Летний шепот тайн
Глава 1
И время мимо так молчаливо над крышами города
Кружит печально какой-то случайный вальс
И час до полночи, телефон молчит тихо и холодно
Я так скучаю, мне так не хватает Вас
(с) Uma2rman «В городе лето»
Утро началось почему-то в три часа ночи. Люся забыла, что летом в Мурманске полярный день, и не задернула шторы. Так что солнце беззастенчиво полыхнуло ей прямо в закрытые глаза, заставив проснуться. А потом под окном еще настойчиво заорала какая-то птица, напоминая по голосу оставшуюся в Москве на попечении Вероники канарейку.
Люся застонала:
— Ну, зачем так рано-то! — риторически вопросила она в воздух.
Ответа не было. Собственно, и отвечать было некому. Любимый муж Костя должен был прилететь только утром. Нормальным утром, а не этим «полярным тричасаночным». Бабушка с дедушкой уехали к детям — навестить Люсиного папу и его сестру, — оставив квартиру под присмотр внучки. Анна Ивановна так и сказала:
— Будешь присматривать, а то мало ли что…
Что именно могло случиться, Люся так и не поняла, но на всякий случай решила, что часть своего отпуска вполне может потратить на то, чтобы посидеть в Мурманске. Тем более, что Север она всегда любила, а после последней истории, влюбилась в эти края еще больше[i].
Узнав о том, что Люся поселится на неделю в бабушкиной квартире, тут же отозвалась и Олли, потребовав, чтоб ученица обязательно приехала к ней на Рыбачий. Так что в одночасье у новоявленной шаманки оказалась масса дел.
Но во все эти дела ни разу не входило начать день с ночи. Но спать все равно уже не хотелось. Люся встала с постели, накинула на себя халат, вышла на балкон. Солнце, которое так предательски ее разбудило, спряталось за высоткой, стоявшей параллельной улице. Люсе с детства казалось почему-то, что между ее домом и той высоткой обязательно должен быть глубокий овраг, через который невозможно проехать даже на джипе, а еще небольшая чахлая рощица. Иногда ей мечталось, что она выходит из квартиры, переходит на другую сторону дороги, переходит этот овраг, а за ним начинается что-то невероятное.
Вот и сейчас она смотрела на дорогу, вдоль которой выстроились машины на парковке, на высотку по ту сторону несуществующего оврага и фантазировала. Внезапно, Люся увидела, как к тротуару на той стороне улицы бежит изо всех сил какой-то парень. Потом он на миг остановился, испуганно оглянулся назад и снова кинулся бежать, потом вскрикнул, неловко споткнулся, как будто подвернул ногу, упал на тротуар и замер.
Люся сама не поняла, как оказалась на улице, кажется, просто перепрыгнула через балконные перила и перелетела на землю. Когда Олли учила ее этому приему, у молодой шаманки он выходил через пять раз на восьмой, а тут моментально получилось. Люся подбежала к парню, лежащему на земле, присела рядом с ним на корточки, осторожно коснулась его плеча:
— Эй, ты в порядке? Сильно ударился?
Парень застонал, открыл глаза, уставился с испугом на Люсю. Ему было на вид лет 18-20, не больше, карие глаза, каштановые волосы, приятное открытое худое лицо.
— Уходите, — прошептал он. — Они и вас убьют.
Люся внимательно посмотрела по сторонам: никого и ничего вокруг не происходило, даже мышки не пробегали. Она приложила ладонь ко лбу парня:
— Температуры нет, значит, не бредишь. Наркотиков накушался? — обманчиво ласково спросила она.
Парень дернулся, пытаясь сбросить ее руку:
— Я не наркоман, — возмутился он.
Люся еще раз осмотрела его и обратила внимание, что по ноге у него течет кровь.
— Ты обо что так поцарапался? — спросила она, бесцеремонно задирая штанину его джинс, и замерла, уставившись на то, что торчало из раны. Пуля.
Люся не была экспертом-детективом, но отличить пулю от ветки вполне могла. Это однозначно была пуля. Только откуда она взялась? Ведь Люся сама видела, как парень бодро скакал по дороге, пока не споткнулся. С простреленной ногой он бы так не несся.
— У тебя тут пуля, — сообщила она.
Парень тяжело вздохнул, сел, уставился на свою ногу.
— Вытащу, — сказал он решительно, стиснул зубы и взялся крепко за торчащий кусочек металла.
Люся прикусила губу, глядя, как он извлекает пулю из ноги. Она не думала, что такое вообще возможно, но молодой человек действовал так, будто часто проводит подобные операции.
На верхней губе у него выступили капельки пота, видимо от боли, но он тянул и тянул, пока пуля не оказалась у него в руке целиком, кровь потекла сильнее, Люся нашарила в кармане халата ватный тампон — остался там с вечера, когда она снимала макияж, — прижала к ране.
— Надо «скорую» вызывать, — неуверенно сказала она. — И полицию.
Парень только рукой махнул, пытаясь отдышаться.
— Не надо, я сейчас домой пойду, полежу, все само пройдет.
— Бандитские разборки? — понимающе спросила Люся.
Молодой человек посмотрел на нее с усмешкой, потом через паузу кивнул.
— Да, разборки. Бандитские. Спасибо вам, что помогли.
Он попытался встать, пошатнулся, Люся подала ему руку, помогла выпрямиться. Парень огляделся по сторонам и ощутимо вздрогнул.
— Где я? — недоуменно спросил он.
— Улица Буркова, — сочувственно ответила Люся, понимая, что в пылу погони он совсем потерялся в городе.
— Но у нас в Севастополе такой нет, — растерянно сказал парень.
Люся уставилась на него в изумлении.
— Но это не Севастополь, а Мурманск, — ответила она.
Повисла тишина. Оба пытались осознать, что сейчас происходит, но никакое разумное объяснение появиться не спешило.
[i] Что случилось с Люсей в прошлой истории можно прочитать в повести «Северный ветер желаний» https://author.today/work/430444
Глава 2
Иду по улицам, город хмурится серым лицом
И сыпет словами, увы, бесполезными
Мне надо забыть её, надо забыть, и дело с концом
Как будто бы мне полсердца отрезали!
© Uma2rman «В городе лето»
Старые часы в комнате пробили семь раз, Люся вздрогнула, посмотрела на телефон, как будто надеясь, что это ошибка, но нет, цифры на экране тоже подмигнули семеркой и двумя нулями.
Парень из Севастополя, которого она притащила домой около четырех часов назад, приподнял голову с диванчика, где Люся его уложила.
— Тебе надо уходить, да? — грустно спросил он.
— Нет, муж сам доберется. Он как раз вылететь должен был сейчас из Москвы.
Молодой человек резко сел, схватился одной рукой за подлокотник дивана, а другой за голову. Люся вздохнула:
— Ну, что ты дергаешься? — спросила она недовольно.
— Во сколько он тут будет? Мне уходить надо бы, а то мало ли что. Да и как ему все этот объяснять?
— Как раз ему может и не надо будет, — пробормотала Люся.
Она была уверена, что Костя как раз поймет, что случилось, объяснит сам все ей и парню, которого звали Илья. Представился он только, когда окончательно убедился, что никто за ним не гонится больше, не стреляет ему в спину, и вообще, что Люся ему не мерещиться. Тогда чуть наклонил голову и сказал, что его имя Илья. Люся еще минут двадцать потратила на то, чтобы убедить его, что зайти к ней домой вот сейчас, в почти четыре утра, вполне можно. Тем более, что деваться ему в Мурманске точно некуда.
Дома она налила Илье чаю, быстро собрала яичницу и бутерброды. Оказалось, что парень из Севастополя очень голоден, но ел он, несмотря на это, очень неспешно и аккуратно, как на прием у королевы. Наверное. Люся никогда на великосветских приемах не бывала, но, судя по книгам, аристократы именно так себя и вели. Когда же Илья поел и допил чашку чая, она налила ему вторую и села напротив с твердым намерением допросить своего внезапного подобранца. Впрочем, Илья был настолько выбит из колеи своим перемещением между городами, что откровенно все рассказал.
Он не поладил в очередной раз с Толькой со смешной фамилией Бобер и логичным прозвищем Бобр, который считал себя королем местных улиц в одном из районов Севастополя. Не поладили они из-за Светки Ильченко. Бобр вроде как ухаживал за ней, и она по словам Бобра была к нему благосклонна, но тут появился Илья, и Светка тут же бросила Тольку и стала встречаться с новым кавалером. Бобр такого не перенес, и принялся прессовать соперника всеми силами. В ход шли и драки в переулках, и продырявленная лодка, на которой Илья собирался покатать Свету, и угрозы на словах в прямом смысле притопить и закопать. Сдаваться Илья не собирался, и в тот вечер сделал Свете предложение выйти за него замуж, которое девушка приняла. Окрыленный и счастливый Илья возвращался домой, проводив свою невесту, а Бобр и его дружки уже поджидали его. На улице, как назло, не горели в тот вечер фонари, шел ремонт. Вот и пришлось Илье удирать от врагов через овраг, ведущий на улицу Декабристов.
— У меня там тетка живет, она бы меня спрятала, да и Бобру бы все высказала. Она его с детства знает. Мы ж с Толькой дружили раньше, когда в школе учились. Это потом он свою банду сколотил, — рассказывал Илья, потягивая горячий чай. — Но тут совсем озверел, он Светку очень любит, видимо. Только она все равно со мной.
— А стрелял-то кто? — спросила Люся.
Вопрос перемещения с неведомой улицы Декабристов в Севастополе на улицу капитана Буркова в Мурманске она решила пока отложить. Хотя что-то и царапнуло ее в рассказе Ильи, но Люся пока не поняла, что именно.
— Не знаю, — пожал плечами молодой человек. — Но что-то мне подсказывает, что не Бобр. Он дурной, конечно, но не до такой же степени. Да и в компании его отморозков с оружием не было никогда.
— Чем же его банда занимается? — полюбопытствовала Люся.
— Ну, хулиганят, ларек на площади обнесли как-то раз, девчонок задирают… Не так, чтобы на самом деле банда.
— Начинающие мелкие гаденыши, — кивнула Люся.
Илья усмехнулся:
— Бобр бы обиделся.
***
Ни Люся, ни Илья не знали, что в этот самый момент Бобр точно был обижен. И обижал его неизвестный им всем мужчина. Он от души врезал Бобру под дых, потом добавил пинок в ногу, и Бобр упал на землю возле того самого оврага.
— Да не знаю я, куда Илюха делся! — заскулил он, — Мы за ним бежали, морду ему начистить хотели, а потом кто-то стрелять начал, ну мы и врассыпную. А Илюха в овраг кинулся.
— Нет его в овраге, и у тетки нет, — холодно сказал мужчина, вытирая руки белоснежным платком. — Ладно, я понял, что ты тут не при чем. А Светлана может знать что-то?
— С чего бы? — искренне удивился Бобр. — Ее тут вообще не было.
Мужчина покачал головой, сделал шаг в сторону оврага, вынул из кармана какую-то железку, направил в сторону темного провала жалкой рощицы, пытавшейся выжить посреди города.
— Определенно на север, — пробормотал он. — Но как? Как ему удалось открыть дверь? И куда она теперь ведет? Больше ста лет прошло ведь. Что ж, проверим.
Лежавший на земле Бобр зажмурился от яркой вспышки, когда он открыл глаза, никого рядом больше не было.
***
В дверь позвонили, Люся с трудом открыла глаза и тут же кинулась открывать. На пороге стоял Константин, она повисла у мужа на шее.
— Я соскучилась!
— Я тоже.
Костя уронил на пол сумку с вещами, приподнял Люсю, крепко прижал к себе.
— Как ты тут?
— Нормально, — счастливо улыбнулась жена. — Окна помыла, полы вычистила, пыль вымела. Что там еще надо было?
— Пирог испекла? — строго спросил Константин.
— Ой! Нет! Забыла! — покаянно вскрикнула Люся.
Костя поставил ее на пол, укоризненно посмотрел:
— Как ты могла? — холодно спросил он. — Муж домой возвращается, а пирогов нет. Это неуважение к нашему браку!
Люся печально наклонила голову:
— Ты меня теперь накажешь? — испуганно спросила она.
— Обязательно, — пообещал Костя, — Я тебя за это…
Закончить фразу он не успел, в прихожую вылетел Илья, сжимая в руке кухонный нож.
— Отойди от нее, маньяк! Абьюзер! — выкрикнул он.
Люся и Костя обернулись на него с одинаково изумленным выражением на лицах.
— Илюша, ты что? Приснилось что-то? — спросила она.
— Что это такое? — одновременно сказал Костя.
В прихожей повисла пауза. Илья опустил нож, Люся взяла Костю под руку, опасаясь, что сейчас может произойти драка, хотя муж у нее и спокойный, но, мало ли. Ситуация и так была нелепой, как в дурацкой телекомедии: возвращается муж домой, а тут «дорогой, ты все неправильно понял». А потом обязательно он вылетает, хлопнув дверью, она бежит за ним, потом начинается дождь, и они целуются под его струями. Романтика.
— Константин, — протянул свободную руку парню ее муж.
— Илья, — ответил тот, переложил нож в левую руку и пожал протянутую ладонь. — Извините, я тут пробегал мимо из Севастополя, и случайно встретил Люсю.
— Понимаю, — согласно кивнул Костя. — Так бывает, бежишь себе из Севастополя, а тут вдруг Люся.
В общем, чай был заварен вновь, часы лениво отстукали 11 раз, раздумывая, а надо ли это делать через час, или эти сумасшедшие люди опять не заметят, как мимо идет время. Илья повторно пересказывал свою историю Константину, который задавал ему дополнительные вопросы. Когда расспросы были окончены, Исполнитель Желаний откинулся на спинку старомодного стула, тяжело вздохнул:
— Илья, ты, понятное дело, не в курсе, что обладаешь магической силой. И рассказывать о твоих силах не мое дело. Но одно могу сказать точно — ты вляпался, и мы заодно. Это все: твои ссоры с Бобром, твоя встреча со Светой, которая обострила ваш конфликт, и последняя погоня, были только для одного — чтобы ты открыл дверь.
— Какую? — не понял Илья.
— Это называется в нашей терминологии «Дверь в лето». Путь, ведущий к реализации цели. Ни мечты, ни фантазии, а именно цели. Человек ставит перед собой цель, любую, но нереализуемую легко и просто, и открывает дверь к ней.
— Это ж хорошо? — неуверенно спросила Люся, которая только недавно начала сама приобщаться к магии мира.
— Это плохо, — категорически ответил Константин. — Потому что эти цели обычно ведут к катастрофам для многих ради пользы одного человека. К счастью, те, кто может открывать эти двери, и те, кто хочет в них пройти, разные люди. Но одни могут заставить других. И тогда…
В кухне стало очень тихо.
Глава 3
Я вас увидел в толпе как будто, но шансы равны нулю
И не такое привидится с пьяных глаз
На шее моей невидимый кто-то затягивает петлю
Я так скучаю, мне так не хватает Вас
© Uma2rman «В городе лето»
Илье казалось, что он попал в какой-то сон или книжку из тех, что любила читать Светка, — про магов, попаданцев в разные эпохи или другие миры. Вот только реальность жестоко давала о себе знать. Ведь, что может быть реальнее чашки чая, боя часов или жесткого стула, на котором он сидел. И люди, которые тоже находились в этой кухне, были вполне реальны. Вели обыденные беседы о том, что надо купить в магазине, раз теперь у них гость. Их совершенно не смущало, что гость возник посреди ночи буквально из воздуха.
Парень никак не мог понять, как вообще оценивать происходящее: он же жил вполне нормальной жизнью — институт, подработки, друзья. Даже стычки с Бобром были чем-то обыденным. И Света не выбивалась из этой обычной жизни, просто красивая девушка, которая зацепила его сердце. А теперь мир поменялся, как будто кто-то встряхнул его в калейдоскопе, и все привычные кусочки встали в новый незнакомый узор. С этим надо было теперь как-то жить.
Илья посмотрел на своих новых знакомых: Люся хлопотала у плиты, готовя завтрак, Костя пролистывал в телефоне ленту новостей. Такие простые и обычные люди, вот только она шаманка, а он вообще что-то типа ангела. Хотя, нет, Константин объяснил ему, что Исполнители желаний — это не ангелы в религиозном понимании. А сам Илья оказался вдруг каким-то открывателем дверей в лето и очень нужным кому-то магом.
— Голова кругом, — признался он вслух.
Люся сочувственно погладила его по плечу:
— Понимаю, сама в таком же шоке была, когда о себе правду узнала. К этому привыкать надо.
Илья поднял на нее глаза:
— Ты привыкла?
— Не уверена до сих пор, — призналась Люся, — но отказываться от себя точно не собираюсь.
— Мне надо домой, — сказал Илья.
И вновь ему в голову пришли те самые попаданцы из светкиных книг. Они совсем не рвались обратно, у них обычно не было ни детей, ни родителей, ни любимых, а то и вовсе в своем мире они погибали. Илья вздрогнул.
— Надо маме позвонить, и Светке, — пробормотал он, встал, похлопал себя по карманам, но телефона не обнаружил.
Костя подтолкнул к нему свой мобильник:
— Звони, скажи, что у друзей заночевал, пьянка там, гулянка. Думаю, поймут. А скорее всего, поверят без всяких объяснений.
Илья не стал задавать лишних вопросов, быстро набрал мамин номер. Мама ответила после первого же гудка.
— Мам, прости, — начал Илья, — я тут с ребятами загулял с ночи, вот только проснулись. И я сразу звоню.
— Доброе утро, — саркастически ответила мать. — Ты хоть понимаешь, как напугал нас всех? Отец уже собрался в полицию звонить. Телефон твой вне зоны доступа, Света твоя тоже паникует.
— Телефон я потерял, — признался Илья. — Мне друг дал позвонить. Мам, ты не волнуйся, я в порядке.
Он покосился на Костю, тот шепнул тихо:
— Скажи, что вернешься послезавтра, что ты на даче за городом.
Илья послушно повторил в трубку эти слова. К его удивлению, мать поверила сразу, поворчала только, что он совсем от рук отбился, но это была ее дежурная фраза.
— Мам, ты Светке скажи, что я в порядке, только телефон потерял. Ладно?
— Скажу, — ответила мать.
Она дала ему еще пару указаний, как лечить похмелье, Илья послушно кивал и поддакивал, потом попрощался и нажал отбой.
— Поверила, — удивленно сказал он.
Люся прислушалась к чему-то, кивнула, переложила со сковородки картошку с рыбой на тарелки, поставила на стол.
— Поверила, потому что сейчас все будут верить тому, что ты говоришь, — сказала шаманка. — Мир замер, ждет.
— Чего ждет? — не понял Илья.
— Пока ты проведешь кого-то через дверь. Ты ее открыл, но, как верно сказал Костя, не для себя. А тот, для кого ты ее должен был распахнуть, еще не пришел.
Константин с тревогой посмотрел на жену:
— Видение? Не было же раньше.
Люся пожала плечами, села за стол, взяла вилку.
— Сам знаешь, все меняется. Я вижу мир не так, как вы все, и узнаю только то, что он мне говорит. Сейчас он заговорил. Видимо, счел, что ты уже раскрыл тайну, и можно и мне узнать про эту Дверь в Лето. Ешьте!
Илья механически принялся жевать, пытаясь переварить и еду, и новости. Мысли прыгали, он никак не мог осознать, что же теперь делать. Допустим, можно купить билеты — деньги Костя и Люся, наверняка, одолжат, — и уехать домой, но это же не решит проблему.
— Мне надо ждать того, кто придет? — спросил он.
Костя отрицательно покачал головой:
— Чтоб там ни было, ты точно не должен открывать ему дверь. Обычно такие действия заканчивались плохо, —сказал он.
— Зачем тогда вообще нужны эти двери и те, кто их открывает? — не понял Илья.
И тут в дверь позвонили. Люся вышла в прихожую:
— Кто там? — послышался в кухне ее голос.
В следующий миг раздался грохот, мужчины вскочили и кинулись в коридор. Им открылось жуткое зрелище: Люся лежала на полу, входная дверь валялась рядом, а на пороге стоял высокий темноволосый мужчина с неприятным лицом, отряхивая руки. Увидев Илью и Константина, он усмехнулся и поманил парня пальцем к себе. Илья с ужасом понял, что его тянет подойти, как будто на плечи накинули аркан и тянут, тянут. А еще он чувствовал, что подходить нельзя. Ни в коем случае. Костя взмахнул рукой, в воздухе полетело что-то, похожее на пыльные пушинки одуванчика. Мужчина пожал плечами, щелкнул пальцами, и они опали, а пришедший выставил ладонь в сторону Кости, и того буквально снесло волной воздуха.
— Давай, мальчик, иди сюда, и не будем тратить мое время, — резко сказал мужчина.
Илья расправил плечи, сделал шаг к нему, а потом подхватил табуретку, стоявшую в коридоре, и запустил ее в неизвестного. Магия на него не действовала, но летящей табуретки он явно не ожидал. Удар пришелся ему в грудь, мужчина пошатнулся, аркан, опутывавший Илью, исчез.
— Пошел ты… — выкрикнул парень. И добавил набор ругательств, которые они с Бобром еще в пору их школьной дружбы учили по бумажке. Он и не знал, что до сих пор помнит этот матерный загиб.
Мужчина зашипел, вскрикнул будто от боли, а потом окутался черным туманом и исчез.
Илья кинулся к Люсе, с другой стороны к ней подскочил Константин. Шаманка застонала, приподнялась, держась за голову.
— Что это было? — спросила она мужа.
Лицо Константина сморщилось, как будто он хотел заплакать:
— Чтоб я знал, — признался он. — Первый раз такого вижу. Сначала думал, что колдун, а теперь, когда Илья его матом испарил, и понять не могу. Точно не человек.
Люся поднялась на ноги, грустно осмотрела разоренную прихожую.
— Я дверь починю, — извиняющимся тоном произнес Илья, — Простите.
— Не ты ж ее сломал, — пожала плечами шаманка. — Но чини. А я позвоню-ка Олли.
И специально для Ильи пояснила:
— Это моя наставница.
Глава 4
А небо всё так же высоко
И солнце по крышам, и в городе лето
И вся моя жизнь одной строкой
Меня ты не слышишь, звонки без ответа
© Uma2rman «В городе лето»
Общими усилиями в коридоре навели порядок, мужчины поставили дверь на место, Константин провел ладонью по косяку, и без всяких дополнительных приспособлений сломанный косяк пришел в нормальное состояние. На удивленный взгляд Ильи он пояснил:
— Люся хотела, чтобы все было в порядке. А я Исполнитель желаний.
— Удобно, — нервно хихикнул парень.
В прихожую вышла Люся:
— Мальчики, собирайтесь, поедем на Алешу. Олли там встречу назначила.
— Куда? — не понял Илья.
— Считай, на экскурсию по Мурманску, — усмехнулся Костя.
В городе у Баренцева моря лето оказалось таким же жарким, как и на Черноморском побережье, что очень удивило Илью. Он всегда считал, что Север — это холод, снег и темные ночи. А тут солнце сияло так ярко, что слепило даже через темные очки, выданные ему добрыми хозяевами. А вот переодеться ему было не во что, так что пришлось идти в пыльных джинсах и несвежей после всех его пробежек рубашке. Хорошо хоть джинсы не порвались, когда в него пуля прилетела.
Кусочек металла так и лежал у него в кармане, а рану Люся еще ночью промыла и перевязала бинтом, теперь на щиколотке у Ильи красовался белый бантик, который смущал его до крайности. Но нога не болела, и вообще ничем не напоминала о том, что несколько часов назад ее прострелили. Думать о такой странности не хотелось, Илья просто мысленно записал ее очередным пунктом в список всего необычного, что с ним случилось.
Константин вызвал такси, и они поехали к неведомому Алеше. По дороге Илья с удовольствием смотрел в окно, в конце концов, он впервые оказался в Мурманске, пусть и чудом, и отказываться от того, чтобы посмотреть город, не собирался. Оказалось, что Алеша — это не человек, а памятник, посвящённый защитникам Советского Заполярья в годы Великой Отечественной войны.
— Его когда-то прозвали Алешей, такое собирательное имя для всех бойцов, — пояснила Люся, назначившая сама себе экскурсоводом, и рассказывавшая всю дорогу о достопримечательностях Мурманска. — И название прижилось. Никто его иначе и не называет.
Памятник чем-то напомнил Илье знаменитый Штык и Парус на мысе Хрустальный в его родном Севастополе. Может быть потому, что солдат Алеша был из белого камня, а может быть потому, что, как и Парус, он буквально подпирал собой небосвод. Легко было представить, что в случае опасности, он шагнет с пьедестала, направит на врагов винтовку, и все противники убегут прямо по воде залива и дальше.
На площадке перед памятником клубились толпы туристов, в основном китайцы. Илья подошел к ее краю, перед ним раскинулся Кольский залив, неширокий, казалось его легко переплыть, а на другом берегу тянулись зеленые сопки. Слева раскинулась город, с этой точки было отчетливо видно и порт, от которого тянуло угольной пылью, и дома, и высокая труба, на которой был изображен термометр.
— Что это такое? — спросил он у Люси.
— Это Мурманская ТЭЦ, она же Градусник, — ответила та. — Он на самом деле температуру воздуха показывает. Придумали такой арт-объект.
— Прикольно, — оценил Илья.
— И полезно, — согласилась подошедшая к ним немолодая женщина с длинными белыми косами.
— Олли, — радостно взвизгнула Люся и кинулась обнимать ее, вмиг став похожей не на серьезную женщину за 30, а на ровесницу Ильи.
— Лю, дорогая, представь мне своего гостя, — улыбнулась та, когда объятия закончились.
— Это Илья, он к нам прибежал из Севастополя, а это Ольга Николаевна, Олли, моя наставница.
— Очень приятно, — наклонил голову молодой человек.
Олли осмотрела его, усмехнулась.
— Неожиданно, — вынесла она свой вердикт. — Таких, как ты, я давно не встречала.
— Это каких? — не понял Илья.
— Привратников, — ответила старая шаманка. — Таких, кто отвечает за пути людские.
— Константин говорил, что я должен открыть какую-то Дверь в Лето, — растерянно сказал парень. — И не пропустить в нее злодея.
Олли расхохоталась так, что на нее оглянулись несколько китайцев, а потом принялись фотографировать необычную женщину с длинными косами. Олли обернулась к ним, картинно попозировала, потом вернулась к Люсе и Илье.
— Где этот мудрый муж-то? — спросила она.
— Где-то там, — махнула в сторону памятника Люся.
— Лю, ты к нему иди пока, мне надо с молодым человеком поговорить наедине, — серьезно сказала Олли.
Люся послушно повернулась и ушла, у Ильи вдруг похолодели руки. Неужели, старая шаманка приказала, и Люся пошла? Как тот тип, который приходил за ним самим? Олли как будто прочитала его мысли и снова усмехнулась:
— Лю просто знает, что, если наставница говорит что-то сделать, то так и надо поступать. С одной стороны, жаль, что она уже взрослой ко мне попала, с другой — зато разумная. Ты меня не бойся, Илья, да?
— Да.
— Я тебе вреда не причиню, да и вообще, мы с тобой из разных сфер служения миру. Что же до Дверей в Лето и прочей терминологии… люди любят все усложнять и давать названия. Иначе ведь не поймешь, о чем речь, если словами не сказать. Только порой одно и тоже разными словами называют, и получается путаница.
— Так кто же я такой? И что вообще случилось? — в лоб спросил Илья.
Шаманка пошла в сторону стоявшей в стороне от Алеши пушки, присела на скамейку, Илья опустился рядом с ней.
— Длинная история. Слушай.
****
То, что мир не так прост, как казалось раньше, Илья уже понял. Но то, что рассказывала Олли, вообще меняло даже то, что он уже, казалось, осознал.
Миров существует великое множество, и у каждого своя основа. Основной нашего мира является вовсе не материальная его сторона: земля, деревья, реки. Основа — это эмоции, стихии, чувства. Именно они меняют мир, создают и уничтожают все материальное. Когда-то они создали людей, а люди в свою очередь создают эмоции, чувства и стихии, которые поддерживают этот мир.
Но чувства бывают разные. Есть радость, счастье, любовь, а есть злоба, зависть, ненависть. Все они стоят в равновесии в мире в целом, но перевешивают в отдельных его уголках. Поэтому и существуют Исполнители желаний, которые уравновешивают своей работой эти весы. Они думают, что служат добру или злу, а на самом деле трудятся для блага всего мира.
— Ты Константину это не рассказывай, — попросила Олли. — Исполнитель должен делать свою работу искренне.
— А почему ты мне это рассказываешь? — спросил Илья.
— Потому что ты — Привратник. Это особая категория. Такие, как ты, помогают нашему миру плавно лавировать в множестве миров. Ведь все они не изолированы друг от друга, а пересекаются. Слышал, небось, фразу — в одном человеке целый мир?
Илья кивнул. Олли запрокинула голову, посмотрела в небо, по которому плыли мелкие белые облачка.
— Дождь будет к вечеру, — сказала она.
Илья тоже посмотрел вверх, ему показалось, что по небу плывет маленький кораблик в виде облака. Он уже видел похожие облачка у себя дома, в Севастополе.
— Небо одно на всех, — тихо сказала Олли. — И мир один на всех. И в то же время их великое множество тоже на всех. Это сложно и даже не нужно пытаться понять. Просто прими как факт.
— Что мне делать? — спросил Илья.
Олли посмотрела на него внимательно.
— Тебе надо закрывать и открывать двери, вот и все. Эти люди, те, кто считает, что умеют управлять миром, играют в эту смешную игру. Гоняются за властью, величием. Когда-то кто-то из Привратников для них придумал Дверь в Лето, и теперь эти нелепые маги и колдуны ищут их, считая, что за такой дверью клад лежит.
— Или мировое зло, — подхватил Илья.
Олли захихикала:
— Это тебе Константин напел? Да, кто-то и так думает. И только Привратники знают, что нет никаких кладов или мирового зла за дверьми.
— А что там? — с любопытством спросил Илья.
— Та, которую открыл ты, просто связывает два города, которые очень похожи между собой и очень разные. Они находятся в разных мирах и в одном и том же одновременно. Но тот, кто прислал за тобой, считает, что за Дверью в Лето есть что-то очень ему нужное.
Илья задумался. Выходило, что тот человек хотел что-то плохое, иначе не было бы подстроены его встреча со Светой, ссоры с Бобром, стрельба…
— Получается, что Светка меня не любит на самом деле, — грустно сказал Илья. — И Бобр не дружил и не ссорился, это все подстроено колдуном.
Олли погладила его по голове.
— Дурной ты еще, Привратник Илья. Все настоящее. И никто тебя не подводил к этому, ты сам шел своей тропой к Двери, которую надо было открыть. Вернешься домой, помирись со своим другом. Ведь этот Бобр твой друг, хоть вы и ссорились. А девушка… Светка… она тебе говорила, что любит?
Илья кивнул.
— Вот и верь. Нельзя сомневаться, когда тебе говорят, что любят, — строго сказала Олли. — Лучше потом плакать, если это окажется ложью, но не вверить в любовь нельзя.
Она встала со скамейки, протянула руку Илье.
— Пошли, а то Лю с супругом паниковать начнут.
— Почему ты ее Лю называешь, а не Люся? — спросил парень.
Старая шаманка усмехнулась:
— Потому что это ее имя для мира. Как твое — Илья. А Константина — Константин. Не у всех имя, данное родителями, совпадает с именем, которое дает мир. Вот и меня родители Ольгой назвали, точнее, Хельгой, но это не имеет значения сейчас. А для мира я Олли. Так и зовут те, кто знает.
Они поднялись обратно к памятнику, который сурово оглядывал с высокой сопки окрестности Мурманска, чтобы ни один враг не сунулся незамеченным. К ним подошли Костя и Люся.
— Все обсудили? — спросил Костя.
Олли и Илья кивнули.
— И что дальше?
— Дальше? — задумалась Олли. — Дальше пойдем пообедаем, точнее, уже поужинаем. Давай, ученица, выгуляй наставницу в лучшем ресторане.
Люся счастливо засмеялась и принялась звонить бронировать столик.
Глава 5
Кто нас слепил, и из какого мы теста?
Хотел понять я жизнь и в ней разобраться
Узнал, что где-то есть счастливое место
Но в это место невозможно добраться
И я ходил по всем дорогам напрасно
И если дождь, то одевал капюшон я
Я видел женщин — они были прекрасны
Но, к сожалению, тебя не нашёл я
(с) Uma2Rman «Кажется»
К вечеру предсказание Олли о погоде сбылось. Небо затянуло тучами, потемнело, как будто наступала ночь, полил дождь. Он шел без остановки до самого утра, но и утром солнце не выглянуло из-за туч. Серый свет окутывал город на сопках, струился по тротуарам, где спешно шли замерзшие прохожие.
Илья проснулся первым, тихо вышел на кухню, налил себе чаю и уставился в окно. Там шла обычная жизнь: люди шли на работу, собачники выгуливали своих питомцев, у подъезда стояла большая машина, в которую компания из трех девчонок и двух парней грузила большие рюкзаки и фотоаппаратуру. Одна из девчонок вдруг подняла голову, посмотрела прямо на Илью, он помахал ей рукой, а она задорно тряхнула короткими волосами, махнула в ответ и полезла в машину.
Илья отошел, сел на табурет. Вчера произошло слишком много событий, которые никак не хотели укладывать у него в голове. Одно было понятно — сам факт всех происходивших с ним чудес он уже принял. Не сомневался, не искал подвох, просто поверил во все, что ему говорили Люся, Костя и Ольга Николаевна. Вот только, что с этим делать, было непонятно. Отступила даже первоочередная задача — вернуться домой. Это было бы сделать несложно: достаточно одолжить у ребят денег…
«Или открыть дверь», — шепнул в душе голос.
Парень отпил горячий чай, прикусил губу. Как ее открывать, он пока понимал смутно. После разговора с Олли в нем что-то изменилось, Илья знал точно, что может открыть эту самую дверь и еще множество других, но зачем? Для кого? Он не привык еще решать самостоятельно. Он вдруг понял, что за все 20 лет своей жизни на самом деле не принимал сам никаких важных решений. Ну не считать же подростковый бунт и ночевки в парке за ответственные действия. Или стремление в мореходку и ругань с родителями на эту тему. Все равно оказался негоден к службе на корабле по здоровью.
На кухню позевывая вышла Люся.
— Ты чего так рано подскочил? — спросила она.
— Не спалось. — Коротко ответил Илья.
Люся кивнула, поставила греться чайник, открыла холодильник, уставилась в него так, будто там показывали ее нелюбимый сериал.
— У нас еда кончилась, — обиженно сказала она. — Придется в магазин идти.
— Можно заказать.
— Не хочу, — помотала головой Люся. — Если все заказывать, то и на улицу не выйдешь, лень будет. Костя, правда, просил без него не ходить, но будить его не хочу. Ладно, сейчас оденусь и пойду. Тут недалеко.
— Хочешь, с тобой схожу? — предложил Илья. — Тяжелые сумки донесу.
Люся кивнула:
— А давай.
Утром в пятницу желающих идти за продуктами не нашлось, и в зале была только скучающая кассирша, мужик-товаровед, расставлявший на полке коробки с кашами, и одинокий покупатель — мужчина в черном плаще с зонтиком под мышкой.
— Вот оно такое наше северное лето, — пропела Люся, увидев его.
Илья хихикнул тихо, чтоб мужчина не услышал, но он все же заметил этот смешок и повернулся к Люся с Ильей.
— Да, лето у вас тут, уважаемая, не самое лучшее. Зато есть много других хороших и полезных вещей, — неприятным режущим тоном сказал он. — Например, этот мальчик-паж.
Люся посерьезнела, сделала шаг вперед, задвигая Илью себе за спину.
— Вы пришли за покупками, вот и покупайте, — сказала она. — Не лезьте к людям.
— К людям? — мужчина с зонтом расхохотался, и Илье показалось, что его смех сыпется по залу, как крупа. — К людям, красавица, я и не лезу. А вот не люди, вроде него, мне крайне интересны.
— Сам ты нелюдь, — огрызнулся Илья, у которого вмиг похолодела спина.
Но не мог же он завизжать и убежать, рядом стояла Люся, ее надо было защитить. Кроме того, парень не был уверен, что от этого типа можно просто сбежать. Мужчина удовлетворенно кивнул, вытащил зонт, направил его на Илью.
— В какой-то степени все мы, присутствующие здесь, не люди. Кроме разве что нее, — он махнул зонтом в сторону кассирши, которая увлеченно читала, судя по обложке, какой-то детектив. — Но тебе, парень, точно нужна сильная рука, которая направит. Тогда…
Он прижмурился от удовольствия, открыл глаза, и Илья понял, что сейчас просто умрет от ужаса: глаз у мужчины не было, весь зрачок заливала белая муть, менялось и лицо, вытягивались черты, становясь острее. Люся с силой ударила Илью по спине, он моргнул и все исчезло — мужчина снова стал обычным по виду, но улыбка у него стала еще гаже.
— Да, силен, — протянул он. — Ладно, пошли, научу тебя, как жить, сделаем тебя великим.
— Не собираюсь даже, — выпалил Илья. — Мне и так хорошо.
Мужчина снисходительно покачал головой, развел руками, повернулся к Люсе:
— Вот ведь молодежь пошла, им добра желаешь, а они все в самостоятельное плавание рвутся. И хоть бы польза от этого была, а то вред один.
— Вред, — согласилась Люся. — От вас точно вред.
Лицо мужчины исказилось.
— Ладно, поговорили и хватит. Пошли, парень. — Приказал он.
Илья и не подумал даже шаг сделать. Мужчина вытащил зонт, крутанул его перед собой, а потом резко открыл, и молодой человек понял, что его буквально затягивает в купол. Там внутри тоже была дверь, он мог ее открыть и шагнуть в… Илья не знал, в куда, но точно понимал, что ему туда не надо. Только сопротивляться получалось плохо. Сзади вскрикнула Люся, кинулась на мужчину в черном, сделала какой-то пас руками, но тот отмахнулся, и Люся отлетела в сторону, ударилась о полки. Илья хотел закричать, позвать на помощь, может кассирша оторвалась бы на крик от книги, вызвала бы полицию… Но даже звук издать он не мог. И сделал шаг в крутящийся купол зонта, потом второй, закрыл глаза…
А потом что-то произошло, послышался грохот, на него посыпался то ли град, то ли мелкие камешки, раздался мужской крик. Илья открыл глаза и увидел, как его враг сидит на полу, сжавшись в комок, а мужик-товаровед щедро осыпает его крупой из коробок с кашей.
— Зонт подбери, — крикнул он Илье.
Парень схватил валяющийся на полу раскрытый зонт, руку прошило холодом, он быстро закрыл купол, перемотал его хлястиком, висящим сбоку, а для верности еще и перевязал валявшейся на полу веревкой.
— А теперь пошли отсюда, — сказал спаситель. — Кажется, общественный магазин не самое лучшее место для того, чтобы допросы проводить.
— Вы кто? — дрожащим голосом спросила Люся.
Мужик повернулся к ней, нехорошо усмехнулся:
— А с тобой у меня вообще отдельный разговор будет. Говорил же — не ходи никуда без меня.
— Костя! — изумленно выдохнула она. — Но как?
— Все потом. — Перебил ее Константин. — Илья, бери зонт, Люська, вставай, этого я сам понесу. Илья, открывай дверь.
Молодой Привратник понял, что речь точно идет не о двери магазина. Он вытянул руку вперед, нащупал резную ручку, потянул ее на себя. Дверь открылась почему-то с музыкальным скрипом, мелодия показалась знакомой, но размышлять, что это, времени не было. Костя первым шагнул в открытую дверь, волоча за собой мужчину в черном плаще, следом за мужем кинулась Люся, последним зашел Илья, сжимая зонт, и аккуратно прикрыл дверь.
В магазине остались валяться на полу коробки с кашами, вернувшаяся с перекура продавщица всплеснула руками:
— Надя! Что тут произошло?
Кассирша неохотно оторвалась от книги, посмотрела на разгром:
— Да какие-то мужики толкались там, пьяные, наверное.
— А ты куда смотрела?
Надя нехорошо прищурилась:
— Вот делать мне нечего, бросать кассу и идти пьяных разнимать. А ты, Машка, уберешь, не переломишься.
— Охрану надо было звать, — ответила зло Маша, начиная подбирать коробки.
— Так охрана тебя охраняла, — ехидно парировала Надя.
Продавщица и кассирша с упоением продолжили ругаться, забыв уже о причине скандала.
Глава 6
О всём, что было, не жалея нисколько
Я шёл и шёл навстречу ветрам и вьюгам
Разбилось сердце, разлетелись осколки
И мы, конечно, не узнаем друг друга
И всё ж, я верю, наша встреча всё ближе
Пусть дни кружат, как снег, и жизнь быстротечна
Тогда в глазах твоих я снова увижу
Небо, которое бесконечно
(с) Uma2Rman «Кажется»
Дверь, открытая Ильей, привела всю компанию и притащенного ими с собой незнакомца на берег реки. Здесь накрапывал мелкий дождь, над водой склоняла ветки ива, в камышах шуршал какой-то зверь.
— Где мы? — нервно спросила Люся, все еще сжимающая в руках продуктовую корзину, в которой лежали хлеб, масло и колбаса.
Все это она собиралась мирно оплатить в магазине, добавив еще несколько товаров, но ситуация сложилась так, что, кажется, она ограбила несчастный продуктовый. Люся не знала даже, что сейчас ее тревожит больше: незнакомый маг с зонтиком, муж, который будет ругать за самовольство, неведомое место, где они оказались, или эта самая кража.
— Я сам не знаю, — ответил на ее вопрос Илья. — Просто безопасное место, где никого нет. Может быть, и вообще не в нашем мире.
Он вспомнил, как Олли говорила, что миров великое множество, и Привратники открывают между ними двери. Как это работает, он так и не понял еще, но уже знал сам принцип открытия.
Константин усадил своего пленника на землю, грозно навис над ним:
— Кто ты такой, и чего тебе от нас надо?
Мужчина оперся руками о траву, помотал головой, из его волос посыпались остатки крупы и каши, которыми его щедро осыпал Костя в магазине.
— Вам так нужно мое имя? — саркастически спросил он. — Чтоб знать, какую табличку на могилку прикрутить?
— Нужна нам твоя могилка, — фыркнула Люся. — Мы тебя убивать не собираемся.
Мужчина посмотрел на нее, неожиданно тепло улыбнулся:
— Да вы и не сможете, товарищ шаманка, я же не в вашей власти.
Константин взял его за отвороты плаща и хорошенько тряхнул:
— Хватит ерунду нести, отвечай!
Мужчина осторожно разжал его пальцы, поправил плащ, покосился на Илью, который сжимал его зонт.
— Поосторожней с ним, — попросил он. — Это все же мой личный трофей, а ты его держишь, как гранату, которую не знаешь, как кидать.
— Будет надо и гранату кину, — процедил Илья.
Незнакомец вел себя совсем не так, как это должен был делать нормальный пленный. Он не боялся, не дрожал, не ругался, смотрел спокойно и даже с каким-то извращенным удовольствием в глазах. А еще он точно знал, с кем имеет дело.
— Называй меня Аркадий, — неожиданно сказал мужчина, повернувшись к Илье. — Все равно тебе это ничего не скажет, такие как ты постарались, чтоб мое имя исчезло.
Люся фыркнула, поставила, наконец, на землю корзинку, сделала пару шагов к пленнику:
— Тоже мне, редкое имя, да у нас на кафедре два Аркадия.
Мужчина медленно повернул голову к ней, посмотрел внимательно:
— Не само имя, конечно, — презрительно сказал он. — А именно мое. Я должен был войти в учебники истории, стать героем, о котором помнят поколения, а ничего этого не произошло из-за таких, как этот мальчишка и твой муженек.
Илья улыбнулся. Вот теперь все пошло, как надо. Сейчас главгад расскажет, в чем дело, произнесет, так сказать, тронную речь, а потом добро победит. Как всегда бывает в нормальных фильмах и книгах. Он совершенно не ожидал, что Аркадий вдруг одним движением окажется на ногах, отпихнет Костю так, что тот отлетит на пару метров, гигантским прыжком пересечет расстояние до Люси, выхватит из кармана тонкую проволоку и обмотает ее вокруг шеи шаманки.
— Вот теперь поговорим, — весело сказал мужчина. — Парень, зонтик кидай ко мне. А ты, Исполнитель Желаний, стой, где стоишь, а то у твоей супруги голова от тела отделиться. Поверь, это несложно.
Костя замер, тяжело дыша. Илье вдруг стало жутко обидно: и Люсю и Костю этот гад называл по их так сказать магической профессии, а его самого — просто «парень».
— Не отдам я тебе зонт, — угрюмо сказал он.
Аркадий пожал плечами, Люся вскрикнула, по шее у нее потекла тонкая струйка крови. Илья вздрогнул.
— Стой! Не надо! — крикнул он. — Отдам я тебе твой зонт.
— Вот и умница, — одобрительно сказал Аркадий. — Можешь даже не кидать, подойди и отдай.
Илья сделал несколько шагов в его сторону, думая, как бы половчее сбить Аркадия с ног, тогда Костя сможет оттащить Люсю в сторону и отцепить от нее проволоку. Аркадий с усмешкой смотрел на него, и молодому человеку вдруг стало страшно: он явно не боялся Ильи, но это и понятно, вот только почему он так доволен и спокоен?
— Твой зонт, — протянул он руку. — Забирай.
Аркадий погладил Люсю по плечу, отошел от нее, взял из руки Ильи зонт, и тут парень кинулся на него. Сбить мужчину с ног удалось легко, но потом самого Илью приложили спиной о невесть откуда взявшиеся камни так, что у него перехватило дыхание. Аркадий вскочил и ударил его ногой в живот. Илья скорчился на земле от боли, а мужчина добавил еще один удар ему по ребрам.
— Давно хотелось отпинать как следует такого, как ты, кто считает, что может управлять миром, решать, кому жить, а кому нет. — Злобно сказал он. — И зря ты геройствовал, пацан, шаманку я магией сковал, да и петелька у нее на шее тоже магическая. Небось, не ждали такого от простого человека? Но у меня было время научиться многому.
Илья пытался дышать, боль в животе и спине была такая, что хотелось орать, но он только стискивал зубы и корчился у ног врага. Он видел краем глаза, как к нему кидается Константин и замирает, как будто увязнув в воздухе.
— А теперь поговорим, как взрослые люди, — сказал Аркадий, снова подходя к Люсе.
Он наклонился, вытащил из корзинки хлеб и колбасу, довольно покачал головой:
— Отличная еда, у нас такой не было. У нас еды вообще было маловато, зато крови хватало. — Доверительно сказал он Люсе.
Шаманка сочувственно посмотрела на него:
— «У вас» это где? Расскажи, — попросила она.
У Ильи от звуков ее голоса вдруг побежали по спине мурашки, боль отступила, он расслабленно вытянулся на траве. Перестал биться в вязком воздухе и Константин. На лице Аркадия появилась мягкая, почти нежная улыбка.
— В Севастополе, Люся, — ответил он. — В далеком от вас 1920-м году.
— Кем ты там был? — также мягко спросила шаманка.
— Лучшим другом, верным товарищем и любовником Розы. Она была прекрасна, Люся, когда стояла с винтовкой наперевес и смотрела на корчащихся у ее ног беляков. Я любил ее, Люся, я для нее был готов на все.
— Что ты делал ради нее?
— Я покажу, — прошептал нежно Аркадий.
Он взмахнул рукой, воздух перед ним сгустился, став похожим на стекло. А за этим стеклом разворачивалось черноморское побережье. Илья узнал эти места, это был берег в Евпатории, куда он с родителями пару раз ездил отдыхать.
На берегу стояли, лежали и сидели люди в разорванной одежде, избитые, в крови. Напротив них стояли пулеметы. А мимо них шла женщина в кожаной куртке и пенсне на носу, короткие темные волосы были прилизаны, губы плотно сжаты. Ее можно было бы назвать красивой, если бы не жестокое выражение лица. Но Аркадий смотрел на нее, как на богиню.
— Розочка, — выдохнул он с восторгом. — Любовь моя!
Когда женщина проходила мимо одного из стоявших, тот плюнул в нее. Не меняясь в лице та, которую только что нежно назвали Розочкой, подняла револьвер и выстрелила ему в лицо. А потом отошла в сторону, подняла руку, что-то сказала, но воздушное стекло не передавало звук, резко опустила руку, и пулеметы начали стрелять, уничтожая людей на берегу.
Илья не мог пошевелиться от ужаса, он слышал о расстрелах и терроре в Крыму, но впервые видел такое своими глазами. Он даже не почувствовал, как к нему подошел Константин, помог ему встать.
— Ты в порядке? — шепнул Исполнитель Желаний.
Илья помотал головой. В порядке он точно не был. Костя повернулся к Люсе, но та приложила палец к губам, и мужчины замерли.
— А где был ты? — снова зазвучал ее глубокий голос.
— Я был с ней, — сладострастно ответил Аркадий. — Я убивал, кого она хотела, я резал и уничтожал все, на что она указывала. Я готов был на все ради нее и дела Революции. Я даже хотел убить Кобу, который ненавидел Розочку.
— И что случилось?
Лицо Аркадия исказилось в невероятной гримасе злобы и ненависти.
— Привратник и Исполнитель желаний! — выкрикнул он. — Они сговорились, нарушили правила и выкинули меня за пределы моего мира, изгнали, чтобы я не смог убить тех, кто вредил делу партии и моей Розе.
Видение берега исчезло, Аркадий обернулся к Люсе, в глазах его пылал огонь.
— Но я выбрался, — прошипел он. — И теперь вы все исправите! Вы вернете меня обратно!
— Но это невозможно, — спокойно сказал Костя. — Привратник не перемещает во времени.
— Если действовать вместе, то перемещает. Он открывает дверь, а ты выполняешь мое желание, — ответил Аркадий. — Именно так они сделали в двадцатом, и так вы сделаете сейчас. Иначе…
Люся захрипела, проволока сама сильнее затянулась у нее на горле. Костя протестующе вскинул руку:
— Хорошо! Отпусти ее! Я все сделаю! Выполню твое желание, — выкрикнул он.
Аркадий сделал пас рукой, и проволока перестала впиваться в шею шаманки.
— Открывай, — приказал он Илье, сжимая в ладони свой зонт.
Илья посмотрел на Костю, тот кивнул. Молодой Привратник нащупал ручку двери, потянул на себя, из двери повеяло теплом. Костя закрыл глаза, закусил губу и вытянул вперед руку, на его ладони вспыхнул черный огонек. Аркадий довольно рассмеялся:
— Отлично! Благодарю!
Он шутовски поклонился и шагнул за порог, Илья тут же выпустил ручку, и дверь закрылась. Костя кинулся к жене, сорвал с ее горла проволоку, по лицу Люси текли слезы.
— Я не смогла, Костя, не смогла, — сказала она. — Я пыталась, но…
— Ты смогла, ты все сделала правильно, — обнял ее Константин.
— Но ему удалось вернуться, и теперь он исказит прошлое, и…
Костя поцеловал ее в губы, прерывая поток слов, повернулся к Илье.
— Привратник, проводи нас всех домой, в Мурманск. Обсудим все не здесь.
Глава 7
Кажется, никогда нам на планете этой не встретиться
Просто рукой махнуть — и голос почти не слышен
Просто пока-пока, и молча пойду я вниз по лестнице
Может, когда-нибудь музыка станет тише.
(с) Uma2Rman «Кажется»
Почему-то вернулись они в вечер, дождь прекратился, сияло солнце, делая вид, что вот-вот отправиться за горизонт, а на самом деле просто прячась за сопками, чтобы выскочить через полчаса обратно. Люся кинула в угол корзинку, в которой осталось только масло — хлеб и колбасу то ли утащил в свое прошлое Аркадий, то ли они так и остались в неведомом месте, где прошел их неприятный разговор. Константин мрачно приткнулся на диван в комнате и принялся щелкать пультом телевизора, переключая каналы. Илья чувствовал себя ужасно виноватым, поэтому кинулся быть полезным: налил в чайник воды, вытащил из холодильника остатки салата и принялся накрывать на стол поздний ужин.
Есть не хотелось никому из них, каждый думал только о том, что случилось.
— Это полное нарушение всех законов мира, — вздохнула Люся. — Нельзя перемещаться в прошлое или в будущее, это просто невозможно.
Мужчины промолчали. Может это и невозможно, но сейчас случилось. Как и сто лет назад, если верить словам Аркадия.
— Может, спросить Олли? — с надеждой сказала Люся.
— Не надо, — глухо ответил Костя, отшвырнул пульт, согнулся и закрыл лицо руками.
Люся кинулась к мужу, села рядом, обняла его за плечи, прижала к себе:
— Костенька, не переживай, ты не виноват, это вообще все… это Аркадий злодей, не ты.
— Я дал ему уйти, я выполнил невозможное желание, — глухо ответил Исполнитель желаний. — И сделал это сам, добровольно.
— Какое тут добровольно, если он меня за горло держал и убить обещал, — возмутилась Люся. — Это терроризм, знаешь ли. Захват заложников. А везде по правилам им дают требуемое, чтобы не было жертв.
— А потом убивают по-тихому где-нибудь в кустах, — подхватил Илья.
Костя поднял голову, тяжело посмотрел на него:
— Только этого никто не убил, да? И теперь он сделает то, чего хотел.
Илья растерянно смотрел на него, на Люсю.
— Но ведь мы тут, и ничего не изменилось, — робко сказал он. — Значит, он точно не повернул как-то раком историю.
— Мировую нет, а чью-то личную — очень может быть, — вздохнула шаманка. — Только все равно вашей вины, мальчики, в этом нет.
— Поздно уже, — Костя поцеловал коротко жену в щеку. — Давайте спать ложиться. Илья, ты тут на диване, а мы в спальне.
— Это как бы нормально, — усмехнулась Люся. — Муж и жена спят вместе, в одной постели. Что ты вдруг стал такие очевидные вещи говорить?
Костя пожал плечами, встал и ушел в ванную. Люся с тревогой смотрела ему вслед.
— Переживает, — тихо сказала она. — Понимаю его, это тяжело, выполнить то, что запрещено и невозможно. С другой стороны, если бы действительно было невозможно, то желание Аркадия не сбылось бы.
Илья наклонил голову, задумался над ее словами. А если и правда, желание не сбылось? Да, он открыл нужную дверь, а Костя сделал все, что от него зависело, чтобы Аркадий попал обратно в революционный Крым. Но если это невозможно по законам мироздания, то может быть Аркадий попал куда-то еще? Сейчас молодой Привратник особенно жалел, что у него нет ни учебников по новой специальности, ни словарей, ни наставника, который бы объяснил, что и как тут работает. Ведь он действовал до сих пор на интуиции, делал так, как подсказывало что-то внутри. А если попробовать увидеть, понять, сделать осознано?
Он потянулся вперед, пытаясь увидеть ручку, которой открывал двери, но пальцы ухватились за спинку стула.
— Что ты делаешь? — поинтересовалась Люся.
— Пытаюсь увидеть эту самую дверь, — признался Илья.
Шаманка покачала головой:
— Не надо, это ж не просто дверь в комнату или в квартиру, вряд ли у нее есть обычные створки или косяк, к которому она крепится.
— Но я же нащупывал ручку, и открывал ей.
Люся поднялась с дивана:
— Помоги поднять, — кивнула она в сторону сидения, — постель тебе достану. А то вчера ты под пледиком поспал немного, а сейчас уже нормально организуем.
Илья с усилием приподнял тяжелое сидение дивана, Люся принялась вытаскивать оттуда белье, потом стала застилать постель.
— Ручку ты нащупывал, потому что привык, что двери открываются ручкой, — сказала она. — Если бы ты был рыбой и открывал ее толчком в воде, то тебе и тут бы казалось, что ты толкаешь что-то в воде.
Нелепое сравнение рассмешило, Илья впервые за весь этот тяжелый день улыбнулся. Из ванной вышел Костя, вытирая мокрые волосы.
— Что смеетесь?
— Люся сравнивает меня с рыбой, — объяснил Илья.
Константин усмехнулся:
— Рыба, да. Ищет, где глубже, а человек, где лучше. Пошли спать.
Он развернул Люсю в сторону спальни, подтолкнул, шаманка успела только пожелать Илье спокойной ночи, и муж утащил ее в комнату и закрыл дверь. Илья разделся, лег на холодную простыню, накрылся одеялом, закрыл глаза, но сон не шел. Он никак не мог понять, что же теперь делать. А еще ему безумно хотелось узнать, к чему привели их с Костей действия. Ну не лезть же для этого в прошлое! Зато можно было полезть в интернет.
Молодой человек оглянулся на закрытую дверь, тревожить Костю и Люсю не хотелось, а лезть без спроса в их ноутбук было бы просто неприлично. И все же жажда знаний победила.
«Я только на поисковую страничку и все», — сказал он сам себе, открывая крышку ноутбука. Пароля тут не было, супруги не заморачивались лишней безопасностью. Илья щелкнул мышкой по значку браузера, потом быстро набрал на клавиатуре «Аркадий, Роза, Крым, убийства, Коба, Евпатория». Все слова, которые он запомнил. Поисковик радостно предоставил ему список гостиниц под названиями «Аркадия» и «Роза» в Крыму, а также парочку детективных историй.
Илья вздохнул, собрался уже было закрыть ноутбук, но вдруг посреди экрана само собой развернулось окно.
«Уважаемый Илья Владиславович, если Ваш запрос связан с нематериальной стороной мира, воспользуйтесь поисковой системой по адресу…»
Дальше стояла длинная ссылка с множеством цифр и букв. Недолго думая, Илья щелкнул по ней и оказался на просто оформленной странице, вверху которой мерцало поле с подписью «запрос». Он повторно вбил слова, надпись замигала, исчезла, появились слова «Идет обработка запроса».
В отличие от обычного интернет-поисковика этот думал минут 10 прежде, чем выдал ответ. Длинная статья с фотографиями, в которой описывались события в Крыму в 1920–1921 годах, биография Розалии Землячки — той самой Розы — мечты Аркадия, разъяснения, кто такой Коба, и приписка: по поводу человека по имени Аркадий данные закрыты, обращаться к Александру Серову. E-mail и почтовый адрес неведомого Серова также были указаны.
На плечо Илье легла тяжелая рука, он вздрогнул и чуть не уронил ноутбук, над ним стоял Костя.
— Не ори, Люсю разбудишь, — прошептал он. — Она еле заснула. Нашел, что искал?
— Извини, — покаянно начал Илья. — Я просто хотел уточнить, кто эти все люди, а меня вот… перекинуло… я спросил бы, но будить боялся…
Костя кивнул:
— Понимаю, сам бы не удержался.
Он наклонился над открытой страницей, быстро пробежал ее глазами.
— Серов… понятия не имею, кто это. Но раз есть адрес, можно ему написать. Верно?
Илья радостно кивнул.
— Только со своего ящика пиши, — строго сказал Костя. — И лучше сразу изложи в письме все, что было. От начала, когда в тебя стреляли в Севастополе, до нашего возвращения домой.
Глава 8
Там позади белый снег в пустыне синей,
Там за кормой дом остался мой,
В океане пенных далей
Растворю печаль твою,
Там растает грусть прощаний,
Верю, что вернусь.
(с) Uma2rman Cover «Дождись»
Утром Илья не смог открыть веки, перед глазами крутилась вялая муть, руки и ноги казались невероятно тяжелым, а в горле пересохло так, что он не мог говорить. Люся, увидев его таким, вскрикнула и кинулась мерять ему температуру, а потом срочно отпаивать молодого человека таблетками, горячим чаем и медом. Но парню легче не становилось. Он лежал на диване, не в силах пошевелиться и тяжело дышал.
Люся с тревогой смотрела на него:
— Надо врача, — сказала она Косте. — Вдруг у него пневмония? Или еще какая-то простуда сильная? Я же не доктор.
Константин пожал плечами:
— Не думаю, что хорошая идея. Как мы будем объяснять, кто он такой? И где документы?
— Скажем, что племянник. Твой. Приехал в гости, а его обокрали. — Вдохновенно фантазировала жена. — И документы украли, и телефон, и деньги. Вот поправиться, и пойдем с ним в полицию заявление писать.
Костя задумался, в целом легенда была неплохой, врачи «скорой» точно поверили бы. Но что-то его останавливало от такого простого решения, как вызов доктора.
— А если это связано с тем, что он сделал? Что мы с ним сделали? — шепотом сказал он. — И это не простуда, а откат от ошибки?
Шаманка вскинула голову:
— Откат — не откат, сейчас это неважно. Тем более, что от откатов никто не умирает. А ему сейчас дышать даже трудно. Тут нужны сильные лекарства, внутривенно, наверное, даже. У нас в аптечке вообще только парацетамол. Говорила же, что надо закупиться.
— Это аптечка твоих бабушки и дедушки, — парировал Константин. — А дома у нас всего хватает. Давай подождем до завтра, если ему не станет легче, вызовем врача.
Но и на следующий день легче Илье не стало, он то и дело терял сознание, бредил, звал то маму, то Свету, то почему-то Бобра. Люся металась вокруг него с мокрыми тряпками, которые клала на лоб, кормила с ложечки кашей, поила чаем. Костя помогал с обтиранием, переворачивал тяжелое тело, притащил откуда-то настоящую больничную утку для нужд лежачего больного.
К вечеру Илья затих, свернулся клубком на диване, закутался в одеяло. Люся решительно набрала номер «скорой»:
— Срочно приезжайте. Мужчина, 20 лет, температура под 40 не сбивается вторые сутки, горло? Красное, наверное, ему очень плохо. Нет, никаких наркотиков, никакого алкоголя. Аллергии нет. Меня? Людмила Надеждина. Кто болен? Племянник моего мужа. Илья. Фамилия? Ну… Надеждин, тоже, да. Полис? У него нет. Он в гости приехал к нам, а его ограбили. Да, барсетку с документами украли. Да хватит уже меня расспрашивать, девушка! Тут человек, может, умирает!
Люся продиктовала зло адрес и бросила трубку на стол:
— Вот привязалась, идиотка, «расскажите подробности кражи»! — передразнила она тоненьким голоском оператора службы помощи. — Я врача вызываю, а не полицию, и не в бордель или подворотню, в нормальную квартиру. Дура!
Она так гневно посмотрела на телефон, что тот предпочел немного отползти от нее по столу. Костя сжал ее руку:
— Успокойся, все будет хорошо. Сейчас придет врач…
Закончить фразу он не успел, в дверь позвонили.
— А вот и доктор, — удовлетворенно улыбнулся Исполнитель желаний и быстро вышел в коридор.
Но на пороге обнаружился не медицинский работник, а мужичок среднего роста, в сером пиджаке и таких же серых брюках и почему-то в шляпе, делавшей его похожим на персонажа из советских фильмов про партработников.
— Здесь проживает в настоящий момент Илья Владиславович?
— Да, — растерянно ответил Костя.
Мужичок приподнял шляпу в знак приветствия:
— Я Александр Сергеевич Серов, Илья Владиславович мне писал, но не ответил на мой вопрос, и я позволил себе явиться лично.
— Костя, что вы так долго? — крикнула из комнаты Люся.
— Это не «скорая», — ответил Костя, не спеша впускать Серова в квартиру.
— Вы ждете врача? — встревоженно спросил тот.
На лестнице послышались шаги, и в коридоре показался врач в синем медицинском костюме.
— «Скорую» вызывали?
В прихожую вылетела Люся, на Серова она только кинула мимолетный взгляд, коротко сказала «здрасьте» и потащила врача в комнату. Константин угрюмо посмотрел на незваного гостя:
— Ну, заходи, что уж.
Серов переступил порог квартиры, пристроил шляпу на вешалку, потянулся снять ботинки, но Костя его остановил жестом.
— Значит, вычислил, откуда письмо пришло, и заявился. — Сказал он тихо и угрожающе. — Кто ты такой?
— Привратник, — спокойно ответил Серов. — Такой же, каким станет со временем Илья Владиславович. Он задал ряд вопросов, на которые я готов ответить, если буду понимать всю картину в целом. Где же он?
Костя сделал шаг в сторону, открывая Серову вид на комнату, где врач как раз делал Илье какой-то укол.
— Откат у него, — прошипел он. — А может еще какая-то гадость прицепилась из-за того, что случилось.
— А что же случилось?
Константин посмотрел еще раз на диван, где лежал молодой человек, попавший к ним в дом внезапно из Севастополя, на Люсю, которая записывала в маленький блокнот все, что говорил ей врач, и решился.
— Пошли на кухню, — распорядился он. — Поговорим.
***
— Вот значит, что случилось, — печально сказал Александр, услышав рассказ Исполнителя желаний. — Грустно, ведь именно это мы когда-то пытались предотвратить с моим другом.
— Предотвратить? Значит, это вы нарушили правила и выкинули этого Аркадия из Крыма сто лет назад в будущее?
Серов покачал головой:
— Не в будущее, такое мы проделать не смогли бы. Мы просто убрали его с места событий, чтобы он выжил. Аркадий Царев мог стать великим человеком, создать уникальный механизм, который сдвинул бы советскую науку вперед. Скажу так, если бы он не погиб в 1921ом году, то русские полетели бы в космос лет на 20 раньше. Но, увы, есть вещи, которые неподвластны никому.
В коридоре послышались неровные сбивчивые шаги, в кухню буквально вполз Илья, Костя вскочил, подхватил чуть не падающего парня, усадил на стул:
— Что ты поднялся? Тебе лежать надо! Как ты себя чувствуешь? Где Люся?
— Люся на «скорой» поехала забирать лекарства для меня, — хрипло ответил Илья. — Уговорила, чтоб ее туда и обратно с сиреной прокатили.
Костя помимо воли улыбнулся.
— А мне уже лучше. Врач сказал, что это результат сильного стресса. И простуда до кучи, наверное, я той ночью простыл, когда по оврагу бегал от Севастополя до Мурманска.
— Бывает, — согласился Серов. — Тем более, что вы и перетрудились изрядно в плане работы с пространствами, Илья Владиславович.
— А вы кто? — нахмурился парень.
Серов повторно представился, слегка поклонившись. Илья от шока повторил его поклон, что смотрелось нелепо в условиях кухни.
— Так вот, об Аркадии… — продолжил Александр Сергеевич, усаживаясь обратно на стул. — Тогда мы решили, что его надо спасти, ему грозила смерть в самом ближайшем времени. Мы с другом буквально выдернули его из-под пули и хотели отправить в другое место, где он смог бы переждать трудные времена, но… Аркадий оказался не так прост. У каждого человека есть латентный дар того, что принято называть магией. У большинства он спит, у некоторых слегка проявляется в том, что помогает иногда быть чуть удачливее, или талантливее. У Аркадия же столкновение с Привратником и Исполнителем Желаний вызывало резкий всплеск дара. И он сам направил свой путь, выпав из нашего поля влияния. Не знаю, что с ним было, и куда он попал, где его носило. Любовь — тоже сильный эмоциональный магический дар, и порой он творит страшные вещи. Вы, наверное, слышали истории, как из-за любви люди совершали ужасные поступки или наоборот героические.
Илья и Костя синхронно кивнули. Серов удовлетворенно улыбнулся:
— Вот и тут получился такой клубок. Аркадий полностью подчинил себя единственной задаче: вернуться к любимой Розе.
— Он вернулся? — спросил Илья.
Александр Сергеевич грустно кивнул:
— Да, вернулся. Ровно в тот самый момент, из которого сделал шаг в открытую мной Дверь.
— Он погиб? — догадался Константин.
— К его счастью, он не узнал, что его застрелила возлюбленная им Роза. Ей донесли, что Аркадий — шпион белогвардейцев, а она не имела особенности разбираться. Этой женщине нравилось убивать, и она его застрелила на берегу Черного моря.
— На закате, — тихо сказал Илья. — Помнишь, Костя, он нам показал тот берег. И я открыл дверь в то место, которое увидел.
Эпилог
Только дождись меня, через дожди храня,
Свет моих глаз, свет моих грез, песню о нас.
Знай, что пройдут дожди, только меня дождись,
Памяти нить наши сердца соединит.
(с) Uma2rman Cover «Дождись»
Через три дня Костя и Люся провожали своих новых друзей на поезд до Москвы. Путь в Крым им предстоял неблизкий.
Как уж Илья отмазывался у родителей и Светланы, он не рассказывал никогда. Света обижалась на него еще целую неделю. А мама с папой долго не верили ни одному слову сына, пока к ним не зашел основательный и серьезный Александр Сергеевич и не подтвердил, что Илья действительно выполнял важное и секретное задание и участвовал в полицейской операции.
После всех приключений молодой человек решил, что надо все же пойти учиться в какой-нибудь такой вуз, где его периодические отлучки по «основному роду занятий» будут приняты спокойно. И выбрал по совету Серова исторический факультет.
— Если что, будешь говорить, что едешь на археологическую практику, я тебе все бумаги помогу оформить, — сказал тот.
Вопреки надеждам Илья, наставником молодому Привратнику Серов стать отказался:
— У нас же нет курса обучения, — объяснил он. — Мы в основном работаем на интуиции. Но ты всегда можешь прийти ко мне, как к старшему товарищу, за советом.
Мимо пресловутого оврага Илья ходить первое время опасался, но потом примерно через месяц после тех событий встретил на улице Толика Бобра. Тот схватил его за руку:
— Илюха, живой! — с облечением выдохнул он. — Я тогда так перепугался, думал, тот псих тебя пристрелил. В овраге даже тело искал. Думал, в полицию идти, но кто б мне поверил.
— Я живой, — согласился Илья, пытаясь понять, как теперь объясняться с бывшим другом.
А Бобер как будто забыл, что дружба между ними кончилась несколько лет назад. Он хлопнул Илью по спине:
— Вот и отлично. А я, знаешь, с той ночи многое передумал. В мореходку поступил, от матери с ее вечными собутыльниками в общагу перебрался. Слушай, ты извини меня за все, ладно?
Илья улыбнулся старому другу, сжал протянутую ему ладонь в крепком пожатии.
— Забыто, Толь. Проехали.
Бобер ухмыльнулся и предложил:
— Пошли в овраг тот сходим, а то я, честно говоря, пере… опасался туда лазить последнее время, обходил кругом.
Они вместе спустились с крутого склона, здесь по-прежнему густо росла трава по обочинам от протоптанной множеством ног тропинки, в стороне кренились чахлые деревца маленькой рощицы, лужа слева от них стала немного больше по сравнению с тем, когда они были тут в последний раз. А еще сейчас Илья отчетливо видел в темноте очертания той самой своей первой Двери в лето, которая навсегда закрепилась в этом мире для своего Привратника. Из этой Двери он сможет шагнуть, куда захочет, но только, если будет очень сильно нужно.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге