Малиновый пиджак

Глава 1

1

Всем хороша была нынешняя работа Петра – и коллектив был вполне адекватный, и деньги платили приличные, и начальство не сильно доставало. Одна была закавыка – это обязательный дресс-код. И тут ничего нельзя было поделать – за нарушение даже не штрафовали, а просто на время понижали категорию, то есть били рублём. Дело привычки, и нарушать это правило уже давно никто и не помышлял. Да и правила были не слишком сложные. Для мужчин обязательный пиджак и галстук, а для женщин – юбка ниже колена и блузка с длинным рукавом. А поскольку цвет в правилах не оговаривался, то выглядел народ уж не слишком однообразно. Хотя придерживались все достаточно сдержанных тонов. Никому не хотелось особенно выделяться и привлекать к себе излишнее внимание.

Пётр поступал так же, как и все. У него был серенький пиджак и галстук в полоску. Но незадолго до конца рабочего дня он нечаянно пролил на пиджак кофе, и пришлось отнести его в химчистку. А там обещали исполнить заказ в течение трёх дней. Впереди был четверг и два рабочих дня, а у Петра не было запасного дежурного пиджака. Надо было что-то срочно придумывать. Новый ему покупать было неохота – только место будет потом занимать. Так что он решил заглянуть в ближайший секонд хенд в надежде найти там что-нибудь недорогое на пару дней, что потом и выбросить будет не жалко.

2

Продавщица отнеслась к Петру с пониманием, когда он объяснил причину своего визита и свои пожелания. Она предложила ему на выбор штук пять пиджаков, но цены там были не такие уж и бюджетные.

– Мне бы что-нибудь попроще и подешевле, – сказал Пётр.

– Попроще, пожалуй, и не найдётся, а вот подешевле есть. То есть этот отдаю почти что даром. Сами поймёте почему. – И она достала откуда-то с дальней полки пиджак необычной для глаза расцветки.

Сразу было видно, что это вещь фирменная, и должна стоить немалых денег. Да и цвет у пиджака был ярко малиновый. Такие, как слышал где-то Пётр, носили крутые ребята в девяностые годы, когда он ещё в школе учился. Это был их фирменный знак. А сейчас было бы очень странно надеть такое.

– И что же так дёшево? – спросил он. – Ведь даже мне видно, что это фирма.

– Ну, понимаете, – замялась продавщица, – как-то спросом не пользуется. Да, и уж если быть до конца честной, то есть тут небольшой изъян, хотя и совсем незаметный для глаза. Так, небольшой ремонтец.

– А поконкретнее?

– Там были две маленькие дырочки – одна над нагрудным карманом, а другая – на спинке. Но они очень аккуратно заделаны. Вы бы и не заметили, если бы я вам не сказала. – И она показала эти два места Петру.

– Да, действительно, очень искусно сделано. Профессионально.

– Если вам раз другой надеть, то неплохой вариант. Примерьте его, может вам по размеру не подойдёт, так тогда и говорить не о чем. А цвет, что цвет? Сейчас уже и не такое носят.

3

Пётр отправился в примерочную, где в огромном зеркале смог рассмотреть себя в полный рост. Пиджак сидел на нём как влитой. Можно было подумать, что он сшит на заказ по его меркам. И как-то цвет его уже не напрягал. Почему-то Петру показалось, что цвет этот малиновый здесь очень даже уместен. Да и выглядело всё дорого-богато. «Можно будет немножко выпендриться перед коллегами, а уж Анечка, так та вообще должна задохнуться от восторга. Она ведь такая…» – подумал Пётр. Но о том, какая же такая Анечка, он решил додумать как-нибудь в другой раз. Они сидели в соседних блоках, и частенько перекидывались безобидными шутками. Иногда вместе обедали в ближайшем кафе.

– Да, – сказал он продавщице, – вещица мне понравилась. Не знаю даже почему, и цена подходящая. Просто подарок какой-то. Вот бы мне ещё и галстук к этому пиджаку, а то у меня всё серенькое и невзрачное.

– О, да, конечно. Сейчас что-нибудь подберём. Вот этот точно подойдёт. Он почти новый, но цена на него тоже ниже некуда.

– Классно, то что надо, – отвечал Пётр, разглядывая галстук с непонятным узором, который по тону один в один сочетался с пиджаком. – Великолепно. Полный отпад. Спасибо за помощь.

Он расплатился, подхватил свёрток под руку и отправился домой.

4

Пётр жил на съёмной квартире. Обзаводиться своей ему пока не хотелось. Он это уже проходил в прошлой жизни. Сразу после университета женился на однокурснице, и они поселились в родительской квартире. Его родители к тому времени переехали в деревню, где надо было ухаживать за старенькой бабушкой, и вести немалое домашнее хозяйство. Они уже были на пенсии и им такая сельская жизнь была в радость.

Совместная жизнь с Лизаветой у него не сложилась с самого начала. Год два было ещё ничего, но потом всё пошло вкривь и вкось. Он даже не понял, почему так получилось. Наверное, они взрослели как-то совсем по-разному, и интересы их по большей части не совпадали. Детей у них не было, что очень облегчило неминуемый развод. Квартиру и котов они поделили поровну. Но свою долю Пётр взял деньгами. К тому времени у Лизаветы появился знатный жених, который и оплатил все расходы. Петру, конечно, было жаль расставаться с родительской квартирой, где прошли его детство и юность. Но это было меньшее зло, которое случилось при их расставании. А кота он отвёз родителям в деревню

Все связи были оборваны, родители и бабушка отнеслись с пониманием ко всем этим невесёлым событиям. Они с самого начала считали, что этот брак не имеет будущего. А Пётр на долгие годы получил иммунитет от длительных и серьёзных отношений. Так что он уже давно был вольной птицей, предоставленный самому себе и не имеющий никаких обязательств перед остальным миром.

Одиночество его не напрягало, так как был он общительным, легко заводил знакомства, умел влиться в незнакомую компанию, да и вообще считался классным парнем. Пётр имел много увлечений и умел увлечь ими других. Да и руки у него росли из нужного места, так что он был незаменимым помощником во всяких строительных и ремонтных делах, которые случались у его приятелей.

5

На следующий день Пётр повязал новый галстук, надел пиджак и отправился на работу. Про себя он отметил, что чувствует себя в новой оболочке вполне комфортно, и даже как-то иначе смотрит на окружающий мир. Что-то такое неуловимое проявилось в нём, то ли какая-то новая уверенность в своих силах и возможностях, то ли защищённость от всего на свете. Он чувствовал себя расковано, и его даже не смущала ожидаемая реакция сослуживцев. Он был к ней готов, знал, что ему будет сказано, и как он ответит на все выпады и подначки.

Так оно отчасти и вышло. А надо сказать, что в конторе, где Пётр работал кроме обязательного дресс-кода была ещё и строжайшая дисциплина. Минутное опоздание каралось нещадно, не принимались в расчёт никакие доводы и причины. А потому уже минут за десять до начала рабочего дня все были на своих местах. Пётр жил поблизости и ходил на работу пешком. Так что обычно приходил на работу за пять минут до воображаемого гудка.

Он прошествовал на своё рабочее место, снисходительно кивая налево и направо, хорошо понимая какое впечатление производит на сослуживцев. Те только хлопали глазами и раскрывали рты, не вымолвив ни слова. Только лёгкий шёпот бежал от стола к столу.

Пётр поздоровался с Анной, которая смотрела на него широко раскрытыми глазами и не могла промолвить ни слова. Он жестом показал ей, что «все вопросы отложим на потом», и как ни в чём не бывало приступил к работе.

6

Уже ближе к обеденному перерыву Петра вызвал к себе начальник. Никаких особых эмоций это приглашение у Петра не вызвало, хотя днём раньше он бы почувствовал тревогу и беспокойство. Начальство по пустякам народ не вызывало.

Его шеф, Николай Иванович, был мужиком старой закалки. Он прошёл через 90-е годы, сколотил себе капитал, легализовал его и открыл эту фирму. Создал он её из ничего на пустом месте, вложив все свои деньги в дело, которое тогда казалось бесперспективным. Но он смог разглядеть в нём огромные скрытые возможности. Поставил всё на карту, и выиграл. Да. Он был игрок до мозга костей, но играл честно, полагаясь только на свою интуицию, да немного на везение.

Никто не знал, были ли в прошлом у Николая Ивановича тёмные дела, нелады с законом и порочащие связи. В любом случае он вышел из тех мрачных лет с незапятнанной репутацией и немалым стартовым капиталом. Подчинённые его уважали, несмотря на некоторые эпатажные завихрения, типа обязательного дресс-кода.

– Заходи, заходи, – сказал начальник, когда Пётр появился на пороге его кабинета, – и прикрой за собой дверь. Присаживайся.

Пётр присел на стул, пододвинув его к столу, и безо всякой робости посмотрел Николаю Ивановичу прямо в глаза.

– Так, так, – проговорил тот задумчиво, постучав карандашом по столу. – Как продвигается проект?

– Всё идёт по плану, – отвечал Пётр, – было несколько узких мест, но они успешно разрешились. Должны закончить в срок, и даже немного раньше.

– Вот и отлично!

Пётр понимал, что вовсе не о проекте хотел поговорить его шеф, но тот никак не решался переключиться на другую тему. И это немало забавляло Петра. Так ничего и не сказав, Николай Иванович поговорив немного о текущих делах и перспективах, отпустил Петра, пожелав ему дальнейших успехов в работе.

7

Возвратившись на своё рабочее место Пётр подмигнул Анне, чего раньше никогда себе не позволял, и негромко проговорил:

– Как насчёт? –он сделал многозначительную паузу, а потом добавил, – Ну, ты сама понимаешь.

– Ой, какой ты быстрый, –отвечала ему Анна, усмехаясь, – ты же знаешь маршрут – ресторан, цветы, ночная прогулка по парку. А потом, потом всё возможно.

– Так в чём же дело, сегодня вечером идём в ресторан. Я угощаю.

– В ресторан, так в ресторан, – вздохнула Анна, подумав о чём-то своём и удивившись, что так быстро согласилась на приглашение.

«Что-то здесь не так. – промелькнуло у неё в голове. – Я же не какая-нибудь там блондинка, а вполне порядочная девушка!»

– Вот и договорились, – ответил Пётр, – а цветочки... Я знаю одно местечко, где их продают круглосуточно.

И он обратил всё своё внимание на компьютер и решение той задачи, которую он несколько опрометчиво объявил Николаю Ивановичу почти законченной. На самом деле там надо было ещё пахать и пахать. И камней подводных было предостаточно, а сроки поджимали. Однако уверенность, которой он зарядился с самого утра не позволяла ему расслабиться, и работа шла очень споро. И даже те моменты, когда надо было состыковаться с сотрудниками, и принять общее решение, проходили на этот раз очень гладко. «Всегда бы так работа работалась», – думал про себя Пётр.

8

Рабочий день близился к завершению. Народ в конторе уже как-то привык к новому облику Петра, и он перестал ловить на себе насмешливые взгляды. Теперь, как он заметил, на него смотрели с каким-то непривычным для него то ли уважением, то ли лёгкой завистью. Особенно это стало заметно после его визита к Николаю Ивановичу. Что там происходило за закрытыми дверями, они могли только догадываться.

Анне не понравился немного фамильярный тон Петра, но она почему-то приняла его как должное, и даже не обиделась на него. «Пусть всё идёт своим чередом, – решила она. – Всё-таки он сегодня очень милый!»

Из конторы они вышли вместе. Были первые дни долгожданного бабьего лета. Тёплый выдался денёк, но уже чувствовалась вечерняя прохлада. Такси, вызванное Петром в самом конце рабочего дня, уже ждало их поблизости.

– Куда едем? – спросил таксист, и Пётр назвал ему один из самых престижных ресторанов, недалеко от центра города.

– Столик я уже заказал, – ответил он на немой вопрос Анны.

– Так, так, – проговорила Анна, – предупреждать надо. Придётся заехать ко мне домой. Не знаю, как ты, но я не могу пойти в это место в своём рабочем костюме. И она назвала свой домашний адрес. Это было не совсем по пути, но и не так уж и далеко.

– Я мигом, – сказала Анна, выпархивая из машины, – никуда не уезжайте.

9

И действительно, через каких-то двадцать минут она вернулась. Пётр на силу сдержал возглас восхищения. Это была совсем другая женщина. Серая конторская мышка, позволявшая себе на работе всего лишь губную помаду лёгкого оттенка, да чуток теней вокруг глаз, сейчас была во всеоружии.

– О, господи! Ты ли это? – воскликнул Пётр, рассматривая её коленки, соблазнительно выглядывающие из-под коротенького платьица, когда она расположилась рядом с ним. – Ну, что ж! Помчали!

Вскоре они были на месте. Пётр рассчитался, и, обежав вокруг машины, открыл дверцу и подал руку Анне.

– А ты хорош сегодня! – сказала она, взяв его под руку, – У тебя какой-то праздник, или ты просто так прикалываешься?

– Да так, новый прикид осваиваю. И вроде бы неплохо получается, – задумчиво произнёс он.

В ресторане он представился, и метрдотель проводил их к столику на двоих в дальнем углу ресторана, под раскидистым деревом в громадной кадке.

Время было не позднее, и народ только-только начал заполнять ресторанное пространство. Пётр внимательно впитывал в себя перемены, которые произошли в облике Анны, а она просто молча изучала меню, и тихо наслаждалась впечатлением, которое произвела на Петра.

– И не смотри на меня такими растопыренными глазами, – прервала Анна затянувшееся молчание, – ты собирался сводить в ресторан конторскую дурочку, а оказался за одним столиком с дамой, которая ничуть не уступает тебе, а может даже где-то и покруче будет. Ты думал, что малиновый пиджачок даёт тебе какие-то права, но времена уже далеко не те. Ничего это тебе не даёт.

Анна всё больше и больше распалялась. Ей хотелось за один присест выложить то, что накопилось у неё на этой проклятой работе, за этот идиотский дресс-код, делавший из женщины безликое существо, за эти взгляды мужчин, которые считали себя хозяевами мира, а к женщинам относились чисто потребительски.

10

– Стоп, стоп, стоп, – попытался прервать поток её слов Пётр, – ничего подобного у меня и в мыслях не было.

А про себя он подумал: «А она не так уж и глупа! Да к тому же и красавица!»

– Не верю я тебе сегодня почему-то! – продолжила Анна. – А этот галстук и пиджак, так просто снос башки. Ты в нём стал совсем другим. Я думала, что мне с тобой будет сегодня хорошо, а мне отвратительно.

Она уже собиралась подняться и уйти, но Пётр так жалобно и преданно посмотрел на неё, что она решила остаться ещё на какое-то время. «И чего это меня так прорвало? – подумала она, – может он действительно из лучших побуждений!»

– А всё этот чёртов пиджак, – сказал Пётр, – я и сам чувствую себя в нём как-то иначе. Никогда не думал, что одёжка может так влиять на меня. Давай отбросим все амбиции, наплюём на обиды и просто мирно посидим, и насладимся приятным обществом друг друга, если это возможно.

– Ты прав, – успокаиваясь ответила Анна, – давай просто посидим и помолчим, не будем заводиться по поводу и без. Понимаю, что это далеко не просто, но попробовать-то надо.

Пётр подозвал официанта, и они сделали заказ. Довольно скромный по меркам этого заведения. Но выглядело всё очень аппетитно, да и сервировка была на самом высоком уровне. А бокалы с красным сухим вином очень оживляли картину.

– И что это было? – прервал наконец молчание Пётр.

– Да, знаешь, накипело со временем, – отвечала Анна, – прости за эту вспышку, но я хоть немного разрядилась и успокоилась. Надеюсь на твоё понимание.

– Очень хорошо тебя понимаю, самому иногда хочется вот так разрядиться, да не на кого. А ты сегодня просто великолепна была в своём гневе! Уважаю!

11

К их столику подошёл официант, неся в руках бутылку марочного вина.

– Мы это не заказывали, – Пётр сделал протестующий жест рукой. – вы, наверное, ошиблись.

– Нет, нет, это вам презент от вон того столика, – отвечал официант, указывая рукой куда-то в сторону.

Пётр и Анна посмотрели туда, и увидели за столиком вдалеке трёх мужчин в возрасте, которые улыбались и кивали в их сторону. А один из них указывал на Петра и показывал большой палец.

– Спасибо, оставьте здесь, – взяла на себя инициативу Анна, – открывать не надо, мы возьмём это с собой.

Она посмотрела на несколько ошарашенного Петра, а потом добавила, обращаясь к нему:

– Наверное, им твой прикид понравился. А может быть и то, что ты тут рядом со мной.

– Ты их знаешь? – спросил Пётр

– Нет, конечно. Я тут вообще впервые. Да и эти ребята мне очень не нравятся. Потому примем их подарок как должное. Не хочется вступать с ними в перепалку.

– Да, ты как всегда права. Хотя мне и любопытно – с чего это вдруг такая щедрость.

Заиграла живая музыка. Рояль в кустах был здесь не просто так. И звуки скрипки очень хорошо вплеталась в обстановку комфорта и умиротворения.

12

Пётр пригласил Анну на танец, и они очень мило покружились на небольшом танцполе под восхищённые взгляды посетителей. Пётр когда-то занимался танцами, да и координация у него была отличная, и музыку он очень чутко улавливал. А Анна была в его руках очень послушна, и гармонично дополняла его движения. Им было хорошо в этот момент. Они слились в танце, это ощущение единства пронзило их и заворожило.

– Ты отлично танцуешь, – прошептала она на ухо Петру.

– А ты просто великолепна!

Они вернулись за свой столик, и неторопливо продолжили трапезу.

– За нас с тобой пить ещё рановато, – сказала Анна, поднимая бокал, – давай выпьем просто за взаимопонимание, чтобы в жизни было вот так же, как только что в этом танце.

К их столику подошёл мужчина из той троицы, самый элегантный из них. Он галантно поклонился Анне, и обратился к Петру.

– Классный у вас пиджачок, когда-то и у меня был такой! – он вздохнул, – Можно ли пригласить вашу даму на танец? Ах, да. Я не представился. Меня зовут Сергей.

– Пётр, – ответ прозвучал не слишком дружелюбно, – а потанцевать, – это надо у дамы спрашивать.

– Анна, – она отвечала с некоторым сожалением, – увы, сегодня нет. У нас особенный день, и мы решили провести его только вдвоём. Очень жаль вам отказывать, но наш уговор…

– Что ж, как-нибудь в другой раз. Извините за беспокойство. – И нежданный гость откланялся.

– Ловко ты его отшила, – сказал Пётр. – где ты так научилась?

– В жизни всякое случается. Уметь отказать не обидев, и не нажив себе врагов – очень полезное качество.

13

За дальним столиком та троица что-то бурно обсуждала, но Пётр и Анна не придали этому должного внимания.

Они ещё потанцевали, заказали десерт и выпили по чашечке ароматного кофе. Пора было уходить. Анна прогулялась в дамскую комнату, а Пётр в это время подозвал официанта и попросил у него пакет для вина. А потом стал разглядывать посетителей. Это были совершенно разные люди, и он очень чётко увидел кто из них есть кто. И расставил по шкале от «совершенно безобиден» до «очень опасен». И та троица, которая к этому времени уже покинула ресторан, стояла на самом краю шкалы. Он понял это каким-то шестым чувством.

Вернулась Анна, и, накинув на плечи лёгкий плащ, который она предусмотрительно прихватила из дома, они вышли на улицу, освещённую редкими фонарями и витринами магазинов.

– Давай просто немного прогуляемся, – сказала Анна, – хочется подышать этой свежестью начала осени.

– Да. Конечно, вечер такой замечательный.

Когда они отошли от ресторана к ним приблизился человек. Это был всё тот же Сергей из ресторана. От него исходила какая-то непонятная Петру враждебность.

– Мне ещё никто не отказывал, – прошипел он, – мы ещё встретимся!

При этих словах Пётр выпустил из рук пакет с бутылкой вина, и тот громко хлопнувшись об асфальт, возвестил о кончине ещё одной марочной штучки. Пётр ногой отодвинул пакет в сторону, и они пошли дальше, освободившись от этого недружественного презента.

– Какая жалость! – сказал Пётр вслед уходящему Сергею.

– Какая, наглость, – добавила Анна.

14

Несмотря на этот неприятный инцидент, настроение у них нисколько не ухудшилось. То чувство, которое они испытали во время танца, сохранилось и ширилось в них. Единственное, чего больше всего хотелось сейчас Петру, это сбросить этот злосчастный пиджак, и вместе с галстуком отправить на ближайшую помойку. И только вечерняя прохлада удерживала его от этого необдуманного шага. Анна как будто прочитала его мысли.

– Вот мы уже почти и дома. То есть мы рядом с моим домом. Да. Этот пиджачок, похоже не принёс тебе радости. Хотя, как знать. Но я бы на твоём месте поскорее бы от него избавилась. Галстук можешь оставить себе на память.

– Ты прямо мои мысли читаешь, – удивился Пётр.

– Так что зайдём ко мне на минутку. Да. На минутку. У меня в шкафу есть пиджак моего бывшего. Даже не знаю зачем я его храню, может быть вод именно для этого случая. Как раз тебе по размеру подойдёт. Пару дней перекантуешься в нём, пока твой не будет готов, а потом можешь его ликвидировать. А то в этой малиновой фигне тебя все бандюги за своего принимают. Да. И всё хотела тебе сказать. Вот эти дырочки, так искусно заштопанные, они от мелкашки. Кого-то в этом пиджачке кончили на вылет. Потому он тебе так дёшево и достался.

– Ого! Я как-то про это не подумал, – сказал Пётр, стаскивая с себя пиджак. – Как неприятно, просто мерзко.

По пути им попался контейнер с мусором, и он брезгливо отправил в него это малиновое чудо.

– Пиджак, который Анна достала из шкафа пришёлся ему почти впору. Чуток коротковаты были рукава, но это было не слишком заметно.

– А тот маршрут, который я тебе предложила сегодня в конторе, – сказала Анна, – это была шутка. Я не люблю срезанные цветы, мне неприятно смотреть как они увядают. Как будто их вырвали из нормальной жизни, поставили в вазу и обрекли на умирание. А вот прогулка по парку, или где-нибудь за городом – это было бы замечательно.

– Верно. Я и сам очень редко дарил цветы, и у меня это всегда было связано с какими-то неприятными событиями, в основном с прощаниями. Уж лучше пусть растут на клумбах, или в садах.

И потом они ещё долго сидели на уютной кухоньке, пили чай и болтали о всяких разностях. Пётр стал самим собой, а Анна смягчилась и незаметно превратилась из строгой дамы в радушную хозяйку.

Они сошлись на том, что не надо судить человека по одёжке, особенно, если одёжку выбирает не сам человек, а она сама его выбирает.

Август 2023 года