Лорелея

Глава 1

Как же меня все достало!

Унылые серые многоэтажки за окном, закрывающим меня от мира грубой облезшей железной решеткой. Дерьмовый растворимый кофе в кружке. Нищенское существование в съемной комнате. Скучная, убогая работа, мизерная зарплата, которая еле покрывает аренду и кредиты, не позволяет разориться даже на простенькую джезву. Та, ради кого я все отдал — все равно ушла. А долги остались. Остались, как напоминание о безысходности, о моем собственном бессилии перед смертью. И перед жизнью. Я Её не виню. Я виню весь остальной мир за то, что он продолжает жить, когда Её уже нет.

Она оставила мне подарок. Я не трогал его полгода. Рука не поднималась — прикоснуться к живому напоминанию о Лоре. Резная деревянная шкатулка, разукрашенная яркой костромской росписью. На фоне окружающей серости — пятно живого цвета, слишком яркое, слишком слепящее, чтобы подойти близко — ослепит, обожжет, оставит шрамы.

Но теперь, когда я на самом дне, когда точно знаю, что лучше — не станет, я готов к этой боли.

Открываю. Конечно, здесь письмо. И что-то еще, какая-то штука, похожая на штамп. Да, точно, печать, какую ставят нотариусы со словом «заверено». Улыбаюсь. Похоже, это осталось с Её работы. Странный сувенир.

Когда открываю письмо, руки трясутся. Когда читаю — кружится голова, ноги подгибаются, я оседаю на пол, складываюсь, как мятая рубашка, такой же мягкий, податливый. Рыдаю.

Не знаю, сколько так просидел. Минуту? Час? Вечность? Но в конце концов отдираю себя от пола, с трудом, как застарелый, затоптанный скотч от линолеума. Даже слышу характерный звук где-то на границе сознания.

Подхожу к столу, переписываю своей рукой текст из письма: «У меня новая жизнь. Совсем другая, прекрасная, праздничная, без боли и страданий».

Я использую формулировку Лоры, слово в слово. На миг сомневаюсь. Если все это — правда, то может лучше написать кое-что другое?

Но, нет. Она так хотела, так завещала. И я выполню Её просьбу в точности. Беру в руку штамп, и быстро, чтобы не успеть обдумать эту мысль, чтобы не успеть передумать, ставлю на бумаге отпечаток.

Мир тут же взрывается!

Буквально, не метафорически. Я слышу грохот, вижу яркие вспышки. Небо надо мной сверкает мириадами разноцветных огней. Фейерверки! Рейн в огне, наконец-то я здесь!

Что за помутнение сейчас было, ушел мыслями в какие-то странные фантазии о сером, скучном мире. Невероятно, я же в этом году исполнил давнюю мечту, а сам, вместо того, чтобы наслаждаться жизнью, ушел в себя, дурак. Впервые я смотрю на эту неземную красоту, на огненное шоу Rhein in Flammen[1], не с берега. Я сейчас на корабле, в центре событий. Мы уже прошли Кобленц, Немецкий угол. Вокруг все сверкает, взрывается. Я уже четвертый день дышу сырым и сладким воздухом Рейна. Запах пороха, наверное, навсегда пропитал мою одежду. С детским, неистовым восторгом смотрю в небо. Сегодня фейерверки даже круче, чем в «Вальпургиеву ночь» в Бахарахе.

Скоро будет знаменитая скала Лорелеи. С ней связана невероятная романтическая история. История про девушку Лору, которая кинулась в воду, чтобы спасти любимого, и погибла в водах Рейна. Лора…

Меня снова накрывает.

Что происходит? Я же только что был в Москве, в типовой многоэтажке, держал в руке печать, наследство моей Лоры. Не какой-то немецкой русалки пятьсот-лохматого века, а моей, милой, любимой Лоры. Дико озираюсь вокруг, осматриваю себя. Я одет в хорошую, дорогую одежду. Пивное пузико отчетливо видно под свободной рубашкой. В Москве я сильно похудел за последние пару лет, одни кости и кожа остались. А сейчас — мощные руки, здоровая загорелая кожа. Да, руки стали заметно больше, с тех пор как я пошел в тренажерный зал в моем любимом немецком городке под названием... Любек?

Любек — притягательное место для туристов: древние Голштинские ворота, две башни, обреченные вечно падать друг на друга, и так и не соприкоснуться; невероятная Ратуша, смешение стилей, как будто ребенок играл с разными видами конструктора; мои любимые зеленые крыши древних зданий; мой марципановый рай. И у меня там есть собственный бар, прекрасный прибыльный бизнес. Лучшие бургеры в Любике. Лучшее пиво. Расположен прямо на набережной. А на втором этаже, над баром — мой дом. Каждое утро я выхожу на балкон с чашечкой великолепного эспрессо, любуюсь на спокойные воды Траве. Мечта, а не жизнь!

И какая из этих жизней — настоящая?

Я смотрю на скалу Лорелеи. Корабль медленно проходит мимо статуи девушки — рыбачки, которая пожертвовала собой ради любимого рыцаря. Воспоминания о Москве меркнут, тонут, растворяются в водах Рейна. Хватаюсь за голову, пытаюсь руками удержать хоть какую-то память о ней. Как называлась улица, где мы жили? Как зовут ее маму? Как зовут меня?

Михаэль. Я теперь Михаэль. И всегда им был.

Милая фрау, стоящая рядом со мной у бортика катера, спрашивает:

— Entschuldigung… Hallo! Ist alles in Ordnung?[2]

Отвечаю:

— Ja, Danke. Alles im grünen Bereich! Alles wird schon wieder. [3]

Улыбаюсь сквозь слезы. Хорошо, все-таки, что я выбрался на этот фестиваль. Rhein in Flammen ist prächtig.[4]

__________________________________________________________________________________________

[1] — Фестиваль «Огни Рейна». Проходит ежегодно в Германии и представляет собой фестиваль фейерверков и исторических инсталляций на воде.

[2] Извините… Здравствуйте! У вас все в порядке?

[3] Да, спасибо. Всё нормально! Все теперь будет хорошо.

[4] Рейн в огне великолепен.