запах вдохнул. А как сам потрогал, все вроде на свои места встало. Логично и просто. - Он, наконец, пересилил себя и сел ровно, слушая, как заурчал двигатель. Однако, когда выбрались из леса, вновь не выдержал, закрутил головой в некотором изумлении. А потом непонятно обронил. - Лариска, может?..

- Не моего ума то, - отрезала девчонка. - Сам решай.

Она, впрочем, вела себя куда спокойнее своего спутника. По сторонам головой не крутила, а словно прислушивалась к чему-то, лишь изредка вздрагивала, словно услышав что-то.

- Вот что. - Решился, видимо, ее напарник. Повернулся к водителю, хрустнув жиденьким для его габаритов сидением. - Дай, я, а?

- Чего? - Не понял Антон, следя за дорогой.

- Ну, это,- Авдей кивнул на руль. - Я смогу, ты не думай.

От неожиданности водитель даже растерялся. - Нельзя, - наконец ответил он. - Это ведь не игрушка.

- Да я аккуратно, тихонько. Здесь и нет никого. Попробую только, - настойчиво уговаривал пассажир. - Буквально чуть-чуть.

Странное дело, рассудительный и взрослый человек, которым считал себя Антон, вдруг уступил место вовсе непонятно кому. А так оно и вышло.

"Словно наваждение... " - думал он, сидя возле хозяйски отодвинувшего водительское кресло до самого конца гостя.

Однако действия Авдея пока никакой тревоги не вызвали. Он умело настроил зеркало заднего вида, привычно, не глядя, вщелкнул ремень в зацеп и, включив поворот, выжал педаль сцепления.

Впрочем, машин на загородной трассе и впрямь было мало. И вырулив с обочины, их "Жигуль" неторопливо поехал в сторону города.

- Вот. Ларис, я ж говорю... - вновь непонятно усмехнулся гость. - И вдруг, словно стартуя в скоростном заезде, неуловимо перекинул рычаг скоростей на третью передачу, едва стукнув по педали, и рванул старенькую пятерку с места. С визгом резины, с пробуксовкой, и черными смоляными полосами на мокром от росы асфальте. На пятую передачу выскочил мигом. Машина, свистя худыми уплотнителями, неслась за пределами своей крейсерской скорости. В сложный, крутой поворот вошла, почти не притормаживая. Инерция снесла машину к самой бровке встречного ряда.

Гонщик невозмутимо подправил руль, перескочил на пониженную и выдернул теряющую сцепление с дорогой пятерку в сантиметре от каменистой обочины.

"Кричать, отбирать руль?" - В такой ситуации рискнуть сделать это мог лишь заведомый самоубийца. Антон, вмиг покрывшись холодным потом, сидел рядом с сумасшедшим гонщиком, механически повторяя слова молитвы. Увы, похоже на этот вид нечисти она, если и действовала, то не сразу, поскольку ничего в манере езды Авдея не изменилось. Он, правда, вернулся в свой ряд, но гнал все так же.

- Пустое, - разобрал хозяин прозвучавший из-за спины голос рыжеголовой пассажирки. - Пока не наиграется, не успокоится. Потерпи чуток. Скоро ему самому надоест.

Голос был спокойным и безмятежным, даже скучающим.

- Скажи хоть ты ему, - обернулся владелец машины к Лариске. - Ведь, не игра.

- А что? - она усмехнулась. - Вся жизнь игра, а люди в ней актеры...

"Еще одна сумасшедшая, - уже запаниковал Антон. - Шекспир в изложении крысы, это уже диагноз".

И тут, почти на грани истерического смеха, он вдруг вспомнил сказанное ночью.

- Авдей, а закон? - громко произнес он в самое ухо гонщику. - Слушать меня кто должен? А ну, стой. - Приказал он.

И едва не вынес головой лобовое стекло. Авто, визжа заблокированными колесами, вильнуло и, дымя резиной, замерло посреди трассы. Спасло отсутствие машин позади.

Авдей невозмутимо глянул на соседа: - Ась?

- Вылезай, так-перетак, - рявкнул Антон, трясущейся рукой открывая дверцу.

Занял нагретое кресло и кое-как убрал машину к обочине.

- Ты что? - Уставился он на безмятежного пассажира. - Убить решил?

- Да ладно, чего ты так? - искренне удивился тот. - Чего такого?

Лариска зевнула и подвинулась к вцепившемуся в руль Антону: - Вспомнил, молодец. Тебя ведь предупреждали. Мы же не люди, с нами осторожно надо. Чего ж пустил, незнамо кого?

- Я ж не знал... - уже ничего не соображая, начал оправдываться водитель. - Я думал...

- Ладно, считай, проехали, - вступил в разговор Авдей. - Зато теперь аккуратнее будешь.

- Давай разберемся, - все еще сердито произнес Антон. - Вы гости, так? Ну, а в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Поэтому, будьте добры...

- Да мы в монастырь вообще как-то не очень, - влез в отповедь здоровяк. - Ну понял я, понял. Сказал уже. - Он, сожалеючи, проводил взглядом просвистевший мимо внедорожник. - А почему ему можно, а нам нет? - задал он резонный вопрос, глядя, как гаснут вдали габариты отмороженного гонщика.

- Ребята, за того парня я вам сказать не могу ничего. Может, он из семейства кошек, и ему семь жизней на роду отмеряно, - уже спокойнее ответил Антон, трогая машину. - А я жить хочу и на свободе. И машина у меня одна. Старенькая, плохая, но своя, заработанная. Понятно?

- Ну, чего разжевывать? - Авдей покосился на соседку и неуловимо подмигнул ей. - Мы ведь в этом обличье тоже не бессмертные. Вместе могли лечь, все честно.

- Тогда вовсе непонятно, зачем ты это устроил? - оторопел рулевой. - Я думал...

Однако Авдей промолчал. Он вновь уставился в стекло, глядя на мелькающие за бортом проселки.

Остальную часть пути до города ехали в тишине. Приемник в авто давно кончился, а починить его руки как-то не доходили.

Наконец, уже перед самым въездом в город, Авдей встрепенулся и нарушил молчание. - Ты это... - начал он. Я сам бы мог, не спросясь, но хочу, чтоб ты разрешил. Теперь, коль ответственность на себя взял, твое слово крайнее. Сложно мне понять, как тут у вас все, позволь через тебя это сделать?

- Как это? - переспросил, отрывая взгляд от дороги, Антон. - Что за намеки, и, вообще, причем тут ответственность?

- А как еще? - Безрассудный гонщик пожал метровыми плечами.- Ты сказал стой. Так?

- Так, - подтвердил сам же. - А мы должны были в следующем повороте вовсе с дороги слететь. Могли и разбиться. Значит, твоя воля жизни наши спасла. И теперь ты за нас отвечаешь. Понял?

- Я ж говорю. Авдей, он хитрый. - весело улыбнулась Лариска. - Он у нас самый умный, умнее, даже, чем...

- Цыц, - грозно произнес пассажир. Негромко вроде, но настолько весомо, что девчонка разом осеклась и замолчала.

- Опять какая-то хитрость? - удивился Антон. - Да что ж вы по-людски не можете?

- Не люди мы... - едва не хором отозвались спутники.

- Это понятно. А что за намеки? Чего там через меня? - Он покосился на габаритного соседа.

- Разобраться хочу, что у вас как, правила, порядки... Вот ты про какие-то права сказал. Мы ведь то не ведаем, - попытался разъяснить Авдей.

- Вправо, - неожиданно рявкнула Лариска.

Антон крутанул руль, невольно повинуясь. И в тот же миг из-за

поворота вылетел самосвал. И унесся, громыхая кузовом, даже не притормозив. Будь они на своей полосе, ясное дело, раздавил бы в лепешку. А так - обошлось.

Антон вытер холодный пот. - Вот, черт, - ругнулся он, - чуть не угробил, сволочь. Напьются с утра.

Он глянул назад, желая поблагодарить Лариску за нежданную подсказку, но увидел, что она сидит, словно ожидая чего-то, неминуемо страшного.

- Неужели так испугалась? - Поразился метаморфозе бесшабашной спутницы Антон.

Через пару секунд прозвучал негромкий бас Авдея: - Прошу, больше этого слова не говори. Никогда, и даже в мыслях.

- Ты про что? - не понял тот. - А, про... Он осекся, заметив, как отчаянно взмахнула рукой Лариска.

- Хорошо, не буду. - Он пожал плечами. - А почему?

Авдей нехотя отозвался: - Вам это не столь страшно, а вот для нас очень. Стоит имя Его произнести, как тут как тут. Беда будет и не только. Мы ведь по структуре к Нему ближе, чем вы, и власть Его в нашем мире куда сильнее. - Он раздумчиво помолчал, и добавил: - Хотя, смотрю сейчас, и у вас он в силу входит.

- А я думал, вы, как это сказать, вроде подданные его? - удивился Антон.

- Ты не прав, - твердо ответил спутник. - Есть у нас его слуги, не скрою, то правда, но ведь и здесь их хватает. Ну, а представь, коль все бы за ним стояли, тогда какой смысл? Ладно, я попросил, ты обещал. Авось обошлось. Ехать нужно, - подвел итог разговору Авдей.

Дальше ехали молча. Наконец, Антон, которого спасение от неминуемого столкновения настроило на минорный лад, испытал благодарность к непонятным спутникам. Ты просил чего-то там выяснить - ладно, выясняй. Только, смотри, без фокусов. - Подул на воду наученный выходкой гостя хозяин.

Авдей замер, потом склонил голову и выдохнул. Тяжело и протяжно: - Вот и все. Спасибо. Сам бы я ни в жизнь в этом не разобрался. Государства, страны, финансы, законы, механизмы. - С ума сойти, как у вас тут все сложно.

- А у вас, наверное, прямо тетрис монохромный? - съязвил Антон.

- Вот что, ответная просьба, - решился Антон, - пообещай, что теперь в мои мысли без спроса не залезешь.

- Буде так. Хорошо, - кратко согласился оборотень. - Обещаю.

Наконец путешествие закончилось.

В квартире Антон усадил гостей в комнате, а сам, наскоро умывшись, принялся готовить завтрак.

Поджарил яичницу и позвал к столу. Ели по-разному, Лариска, быстро подчистив тарелку, покрутилась и залезла в холодильник, разыскав там пакет с йогуртом, тогда как Авдей ел степенно.

Перекусив Антон почувствовал острое желание уснуть прямо за кухонным столом.

- Сморило, - извинился он перед гостями. - Вздремну немного.

- Вот и славно, - кивнул Авдей. - А мы пока прогуляемся, не против?

- Не страшно? - спросил Антон удивленно. - Чужой мир.

- Какой же чужой? - парировал гость, - я все тут, спасибо тебе, знаю.

Не в силах спорить, Антон добрался до дивана и уже через минуту спал.

Проснулся он ближе к вечеру. Сказалась нервотрепка вчерашних суток.

Открыв глаза, он увидел, что в наступивших сумерках перед экраном выключенного телевизора сидит Авдей.

Потянувшись, Антон спросил: - Что, пришли уже? Ну как прогулялись, где подружка?

- Гуляет, - не отрываясь от созерцания темного экрана, отозвался он. - Придет, куда она денется.

- А что случилось? - Антон насторожился.

Видя, что отмолчаться не удастся, собеседник нехотя пробормотал: - Мы тут рядом гуляли. Машина подъехала. Джип вы зовете. Большая такая, черная. В ней ребятишки. Молодые совсем, смеются, шутят, ну и позвали ее прокатиться.

- Одну? - встревожился хозяин.

- Ага, - оборотень продолжил, едва заметно усмехнувшись. - Ты, говорят, папаша, иди.

- Я, говорю, ей не отец.

- Тем более, отвечают. И уехали.

- Давно? - уже вовсе забеспокоился Антон.

- Часа два уж как. А что? - наконец обернулся гость.

- Понимаешь, - осторожно начал Антон, - люди разные, обидеть могут.

- Кого? - не сразу понял Авдей. - Лариску? Он весело, от души, расхохотался.

- Ну-ка, ну-ка, это глянуть надо. - Он замер. - Нет, все нормально. Сейчас придет, не обидели. - Он все еще смеялся.

И точно, минут через десять стукнуло в дверь, и сорвавшийся открывать Антон увидел задорную девчонку в целости и сохранности.

- Накаталась? - поинтересовался он, пропуская ее в дом. - Как кавалеры, понравились?

- Ага, смешные. Я в машину села, поехали, где-то на берегу остановили и говорят: - Ну, давай. - Девчонка на ходу глянула в зеркало, взмахнула косой, оглядывая себя, и продолжила рассказ: - Я спрашиваю.- Чего давай?

Сама, говорят, знаешь чего. Смеются. Я тоже. - Не-а, говорю, не знаю. Один за хвост и схватил, за косу, в смысле. Ну, а кому понравится, когда за хв..., ой, за косу дергают, я его и пугнула. Нечаянно. Правда-правда. Они из машины попрыгали и бежать.

- Крику было, - улыбнулась, вспомнив, она.

- Ой, да все она поняла, - вмешался Авдей. - Проучить хотела паршивцев.

Ну и как, все живые?

- Вот еще, - обиделась Лариска. - Стану я такое платье пачкать, потом не счистить. Живые, только нехорошо им. Очень. Ну, это полезно.

- Лариса, - строго, как ребенку, выговорил Авдей. - Местных кушать нельзя. Это вредно, запомни.

- Да помню я. - Девчонка забралась в кресло с ногами и свернулась в комочек.

Закончила, сладко зевнув: - Одного только за палец цапнула. Или за руку. А чего он? - уже сквозь сон пробормотала она. - Хвост трогает. Козел.

- Эй, вставай. - Авдей разбудил почти заснувшую соратницу.

- Иди умойся и вон, на постель ложись. - Спросил он взглядом разрешения у хозяина.

Лариска послушно встала и, не открывая глаз, запинаясь, ушла в ванную.

- И где таких слов нахваталась? - удивился хозяин.

- Хм, да у вас на дороге каждый второй это кричит, а уж думают, такое, что и не переводится, - лже-Сигал осуждающе покачал головой

Шум, раздавшийся в прихожей, подбросил Антона с дивана. Входная дверь, словно сорванная ветром, влетела в коридор и с грохотом долбанулась на паркет пола.

В проеме, среди клубов пыли, стоял человек.

Антон очумело уставился на нового гостя: "Это что еще за Терминатор?

Неприметный толстяк с лысиной и венчиком жиденьких волос, похожий на бухгалтера, никак не вязался со снесенной словно направленным взрывом дверью.

Счетовод шагнул вперед и неожиданно низким и дребезжащим голосом произнес, глядя на Авдея: - Вот и ...

Договорить не успел. Дверь в ванную распахнулась, яркой молнией сверкнуло рыжее пятно. Толстяк дернулся. Его голова неожиданно отделилась от тела и с деревянным стуком упала на лежащую посреди прихожей дверь. Из ровного, словно бритвой снесенного, среза шеи фонтаном хлынула кровь. Короткие ноги, обутые в коричневые сандалии, подогнулись, дернулись, и наступила тишина.

Авдей насторожено уставился в дверной проем, словно ожидая продолжения. Но никто больше не появился. Только вновь, уже потихоньку, приоткрылась дверь в ванную, и высунулась растрепанная голова Лариски.

- Ой, - огорченно пискнула она, - грязюки-то.

Схватила обезглавленное тело за истертый сандалет, втянула его в ванную, сквозь закрытую дверь прозвучал звонкий голос: - Ой, минуточку, я сейчас, и все-все вытру.

Оборотень тяжело развернулся и, поманив за собой очумелого хозяина, двинулся в кухню.

Глава 3

- Ну, готов слушать?- спросил Авдей, усаживаясь за стол.

- Тот, в прихожей, не человек вовсе был, оборотень. За нами пришел, за мной и за нею. Не ожидал я, что так скоро разыщут.

Он тяжело вздохнул: - Стыдно мне, Антон, опять я тебя обманул.

- Но, ты сперва выслушай, потом решай. В твоей воле нас восвояси отправить, потому, как обманно сюда проникли.

Слова дались ему трудно.

- Он у долгие годы в опале был. Не имел силы. А вот теперь сменилось что-то, слуги его весь мир заполонили. И что ни день, все больше их. Поняли мы - край пришел. Да сил с ним сладить вовсе нет. А тут как раз Иванов день. Вот и решили мы к вам пойти.

- Тьфу. - Видя кривую усмешку на лице хозяина, расстроился Авдей. - Сопли одни. Ну как пересказать тебе все, что у нас делается?

Дверь отворилась, и в кухню вошла спутница Авдея, чистая, домашняя и уютная, словно и не она только что таскала растерзанное тело.

- Не верит? Кто бы сомневался, - она хмыкнула, - Еще бы. Кто же так рассказывает? Дай, лучше я попробую.

- Антон, сказку про Кощея Бессмертного знаешь?

Он кивнул.

- Тогда, давай сначала. Я тебе рассказывать стану, а ты представь, что это сказка такая, и герои ее сказочные.

Кощей - это по-нашему Он. Другое имя носит, да и еще по-разному зовут. Змеем еще. Однако, как ни назови, главное не в том. Просто так тебе его представить станет проще.

Битва с Кощеем давным-давно случилась. От тех дней в сказках только отголоски до нашего времени дошли. Богатыри там разные и вообще. Но сказка, она сказка и есть. Ну как бессмертного убить можно? Иначе бы не назвали. Вот. Победил его богатырь.

Так и было. А когда победил его на мосту богатырь, и мост тот исчез.

Антон смотрел на рассказчицу, удивляясь, как могла сочетаться со столь симпатичной внешностью сущность смертельно опасного зверя.

Лариска покрутила кончик рыжей косы, продолжая: - А вот теперь Он сил набрал. Прорвал кордон, и вот теперь - по новой.

- Война уже идет. Но не мечами и копьями. Тут все проще, но и сложнее. Они души крадут. Кого подкупают, кого пугают, но много ваших уже его слугами стали. Еще немного и все. А как только это произойдет, тогда и мост тот вновь возникнет. И кинутся в ваш мир все его солдаты. Тогда... - она прервала рассказ, и спросила: - Неужели вы-то ничего не чувствуете?

- Но если уж про сказку говорить? - Не утерпел Антон. - Так там про смерть Кощееву сказано было. В яйце она.

- Сказка, она и есть сказка. Люди по разумению своему сложили. Как там: - Утка в зайце, и дальше по тексту, в конце концов, в яйце.

- Да нет никакого яйца. Есть вот такая штука... Как по-умному сказать, вот сам он и есть субстанция для восстановления его, Кощея, полной силы.

- Фу. - Лариска задохнулась.

- Не верит, - расстроенно повернулась она к Авдею. - Слишком поздно, надо было раньше подготовить.

- Кто же мог знать, что этот ... ворвется, - пробурчал спутник. - Делать нечего, закон есть закон.

- И что теперь, из-за его неверия погибать? - взорвалась Лариска.

- Начали с вранья, вот и пошло наперекосяк, - подвел итог монолога Авдей. Встал во весь рост: - Чтоб нас обратно отправить, надо ... - начал он.

- Погоди. - Антон тоже поднялся и прошел в ванную. Осмотрел чистый фаянс, блестящий кафель плитки. - Хм. Никаких следов крови.

- Вот что, - вернулся он в кухню. - Змей, Кощей, поймите. Мы тысячи лет без всего этого живем. Ну как в такое поверить? Извини. Ты мне сейчас что угодно рассказать можешь, не доказывается. Так скажу: - Никуда я никого отправлять не стану.

- Симпатичны вы мне, вот и все. Думаю, что уж двух оборотней наш мир переживет. Каких только на земле не было? Так что, живите себе, пока не надоест, а там... Я думал, вы человеку голову оторвали. Но, так понимаю, это ваши, сказочные, дела. Хотя, есть у меня подозрение, что свихнусь я с вами. - Он развернулся и вышел в коридор. Тяжело вздохнул и попытался оторвать входную дверь от пола.

- Помоги, - буркнул он подоспевшему оборотню.

Тот легонько подвинул его плечом и пристроил дверь на петли.

- Значит, решил, оставляешь? - уточнил Авдей, когда они вернулись в комнату.

- Решил, - твердо ответил Антон. - Подумал, если упущу я такую возможность, остаток жизни себя корить стану. Только, что вы теперь делать станете?

Лариска, как всякая женщина, среагировала первой.

- Надо...

Авдей махнул рукой, ставя ее на место.

Задумчиво прошелся по комнате. - Так думаю, сил у него здесь еще немного. Мост пока совсем слабый только для мелочи разной пригоден. Кто в эту ночь сумел проскользнуть. Волкодлаки да шишиги в основном, ну, может еще нежить какая, навроде поскакушки, лихоманки.

И ждать, когда они вместе соберутся, нельзя, первыми напасть надо. Этот, видно, рядом вышел, учуял и решил нахрапом взять. А может, не знал, что она со мной. Теперь-то поостерегутся. Они друг с другом, как и все мы, связаны.

Антон слушал молча, но не выдержал.

- Прямо проходной двор какой-то. Панаехали, - пробормотал он голосом манерной москвички. - А как эти проходят?

- Да так же, как мы, - отозвался Авдей. - Наплетут чего, задурят голову людям и проходят.

- Вот, вот, - подколол Антон, улыбаясь. - Три желания обещают исполнить?

Он засмеялся.

За разговорами не заметили, как вовсе стемнело.

Проснулись чуть свет. Антон, который полночи проворочался, теперь зевал и норовил доспать, но голос оборотня прозвучал, как холодный душ:

- Эй, вставай, чую, двое тут рядом. Ехать нужно.

Антон наскоро умылся, плеснул себе кофе и, уже на ходу, закурил сигарету.

Выбрались на автостраду и двинули в указанном Лариской направлении.

- Теперь прямо. Стоп, - коротко распорядился штурман. Впереди виднелись развалины старого дома, вокруг которого раскинулся запущенный парк.

- Жди в машине, - распорядился оборотень и бесшумно двинулся к строению, тогда как Лариска свернула в кусты и словно растворилась в зарослях.

Едва они скрылись из вида, как Антон выбрался из-за руля и направился следом. "Вот еще, приказывать он будет". - Хмыкнул наблюдатель, внимательно глядя, как Авдей вошел под остатки свода.

Он на мгновение замер, словно прислушиваясь, и внезапно отпрыгнул в сторону. А туда, где он только что стоял, рухнул огромный кусок стены. Столбом поднялась в воздух пыль, а в сером тумане проявились фигуры. Мелькнули остроухие, заросшие щетиной, лица нападающих. Плавные, и в то же время удивительно хищные движения, еще больше роднили их с волками.

Оборотень остановился и поднял руки. Шаги черных замедлились, жесты стали рваными, почти растеряли свою смертоносную пластику.

Они двигались, словно продирались сквозь тягучую жидкость. И все же медленно, но приближаясь. И тут из оконного проема возникла Лариска. Стройная, несообразно миниатюрная на фоне величественных развалин, фигурка вдруг словно исчезла, почти растворилась в воздухе, и только яркая полоса от мелькнувшей косы выдавала движение.

Уже в полете из смешливой девчонки превращаясь в разъяренную хищницу. Горящие глаза и огромные желтые клыки в распахнутой пасти, и лапы, увенчанные кинжалами когтей. Взмах лапы и на небритой шее одного из оборотней проявились пять полос-линий. Вмиг набухая красным, они превратились в тончайшие разрезы, из которых, пузырясь от выходящего воздуха, проступила кровь. Жертва схватилась за шею и рухнула на камни. Второй успел выставить руку и прикрыть горло, но когти атакующей вонзились ему в живот, разорвав одежду и кожу. Прозвучал дикий рев хищницы.

Раздался короткий хруст, и все стихло.

- Ты как?- спросил у помощницы Авдей, словно ничего не случилось.

- Щенки. - Презрительно бросила вернувшая себе человеческий вид Лариска.

На груде битого камня и впрямь лежали два молодых волка с оскаленными мордами и стекленеющими глазами.

Дальнейшего Антон уже не видел. Не разбирая дороги, добежал к машине и уселся на свое место. Замер, пытаясь осмыслить увиденное.

И тут в глазах у него потемнело, словно накинули на голову плотный мешок. Грудь сдавило, пахнуло резким, звериным запахом.

- Здесь больше никого нет, - прислушался оборотень и повернулся к выходу.

- Странно, зачем? Ведь на верную смерть шли? - пробормотал Авдей.

- Отвлекали, - наконец сообразил он и бросился к машине.

Однако Лариска успела первой. Сунула голову в салон и втянула носом воздух.

- Были, трое, только что, - сообщила она подоспевшему напарнику.

Авдей грузно опустился за руль и рывком включил передачу. Рыжая девчонка запрыгнула на заднее сиденье уже отъезжавшего автомобиля. Не тратя времени на разворот, водитель погнал машину задним ходом, вылетел на дорогу и с заносом развернул авто в указанную сторону. Рванул так, что задымила резина.

- Р-рядом еще, чую, - просвистела, неуловимо меняя облик, рыжая спутница.

Машина неслась по трассе, обходя попутные машины со скоростью хорошего болида.

- Вот они, - вырвались из пасти гигантской крысы скомканные слова.

Впереди показалась машина, летящая на огромной скорости. Постепенно преследователи сблизились настолько, что стали видны силуэты трех пассажиров.

- В багажнике, - прорычал Авдей и кинул машину в обгон.

Далеко позади взвыла сирена. Это сидящие в засаде ДПСники засекли парочку гонщиков и кинулись следом.

Авдей дождался, когда пятерка поравняется с уходящей машиной, и резко крутанул рулем.

Визгнуло зажатое смятым крылом колесо, потеряв управление, седан похитителей рыскнул в сторону и, крутанув переднее сальто, взлетел в воздух.

Закончился полет быстро. Авто несколько раз перевернулось вокруг своей оси и рухнуло в кювет.

Машина преследователей замерла. Не слушая остерегающего окрика охранительницы, Авдей рванулся наружу. Человеческий облик уступил место естеству оборотня. Клочки шерсти на безобразной голове, саблезубые клыки, громадные когти.

Одним ударом могучей лапы сорвал кусок крыши и переломил стойку. Второй взмах оторвал голову сидящего за рулем. Лариска, подлетевшая с другой стороны, ласточкой кинулась в выбитое окно. Мелькнул длинный хвост, мелькнула в салоне рыжая молния. Треск, словно разорвался кусок ситца, на дорогу вывалилась человеческая рука, превращаясь в звериную лапу. А через несколько секунд все кончилось.

Из разбитого радиатора тихо парил сизый дымок, текло по траве раскаленное масло из разбитого двигателя.

Легонько подцепив крышку багажника когтем, Авдей сорвал мятую жестянку и откинул далеко в сторону.

На коврике, согнувшись, лежал Антон.

- Жив, - с облегчением прорычал оборотень. Выдернул тело из багажника и понес в машину. Из покореженной иномарки, облизываясь, выбралась измазанная в крови Лариска, к счастью уже в обычном своем облике. И тут, перегородив дорогу, к месту событий подлетел автомобиль ГАИ. Патрульные выскочили из машины и невольно замерли, увидев страшного зверя, несущего человека на вытянутой руке.

Лейтенант, наконец, отмер и потянулся к кобуре. Но, подкравшаяся откуда-то сбоку Лариска несколькими неуловимыми движениями оглушила бойцов полосатого ордена. Они рухнули на асфальт, скорее всего, даже не поняв, чем провинились.

Пятерка рявкнула дырявым глушителем и унеслась. На поле брани остались лежащие без сознания дорожные мытари да машина с оторванной крышей, из которой видны были куски разлагающейся органики и клочья одежды.

- В больницу надо. - Лариска склонилась над Антоном. - Шок.

- Погоди, узнаю, кто здесь рядом? - Авдей помолчал, потом решительно,

почти не снизив скорость, подрезав два ряда, ушел в поворот. - Здесь поселок недалеко.

Глава 4

К сельской больнице, потертому зданию, на двери которого виднелась плохо читаемая табличка "Приемный покой", добрались быстро.

- Принять надо, - обратился Авдей к сидящей в маленькой комнатке санитарке. - Авария.

Властный тон и представительная фигура незнакомца к спорам не располагали.

- Сейчас, врача позову, - вскинулась пожилая медсестра. - На кушетку кладите.

Она выскочила из смотровой и, косясь на измазанную в крови Лариску, поспешила куда-то в глубину темного, пахнущего хлоркой коридора сельской больницы.

Толстая женщина, в аккуратно заштопанном халате, появилась быстро. Несуетно осмотрела больного, сосчитала пульс и вынесла категорическое заключение: - Травм нет, скорее всего, шок. Нужно аппаратное обследование, в город везите.

Авдей поднял бровь и глянул на домовитую врачиху: - Я заплачу. Пусть у вас полежит, а я доставку организую. Ну, скорую, там. А вы пока присмотрите.

- И так можно, - сговорчиво отреагировала обрадованная эскулапша. - Палату я сама приготовлю.

Когда врач удалилась организовывать обещанное, наказав непременно заглянуть в кассу, Авдей повернулся к Лариске: - Денег достань, я его посторожу.

- А сколько? - Напарница впервые затруднилась исполнить приказ немедленно.

- Сколько сумеешь, - кратко отозвался командир.

Фигурка в подранном платье скользнула в сторону стены и исчезла, а и вернулась буквально через десяток минут c большим казенным мешком в руках. - Вот, - выдохнула она.

- Это и есть деньги, о которых люди столько говорят? - удивился Авдей, разглядывая плотные брикеты. - Хм, ладно. Смешные какие-то, не напутала?

- Вроде нет? - с некоторой заминкой отозвалась помощница.

Он вытащил несколько запаянных в банковскую пленку пачек. - Сойдет, теперь, машину отгони подальше.

- Как он? - уже от дверей обернулась рыжеволосая помощница.

- Нормально, пару дней отлежится, и все пройдет. Я его и сам мог на ноги поднять, хоть сейчас, но, нам переждать нужно, а здесь укрыть легче.

- Похоже, тут раньше рядом церковь была. Спокойно. Здесь Он нас сразу и не отыщет.

Машина, оставленная гонщицей недалеко от поста ДПС, вспыхнула разом, да так весело, что ни ГАИшники, ни водители даже не пытались ее потушить.

Пламя сожрало памятник советского автопрома и разом стихло, оставив у обочины лишь черный дымящий каркас.

Вскоре фигура рыжей поджигательницы снова возникла в палате.

- Не пойму я, - как ни в чем не бывало опустилась девчонка на крашеный белым стул возле лежащего в забытьи Антона, тронула холодный лоб пациента. - Зачем он им? Если убить хотел, пять раз мог... Странно.

- Им того не нужно, - пытаясь говорить тише, прогудел гигант. - Убить - ума много не надо. Он хотел его заставить нас обратно сослать. - Он сказал это безразличным тоном, но Лариска взмахнула длинными ресницами, глянула искоса на старшего. - Так и...?

- Негоже, - укоризненно вздохнул Авдей. - Это Ему за такое ничего не будет. А нам не простится. Все худо. Разве что совсем когда... Надо что-то делать, иначе задавят. - Он не стал объяснять, однако рыжая согласно тряхнула густой челкой. - Беречь нужно? А как?

- Ты пригляди за ним, а я машину раздобуду и вещи, какие ни есть. - Он неодобрительно глянул на порванный, измазанный сажей и чем-то бурым сарафан спутницы.

Вытащил из мешка несколько банковских пачек: - Смешные. Где взяла то?

Лариска легкомысленно махнула мягкой ладонью: - Ты же знаешь, они их в этих, как..., в банках хранят. Зашла... Взяла...

- Но там все живы остались, - тут же оговорилась хулиганка, стрельнув глазами в ответ на хмурый взгляд начальства.

- Ладно, авось простится, на правое дело... - посопел Авдей, словно убеждая себя. - Столько хватит? Ну, еще возьму. Догреб столько же и шагнул к дверям, рассовывая плотные пачки в карманы.

- Все, исчезаю, - бросил, не оборачиваясь, он спутнице и действительно исчез, растворившись в воздухе.

Лариска вновь присела на стул и замерла. Бесшумно и расслабленно, но в тоже время готовая среагировать на малейшую угрозу.

Когда Антон пришел в себя, то увидел сидящую возле него девчонку. Еще ничего не понимая, смотрел на замершую, словно изящная статуэтка, фигуру непонятной спутницы. Наконец пробились сквозь ватную пелену забытья воспоминания. Повернул голову, пытаясь определить, где находится.

- Где мы? - решил он не мучиться в загадках.

- Лазарет это. Не вставай. Придется немного полежать, - мгновенно среагировала сиделка. Причем подкрепила слова коротким, но куда как впечатляющим жестом. Ее рука неуловимо скользнула в его сторону и уперлась в белоснежную ткань простыни. Однако Антон, который уже хотел встать с постели, почувствовал, что в грудь ему уперлась не тонкая девичья рука, а легло нечто тяжелое, словно бетонный столб или каменная плита.

- Лежи, - мягко повторила Лариса. - Авдей сказал, нужно лежать.

"Спорить бесполезно", - сообразил Антон и опустил голову обратно на комковатую подушку. - Они меня чем-то стукнули и все. Темнота, - попытался рассказать Антон.

- Знаю все, - Авдей их назад отправил. Оборвала девчонка. - Тебя сюда привез. А я твою машину спалила, - похвастала рыжая вредина, задорно улыбаясь.

- Зачем? - теряясь в толчее событий, даже не расстроился, а лишь удивился Антон.

- Он их машину с дороги столкнул, а ваши... Ну, стражники, хотели нас забрать, пришлось их чуть оглушить. Авдей, чтоб машину не нашли, приказал ее сжечь.

- Они все равно номер запомнили, - перебил Антон.

- Ну, про то мне неведомо. Хотя, вряд ли. Я, наверное, чуть-чуть перестаралась, - смущенно призналась Лариска, а затем коротко, не вдаваясь в детали, рассказала о последней встрече с врагами.

- Слушай. - Антон заинтригованно приподнялся на локте. - Откуда вы наш мир так хорошо знаете?

- Здрасте. Ты же сам нам разрешил, - удивилась сиделка. - Через тебя и вызнали. А еще я в какой-то Банке была. Денег там, ой, не поверишь. Авдей сказал, надо. Он скоро вернуться должен. Сам спроси, что не понятно, я говорить-то не мастер, я все больше по другому делу, - тараторила она, - мое дело простое. Зубами там, ну, это...

- Так ты охрана его, чего тогда одного отпустила? - Антон вспомнил о роли хвостатой девчонки.

- Сейчас ты важнее, - отрезала Лариска и легко, бесшумно поднялась, прислушиваясь к себе. - Едет уже, сейчас, ага. Вон, - она ткнула в окно пальцем.

В просвете окружающих больничный двор зарослей мелькнуло темное пятно, и на асфальтовый пятачок выползла большая блестящая черным лаком машина. Длинная, как нильский крокодил, иномарка мягко замерла возле крыльца. Дверь отворилась, из лимузина выбрался элегантный мужчина.

- Кто это? - удивился Антон. - Авдей?

Лариска дернула хрупким плечиком. - Он умный, раз так оделся, значит, надо.

Короткая пауза, наконец, дверь распахнулась, и в палату вошел холеный господин, в котором Антон с трудом признал своего спутника. Одетый в серебристый, ладно сидящий, костюм и светлую рубашку, туфли из тонкой кожи, он больше походил на служащего не самой мелкой компании. На запястье скромно блеснули золотом часы, а завершали картину преображения стильные очки в тончайшей оправе.

- Ого. - Антон даже опешил - Ты, прямо, джентльмен.

- Кто? - не понял Авдей. - Почему джентльмен? Просто, в магазин зашел - мне все и подобрали. Сказали: - Самое лучшее. И машину купил. Старую-то мы сожгли.

- Антон не понял. - Как купил?

- Ну как? В салоне.

- Они клялись, что эта самая-самая, что у них была. Аль обманули?

- Ох, - Антон забеспокоился. - А деньги откуда?

- Деньги? Лариска принесла.

- Держи. - Авдей положил на тумбочку техпаспорт. - Лариска, я тебе нарядов привез. Иди, там, глянь.

Взвизгнув от радости, девчонка выскочила из палаты.

- Поговорим? - Гость присел на край больничной койки. - На тебя он нацелился. Мы ему здесь не по зубам, так решил заставить тебя нас обратно вернуть, - без вступления произнес он.

- Я понимаю, забот тебе от нас много, но раз вышло так, знать судьба. - Авдей философски пожал плечами. - Однако и нам сейчас куда труднее будет... - Он не закончил. В палату вбежала Лариска, таща c собой кучу разных коробок и пакетов. Покрутилась, раскладывая, и тут же, нисколько не стесняясь спутников, устроила примерку.

Антон крякнул и ткнулся носом в серую стенку.

Тряпки были красивые и дорогие, но, перебрав все, она выбрала похожее на свой испачканный сарафан платье в синий горошек с белым тонким пояском.

- Вот люди, чего только не придумают, чтоб шкуру спрятать, - усмехнулся Авдей. - Ладно, отдыхай пока. Лара посторожит, а я подумаю, как дальше жить.

Антон лежал на кровати и с интересом рассматривал техпаспорт на машину. - Мужик, он и есть мужик, - вздохнул он, поймав себя на мысли, что искренне рад. Но, когда вчитался в название марки авто, даже перехватило дух.

- Ауди А8. Это ж бешеные деньги. - Антон обалдел. - Тысяч сто, а то и больше.

- Авдей, - повернулся он к медитирующему оборотню. - Ты зачем такую дорогущую купил?

- Какую? - Вынырнул тот из раздумий.

- Ну, роскошную, - пояснил смущенный владелец.

- Не знаю, спросил получше - дали. Это для вас оно важно, ну, деньги, машины, тряпки значат... я не осуждаю, - заметил он жест Антона. Мы другие, и у вас мир другой.

Он поморщился и махнул рукой. - Отвлек... Какую взял, такую взял.

И снова погрузился в мысли.

Остаток дня прошел без особых событий. Получив крупную сумму, главврач сельской больницы постаралась на славу. Спутников больного разместили в соседней палате, и даже предложили скромный больничный ужин.

Уезжали с помпой. Авдей приобрел для спутника неприметный костюм известной марки и рубашку. Увидев ценник, Антон, отродясь не носивший вещей подобного сорта, попытался отбиться, но, поняв, что выхода нет, смирился. Натянул и только изредка озирался на отражение в стекле.

Усевшись в лимузин на сиденье, обтянутое бежевой кожей, он бережно погладил рулевое колесо, глянул на громадный дисплей, расположенный на центральной панели.

- Да, если бы не вы, мне на такой машине в жизни не ездить, - подумал и добавил, - да и после смерти тоже. У нас все больше в автобусах на погост возят.

- Эй, хватит, - осудил Авдей похоронный юмор спутника. - Поехали, а то истомились.

Антон нерешительно повернул ключ зажигания. Прислушался к глубокому, басовито серьезному, звуку двигателя и выжал педаль. Машина плавно выехала с больничного двора.

- Куда едем? - По-таксистски спросил водитель, выехав на трассу.

- А в Москву. - Авдей сообщил новость, как давно решенную.

- Полторы тысячи километров? - Антон засомневался. - Чего вам там делать?

- Что делать, это я знаю, а доедем быстро, что ей эти полторы тысячи. День хода. - Авдей, похоже, не спорил, а доводил до сведения.

- Да ты хоть объясни, зачем? - не выдержал водитель, когда мощный автомобиль вышел на крейсерскую скорость.

- Извини. Не мешай. - Довольно бесцеремонно оборвал его сидящий рядом пассажир. Он неподвижно глядел в лобовое стекло. - Держать трудно.

Антон бросил недоуменный взгляд на соседа. Круглое добродушное лицо Авдея посерело, на висках вздулись толстые вены.

- Объясни ему, - отрывисто бросил он сидящей на заднем сидении помощнице. - Давит Он, пробить щит старается, добраться.

- Все говорить? - Вскинула бровь Лариска.

- Сама решай, - уже вовсе через силу отозвался Авдей.

Она подвинулась к водителю и произнесла почти в самое ухо: - Он к тебе подход ищет, старается волю себе подчинить. Авдей щит поставил, держит, но трудно ему. Вот потому и ... Короче, если не удержит, то придется мне тебя убить. - Простецки уведомила она Антона. - Ты не думай, мне жалко, - как смогла, извинилась амазонка, - но так надо. Он тебя все равно раздавит, не жизнь будет.

- Зачем мне говоришь? - не оборачиваясь, процедил сквозь зубы рулевой. - Я уже про вас все понял.

- Ну а что нам делать? - даже обиделась собеседница. - Подскажи, коли знаешь. То-то.

- Не то говоришь, - рявкнул в голос Авдей. - Короче. Пусть просит скорее, пока не опоздал.

- Чего? - опешил Антон.

- Сил у него проси, балда, - прошептала Лариска, склонившись совсем близко. - Ну.

В ее голосе прозвучала непонятная решимость.

И тут Антон понял: "Сейчас что-то произойдет". - Прошу, дай мне твоей силы, - повторил он, уже не рассуждая.

Ничего вроде и не произошло. Все так же сопела над ухом симпатичная пассажирка, и так же каменел сбоку Авдей.

Мгновенно все изменилось, воздух в машине загустел, по стеклу пробежала фиолетовая искорка.

Антон почувствовал мельчайшие комариные укусы, не болезненные, но ощутимые. По всему телу, в мозгу и даже в глазах.

И тут все изменилось. Предметы обрели необычную яркость. Глаза замечали малейший переход цвета. Малейшее движение тут же мгновенно определялось и оценивалось. Мозг, словно включенный в ускоренный режим процессор, выдавал мысли в более сжатой, точной и законченной форме.

- Все, - выдохнул Авдей, оторвав взгляд от лобового стекла. - Останови машину, посиди, привыкни, теперь ты ему не по зубам. А после я тебе все объясню.

Сбросив скорость, Антон съехал на обочину. Посидев минут пять, он неожиданно сообразил, с ним что-то произошло. Что? Слово сразу подобрать не сумел, но изменения были вполне ощутимы.

- Неужели такое возможно? - все же произнес Антон вслух, а в ответ в мозгу возник образ Авдея, и внятно услышались слова: - Не кричи ты так. Конечно, возможно. Только вам это ни к чему. Да и тебе, коль не крайняя нужда, не дали б. Поверь, это не я решил. Там, - он кивнул куда-то в сторону, - решили. С Ним иначе не совладать.

- Ну, все, - продублировал он вслух. - Вперед.

Раньше Антон управлял машиной аккуратно и даже нерешительно, но сейчас вдруг понял, что сможет ехать совсем иначе. Вдавил педаль в пол и плавно повернул руль. Мишина летела по забитой попутными авто трассе, но для него она была словно совсем пустынна. Непонятным образом обострившаяся интуиция подсказывала, что сделает в следующий момент водитель машины, идущей впереди. Поэтому и он, не сбрасывая скорость, проходил там, где полсекунды назад, было крыло этого авто. И в то же время, другим участком мозга, он контролировал идущих сбоку, впереди и, кажется, позади. Не только ближайшие, но следующие на приличном расстоянии от его машины.

Со стороны это выглядело страшновато. Взбесившаяся иномарка на скорости в сто пятьдесят километров, чудом избегая аварии, неслась по трассе. Но проходила секунда, другая, минута, а черный тяжелый монстр, расходясь иной раз в сантиметре от соседей, умудрялся никого не задеть и даже не подрезать.

Наконец выехали на широкую современную, так называемую федеральную трассу.

И вот тут Антон исполнил все, на что способен оказался его новый мозг и руки. Стрелка спидометра легла на ограничитель. Машина проходила повороты, словно болид, заходя с крайней левой полосы и выходя из него по бровке своей. И ни разу интуиция не обманула.

А спутники, словно не заметив бешеной гонки, безмолвно переговаривались, отлично слышимые Антоном.

Пятьсот километров проскочили за три часа и то задержки случались только по вине периодически вылетавших из кустов ДПСников с полосатым кормильцем наперевес.

Но Авдей молча высовывал в открытое окно очередную пачку из бездонного кармана, и превышение скорости тут же прощалось.

- Избалуешь, потом люди замучаются, - пошутил Антон.

- Нет времени глаза отводить, - безмолвно отозвался Авдей после очередного побора. - Не обеднеем.

На очередном скоростном этапе Антон заметил, что в зеркале мелькнула красная спортивная машина, явно стремящаяся догнать их Ауди.

Авдей обернулся. - Просто лихач, - успокоил он, - мальчишка, балуется.

Но гонщик не отставал. Более мощный двигатель компенсировал мастерство, и вот уже расстояние между машинами сократилось до предела. Лихач мигнул фарами, предлагая уступить дорогу. На скорости в две сотни километров это выглядело забавно.

- Сейчас будет поворот, - встряла дремавшая до этого на заднем сидении Лариска. Иди по встречке, там чисто, а потом сразу по тормозам и уходи налево, в сверток.

- А этот как? - Антон кивнул на преследователя.

- А он, если крыльев нет, дальше поедет или полетит. Только недалеко, - отмахнулась шутница.

- Разобьется, - пожалел дурака Антон.

- Ладно, так и быть, придержу, - Лариска уселась поудобнее. - Готов? Давай.

Антон перестроился на крайний левый ряд, добавил, хотя это казалось уже вовсе невозможным, скорость, но, едва вошел в поворот, еще не видя свертка, а повинуясь команде добровольного штурмана, выжал педаль тормоза.

Машина завизжала резиной и с заносом, подняв столб пыли, вылетела на второстепенную дорогую.

Проскочив по ней с километр, Антон развернулся и поехал назад. Вырулив на трассу и, уже не торопясь, пройдя коварный поворот, он увидел далеко в поле лежащую кверху колесами гоночную телегу, возле которой взволнованно бегало с десяток мордоворотов, выскочивших из двух черных джипов, видимо подъехавших позднее. А чуть в стороне - фигурку в ярком комбинезоне.

Увидев их машину, гонщик вскочил и, размахивая руками, что-то яростно закричал.

- Наверное, спасибо сказал? - Лариска проводила картину взглядом. - Тяжелый, сволочь, - она облегченно расправила плечи, и добавила: - Еле удержала, чтоб не убился.

Дальше ехали уже без приключений.

Авдей тяжело молчал, а заскучавшая Лариска потихоньку накручивала на обломки веточки длинные пряди его собранных в хвост на затылке волос.

Увидев неподалеку от дороги маленькое кафе, проголодавшийся Антон притормозил и предложил спутникам перекусить.

- Давай, - с готовностью согласилась Лариска.

Ее напарник пожал плечами, смахнул с волос псевдо-бигуди и остался сидеть в машине, приобретя до того комичный вид, что даже Антон не удержался от смешка.

- Ну, чисто, дети. - Пригладил Авдей кудри широкой ладонью. - Давайте, только по-быстрому.

Но быстро не вышло, едва они зашли в кафе и заказали обед, как к стоянке подкатили два здоровых джипа, вроде тех, что стояли в поле.

- Так это они и есть, - понял Антон и быстро двинулся к выходу.

- Нас ищут, - пояснил он идущей следом и донельзя расстроенной Лариске.

Глава 5

Исполнив классический финт из голливудских боевиков, машины взяли одиноко стоящую Ауди в плотное кольцо. Дверь переднего джипа распахнулась, и наружу выскочил давешний гонщик. В перепачканном землей, изодранном комбинезоне, он походил на арлекина. Сходства с безмозглым шутом добавлял огромный лиловый синяк на щеке и пара длинных, но неглубоких царапин на пунцовой от гнева физиономии.

Плотный, уже начавший оплывать жирком, мужчина сделал шаг к легковушке и поднял руку, намереваясь что есть дури долбануть в тонированное стекло автомобиля, на переднем сидении которого дремал Авдей.

"Хозяин жизни", - мигом опознал ухватки нувориша Антон, насмотревшийся подобных типов в период своего предпринимательского прошлого.

" А может, сынок, - тут же усомнился наблюдатель. - Для олигарха он еще молод. У отца деньги шальные, а у детишек мозгов мало Сейчас начнет пальцы гнуть. Вот и делай после этого добро людям".

Следом за разозленным наследником папиных миллионов на площадку посыпались многочисленные охранники.

В строгих костюмах, с обязательной гарнитурой, торчащей из уха, смотрелись они здесь, посреди российской глубинки, по меньшей мере, оперными японскими злодеями.

Антон улыбнулся: "Интересно, и что он нам собирается предъявить? Неоказание помощи?"

Антон преодолел оставшиеся пять метров и вдруг сообразил, что миниатюрная спутница успела его обогнать.

Ее движения были настолько стремительны, что даже тренированные охранники не сразу заметили, как она оказалась в двух шагах от их хозяина.

Однако внешняя беззащитность субтильной девчонки ввела напрягшихся телохранителей в заблуждение. Они уже заметили Антона и переключили внимание на более опасный, с их точки зрения, объект.

- Эй, уважаемый, что случилось? - Антон окликнул гонщика негромким, но твердым и уверенным голосом.

Краснокожий резво повернулся и с угрозой уставился на говорящего.

- Твоя тачка? - неожиданно тонким голосом крикнул он.

- Эта пара, знать, моя, и хозяин тоже я, - степенно процитировал Антон. - А в чем дело?

Он добавил в голос безмятежности, не зная как вести себя в подобной ситуации. Лариска тоже замерла на месте, всем видом изображая робость и нерешительность.

- Ты знал, сволочь, что там ремонт? - начал разборку безлошадный джигит. - Я из-за тебя Феррари разбил. Ты мне должен. - Нелогичность предъявленных претензий с лихвой компенсировалась уверенным тоном и внутренним убеждением в собственной правоте.

Он, видимо, уже настолько привык к подобным разборкам, что прозвучали его слова достаточно веско и убедительно. Логика хромала, но это явно не смущало новоявленного хозяина жизни.

Оторваться на проезжем, пусть и не совсем простом, судя по дорогой машине, путешественнике, он посчитал своим долгом.

В голове Антона вдруг прозвучал голос Авдея. -Возьми в машине деньги, отдай, пусть уезжает.

Антон озадаченно замер, глянул в матовое стекло иномарки, пытаясь разглядеть за ним своего собеседника.

- Лариска, стоять, - вновь донесся суровый бас оборотня. - Неладное чую.

- Да? Ну, как скажешь, - дернул плечом Антон, пытаясь погасить растущее негодование.

Его крепко расстроиломал факт, что даже его удивительные спутники не рискуют спорить с этими братками.

- Ну ладно, - сумел все же выдавить он. - Сколько?

-Тысяч пятьдесят хватит, баксов? - повинуясь настойчивому посылу своего незримого советчика, озвучил Антон сумму отступного.

- Ах, ты... - Логика развития конфликта подсказала оппоненту, что над ним издеваются.

- Семен, вломи ему, - кивнул коротышка телохранителю.

" И что теперь? - саркастично хмыкнул Антон. - Вы как хотите, а я в морду получать не намерен" .

Он прислушался к себе, к своим новым умениям, и понял, что способен сам дать неслабый отпор наглому олигарху.

Короткий шаг навстречу, легкий взмах ладони, поворот свободной руки, и вот уже тело спортивного мужика в черном крутанулось следом за сжатым в кулаке галстуком, развернулось и рухнуло на землю.

Окружающие замерли.

Тем временем Антон неуловимым движением переместился за спину наряженного в тесный кожан толстяка.

Еще мгновение и, захватив складку кожаного ворота, перехлестнул горло, одновременно подбивая колено. Олигарх согнулся в неестественной позе, а вовсе не ожидающая подобного развития событий охрана замерла.

В руке Антона возникла обычная столовая вилка, которую он, сам того не заметив, прихватил в кафе. Прижав импровизированный стилет к шее гонщика, слегка надавил.

Лицо пленника пошло пятнами, из горла вырвался хрип.

- Сами уедете, или помочь? - поинтересовался Антон, продолжая удерживать жертву в тисках захвата.

Авдей возник рядом с ним внезапно, словно проявился из воздуха.

- Стой, - вдруг изо всех сил рявкнул он.

Грохнул выстрел. Беззвучно охнула Лариска.

Антон понял все мгновенно и сразу. Спрятавшись за спины передних охранников, стрелок сумел незаметно вынуть оружие, успел взять его на мушку и уже готов был выстрелить, когда рядом с мишенью, буквально из ниоткуда, появился еще один персонаж.

Нервы телохранителя не выдержали, и он спустил курок.

Авдей вздрогнул, покачнулся и стал медленно заваливаться вбок, падая на серое полотно асфальта.

Визгнула, срываясь с места, Лариска. Рванулись из тонких пальцев кривые острые когти.

Ни сам гонщик, ни шестерка его охранников даже не успели толком понять, что случилось, а смертоносная молния уже заметалась между людьми.

Хлынул фонтан темной густой крови из разорванной вены стрелка, согнулся, зажимая распоротый живот, другой, а следом посыпались остальные телохранители.

Последним испустил дух наследник олигарха, которого все еще держал в захвате Антон.

Однако, вовсе не от тупых зубьев столового прибора.

Разъяренная фурия исполнила свое дело с поистине смертоносной грацией.

- В машину, - прошелестел в голове Антона голос. - Кому сказал!

Он выпустил потяжелевшее тело заложника и уставился на лежащего в луже крови здоровяка. - Что с тобой? - наконец отмер ставший на время безучастным наблюдателем Антон.

Он дернулся к раненому, однако, не сумел сделать ни шага. Его тело, словно потеряв вес, влетело в распахнутую дверь авто. Это успевшая непонятно как запрыгнуть в салон спутница втащила его следом за собой.

Дверца с силой захлопнулась перед его лицом. Ауди рявкнула двигателем и сорвалась с места.

И тут вновь прозвучал голос оставшегося лежать на грязном асфальте спутника.

Уже другим, спокойным и тихим голосом он приказал. - Гони, Лара. Я его задержу. Обвел Он нас, обдурил...

Короткий вздох и задушенный, тяжелый кашель. Пауза и, наконец, уже совсем тихо. - После все поймешь, так уж вышло. Он сейчас важнее. - Голос стал отрывистым. - Береги. Вы должны победить.

Все стихло. Антон, все еще прижатый к сидению непонятной силой, повернул голову к рыжей спутнице.

Умело, по-мужски управляя машиной, она оторвала руку от руля и мазнула по глазам, смахнув слезы.

- Как, почему? - выдохнул пассажир в недоумении, не сумев оформить в слова прыгающие мысли.

- Не люди это... - сквозь зубы произнесла водительница. - Вернее, уже не люди были. Когда Он их под себя подмял, не знаю... Авдей в последний момент отличить.

- Как же так, он ведь жив еще... - Антон, уже не скрывая негодования, уставился на Лариску.

- Да ладно, не шуми. Здесь я, - голос с заднего сидения подбросил Антона, словно удар током.

Он крутанул головой и уставился на Авдея, спокойно сидящего за его спиной.

- Ничего, все под контролем. Пусть считает, что ведёт в счёте. Конечно, скоро разберется, но мы пока сможем что-нибудь придумать. Говорить можно спокойно.

"Вопросов больше, чем ответов", - сумел взять себя в руки Антон.

- А ты, если знала, что он жив, чего придуривалась? - с негодованием уставился он на Лариску.

- У вас в кино всегда так... Она - молодая, красивая, и роняет слезу... - отозвалась хулиганка.

- Похоже, это его упыри сюда прорвались. Они, когда кровушки хлебнут, могут в жертве своей с седмицу жить, пока чем кормиться есть.

- А может, голову задурил? - буркнула Лариска.

- Нет, - отозвался Авдей. - Я видел, как они ушли... Давай помолчим. Я, как ни как, железку в тело получил. Справиться с ней еще нужно. - Он клюнул носом и затих.

- Но зачем он про меня сказал? - вспомнил последние слова оборотня Антон. - Мол, теперь все на мне... И еще раньше говорил, что убивать меня наш противник не будет. И еще...

- Стой, не спеши. Мое дело - охранять, - отозвалась Лариса. - Авдей тебе сам все объяснит. Но, по моему разумению, он сейчас сам в потемках. Хочет Его с толку сбить. Тот, пока не разберется, ничего сделать не рискнет... А нам главное - туда добраться. Это, как у вас говорят, финт.

- Давай помолчим, - попросила она. - Я и так много лишнего на себя взяла. Да и дорога здесь - хуже нет. Вон, сколько снегу навалило...

Антон замолчал и тоже придремал, откинувшись на подголовник сидения.

Мощная машина летела по трассе, и час или чуть больше мчались без происшествий.

Беда случилась, когда почти стемнело. Когда их авто, не снижая скорости, проезжала сквозь захолустную деревеньку, из дощатой калитки стоящего рядом с трассой домика выскочила девчушка. Мелькнула в вечернем сумраке фигурка, закутанная в большую серую шаль, и даже звериная реакция оборотня не спасла от аварии. Лариска втопила педаль, дернула руль в сторону, бросая тяжелую легковушку в сторону, но, по касательной, крылом, все же зацепила ребенка. Страшный удар отбросил тело девочки далеко в кювет.

Лариска, чудом удержав лимузин на скользкой дороге, дернула рычаг коробки передач, выровняла траекторию движения, и вновь прибавила газа.

Еще не осознав произошедшего, Антон повернул голову, вопросительно глянув назад. Перевел взгляд на Авдея, но тот, как ни в чем не бывало, продолжал сидеть с закрытыми глазами.

- Стой, - крикнул Антон, но, видя, что спутница вовсе не собирается прекращать движение, дернул рычажок замка, и рывком, без малейших раздумий, вывалился на обочину. Спасли проснувшиеся рефлексы. Сумев сгруппироваться, кубарем пролетел несколько десятков метров и замер в глубоком сугробе. Секундная пауза, он вскочил и, поскальзываясь на ледяной корке, кинулся назад, к месту аварии.

Ауди завизжала резиной, заблокированные колеса развернули ее почти поперек дороги.

Антон, проваливаясь в глубокий снег, вытянул сбитую девочку из сугроба. Ребенок был еще жив, но без сознания.

Не зная, что предпринять, замер над телом.

И тут подкралась сдавшая задним ходом машина. Выскочил из нее, вмиг растеряв свою невозмутимость, Авдей. - Брось ее, - прогремел его бас над ухом. - Мы не можем останавливаться, счет идет на минуты.

- Да пошел ты, - отмахнулся Антон, неловко пытаясь сделать искусственное дыхание.

- Оставь, ты ей не поможешь. - Громадный спутник попытался оторвать перепачканного в своей и чужой крови Антона.

- Ах, ты. - Злость волной захлестнула сознание. - А кто может? Ты?

- Могу, но не стану. - Отрезал гость. - Мне тебя защитить надо. На карте все.

Антон в отчаянии глянул на умирающего ребенка. Времени на разговоры не оставалось.

Собрался и медленно, с трудом проговаривая слова, словно разговаривая с глухим, отчетливо произнес. - Или ты сейчас ей поможешь, или я немедленно отправлю вас обратно. Клянусь, я это сделаю. Ты не сможешь от меня этого скрыть. Ну? Выбирай.

- Ты не понимаешь, - попытался объяснить Авдей. - Я отвечаю за весь наш мир. - Он растеряно оглянулся. - А Его давление на твою волю все еще сильно. Если я отвлекусь, ты не выдержишь.

- За мир отвечаешь? - зловеще протянул Антон. - А мы, выходит, так, расходники? Вот тогда и идите туда, к себе.

Подброшенный ненавистью Антон уперся взглядом в зрачки собеседника, читая в них нужное заклинание.

Оборотень сломался. Он отчаянно махнул рукой и склонился над почти не дышащей девочкой.

И в тот же миг Антон ощутил дикую, невыразимую тоску. Немыслимо было жить с ней. "Если избавиться от них, станет легче..." - мелькнула сулящая спасение мысль.

Он сжал голову руками. "Немедленно, - молило сознание. - И боль исчезнет".

- Лариска, держи, - прошипел Авдей, не отрываясь от ребенка. Неуловимым движением она ухватила Антона поперек тела и легко, как пушинку, бросила на землю, с немыслимой силой вдавив в асфальт.

Прижатый к земле нечеловеческой силой, он взвыл от разрывающей мозг боли. Внезапно она стала вовсе невыносимой, и все исчезло.

Он открыл глаза, медленно приходя в сознание. Ничего не болело. Тоска и безумие отступили. Он по-прежнему лежит в крошеве снега, но Авдей и Лариска уже стоят на продуваемом ветром дорожном полотне, а рядом с ними, вся перепачканная снегом, в сбившейся набок шали, но целая и невредимая, стояла девчонка.

На изумленной мордашке двумя замерзшими полосами видны были перепуганные глазенки. Она, не отрываясь, смотрела на него.

- Жива, - только смог выдохнуть Антон.

Авдей тяжело вздохнул: - Поехали, что ли, а то сейчас полдеревни сбежится.

И легко подняв его с земли, понес к машине.

Девчонка подпрыгнула на одной ноге и кинулась к дому, спеша рассказать взрослым о небывалом событии.

Антон свалился на заднее сидение. Сон накрыл его измученное сознание, словно снежный сугроб.

Проснулся, когда уже стало совсем темно. Машина, разбивая светом фар темноту, летела по трассе. Авдей сидел рядом с ведущей авто помощницей, глядя невидящим взглядом в лобовое стекло. Повисла неловкая тишина.

Нарушила ее Лариска. - Я же не специально, - произнесла она, словно оправдываясь. Не иначе, Он подтолкнул, иначе бы успела ... - она замолкла. Вновь повисла тишина.

Антон крякнул и неловко поинтересовался: - Ну что, как дальше жить будем?

Оборотень, словно дожидаясь вопроса, резко развернулся и уставился на него в упор.

- Ты уже сказал. Чего еще? Убираться нам. - Скрытая ярость выплеснулась наружу, и в салоне словно возникло то бесформенное чудовище, которое появилось в заброшенной сторожке. Но и Антон был уже не тот, что в ночь их первой встречи. Он выдержал взгляд.

- Это вы спасаете ваш мир, - твердо произнес он. - А я обычный человек. Тебе придется принять меня таким, какой есть. - Он замолчал, переводя дух. И уже спокойно закончил:

- Вот ты сказал, Он - это Зло. А вы? Любой из нас наполовину добрый, наполовину нет. Добро управляет нашими поступками, а зло, куда от него денешься, тоже. Но если управлять начнет только зло, чем мы будем отличаться от Его слуг? Я не философ, но, как понимаю, скажу: - Нельзя переступать через одного в попытках помочь всем. Уж извини. А за слова прошу прощения. Если постараешься, поймешь.

- Да. - Авдей задумчиво смотрел на собеседника. - Вы - другие. Вас он быстро не сломает. Но ты убедился, насколько он силен? Это все очень серьезно.

- Ладно, проехали. - Антон примирительно протянул гостю свою ладонь.

Тот помедлил, но пожал протянутую руку.

- Смешная традиция, - хмыкнул он, но вы ей придаете большое значение.

- Хорошо, проехали, - повторил он. - И от избытка чувств ударил по торпеде так, что машина, казалось, подпрыгнула.

- Но как ты сиганул, - вступила в беседу Лариска, явно довольная таким исходом. Ведь под сто пятьдесят скорость была. Запросто мог сам разбиться.

- Авдей, - позвал Антон, отвлекаясь от ее болтовни. - Я вот что подумал, перед этим. Вы все время играете по его правилам. Он нападает, вы отыгрываете. А если вам самим попытаться изменить ход игры?

- Ну, и? Продолжай, - оборотень заинтересовано повернулся к нему.

- Да я уже все сказал, - смутился Антон.

- Значит, правила... - протянул Авдей. - Можешь не говорить. Помолчи пока, а я посоветуюсь. - Он замер.

Прошло с десяток минут. Наконец, он отмер, и как-то по-новому глянул на Лариску.

- Ты поняла, зверюга? - голос гремел так, что дрогнули стекла. - Нужен новый богатырь. И он у нас будет. На мост смогут выйти только двое. А схватку выигрывает тот, кто ... - он не закончил. - Пока не время словам. Ни к чему воздух трясти. - Авдей замолчал, теперь уже всерьез.

- Ты это, правда, извини,- чуть слышно произнесла Лариска, не отрывая глаз от дороги. - Но мне главное защищать.

- Сказал уже, проехали. - Антон махнул рукой, оборвав ее.

- А с кем вы все время советуетесь? - решил сменить тему Антон.

- Со всеми, - просто ответила она. - У вас слова, а у нас чувства, мысли. Ответ сам вызревает, его только понять нужно. Вот он его и ждет.

- Так, Авдей, выходит, у вас главный?

- Главных у нас нет, слишком мы разные, - Лариска щелкнула пальцами, подбирая слова, - он избранный.

- Слушай, столько всего, устала. Может, поведешь? - впервые призналась она в слабости. - Вдруг, опять что случится?..

- Хорошо, - согласился Антон, отряхивая засохшую грязь с одежды, только я так быстро не смогу. Придется вам смириться, тише поедем.

Глава 6

Управлять умной, сделанной для человека, машиной, доставило Антону непередаваемое удовольствие.

Казалось, руль сам подсказывает водителю момент, когда нужно чуть подправить направление. Он покосился на мирно сопящего Авдея и негромко спросил у дремлющей на пассажирском сидении спутницы: - Слушай, делать все равно нечего, расскажи, как там у вас?

Лариска сладко зевнула, осторожно поправила оборки платья, усаживаясь поудобнее, и ответно поинтересовалась: - А про что? Я, сам понимаешь, говорить шибко не мастерица. Ты спроси, чего интересно.

Ну как, например, вы живете? Где? Дома какие, и вообще, как хоть выглядите?

- Да по-разному выглядим. - Она повернулась к нему, блеснули в свете фар встречного авто ее глаза. - Хотя, ты наверное говоришь про тот облик, в котором я тебе первый раз явилась? Так то пустое. Это для маскировки.

- Ха, ничего себе... - не сумел удержаться от смеха слушатель. - Где ж ты такое видела, чтоб в рост?..

- А чего? - Лариска недоуменно моргнула. - Я знаю, вы их шибко боитесь, ну, хвостатых.

Антон вновь покачал головой, не понимая, смеется над ним девчонка или говорит всерьез: - Они же, в принципе, мелкое зло. Противные, это да, а так, чего их бояться?

- Как маленькие? - теперь пришел черед удивиться гостье. - У нас испокон веку все знают. Зверь страшный, громадный. А еще хитрый. Ошиблись, что ли?

- Ну хорошо, с этим понятно, - не стал продолжать беспредметный спор Антон. - Так все же, как вы по правде выглядите?

- Далось тебе. - Лариска незаметно обернулась на Авдея. - Я ведь словами-то не очень...

- Так и скажи, не хочешь рассказывать.- Обиделся Антон. - А то не очень, не очень. Врешь ты все.

- Да расскажи, чего уж теперь, - раздался вдруг басовитый голос их спутника. Правда, звучал он прямо в голове Антона. - Пусть. Когда-никогда все одно придется. Пусть вникает. - Медведеподобный пассажир тяжело повернулся, ощутимо тряхнув передние сидения, и вновь затих.

Лариска тоже задумалась. - Задачка, прямо скажем, - наконец произнесла она. Однако голос ее неуловимо изменился. Исчезли интонации молоденькой, наивной девчонки. В голосе возникли сухость и наставительность школьного учителя.

- Поскольку ты материалист, то и слова придется подбирать соответствующие. А как объяснить то, чему и названия нет? Ну, да ладно, будем подбирать аналогии.

- Ты физику учил? - поинтересовалась рассказчица, не ожидая, впрочем, подтверждения, и продолжила. - Тогда должен знать, что все в мире - это материя. Скажем, есть звук, ты можешь его услышать... Это колебания воздуха... А есть, ну, звук высокой частоты, ультразвук. Это тоже колебания, но воспринять их твои органы не способны. Потому как не позволяет строение твоего тела. А теперь представь, что наш мир, тела и все остальное - это такая же материя, как и в вашем мире, но на более высоком уровне. Потому и свойства их более тонкие. Почувствовать, увидеть, услышать, потрогать нас нельзя. Мы есть, но невидимы для вас. Понятно?

- Ну, примерно. - Хмыкнул Антон.- А как вы, скажем, передвигаетесь? Ходите, летаете?

- Опять ошибка в изначальном посыле, - поморщилась рассказчица. - Материя нашего мира на порядок "тоньше" вашей. Нет нужды в телах, как вы их понимаете. Да, мы питаемся, перемещаемся, отдыхаем, восстанавливая потери в энергии, но делаем все это по-другому.

- Так что... - не сумел подобрать сравнения Антон. - Как призраки?

- Призраки? Нет. Призраки - это совсем другое. Скорее всего, это создания вашего мира. Продукт, так сказать. Ведь и мысли, и желания, и фантазии - тоже материальны.

- Значит, ни увидеть вас, ни понять я не смогу? - поинтересовался Антон, глядя на пустынную трассу.

- В общем, да. Ну разве что станешь таким же, но это уже фантазии. Если мы хоть как-то можем воплощаться в более грубые формы, то вам прыгнуть выше головы, вовсе не дано... Да это не в обиду, это реальность. - Она перевела дух. - Потому и говорю, что трудно объяснить. Сравнивать-то не с чем.

- Хорошо. А как же тогда этот, и его слуги? - Антон, памятуя о предупреждении Авдея, решил не произносить имя.

- Давай опять к звуку, - решила не менять проверенной методики наставница. - Вот с ультразвуком ты вроде понял. Тогда повспоминай, кроме тех, звуковых волн, которые слышно, и тех, более высоких, еще какие есть?

- Так инфразвук есть... - порылся в памяти Антон. - Ниже в смысле.

- Хорошо, как бы ни назывался, смысл в том, что они, эти колебания, тоже не воспринимаются вами, - подхватила рассказчица. - Аналогий хватит? Вот и прикидывай. Есть вы, есть мы и есть они, те, кто в инферно...

- В смысле там? - кивнул Антон под ноги.

- Никакого там нет. Это все ваше восприятие. Наши миры все рядом, только мы не чувствуем в полной мере ваш, они - наш. - Лариска пожевала губу.- Я ведь про чувства и мысли не зря сказала. Они ведь тоже разные. Одни высокие, другие низкие. И не в смысле частоты, в смысле принадлежности к миру. На грани. Так же и те, которые у нас и у них существуют.

- Ваш мир, он, как бы... между. Потому здесь все и переплелось, смешалось. И хорошее, и плохое. Да так плотно, что одно без другого уже и не может быть.

- Ага, равновесие, что ли, - подобрал слово Антон. - Ну, я помню, где-то читал. Там про гармонию стихий, про Инь, Янь. Лабуду разную.

- Вот ты сам и подобрался к ответу, - не стала тянуть рассказчица. - Чтоб все в полной мере понять, ты должен или тем, или другим быть.

- Да не в словах суть, - вновь донесся голос проснувшегося Авдея. - Каждый это для себя чувствует. В человеке и того и другого в принципе должно поровну быть. Тогда и получится гармония и равновесие. Только вот грань эта совсем тонкая, чуть в сторону, чуть больше и все.

- Почему? - вставил Антон вопрос. Впрочем, спросил скорее, чтобы просто что-то сказать.

- Все, что я пытаюсь тебе объяснить, это даже не... - она чуть запнулась, вспоминая, - как это у вас говорится, азбука, вот. Это, скорее, общее понятие... Сколько живут люди на свете, столько пытаются постигнуть основы мироздания. Сотни тысяч книг написаны. Ладно, попробую на пальцах. Вот, смотри. Вселенная, бесконечность, символ ее помнишь?

- Ну, вроде восьмерки... - крутанул пальцем водитель.

- Ага. Теперь представь. С одной стороны более тонкая материя, с другой, низкая, грубая, а в центре - точка перехода. Этот уникальный отрезок и есть ваш мир. Место, где существует физическая материя. Однако взаимодействует он и с теми реальностями, что расположены дальше, и с теми, что расположены по другую сторону.

- И вот это состояние как раз и позволило возникнуть вам, людям. Не просто живым существам, а именно людям. Взаимодействие двух наших полей рождает то, что вы зовете душой.

- Душа, это присущее только человеку энергетическое образование. Она заставляет его переживать свои поступки, оценивать их...

- Выходит у вас и там. - Антон вновь кивнул в сторону. - Этого нет? В смысле чувств. И ни зла, ни добра? Только сознание?

- Не совсем... Это уже не объяснить. А что касается понятий, о которых ты говоришь... - впервые Лариса затруднилась с ответом. - Трудно признать, но в вашем понимании, да. Я не собираюсь сравнивать... Просто привела пример.

- Совсем запутался, - уже ничего не понимая, отозвался Антон. - Неужели вам все равно...?

- Сейчас мы не совсем такие, как в своем измерении. Здесь у нас есть человеческий разум, сознание, и на них тоже действует энергия соседних миров... В меньшей степени, конечно, но я и сама замечаю, что становлюсь другой. Иногда мне кажется...

- Все. Урок окончен, - встрепенулся Авдей. - Скоро начнутся пригороды, а ты нам нужен с нормальной головой. Выслушал, прими к сведению.

Он внимательно прислушался к своим, понятным только ему, ощущениям, и продолжил, уже куда менее уверенно: - Ты прав. Остановить его мы должны именно здесь. И сделать это нужно тебе.

- Не бойся, мы будем рядом... Но, придется менять все планы. Решение состоялось.

- Только, вот, есть одна проблема, - он глянул на тревожно затихшую спутницу. - Да, ты правильно почувствовала, зверюга. Нам придется ... Тогда они не смогут нас отыскать. Пока он еще не готов. И дело не в умениях и знаниях. Одним пониманием человека изменить невозможно.

- Сделаем так, - в голосе сидящего на заднем сидении Авдея послышались вовсе уж человеческие нотки. - Ты пока веди машину, а нам нужно завершить начатое...

Он не стал объяснять, что имеет в виду, а просто замолчал на полуслове.

Антон, продолжая управлять авто, уперся взглядом в пятно высвеченной мощными фарами автострады.

Наконец, когда тишина в машине стала вовсе пронзительной, не выдержал и покосился в сторону сидящей рядом с ним пассажирки. Странное дело, она спала. Голова в обрамлении роскошной рыжей шевелюры откинулась на спинку сидения, руки, кажущиеся совсем детскими и тонкими, свободно лежат на коленях. Если бы он сам не был свидетелем мгновенной метаморфозы, то ни за что не поверил бы, что эта девчонка и есть гроза всех этих оборотней и вурдалаков. Милая, смешливая девчонка.

Ему стало отчего-то неловко, словно он подглядывает за ничего не подозревающими людьми, и он снова уставился на мелькающую в свете фар разметку дороги.

Пост ГАИ заметил вовремя. Сбросил скорость и, строго соблюдая правила, подполз к перегороженному высоким металлическим заборчиком проезду.

Здравствуйте, инспектор дорожно-постовой службы, сержант Сидоров, - скороговоркой представился патрульный, заглянув в приоткрытое окно вальяжной иномарки. - Предъявите права и документы на машину, - он выпрямился и замер, кутаясь в тяжелый меховой воротник служебного тулупа, на котором смешной дворницкой бляхой висел стилизованный под щит жетон.

- Номер сто семь восемь, - автоматически запомнил цифры Антон, вынимая из кармана стопку бумаг. - Пожалуйста, - протянул он документы проверяющему.

Прежний Антон Сергеев, возможно, и не обратил бы внимания на то, как скованно держался милиционер, и уж вовсе не стал бы фиксировать шевельнувшиеся в темноте бетонного домика КПП тени, однако, сейчас, обостренное зрение помогло разобрать слабый отблеск лунного света на металлических деталях зажатого в руках у затаившихся людей.

"Кто? И почему так скрипит голос обыкновенно расслабленно-уверенного в себе постового? Боится? Но кого? Спящих пассажиров иномарки? Это вряд ли, тогда чего?"

- А в чем дело, сержант? - повысил он голос, пытаясь разбудить столь не ко времени заснувших спутников. - Я что-то нарушил?

Увы, ни угрюмо разглядывающий техпаспорт Гаишник, ни обычно чутко реагирующий на непонятное Авдей, не отозвались.

- Выйдите из машины, предъявите багажник к осмотру, - закончив с бумагами, предложил сержант.

- Да что ты будешь?.. - уже в панике задал себе вопрос Антон. - Если там и вправду засада, то стоит мне выбраться из-за руля, как все будет кончено.

Он глубоко вздохнул и медленно, словно во сне, потянул руку к двери.

И тут ожила рация, висящая на груди сержанта: - Один семь восемь, прими к сведению, передали по региону. Перестрелка возле кафе "Сокол" Трое погибших. Преступники скрылись.Разыскивается автомобиль, иномарка, предположительно Ауди, в машине трое - женщина и двое мужчин.

- Вот и все, - понял Сергей, - теперь ничего не докажешь. Начнут мотать, а у этих и документов никаких...

Рывок сорвавшейся с места машины отбросил стоящего рядом постового в сторону.

Визгнули, провернувшись, колеса, и Ауди, снеся хлипкий заборчик, проскочила и саму будку, и затаившихся в ее тени вооруженных людей.

Поняв, что машина уходит, сидящие в засаде торопливо высыпали на скользкий асфальт и открыли беспорядочный автоматный огонь.

Однако мощный мотор, способный разогнать авто до сотни за семь секунд, выручил, машина вылетела на взгорок и исчезла за редкими деревьями.

Нога водителя уперлась в пол, в голове не было ни одной мысли. Сергей гнал авто прочь от засады, вовсе не вспомнив, что в руках у Гаишника остался его паспорт и документы на машину.

А вскоре, далеко позади, показались тревожно мигающие огоньки патрульной машины.

"До ближайшего поста, а там и возьмут".- обреченно понял гонщик, и с тоской взглянул на расслабленное тело лежащего на заднем сидении пассажира.

И словно почувствовав его взгляд, тот вздрогнул и очнулся.

- Что? - покрутил головой Авдей. - Случилось что-то?

- Случилось, - сердито выкрикнул Антон. - Гаишники на посту задержать хотели. При мне пришла ориентировка. Три трупа. Ты же сказал они не люди? Пришлось прорываться. Только без толку, по-моему. Вон, уже мельтешат. - Кивнул он назад.

- Ладно, всему своя очередь, - хладнокровно отозвался Авдей. - Когда в них эти вселились, они людьми уже быть перестали. А Лариска нас защищала. Сейчас ее добужусь, будем разбираться.

- Эй, милая, вставай, все уже, - тряхнул он свою спутницу так, что мог бы разбудить и мертвого.

Девчонка слабо шевельнулась и приоткрыла глаза: - А, уже?

Она провела руками по голове, собирая рассыпавшиеся волосы в хвост. - Интересно как, - наконец произнесла она уже вовсе нормальным голосом. - Не разобрать...

- После, девочка, все после, - прервал ее Авдей. - Власть на хвосте. Нужно уходить.

- Ну вот, - охнул Антон, решив, что сейчас его бедовые пассажиры, не мудрствуя лукаво, растворятся в ночной темноте, оставив его разгребать свалившиеся на голову неприятности.

- А там, на посту не оборотни были? - Спросил Авдей у рулевого.

- Если только в погонах, - через силу смог пошутить Антон, переключая передачу. - Нормальные менты, обычные. Им по рации сообщили.

- Ага, - кратко констатировал слушатель. - Тогда, слушай.

- Сейчас не гони, выберем место и попробуем соскочить. Прыгать нужно вбок и катиться. Понял? Ну, как ты тогда, в деревне.

Дорога плавно изогнулась, скрыв машину беглецов от взглядов преследователей.

- Приготовились, - скомандовал Авдей. - Сейчас, когда скажу, останови.

Оба выскакиваете и бежите в лес. Встретимся вон у того столба, - указал он на возвышающуюся над стеной деревьев опору ЛЭП.

- Лариса, следи за ним, - кивнул распорядитель на Антона. - Все.

Несколько секунд свистящего в приоткрытое окно ветра, короткий, как выстрел, приказ: - Стоп.

Антон вдавил педаль тормоза.

- Вон, - рявкнул Авдей и, с неожиданной для его комплекции прытью, перебрался за руль.

Бежать по заледенелому асфальту было непросто, однако, сумел не упасть, выбрался на обочину и зайцем запрыгал по снегу в сторону растущих неподалеку деревьев.

На бегу оглянулся, успел заметить стремительно, не по-женски легко, мчащуюся в ту же сторону Лариску.

И тут до слуха донесся рев мощного двигателя. Тяжелый черный болид скользнул по пустынной трассе и унесся дальше.

- Не стой, вперед, - прокричала девчонка, заметив, как засбоил растерянный беглец. - Кому сказала?

Антон очнулся и побежал уже вовсе изо всех сил. Успели вовремя. Рухнули в снег под прикрытием разлапистых веток, когда мимо, завывая сиренами, пролетели машины преследователей.

Антон выждал еще с минуту и поднял голову, осматривая окрестности. Не заметив опасности, поднялся.

- Неужели он надеется оторваться? - усмиряя одышку, спросил Антон у стряхивающей снег с одежды Лариски.

- Нормально,- тоже переводя дух, отозвалась она. - Авдей умный, он сумеет.

- Слушай, а я думал, ты и не устаешь никогда. - Поразился Антон, заметив, как по щеке его спутницы проползла капелька пота.

- Все, теперь я ничем не отличаюсь от вас, - с видимым огорчением произнесла она. - Ну, может, чуть больше опыта, и там...

- Как это? - он оторопело уставился на Лариску.

- Ой, да не знаю я, - уже вовсе с интонацией простой девчонки, которая хочет избежать лишних расспросов, отмахнулась та. - Чтобы спрятать тебя от Его глаз. Он ведь чует именно наши вибрации. Ну, вот... Совет принял его предложение и разрешил прервать связывающий с нашим миром канал. Теперь Он тебя не отыщет. Ну, или не так быстро...

- Как же он сумеет оторваться от Гаишников? - вновь озадачился Антон, не сумев еще в полной мере оценить серьезность новости.

- Авдей умный, - повторила она. - Все, отдохнули, пора идти. Туда.- Ткнула пальцем в направлении густорастущих деревьев проводница и, не дожидаясь ответа порученного ее заботам спутника, двинулась вперед.

Глава 7

- Наугад, как ночью по тайге, - чуть сфальшивил Антон, пробираясь сквозь заросли следом за целеустремленно идущей к цели проводницей.

- Что? - мотнув хвостом золотых волос, повернула голову к спутнику Лариска.

- Цитата, не обращай внимания, - запыханно пробормотал он, пытаясь не отставать. Не то, что Антон сомневался в ее зрительной памяти. Скорее пытался сохранить хотя бы остатки независимости.

- Угу, - буркнула та, чудом углядев в вечерних сумерках острый сучок. - Не отвлекай, еще немного и дойдем.

Самое интересное, что предсказание девчонки полностью оправдалось. Не прошло и десяти минут, как путники выбрались из чащи и оказались на довольно широкой просеке, в конце которой угадывался гигантский контур опоры высоковольтной линии. Идти стало значительно легче, и вскоре они с наслаждением опустились на бетонные плиты, в которые упиралась многометровая конструкция.

- И что теперь? - поинтересовался Антон, переведя дух. - Будем ждать?

- Будем, - коротко подтвердила Лариска. Она оглянулась по сторонам. - Других вариантов нет.

- А сколько? - не мог успокоиться Антон. - Скоро стемнеет, что, так и будем сидеть? Ночью в лесу холодно...

- Есть другие предложения? - бесстрастно поинтересовалась спутница. Помолчала и добавила, словно уговаривая сама себя: - Авдей умный...

- Ну, дай бог...- вздохнул Сергеев, запахивая ворот пижонского пальтишка. - А может, костерок запалить?

- Успеем, - не согласилась взявшая на себя лидерство Лариска. - Давай просто посидим. - В голосе прозвучала вовсе несвойственная ей просительная интонация.

- Нужно немного прийти в себя, - нехотя призналась она, заметив удивленный взгляд. - Сейчас, без поддержки моего мира, без способностей, я чувствую себя...- Она не смогла или не захотела подобрать сравнение.

- А и правда. - Антон представил на миг, каково это - оказаться в подобной ситуации: "Чужой мир, враждебное окружение, знакомая лишь по чужим воспоминаниям реальность. Пожалуй, лучше и не пытаться".

Он замер, глядя в уходящие за горизонт линию просеки и нитки проводов, едва заметные на фоне сумрачного неба. В сочетании с блеклыми красками зимнего леса выглядела картина довольно мрачно.

- Интересно, - отчего-то мысли вернулись к недавней лекции, прочитанной ему Ларисой. - Вот скажи, - раздумчиво произнес он, - отчего сначала вы себя вели так, словно и впрямь из сказки вышли? Ну, там, Кощей, Иван Купала, ведьмы разные, оборотни? А сейчас говоришь вполне нормально. Не понимаю...

- Хм. - Лариска вынырнула из своей задумчивости. - Никакой тайны. С одной стороны смешно, а с другой, и грустно. Я ведь сказала, что все, о чем говорила, по вашим меркам давно было. В смысле, битва... и остальное.

Она вновь улыбнулась, однако, уже с затаенной грустью. Да, впрочем, и по нашим, тоже не мало времени прошло. В те времена у людей совсем иначе мозги устроены были. Согласно своего уровня. Оттого и в легенды, в чудеса верили, и в духов разных, в идолов... Как смогли они суть понять, так и поняли. А когда мост разрушили, и все в норму пришло, информация в исходном виде и сохранилась. Нам, извини, своих дел хватает...

Она глянула на Антона, вовсе не имея желания напоминать, какая пропасть в уровне развития лежит между ними, однако, он вздрогнул, уловив в глазах молоденькой девчонки совершенно невозможную для ее возраста мудрость.

- Все, все, - стряхивая наваждение, потянулся он в карман за сигаретами.

- Слушай, вопрос за вопрос, - вмиг растеряв весь ореол загадочности, подвинулась к нему рыжеволосая спутница. - Я вот знаю, у вас все про это говорят, мол, вредно, плохо, а курят. Почему? Мне вот не понятно, что это значит - зависимость?

Антон смущенно повертел в пальцах незажженную сигарету: - Объяснить это я с грехом пополам смогу, только, ты и сама все это знаешь, а вот чувство, когда все понимаешь, а все равно, тянет... Не сумею.

- Слушай, дай... а? - она скроила умильную гримаску. - Только попробую...

- Стыдно, мадам, в вашем-то возрасте, - попытался отшутиться Антон. - Это порок человеческий, вам не понять.

- Ну и не надо. Подумаешь, - преувеличенно обиделась его собеседница. Хотела добавить что-то еще, но вдруг замерла и вскинула голову, чутко вслушиваясь в шум ветра в кронах высоких деревьев.

- Что? - не удержался Антон, закрутив головой.

- Тихо. - жестко оборвала его Лариска. - Идет. - Она спрыгнула с бетонного постамента и неловко, разминая затекшую от неподвижного сидения ногу, похромала в сторону, откуда донеслись слышимые ей одной звуки.

Антон в три прыжка догнал спешащую девчонку и двинулся рядом.

Кусты на откосе неглубокой канавы, отделяющей просеку от леса, шевельнулись и на заснеженном бугорке возник громадный силуэт.

- Эй, мы здесь, - не удержался Антон и махнул рукой, привлекая внимание.

- Да видит он, - не оборачиваясь, приструнила его Лариска.

- Поломался, мне кажется, - добавила она. Впрочем, никакой тревоги в голосе не прозвучало.

Подбежав к замершему Авдею, они убедились в верности предположений. Впрочем, при внимательном осмотре стало понятно, что досталось их спутнику в неведомой передряге куда больше.

Брюки щегольского костюма и фирменная куртка теперь напоминали наряд нищего. Оторванный рукав, висящий только на подкладе, клочья серебристой ткани, но самое страшное увидели, когда Авдей тяжело опустился прямо на истоптанный снег. Носок ботинка явно смотрел не в ту сторону, куда полагается.

- Перелом, - спокойно уведомил гигант, так, словно речь шла о пустяке. - Не учел...- он не стал продолжать. - Пришлось потерпеть. Признаю, физическая боль - это неприятно.

Он потянул штанину, обнажив мощную, заросшую густым черным волосом лодыжку.

Антон с облегчением не увидел торчащей из разорванной кожи кости. Впрочем, это можно было определить и по отсутствию крови.

- Лариса, - обратился к помощнице Авдей, - установишь кость на место. Просто своди, пока не станет ровно. - Он ткнул пальцем в глубокий выступ под натянувшейся кожей, в котором угадывалась сломанная кость.

- Нужно потянуть назад, - уточнила заинтересованно разглядывающая ногу девчонка, - а после свести вместе, и закрепить.

Антон с некоторым содроганием представил, что должен почувствовать при подобной операции Авдей.

"Ага, понятно, пользуясь своими способностями, он просто блокировал боль?" - с облегчением сообразил наблюдатель. И вздрогнул от вырвавшегося у Авдея стона. - Или все-таки просто терпит?

- Нужна шина, - наконец сумел он перебороть не ко времени разгулявшееся воображение. - Я поищу.

Поднялся и, стараясь не оглядываться на деловито склонившуюся над травмированным напарником девчонку, принялся осматривать стволы растущих поблизости деревьев в поиске подходящего куска коры.

Поиски затянулись, поэтому к месту проведения варварской операции он вернулся, когда все почти завершилось.

Страшный выступ исчез, однако нога в месте перелома начала стремительно опухать.

Антон взглянул на бесстрастное лицо миловидной костоправши: "Все правильно, она ведь сама сказала, что чувства - это свойство, присущее только людям. Выходит, и сострадание, и сочувствие - тоже. А они в этом похожи на детей... Впрочем, забивать голову философскими рассуждениями, находясь в такой ситуации, не самое подходящее занятие".

- Что делать будем? - протянул он выбранный кусок толстой, изогнутой словно гипсовая форма, коры Лариске.

- Погоди, сейчас закончу...- не стала отвлекаться она. - Авдей скажет.

- Ну да, он, конечно, все знает, - с горечью пробормотал Антон, глядя на откинувшегося назад пациента, - только, увы, посоветовать сейчас вряд ли сумеет.

Сила воли помогла ему добраться к месту встречи, однако, сейчас, когда поставленная задача была выполнена, организм, не в силах справиться с жестоким обращением, включил защитные механизмы и погрузил хозяина в беспамятство. Иными словами, Авдей потерял сознание.

- Да, я поняла, - Лариска, отыскав в тайниках своей памяти информацию о чем-то подобном, задумчиво посмотрела на бледное лицо старшего товарища. - Плохо. Он и вправду гораздо лучше готов к работе в экстремальных условиях. Это его призвание: Анализировать ситуацию, и выбирать лучший вариант...

- Жаль, что мы так и не успели узнать, как он сумел ускользнуть? - огорченно произнес Антон, стараясь найти верный тон.

- Он направил машину с обрыва, - отозвалась Лариска. - Там довольно глубоко и сильное течение. Даже отыскать машину будет не просто, а уж про тела нечего и говорить.

- Однако, все упирается в мои документы, - вновь вздохнул Антон. - Добропорядочному человеку в нашем мире спрятаться куда труднее, чем злодею. У обывателя вся жизнь отражается в бумажках. Стоит лишь грамотно их прочитать и сопоставить.

- Это все слова, - поднялась Лариска. - Главное, отыскать место, где мы сможем сохранить тепло и дать ему прийти в себя. Ты местный, предлагай.

Антон задумчиво уставился на качающиеся от порывов ветра кроны: - Одно скажу, сидеть здесь - это последнее, что приходит на ум. Значит, нужно идти к трассе. Там машины, люди. Если сумеем проскочить пост ГАИ, то в городе будет полегче. Даже без документов. Главное деньги.

Лариска сноровисто, с ловкостью матерого ППСника, прошлась по карманам лежащего без сознания Авдея.

- Вот. - протянула Антону две разодраных упаковки. - Больше нет.

- Ну, нет, так нет, - он прикинул толщину стопки. - Думаю, что этого хватит. - Только как нам его отсюда вытащить?

Лариска промолчала. Ее знаний, почерпнутых из памяти самого Антона, для принятия решения оказалось маловато.

Решение пришло в виде кучи веток, оставшихся, очевидно, еще со времени строительства линии электропередач.

На изготовление волокуши ушло еще с час. Поэтому когда они, с трудом уложив тяжелое тело Авдея на импровизированные сани, двинулись в обратную сторону, стало вовсе темно.

Холод, темнота, пронизывающие порывы ветра, все эти факторы мало способствовали оптимистичности.

- Эх, лучше бы я за пивом пошел, - выдохнул Антон, налегая на импровизированные постромки. Брючный ремень, связанный с парой кашне, мало подходил для транспортировки.

- Куда? - прохрипела выкладывающаяся наравне с ним помощница.

- Все, молчим, бережем дыхание, - не стал вдаваться в детали новоявленный бурлак.

Вернуться к дороге, от которой всего несколько часов назад они с таким азартом убегали, удалось только к полуночи. Они кое-как сумели вытащить все еще спящего Авдея из леса и устроились на обочине.

- Ну вот, дошли, и что теперь? - Антон жадно вдохнул морозного воздуха и провел грязной ладонью по мокрому от пота лицу.

- Только, что-то мне подсказывает, ни один нормальный человек нас не подберет. Увы. Слишком уж живописная картинка. От нас так и веет проблемами.

- Это вполне объяснимо. - Лариска уже пришла в себя и смогла произнести фразу спокойно. - Чувство самосохранения преобладает над сочувствием.

- Суха теория, мой друг... - вновь прибегнул Антон к помощи классика. - А инстинкт продолжения рода на что?

- Как это? - видно было, что для его спутницы понять идиому оказалось еще сложновато.

- Придется вновь нарушить закон. - Антон дернул уголком губ. - Мы с нашим спящим красавцем спрячемся в канаве, а вам, сударыня, придется сыграть роль дорожной путаны. Надежда, конечно, слабенькая, однако, мало ли откуда могла появиться на пустынной трассе ночная фея русских дорог. -

Он попытался осмыслить сказанное и фыркнул. - Ну, в общем, выходишь к обочине, становишься и, как только появляется авто, поднимаешь руку. Все. Остановится, ну, если остановится, слегка оглушаешь и даешь мне сигнал. Мы садимся в машину и едем. Все понятно?

- А зачем оглушать? - не поняла слушательница. - Может?...

- Нет, - не стал и слушать инструктор. - Хватит с нас... Легонько... Поняла?

- Конечно, что тут не понять? - Лариса на секунду задумалась и дернула стягивающую копну волос резинку.

- Так, кажется, лучше? - глянула она на Антона. А почему ты считаешь, что они должны обязательно остановиться?

- Хм. - Антон не сумел скрыть восхищенного взгляда. Ее точеную фигурку не могло скрыть даже толстое, купленное мало разбирающимся в современной моде Авдеем пальто.

- Голову на отсечение даю. - Антон с кряхтением согнул натруженную спину и потянул тело Авдея вниз.

- Иди, работай, - благословил он и поперхнулся, уловив в своем голосе интонации матерой бендерши.

Не прошло и десяти минут, как возле одинокой фигурки остановился громадный трейлер. Дверь распахнулась и в проем высунулось круглое лицо дальнобойщика.

-Куда на ночь глядя спешищь, красавица? - Прокричал драйвер.

- Ответа Лариски лежащий ничком Антон не расслышал, однако, зная, на что способна его спутница опасался лишь одного, чтобы азартная девчонка не перестаралась.

Однако пауза затянулась. Наконец скрипнул снег под ногами, и на фоне темного неба возник силуэт.

-Эй, парень, выбирайся.- Голос принадлежал невысокому толстячку одетому в меховой, расстегнутый жилет.

Антон замер, пытаясь сообразить, что все это значит, но вот рядом с водилой появилась и голова самой Лариски.

-Вылазь. - Крикнула она, размахивая рукой.- Михалыч нас подвезет. - Она кивнула на стоящего рядом мужичка.

-Однако вот тебе и "терминатор? "?- Изумился Антон, но решив не забивать голову, принялся вытаскивать тяжелое тело наверх.

Наконец совместными усилиями Авдея вытянули из заснеженного кювета и загрузили в просторный спальник большегруза.

-Поехали. - Шофер переключил рычаг и плавно тронул многотонный грузовик с места.

-Молодец, девка.- Одобрительно пробурчал водитель.- Я ведь твоих то сразу приметил, думал, интересно, чего врать станешь, а ты вон, правду. - Он приподнял лежащую под рукой тряпку и вынул короткий обрез.

- Так если понял, зачем тормозил.- Не сумел промолчать согревающийся от тепла мощной печки Антон.

- Не знаю.- Пожал округлым плечом шоферюга. - Остановил вот.

- Лариска аккуратно поправила свои роскошные волосы, и глянула в темноту за окном.

Водила повернул ручку приемника, чуть добавляя гомкость звучания. В полутьму салона ворвался треск и шелест эфира.

У меня радио, - пояснил он Антону, - на их волну настроенное. - Они вас уже по всем постам объявили. - Водитель хмыкнул.- Пинкертоны, ..ать . - Покосился на . сторону.- Извините. - А я их как то не очень... Чего там у вас вышло, если они так всполошились?

Антон вздохнул: Без документов остановили, ну я и не стал ждать. Машину в речку столкнули... вот он, - кивнул пассажир на лежащего за спиной Авдея. - Ногу поломал, когда прыгал.

-Ладно, ваши дела... - Не стал выпытывать шофер.- А честно скажу, девчонка ваша мне понравилась. - Он помолчал. - Не, не в смысле... У меня дочка ее возраста, похожа. Мы с женой развелись... - Мужик вновь вздохнул.

-Слушай.- Сообразил Антон. - Если нас ищут, точно на следующем посту тормознут. Тогда чего?

-Ха, мелко плавают мусора, Михалыча тормозить. - Скривился в ехидной ухмылке водитель. - Я тут все дороги как свой сарай знаю, проедем.

Да, не любишь ты их...- Согласился Антон.

А чего мне их жаловать?- Шофер щелкнул пальцем по баранке.- Они мне за тридцать лет столько кровушки выпили, вурдалакам не снилось.

- Придремавшая в тепле Лариска вскинула голову.- А что много их тут?

-Кого?- Не понял шофер, Ментов?

-Да вурдалаков...- Отчего-то уставилась на толстую заросшую редкой щетиной шею толстяка пассажирка.

-Чай не Америка.- Усмехнулся на шутку Михалыч.- Это у них... А здесь, только эти в сером... Упыри.

Лариса, не шуми. Он шутит.- Наконец уловил смысл ее вопроса Антон.- У нас так всех нехороших людей, которые не по совести живут обзывают.

-А ты чего, не русская, что-ли?- В свою очередь удивился водитель.

За границей долго жила.- Ответил за спутницу Антон. - А недавно вернулась. Все в диковинку.

-Ну тогда да... - Мужик усмехнулся. - Чудес у нас хватает. Хоть ложкой ешь.

Он глянул в темноту и начал осторожно притормаживать: Вот, что ребята. Я смотрю на бандитов то вы не очень похожи. Только вот в город вам все равно ехать не стоит. В больничке по любому бумаги стребуют. А после и властям стукнут.

Михалыч задумчиво пожевал губу.- Ладно, крюк тут небольшой. Есть у меня здесь знакомец. Пасеку держит. Старик смурной, однако справедливый, он и ногу вашему амбалу посмотрит, и угол если по цене сговоритесь, даст. Согласны?

Антон глянул на Лариску.- Конечно.

Только чур, ежели что, меня не сдавать.- Оговорился шофер. - Вы прохожие, а мне по этой трассе, бог даст, еще ездить и ездить.

Получив твердое согласие, он замолчал и уставился на дорогу. Тем временем асфальт уступил место накатанному насту, а после дорога и вовсе превратилась в две глубокие колеи.

-Ничего, доедем.- Успокоил шофер. Резина хорошая, движок мощный, авось вытянет.

Наконец грузовик выполз на относительно ровную площадку перед высоким, уходящим в темноту забором и коротко посигналил. Залаяла где-то за оградой собака, вспыхнул в окошке неяркий свет.

Калитка отворилась и в проеме возник высокий, одетый в темный балахон старик. Он поднял зажатый в руке фонарь, и посветил в сторону замершего грузовика.

-Гришка? Ты что-ль? - Окликнул он шофера.

- Я это, я.- Михалыч выпрыгнул в глубокий нетронутый снег и шариком покатился к хозяину заимки.

Короткий разговор закончился взмахом руки водителя.- Эй, пассажиры, выгружайтесь.- Прокричал шебутной драйвер. Вернулся к кабине и помог выгрузить массивное тело Авдея.

Кряхтя и поскальзываясь, они потащили нелегкую ношу к стоящему в глубине просторного двора дому.

Лариска шагнула в калитку. Замерла и внимательно повела головой. Она на миг стала похожа на маленького но крайне хищного зверька, озирающего новую территорию.

Окончив осмотр, в несколько шагов догнала несущих Авдея грузчиков и двинулась рядом с Антоном.

Хозяин отворил тяжелую, обитую понизу толстым войлоком дверь.

В горницу неси.- Глубоким, почти басовитым голосом приказал он.

Ладно, задержался с вами.- Заторопился толстяк, вытирая со лба испарину. - Поеду. Он махнул ладонью, и не дав Антону произнести слова благодарности, выскочил наружу.

Тем временем, уложив гостя на широкую, сделанную из цельного куска дерева скамью, старик внимательно осмотрел распухшую ногу.

-Нормально.- Наконец изрек лекарь. - Не мудрено, что сморило.- Так сложить без боли не выйдет. Ничего, сейчас компресс сделаю, отвар сварю. Он тяжело, упершись ладонями в колени поднялся. - Теперь с вами, голуби... Остро глянул на стоящих рядом гостей. - Уперся долгим взглядом в лица. - Хм. Странно, он, слово прислушался к чнму-то. - Про тебя все понятно.- Кивнул на Антона. - А вот ты, девица, словно чистый лист...

Ну, да, разберем. - Подвел итог хозяин. - За постой с вас денег возьму. Сколь есть, от того половину. Годится?

-Кх.- Антон даже поперхнулся. - Не много-ли?

-Поспрашивай, может, кто дешевле предложит.- Без улыбки отозвался старик. -

-Хорошо.- Решительно произнесла Лариска. Глянула на него бездонными зелеными глазищами. - А по божески? Так-то. На выворот?

-Пчелы у меня померзли, новый рой брать нужно... Пояснил старик свою корысть, словно смутившись.- А вам-то покой сейчас нужнее.

-Пусть так.- Повторила гостья, и, вынув пухлую стопку купюр , разделила поровну. - Вот, хозяин. Хватит?

Старик качнул головой, приходя в себя от увиденного: Хватит, девица. С избытком даже.

Минутная неловкость прошла. Дед принялся смешивать хитрый отвар, колдуя над большой плитой, а Лариска опустилась на лавку возле Антона.- Как думаешь, не выдаст он нас? - Произнесла чуть слышно.

Не должен.- Пробормотал в ответ умотавшийся горожанин. - Других вариантов все равно нет.

-Авдей, если очнется, все легче будет.- Согласилась она.

-Хорош ворковать, голуби, -пробасил хозяин, - Раздевайтесь, сейчас с больным управлюсь, ужинать будем.

Наложив на ногу компресс и кое-как влив сквозь сжатые зубы дико вонючего отвара, дед укрыл неподвижное тело спящего большим тулупом. - Пропотеет, к утру должен в себя прийти.- Подвел итог заботам старик.

Ужинали попросту. Достав из печи большой закопченный чугунок с вареной картошкой, старик нарезал сало и с горкой наложил в миску соленой капусты.

- Извините, у меня разносолов не водится.- Ничуть, впрочем, не смущенным голосом сообщил он.- Чем богаты...

Проголодавшиеся гости не привередничали. А когда ужин закончился, и пришел черед чаепития из большого, ведерного самовара, хозяин устроил форменный допрос.

Ответить на вопросы Антон смог без труда, разве что немного недоговорил. Да и немудрено, попробуй расскажи кому о своей лесной прогулке, враз за сумасшедшего примут. Новый русский на трассе гонки устроил. Не удержался, и в поле улетел. Машину дорогую в дрова расколотил, ну и решил с нас за это компенсацию требовать. Пришлось отбиваться. Кое как вырвались и бежать. - Чуть сгладил Антон имевшие место события.

-А отчего бежали?- так и не смог разобрать старик. - Коль не виноваты?

Антон помялся.- У нас сами знаете, никогда нельзя точно сказать, виноват, или нет. Как решат, так и выйдет. А тот богатей, что с нами гонки затеял, в этих местах наверняка давно всех купил. Как скажет, так и будет.

-Это да.- Не стал спорить старик. - На Руси так испокон повелось. Толи ты украл, толи у тебя, все одно виноват. Он зевнул, и широко перекрестился. - Ну знать такая планида ваша.

Дед кивнул на стоящую в углу кровать: Тебе здесь положу, а девку в спальне размещу. Там тоже кровать есть. А сам уж как нибудь, в светелке. Он глянул острым глазом. - Или может вам на одной стелить?

Антон едва не покраснел. - На разных. - Коротко ответил он.

-Ну, как скажешь.- Дед встал из-за стола. - Мне завтра вставать рано. На боковую пора.

Глава 8

Дед ошибся, в сознание раненый пришел лишь к обеду.

Открыл глаза, медленно обвел мутным взглядом окружающее пространство и попытался встать.

-Лежи.- Вскинулась зорко следящая за напарником Лариска.

Она облегченно вздохнула и весело, не давая Авдею возможности открыть рот, начала пересказ произошедших за время его вынужденного отсутствия событий.

Авдей выслушал историю, строго глянул на спутницу и поинтересовался.

- А отчего, как он сказал не сделала? Или заподозрила чего?- уточнил он, имея в виду разговор с водителем большегруза.

-Честно? Не поверишь, - смутилась девчонка, - растерялась. Как будто забыла, словно никогда и не умела.

-Правильно понимаешь. - Я тоже сообразил. Как из машины вылетел, так сразу и понял, что - Он невесело усмехнулся. - Одно хорошо, теперь Он нас ни за что от остальных не отличит. А с другой стороны, плохо. Как из него чудо богатыря сделать? То что он сумел цветок сорвать еще ни о чем не говорит. Ну выбрали его, и что? А ну как ...

Услышав, что постоялец пришел в себя, в комнату заглянул хозяин. Глянул острым взглядом на могучую фигуру Авдея, и поздоровался в ответ на молчаливый кивок гостя.

-Меня Иваном Денисовичем звать.- Наконец произнес дед, подходя к больному.

- Ась? Как сказал? Авдеем, ну что, имя хорошее, русское. - Повторил он ответ постояльца.

-Почто встал соколик. Тебе еще лежать положено, оздоравливать.

- Не время. Дел много хозяин. - Авдей осторожно пошевелил пальцами больной ноги, и сморщился.

-Так, оно, да только природу не обмануть, - парировал старик.

Впрочем сказанное им, при всей своей внешней простоте, казалось, имело какой-то свой, понятный только им двоим, смысл.

-Ничего, авось полегчает.- Авдей вновь глянул на старого пасечника, только теперь уже совсем иначе.

- Скажи, дедушка, ты значит и травами пользуешь? - поинтересовался он как бы между прочим. - Ничего, что так зову?

-Твое дело, внучок, как желаешь, так зови.- Дед не удержался и усмехнулся. - Да только тут еще поглядеть нужно, кто из нас моложе.

Сделав вид, что не разобрал сказанного, Авдей перешел к делу. - А что, хозяин, и травы разные поди в запасе хранишь? Мне тут один сбор хитрый насоветовали, может поспособствуешь?

-Отчего-ж не помочь, если для пользы.- Невнятно отозвался старик. - Вот, чутка оживешь, глянем.

Короткий разговор себя исчерпал. Дед отправился по своим делам, а больной, устало опустился на подушку.

Чего стоило Авдею доковылять в каморку, где старый пасечник хранил травы, неизвестно, однако, когда хозяин вернулся в дом, окончив заниматься делами, на столе перед гостем уже стоял небольшой пакетик с собранной смесью.

-Заварить бы.- Не слушая укоризненных слов костоправа попросил Авдей. Средство проверенное, поможет.

- Старик удивленный настырностью гостя, лишь махнул рукой.- Лежи, сейчас сготовлю.

Не прошло и часа, как бурое снадобье уже остывало.

- Точно знаешь, чего делаешь?- Не сумел сдержать сомнение травник.- Впервой вижу, чтоб так было?

Не сумев объяснить, чем смутило его приготовленное питье, осторожно опустил банку с отваром на стол.

-Спасибо, теперь сам справлюсь. - Авдей дождался, когда хозяин закроет за собой дверь, кивнул сидящей у стола Лариске.- Антона зови. Да не смотри так, сам знаю, опасно, только иного выхода у нас все равно нет.- Заметил он осуждающий взгляд напарницы.

Лариска покосилась на исходящий паром настой.- А не перестарался?- Спросила она, уже поднимаясь со скамьи.- Вовсе бы не сгубить мальца.

-У них пословица есть. Что не убьет, то сделает сильнее. - По сути мы ничего не нарушаем. Это второе правило и есть.

-А первое какое?- Лариска смирилась с решением старшего, и поинтересовалась скорее по инерции.

-Первое? - Авдей криво улыбнулся, укладывая поудобнее больную ногу.- Первое: Не попробуешь, не узнаешь. Зови.

Антон, который, решив отоспаться впрок, мирно дремал в своей комнате, открыл глаза и зевнул.- Зовет? - Переспросил он у заглянувшей в светелку девчонки.- Брат Митька ухи просит?- Усмехнулся уже поднимаясь.- Иду.

- Здравствуй.- Авдей вопросительно глянул в глаза вынужденного помощника.

- Ты от слов своих не отказываешься? - спросил он, с уже знакомой Антону, торжественной ноткой.

Тот насторожился, но повинуясь строгому взгляду, пожал плечами.- Нет, вроде. А что?

-Вроде или твердо? - уточнил Авдей.- Помочь нам согласен?

-Антон выпрямился, изобразил суровую невозмутимость настоящего индейца.

- Мой долг помогать... - Хмыкнул, не выдержав, и уже попросту спросил - Чего ты в вопросы играешься? Ну, согласен. Доволен?

- Принято.- Поднялся с подушки Авдей. - На, выпей снадобье. Силы тебе понадобится много, а без этого ничего не выйдет.

Антон, и не став спорить, протянул руку к посудине.

- Сколько пить-то? - понюхал он отвар.

Пахнуло лугом, клевером, еще чем-то, смутно знакомым.

-Пей, там видно будет.- Отмахнулся Авдей, внимательно глядя в глаза собеседнику.

Антон выдохнул, словно готовясь хлопнуть стакан горькой, и махом отпил половину.

-А ничего, вкус как ...- Хотел похвалить он зелье , но вдруг почувствовал, как выскользнув из пальцев, посудина медленно полетела на пол. В желудке вспыхнул огонь и начал стремительно растекаться по всему телу. Ноги подкосились, и он рухнул на предусмотрительно освобожденную Авдеем лавку. В глазах поплыли светлые мухи.

-Что это?- только и сумел произнести он отнимающимися губами, ища глазами расплывающееся лицо отравителя. Нахлынул острый всепоглощающий страх.

-Ты должен пройти через это.- Голос Авдея донесся словно сквозь толстое пуховое одеяло. - То что нас не убьет...

Дальше уже не услышал. Вспыхнула мозгу острая, почти невыносимая боль, и все исчезло.

Свет возник ниоткуда. Темнота просто исчезла, не оставив ничего взамен. Осталась тишина. "Полная, абсолютная, мертвая, глухая..." - Антон сделал усилие и оборвал словесную чехарду, звучащую в голове. Осмотрелся, уже понимая, что ситуация вышла из-под контроля. "Куда и отчего исчезли спутники? Да и вообще... Главное не паниковать, не мучить и без того натянутые нервы вопросами". - Что есть, то и есть, а там разберемся, - произнес он вслух и вздрогнул. Голос прозвучал до безобразия чужеродно.

Мало того, сказанное им на родном привычном наречии, прозвучало оно совершенно иначе. Словно сработал встроенный в связки синхронный переводчик. Обилие рокочущих, звонких согласных означало, тем не менее, именно эту немудреную сентенцию. Никаких ассоциаций с английским или немецким, которые когда-то учил. "Стоп, - вновь осадил вереницу сторонних мыслей путешественник. - Все не о том. Сейчас главное, понять, что меня окружает?" Однако рассмотреть не сумел. Да, по совести, было и не до того. Куда более странные вещи, происходящие с ним самим. Еще бы. Чувствовать, как твое тело начинает ежесекундно меняться, - это не для слабой психики. Раздались вширь плечи, наливаясь недюжинной силой, задергало судорогой мышцы лица, хрустнули суставы... Антон вскинул ставшие чужими мосластые ладони к лицу, закрывая глаза... Странно, вместо того, чтобы сжать веки, он сумел лишь впечатать ладони в глазницы. Вновь навалилось беспамятство. "Тук, тук, тук", - звучит в висках пульсирующий ток крови. Он лежит, уткнувшись лицом в пахнущие чем-то приторным ладони. В живот уперлось страшно жесткое, а сверху давит нешуточный груз. "Картина вторая и, возможно, последняя, - помимо воли пронеслось у него в голове. - Ладно, пусть так". Напрягся и, на удивление легко, играючи, приподнял груз, лежащий на нем. Упираясь липкими ладонями, стряхнул ношу и разжал веки.

Необычайный, багряный оттенок придал всему фантастический вид. То, что он считал бесформенным кулем, оказалось куда более страшным. Обезглавленное тело в потертых, с глубокими вмятинами грязно-бурых доспехах. Тело упало со звуком падения мерзлой коровьей туши. "Бр-р, - только теперь Антон понял: - Лицо его залито кровью, и запах этот от нее". Стереть засохшие сгустки с лица до конца так и не сумел. Махнул рукой и оставил все как есть. Ресницы хлопнули друг о друга с неприятным стуком. Смотреть на заваленное мертвыми телами пространство оказалось непросто. Какое там, даже осознать, что все эти куски мяса принадлежат людям, было трудно. Он опустил глаза вниз и разглядел то, что так сильно упиралось ему в грудь, когда лежал ничком. Большой, увенчанный длинными шипами, бронзовый шар, приделанный к деревянной ручке. Исцарапанный, в красноватых пятнах, он явно побывал в переделке. Не раздумывая, ухватил оружие, обтер рукоять. Рука, заросшая грубым темным волосом, показалась громадной и вовсе чужой. "Вдвое, не меньше... Поздоровел я, однако. - Антон покрутил палицу перед собой. - Хорошая дубина..." - он не успел додумать... Отчего-то все происходящее не особенно удивило и напугало. - А чего, собственно, бояться? - пробормотал он. "Я жив, а мертвые?.. Этих нет нужды опасаться. Мы победили?.. Или нет?.. Нас разбили? Впрочем, какая разница?.." - отрывочные мысли сбили трагизм ситуации. "Сейчас главное - не это. Главное..." - встал, и мимоходом подивившись тому, что стал куда выше, оглядел поле боя. "Все правильно... Перед ним - то самое поле, да и место, похоже, именно то. Вот только антураж куда более живописный". Осторожно, стараясь не наступать на разбросанные вокруг тела, выбрался из братской могилы. Ничем иным эту кучу мертвых назвать было нельзя. С трудом выбрался на холмик, возвышающийся над ложбиной. Ноги в неудобных, плохо гнущихся сапогах немилосердно скользили... "Еще бы, - обвел себя взглядом Антон. - Мало, что рост увеличился почти на две головы, да еще и вес наверняка прибавился". Антон расправил мускулистые руки, с хрустом потянулся. Охнул, чувствуя, как заныл бок... "Ага, мне тоже неслабо досталось", - сообразил он, углядев прилипшую к ране ткань, пропитанную кровью. "Рано радоваться, - мелькнуло опасение. - Сепсис в любом случае обеспечен". - Думать нужно, - решительно выдохнул преобразившийся воин: "Кто я? Кажется, был фильм с подобным названием. Или погодить с этим? - пробилась несвойственная мирному инженеру мысль. - Прежде определиться с угрозами и как можно лучше". Долгим взглядом просканировал окрестность: "Ни души... В смысле - живой. Одни покойники". Всмотрелся в ближайшее тело, осмотрел другое. Судя по всему, закончилось все уже давно, кровь высохла и почернела. Тела окоченели. Враг собрал трофеи, похоронил своих и, добив чужих, ушел прочь, а вот каким образом он оказался живым? От озарения даже похолодел: "А может я, того, мертвый? Как его, зомби? Тьфу, - расстроено врезал себе по уху. Удар едва не вышиб остатки мозгов. В голове загудело, в глазах поплыли мухи. "Рука, однако..." - не смог не признать превосходства его нового тела Антон. .. Отвлекло непонятное. Вскинул голову и впился в то место, где заметил шевеление: "Точно". Тело, разваленное почти пополам, вдруг едва заметно шевельнулось. Однако только чуть-чуть. "Ну, уже лучше", - Антон уверенно шагнул вперед. Однако по мере приближения к сваленным в кучу телам замедлил шаг. "Береженого бог бережет", -подумал Антон, и протянулся к отвратно воняющему трупу и ухватил твердое, словно доска, плечо. Мгновение, и покойник оказался отодвинут в сторону. В освободившемся пространстве показалась чья-то рука. Она покрутилась, стараясь отыскать опору, и уперлась в грудь лежащего рядом солдата. - Эй, держи, - прорычал Антон и вновь подивился, как вместо знакомых с детства слов губы выплюнули вовсе непотребное сочетание звуков. Однако невидимый бедолага, лежащий под грузом тел, его понял. Ладонь пошарила и цепко сжала протянутую руку. - И, раз, - голова пошла кругом, боль дернула раненый бок и скользнула дальше, к ноге. Усилия принесли свои плоды. Из узкой щели показалось щуплое тело. Еще одно усилие, и тот выбрался целиком. Измятое лицо, редкие пегие волосики, мелкие черты лица. - Кто ты? - выдохнул Антон, превозмогая боль. - Х-х, - попытался ответить коротышка, не сумел, и только помотал головой. Втянул в грудь воздух, сипло, натужно закашлялся. "Придется обождать", - понял спаситель. Осторожно поднял человека и перенес на бугор. - Лежи, - упредил он. Присмотревшись к наряду, Антон вдруг сообразил, что это простой солдат. Хотя ни о каких знаках отличия на рваной одежде говорить не приходилось. -К-ха. - Сумел, наконец, совладать со связками воин, и тут-же задал вопрос. – Они нас разбили? - Нет, блин, это мы их, - ломая трагизм ситуации, грубовато пошутил здоровяк. А сам лихорадочно обдумывал услышанное. "Раз он меня признал, значит, я либо его однополчанин, либо командир? А имя? Ладно. Если что, завалю этого доходягу обратно, и все. Делов-то..."

Юмор показался вовсе несвойственным. Впрочем, отчего-то ему на миг показалось, что для его альтер эго это вовсе не было шуткой, а вполне реальным вариантом развития событий. - Еще раз. Ты кто? - повторил Антон, хотя никакой практической пользы ему это знание принести не могло. - Второй копьеносец четвертого строя, - без раздумий отозвался собеседник и добавил: -Клан Вепря. Звать Зико Плешивый, мой господин. "Узнал, и что?" - шутка про незадачливого охотника и медведя всплыла в памяти как нельзя кстати. - Лежи, - распорядился Антон. - Приходи в себя, а после поговорим. "Все хорошо, а где их оружие?" - с некоторым удивлением подумал Антон, пробираясь среди трупов. "Похоже, здесь это куда важнее всего прочего, - понял он после недолгих поисков. - Все под метелку вычистили. И что это он там про господина ввернул? Выходит не последний человек этот мордоворот здесь"? Антон вновь оглянулся по сторонам, и внезапно заметил большую черную ворону, которая ничуть не опасаясь стоящего неподалеку от нее человека, сидела на затянутой в кольчугу спине какого-то бедолаги и методично пыталась выклевать его мертвый глаз. “Совсем страх потеряла, сволочь. .- Изумился Антон, осторожно поднял с земли приличных размеров булыжник, и швырнул в нахальную падальщицу. Бросок, как говорится вышел на славу. Крылатая гиена, в которую угодил камень, кувыркнулась вниз, и сдавлено каркнула. Или скорей наоборот каркнула, а уже потом грохнулась вниз. -Вот то-то.- Удовлетворенно выдохнул Антон, и повернулся к все еще сидящему на земле Зико. -Эй, вставай, простудишься. – Крикнул здоровяк, и озадачено открыл рот. Глаза глядящего на него солдата округлились, и сам он был скорее похож на статую, символизирующую вселенский ужас. -Ты чего? – удивился Антон, сделав шаг по направлению к новоявленному Лоту. -Т-там… - Едва слышно произнес Зико, все еще тыча пальцем за спину Антону.- Сама Бадб… -Какая еще, Баббд? – Антон обернулся, и озадаченно присвистнул. Там, куда только что свалилась сбитая мастерским ударом ворона теперь стояла тощая с торчащими в стороны седыми длинными волосами, старуха. Одетая в длинный, балахон, весьма похожий на саван, она уставилась на Антона весьма недобрым взглядом. -А, это ты, Луг. – Слегка разочарованно произнесла старая карга. – И все равно, не стоило тебе поступать так со мной. Кидаться камнями в богиню это тебе с рук не сойдет. Ты еще пожалеешь. Внезапный порыв ветра поднял с земли клуб пыли, а когда она рассеялась на поле брани уже не было ни старухи, ни вороны. Антон осторожно отошел подальше от места, где стояла ведьма, и едва не наступил на чью-то, лежащую отдельно от туловища, голову. Вместо единственного глаза у убитого виднелась громадная дыра. -Ты победил. – Внезапно произнесла голова. От такого поворота Антону стало вовсе нехорошо. Он закрутил головой, пытаясь понять, послышалось ему это, или мертвец и вправду заговорил. Тем временем голова все не унималась. Синюшные губы вновь шевельнулись и произнесли. -Твое копье пронзило мой единственный глаз. А ты ведь знаешь, какое страшное оружие мой взгляд. Никто из смертных еще не смог выжить после того, как я взгляну на него. Что-ж, теперь ты по праву можешь стать моим наследником. Возложи мою голову себе на плечи, и этот смертоносный дар станет твоим. И тогда тебе никто не сможет противостоять. Ты станешь вровень с самыми могущественными богами. Только пообещай, что похоронишь меня. Не хочу стать добычей злобной Махи. -Ага, сейчас.- Антон пересилил отвращение и всмотрелся в грубые черты лица убитого. – Кто бы ты ни был, но мне такие подарки ни к чему. Он подумал. – Но в одном ты прав. Если уж тебе не свезло пасть от моей руки, хотя я этого и не помню, то похоронить тебя моя обязанность. Антон осторожно ухватил голову за длинную прядь пегих волос, и аккуратно поставил ее на большой, поросший мхом гранитный камень. –Полежи пока, а я что-нибудь придумаю.- Сказал он, и поманил рукой сидящего поодаль солдата. -Эй, как тебя там. Плешивый, а ну, иди сюда. – Антон справедливо рассудив, что персоне, которой он в этот момент оказался, как-то не пристало копаться в земле, решил переложить эту обязанность на плечи солдата. -Вот тут нужно вырыть яму. Особо можешь не усердствовать. Тело я хоронить не… Его слова прервал громкий треск. Словно лопнул громадный медный котел. Антон обернулся, и увидел, что валун, на котором лежала отрубленная голова, раскололся напополам.

Натекшая из раны кровь сыграла ли свою роль, или так уж совпало, однако факт, как говориться был на лицо. Зико, который уже успел подойти к камню, вдруг замер, потянул руку к капле, которая попала ему на лицо. Охнул, и упал замертво. “Вот тебе и наследство.- Озадачено скривился новоявленный вождь. – А эта сволочь мне ее на голову положить предлагала. Ну и нравы тут. Антон вздохнул, огорченно махнул рукой, и двинулся прочь от места последней, в этой битве.

Отойдя от от поля, заваленного телами убитых, метров на триста, раздвинул окаймляющие околицу кусты, и зашагал по заросшему молодыми дубами роще. Прошел еще немного, и выбрался на новую поляну. Тишина и спокойствие. Голубое небо над головой. Трель жаворонка где-то в вышине. Ничто не говорило о том, что совсем неподалеку отсюда разыгралась кровавая мясорубка. “ И что дальше? - озадачено подумал Антон, опускаясь на роскошный луговой ковер из трав. – Бездумно сорвал какую-то былинку и принялся жевать стебель, пытаясь сообразить, как быть. Однако внезапно все изменилось. Небо потемнело, окружающее начало расплываться словно в тумане, голова закружилась, и он почувствовал, что перед глазами вспыхнуло кровавое зарево.

Первым вернулось зрение.

И тут Антон увидел стоящую у стены Лариску, и самого Авдея, склонившегося над Его телом.

Но там, на скамье лежало лишь тело. Он словно видел все это со стороны, Отовсюду. и где теперь находится его сознание, сказать не сумел.

-Эй, душегуб.- Беззвучно позвал Антон. - Чего ж ты наделал?

Реакции не последовало. Наконец Авдей неловко повернулся и глядя в никуда произнес.

-Так было нужно.- Хрипло выдавил отравитель.- Если все получилось, то ты меня слышишь. Запоминай. Тело слабо, а страх небытия живет в вас с рождения. Нельзя достичь нового уровня, не пройдя через смерть.

Ты уже побывал там, где все началось. И возможно понял что-то. Но это еще не все. Теперь предстоит еще одно испытание. Возможно тебе и не удастся вернуться, что-ж, значит судьба. Но не попробовав, не узнаешь.

Он опустился на стул и провел тяжелой ладонью, закрывая глаза лежащему перед ним человеку.

- Неужели все именно так? - чуть удивился Антон. Впрочем, чувство исчезло, мелькнув где-то краем.

То облачко энергии, которым он теперь стал, начало легко подниматься в верх, без помех пройдя сквозь крышу и чердак старого дома. Открылось бесконечное, сиренево - голубое небо. Облака, ползущие куда-то вдаль, солнце, сверкающее сквозь их разрывы.

Промелькнули острые шпили заснеженных елей, мелькнули и тут же исчезли пятна самих облаков.

Он понял, что его душа стремительно уносится вверх. Однако ни холода ни тепла не почувствовал. Только умиротворение и покой, а еще ...счастье.

Оно возникло внезапно и заполнило все. И чем выше поднимался он, тем сильнее было это чувство.

Казалось исчезло все, остался лишь покой и гармония. И тут Антон сообразил, что изменилось. Пропал яркий круг солнца, исчезли облака, ничего, только слабый туман. Сперва голубой, а потом все темнее и темнее, и наконец цвет плавно перешел в глубокую синеву.

Не было верха, низа, начала краев, ничего . Только счастье и осознание вечности.

Душа стремилась раствориться в этом тумане, слиться в единстве с вселенной. Неожиданно возникло новое чувство, а вернее всплыла, казалось навсегда оставленная далеко внизу, тревога.

Туман дрогнул, теряя свою идеальную чистоту цвета, поползла откуда то с краю серая, грязная полоса, гася искрящееся свечение. А следом пришло отчаяние, вернулась боль. Возникла, заполняя все естество, тяжелая, глухая ненависть.

Свет вокруг стал истончаться, затухать. Волшебный туман уступил место серому, как грязная тряпка, дыму.

Тоска стала вовсе невыносимой. Антон с вспомнил о странной парочке, отправившей его на вечную муку.

Ненависть усилилась, но теперь ее цель была ясна и понятна.

"Они и есть причина всех моих мучений.- Мысль оформилась и подчиняла его волю.- Уничтожить, и отступит тоска и боль".

Сознание метнулось назад, вниз, к людям.

-И что?- Чудом сумел удержать себя Антон. Остановило внезапное озарение. - Что после? Серый, безжизненный полог, и тягостное, мутное безмолвие? Это и есть высшее счастье?

И тут же, словно подул свежий ветерок, стало легче. В душе начал разгораться огонек серебряной, пульсирующей энергии. Мгновение, и он разорвал наползающий мрак, освободил дорогу синеве полуденного неба.

И тут вспыхнула радуга. Яркая, пульсирующая объемными живыми цветами. Она лежала перед наблюдателем словно бесконечное полотно, уходящее к горизонту.

"Это и есть мой путь.- Понял Антон.- Впитать все цвета, и стать частью этого".

Глава 9

Он раскрыл глаза, и встретился взглядом с внимательно следящим за ним Авдеем.

-Никак вернулся. - облегчённо выдохнул тот, провел ладонью по лбу.

- А ты говоришь с концами... - непонятно попенял Авдей Лариске.

-Я?- изумленно пискнула из-за спины гиганта девчонка, однако спорить дальше не стала. - Ну, я, так я. Как скажешь.

Антон медленно, с осторожностью сжал руку в кулак, повертел головой, приходя в себя.

-Все-таки, ты скотина.- Беззлобно пробормотал он, усаживаясь на скамье. - А знаешь, как там красиво? Так это и есть Ваш мир?

Авдей собрал на лбу глубокие морщины, задумался, и пожал плечами. - Скорее всего. Только мне неведомо, извини, видим мы это все равно иначе. Главное это радуга. Видел её?

Дождался, когда Антон кивнет головой, и продолжил. - А самое главное. - Ты увидел радугу.

Мост это место, где энергии миров встречаются и могут существовать в гармонии. Теперь ты стал частью ее и она стала частью тебя.

Поэтому все, что ты теперь будешь делать, наполнится ее энергией. Немногие из вашего мира сумели коснуться ее лучей, и лишь избранным, единицами дано получить в дар все цвета.

За всю историю вашего мира такое случалось всего несколько раз. - Внезапно Авдей нахмурился, словно вспомнил о чем-то не слишком приятном, однако продолжил.

- Да, что скрывать, не всегда люди, которые прикоснулись к радуге были ведомы высшими, случалось и так, что избранник воплощал в себе грубые планы, тогда и случались у вас самые страшные...

Авдей прервался, и досадливо уставился на давно дергающую его за рукав Лариску. - Чего тебе?

-Ты себя послушай.- Рассмеялась она. - Проповедник прямо. Тебе ещё этот, как его, нимб над головой. - Проще надо.

-Я все-таки не каждый день о таком говорю.- Смешался рассказчик. - Поневоле собьешься.

- Ладно, проехали. - Уже совсем нормальным тоном закончил он. - Сам все поймешь, что к чему. А не поймешь, значит и не надо того знать.

-Одно радует.- усмехнулся Авдей.- Первый шаг ты сделал.

-Ты пока отдохни, к себе прислушайся. - Вновь влезла в разговор Лариска.- Чай не каждый день такое бывает.- Вопросительно глянула на Авдея. - Пусть отдохнёт а?

- Будь по твоему. Но вперед, тебе рыжая, советую меня не перебивать.- Оставил за собой последнее слово Авдей.

Антон поднялся, и ощущая необъяснимую легкость, шагнул к дверям. На пороге остановился, глянул на неловко сидящего Авдея.

Вернулся и провел ладонью над его ногой. Прислушался к себе, наполняя пространство вокруг силой серебряного света радуги, перевел в кончики пальцев и направил в место перелома.

Недолгое ожидание, наконец он почувствовал, что поврежденное поле в месте травмы немного выровнялось.

-Ну вот.- Антон подмигнул спутнику.- Я думаю, помогло.

-Хм. - Пошевелил пальцами Авдей. - Похоже. Хотя, так сразу то, с места в карьер, не стоит. Тебе еще много открытий предстоит.

"Лицом к лицу лица не увидать", - строчка есенинского стихотворения как нельзя лучше характеризовала его состояние. Изменения произошли, но что конкретно изменилось в его естестве, понять сразу так и не сумел.

Антон глянул в мутноватое зеркало: "Все вроде на месте, и нос, и глаза. Хотя... вот... только. Взгляд. Точно изменился. И складки возле губ, словно два крыла, и еще что-то, уже вовсе трудноуловимое..."

Прислушался к себе, чувствуя, как тело и сознание наполняются волшебной легкостью. Прошелся по скрипящим половицам, оглянулся вокруг, решая для себя нелегкую задачу, и тут до слуха донеслось непонятное бормотание. Не шепот, не тихий голос где-то рядом, а нечто иное, так, наверное, и звучит подсознание. Замер и, уже с твердой уверенностью шагнул в двери.

Авдей, сидящий на своей лавке, тоже насторожился, поднял голову. Обернулась и Лариска, стоящая возле плиты.

- Здравствуйте, пожалуйста. - голос Антона изменился вместе с ним. Окреп и приобрел внутреннюю силу, уверенность. - А к нам гости...

- Кто? - вскинулся спутник. - Откель знаешь?

-Эти оборотни у нас в погонах ходят, - рассмеялся Антон.

Он вновь замер, прислушиваясь: - Да, так и есть. Идут уже... И вокруг на три ряда все обложили. Видно это наш хозяин не утерпел.

Авдей крякнул, выпрямился, осторожно упираясь в пол заживающей ногой: - А вот бежать, как ране вряд ли смогу.Что делать?

- Да поздно уже, бежать. Поздно, - Антон криво усмехнулся, прислушиваясь к себе.

"Странно, растерянности не было. Он и не сомневался в том, что сможет исполнить задуманное. Просто знал, что все будет так, как и должно.

Осторожно двинул серую от пыли и времени тюль, выглянул в окно и разглядел сквозь смутное, потечное стекло как дрогнули створки темных досок запертых ворот, как возникла над перекладиноц чья-то голова в матово-сером, обтянутом сетчатой пятнистой тряпицей, шлеме.

Работает ОМОН. - Гаркнул, сопровождая вспыхнувший над оградой клуб дыма, голос, усиленный мощным динамиком.

Штурм спецназа, отработанный многократными тренировками, развивался по отлаженному сценарию, и развивался стремительно. Однако движения заполнивших двор бойцов казались Антону медленным, словно бальный размеренный танец.

- Эй, Ларис, поди сюда, - подозвал он девчонку, - вот и гости...

Антон ухватил метнувшуюся к двери помощницу за острый локоток: - Ты куда? забыла?.. Теперь вы только зрители.

Авдей, тяжело ступая, подошел к стоящей у окна парочке. Насуплено глянул на сноровисто штурмующих ограду бойцов.

- Ну и ладно, - легкомысленно улыбнулся Антон. - Как вы не знаю, а мне эти гости не по нраву, - он покрутил головой, следя за перемещениями стрелков. - Гремят, шумят. Хамы какие-то. Вот здесь и останутся.

Антон не договорил, ещё раз выглянул во двор. - Не дело. Они люди служивые, приказ выполняют. И не виноваты. - Он помедлил, решая не лёгкую задачу.

- Ну ладно, сейчас в дверь ломиться начнут. - Он решительно задернул край занавески, быстро подошёл к тревожно озирающимся спутникам. Взял их за руки.

- А вот теперь и нам пора. Держитесь за меня. Крепко. И все будет...

Грохот обутых в грубые армейские ботинки ломящихся в избу милиционеров внезапно стал тише. Все вокруг подернулось легкой дымкой, поплыл, меняя зыбкие очертания. И исчезло.

Было ли это похоже на то, как это происходит в сказках или в кино, когда все застилает мутным туманом, Антон не задумывался. Какая разница.. Пропал убогий интерьер избы ренегатствующего деда-пасечника, пропали вороненые стволы и вязаные маски- шапочки шоуменов от МВД, Словно их и не было никогда.

Они стоят посреди поля. Широкого, да что широкого, бескрайнего поля...

Легкий, ласковый ветерок, волнующееся море шелкового ковыля. Солнце, бездонное небо, взбитые перины белоснежных облаков в воздушной постели...

Антон зажмурил глаза, прогоняя искры от ярких солнечных лучей.

- Романтично... Впрочем, отчего параллельная реальность должна быть хуже, чем та, из которой пришлось столь поспешно исчезнуть?"- подумал он.

Открыл глаза, и осмотрелся: "Поле, как поле. Равнина, одним словом. От горизонта до горизонта. Тепло. Солнышко. Птички..."

"Хотя, нет, птичек как раз и не слышно..." - он разжал ладони, отпуская своих спутников. Что-то подсказало, что не будь этой связи, его спутники вряд ли могли последовать за ним.

- Ну? - повернулся Антон к безучастно молчащему Авдею. - Какие будут комментарии?

- Какие теперь уж комментарии? - отозвался тот низким басом. - Теперь все от тебя зависит. Мы только статисты.

Лариска, занятая разглядыванием окружающей природы, участия в беседе вовсе не приняла.

- Что я могу сказать? - собрался с мыслями Антон. - Чего? Как? - я и сам не объясню. Впрочем, если честно, не удивлен. Скорее озадачен. И то слегка. Так понимаю, это и есть многомерность реальности? Ну и ладно... Сюрпризы, похоже, еще не окончились. Так что, погодим удивляться, - он потянулся. - Эх, и чего бы не жить? Красота какая... Всем бы хватило.

- Ладно, ладно, все понимаю, нету этого ничего. А вот, что есть, то и не объяснить...

- Пересидеть сойдет, - заключил он. Новые возможности его существа позволили им выскользнуть из трехмерности реального мира и исчезнуть от преследования озабоченных наведением законности властей.

- Такое бывает, - согласился Авдей. - Я слышал, хотя, признаюсь, не думал, что все это выглядит так реально, - он провел ладонью по траве. - Колется? - даже удивился он.

- Что дальше? - не обращаясь, впрочем, ни к кому конкретно, поинтересовался Антон. - Вернуться? Или?..

- Сам решай, - пискнула Лариска. Она успела сорвать с десяток полевых цветков и, опустившись на шелковый ковер, сноровисто, словно всю жизнь занималась только этим, принялась плести венок. - Можно и здесь посидеть...

- Умом тут, пожалуй, не понять... - согласился Антоха. - Моя воля, построил бы здесь себе жилье... - он мечтательно потянулся... - Эх...

Оборвал неуместную остроту... - Да, только недосуг, мир спасать надо...

- Слушай, ты и впрямь изменился, - заключил Авдей. - Я вот смотрю, словно другой стал.

- Травить не надо было. - беззлобно отозвался Антон. - Объяснить не смогу, однако, сошлась фишка.- Он вдруг прислушался к себе: - Стоп. А это что?

Крутанул головой, отыскивая источник глухой тяжелой угрозы, которая заползла в сердце.

- Ну что ты будешь?.. - даже расстроился он. - Только собрался... отдохнуть и на тебе. Уставился вдаль, присматриваясь к темному, стремительно вырастающему облаку. - Легок на помине, - констатировал он.

Облако двигалось к ним. Невероятно быстро, меняя свою форму и цвет, оно в мгновение ока скрыло солнце, нагоняя сиреневый, тяжелый сумрак.

- Первым делом, первым делом самолеты... - пробормотал Антон. - Как говорится, внезапно, без объявления войны... - закончил, не отрывая взгляда от серого, клубящегося тумана, опускающегося из низких, почти касающихся земли облаков.

Он добавил в голос уверенности и окликнул своих спутников: - Эй, товарищи из высшего общества, так понимаю, нам сейчас попытаются "темную" устроить. Предлагаю не расходиться. Держитесь поблизости.

Вспыхнули лучи исчезающего во тьме светила, и мир погрузился в ватный сумрак.

- Наш ход, - Антон глубоко вздохнул. - Кто сказал, что мы герои картины "Дети, бегущие от грозы"? - Он шагнул вперед, ожидая, что предпримет его бесформенный противник. Нет смысла бежать или рассеивать этот морок. Куда проще принять и... понять.

Темные клочья вдруг задрожали, и стали редеть. Столкновения не вышло. Чем больше сгущались языки тумана, тем быстрее они рассыпались.

- Что это? - не выдержала Лариска, следя за меняющимися цветами.

- А? - Антон не стал тратить время на объяснения: - После. Сейчас самое интересное. Оно ищет способы поглотить нас, однако, пока не может...

Его голос звучал на удивление безмятежно. Спокойствие принесло ли свои плоды, или противнику надоело бесцельное противоборство, однако туман вздрогнул и стремительно пополз от стоящих посреди поля странников.

Минута, и вот уже вновь вспыхнул яркий солнечный свет. Ничто не говорило о происходящем мгновение назад. Тишина, спокойствие и безмятежность.

- Рассказать? - Антон опустился на траву и подобрал брошенный Лариской венок.

- Попробуй. - Угрюмо буркнул Авдей.

- Он стал жертвой своего естества. Решил, что я стану отбиваться, вступлю в схватку. Ну, а такого не ожидал. Я не стал воевать, просто впустил его в свою душу, ну, до известного предела... - задумчиво произнёс Антон

- Что есть тьма? - Обратная сторона света. А человек не ангел... Но и не дьявол... В человеке намешано всего... И светлого и темного. Главное, чтобы все было в гармонии. Я устоял и даже стал чуть сильнее, его стараниями... Ну, и вашими... теперь наш ход.

- Слушай... - Авдей озадаченно покосился на Антона: - Мысль верная, понимаю, что после очищения, через которое ты прошел, твой баланс оказался сдвинут в сторону света, только..., - он пожевал губами, подбирая слова, - не сильно ли рисковал? А ну как если ошибся?

- Не ошибся ведь? - благостно улыбнулся Антон. - А победителя не судят.

Он откинулся на спину и вдруг с силой подбросил вверх связанные в круг цветы.

Венок взлетел высоко в небо и распался. Ромашки посыпались вниз. - Вот так... - констатировал Антон. Провел ладонью, словно собирая падающие на него лепестки. - А они ведь живые... - бережно провел по траве. - И она живая. Глупо. Сорвали, убили. А зачем?

Лариска настороженно обернулась. Поползли вверх рыжие густые брови.

- Ладно, не сторожись, - Антон вновь разгладил лежащие на земле стебли.

- Все понимаю, жизнь. - Он встал. Вышло это настолько ловко и слаженно, что его спутники даже не успели среагировать.

- Возвращаемся, - сообщил он. Помедлил и добавил, уже не столь категорично: - Вот только куда?

- Погоди, - Авдей махнул рукой, словно стряхивая что-то с глаз. - Не поспеваю за тобой... Что-то тяжко мне.

- Да и сам не очень пока... - Антон щелкнул пальцами, подбирая слова: - Что со мной случилось, так сразу и не объяснить, вроде и тут я, а вроде и нету. В общем, сплошная клиника. Смешно будет, если все это мне чудится, и лежу я сейчас на полу в дедовой светелке, находясь в состоянии стойкого транса, после твоей травы. Может такое быть?

- Ну, я не знаю... - протянул Авдей, - вряд ли. Мы-то ведь его, этот отвар, не пили.

- А вы, сударь, и сударыня, просто плод моего воображения, больной фантазии, - парировал спорщик.

- Антон, это уже перебор, - шагнула к нему Лариса. - Не забывай, мы, как ни как, не обычные люди. Ну, не совсем обычные... И вообще, ты поосторожнее, с психиатрией. Такого можешь себе напридумывать.

- Ага, а то что уже есть, этого мало? - Антон обвел рукой бескрайное голубое небо: - Это нормально?

- Вполне, - отозвался Авдей, - Четырехмерность - ничего больше. В обычных условиях у тебя был только один способ избежать встречи с нежелательными гостями, переместиться в своей реальности. Спрятаться. Теперь таких возможностей стало чуть больше. - Тут ку-у-да больше, - добавил это он уже с некоторой озабоченностью в голосе.

- Ты, надеюсь, сделал отметку, откуда сюда нырнул?

Антон насторожился. Последний вопрос прозвучал чуть напряженнее, чем прочие.

- Так. Отсюда подробнее. Точка, отметка. Как это должно выглядеть?

Авдей впился взглядом в лицо спутника. Помолчал. Обернулся к рыжеволосой помощнице: - Ну?

Лариска взмахнула затянутыми в хвост волосами: - Что?

И нехотя, словно вынужденно, добавила: - Ну откуда ему было знать. Конечно, никаких отметок. Приехали, в общем.

- Да объясните вы, наконец, - сжал губы недоумевающий Антон. - Загадки загадывать ума не надо.

- Это как раз не сложно, - не стал темнить ответчик. - А вот, коли не знаешь, обратно вернуться будет сложнее. Ладно, чего зря молоть, - он потеребил ухо. - Это я виноват, не подумал. Короче, то, что сейчас было, это так, мелочи. А Радуга... Теперь это твоя лестница...

- Ну, раз вы опять вокруг, да около, ходить начали, - не выдержал Антон, - я сам попытаюсь. - Задумался на миг, отыскивая слова. Наконец сжал кулак, и решительно произнес: - Да, лестница... но не только. Даже и не было это испытанием, скорее можно назвать выравниванием. Слово какое-то... квадратное, - шевельнул пальцами, - ну не мастак я говорить. В смысле, когда радугу увидел - это одно, а в противовес - тут же и другое... Тьфу, - он растерянно оглянулся и подвел итог своим попыткам: - Не оратор. Точно...

-Больше мы тебе ничем помочь не сумеем.- В задумчивости произнес Авдей. - А раз так, то так тому и быть. Теперь тебе придётся все самому сделать. Начатое завершить.

Жаль, конечно, что не узнаем, чем все там у тебя закончится. Но это уж как водится. Кто-то должен... Ты только не подведи, ладно? Уж постарайся. Все. Прощай.

-Чего это ты, словно завещание составляешь. Придумаем что-ни будь... - Удивился Антон. Хотел продолжить, однако заметил, что его спутники вдруг начали растворяться в воздухе. Натуральным образом исчезать.

- Эй, куда?.. - недоумение в голосе не смогло передать всю полноту чувств. Дернулся, стараясь ухватить стоящую чуть ближе Лариску. Однако ладонь прошла сквозь

Белый, кисельный туман, в котором не видно даже вытянутой руки окутал его.

Антон оглянулся, стараясь понять, или хотя-бы попытаться определить, где верх, а где низ в этой молочной пустыне, и не сумел.

Он словно завис в ней.

И тут в голове прозвучал голос. Но не узнаваемый уже бас Авдея или звонкий голос его спутницы, а совершенно чужой, незнакомый, и словно бы не живой вовсе.

-Приветствуем тебя, избранник. - Произнес невидимка, и замолчал, очевидно ожидая ответ.

-Здравствуйте.- Отозвался Антон, и тоже замолчал.

Сейчас у него в голове крутилось столько вопросов, что он даже не мог сразу сообразить с какого начать.

-Очень скоро случится то, чего все мы так долго старались избежать. Скоро нарушится хрупкое равновесие между нашими мирами. Между темной и светлой навью. - Произнес голос ничуть не заботясь понял-ли его слушатель.

-Канал, по которому идет в наш мир темная энергия вот вот будет открыт. И мы не сможем противостоять ей. И тогда маятник качнется. Плохо будет всем. И нам, и, как это не парадоксально, и темной части. А что касается междумирья. - Голос сделал паузу, как видно раздумывая, стоит-ли давать пояснение, но все-же сказал, - это та часть спектра, в которой существуете вы, люди. Она полностью погрузиться в темную часть. И вряд-ли вам это понравится. Даже тем кто сумеет приспособиться и выжить в этом мраке.

Что-бы предотвратить катастрофу нужно закрыть канал. Не разрушить, а на время прекратить взаимодействие. Но сделать это по силам только представителю срединного мира. То есть человеку.

Нет смысла углубляться в долгие объяснения. Твои спутники сообщили тебе начальную информацию. Ты дал свое согласие.

Мы, насколько это в наших силах, попытались помочь тебе. Конечно для тебя это выглядят несерьезно, однако поверь, не все так просто, как кажется на первый взгляд.

Антон, которого уже просто распирало от вопросов, не выдержал. - Но как? Что я должен буду сделать? Сразиться? С кем? Где?

- Однажды этот катаклизм уже едва не случился. Но тогда мы смогли справиться с ним. - Продолжил рассказ лектор.- Была создана искусственная реальность, в которой представители вашего мира смогли справиться с этой проблемой. Дело в том, что в нашем мире материя существует совсем в ином виде, чем у вас.

Иными словами , энергетические сущности темного и светлого мира в этой реальности будут... Мы уже попробовали показать тебе, как все это будет выглядеть на примере эпоса одного островного мира.

-Так это что, типа экскурсия была? -охнул Антон.- И одноглазый монстр и старуха?

Одноглазый имеет свое воплощение и в нашем мире, но выглядит он не как существо, а как сгусток темной энергии. Но вы не в силах ее ощутить. Тем более вступить в противоборство с ней.

-Погоди, погоди... - Озарило Антона.- Этот убивал взглядом, а у нас тоже в сказках есть что-то похожее. Точно. Вий. Это который с веками до земли.

-И в легендах других народов тоже есть нечто подобное.- Согласился голос. - Но это только детали. Матрицы создавались давным давно. Для всех разные. Учитывалось много факторов. Менталитет, уровень развития, обычаи, нравы, регион обитания.

-Единственная сложность...- Показалось, или в голосе мелькнула неуверенность.- Все эти матрицы ужу давным давно не использовались. Не было необходимости. И в каком они сейчас состоянии, мы просто не знаем. Были, конечно единичные случаи использования, но сейчас совсем иной случай. И кроме того... Легенды и сказки весьма сильно исказили те события, что происходили в реальности. Это как раз вполне объяснимо. Но тем не менее, мы должны предупредить тебя, что реальность может оказаться иной, чем...

-Чем что?

-Чем сложившийся в вашем представлении образ. - Ушел от конкретики голос.

-Хорошо.- Смирился Антон.- Но один вопрос. А может вы дадите мне кого-то в помощь? Например тех двоих, что встретились мне тогда, в лесу. Авдея и...

-Те, кого ты назвал, уже не смогут тебе никак помочь. В настоящий момент их жизненное поле ослабло настолько, что восстановится очень не скоро. Если вообще восстановится.

-Они потратили слишком много энергии. - произнес голос без малейших эмоций. . Вероятно нам придется пустить остатки их энергетики на восполнение потенциала других сущностей.

-Погоди, погоди, что значит, на восполнение? - не понял Антон. - Это вы их на запчасти хотите пустить, что-ли? После всего, что она для вас сделала? А как же благодарность?

-Ну, не так примитивно, но если принять как метафору, то пожалуй. - Голос ничуть не изменился.- А что касается благодарности, то мы не оперируем такими категориями. Это прерогатива людей. В нашем мире во глве угла стоит целесообразность. Они выполнили свою задачу, новой цели для них пока нет. Целесообразно использовать таким образом.

-Но почему нельзя отправить их со мной? Она ведь сможет чем-то помочь. - настойчиво повторил Антон. - Пусть хоть советы дают. Они ведь часть вашего мира, но в то-же время уже затратили какую-то энергию на познание нашего. Считаю, что это целесообразно. - Решил подыграть Антон.

-Да, в этом есть некоторый резон. - Отозвался голос. Впервые за все время странной беседы в нем прозвучало некоторое раздумье. - Погоди, нам нужно обдумать это.

Прошло несколько минут в полной тишине. Антон, которому уже прискучило висеть в пустоте едва не задремал, как вдруг вновь прозвучал голос.

- Решено. Этисущности пойдут с тобой. Однако их поле ещё очень уязвимо. Помни об этом. И в случае опасности можешь пожертвовать ими.

-Погоди. Вы что их на смерть посылаете? - опешил Антон.

-Конечно, вероятность их гибели девяносто процентов. Твоей пятьдесят пять. Поэтому -да. Но ты важнее.

-Спасибо.- С сарказмом в голосе поблагодарил Антон невидимку.- Хоть не Пятьдесят. И то хорошо.

-Поверь, это очень высокий процент. - Невозмутимо произнес собеседник.- Мы долго думали.

-Кстати, а почему именно я? - не удержался от вопроса Антон.- Что на всей земле больше никого не нашлось получше?

Повисла пауза. Наконец голос отозвался.- Слишком удачно все сложилось.- И папоротник, и то, что ты не отправил назад наших представителей, и еще кое что, о чем пока нет смысла говорить. На данный момент у нас просто нет другого выбора.

-Считаю, что дольше тратить энергию и время бессмысленно. - Неожиданно сказал инструктор. - Сейчас ты отправишься в созданную нами реальность. Но помни. Там, не смотря на некоторую несерьезность, все по правде. И любое твое действие там, мгновенно отразиться в нашем мире. И смерть там-это тоже реальность. Потом уже ничего изменить будет невозможно. Желаем удачи.

Голос пропал. И в ту же секунду туман начал густеть, заполняя все вокруг. А в следующее мгновение все окружающее вновь исчезло.

Конец первой книги.