Кто (живёт) в соседней домовине?

Глава 1

На небольшом мраморном надгробии сидел полупрозрачный паренёк. Лунный свет преломлялся через его невесомое тело, рисуя узоры на свежей могиле. Призрак со скучающим выражением лица смотрел на игру света и тени.

Рисунок нарушился стуком из-под земли. Рыхлая почва рассыпалась в разные стороны. Из могилы кто-то мычал. Паренёк разочаровано вздохнул и крикнул в темноту:

– Рустам!

– Что? – ответила темнота.

– Код синий! Код синий!

Из темноты раздалась татарская брань. Звук приближался, и уже через пару минут рядом с призраком стоял грузный мужчина с лопатой.

– Какой ещё код синий? Ты не можешь нормальными словами разговаривать? – кладбищенский сторож вообще не обращал внимания на ходившую ходуном могилу.

– А что, будет лучше, если я на весь погост начну вопить «упырь»?

Рустам выпустил клыки. Воздух содрогнулся от новой порции ругательств на татарском языке.

– Лёха, ты меня в могилу сведёшь! Почему упырь? Может, там колдун или вурдалак. Классификатор, тоже мне. Если там не упырь, я с тобой до следующего полнолуния разговаривать не буду!

Это было обидно. Алексей был призраком уже давно, и столько же он не был человеком. Если бы способность к обучению оставалась после смерти, паренёк выучил бы уже отличия упыря от вурдалака и татарский язык. Но, увы, на следующую ночь из памяти стирались все новые знания, хотя остальные воспоминания сохранялись.

Рустам раскидал лопатой землю с могилы. Стук и мычание становились всё громче, послышался треск. Кладбищенский сторож зашипел, словно кот.

Из могилы показалась когтистая рука. Сразу следом высунулась зубастая морда с горящими красными глазами. Пара ловких движений лопатой усмирили нежить. Из кармана Рустам достал бутылку без опознавательных знаков.

– Смотри-ка, и правда упырь! – сторож отвинтил крышку и посмотрел на привидение, – Отойди подальше, а то задену.

Алексей послушно отошёл. Рустам полил из бутылки разворошенную могилу. Части тела упыря дёрнулись и запузырились, в воздух с шипением поднялось облако дыма.

– Почему так происходит? – призрак с грустью смотрел на происходящее.

– Если б мне давали рубль каждый раз, когда ты подходишь с этим вопросом, я бы уже миллионером стал. Почему на этом кладбище так много нежити, я понятия не имею.

Алексей тяжело вздохнул.

– Скучно мне, и даже поговорить не с кем!

Рустам одарил привидение тяжёлым взглядом и снова показал клыки.

– Ты не считаешься! – оправдывался парень, – Ты меня не ценишь! Вот свихнусь тут от одиночества, стану как Григорий, и будешь потом ночами с грустью вспоминать, как я тебе помогал!

Призрак показал пальцем направление. Рустам с ужасом обнаружил, что к ним несётся Григорий. Растрёпанный дух, когда-то бывший пожилым пациентом психиатрической клиники, на всех четырёх конечностях прытко бежал поздороваться.

– Ну, и кто мы сегодня? – голос Алексея был как у воспитателя в детском саду.

– Я лошадка! МВА-ХА-ХА-ХА! Ой, то есть, игого! – Григорий встал на дыбы и сделал жест, будто лошадь перебирает в воздухе копытами.

– Хорошая лошадка! Беги отсюда, – Рустам замахнулся лопатой на сумасшедшее привидение.

Григорий умчался вдаль так же, как и прибежал. Когда его уже было не видно, из темноты донеслось далёкое лошадиное ржание. Сторож поднял бровь и смерил Алексея взглядом.

– Ты мог бы подружиться с Петровыми или с теми весёлыми ребятами в северной части кладбища. Глядишь, не придётся с ума сходить и конём скакать между могил.

– Петровы – семья. Я там лишний. А эти чудаки бородатые меня к себе не взяли, потому что у меня гитары нет!

– Хочешь, я достану тебе гитару и прикопаю на твоей могиле?

– И зачем? – призрак всплеснул полупрозрачными руками, – Играть-то я не умею всё равно! Хорошо быть вампиром – и тело остаётся при тебе, и новому чему-то можно научиться.

– Ага, – Рустам хмыкнул, – ещё крови постоянно хочется и на кладбище приходится прибираться.

– Всё равно лучше, чем мне. Вот знал бы я, что на нашем кладбище вампир работает, попросил бы себя обратить.

– Лёха, я всё понимаю, но обращать тебя я не стал бы. Во-первых, я никогда не хотел детей. Во-вторых, я бы ни за что не хотел такого сына, как ты!

– Да что я тебе плохого сделал?!

– Достал ты меня, Лёха! Достал!

В пылу перепалки оба не заметили, как к ним совсем близко подобралась огромная чёрная собака. Её шерсть стояла дыбом в тех редких местах, где не отсутствовала. Взгляд красных глазищ перескакивал с привидения на сторожа и обратно. Свесив длинный язык, псина капала слюной на ботинки вампира. Рустам за доли секунды принял оборонительную позицию, но тут же убрал лопату.

– Жучка, твою налево! Зачем подкрадываешься?

– Есть чего покушать? – прорычала адская гончая и заискивающе посмотрела сторожу в глаза.

– Нечего. Никому из вас сегодня не повезло. От упыризма никто не застрахован.

Жучка опустила единственное ухо и жалостливо посмотрела на Алексея. Призрак потрепал собаку за щёку. Хоть до кого-то он мог дотронуться на этом кладбище. Сторож разрушил идиллию.

– Вот друг другу бы и помогли! Жучка, слопай этого надоедливого пацана. И брюхо набьёшь, и ему перестанет быть скучно и одиноко. И даже мне сплошные плюсы!

На вампира уставились две пары недовольных глаз. Эта шутка была несмешной даже в первый раз. После сотого Алексей считать перестал, и был этот сотый раз уже год назад.

– Ладно, ладно! – Рустам поднял руки и сделал пару шагов назад, – Дождитесь завтра. Завтра сразу пятерых хоронить приедут.

– Целая семья? Невкусно, – гончая расстроенно опустила голову.

– Не семья, авария. И виновника аварии тоже тут похоронят.

Собака завиляла хвостом. Ей по вкусу были только грешники, и в семьях, погибших разом, едва ли можно было найти перекус. Зато души тех, кто стал причиной нескольких смертей, были особым деликатесом и гораздо сытнее, чем обжоры или прелюбодеи. На радостях, Жучка рывком мощных зубастых челюстей закинула Алексея к себе на спину и понеслась через ряды могил. Слева доносились песни под гитару, как и в любую другую ночь. Где-то сзади ржал Григорий.

– Мама, смотри, собачка! – крикнула младшая Петрова и выскочила прямо перед адской гончей.

Собака едва успела затормозить, но Алексей смог удержаться на плешивой спине. Девочка тянула полупрозрачные ручонки и пыталась погладить Жучку, но доставала до собачьей груди только кончиками пальцев. Из темноты выскочила Люся, мать призрачного семейства.

– Соня, не подходи к собачке! Она болеет и наверняка бешеная!

Гончая осклабилась, свесив на бок свой длинный розовый язык. Это было бы весьма потешно, если б не залысины по всему телу, одноухая голова, здоровенные клыки и красные глазищи.

– Но мама, я тоже хочу покататься на собачке! Дядя же катается! – не унималась малышка.

– Нет! – отрезала Люся, – Дядя взрослый, дядя делает, что хочет. Ты ещё маленькая и должна слушаться маму!

Женщина уволокла кричащую дочь назад в темноту. Алексею снова стало грустно. Сонечка никогда не вырастет, и об этом знали все, кроме самой Сонечки. И родители ещё смеют тешить ребёнка надеждой, будто когда-нибудь у девочки появится свобода и право на собственное мнение. Парень спустился на землю. Обхватив собаку за шею, он прижался лбом к той щеке, на которой было побольше меха.

– Не грусти, – рыкнула Жучка, – Завтра будет новый день, а за ним – новая ночь.

Собака лизнула Алексея в щёку, развернулась и скрылась под землёй, в расщелине, что служила ей дверью. Парень поплёлся к своей оградке. Хоть до рассвета и было ещё несколько часов, делать наверху было решительно нечего. Мимо на всех четырёх конечностях прогарцевал Григорий, цокая языком. Вскинув голову, мужчина заржал и стал рыть кулаком землю, изображая лошадь, бьющую копытом.

– Садись, подвезу! – предложил лжеконь.

– Спасибо, прогуляюсь, – отказался Алексей.

Остаток ночи и весь день прошли очень беспокойно. Парнишка почти не спал, ворочался и вздрагивал от каждого звука. Не только волнение было тому виной: на кладбище собралось целое столпотворение, чего при его загробной жизни ни разу не бывало.

Как только на землю начали спускаться сумерки, к свежим могилам потекли все местные обитатели. Рустам с лопатой и бутылкой разместился на ближайшей лавочке. Петровы всем семейством прятались за кучкой берёзок метрах в ста от новых захоронений. Барды перебирали струны своих гитар и почёсывали бороды со скучающими лицами. Алексей устроился на мраморном надгробии у ближайшей могилы и перебирал ногами. За парнем стояла Жучка в полной боевой готовности. Выражение морды у неё было такое, будто она ждала, что кто-то кинет ей мячик. Григорий бродил неподалёку, как-то подозрительно косясь на собаку.

Первым на лунный свет вышел виновник аварии. Сделав неуверенный шаг, мужчина замер и начал озираться. Все присутствующие молчали, не считая нужным даже просто поздороваться.

– Моё! – рыкнула адская гончая и пригнулась перед прыжком.

– Беги! – хором крикнули барды.

Виновник аварии развернулся и увидел голодные красные глаза. Вскрикнув, мужчина побежал сквозь ограды, кресты и могильные камни. Дав ему фору в десять секунд, Жучка бросилась в погоню. Уже через три ловких прыжка гончая нагнала добычу. Барды дружно заиграли на гитарах и запели, перекрывая звуки, с которыми собака трапезничала.

Из парной могилы одновременно поднялись муж и жена. Увидев кучу призраков и, как им показалось, человека с лопатой, они испугались и обняли друг друга. Из-за берёзки выглянула Люся Петрова.

– Рустам! – громким шёпотом позвала она кладбищенского сторожа, – Рустам, я здесь!

Вампир молча повернулся и поднял бровь. Женщина, кивнув сама себе, на цыпочках подошла поближе.

– Рустам, вы их пугаете! – шепнула она на ухо сторожу.

– Людмила, – вампир тяжело вздохнул, – если наши бородатые друзья сейчас перестанут петь, эта парочка напугается ещё сильнее. Жучка ещё не доела.

Петрова махнула рукой, и сама подошла к новоиспечённым привидениям. Шепнув им что-то, Люся увела обоих за берёзки. Видимо, решила провести инструктаж самостоятельно, хотя раньше никогда сама к новеньким не подходила.

Из четвёртой могилы послышались хрипы и стоны. Гончая к тому времени закончила ужинать и вернулась к остальным.

– Делаем ставки, господа! – Рустам встал с лавочки и взял в руки лопату, – Кто угадает, тому разрешу выйти с кладбища на час.

Барды сразу начали галдеть. Вариантов было не особо много, но самих бардов было меньше, так что существовал риск совсем не угадать. Сторож уже начал раскидывать землю лопатой и скомандовал стоп мозговому штурму. Бородачи назвали свои варианты. Алексей не хотел за ограду всего на час, так что не стал и участвовать.

Из могилы появилась тонкая рука с дорогим маникюром. Следом за рукой под лунный свет вылезла симпатичная голова женщины средних лет. Сплёвывая землю, она увидела занесенную над ней лопату и подняла ладонь, призывая остановиться.

– Не надо меня бить! Тьфу! – ведьма попыталась стереть землю с лица, но только сильнее её размазала, – Лучше помогите выбраться.

Рустам галантно подал руку. Женщина выкарабкалась из земляного плена, отряхнула платье и, спросив, где выход, откланялась. Спор был проигран всеми троими участниками. Расстроенные барды поплелись в свою часть кладбища.

Алексей продолжал сидеть на чужом надгробии и болтать ногами. Жучка положила голову ему на плечо, едва не уронив парня. Оставалась последняя, пятая, могила, но оттуда так никто и не появился.

– Лёх, у меня тут дела кое-какие, – нарушил тишину Рустам, – Если выйдет призрак, то проинструктируй сам. Если нежить какая – крикни, я в сторожке буду. Только давай без кодов, нормально крикни!

Парень кивнул, не поднимая на сторожа глаз. Вампир, оставив лопату воткнутой в могилу ведьмы, растворился в темноте.

– Здесь кто-нибудь есть? – нерешительный девичий голосок раздался из-под земли.

Алексей подскочил от неожиданности. Жучка же не растерялась.

– Выходи, почти все ушли, – настолько ласково, насколько позволяло собачье горло, прорычала гончая.

Над могильным холмиком показалась голова юной девушки. Увидев красные глаза и огромные зубы, она ойкнула и скрылась.

– Не бойся, Жучка тебя не тронет! Она добрая! – Алексей нагнулся и протянул руку.

Адская гончая недоумевающе посмотрела на парня, закрыв зубастый рот, но забыв втянуть внутрь язык. Технически, он был прав, ведь ела Жучка только злодеев и грешников.

Тоненькая ручка ухватилась за руку Алексея. Девушка вылезла из своей могилы, рефлекторно отряхнулась и осмотрелась.

– Я теперь призрак, да? – спросила она, снова схватив парня за руку.

– Ага. Я Лёша, это Жучка.

– Я Нюся, очень приятно, – девушка кивнула собаке и снова перевела взгляд на Алексея.

– Обычно, инструктаж проводит ночной сторож, но в этот раз он попросил меня. О, кстати, он забыл тут лопату, – парень подмигнул собаке.

Жучка не могла подмигнуть в ответ, поэтому просто улыбнулась во все свои сорок восемь. Взяв лопату, гончая унеслась в сторону сторожки.

– Спасибо, – выдохнула Нюся, – она меня немного пугает.

– Поначалу, она всех пугает. Непривычно выглядит, вот и пугает, – Алексей широко улыбнулся.

– Ты что-то говорил про инструктаж.

– Ах, да! Точно! В общем, смотри. За территорию кладбища выходить нельзя. Иногда сторож по особым случаям может отпустить, и на пару праздников можно выйти, но это правила для тех, кто останется здесь навсегда. Если у тебя дела незаконченные есть, то ты застрянешь тут. Если же нет, то на сороковой день тебя Тузик заберёт.

– А Тузик такой же, как Жучка? – с ужасом в глазах спросила Нюся.

– Нет! Что ты! Тузик – небесная гончая. Он белый и пушистый, правда, не особо ласковый.

– Поняла. А до сорокового дня я буду тут с тобой?

– Со мной и с остальными. На кладбище есть целая семья, они в пожаре погибли. Остались тут, потому что виновника так и не наказали. С ними сейчас семейная пара, – парень указал на сдвоенную могилу рядом.

– А здесь что случилось? – Нюся кивнула головой на раскопанную могилу ведьмы.

– И такое бывает. Не все после смерти становятся призраками. Есть ещё упыри, вурдалаки, мавки, ведьмы с колдунами. Кстати, сторож наш вообще вампир. В этой вот могиле ведьма была. Она ушла минут пятнадцать назад.

Нюся с огромным удивлением смотрела на Алексея. Он говорил так буднично, что девушке стало жутко интересно.

– Ещё у нас тут трое бардов живёт, – парень продолжил инструктаж, – Они на фестивале ядовитых грибов наелись. Почему их Тузик не забрал, я не знаю. Они со мной не разговаривают. И ещё у нас есть Григорий. Он вообще не в курсе, что он давно умер, потому что он сумасшедший.

– А ты?

– Что, я?

– Почему тебя Тузик не забрал?

– Не знаю, – Алексей опустил голову, – Я даже не знаю, как я тут очутился.

– Значит, быть нам тут с тобой вместе до скончания времён!

– Стой! Разве ты не погибла в аварии вместе с остальными?

– В аварии? Нет! Я вышла на балкон, а потом очнулась здесь. Значит, Тузик и меня не заберёт?

– Наверное, – парень грустно посмотрел на Нюсю и поджал губы.

– Ну и ладно! Здесь, должно быть, довольно весело! – радостно воскликнула девушка.

– Не особо, если честно, – Алексей удивлённо распахнул глаза, ведь он ещё не видел такой реакции у новоиспечённых привидений.

– Это по тому, что раньше у тебя не было такой соседки, как я!

Она захохотала и побежала осматривать новый дом, увлекая парня за собой. Где-то вдалеке Григорий жалобно мяукал, забравшись на верхушку дерева.