Кто ты?

Глава 1

Сегодня он предстал передо мной в облике говорящего кота с зелёной шерстью, порванными ушами и донельзя наглыми жёлтыми глазами. Нет, я не какой-нибудь обдолбанный нарик и не алкоголик, допившийся до «белки» в поисках смысла жизни. И уж конечно же, я не сумасшедший. Я вполне нормальный человек, адекватно воспринимающий окружающую действительность. И тем не менее, я его вижу. Кого, спросите вы? Если бы я сам знал…

Первый раз я увидел его с месяц назад. Да, точно. Это была пятница, восемнадцатое декабря. В тот день (вопреки всем своим жизненным принципам) я прилично поупирался на работе и сильно подустал. Устал так, что мысль о традиционных пятничных «оттянушках» вызывала у меня скорее неприятие, чем предвкушение. Поэтому я решил тупо отправиться домой. Посидеть немного перед телевизором, высосать бутылочку-другую пивка и завалиться баиньки пораньше. Ну, а назавтра, со свежими силами… Человек, как говорится предполагает.

Он сидел на подоконнике в подъезде и болтал ногами. Чебурашка. Чебурашка обыкновенный, можно было бы сказать, если бы в природе водились чебурашки. До того момента я был твёрдо убеждён, что данное… пусть будет млекопитающее, может существовать только в виде героя старого мультипликационного сериала о разумном прямоходящем крокодиле, одной очень вредной бабульке в женской школьной форме советского образца и, собственно, об этом самом, ушастом сапиенсе. Теперь же, как я понял, пришло время менять убеждения. Или признать… да, я не ангел в белых одеждах. С веществами, изменяющими сознание, знаком не понаслышке. Но, как уже говорил, никогда ими не злоупотреблял. А в тот вечер и вовсе был чист, «как стёклышко»… Однако факт наличия чебурашки… нет, лучше всё-таки Чебурашки… в своём подъезде отрицать не мог.

Вы скажите, что это, возможно, была кукла. Ах да, он болтал ногами. Такими, знаете ли, ногами – вроде бы из одних стоп (больших очень) состоящих. А ещё он моргал. Очень натурально моргал. Так что если это и была кукла, то какая-то суперсовременная. Механизированная. Или вернее, роботизированная. А что, в Японии, я слышал, делают такие игрушки. Так что, всё просто. Электронная игрушка-робот. Так? А вот хрен вам! Он был живой! Это сразу чувствовалось. Вряд ли я смогу объяснить… не было в нём ничего механического, что ли…

Между тем Чебурашка… спрыгнул с подоконника (ловко так спрыгнул, приземлившись на свои огромные ступни) и подбежал ко мне. «Пошли, погуляем» – пропищал он голосом Клары Румяновой и сунул в мою ладонь свою мохнатую ручонку.

Скажете, что можете понять, что я почувствовал в тот момент? Зря. Даже у меня это вряд ли получится. Одно помню наверняка. Мир поплыл. Нет, моя голова не начала кружиться, и зрение продолжало чётко фиксировать свежевыкрашенный интерьер хрущёвского подъезда. Но внутри черепной коробки вдруг расцвёл целый букет новых мыслей. В основном о том, что мир, вопреки утверждениям нашего старшего менеджера Валеры (являющегося по совместительству так же и нашим внештатным философом) совсем не так прост, открыт и понятен. А совсем даже наоборот.

Букет в моей голове взорвался ярким фейерверком и, рассыпавшись гроздями разноцветных искр, исчез. Совсем. Мир снова обрёл твёрдую форму. Никакого Чебурашки рядом и в помине не было. Я стоял в полутёмном подъезде (соседи после установки счётчика на общедомовые нужды договорились вкручивать лампочки через этаж) совершенно один. Никаких странных ощущений я не испытывал, и только память (ох, и паскудной же штукой она бывает!) твердила: «Был, был Чебурашка».

Все выходные я чувствовал себя (простите за хреновый каламбур) немного не в себе. Сидел в Интернете, собирался даже кое-кому позвонить – вовремя одумался, к счастью. Ничего путного из моих попыток найти объяснение пятничному происшествию не вышло. Всё сводилось к тому, что я испытал галлюцинацию, вызванную (поскольку дело точно было не в наркотиках или алкоголе) каким-то стрессом. Для меня такое объяснение являлось неприемлемым, ибо я стрессы не испытываю. Никогда. Просто потому, что в них не верю. Я убеждён, что это понятие придумали люди, стремящиеся выгадать что-либо в определённых ситуациях. Не знаю, может это и не так, но лично со мной за всю жизнь ничего подобного не происходило. Про меня всегда говорили: «Спокоен, как удав».

Короче, покумекав субботу и воскресенье (на что ушло двенадцать бутылок пенного), я решил «забить». Это один из моих основных жизненных принципов – если проблема не имеет видимого решения, следует просто «забить». Ну вот я и «забил». Сразу полегчало. А потом вообще всё было «ништяк»…

Целых две недели. То есть следующий раз ОН заявился первого января. Представляете? ПЕРВОГО ЯНВАРЯ! Какие тут ещё могут быть варианты? Никаких. Однозначно – пережрал. Только я-то моментально понял, что дело совсем не в этом. Потому что сразу вспомнил Чебурашку. Собственно, я его и не забывал. Хотя честно признаюсь – пытался. В общем, я ни на секунду не засомневался – дело не в праздничных возлияниях и недосыпе.

Кстати, во второй раз это был совсем не Чебурашка. Б…дь! Лучше бы пришёл тот лохматый недомерок!

Часа в три (первого дня наступившего года) я наконец нашел в себе силы, чтобы выбраться во двор. Конечно, чтобы проветриться годился и балкон, но мне вдруг отчаянно захотелось размять ноги. По-настоящему. Со снежным скрипом. Самый Главный Праздник в Году я отмечал с друзьями «на хате». Новогодняя ночь прошла как обычно – с традиционным сморщиванием морды после первого бокала шампанского и возгласом «кислятина», с поглощением всяческих салатов, отбивных и обильным поливанием их (уже в желудке) водкой и коньяком. А также с хождениями к соседям и поздравлениями оных, и с просто хождениями – с этажа на этаж в поисках «своей» двери. Ну, ещё всякие прыжки под музыку (типа танцы) и обжималки с особями противоположного пола. Один раз у меня даже получилось с одной… ну очень свободных взглядов, представительницей… блин, забыл спросить, как её зовут… народу у Витька всё-таки собралось… даже чуть больше, чем «до хрена».

Да ладно, я же совсем про другое. На лавочке возле подъезда сидел Рэмбо. Ну, конечно Рэмбо, кто же ещё! Что я Рэмбо не знаю? Короче, на скамейке сидел голый по пояс Сильвестр Сталлоне и ковырял своим огромным ножом у себя под ногтями. От каждого движения под его кожей бугрились мышцы. Большие такие. Просто огромные. Но мне на физическое развитие представшего передо мной персонажа было в тот момент на…ть, ибо меня озаботило другое. Это что же получается? Тогда, в декабре… тот глюк не был что ли разовым явлением? Так?

Сталлоне посмотрел на меня приветливым взглядом.

– Садись, – коротко сказал он по-русски и похлопал ладонью по покрытой инеем скамейке.

Я присел. Не могу сказать, что остатки хмеля мгновенно выветрились у меня из головы, всё-таки вчера (плюс сегодня) я так… нормально так набрался, но ясность в мыслях вдруг проявилась кристальная.

– Скажешь чего, или как? – спросил киногерой, растопырив пальцы и любуясь своим моникюром.

Я оглянулся. Во дворе не было ни души. Не считая меня и Джона Рэмбо, разумеется.

– Холодно сегодня, – произнёс я негромко.

– Ну так январь, – кивнул Сталлоне.

– А Чебурашка где? – спросил я.

– Так ведь праздник. Выходной. С друзьями, наверное. Бухают, черти, – усмехнулся Рэмбо.

– А вы что же? – я решил, что тыкать знаменитому человеку, пусть даже он и был галлюцинацией, не стоит.

– Я отгулы зарабатываю. Летом хочу взять недельку к отпуску. В Афган смотаться надо.

Я поёжился. Нет, определённо мне такое положение вещей не нравилось. Почему я это вижу? Наверное, без психиатра не обойтись… Сейчас, говорят, можно совершенно анонимно обследоваться.

Да, надо обратиться. А пока, потакать собственному… временному расстройству?

Сильвестр Рэмбо вдруг резко развернулся и, прижав меня к спинке скамейки, приставил нож к моему горлу.

– Думаешь я не настоящий? В галлюцинации меня записал? Вот я сейчас полосну тебя по сонной артерии…

Я зажмурился. По спине, под одеждой пробежала горячая струйка пота. Хорошо хоть не обоссался, подумал я и вдруг понял, что меня больше никто не держит. Открыв глаза, я увидел, что сижу на лавочке совершенно один. Никакого Рэмбо рядом и в помине не было.

Да, однозначно к «психу» на приём. Но это потом, после праздников. А сейчас нужно вернуться в тепло.

В прихожей, напротив зеркала стоял хозяин хаты. Витёк внимательно рассматривал свою… лицо конечно же, хотя слово «морда» сейчас было бы гораздо уместнее.

– Ну чё, нагулялся? – спросил он.

– Где все? – спросил я вместо того, чтобы ответить.

– Да в комнате, похмеляются. Вернее, заново начали.

Да, декада новогодних праздников, это всё-таки антинациональный проект. Можно приравнять к геноциду русского (и не только) населения. Ибо потреблять столько дней подряд спиртосодержащие жидкости… ну да ладно, я им всем не отец.

– Кто ж это тебя так расцарапал? Неужто Наташка? – раздался Витькин голос.

Я увидел, что он с удивлением смотрит на меня и водит рукой возле шеи.

Подойдя к зеркалу, я всё понял. Моя шея и воротник пуховика были измазаны запёкшейся кровью. Нет, это не царапина. При внимательном рассмотрении сомнений не возникало. На шее у меня оказался самый настоящий порез. Хоть и небольшой.

– А, – махнул я рукой, – побриться хотел. Не получилось.

– По-пьяни, конечно не стоит, – согласно кивнул Витька. – Ну, пошли, накатим по стопесят.

Я покачал головой.

– Знаешь, Витёк, пойду я. Вспомнил тут кое-что. Обещал одному человеку.

– Ну иди, – Витька не стал меня уговаривать. А что ему, в квартире людей и так, как селёдок в бочке.

К себе я вернулся в полной душевной прострации. Все праздники просидел дома. На звонки не отвечал, ни с кем не встречался. Не пил, естественно.

Галлюцинации не могут воздействовать на людей физически, в этом я не сомневался. Раз Рэмбо смог меня порезать, значит, он не был воображаемым. Он явился мне во плоти, так сказать…

Но это же полный бред! Шизофрения, это, конечно, неприятно, но, по крайней мере, понятно. И излечимо. Наверное. На ранних стадиях? Во всяком случае, можно надеяться. Но если я видел живых… может, правильнее сказать, настоящих? Рэмбо и Чебурашку…

Описывать далее тот сумбур, что творился в тот момент в моей бедной голове не имеет особого смысла. Скажу просто, что выручил меня мой любимый принцип – я забил. Забил и решил существовать далее. Даже интерес появился – типа, что там дальше будет, новые гал… а, теперь я даже не знаю, как это называть. Одним словом, я решил подождать дальнейшего развития событий.

Как я уже сказал, в новогодние каникулы никуда не выходил. Живу я один, поэтому доставать меня было некому. Дни пролетели в забое монстров в «Пэйнкиллере» и просмотре голливудских шедевров на ДВД. И именно последнее принесло мне ощутимые дивиденды. Кто бы мог подумать.

Как сказал когда-то один отечественный классик марксизма, из всех искусств, важнейшим для нас является американское кино… или он как-то по-другому сказал? А, не важно. Важно то, что из всех жанров этого важнейшего из искусств я предпочитаю различную фантастическую белиберду. А более всего – мистические триллеры. Ну, знаете там, экзорцисты, бесы… вот во время просмотра одного из таких шедевров, а именно блокбастера о похождениях Константина Киануривзовича Повелителя Тьмы меня и осенило. Демоны! Они, гадкие, кто же ещё! Не знаю, куда я им соли насыпал, но только решили они окаянные покоя меня лишить и жизнь мою испоганить. И Чебурашка этот, и Сильвестр Сталлоне липовый, все они – суть порожденья Тьмы и Мрака.

Сразу стало мне на душе светло и просторно, поскольку одно дело играть в тёмную и совсем другое – точно знать с кем или чем имеешь дело. Завтра же пойду в храм, свечку поставлю, святой водицы… стоп! Завтра же на работу. Каникулы кончились. Ну да ничего. После работы схожу.

Но в храм я не пошёл. Как выяснилось – не зачем. Утром, встав с постели и отправившись на кухню, я обнаружил там очередного гостя. В этот раз всё было гораздо прикольнее, чем в первые два. За кухонным столом, на табурете восседал Иван Андреевич, мой непосредственный начальник. Ну, не совсем он, потому что этот Иван Андреевич был гораздо меньше того… которого я каждый день вижу в офисе. Примерно наполовину… или около. Проще говоря роста в… этом демоне было всего метр. Ну, может чуть поболее. Оттого его ноги (в таких же дорогих ботинках, как и у оригинала, только меньшего размера) до пола не доставали, а свисали с табурета. В остальном это был вылитый Андреич, только, если так можно выразиться, в сувенирном исполнении.

Памятуя о своих вчерашних умозаключениях, я резко выкрикнул: «Изыди, бес!» И осенил себя крестным знаменем.

– Ну, не надо, – сморщив маленькое личико протяжно произнесла сувенирная копия моего шефа. – Не демоны мы.

– Докажи! – выдохнул я.

– Вот те крест! – побожился гость и перекрестился по всем правилам, предписанным канонами РПЦ. Я опешил. Чего-чего, а подобного я не ожидал. Вчера, придя к выводу, что мои мучители суть есть демоны, я успокоился. Потому что такая ситуация вполне могла иметь решение. Сегодня я снова оказался в лапах неизвестного, ибо сидящее на моём табурете существо выполнило действие, для демона однозначно недоступное.

– Кто же вы такие? – с трудом выдавил я.

– Ну, во-первых, должен тебе признаться, что всё-таки не «мы», а «я». Так как все эти разы, тебе являюсь я один. Хотя и в различных обличиях. Тут уж не обессудь. С детства люблю рядиться, – уменьшенная копия Андреича закинула ногу на ногу.

– То есть и Чебурашка… – я помотал головой.

– Да, да, – произнёс мой собеседник с лёгким раздражением. – Экий ты, сынку, непонятливый! И Чебурашка, и Рэмбо, и вот сейчас, это всё – я. Единственный и неповторимый.

– Лучший в мире Карлсон, – совершенно ни к месту добавил я.

– Не, Карлсоны, они в Швеции. А я Русь-матушку люблю. У вас природа красивая, – сказал гость.

– Да кто ты такой?! – меня прорвало. – И что тебе от меня надо? Что ты ходишь вокруг да около? Можно прямо сказать…

– Тебе в дверь звонят, – перебил меня он.

Я резко обернулся. Звонка я не слышал, но сработал рефлекс. А повернувшись обратно, обнаружил, что посетитель исчез.

Нет, он точно не демон. Потому что он – козёл!

Прошло ещё восемь дней и наступил день сегодняшний. Теперь он восседает на том же подоконнике, на котором я увидел его в первый раз. В образе Чебурашке. Сейчас он выглядит почти обыкновенно – просто кот. Только зелёного цвета. Сначала у меня в душе мелькнула слабая надежда, что это устроили дебилы-близнецы из тридцать восьмой квартиры – с помощью зелёнки, но…

Да ладно, не в первый раз.

– Опять ты? – тихим голосом спросил я у кота.

– Воспитанные люди сначала говорят «здрасьте», – назидательным тоном произнёс котяра.

Бл…, бл…, бл…! Он реально издевается. Хотя, если подумать… Куклачёв бы, наверное, выпал в осадок. Мелкодисперсный.

– Послушай, – сказал я миролюбиво, – у меня был трудный день, я устал, я хочу отдохнуть. Может перенесёшь свой визит на воскресенье?

– Не будет больше никаких визитов. Я попрощаться заскочил, – сказал кот и, встав на четыре лапы, потянулся.

– Как? Почему? – я, честное слово, растерялся даже.

– Скучный ты, неинтересно с тобой, – ответил кот и издал мяукающий звук. – Вы современные люди, вообще, скучные создания. Даже если и находится среди вас кто-то, кто способен нас видеть, так обязательно или олигофрен конченный, или тупой, как пробка. Без воображения совсем. Вот вроде тебя. Так что, не поминай лихом и прощай навсегда. Больше я к тебе приходить не буду.

– Да кто же ты такой, объясни, наконец! – выкрикнул я…

Но кот уже не был зелёным. Передо мной на подоконнике сидел обыкновенный бело-рыжий кошак и дико вращал глазами. Ему, несомненно, было очень страшно. Дико взвыв, он спрыгнул на пол и рванул куда-то вверх по лестнице.

Пару строк вместо эпилога.

Прошло полгода – сейчас на дворе лето. Странные создания (или всё-таки страннОЕ созданиЕ?) больше не появлялись(ОСЬ?). Думаю, что теперь ничего подобного со мной уже не случится. Никогда. Я решил пересмотреть некоторые свои жизненные принципы, благодаря чему нехило продвинулся по служебной лестнице – теперь мы с Андреичем почти на одной ступеньке. Короче, я всем доволен. В целом.

Правда иногда – вечерами, по пятницам обычно – в голове мелькает мысль: может я упустил свой шанс? Но это бывает не часто.