Мифолов

Глава 1

Пока на плите недоверчиво бухтел кофе, Серёга выполз на балкон, потянулся неторопливо и с чувством, и вдруг увидел на перилах ворону. Ворона смотрела на него бусинами глаз, чуть наклонив голову набок, и с достоинством переступала с лапы на лапу.

— Каарр? — спросила ворона.

— Угу… — согласился Серый, наклоняя голову и рассматривая ее в ответ.

— Крррр, крррааа Карррр, — припечатала ворона и отвернулась.

— Не понял, — покачал головой он и попросил — Ты подожди, я сейчас.

Быстро метнувшись на кухню за хлебом для нежданной гости, он вернулся на балкон. Совершенно пустой балкон. Такие гости приходили и уходили неожиданно, к сожалению. Кофе на плите подал голос недовольным шипением и хозяин квартиры и балкона поспешил на зов. Зов кофе — это почти как зов предков или крови. Только круче.

+++

— Серёг, вот ты мне скажи, — допытывался до него нетрезвый голос, — ты мне как на духу ответь — ты чего в этой жизни делаешь?

— Не понял, — честно удивился Сергей, внимательно уставясь на собеседника, — что за вопрос в отрыве от контекста?

— Иди ты со своим конк… контеком… тьфу с ним короче! Ты мне на вопрос ответь!

Несмотря на солидное количество выпитого Сергеем пива, тот умудрялся оставаться возмутительно трезвым по сравнению с собеседником. Даже немного стыдно было. Секунд пять примерно.

— Понимаешь, Дагаз, — задумчиво начал Серёга, — в этой жизни я живу. Потому что других у меня пока или уже нет.

— Бля, я тебя спрашиваю, а ты воду мутишь! — пьяно возмутился индивид, названный Дагазом, промахиваясь рукой мимо сигареты в пепельнице.

— А чем плохой ответ? Как спросил, так и ответил, — невозмутимо откликнулся Сергей, закуривая.

— Дааа… вот во всем ты такой… — проныл собеседник.

— Какой? — с любопытством уставился на него Серёга.

— Такой… — в воздухе сделали неопределенные пасы руками, — чёткий и расплывчатый одномоментно. Не понимаю я тебя. Человек вроде, а вроде и нет…

— А кто ж, коли не человек?

— А зевес тебя поймет! Нелюдь! — на Сергея посмотрели два мутных глаза из-под бровей, которым через пару секунд суждено было соприкоснуться со столешницей.

Сергей курил и тихо усмехался про себя: дожили, уже старые алкоголики тебя клеймят «магычной» печатью.

«Интересно, кем он меня считает-то на самом деле? Скорее оборотнем… Этот явно вырос на подобных сказках. Плюс нынешний бум оборотней в погонах отпечаток наложил. Хотя я и не мент вроде, а двоякость такие вот забулдыги всяко чуют. Не помнят, правда, потом ни хрена. Зевса вспомнил… Начитанный, однако!» — мысли Сергея неторопливо ползли к потолку вслед за табачным дымом. Дым подцеплял хвостом мысли и закручивался в спирали, живописным кружевом повисавшими на потолке и шторах.

+++

Вернувшись с работы домой, Сергей кинул сумку в угол да и отправился гулять, запасшись по пути бутылкой пива и сигаретами.

На улице было хорошо: не так давно пробежал по асфальту шальной дождь, независимо шелестели по проезжей части шины, в лужах отражалась россыпь фонарно-рекламных огней и сережкины ноги… Город засыпал и просыпался. Такое всегда бывает, когда люди еще не успели начать жизнь ночную, но уже успели завершить дневную. Тогда город спокоен, как задремавшая дворняга и его даже можно потрепать за ухо.

Сергей любил такие прогулки: раньше его забавляло собирать коллекцию городских прогулок, будь то дело в Минске, Москве, Новгороде или Волгодонске — не важно, каждый город был по своему интересен и отличен от других; теперь Серёга просто получал удовольствие от самого процесса, предоставив памяти фотографировать особо выдающиеся моменты. Нужно просто идти и ловить кайф, неприхотливый, но на редкость особенный.

«Надо съездить в Минск…» — вдруг подумалось Сергею, — «Что-то я давно там не был, проверить что и как, старых друзей-приятелей навестить… Тем более праздничные выходные подворачиваются. Эх, завтра за билетами, так уж и быть.»

Довольный собой и собственным направлением мыслей, Сергей закурил и свернул на Столешников, помнится там был один очень забавный домик…

+++

— Это, конечно, мое личное дело, — встрепенулся Сергей, — но ты случайно не ждешь от меня подвигов во славу Аллаха или еще какого-нить Махмуда?

— Жду. А что, ты уже готов? — ехидно сверкнул глазами собеседник.

— Нет, разумеется, — живо откликнулся Серёга, — но если хочешь…

— То шо? — заинтересовался собеседник, по-волчьи скалясь. — Файерболами комаров погоняешь?

— Фи, Шарапов, как грубо. Да я сопьюсь скорее, чем файербол намучу… Хочешь фонарь зажгу? — вроде бы невзначай предложил Сергей.

— А вот хочу! — радостно купился собеседник. — Только нету у нас на улице не горящих фонарей… Хотя… за пару кварталов отсель был один без лампочки…

— Неет, ты меня не понял, — вдумчиво протянул Серёга, — я фонарь прямо на этой кухне зажгу.

— Да? Но что-то я фонарей не вижу… Откуда ж ты его возьмешь? Материализуешь? — ошарашенно моргая глазами, собеседник изобразил ресницами вентилятор.

— Ага. Прямо здесь. У тебя под глазом, — весело откликнулся Сережка, салютуя пивом.

Собеседник обиженно уронил челюсть, промычал что-то невыразительное и через минуту затрясся в беззвучном смехе.

— Маладца! Ха-арашо развел! — довольно оскалился он на все сорок зубов, хлопая Серёгу между лопаток.

+++

Если долго мучиться, что-то да получится. Эту нехитрую истину Сергею упорно пытался доказать молоденький неофит от Кастанеды. Сергей же смотрел на этого, умного, в общем-то, мальчика, слушал его вполуха и думал о своем.

«Свое» сегодня было проще простого: почему ворон в городе много, а воронов можно пересчитать по пальцам; почему для кофе мало двух ложек, даже если ты завариваешь его в маленькой чашке; почему дождь, барабанящий по карнизу за окном, навевает унылость и грусть, хотя обычно дождь радует и почему, черт возьми, для того, чтобы что-то получилось ему, Сергею, не надо «долго мучиться», а достаточно просто захотеть и сделать?

+++

Город спал.

Так странно — огромный город, такой как Москва, где и жизнь-то начинается не раньше полуночи, спал младенческим сном уже в половине двенадцатого ночи.