Мешок Чудес

Распродажа волшебных вещей

Такую надпись Марина увидела на барахолке, улыбнулась и просто не смогла пройти мимо. Надпись была криво нацарапана на картонке рядом с прилавком. На прилавке было кучей свалено какое-то барахло: от стоптанных босоножек до треснутых тарелок и древнего утюга. За прилавком сидели двое мальчишек, один постарше и повыше, а другой совсем мелкий лет 12, не больше.

Марина, как дипломированный маркетолог, усмехнулась такой чудной стратегии юных предпринимателей. Надо взять на заметку. Мальчишки тихо переговаривались и откровенно скучали в ожидании покупателей. Стратегия явно работала не так, как они рассчитывали. Желающих прикупить волшебных вещей не наблюдалось.

Заметив потенциальную покупательницу, старший мальчик встрепенулся:

-Здрасьте, пожалуйста, подходите выбирайте, у нас тут распродажа волшебных вещей! Есть на любой вкус и кошелёк.

Марина улыбнулась.

-Что правда все эти вещи волшебные?

-Правда, - подскочил младший, - только мы не знаем, какое в них волшебство. Вот я хотел себе игрушечную жабу взять, чтоб Алиску напугать, ну, в рюкзак ей в школе подложить, а она, жабка эта, взяла и ускакала!

-С жабками такое бывает! – Марина старалась не смеяться.

-Ага, с деревянными? – нахмурился мальчишка, - Она выглядела как настоящая, только была из дерева сделана, я проверял. Там одна лапа отвалилась и прямо видно было – из деревяшки она! И ускакала!

-Да помолчи ты, тёте это не интересно, – одёрнул младшего старший и с надеждой взглянул на Марину.

Женщина решила поддержать начинающих предпринимателей, и купить какую-нибудь безделицу, желательно не совсем бесполезную.

-Вот смотрите туфельки! Можно примерить, - улыбнулся старший.

-А они тоже волшебные?

-Конечно! Все эти вещи были на чердаке в доме нашей прабабушки, мама сказала, что всё это надо выбросить, а я думаю, что добру пропадать, может это всё ещё кому-то пригодится! Померяйте туфельки! Всего 500 рублей!

-А прабабушка у нас была волшебница, только мы вот ещё не разобрались какая вещь для чего… - младший замолчал на полуслове под суровым взглядом старшего брата.

-Ну, давай померяю. – Марина порадовалась, что была в кроссовках и носках и надевать чужие ношеные туфли на голую ногу – то ещё удовольствие. Топнула изящным и не так уж сильно потёртым каблучком.

-Смотрите подходят! – обрадовался продавец.

-Что-то я ничего волшебного не ощущаю… – задумчиво проговорила Марина.

-Что не купите? – спросил младший.

Мимо проходящий мужчина с интересом взглянул на Марину. Сначала она решила, что выглядит как дура стоя в носках и босоножках, но мужчина на ноги не смотрел, потом дедок из-за прилавка напротив игриво ей подмигнул, парень, что шёл за руку с подружкой тоже на неё загляделся и получил подзатыльник от своей спутницы, мужик, что тащил рассаду в огромном ящике заглядевшись на неё споткнулся и ящик уронил.

-И правда волшебство какое-то… – прошептала Марина.

Ещё минуту назад все эти мужчины занимались своими делами и на Марину никакого внимания не обращали. Когда плечистый кавказец направился к ней раскинув руки для объятий и сверкая улыбкой, Марина быстро сбросила босоножки.

-Что, не возьмёте?

-Пожалуй, нет! – усмехнулась женщина, - Ну его, такое волшебство!

Кавказец тряхнул головой и вернулся за свой прилавок с фруктами. Старичок на неё не смотрел, мужик с матюгами собирал рассыпавшуюся землю обратно в ящик. До неё снова никому не было дела. Марина выдохнула.

-Мне б чего-нибудь попроще, не настолько волшебное.

Она взяла с прилавка белую панамку, такую даже можно будет носить в жару. Одела на голову. Младший парнишка громко ойкнул.

-Не, не, не, эта шапка не продаётся! – старший шустро спрятал товар под прилавок. Марина так и не успела понять в чём волшебность этой панамки.

Внимательно посмотрела на блюдо с трещиной.

-Мы подумали, что оно должно показывать, как в сказке, но яблоко не нашли, чтоб проверить. – мальчишка пожал плечами.

Марина усмехнулась, поглядела на старинный утюг и прикинула какое у него может быть волшебное свойство? Может он сам одежду гладит, ей бы такой очень пригодился, как бы проверить?

-Вы чего тут устроили, паршивцы? – взъерошенная женщина вихрем налетела на парней. – Я ж вам сказала сжечь это всё! Ничего хорошего тут нет! Проклятое барахло престарелой ведьмы!

Парни получили по оплеухе. Мамаша не обращала внимания на стоящую рядом Марину и оглядывающихся на крики людей. Сгребла всё что было на прилавке в холщовый мешок и удалилась громко и цветисто ругая своих «паршивцев».

На этом распродажа закончилась, а Марина до сих пор жалеет, что не купила у пацанов тот утюг. Каждый раз как что-нибудь погладить собирается, вспоминает ту распродажу и двух юных предпринимателей.

Панамка - невидимка

Тимофей Ильич вытер пот со лба рукавом. Вот угораздило же супружницу любимую именно сегодня на базар ехать, как будто нельзя было в другой день картошку продать. И ведь предлагали городские сразу все три ведра купить, а она упёрлась и ни в какую не продала. Сказала, что если на базаре да отдельно каждый килограмм в пакетики расфасовать, то и денег в два раза больше выручить можно будет.

Вот сидел теперь Тимофей Ильич, потел на жарком майском солнышке, поминал супружницу недобрым словом. Да разве с ней поспоришь? Она одного только бога слушает, да ещё Михалну, подружку свою закадычную.

Тимофей Ильич печально вздохнул и с тоской посмотрел на пакетики с картошкой, выставленные рядочком.

Снизу из-под прилавка выставлялась белая тряпица, Тимофей Ильич потянул за уголок, вытащил, расправил. Это была шапочка летняя, вроде панамки. И откуда она здесь взялась? Повертел в руках – панамка вроде женская, ну и ладно, главное, что от солнышка спасёт. А то так и до теплового удара недалеко.

Тимофей Ильич надел панамку на голову и приветливо улыбнулся, потому что к прилавку подошла баба с двумя увесистыми пакетами. Вздохнула громко, поставила свою ношу на землю, огляделась.

-Вот картошечка, со своего огорода. Вам килограмчик иль два? – улыбнулся покупательнице Тимофей Ильич.

Женщина вздрогнула, испуганно оглянулась по сторонам, подхватила свои пакеты и ушла. А на него даже и не посмотрела, как будто нет его тут.

Старик пожал плечами, дура какая-то. Мимо проходила молодая девица с разукрашенным лицом.

-Девушка, картошечку купить не желаете? – вежливо спросил Тимофей Ильич.

Девица посмотрела туда-сюда, совсем как эта дура с пакетами.

-Вроде нет никого, а кто разговаривает? – она усмехнулась, - Ну раз продавца нет, значит можно картошку так просто взять!

Девица подошла к прилавку, подставила свою сумку и хотела уже расфасованную по пакетикам картошечку в неё складывать. Тимофей Ильич оторопел от такой наглости:

-Вот же хапуга! А ну положи на место! Ограбить меня вздумала! – заорал старик.

Девица пакетик выронила и стала оглядываться, смотрела вроде прямо на Тимофея Ильича, и как будто вообще его не видела. Старик снял панамку и вытер пот со лба. Девица подпрыгнула на месте и громко заругалась:

-Чтоб тебя, напугал как! Ты откуда здесь взялся?

-А ну пошла вон отседова, пока я полицию не вызвал! Вон пошла, хапуга! – Тимофей Ильич натянул панамку на голову, - И картошку на место положи!

Девица ругнулась, перекрестилась и попятилась назад. Она снова смотрела на Тимофея Ильича и одновременно как-то мимо, насквозь.

-Да что за день то сегодня такой, все бабы разом с ума посходили что ли?! – старик плюнул себе под ноги.

Девица взвизгнула и побежала прочь, бормоча под нос то ли молитву, то ли ругательства. Старику это уже было не интересно. Он начал понимать в чём тут дело, почему люди глядят сквозь него и шарахаются.

Тимофей Ильич снял панамку и внимательно её осмотрел. Неужели правда? У него в руках была шапка-невидимка? То есть панамка-невидимка…

В голове у старика замелькали идеи, одна лучше другой. Ох как много всего можно сделать, когда у тебя в руках волшебная вещь, когда ты можешь стать невидимым по своему желанию…

В голове у Тимофея Ильича созрел план.

Он быстренько продал какому-то парню два килограмма картошки, а всю остальную отдал даром в придачу и поспешил домой. В автобусе панамку надевать не стал, честно за билет заплатил, хотя соблазн прокатиться "зайцем", конечно, был. Тимофей Ильич придумывал, что скажет своей жене: во-первых, чтоб мужа не гнобила, чтоб кормила повкуснее и главное - работать особо не заставляла. Вот так и скажет, что мужика беречь надо, а она подумает, что с ней бог разговаривает и послушается! План был отличный, только вот жена могла и по голосу его узнать.

Выйдя из автобуса Тимофей Ильич решил, что поговорить лучше с Михалной. Она то его точно не узнает, а жене слово в слово всё передаст.

Тимофей Ильич ехидно улыбаясь натянул на голову панамку и осторожно подошёл к двери, прислушался. Михална напевала что-то себе под нос и шуршала в доме.

Пока Тимофей Ильич размышлял, как лучше голос бога изобразить, поближе подойти и в ухо прошептать или повыше забраться, на лестницу, например, и сверху громко говорить, как будто бы с неба, дверь распахнулась и Михална с размаху выплеснула ему в лицо ведро грязной воды.

-О, Тимофей! Ты откуда здесь? Я тебя и не заметила! Вот полы мою…Тебя супружница давно уж ищет, задержался ты в городе, а ещё дров надо наколоть, и в огороде копать, и вообще…

Тимофей Ильич вытер лицо рукавом, ругнулся, и пошёл домой. Панамку, валяющуюся на дорожке мокрой грязной тряпочкой он подбирать не стал, вообще одни неприятности из-за неё… А ему и так хватит! Жена его запилит, за то, что так мало денег за картошку выручил! Тимофей Ильич вздохнул, никакое волшебство тут не поможет.

Не волшебная палочка

Мать говорила что-то гневно и яростно, Максим кивал, поддакивал и очень аккуратно расковыривал дырку в мешке, который она несла. Плотная ткань поддавалась плохо, но из мешка выпирало что-то острое. Максим сразу догадался, что это.

Они с братом, как только нашли эту палочку на чердаке прабабушкиного дома, сразу решили, что она волшебная. Пробовали заклинания всякие произносить, но волшебства не случалось. Артём тут же решил, что эта вещица бесполезная и хотел выбросить, но Максим не дал. Уж очень красивая была палочка. На дереве были выжжены замысловатые узоры.

Именно она и выпирала из мешка. Максим аккуратно, чтоб мать не заметила, вытащил палочку и быстренько спрятал в рукав рубашки.

Мать продолжала кричать:

-Думаете, отца дома нет - так всё можно? Я щас собственноручно всё это барахло сожгу! Бабка была полоумная, всё в какие-то чудеса игралась, и вы туда-же!

-Мам, а может… – начал было Артём с тоской глядя на мешок.

-Не может! А ну быстро домой, там обед… Ох ты ж блин, обед! – вскрикнула мать и с размаху зашвырнула мешок в мусорный контейнер, - Пока я с вами тут, там весь суп наверно выкипел!

Мать припустила к подъезду. Мальчишки переглянулись и дружно посмотрели на мусорку. Достать мешок - это запросто, оба брата заулыбались. Мать остановилась на крыльце:

-А ну быстро домой, торгаши хреновы! Придумали тоже, продавать бабкин хлам, и не вздумайте даже в эту мусорку лезть! Я вам обоим уши поотрываю!

Мальчишки поглядели на мешок волшебных вещей, одним уголком торчащий над кучей мусора и поплелись домой.

К мусорке не торопясь, сгорбленный и несчастный подошёл Фома, бомж, что живёт на соседней теплотрассе. Он каждый день обходит все мусорки в округе в поисках чего-нибудь полезного. Увидев большой хорошущий мешок, Фома оживился и даже повеселел.

Максим и Артём ели суп с разварившейся картошкой и уныло переговаривались:

-Вот жалко, и денег не заработали и товар весь потеряли! – вздохнул Артём, - А я так хотел велик купить, чтоб с переключателем скоростей…

-Не всё! – Максим с хитренькой ухмылочкой достал из рукава припрятанную палочку.

-Тьфу, чему ты радуешься? Она не волшебная, мы же с тобой проверяли.

-А я ещё попробую, - надулся Максим, - вдруг мы что-то неправильно делали, мы ж только из «Гари Поттера» заклинания брали, а откуда прабабушке их знать?

Артём только махнул рукой.

Вечером, когда мать разрешила им пойти гулять, Артём убежал гонять в футбол, а Максим сидел на лавочке, махал палочкой в воздухе и перебирал все известные ему заклинания: «Трах-тибидох», «ахалай-махалай», «крибле-крабле-бумс», даже «крекс-пекс-фекс» вспомнил. Всё было бесполезно, палочка не работала.

-Может Артём и прав, и она вообще не волшебная…

Максим от нечего делать стал чертить на дорожной пыли галочки, потом так увлёкся, что нарисовал солнышко и облака и ещё собаку. Правда на собаку рисунок походил мало, криволапое кое-то получилось животное. Не так-то просто рисовать палкой на земле! Максим вообще очень любил рисовать, а возвращаться домой к беснующейся маме ему совсем не хотелось. Она всегда такая, когда папа на вахте.

Мальчишка нарисовал круг, поставил глазки-точки и широкий полукруг улыбки, подрисовал кудри и решил, что это будет мама, только не такая как обычно, а счастливая и добрая.

Потом нарисовал два колеса и раму, и переключатель скоростей на руле, изобразил счастливого Артёма верхом на этом велосипеде. Улыбнулся, глядя на этот шедевр. Не понятно было, где на рисунке Артём, а где велосипед.

-Максим! – мама высунулась из окна, - Ты тут? А брат где? Ну ка зови его домой и пошустрее, папа приехал!

Когда Максим и Артём прибежали домой, первым делом увидели собаку. Она лежала на старом одеяле прямо в прихожей.

-Вот, - улыбнулся отец, - я его случайно сбил, но не переживайте, в ветеринарке сказали, что он поправится. Он теперь будет у нас жить, здорово правда?

Потом папа торжественно вручил Артёму новенький велосипед, и сказал:

-Максимка, я не знал, что тебе купить, так что завтра с утра пойдём выбирать тебе подарок! Вот чего ты хочешь?

Максим шмыгнул носом, поглядел на сияющего восторгом брата, уже забравшегося на велосипед посреди комнаты, на маму, что улыбалась и совсем не походила, на ту женщину, что ругалась матом всего пару часов назад, на отца, весёлого и бодрого, на собаку, что тихонько постукивала хвостом от радости.

-Кажется, у меня уже всё есть! – улыбнулся мальчишка и поправил не волшебную палочку, спрятанную в рукаве, чтоб случайно не выпала.

Молодильные сухофрукты

-Никакого спасу от этих бомжей нету, даж вот полиция им нипочём! – проворчала Матвеевна и кивнула в сторону. Со скамеечки под кустом сирени, где они сидели вместе с подружкой-соседкой, хорошо было видно весь двор и как молоденький полицейский пытался выпроводить престарелого бомжа, а тот тащил из бака здоровенный мешок и уходить вообще не торопился.

-Всем кушать хочется, - Семёновна покачала головой и погладила пса, сидящего у ног, - Да, мой хороший? Сейчас уже домой пойдём…

-Муж то как? Чё-то ничего не рассказываешь…

-Дак нечего рассказывать…Плох совсем… – вздохнула Семёновна и посмотрела на пса, - Старые мы все стали, да Жулик? Ладно, пойдём, как раз кушать пора...

Седой пёс посмотрел на хозяйку белёсыми глазами, вильнул хвостом, с трудом поднялся на лапы. Женщина и пёс медленно пошли к своему подъезду.

-Тож пойду, - кивнула Матвеевна соседке.

Пёс замешкался около мусорки, так что хозяйке пришлось остановиться и дёрнуть поводок.

-Ну что ты там застрял? Опять какую-то дрянь унюхал, идём!

Женщина развернулась к собаке и ахнула. Вместо престарелого пса на поводке у неё был щенок. Такой же точно, как и её Жулик, только молодой совсем. Пёс радостно хрумкал чем-то из полиэтиленового пакета около мусорки.

Семёновна подумала про инопланетян, посмотрела в небо, потом по сторонам. Никаких инопланетян поблизости, даже подружка Матвеевна уже ушла домой, во дворе никого. Она уставилась на хрумкающую собаку:

-Жулик?

Пёс бодро завилял хвостом, продолжая с аппетитом жевать.

-Ты чего там жрёшь? Будто тебя дома не кормят, а ну - фу! Фу!

Пёс не послушался. Ну да, он ведь когда молодой совсем бестолковый был, сколько тапок сожрал, сколько мебели перепортил… Женщина усмехнулась, может она во времени переместилась…

Пришлось подойти, ругнуть непослушного пса, отобрать у него пакет, пока он его целиком вместе с клеёнкой не сожрал.

В пакете были сухофрукты. Она хотела выбросить всё это в контейнер, уже размахнулась, чтоб швырнуть пакет, но пёс заливисто гавкал и прыгал, пытаясь отобрать у хозяйки вожделенное лакомство. Подумать только, и этот пёс только что еле-еле переставлял лапы…

Семёновна посмотрела на разгрызенный пакет, яблоки вроде, потом на сверхбодрого активного молодого Жулика, и снова на пакет. Брезгливо сморщила нос, аккуратно свернула пакет и сунула под мышку.

-Пойдём домой, дедушка нас уже заждался! Вот интересно, что он на всё это скажет.

-Да не может быть! - сказал дед, - ты просто подменила собаку, только вот нафига? Не могу понять. Мы же вроде договаривались, что новых питомцев заводить не будем. Сами уже старые, а кто за ними ходить будет, когда мы-то помрём…

Жулик, весело размахивая хвостом, бегал по квартире сшибая всё на своём пути. Дед охнул и схватился за сердце, Семёновна побежала к буфету за таблетками. Рылась в огромной аптечке, но никак не могла их найти, сердечные таблетки закончились.

-Я сейчас, быстренько, до аптеки, ты подожди, потерпи, я сейчас. – бормотала Семёновна на ходу.

Она пробежала мимо грызущего подлокотник дивана Жулика, позабыв обо всём, неслась к аптеке на максимально возможной с её артритом скорости, стараясь не думать о плохом. Но мысли сами лезли в голову. Всю жизнь вместе прожили… неужели это всё… конец...

Когда она вошла в квартиру, сердце у неё прыгало в груди, как бешеное, таблетки в блестящих блистерах дрожали в руках.

-Ну, тебя только за смертью посылать, - выглянул дед с кухни и улыбнулся.

-Вот! – выдохнула Степановна и показала ему веер таблеток.

Дед рассмеялся:

-Можешь выбросить, нам с тобой они долго ещё не понадобятся! Ты проходи, проходи, я тебя компотом щас поить буду.

-Не понимаю, что случилось… - Степановна села на стул, - и где Жулик?

-Жулик залез под диван! – засмеялся дед, - ты, когда побежала пакет с сухофруктами на тумбу бросила и через 5 минут наш пёс превратился в двухмесячного щенка. Ну, прямо чудеса! Я тоже одну штучку сгрыз.

-Они же с мусорки! – ахнула Семёновна.

-Вот мне без разницы, и я, кстати, их помыл! Чувствую себя, будто лет двадцать сбросил, так что пей давай, не привередничай! И яблочки обязательно съешь! - дед поставил перед Семёновной стакан компота из сухофруктов, рассмеялся, - а то нам с тобой ещё этого мелкого Жулика воспитывать надо! А куда он, если мы-то с тобой помрём…

Из-под дивана вылез маленький лопоухий щеночек, пискнул тоненько и сделал лужу прямо посреди комнаты.

Вертихвостка

Мешок, лежащий сверху на куче мусора в контейнере, на вид был тяжёлым. Фомич аккуратно, как все интеллигентные люди, приоткрыл его, прищурился.

-Эй, ты опять тут!

Фомич обернулся, перед ним стоял худой парень в форме полицейского.

-Да я уже ухожу, ухожу, начальник, - Фома потянул мешок, не мог он столько хороших вещей тут оставить. Мешок медленно перевалился через край мусорного бака и с треском плюхнулся на землю, разъехался по шву. Хорошие вещи высыпались на асфальт неаккуратной горкой хлама.

Участковый брезгливо сморщился и пригрозил:

-Я тебе не начальник, а старший сержант Синицын! Быстрей давай, пока я тебя в отделение не забрал.

Фомич схватил мешок, приобнял, чтоб больше ничего из него не просыпалось. Хотел поднять пакетик с сухофруктами и клубок серых ниток и ещё платок, странно сложенный уголком, но участковый Синицын смотрел так грозно, что Фомич сгорбился и пошёл прочь подобру-поздорову. Не хватало ещё в «обезьянник» загреметь…

У Фомича на сегодня были совсем другие планы, у него намечалось свидание. Бомж думал о Светке и покрепче прижимал к себе мешок. Там внутри были красивые женские туфельки, как раз нужного размера, ну или чуть больше, неважно. Важно то, что Светка, дама ветреная и уж очень меркантильная. Фомичу ещё ни разу не удалось заманить её на свидание. Ну вот сегодня, когда он преподнесёт ей такой шикарный подарок, она уж наверняка не откажет.

-Здорова Фома! С добычей? – гаркнул Семён, не вставая со скамейки.

-Вроде того… - пробормотал Фомич и юркнул в свой домик из фанеры и досок.

Семён был его главным конкурентом за благосклонность вертихвостки Светки. Он был гораздо моложе и ходил на работу. Собирал в лесу лозу для производства плетёных корзинок. У него водились деньги, которых Фомич давненько уже не видал.

Фомич аккуратно положил мешок на свою кровать, сооружённую из старой двери и кучи вонючих одеял, открыл. Полюбовался туфельками - Светке точно подойдут, и отложил в сторону. Ещё в мешке обнаружились очки с треснутым стёклышком, Фомич тут же напялил их на нос. Зрение подводило последнее время, читать было трудно, буквы сливались в невнятные тени на бумаге. Он схватил ближайшую книгу, открыл наугад - буквы всё равно сливались. Очки похоже были без диоптрий, интересно, зачем они вообще тогда нужны…

-Эй, Фомич? – в его домик заглянула Светка, она сияла улыбкой и свежим фингалом.

Фомич улыбнулся:

-Я как раз к тебе собирался – вот! – он протянул женщине туфли, - тебе подойдут!

-Ой, - Светка схватила обувь и чмокнула Фомича в щёку. – Я сейчас же надену, такие классные!!!

Светка скинула свои стоптанные башмаки, закатала до колен спортивные штаны и надела туфельки.

Фомич восхищённо глядел на обнажённые икры и подбирал комплименты.

Светка вскочила на ноги и притопнула каблучком:

-Класс, да?

-Ох, ни фига ж себе! Такая красотуля у нас тут! – Семён улыбался, - Дай-ка посмотрю на тебя!

Он взял Светку за руку и вывел из домика, та восторженно хихикала, позабыв про Фомича. Вертихвостка, одно слово! Фомич с досадой наблюдал, как Семён обнял Светку и повёл к своей скамейке, говорил ей что-то, она смеялась и слушать её смех было невыносимо. Опять Семён его обошёл, а он и слова сказать не успел, даже подарок не помог.

Фомич поплёлся в город, около третьей по счёту мусорки ему стало худо, то ли с расстройства от неудачи в любви, то ли от припекающего солнышка, в глазах у него прыгали огоньки. Фомич остановился, потёр усталые глаза, пошёл дальше. Огоньки настойчиво мельтешили то тут, то там. Впечатление было, что это не у него с глазами проблема, а что-то светится то в траве, то на тропинке, то в песочнице, а он это почему-то видит.

-Пора отдохнуть! - решил Фомич и свернул к дому. Огоньки появлялись ещё несколько раз, он старался не обращать внимания на эти странные галлюцинации. Потом заметил, что он и сам светится.

-Это ещё что за…

Свет исходил как будто изнутри, из середины груди. Фомич пощупал себя, под тремя рубашками и двумя свитерами он нащупал только нательный крестик, золотой. Ему этот крестик подарила бабушка. Фомич носил его, не снимая с детства и не продавал в самые лихие времена. Потянул за шнурок, вытащил крестик. Он светился и переливался так что Фомич даже зажмурился. Что за чудеса? Раньше с крестиком такого не было…Он оглядывал его со всех сторон, сдвинул очки на лоб - крестик снова стал обычным и светиться перестал.

Фомич охнул и сел прямо там, где стоял, на тропинке около их теплотрассы. Долго сидел, одевал очки и снимал, держа золотой крестик перед носом, смеялся, плакал, благодарил бога за такой подарок, припоминал, сколько светящихся огоньков он видел по дороге…

-Фома? Ты чего тут? – Семён смотрел хмуро.

-Ничего, – Фомич спрятал крестик за пазуху, встал. Он теперь богаче Семёна и деньги у него будут и вообще всё что захочется. Может он даже квартиру себе купит и настоящую кровать! Надо только прогуляться по городу и собрать всё золото, которое он теперь видит. Не представляете, сколько браслетиков и серёжек теряются невзначай и лежат на улице никем не замеченные, но это ненадолго.

-Светка сбежала, представляешь? Её какой-то мужик на машине увёз. Вот прям так, подкатил, на меня - ноль внимания, взял за руку, про любовь ей что-то лепетал, а она и уши развесила, шмыг к нему в машину и даже «пока» мне не сказала. Правильно ты говоришь – вертихвостка!

Фомич улыбнулся:

-Сочувствую…

-Ну да, а ты чего там в мешке принёс? Хорошее чего?

-Хочешь, себе возьми, мне оно без надобности.

-Чёт ты добрый такой?

-Просто настроение хорошее, – Фомич пошёл в сторону города на ходу поправляя свои новые очки с треснутым стёклышком.

Не дурак

Семён присвистнул, доставая из Фомкиного мешка, тяжеленный старинный утюг.

-Во Фома дурак! Столько добра бросил! Это ж можно в музей сдать или на барахолке продать кому-нибудь. Сколько ж заработать-то можно!

Семён похвалил себя за смекалку. Он-то всегда знал, как добыть деньги, не то что Фома. Он как жил нищим, так и помрёт, а он, Семён, обязательно станет богатым.

Он поставил утюг на кровать, рядом уже лежали старые поломанные часы. Глиняный горшок, зеркало, тарелку с трещиной, ножницы, свечу и остальную мелочь он скидал обратно в мешок. Вряд ли всё это представляло какую-то ценность, обычное барахло, разве что на рынке продать попробовать.

В первую очередь он отправился в музей. Зою Михалну, что там работала он давно знал, жили когда-то рядом, когда у него ещё было жильё.

В дверь служебного входа в музей Семёну пришлось стучать долго. Зоя громко ругалась там с кем-то, требовала новые шторы и ремонт стеллажей и ещё стены в зале покрасить. Договориться видимо у неё не получилось, Зоя открыла дверь и тем же тоном сказала:

-Чего тебе Семён? Денег взаймы не дам, ты и так мне должен!

-Да я и не за этим, здравствуй, Зоя Михайловна, вот смотри что принёс! Сгодится в твоё хозяйство? – Семён показал женщине утюг, - Старинный ведь, правда?

Зоя Михайловна придирчиво оглядела чугунный утюг со всех сторон.

-Да, примерно 20е-30е годы, только клейма завода почему-то нет… странно…

-Ну, сколько дашь? – улыбнулся Семён.

-Ну рублей 100 не больше.

-А чё так мало-то, на бутылку даж не хватит!

-В качестве экспоната он не годится без клейма, и особой ценности в нём как раз на бутылку, – женщина протянула Семёну 150 рублей, – На вот, больше не дам.

Семён быстренько убрал деньги в карман:

-Вот ещё часы есть…

-Это - вообще хлам, часовщику отнеси, может хоть на запчасти возьмёт.

Семён потопал к часовщику, радуясь, что сумел заработать, а Зоя Михайловна принялась разглядывать своё приобретение. Ну не может быть, чтоб на старинном чугунном утюге клейма совсем не было, должно оно где-то быть!

Женщина заглянула внутрь, провела рукой по шершавому чугунному боку. Утюг вдруг вздрогнул и начал раздуваться как резиновый шарик, Зоя с визгом шарахнулась в сторону, матюгнула Семёна и ошарашенно уставилась на здоровенного мужика, который стоял на месте утюга.

-Чего хозяйка желает? – уныло спросил он у Зои.

Мужик был высокий и плечистый, ему приходилось горбиться в тесной музейной подсобке. Зоя нервно хихикнула и брякнула, первое что пришло в голову:

-Новые шторы и стеллажи!

-Ну эт я не умею, - расстроился мужик, - я же помощник по хозяйству, подмести там или дров наколоть, печь растопить или постирать.

Зоя пригляделась, даже поближе к нему подошла. Мужик выглядел как мужик, а вёл себя как маленький ребёнок, даже, кажется заплакать собирался.

-Ты вообще кто? – осторожно спросила Зоя Михайловна.

-Ну говорю же, я - помощник по хозяйству у-ни-вер-саль-ный! – он говорил по слогам и вроде опасности никакой не представлял. – А ты кто? Ты не хозяйка, я её знаю.

-А кто твоя хозяйка?

-Так известно кто – Василиса! Она хорошая ведьма! Ей надоело самой платья гладить вот она меня и наколдовала. А ещё она меня угольками от костра всегда угощала, горяченькими! – мужик погладил собственный живот и облизнулся, припоминая «лакомство».

-Ты дурачок? – усмехнулась Зоя.

-Я не дурак, я – утюг, - мужик чуть не заплакал, - помощник у-ни…

-Да поняла, поняла, - улыбнулась ему Зоя по-доброму, как родному внуку, - вот скажи, а стены покрасить ты можешь?

Утюг радостно закивал головой.

Немножко ведьма

Алина устроилась на работу дворником совсем недавно. Да, не очень престижная работа, не для специалиста с высшим образованием, но на полставки её больше никуда не брали, а пока дочка не пойдёт в садик о полноценной работе не могло быть и речи. Бабушка и так ворчала что приходится сидеть с внучкой по утрам, а у неё помидоры поливать в саду надо и парник открыть-закрыть или ещё чего-нибудь.

Алина растила ребёнка одна и рассчитывать ей было не на кого. Она уговаривала себя, что это всё ненадолго и от дома близко и деньги не лишние и вообще, если не тормозить, то к 10 утра она уже совершенно свободна, главное, чтоб на закреплённой за ней территорией было чисто.

Отработавшись в 9.40 она торопилась домой, чтоб отпустить бабушку в её любимый сад и постирать, погладить, приготовить, покормить, прибрать, погулять, поиграть, покормить, постирать… Алина пробегала как раз по тому двору в котором прибирала пару часов назад. Увидев около контейнеров раскиданный мусор, ругнулась:

-Ну что за свиньи!

Мимо пройти не смогла, привыкла к работе ответственно относиться, даже к такой, малопрестижной. Подняла на ходу какую-то тряпку и хотела швырнуть в контейнер.

Из тряпки выпала вилка и звонко брякнула об асфальт. Алина остановилась.

То, что она приняла за никому не нужную тряпку было очень приятно на ощупь, шёлк или вроде того, и кому вздумалось выбросить такую красивую вещь…То ли большой платок, то ли маленькая скатерть… Да ещё и вилку зачем-то в эту красоту завернули. Алина подняла столовый прибор, повертела перед глазами, старинная, даже вроде серебряная и острая. Провела по зубчикам пальцем, ойкнула и в глазах у неё потемнело.

Алина заморгала, потёрла глаза и сквозь темноту проступили рыжие огни костров, штук 8 наверно и тёмные фигуры людей. Она никак не могла понять, что случилось и где она находится, куда подевался двор и мусорные баки, которые были прямо перед ней вот только что. Шёлковый платок и вилка всё так же были у неё в руках. Ну и чёрт с ними. День! Куда подевался день? Сейчас и десяти утра нет, а вокруг темно как ночью. Алина не успела ещё привыкнуть к темноте, поэтому появление кудрявой женщины с счастливой улыбкой на красивом лице показалось ей чудом. Будто она возникла из ниоткуда.

-Привет, подруга! – улыбнулась женщина, - а чего такая замученная? Идём-ка. Она приобняла Алину за талию и повела к ближайшему костру. Там было ещё несколько женщин, они смеялись, и Алина решила, что они все пьяные, такими весёлыми и счастливыми они выглядели. Она заметила, что рядом на приспособленном в качестве стола камне стояли тарелки и тарелочки с закусками, но вина или другого алкоголя не было.

-Это что на тебе такое? – подскочила к ней другая женщина, такая же счастливая и весёлая, стащила с плеч робу дворника, – снимай-снимай, разве можно в этом отдыхать!

-Мне домой… там дочка, а маме в сад… – пролепетала растерянно Алина. Женщины обступили её со всех сторон и через минуту она уже стояла в красивом длинном платье вроде халата. Они говорили одновременно, перебивали друг друга, смеялись:

-Всем надо, но ты первый раз что ли?

-У меня вот трое дома! Младшему…

-О детях – ни слова!

-Вернёшься в тот момент из которого сбежала на нашу вечеринку. Надо просто уколоть себе палец иголкой, спицей, ножничками или что у тебя там…

-Если хочешь просто поспать, можно там,- кудрявая махнула рукой в темноту.

Алина кивнула невпопад, поглядела на волшебную вилку в руках. Так вот как она сюда попала.

-Вечеринка больше похоже на шабаш…

Женщины засмеялись одна громче другой, так радостно и заразительно, что Алина тоже улыбнулась.

-Вы ведь все ведьмы, да? – спросила она.

-Все женщины немножко ведьмы, - подмигнула ей та кудрявая, что сразу назвала её подругой, - присаживайся, угощайся и не беспокойся ни о чём.

Алина подумала, что она теперь тоже получается немножко ведьма, опустилась на мягкие подушки рядом со столом и тогда только заметила, что вместо скатерти там расстелены такие же шёлковые платки, какой она держала в руках.

Кто-то затянул красивую цыганскую песню, несколько женщин принялись танцевать. Алина взмахнула платком, расстелила и на нём тут же оказалась огромная тарелка с мороженым.

-Да не может этого быть! - сложила платок, мороженое пропало, Алина внимательно посмотрела на вилку, - Просто уколоть, говорите…

Алина очень хотела вернуться к дочке и всё происходящее никак не умещалось в голове: волшебные вилки, скатерти-самобранки, вечная вечеринка с песнями под гитару и танцами у костра. Всё это походило на волшебный сон, а она так давно не высыпалась как следует. Да бог с ним, она сто лет уже не была на вечеринках, где все люди взрослые и счастливые и нет никакой орущей малышни и вдумчивых бесед о режущихся зубках и детских какульках.

Алина улыбнулась, отложила вилку в сторону и снова расстелила платок.

-Совсем уже со зрением беда, к окулисту чтоль сходить…– Матвеевна остановилась на крыльце у своего подъезда, чтоб ключи в сумку убрать и проверить, не забыла ль кошелёк. Видела мельком как девка в робе дворника с большими белыми буквами на спине стояла у мусорки. Кошелёк был на месте, а девка вдруг исчезла. Не ушла, а пропала, растворилась. Матвеевна поправила очки на носу и внимательно посмотрела на мусорку.

-Так, точно к окулисту! Сегодня же запишусь! – решила Матвеевна.

Девка в робе дворника как ни в чём ни бывало стояла около мусорки. Она что-то очень аккуратно завернула в цветастую ткань, убрала во внутренний карман робы и с счастливой улыбочкой пошла наискосок через двор.

Пустые часы

Яков торговаться не стал. Отдал 150 рублей за старые часы, лишь бы Семён ушёл поскорей. Такие посетители распугивают клиентов, которых и так-то не много, да и воняет от этого бомжа жутко. Часовщик подошёл к окну, приоткрыл створку, чтоб проветрить в мастерской. Замер на секунду вдыхая свежий прохладный воздух, запах цветущего летнего дня.

По тротуару прямо под окнами проходили люди, мамаша тащила за руку белобрысого малыша, а тот тащил на верёвочке красный самосвал. У Якова в детстве был такой, только деревянный. Влюблённая парочка медленно обошла розовощёкого малыша с машинкой. Девушка смотрела на парня не отрываясь, и столько в этом взгляде было нежности и любви, что Яков даже поморщился. Девушка споткнулась, парень поймал её за талию, и они весело рассмеялись. «Под ноги надо смотреть» буркнул Яков и отошёл от окна. С тех пор как Анжела его бросила, влюблённые парочки его раздражали.

Часы, что принёс Семён выглядели обычно, механические, в деревянном корпусе, с календарём даже. Яков присел за стол, аккуратно снял крышку и ахнул. Семён! Чтоб ему пусто было! Продал ему часы без механизма вообще! Внутри деревянного корпуса было пусто! Вонючий мошенник! Ещё удивлялся, почему они не идут! А с чего бы им идти? Яков покрутил туда-сюда безжизненные без механизма стрелки, ещё раз ругнул Семёна.

Яков замер на секунду у открытого окна, по тротуару прямо под окнами мамаша тащила за руку белобрысого малыша в коротких шортиках, а тот тащил за собой на верёвочке игрушечную машинку, красную. Яков подумал, что у него в детстве тоже была такая, только деревянная и ещё подумал, что это с ним уже было. Он уже видел и мамашу, и малыша, и машинку.

Яков оглянулся на часы что стояли на столе с открытой крышкой, снова повернулся к окну. Парень с девушкой уже проходили тут, под его окном. Девушка споткнулась, парень её обнял, и они дружно рассмеялись.

Яков с досадой посмотрел на влюблённых, как же давно он сам обнимал свою жену, как давно он также счастливо смеялся, очень давно. Сначала Анжела ругалась, что он всю квартиру захламил своими часиками. Он улыбнулся, вспоминая как мило она морщила носик, когда злилась. Потом он снял эту комнату и устроил мастерскую по ремонту, Анжела стала ругаться, что его вечно не бывает дома, а потом она его бросила.

Яков закрыл окно и медленно с опаской подошёл к своему столу, к пустым часам. Осторожно повернул стрелку и снова оказался у окна, снова малыш в шортиках тащил на верёвочке красный самосвал. Яков не стал дожидаться пока влюблённая девушка споткнётся, закрыл окно, посмотрел на свои руки.

Он так ясно помнил влюблённый взгляд и счастливый смех Анжелы, как будто и не было грустных лет неудачной семейной жизни, глупых ссор и идиотских претензий. Яков вспомнил, как держал её за руку, и она так же смотрела только на него, вместо того чтоб глядеть под ноги. И он подхватывал, обнимал, и он был счастлив просто от того что она рядом. Яков вдруг подумал, что всё что угодно отдал бы сейчас за то чтоб услышать её смех, увидеть влюблённый взгляд… Это было необходимо.

Яков взял в руки часы, старался не думать и не останавливаться, чтоб не испугаться того, что собирался сделать. Он быстро поворачивал стрелку, крутил и крутил. Пальцы онемели, но он не останавливался. Если можно всё вернуть, отмотать назад пустое время без неё, он этот шанс не упустит.

Анжела подскочила к нему и привстала на цыпочки, чтоб поцеловать в щёку. Она всегда так делала, когда он приходил с работы. Яков приобнял жену за талию одной рукой. Они стояли в малюсенькой прихожей своей квартиры.

-Что это у тебя, Яш? Часы, опять? – Анжела сморщила носик.

Яков и правда держал в руке часы, механические в деревянном корпусе, но вот откуда они взялись, вспомнить не мог. Помнил только, что почему-то необходимо было услышать её смех вот прямо сейчас. Яков улыбнулся бросил часы в угол и легонько пощекотал жену онемевшими пальцами.

Сказочный навигатор

-Эй, ты опять тут! – гаркнул Николай.

Престарелый бомж вцепился в мешок, торчащий из мусорного контейнера и обернулся:

-Да я уже ухожу, ухожу, начальник, - бомж с перепугу уронил свою добычу, мешок порвался и на землю посыпался всякий мусор.

-Я тебе не начальник, а старший сержант Синицын! – Николай брезгливо сморщился, - Быстрей давай, пока я тебя в отделение не забрал!

Бомж скрылся из виду, а Николай тяжело вздохнул. Ну вот почему у него такая дурацкая работа? Он ведь с детства мечтал стать полицейским и ловить преступников, и школу милиции с отличием окончил, говорили, что у него выдающиеся аналитические способности и вообще! Он думал, будет охранять мир и покой граждан, служить на благо отечества и всё такое. А он что? Бомжей гоняет! Нет бы дело настоящее подвернулось, чтоб бандитов каких-нибудь арестовать, грабителей, убийц, наркоторговцев или хоть домушников найти, на худой конец…

Вот недавно на его участке квартиру коллекционера ограбили, а воров так и не нашли. Антиквариата унесли на пару миллионов, и сигнализация не сработала, и камеры видеонаблюдения ничего не засекли. Вообще никто ничего не видел и не слышал!

Николай с досады пнул клубок ниток, что выкатился из порвавшегося мешка, опомнился. Оглянулся, не видел ли кто? Негоже это, при исполнении клубочками в футбол играть, да ещё и мусор по дороге распинывать. Догнал клубок, хотел поднять и выбросить, но клубок словно издеваясь всё катился и катился дальше.

Николай сделал серьёзное лицо и старался не смотреть на клубок, не хватало ещё, чтоб кто-нибудь заметил, что он, старший сержант полиции, по улице за клубочком бегает. А клубок катился сам по себе, подпрыгивал на кочках и, что уж совсем не укладывалось в голове у Николая, сворачивал самостоятельно на перекрёстках дорожек.

Участковый шёл за клубком как заворожённый и судорожно припоминал, из какой это сказки, вроде читал что-то такое в детстве или бабушка рассказывала. Там что-то про царевну было или про бабу ягу...

Клубок свернул к подъезду дома и остановился.

-Что, домофон ты открывать не умеешь, навигатор сказочный? – усмехнулся участковый, открыл дверь и уставился на клубок. Тот с ехидным озорством стал прыгать по ступенькам вверх. Это ж вообще невозможно! Николай рассмеялся вслух, как будто самостоятельно кататься по ровной поверхности – возможно!

Клубок остановился и несколько раз подпрыгнул, ударяясь в дверь квартиры. За дверью зашептались, но открывать почему-то не торопились.

Участковый представился:

-Откройте, полиция!

Замок скрипнул и щёлкнул. В дверях показалась сгорбленная седая старушка. «Не царевна» отметил про себя Николай и как-то даже разочаровался. Клубок шмыгнул в квартиру.

-А-а, нашли всё-таки!

-Что? –переспросил Николай.

-Ну заходи, думала, поживу напоследок как человек, вроде все следы замела, а ты вот нашёл, ну на, – старушка протянула ему руки, - арестовывай давай.

Николай зашёл в квартиру и присвистнул. Там полно было антиквариата, как в музее: картины, вазы, мебель, статуэтки…

-Это Вы квартиру коллекционера ограбили? – очень непрофессионально удивился Николай. – и не одну, похоже…

-Ну я, и что? Как ты меня нашёл-то, милок?

-Мне вот больше интересно, как Вы всё это украли?

-Да проще некуда, милок! Смотри! – бабка провела рукой по воздуху прошептала что-то себе под нос, топнула ногой об пол и пропала.

-Ну точно, баба Яга! – прошептал себе под нос Николай, - костяная нога…

Входная дверь за спиной участкового скрипнула и хлопнула.

Николай огляделся в квартире старушки повнимательней и присвистнул. Он ведь хотел воров найти, которые квартиру коллекционера ограбили, и вот, всё как в сказке! Нашёл!

Николай поднял с пола клубок и припрятал в карман, пригодится. Много ещё преступников в розыске.

Горшочек, вари!

Семён сидел на рынке целый час и уже подумывал о том, не выбросить ли всё это барахло на помойку. Никто ничего из вещей Фомы покупать не хотел.

-Ой, смотри какая прелесть! – симпатичная девушка остановилась около прилавка и дернула за рукав своего спутника.

-Маш, это старый глиняный горшок, да ещё и со сколами… – проворчал парень, но всё-таки остановился.

-Ну Лёш, ну ты же вообще ничего не понимаешь в дизайне, это же винтаж!

Лёша тяжело вздохнул и не стал напоминать любимой супруге, что она тоже в общем-то не дизайнер, на первом курсе всего ещё учится. Семён широко улыбнулся покупателям:

-Горшочек понравился? Вещь хорошая! Всего три сотни!

Девушка вертела в руках горшок:

-Можно в него кактус посадить или украсить кружевом, или нарисовать…

Лёша нахмурился. С тех пор как Маша пошла учиться на дизайнера у них в квартире стали появляться странные вещи: картины, где вообще не понятно, что изображено, журнальный столик, больше похожий на корзину для мусора, кресло в форме огромной игрушки, восьминогая лампа, напоминающая хромого паука и вот теперь ещё старый глиняный горшок.

-Три сотни? За это? – возмутился Лёша и посмотрел на жену.

-Он отлично будет смотреться на кухне или, может, лучше в спальне! Смотри Лёш, тут какая-то надпись, по-арабски? Ничего не понятно…

Глаза у девушки блестели энтузиазмом, и Семён понял, что на бутылку у него сегодня точно будет, а может даже и на две.

-Я тебе за этот хлам больше сотни не дам! – сказал парень.

-150! - обрадовался Семён.

Лёша протянул ему деньги, аккуратно приобнял Машу за талию и повёл прочь, пока она ещё что-нибудь сильно винтажное не увидела, хлама в доме и так хватает. Маша продолжала рассказывать ему варианты применения этого горшка всю дорогу до дома. А там установила горшок на журнальный столик и долго ещё им любовалась.

Как только Маша ушла на учёбу, Лёша улёгся на диван и достал пакет с семечками. Вставать чтоб взять какую-нибудь посудину под шелуху ему было лень.

-Ну вот, ещё один вариант, самый кстати полезный! - Лёша улыбнулся, придвинул поближе горшок и стал складывать шелуху туда.

Фильм был не интересный, одна реклама, Лёша щёлкал кнопками на пульте и сам не заметил, как задремал.

Проснулся от сухого шелеста, и не сразу смог понять, что вообще происходит. Вокруг него была шелуха, море шелухи. Она была повсюду, гора шелухи на столике, на диване и на полу, даже на нём самом была шелуха от семечек, и она продолжала сыпаться с характерным звуком. Лёша ругнулся от досады и удивления, ну не мог он так намусорить! У него и семечек-то столько не было, пакет ещё почти полный! Маша за такой бардак его прибьёт!

Лёша взглянул на часы. Жена должна была вернуться через полчаса. Он побежал за веником и совком, нужно срочно всё это безобразие прибрать! Лёша сметал шелуху, скидывал в мешок, сметал и скидывал, снова сметал, но количество мусора не убывало.

Он вырыл из-под кучи шелухи Машкин горшок, взял в руки. Шелуха сыпалась из него вверх, как вода из гейзера. Лёша ругнулся и хотел звездануть этот горшок об стену, но потом подумал, что Маша наверняка расстроится. Перевернул его вверх дном, высыпал всю шелуху на пол и долго смотрел в пустой горшок. Больше шелухи в нём не появлялось.

-Привет, я дома! Лёш, ты где?

В прихожей Маша чуть не запнулась за огромный чёрный мешок туго набитый каким-то мусором, скинула обувь и прошла в гостиную.

Лёша сидел на диване и смотрел на горшок, который они купили сегодня, а рядом около дивана был веник, совок и пустой мусорный мешок.

-Эй, ты чем тут занимаешься?

Лёша приложил палец к губам, подмигнул ей и аккуратно, даже как-то торжественно, положил в горшочек деньги.

Смех без причины

Семён аккуратно сложил 50 рублей к остальным деньгам, вырученным за хлам из Фомкиного мешка. Сложил пополам и убрал во внутренний карман засаленного пиджака.

Сумма получилась вполне приятная, на пару бутылок хватит, да и ещё останется, Семён улыбался. С такими-то деньгами он найдёт себе занятие поинтересней, тем более, что под вечер рынок совсем опустел, да и в мешке Фомы почти ничего не осталось.

-А Вы что, разве никак мне это не упакуете? – хмурая женщина вертела в руках только что приобретённое зеркало в потрескавшейся от старости резной рамке и брезгливо смотрела на Семёна. – Я же разбить могу…

Бомж разулыбался, демонстрируя покупательнице редкие рыжие зубы, вытряхнул из мешка остатки хлама на прилавок и протянул мешок женщине:

-Пжалста! Любой каприз, как гоарится…

Она сморщилась, но мешок взяла, завернула в него зеркало, пробормотала

-Придётся пакет купить, маечку…

Семён посмотрел на остатки «товара»: огарок свечи, хоть и довольно большой, но всяко-разно никому не нужный и на тарелку с трещиной. Махнул рукой и пошёл в сторону ближайшей рюмочной.

В конце лета вечер опускается на город очень быстро. Лариса плелась за Макаром, гулять в полумраке между прилавками пустого в такое время рынка ей не хотелось, но и сидеть дома в одиночестве – тоже. Лучше уж с прыщавым одноклассником время провести.

Макар о чём-то трепался без умолку, смеялся над собственными шутками, пытался произвести впечатление. Лариса кивала и поддакивала иногда. Впечатление было не очень.

-Посидим? – парень кивнул на один из прилавков и достал из кармана сворованные у отца сигареты.

Лариса присела на скамейку и принялась изучать глупые надписи на стене, поморщилась, когда он закурил и отодвинулась подальше, чтоб не пропахнуть дымом.

Макар продолжал болтать ни о чём, Лариса его не слушала. На прилавке, в самом углу лежала свеча, интересно как она здесь оказалась…

Лариса повертела находку в руках, поставила перед собой. Макар чиркнул зажигалкой. Жёлто-оранжевое пламя вспыхнуло, затрещало и засмеялось.

Ребята переглянулись, на рынке никого кроме них не было, а смех становился всё громче и радостнее.

-Хей? Кто здесь? – голос у Макара дрожал.

Сигарета выпала из неловких непривыкших пальцев, Макар затоптал её в пыль.

-Псих какой-то… - пробормотал парень и вскочил на ноги. – Выходи, я тебе быстро морду начищу… И вообще, смех без причины – признак дурачины, вот!

Лариса усмехнулась вместе с неизвестным, угроза выглядела жалкой.

-А если я всё папе расскажу, чем ты тут занимаешься? – послышалось сквозь смех.

-Да кто ты такой? – Макар вертел головой, но разглядеть говорившего в вечернем полумраке не мог, - Так и знал, что кто-нибудь спалит! Батя мне башку оторвёт… Идём отсюда!

Макар шустро зашагал в сторону выхода с рынка, а Лариса замешкалась. Свеча всё ещё горела на прилавке, пламя трепетало хотя никакого ветра не было. Нельзя её так оставлять, вдруг что-нибудь загорится.

Девушка наклонилась к огню, чтоб его задуть и замерла. Из пламени свечи на неё тоже кто-то смотрел. Лариса видела два чёрных глаза и широкую улыбочку с мелкими острыми зубками, раздвоенный как у змеи язык.

-Ларис, ну ты идёшь, или как? – Макар топтался у ворот.

В огне мелькнул силуэт ящерицы, Лариса поморгала и тряхнула головой. Ящерица как будто танцевала в пламени, разбрасывая вокруг себя крохотные искорки. Она вся и была этим пламенем, живым смеющимся огоньком.

-Привет! – чёрные глазки огненной ящерки снова появились в пламени.

Лариса вздрогнула и задула огонь.

Весёлый смех сразу смолк.

-Лариса! – снова позвал Макар.

-Уже иду!

Девушка задумалась на две секунды, потом быстро взяла свечу и спрятала в карман.

Мама сегодня во вторую, дома ей никто не помешает разглядеть это чудо как следует, может даже и поговорить…

Свет-зеркальце

Вика хмурилась, разглядывая старое зеркало, которое только что купила у бомжа, думала, как его теперь везти на дачу, два часа в автобусе трястись. В сумку не положить, там у неё продукты на два дня, а это зеркало неизвестно где валялось, да и продавец не вызывал доверия, кто знает какие у него могут быть болячки. Надо будет всё продезинфицировать.

И зачем только схватила зеркало… Хотя, зачем - было вполне очевидно. Покупать новое в магазине она бы не стала, а это, за полтинник, для дачи вполне сойдёт. Давно хотела повесить в своём сарае нормальное зеркало, а то в пудренице толком ничего не разглядишь, приезжаешь в город чумазая как этот вот довольный бомж.

-А Вы что, разве никак мне это не упакуете? – спросила Вика, - Я же разбить могу…

Бомж протянул ей пыльный мешок:

-Пжалста! Любой каприз, как гоарится…

Вика сморщилась, но мешок взяла, завернула в него зеркало и так и понесла в руках, пробормотала:

-Придётся пакет купить, маечку…

Отмытое и продезинфицированное зеркало идеально вписалось в «интерьер» её дачи, Вика повесила его на гвоздик ровно между старым полуразвалившемся комодом и кучей лопат, тяпок и граблей в углу. Даже улыбнулась своему отражению и подмигнула.

Настроение у неё на даче всегда было отличное. Можно ходить в дырявой футболке и трениках с вытянутыми коленками, завязать волосы в пучок обыкновенной розовой резинкой, и никто не обратит на это никакого внимания, можно не думать о лишних килограммах, некстати вскочившем прыщике на самом видном месте и отросших корнях волос, всей вот этой ерунде.

Не то что на работе…

В коллективе Вику всегда недолюбливали, постоянно указывали на недостатки, а недостатков этих у Вики было немало.

Выглядеть красиво ей, конечно, хотелось, но просыпаться на два часа раньше, ради того чтоб намазать на своё лицо пару тонн косметики она была не согласна. Лучше уж поспать или книжку почитать.

Особенно скверно всё стало, когда на работу к ним устроилась Елизавета, женщина со всех сторон идеальная, как будто она живёт в салоне красоты и кроме этой красоты вообще ничем не занимается. Лиза брезгливо морщила носик и непременно указывала Вике на неподобающий наряд или те же отросшие на 2 миллиметра корни, и невероятно раздражала. Её сразу прозвали местной «королевой».

Вика скорчила рожицу, вытянула губы бантиком изображая «королеву Елизавету» и произнесла:

-Свет мой зеркальце, скажи, я ль на свете… - не сумела договорить, рассмеялась, махнула рукой взяла из кучи инструментов тяпку и пошла окучивать картошку.

-Что королева желает знать?

Вика подпрыгнула от неожиданности и перехватила тяпку двумя руками, чтоб огреть того, кто говорил. Наверняка пьянчуга-сосед в дом забрался.

-Кхм, кхм, королева? – повторил голос.

Вика никого не видела, но тяпку держала крепко.

-Здесь я! Выходи!

-Ну это в некоторой мере затруднительно, а Вы не могли бы сами ко мне подойти…

Голос был мужской и точно не пьянчуги-соседа, он таких слов не знал.

-Вот ещё! Ты кто вообще такой и какого делаешь в моём доме?

-Позвольте, Вы сами меня сюда притащили и повесили, я Свет-зеркальце.

Вика обошла весь свой домик и не нашла никого, остановилась напротив своего нового зеркала. Там отражалось её удивлённо возмущенное лицо.

-Приятно познакомиться, моя королева! Что в первую очередь хотите увидеть, макияж, причёску или цвет глаз?

Вика оглянулась, теперь сомнений не осталось, с ней говорило зеркало.

-Причёску… – буркнула она наугад.

-Пожалуйста коснитесь зеркала, когда вариант будет вас полностью устраивать.

Изображение помутнело и изменилось, в зеркале отражалась Вика, только волосы у неё были чёрные и прямые. Женщина не верила своим глазам, повертела головой, подняла руку чтоб проверить и не обнаружила на затылке пучок.

То, что отражалось в этом зеркале как-то становилось правдой. Пока Вика удивлялась, ощупывая свои новые длинные волосы, изображение снова поменялось, теперь у неё были локоны до плеч и косая чёлка.

-Что за чёрт?

-Согласен, - ответило зеркало, - этот цвет Вам не идёт, может попробуем посветлее… и без чёлки.

Изображение поменялось. Теперь у неё были светлые волосы средней длины. Вика схватила прядь и поднесла к глазам.

-Да не может этого быть! – она схватила зеркало поднесла к глазам, перевернула, осмотрела со вех сторон.

-Отлично, перейдём к макияжу! – сказало зеркало.

Отражение снова поменялось. На этот раз волосы не изменились, зато давно нещипаные брови Вики стали ровными и потемнели, на щеках появился небольшой румянец, а на ресницах – тушь. Вика захлопала идеально накрашенными глазами и села прямо на пол.

-Афигеть! Это что же… Как? Получается… любой каприз?

-Если этот вариант макияжа Вас устраивает, просто прикоснитесь к зеркалу, хотя я могу предложить ещё несколько тысяч вариантов, подходящих именно Вам!

-Личный волшебный визажист? То есть ты можешь мне всё нарисовать что я скажу? А стрелки? Стрелки тоже можешь?

Зеркало снова сменило изображение…

Через две минуты Вика выглядела так, будто это она живёт в салоне красоты.

-Жаль нельзя так с одеждой… Я-то прекрасна, но в старой футболке…

-К великому сожалению, я не могу изменить то, что не отражаю… – печально сказало Свет-зеркальце.

Вика дрожащими руками поставила зеркало на комод и отошла подальше, чтоб отражаться в нём целиком. Усмехнулась:

-Ну что Елизавета, посмотрим в понедельник, кто на свете всех милее…

Сказочная тарелка

Толком ещё не рассвело, а Анна Ивановна уже сложила товар в сумку на тележке: луковое перо и молодая картошечка со своего огорода. В карман сунула пару пачечек кошачьего корма для своей подружки, поглядела на сотовый телефон, важно лежащий на салфеточке у зеркала.

Говорят, сейчас такие телефоны делают, что можно в них как в телевизоре кино смотреть и ещё можно посмотреть на того, с кем разговариваешь, как будто бы он напротив тебя сидит. У Анны Ивановны был обыкновенный кнопочный телефон, ни к чему ей эти новомодные гаджеты, разговаривать особо не с кем. С соседкой можно и на скамеечке у подъезда поболтать, друзья и коллеги давно уже потерялись, муж сбежал от неё ещё в молодости, а сын… Нету у неё никого, ни детей, ни внуков.

Анна Ивановна подхватила тележку с товаром и вышла из дома. Телефон так и остался лежать на салфеточке.

-Привет, Мусенька, привет моя хорошая! – приговаривала старушка пока выкладывала корм на дорожку между прилавками.

Голодная кошка ходила вокруг и обтиралась об ноги. Анна Ивановна погладила её и заметила нечто странное: на ближайшем прилавке стояла тарелка.

-Хорошущая тарелочка, чистенькая, с трещинкой правда, но в хозяйстве всё пригодится, - старушка подняла тарелку, повертела в руках, - да вот хотя б для Муси корм ложить, чтоб не на землю!

Кошка с жадностью уплетала свой завтрак, ей было без разницы на чём он лежит. Дворовая она, давно привыкла.

-Ну и ладно, всё равно пригодится! – Анна Ивановна достала платочек, протёрла тарелку, провела ладонью по прохладному фарфору, – Вот вроде ведь трещинка была, а теперь уже и нету, вообще, как новенькое блюдечко!

Старушка сунула тарелку в сумку и улыбнулась сама себе, разговаривать вслух она давно уже привыкла. Всегда же приятно поговорить с хорошим человеком.

Торговля шла не бойко, картошку никто покупать не хотел. Анна Ивановна не расстраивалась, на рынок она ходила не за деньгами. Слава богу, пенсия хорошая, на всё хватает. Она любила на людей смотреть, а на рынке всякие попадаются.

Вот женщина тащит малыша, тот упирается и кричит, чтоб ему купили игрушку, вот пара придирчиво выбирает фрукты, сразу видно, что за питанием своим следят, фигню какую из кафушки на углу есть не станут, или вот ещё пожилая женщина ведёт за руку внука, что-то тихо ему рассказывает, объясняет.

Анна Ивановна вздохнула, она была бы очень хорошей бабушкой, только сын ушёл рано, ни семьи, ни детей не оставил.

-А вот была бы радость, на старости лет внуков понянчить, ну или хоть посмотреть бы на них…

-Что Вы сказали? – рыженькая девушка остановилась около Анны Ивановны.

-Да, ничего, милая, это я так, сама с собой…

Девушка нахмурилась, огляделась.

-Вроде где-то ребёнок плачет, слышите?

Анна Ивановна тоже огляделась, пожала плечами.

-Ну точно плачет! И мне кажется оттуда! – девушка указала пальчиком на пустую сумку на тележке. – Точно Вам говорю!

Старушка заглянула в сумку. Там кроме найденной тарелки ничего и не было, зато сама тарелка светилась и плакала, как грудной ребёнок. Анна Ивановна осторожно достала тарелку, пригляделась. Там, как на экране новомодных телефонов, показывали кино.

-Ух ты! Клёвая штука! Как в сказке, помните? – девушка заглядывала через плечо. – Там надо было вслух сказать, что хочешь увидеть и тарелочка показывала, правда там ещё яблоко было…Голосовое управление? Где такую брали, там жк дисплей, да? А сколько стоит?

-Угу… – Анна Ивановна кивнула, не отрывая взгляда от изображения на тарелке.

Мальчик лет 10ти или 12ти был точь-в-точь похож на её сына Костю. Он сидел за столом и что-то чёркал в тетрадке, повернулся к экрану и закричал:

-Мам, да уйми ты его! Мне уроки делать надо, а он орёт как резаный!

На тарелке появилась женщина с орущим младенцем на руках. Анна Ивановна охнула и схватилась за сердце.

-Ой, Вам что плохо? – всполошилась девушка, - скорую вызвать?

-Ну потерпи, пожалуйста, Костик, у него зубки режутся… Хочешь я с уроками помогу? На чём остановился? – Женщина присела за стол рядом с Костиком, и Анна Ивановна её окончательно опознала.

Конечно Верка выросла, располнела, но это точно была она. В старших классах она встречалась с сыном, с её Костей, даже в гости к ним однажды приходила. А потом у них там что-то не заладилось, разбежались. Сын в армию ушёл, а Верка… вот оно что… родила значит сына и Костей назвала, получается, в честь отца… И ей ничего не сказали… Может Костя и сам не знал, что у него сын есть… а у неё теперь есть внук…

-Женщина, женщина, Вы чего? У вас болит, что-то? Сердце прихватило? Чего Вы ревёте-то? Вам плохо, да? – девушка настойчиво трясла Анну Ивановну за плечо.

Старушка отмахнулась, ей было не плохо, а очень даже хорошо. У неё есть внук, о котором она всегда мечтала. Костик! Осталось только его найти и познакомиться, а если эта сказочная тарелка и вправду показывает, то что попросишь, то найти Костика и Веру не составит труда.

Анна Ивановна улыбнулась сквозь слёзы и окончательно перепугала суетящуюся рядом с ней рыженькую девушку.

Сказки огненной Салли

-Эй, ты тут? – Лариса внимательно смотрела на пламя свечи, уже минуты три. Ничего особенного не происходило. Свеча горела как все обыкновенные свечи, чуть потрескивала в полумраке неприбранной комнаты, разбрасывая вокруг странные пляшущие тени.

Лариса вздохнула, опять сегодня не уснуть. Неужели чудесная хохочущая ящерка ей только привиделась? Пламя затрепетало, взорвалось искрами, маленькая огненная ящерка уставилась на девушку из огня, улыбнулась и хихикнула.

-Привет!

-Привет! – Лариса улыбнулась в ответ и чуть не захлопала в ладошки, как маленькая, - Ты саламандра, да?

Ящерка обежала пламя по кругу и остановилась напротив Ларисы, кивнула, будто поклонилась, сказала:

-Салли.

-А я Лариса.

Саламандра Салли снова рассмеялась, закружилась вокруг пламени. Лариса смеялась вместе с ней. Смех у саламандры был заразительный, рядом с ней невозможно было не смеяться. Даже в унылой пустой без мамы квартире от этого смеха становилось светло и весело. Сегодня вместо того чтоб скучать и бояться кошмаров в одиночестве, Лариса смотрела на чудесное создание.

Ящерка ныряла, пряталась в языках пламени, извивалась перебирая крохотными лапками, скрывалась и появлялась снова.

-Ты чудо! – прошептала Лариса.

-Это я-то? Вот я тебе про настоящие чудеса расскажу! Сама не видела, но говорят, есть такие земли, где кошки ходят в сапогах, рыцари под водой живут и на сушу выходят только поработать, а великаны каменеют, если на них попадает свет солнца…

-Чего? – рассмеялась Лариса.

-Ну точно тебе говорю, там везде такие вот огромные каменные истуканы стоят, ну из тех, кто не успел под горы забраться до рассвета. А деревья там разговаривают с людьми и, если что, могут прикрыть. Люди в животных всяких превращаются по собственному желанию. Хотя по-разному бывает, один мальчик не хотел, а козлом стал от того что чего-то не того попил.

Лариса расхохоталась, Салли продолжала рассказывать, кружась в пламени свечи.

-Ещё там каждая женщина волшебить умеет, все чаровницы от мала до велика. Те что постарше, настоящим колдовством промышляют, реки вспять поворачивают, да людей с того света возвращают. А молодые обычно попроще фокусами балуются. Но могут, тоже могут чудес всяких натворить, в жабу превратиться или там озеро с лебедями посреди каменных палат организовать.

Одна волосы себе отрастила в 32 метра. Красота, конечно, но очень непрактично, сама теперь не рада, мыть да расчёсывать трудно и долго, а обрезать жалко. А другая поёт так, что заслушаешься и обо всём на свете забудешь… Ещё там феечки маленькие есть, такие маленькие, что могут на цветке жить, они всех подряд летать учат, особенно мальчиков. Хотя в том краю с полётами проблем и так нет. У каждого почти метла есть или коврик специальный, да ещё корабли летающие, это если большой компанией куда-то собираетесь или с семьёй… А рыбы там желания исполняют!

-Что все-все рыбы умеют желания исполнять? – смеялась Лариса.

-Ну да, поймай и загадывай! – Салли кивнула и закружилась дальше.

-Класс! – Лариса смахнула выступившие слёзы.

-А то! Рыбаки в том краю вообще самые счастливые люди! Принцы ещё есть, но их мало, на всех принцесс не хватает. От этого принцессы в спячку впадают как медведи, годами спят, ждут своей очереди замуж. Ну это если дракон раньше принца не украдёт…

Лариса так смеялась, что согнулась пополам и лицо руками закрыла. Говорить она уже не могла, просто показала ящерке большой палец вверх.

-Здорово, да? Василиса меня всегда на слёт сказочников с собой брала, там и не такое услышишь! И каждый сказочник так убедительно рассказывает, что нельзя не поверить! – Салли вдруг остановилась и озадаченно посмотрела на Ларису, - Ты чего смеёшься?

Девушка выдохнула и постаралась успокоиться, несколько одиноких смешков всё же вылетели вместе со словами:

-А ты почему всё время смеёшься?

-Так мне пламя бока щекочет и лапки… - захихикала ящерица и снова заплясала в пламени. Лариса заулыбалась.

Долго девушка и саламандра смеялись вместе, обсуждая сказки тех убедительных сказочников. Когда мама вернулась с ночной смены, Лариса крепко спала и улыбалась во сне.

Ей снились чудеса.