Когда шепчут ведьмы

Глава 1

Вниз уходила каменная лестница с плохо обтёсанными ступенями. Она плавно изгибалась, не давая возможности увидеть, куда ведёт. Редкие факелы, вставленные в щели между неровными камнями стен, слегка потрескивали и шипели, освещая небольшой участок рядом с собой.

В самом конце лестница упиралась в массивную низкую деревянную дверь. Сквозь узкую щель пробивался тусклый свет. Раздался пронзительный крик.

- Отпусти! — она перешла на визг, пронзительный настолько, что можно было оглохнуть. — Уйди, а то морок наведу! - проорала ведьма, задыхаясь от собственных воплей.

В её глазах пылал огонь ненависти, перемешанный с беспомощностью. Ненависть к тому, кто смог сломить её и подчинить себе. Она упала на каменный пол, размахивая руками, словно хотела за что-то схватиться.

Её нечеловеческий визг снова сотряс стены: - Хочешь, сожги меня, только прекрати! Я не могу больше! Сними его с меня! - она пыталась дотронуться до тоненького кожаного ремешка у себя на шее.

Обессиленная, она тяжело дышала, не в состоянии издать больше ни звука. Её оголённая грудь тяжело вздымалась, каждый вздох давался ей с неимоверными усилиями. Грязные ступни слегка подрагивали, точно их сводили судороги.

Чья-то рука стянула со стоявшей рядом кровати грязное одеяло и заботливо прикрыла тело.

***

- Томас, ты можешь нормально сказать? Алло, ты пропадаешь! Чёртова дыра! - я с психу ударил своим телефоном по обивке пассажирского сиденья.

Дорога извивалась, словно змея в серпентарии. Она виляла вдоль морского побережья, четко следуя его береговой линии.

Если бы я знал, что поездка будет столь «приятной», я бы однозначно выбрал железную дорогу. От бесконечных поворотов и периодической «стены» слева меня знатно укачивало. Не представляю, что бы было со мной, сядь я на пассажирское место.

- Алло! Томас, ты меня слышишь? - я снова набрал его номер.

- Пол, ну наконец-то, - раздался взволнованный голос в трубке. — Что у тебя там происходит?

- Нормально всё у меня, - коротко бросил я, переживая, что связь снова пропадёт. — Тебе прислали материалы по делу?

- Да, всё у меня. Я тебе уже отправил на почту.

- Ты читал уже? Чёрт, - выругался я, влетел правым колесом в небольшую ямку.

- Так, успел мельком посмотреть. Сейчас сложно что-либо сказать. На первый взгляд похоже на ведьмин наговор. Но что-то смущает меня.

- Что именно?

- Раньше мы с таким не сталкивались, один-два, ну семья. А тут целый городок.

- Ладно, сам посмотрю. Я уже скоро буду.

Пейзаж за окном начал меняться: скалистый берег сменился холмистой местностью, поросшей низкой травой. Дорога резко свернула в сторону, и я начал удаляться от морского побережья.

Бесконечные повороты закончились, дорога была прямая, как натянутая струна, я с облегчением вздохнул и поудобнее устроился в водительском кресле.

Стрелка уровня топлива настойчиво показывала, что лучше бы мне сейчас заправиться. Впереди замаячил щит заправочной станции. Не раздумывая, я свернул с основной дороги и остановился возле обшарпанной колонки.

Со стороны моря надвигались темно-серые тучи, даже скорее серо-синие. Над горизонтом в недрах движущейся массы изредка проскакивали бледные вспышки.

Вставив «пистолет» в открытый лючок, я направился в сторону небольшой одноэтажной постройки.

Над головой мелодично прозвенели колокольчики, из-за длинного прилавка сначала показалась блестящая лысина, а затем и сам её обладатель.

Он поспешно взял со стойки бейсболку и одним движением натянул на свою голову.

- Что вы хотели? - он слащаво улыбнулся. Видимо, таким образом пытаясь показать своё дружелюбие.

Но местами пожелтевшие зубы только вызвали отвращение. Я невольно провёл языком по своим зубам.

-Полный бак, - быстро ответил, стараясь не смотреть ему в лицо, постукивая пальцами по стойке.

Опустив голову вниз, мужчина за стойкой начал нажимать какие-то кнопки, и выгнутый козырёк частично скрыл его лицо.

Я подошёл к полкам с товарами и пробежался взглядом по скудному выбору.

- Что-нибудь ещё? — не отрываясь от своего занятия, спросил он.

- Да, пожалуй, вот это, - я поставил перед ним пластиковую бутылку воды.

Пока его пальцы ритмично стучали по клавишам, мой взгляд зацепился за большую карту, висящую за его спиной.

- С вас ровно пятьдесят четыре…

- Карточку принимаете? - я открыл своё портмоне.

- К сожалению, нет, - он сделал виноватое лицо, - был у нас терминал, в прошлом месяце, как интернет пропал, до сих пор починить не могут. Так что, старые добрые наличные у нас в почёте, - он снова обнажил свои зубы, вблизи они выглядели ещё хуже.

В этот момент я мысленно поблагодарил Томаса, который в самый последний момент настоял, чтобы я снял хоть немного наличности, и губы сами расплылись в улыбке.

Судя по реакции моего собеседника, её он воспринял на свой счёт.

- Вы первый раз у нас? - он ловким движением смёл купюры и начал быстро их раскладывать по ячейкам.

- Раньше не доводилось. В сезон предпочитаю отдыхать южнее.

- И как понравилось? - он начал отсчитывать сдачу.

- Можно помельче? - попросил я его, наблюдая, какие купюры он достал. - А разве море может не понравиться, как и отдых в целом?

- Сэр, вы абсолютно правы. Но вот взять, к примеру, меня. Считай, живу у моря. А вы спросите, когда последний раз я его видел, - он положил на пластиковую чашку мою сдачу.

- И когда же?

- Года три как не видел, - он усмехнулся уголком губ. - Куда дальше направляетесь? - он облокотился на стойку. Судя по всему, не так часто к нему заезжали покупатели.

- Прямиком вот сюда, - я показал пальцем на карту за его спиной.

- Не знаю, сэр, что вас там могло заинтересовать, - протянул мой собеседник. - Больное место.

- Почему?

- Да всякое говорят. А у нас народ просто так языком болтать не любит.

Я посмотрел на него, едва приподняв бровь: «Ну уж точно не про тебя», - мелькнуло у меня в голове.

- И о чём же народ говорит? - я протянул ему одну из купюр, которую ещё не успел сложить.

- Да много чего, - он улыбнулся и посмотрел на оставшиеся купюры. - Вы верите в легенды?

- Я их люблю слушать, - ещё одна купюра ушла к нему в руки.

Он довольно потёр руки и сунул деньги себе в карман.

- Говорят, что несколько столетий назад здешние почитали ведьм. Они урожай их охраняли, хворь всякую исцеляли. Но потом что-то произошло, и разлад между ними случился. Тут уж без подробностей. Но рассказывают, что прокляла одна ведьма эту землю. А силы в ней было не чета современным.

- Современным? - я прищурился.

- Поверьте, не надо сомневаться. Уверяю, они и по сей день среди нас, - его голос был вкрадчивый и, как мне показалось, слегка убаюкивающий. - И проклятье это было не простое, оно не сразу подействовало, а через поколения. Вырождаться люди здесь стали, нет детей и всё. А потом неожиданно всё прекратилось. Может, время пришло, а может быть, и искупили они грехи свои.

За окнами послышался шум начинающегося дождя.

- Смотрите-ка, не обманули синоптики, - точно в срок.

Липкая атмосфера, которая сгущалась каждую секунду, пока он вёл свой рассказ, моментально рассеялась.

- Спасибо за столь интересную сказку, - я невольно улыбнулся.

- О нет, сэр, это не сказка.

Я посмотрел на его серьёзное лицо и поспешил к машине, пока дождь не набрал свою силу окончательно.

Накинув свою лёгкую куртку на голову, я кое-как успел добежать до небольшого навеса над колонкой и запрыгнуть в машину.

Дворники едва справлялись с потоком воды, «захлёбываясь» при каждом движении. Из-за плохой видимости я не заметил, как въехал под высокие раскидистые деревья.

На дороге снова появились повороты, но уже не такие крутые, а больше затяжные. Мне пришлось сбросить скорость, чтобы не вылететь с намокшего асфальта.

Я проехал минут десять, когда дождь заметно стих, и машина покатила по тёмному туннелю, образованному кронами деревьев.

Что-то большое бросилось с обочины прямо под колёса, взвизгнули тормоза, машину понесло.

Едва справляясь с управлением, я смог затормозить на обочине, едва не слетев в заросший кустарником кювет. Машинально нажав на кнопку аварийного сигнала, я откинулся на спинку и убрал с руля дрожащие руки.

Глубоко дыша, я приоткрыл окно и вдохнул запах намокшей листвы, дворники едва поскрипывали, а поворотники издавали характерное пощелкивание.

Вы живы?! — неожиданный удар по боковому стеклу заставил меня резко дёрнуться.На меня смотрел незнакомец в дождевике, капюшон закрывал его лицо, удалось только разглядеть покрытые щетиной щёки и подбородок.

— Да, всё нормально, — я опустил окно чуть ниже.

— Аккуратнее нужно быть на дороге в такую погоду, — с нотками осуждения сказал он.

— Там кто-то был, — окончательно придя в себя, я открыл дверь и встал на мелкие камешки обочины.

К моей машине вел след от экстренного торможения. Я посмотрел в сторону кювета и понял, как же мне повезло. Внизу лежало упавшее дерево с обломанными ветвями. Словно средневековая шипастая булава.

— Вы кого-то сбили? — голос незнакомца стал встревоженным.

— Не знаю, не понял, — я растерянно вглядывался в начало тормозного пути.

Дождь практически прекратился, но с листвы ещё срывались крупные капли и громко падали на крышу машины.

- Там кто-то лежит! - вскрикнул я, показывая на правую обочину от меня.

Срываясь на бег, я бросился к тому месту, где, как мне показалось, лежала фигура, одетая в черную свободную одежду.

Я был уверен, что слышу, как за мной по мокрой дороге бежит незнакомец. Ошеломленный, я остановился возле обочины, где начинался след от шин, там никого не было.

Рывком повернувшись я посмотрел назад, вдалеке стояла моя машина и ритмично мигала фарами. Резкая тишина окутала всё вокруг.

Оранжевые вспышки уменьшили свою частоту, шуршание листвы над головой стало едва различимым. Я в панике мотал головой, пытаясь понять, куда пропал человек в дождевике.

«Беги!» —прошептал женский голос мне в ухо.

Волосы на моих руках встали дыбом. Я медленно повернул голову, в ожидании увидеть фигуру, которая произнесла эти слова. Но вокруг ничего не поменялось, я был один на лесной дороге.

«Беги!!!» — пронзительный голос, переходящий в визг, заставил меня схватиться за уши, я со всех ног побежал к машине.

Едва соображая, трясущейся рукой повернул ключ зажигания. Машина, разбрасывая щебень, рванула с места и с визгом помчалась по мокрому асфальту.

Неестественный ужас охватил меня, нога словно вросла в педаль газа. В какой-то момент я начал осознавать, что если не сброшу скорость, в следующий поворот я уже могу не вписаться.

Собрав остатки своей воли и оторвав одну руку от руля, я сунул её во внутренний карман своей куртки - пальцы нащупали шершавую грань Ксантинского куба.

Едва я прикоснулся, невидимая рука схватила меня и выдернула из объятий страха. В зеркале заднего вида мелькали деревья - никакой погони за мной не было.

Окончательно сбросив скорость, я вытащил реликвию и зажал её в свободной руке. Деревья неожиданно расступились, справа от дороги стоял огромный баннер с выцветшими буквами: «Вас приветствует Сенекстаун».

Небольшой город расположился у подножия восточного склона массивного хребта. Со всех сторон его окружали густые лиственные леса.

Неожиданно заиграла мелодия моего телефона. Боясь выпустить небольшой кубик из рук, я поднёс телефон к уху.

- Пол! Ты где? Ты куда пропал?

- Я уже в городе, - за окном замелькали невысокие дома окраин.

- В смысле, ты уже в городе? Ты должен был тут как минимум часа два назад, - возмутился Томас.

- Не понимаю тебя, скоро буду, - телефон упал на кресло рядом со мной.

Отель представлял собой небольшое трёхэтажное здание, как и большинство домов города. Моя короткая поездка показала, что самым высоким зданием была старая церковь в викторианском стиле.

Оставив машину возле обочины, я вышел на узкий тротуар, отделяющий проезжую часть от небольшого палисадника с пышными кустами. К входной двери вела узкая тропинка, вымощенная плоскими камнями.

- Добрый вечер, - раздался приятный женский голос.

За стойкой ресепшена стояли две молодые женщины, на вид лет тридцати пяти. Как две капли похожие друг на друга.

- Добрый вечер, у меня забронирован номер, на имя Томас Андерсон.

- Да, конечно, ваш…? - она закончила с вопросительной интонацией.

- Коллега, - уточнил я.

- Ваш коллега заселился час назад.

Она повернулась ко мне спиной, позволив отметить её стройную фигуру, и взяла из из маленькой ячейки ключ с небольшим округлым брелком.

- Мария, проводи, пожалуйста, гостя, - она обратилась к своей копии.

- Прошу Вас, - Мария вышла из-за стойки и указала мне на деревянную лестницу.

Я следовал за стройной женщиной в обтягивающей темно-бордовой юбке и таким же «тугим» пиджаком.

- Вы так похожи, - сказал я ей в спину.

- Вы шутите? — невозмутимо ответила она.

- Не совсем понял.

- Вы сказали, похожи. Нас никто различить не может, - я не видел её лица, но был уверен, что она улыбается. — Ваш номер, - она остановилась возле матово-чёрной двери, открыла замок и беззвучно распахнула дверь.

- Мария, подскажите, в каком номере остановился мой попутчик?

- Рядом с вашим, номер тридцать два, - она улыбнулась и показала свои ровные белоснежные зубы. Не говоря больше ни слова, она пошла в сторону лестницы.

Я закинул сумку в свой номер, тут же вышел, закрыл дверь ключом, подошёл к соседней двери и постучался.

Послышались шаги, и дверь открыл мой верный напарник.

- Пол! - он схватил меня за руку и потянул к себе.

Похлопывая по моей спине, он втянул меня в свой номер.

- Ты куда пропал? Как ты так долго добирался?

- Это очень странная история, - я прошёл в уютную комнату с большим окном во всю стену. И устало опустился в кресло с высокой спинкой.

- Ты зачем его достал? - он посмотрел на мою руку, в которой я зажимал куб. — Ты же знаешь последствия!

- Это была чрезвычайная ситуация, - выйдя из номера, я машинально снова взял его в руку. И только после слов Томаса понял, что лучше мне его вернуть в карман.

- Тогда тебе придётся мне всё подробно рассказать, - он сел напротив меня, нас разделял небольшой журнальный столик.

- Может быть, сначала поедим?

- Нет, - иногда спорить с ним было просто невозможно.

Спустя полчаса моего подробного рассказа, Томас откинулся и закурил сигарету.

- Опять? — я осуждающе посмотрел на него.

Докурив до половины и оставив мой вопрос без внимания, он затушил её в пепельнице и подошёл к окну.

- Если я всё правильно понимаю, это был ведьмин морок, именно поэтому тебе помог твой «кубик». И морок такой силы, что ты застрял где-то, - он отодвинул белоснежную тюль и снова отпустил её.

- Ты сам всегда твердил, что морок могут наводить только ведьмы от рождения, а их сейчас не осталось.

- И не каждая от рождения такой силой обладает. А только представительница третьего внебрачного поколения, и между ними не должно быть мальчиков.

Раздался приглушённый звон часов где-то со стороны коридора.

- Это сколько сейчас? — я посмотрел на наручные часы. — Восемь! — удивлённо протянул я.

- Ладно, Пол, ты прав. Пойдём где-нибудь поужинаем.

- Дай только переоденусь, - меня окончательно отпустило, и я почувствовал, какая влажная у меня одежда.

- Я тебя внизу подожду, - кивнул он.

Я зашёл в свой номер, он был практически точно таким же, как у Томаса. Одна большая комната на входе, с окном от пола до потолка, небольшой диван, телевизор во всю стену и два полосатых кресла вокруг журнального столика.

В спальне стояла огромная двуспальная кровать с резными стойками по углам. Как только я её увидел, пожалел, что решил сначала поесть, а не пойти сразу спать.

Сняв с себя всю одежду и покрутившись, повесил её на деревянную спинку высокого стула. Достав из сумки свежее бельё, направился прямиком в ванную. Томас точно будет ворчать, но минут десять я у него украду.

Тёплый душ, словно десяток закруглённых спиц, покалывал мою спину и голову. Я закрыл глаза и подставил под них лицо.

Рука, в которой я так долго держал Ксантинский куб, задрожала мелкой дрожью.

- Чёрт, в этот раз совсем быстро, - я схватил её другой рукой.

Глава 2

- А ты что думал, меня можно просто так тревожить? - услышал я знакомый голос, которым я сам же и говорил.

Я упал на кафельный пол душа, пытаясь удержать свою руку, которая целенаправленно пыталась меня схватить за горло.

- Ну перестань, не сопротивляйся! Сколько мы уже с тобой, десять лет? - несмотря на кажущуюся обыденность разговора, рука продолжала тянуться ко мне.

- Может быть, договоримся, как всегда? - сказал я на выдохе своим голосом.

- Нет, Пол, мы никогда не договоримся. Так уж я устроен. Ты меня используешь. Я забираю частичку тебя, пока ты сопротивляешься.

- Давай поговорим? - я прекрасно знал, что он был словоблуден и, когда говорил, ослаблял свою хватку.

- Вот это я люблю. О чём на этот раз?

- Что это было там, в лесу? — я озирался по сторонам, пытаясь придумать, как мне ещё можно его удержать.

- О, это было интересно. Давно я такой силы не чувствовал. Мощная, старая сила, - пальцы коснулись моей ключицы.

- Кто она? — мои пальцы начинали соскальзывать с моей руки.

- Не знаю. Скажу только, что давно тут. Спала долго, теперь не спит, - рука высвободилась и схватила меня за горло, медленно сжимая пальцы.

Не в состоянии больше сопротивляться, я из последних сил пополз в сторону двери, перед глазами потемнело.

- Пол! Пол, очнись, - меня кто-то тряс.

Я открыл глаза. Надо мной склонился Томас и встревоженно держал меня за плечи.

- Всё нормально, - я сел на холодный кафельный пол ванной.

- Живой?!

- Как видишь, - я потрогал себя за шею. Она болела, словно была одним сплошным синяком.

- В этот раз совсем рано. Нельзя больше тебя оставлять. На, - он протянул мне полотенце, я только сейчас осознал, что так и сижу голый.

Поднявшись на ноги, я скептически осмотрел шею в зеркало.

- Почему душит постоянно? — задрав подбородок, спросил я, не рассчитывая на ответ.

- Ты бы хотел, чтобы он тебя за другие места трогал? - Томас заржал.

- Смешно.

- Ну, рассказал что-нибудь?

- Как всегда, ничего конкретного, только намёки. Мол, тут сила старая и вроде как разбудил её кто-то. Ладно, если ты не против, я закончу начатое, - перешагнув через невысокий бортик, закрыл за собой полупрозрачную дверь.

- Я у тебя посижу, - громко сообщил мне Томас.

Этот замечательный предмет, Ксантинский куб, достался мне совершенно случайно в нашей последней экспедиции в составе большой группы археологов на шумерских зиккуратах. И с тех пор моя жизнь значительно изменилась.

Кто бы мог подумать, что рядом с моим привычным миром существует другой, более мрачный и полный зловещих тайн.

- Я готов, - мой напарник снова закурил, сидя в кресле напротив окна.

- Наконец-то! Ну что, идём, - он потушил только начатую сигарету.

- Когда ты уже бросишь? - проворчал я, закрывая свою дверь.

- Пол, если тебе удалось пройти этот путь безболезненно, это ещё не значит, что другие тебе должны.

- Твоя манера изъясняться меня когда-нибудь доконает.

- Ты зачем его опять взял? - он обратил внимание на бледно-золотой кубик на цепочке, который я положил себе в карман.

- Мне так спокойнее, - отрезал я.

- Ему так спокойнее, - Томас вздохнул, и мы пошли в сторону лестницы.

За стойкой ресепшена всё так же стояли две абсолютно похожие близняшки. Мы подошли к ним, чтобы сдать ключи.

- Мария, а Вы не познакомите нас с Вашей сестрой? - с улыбкой спросил я.

Одна из них улыбнулась, я сделал вывод, что это и была моя проводница.

- Меня зовут Маргарита, - ответила она.

Я цыкнул: - Промахнулся.

Они обе рассмеялись, видимо поняв, что я имел в виду.

- А Вам не говорили, что Вы неотразимы? - вступил в разговор мой напарник.

- Говорили, - сказала та, которая действительно была Марией.

- Милые девушки, а вы не расскажете, где два одиноких мужчины могли бы хорошо поужинать в вашем городе? — спросил я, облокотившись на стойку.

- Тут недалеко есть прекрасное заведение. Хорошо готовят и уютное. Да, Мария?

- Полностью с тобой согласна.

- Возможно, вы составите нам компанию? - Томас едва заметно улыбнулся мне.

Я попытался было помотать головой, но в конце концов решил, что день выдался непростым и приятная компания нам не помешает.

Они переглянулись, было ощущение, что они обмениваются мыслями, обсуждая, стоит ли им с нами идти.

- Хорошо. Если вы нас подождёте, - начала Маргарита.

- У нас через десять минут заканчивается смена, - подхватила Мария.

Выглядело это как одна начала предложение, а вторая его закончила.

Мы присели на темно-зелёный диван, пока молодые женщины скрылись за незаметной дверью сбоку от их рабочего места.

Ресторан оказался действительно приятным и, к моей радости, располагался через дом от нашего отеля.

Большинство столиков были пустыми, мы сели в уютном углу рядом с окном. Пока готовили наш заказ, мы взяли бутылку шампанского и два бокала виски.

- Ну что, за знакомство! Дамы, - Томас взял за руку сначала одну, потом другую и поцеловал их.

Они смущённо рассмеялись от его поступка.

- А вы знали, что наш город находится на первом месте по числу однополых близнецов? - сказала Маргарита, покачивая бокалом.

- Да вы что! Как интересно, - Томас явно был сегодня в ударе.

Передо мной поставили огромный стейк с гарниром из спаржи с дольками картофеля - выглядело более чем аппетитно.

- А вам что-нибудь известно про местную легенду? — мой нож легко разрезал толстый кусок говядины.

- Её все у нас в городе знают, - беззаботно ответила Мария.

- Я как раз собираю подобные легенды. Вы не расскажете? — Томас снова поцеловал руку девушки.

Напротив нас через один столик сидела пара в возрасте, и женщина недовольно отвернулась в тот самый момент, когда Мария засмеялась, губы моего напарника переместились от кисти выше к плечу.

- О, это жуткая история. Давным-давно, - голос Маргариты перешёл на шёпот, а Мария едва сдерживала смех. — В этих краях водились ведьмы. И были настолько могущественными, что могли управлять самим временем, - мы невольно переглянулись с Томасом. — Даже урожай созревал быстрее, чем у соседей. Но за всё нужно было платить. Местные жители должны были отдавать каждые пять лет своих самых лучших девушку и парня. Девушка становилась ведьмой, а парень бесследно исчезал.

- Но зависть одолела местных жителей, - подхватила ей рассказ Мария. — Решили они подчинить себе силу. И жестоко поплатились они за свою жадность. Прокляла их старшая ведьма. И стало вымирать племя людское.

- Но потом внезапно всё прекратилось, - завершил я их рассказ.

- Да, - с улыбкой подтвердила Маргарита и заинтересованно посмотрела на меня. — И с тех пор в нашем городе рождаются девочки-близняшки.

- Но вы-то сами верите в неё? — я отправил в рот розовый кусок мяса.

- Разве не похоже? — они наклонили друг к другу свои головы.

- А чем вы занимаетесь? — Мария с улыбкой разглядывала нас.

- Мария, чем мы только не занимаемся, - Томас вытащил бутылку из ведерка со льдом и наполнил бокалы. — Давайте скажем так, мы выполняем очень необычные заказы. Очень необычных людей.

- Как неинтересно, - протянула Маргарита.

- А почему ваш друг больше молчит? - Мария сделала глоток шампанского.

- У него сегодня был очень непростой день, - поспешно ответил ей мой компаньон.

Девушки звонко смеялись над шутками Томаса, Маргарита периодически поглядывала на меня.

- Может быть, ко мне? - предложил Томас, когда мы остановились возле дверей отеля.

- Нам такое запрещено, - хихикнула Маргарита.

- А мы никому не скажем, - подмигнул он ей. — Давайте ещё возьмем шампанского?

- Я пас. Лучше пойду спать, - я готов был упасть замертво от усталости, ещё дико болели мышцы на шее.

Томас что-то шепнул Маргарите.

- Пол, а вы знали, что я училась на массажиста? - она нежно взяла меня под руку.

- Ну, массаж мне нравится, - устало улыбнулся я.

Когда мы шли через холл, наши спутницы подскочили к одиноко стоящей суровой женщине, что-то ей быстро сказали. И вернулись к нам, периодически срываясь на смех, их сменщица явно была недовольна таким поведением.

Сильные женские пальцы коснулись моей спины и медленно начали разминать мои мышцы.

- Пол, у тебя такая напряженная спина. А это что? — она ткнула пальцем чуть ниже левой лопатки.

- Если ты про круглый шрам, то это след от ранения.

- Ого, в тебя стреляли?!

- Ну, можно и так сказать, только это была не пуля, а стрела арбалета.

- Какой кошмар, - её пальцы дотронулись до моей шеи со стороны спины.

- С шеей у меня проблемы, лучше её сейчас не трогать, - предостерёг я её.

- Как скажешь, - я почувствовал как она перешла к моей пояснице..

Незаметно для себя я начал погружаться в сон. Как бы я не сопротивлялся, в какой-то момент его волна накрыла меня и уже не дала мне «выплыть».

Я стоял на лесной дороге возле чего-то бесформенного, накрытого чёрной потрёпанной тканью с засохшими пятнами крови. Недалеко от меня стояла моя машина и мигала аварийными фарами. Нечто шевелилось под тканью и тяжело дышало. Моя дрожащая рука взялась за край ткани и начала медленно тянуть её на меня.

Из-под ткани появилась грязная маленькая ступня. Ещё мгновение, и вокруг всё замерло, а знакомый голос словно эхом раздался в моей голове: «Беги!»

Я резко открыл глаза, сквозь плотные шторы пробивался солнечный луч, который точно падал мне на лицо.

Рядом лежала Маргарита, её гладкая спина медленно поднималась и опускалась при каждом вздохе.

Приподнявшись на локти и подложив подушку повыше, я осознал правильность вчерашнего выбора в минимизации спиртного.

Нащупав рукой свой телефон, открыл почту и начал смотреть высланные мне материалы. Ничего интересного я для себя не нашёл: сорок пять листов мелкого текста, рассказывающего о местном фольклоре, включая историю, которую вчера успел услышать дважды.

Наша цель была оговорена достаточно чётко: выяснить причины частых самоубийств, которые все до единого происходили в ближайшем лесу.

Я открыл карту и посмотрел на отмеченные места обнаруженных тел. Все они находились приблизительно в одном районе: недалеко от проходящей через лес дороги.

- Ты уже проснулся, - моя гостья открыла один глаз.

- Да, не спится. Выспался, наверное, - я провёл рукой по бархатистой коже её бедра.

Маргарита села, облокотившись на спинку кровати, и прикрыла грудь тонкой простынёй.

- Чем будем сегодня заниматься? — она повернула голову на бок, её длинные волосы касались кровати.

- Нам с Томасом нужно будет поработать, - я улыбнулся. — А как же вы, разве у вас нет смены?

- Нет, - она загадочно улыбнулась. — Сегодня мы абсолютно свободны, - она оплела мою шею, заставив меня поморщиться, она всё ещё болела, и поцеловала в губы.

Раздался стук в дверь.

- Так, извини, - я соскочил с кровати, накинул халат и подошел к двери.

- Вы что, ещё в постели?! - возмутился Томас, рядом с которым стояла Мария.

- Быстро одевайся, идём завтракать, у нас куча дел, - он зашёл без приглашения в мой номер.

Мы сидели за столиком в том же самом ресторанчике и пили отличный ароматный кофе.

- Так, девочки, нам с Полом нужно сегодня кое-чем заняться, а вечером я предлагаю снова встретиться. Что думаете? — Томас сделал глоток кофе и откусил хрустящий тост.

Девушки переглянулись и, захихикав, хором ответили: «Мы только за».

Закончив завтрак и попрощавшись, мы с Томасом подошли к моей машине.

- Ну что, какие планы? — спросил я.

- А сам как думаешь? Материалы читал? — Томас сменил свою маску шутника на привычную мне маску зануды.

- Пробежался немного, - мы сели в машину. — Я так понимаю, в лес?

Он молча кивнул.

Машина резво бежала по уже известной мне дороге. Томас всё время поглядывал на свой телефон, сверяя наше местоположение.

- Удивительно, как всё меняется при свете дня, - заметил я, когда мы заехали под кроны деревьев.

- Так, давай тут помедленнее, - сухо сказал мой напарник.

- Хоть иногда вёл бы себя со мной как со всеми, - я презрительно глянул на него.

- Ты должен радоваться, что знаешь меня настоящим. А остальное для девчонок. Остановись-ка здесь.

Я медленно съехал на обочину и включил аварийные сигналы.

- Ну что, пошли? — уверенно сказал я.

- «Игрушку» с собой взял?

- Взял, взял, - я потянул за ручку водительской двери.

Сквозь густую листву пробивались редкие лучи солнца, оставляя на черном асфальте золотистые пятна. Я стоял возле машины и рассматривал знакомые следы на дороге.

- Слушай, так со мной это тут произошло.

- Ты уверен?

- Ну да, вот следы. Там я остановился, - я махнул в сторону, откуда мы приехали.

- А у нас есть хоть какая-то рабочая версия? — я присел на корточки рядом с началом тормозного следа. — Томас?

Мой напарник замер в странной позе, словно кто-то нажал на паузу. Только сейчас я заметил знакомое ощущение, как будто бы я находился на дне огромного бассейна.

- Да что тут происходит? — я попытался вскочить, но с первого раза у меня не получилось. Тело не слушалось меня. Я всё видел, чувствовал, но тело словно находилось в липкой и очень вязкой субстанции.

Краем глаза я заметил, как за моей спиной мелькает фигура, одетая в какие-то чёрные лохмотья. Пытаясь повернуть голову, напряг мышцы шеи, боль напомнила мне о вчерашнем происшествии. Сам того не осознавая, я потянулся к своему карману.

За моей спиной зашептались женские голоса. Разного возраста, некоторые принадлежали совсем ещё детям, а какие-то хрипели, словно их обладательницы вот-вот испустят последний дух.

К моей спине прикоснулись десятки рук, они трогали мои плечи, я чувствовал прикосновения множества пальцев на моей шее. Кто-то дёргал меня за рукав, не давая мне дотянуться до кармана.

- Ну что ты, перестань, куда ты тянешь свои ручки? — просвистел старческий голос у меня над ухом.

- Он хочет уйти от нас, — раздался детский голос, а вслед за ним послышался смех.

От несмолкающего бормотания у меня закружилась голова. Я стал медленно наклоняться вперёд. Что-то тяжёлое давило мне на спину, прижимая меня к земле.

«Хватит», — эхом разлетелось по лесу. Это был знакомый голос, тот, который в прошлый раз на этом месте приказал мне убежать.

Женские голоса взвыли, но не отступили, а только сильнее забормотали.

- Он сам! Сам пришёл, — стонали шёпотом они.

- Мы не можем дать ему уйти. Пусть тот уходит, — прошептала старуха.

Кто-то схватил меня за руку, весь мир перевернулся у меня перед глазами. Ударившись лицом об асфальт, я на мгновенье потерял зрение.

Когда я открыл глаза, надо мной медленно покачивались кроны деревьев. Я попытался поднять руку, и она свободно повисла в воздухе. Рядом раздался знакомый кашель, я повернул голову. Недалеко от меня сидел Томас и торопливо затягивался сигаретой. Его правая рука заметно тряслась, а с левой, которую он держал на колене, стекала кровь.

- Что с тобой? — спросил я заплетающимся языком.

- Пол, мы в такое дерьмо вляпались, — он одной затяжкой укоротил сигарету на треть.

- А почему так потемнело? — только сейчас до меня дошло, что куда-то пропало полуденное солнце.

- Потому что уже вечер, Пол, — Томас выкинул докуренную сигарету и достал новую.

- Так, — я попытался привстать, у меня резко закружилась голова. — Я вышел из машины и присел возле следов. В этот момент словно время остановилось. А за нами кто-то наблюдал, и много женских голосов.

- Много?! — Томас ухмыльнулся, словно я сказал какую-то глупость. — Да они были повсюду. Не знаю, может сотня. Старые, молодые, совсем ещё дети, и все женского пола. Пол, — он замолчал, — Они тебя хотели забрать.

- Куда?

- Я бы сказал куда, — недобро бросил он, — Ладно, давай вставай.

Он поднялся и протянул мне руку, я с трудом оторвал свою спину от земли и, пошатываясь, пошёл к машине.

Спина у тебя в хлам, наверное? — он скептически разглядывал меня сзади.

- Давай ты поведёшь, — не дожидаясь ответа, я пошёл на пассажирское место.

Усаживаясь на сиденье, я понял, как сильно у меня болит спина.

- Ты думаешь, там раны? — спросил я, когда машина тронулась с места.

- Крови нет, но у тебя вся шея в синяках в форме пальцев. Ты почему свою игрушку не использовал?

- Я до него даже дотронуться не мог, — в голосе была досада и злость на самого себя. — Как рука? — рука Томаса была наспех перевязана его же оторванным рукавом от рубахи.

- Могло бы быть и лучше. Но так я хоть тебя вытянул, — он вёл машину здоровой рукой.

- Так что это было? — я посмотрел в окно на мелькающие за ним деревья.

- Лучше в отеле поговорим. Так безопаснее будет.

- Как скажешь, — не отрываясь от окна, согласился я.

Глава 3

Томас сидел в кресле с забинтованной рукой и не спеша курил. По телевизору крутились местные новости, стройная блондинка рассказывала об урожае винограда. Он взял пульт и сделал звук на минимум.

- Ты как?

- Нормально, - я опустился в кресло напротив, - Если не считать, что всё тело болит. Как будто меня палками били.

- Глубоко резанул? — спросил я, разглядывая его руку.

- Ну, швы накладывать не буду. Но всё-таки перенервничал, можно было и не так глубоко, - он поморщился.

У него была очень интересная способность: пуская себе кровь, он видел вещи такими, какие они есть. Чем больше он её терял, тем более сильные наговоры развеивал.

- Ну теперь можешь мне рассказать, что случилось?

Томас молчал, открыл бутылку виски и плеснул в два бокала.

- Я не сразу заметил, что попал в петлю. — он сделал небольшой глоток. — Ты вышел, сел у обочины и стал разговаривать со мной. И так естественно, говоришь и говоришь. А я стою и понять не могу, что именно. Вроде слова-то знакомые, а смысл уловить не могу, - он посмотрел в окно и снова вернулся к своему бокалу. — А когда понял, едва не опоздал. Ты бы видел, сколько их было, - если бы я его не знал, то подумал, что он испугался.

- Так говорил-то я что?

- «У жив я, бетя», - он усмехнулся. — А я стою и думаю, какой «батя»?!

- И что это значит?

- «Я тебя вижу» наоборот.

Залпом опрокинув стакан, я поставил его на столик.

- Есть хочу, - жрать хотелось просто неимоверно. — Как там наши девчонки?

- Пол, может быть, сегодня по номерам? Я-то ладно, рука не нога, ходить могу. А у тебя спина сплошной синяк.

- Может быть, ты и прав, тогда ужин в номер?

- Согласен, - он кивнул и взял трубку неприметного телефона.

- Девушка, здравствуйте, можно в тридцать второй номер, - дальше я уже не слышал, что он говорит, так как решил привести себя немного в порядок.

В спальне стоял вечерний полумрак, включив небольшую прикроватную лампу, я открыл свою сумку и вытащил кожаный свёрток, перевязанный ремешком. Аккуратно развязав узелок, я развернул широкую ленту с множеством узких кармашков, из которых торчали длинные стеклянные бутылочки.

Пробежавшись пальцем, я остановился на кармашке с надписью «Pulsatílla». Небольшая продолговатая склянка была наполнена тёмно-фиолетовой жидкостью, которая едва заметно флуоресцировала. Не любил я использовать всю эту народную медицину, но, как показывала практика, действовала она намного эффективнее, правда, с некоторыми побочными эффектами.

Ещё из одного кармашка я достал инсулиновый шприц и набрал полную дозу. Заранее накинув на руку резиновый жгут, я затянул его чуть выше сгиба локтя и заработал кулаком. Бледно-синяя вена вздулась, давая возможность ввести в неё «раствор».

Тонкая игла без проблем вошла под кожу, и светящаяся жидкость медленно проникла в меня.

Рука обмякла, и я выронил шприц. С каждой секундой мой мир наполнялся новыми звуками и образами. Разноцветные вспышки с преобладанием фиолетового ослепляли меня.

- Старая дрянь, - выругался я, - Опять намешала! — Моё тело завалилось на бок, так что я видел только дверь в комнату.

- Вы только посмотрите, - кто-то запищал у меня за спиной.

- Как так можно, - ответил столь же высокий голос.

Я попытался перевернуться, чтобы посмотреть, кто это говорит, но сразу сделать не получилось. Попытки раскачаться тоже не увенчались успехом.

- Вот они всегда так, - один голос был очень возмущён. — А нам приводи их в порядок.

- И не говори. Такие противные и уродливые они, - согласился второй голос.

Я почувствовал лёгкий ветерок возле своей спины. Лёгкое пощипывание началось от шеи и постепенно спускалось ниже к пояснице.

- Хорошо, что этот не волосатый, - как же меня подмывало посмотреть, кому принадлежали эти голоса. Но тело отказывалось меня слушать.

- Фу-у, посмотри на это, - судя по всему, мои лечащие «врачи» дошли до поясницы.

- Всё, закончили, - удовлетворённо произнёс второй голос.

- Ну что, теперь возьмём с него плату?

К моему затылку прикоснулось что-то очень холодное и медленно начало погружаться в шею. Я почувствовал резкую боль и, судя по всему, отключился.

Пришёл я в себя так же резко, как и провалился в беспамятство. Тело полностью вернулось под мой контроль, и я быстро вскочил, сев на краю кровати.

Спина заметно меньше болела, даже скорее не болела совсем. Подойдя к зеркалу, я начал крутиться, чтобы разглядеть, что у меня сзади.

И, судя по всему, меня хорошенько подлатали, синяки практически ушли и были едва различимы.

Довольный собой, я натянул на себя свежую футболку и вышел из номера. Едва я коснулся соседней двери, как она медленно открылась.

Я аккуратно приоткрыл её сильнее, готовый к любому событию. Но все мои переживания были напрасны. За небольшим столиком сидел Томас в окружении незнакомых мне женщин, как две капли похожих друг на друга.

- Пол, - радостно вскрикнула одна и, подскочив, направилась ко мне. - Ну сколько можно тебя ждать? — Не ожидая такой реакции, я растерянно посмотрел на своего напарника.

- Ты там уснул? — бросил он мне, не отвлекаясь от второй.

- Можно тебя на минуту, - обратился я к нему и кивнул головой в сторону его спальни.

Мы зашли в комнату, и я прикрыл за собой дверь.

- Томас, что происходит? Это кто и почему они меня знают?

- Пол, твою мать, - он резко схватил меня за край футболки и заглянул под неё. — Что ты колол?

- Ты меня извини, я эти названия не могу произнести. Фиолетовая дрянь, как всегда. Только в этот раз как-то иначе, голоса какие-то были.

- Ты бы почаще со старухой общался, - он презрительно посмотрел на меня. - В следующий раз и отвалиться может что-нибудь.

- Времени не было. Она что-то орала вслед. Я опаздывал, - начал оправдываться я.

- Эти две маленькие дряни забрали твои воспоминания, - без эмоций бросил Томас. — Ладно, пошли, будешь знакомиться заново. Хотя так даже интереснее, - он ухмыльнулся.

- Мария, Маргарита, у нашего Пола небольшая проблема: от переутомления он потерял память о вчерашнем дне, - весело прокричал Томас, как только мы вышли из спальни. - Так что, Маргарита, у тебя есть уникальная возможность познакомиться снова, - добавил он и подмигнул.

- Мальчики, вы всегда так дурачитесь? - удивлённо спросила одна из близняшек.

- Конечно нет, такие мы только с вами, - и он приобнял одну из девушек.

- Томас, а как ты так быстро начал нас различать? — спросила она с улыбкой.

- Мария, обижаешь, - и он сделал оскорблённый вид. - Ну как я могу тебя с кем-то перепутать?!

Но, скорее всего, он смог их так быстро различить потому, что был ещё под остаточным действием от своего кровопускания. В таком состоянии даже самые незначительные различия бросались ему в глаза.

- Ну что же, будем знакомы, Пол, - я поцеловал руку Маргарите, и она звонко рассмеялась.

На ужин нам принесли добротные стейки, свежие овощные салаты и большую вазу с фруктами, на которую в основном налегали мои «новые» знакомые.

Заметно осоловев от еды и виски, Томас начал выпроваживать нас с Маргаритой за дверь, ссылаясь на крайнюю усталость, при этом не забыв подмигнуть Марии.

- Может тогда к тебе? — улыбнулась Маргарита, когда за нами захлопнулась дверь.

- Да я только за, - и, достав ключ, пошёл к своей двери.

Неприятное ощущение в области шеи заставило меня проснуться. В полумраке комнаты на фоне окна виднелось очертание фигуры Маргариты. Судя по едва заметному движению простыни, она крепко спала. Сев на край кровати, я потёр шею, тянущее чувство пропало вместе с желанием спать.

На телефоне было три часа ночи, стараясь не шуметь, я вышел из спальни и прикрыл за собой дверь.

Запахнув халат, я включил свет и сел в кресло. Всё это время мне не давало покоя предчувствие, что за мной кто-то наблюдает. Словно кто-то ходил за мной след в след, стараясь держаться точно за мной.

Я встал и подошёл к небольшому зеркалу. Кроме моей небритой рожи там никого не было. Видимо, усталость брала своё, я провёл рукой по лицу.

Схватившись рукой за карман, я резко развернулся, мне показалось, что за моей спиной стоит фигура в чёрном тряпье, которую я видел в лесу.

Сквозь толстую ткань халата прощупывалась чёткая форма куба. Комната была абсолютно пустая.

Я вернулся в кресло, не отрываясь от того места, где только что стоял. Нажал кнопку на пульте и облегчённо вздохнул, услышав тихую речь диктора.

«Прогони их», — раздался шепот у меня за спиной, я резко вскочил, попятился и, зацепившись за столик, едва удержался на ногах.

На маленьком диване сидела человеческая фигура, накрытая с головой в грязную рваную ткань.

Моё дыхание заметно участилось, я постарался взять себя в руки, на всякий случай поднёс одну руку к карману.

— Ты кто? — осторожно спросил я.

Фигура сидела и едва заметно шевелилась, ткань подрагивала, но хорошо скрывала того, кто прятался под ней.

- Прогони их, - снова послышался тихий напевный голос. Мне показалось, фигура всхлипнула.

- Кого их? Кто ты? — я снова повторил вопрос, не сводя с неё глаз.

- Тебе это не поможет. Прогони их, - последние слова она произносила через силу, как будто её кто-то начал душить.

Фигура под тканью начала извиваться, выгибать спину и хрипеть.

- Пол, - я обернулся, в дверях спальни стояла Маргарита, - что тут происходит?

- Стой там, - резко бросил я и снова посмотрел на диван, он был пустым.

Маргарита подошла ко мне и обняла за плечи: - Пол, тебе надо отдохнуть, - ласково сказала она. — Пойдём, - она взяла за руку и потянула меня в спальню.

Мы упали на кровать, и её влажные губы начали целовать мою шею, спускаясь к груди. Всё произошло так быстро, что я даже не успел снять с себя халат. Одним движением она развязала широкий пояс и села на меня сверху.

Свет, который проникал в спальню от уличных фонарей, подчёркивал её стройную фигуру и упругую, приподнятую грудь.

- Ты такой весь напряженный, - прошептала она, наклонившись к моему уху. — Расслабься, отдохни, - её голос убаюкивал меня.

Я закрыл глаза и почувствовал, как её руки гладят мою грудь, живот. Едва ощутимые прикосновения успокоили меня, произошедшие события отошли на второй план.

- Дурак, думал уйти от нас, - прохрипел старушечий голос над моим лицом.

Я резко открыл глаза, острая боль пронзила мой живот. Вместо обворожительной Маргариты на мне сидела старуха с морщинистым лицом.

Её плоская, обвисшая грудь чуть ли не касалась её живота, с нижней губы стекала тонкая нитка слюны, поблескивающая в тусклом свете.

Я попытался заорать, но вместо этого у меня из горла вырывались только приглушённые стоны.

Её длинные шишковатые пальцы разорвали мою кожу и погрузились в мой живот. Кровь тонкими, алыми струйками начала стекать по моим бокам.

- Давай посмотрим твои кишочки, - прохрипела она.

Она медленно вытащила руку, сжимая в кулаке мои внутренности. Перехватила их второй рукой; её кривые ногти впились в них, не давая выскользнуть.

- Сейчас попробуем тебя, сладенький, - с этими словами она вонзила свои зубы в мой кишечник.

Я заорал и резко сел, пытаясь ощупать свой живот.

- Пол! - кричала Маргарита и трясла меня за плечи. — Успокойся!

Отпихнув ее, я подскочил с кровати, распахнув халат, осматривая себя. Но на животе не было и царапинки.

- Что с тобой? — Маргарита испуганно жалась в угол большой кровати.

Щелкнул выключатель, это всё ещё была молодая красивая женщина с восхитительной фигурой.

Сев на край кровати, я обхватил голову руками, пытаясь успокоиться. Сон был настолько реалистичным, что я до сих пор ощущал, как она тянет мои внутренности.

- Может, мне лучше уйти? — послышался голос Маргариты.

- Извини, что напугал, - устало сказал я и запахнул халат. — Если хочешь, оставайся. Я вряд ли сейчас усну. Пойду поработаю.

Она ничего не ответила, только подтянула к себе простыню и прикрыла своё тело.

Выйдя в гостиную, я оглядел диван. На нём никого не было, как и в комнате в целом. Я сел в кресло и уставился на пустой диван, зажужжал телефон, лежащий на моём столе.

«Спишь?» - пришло сообщение от Томаса.

«Нет».

«Сейчас зайду».

Не прошло и минуты, в дверь постучали.

- Заходи, - открыв дверь, коротко поприветствовал я его.

- Что, не спится?

- Смотрю, тебе тоже не очень, - мы сели друг напротив друга. — У меня тут гостья ночью была, - я вытянул ноги.

- У меня тоже, - безразлично бросил Томас.

- Что говорила?

- Прогнать кого-то, - он взял с полки под столиком толстый глянцевый журнал.

- Ну и что всё это значит?

- Не знаю, - он пожал плечами. - Возможно, нас предупреждают о чём-то. А может, просят сделать что-то, - он задумчиво перелистнул страницу.

- Мы здесь второй день, а толком ничего не узнали, - устало сказал я, подвигая к себе бутылку с виски.

- Не узнал, - не отрываясь, констатировал Томас.

- И когда ты успел?

- Судя по всему, пока ты дрых, - он громко захлопнул журнал. — Пошли, покажу что-то, - он встал и направился к двери.

В его номере был включён свет, из спальни доносились странные звуки.

- Знакомься, настоящая Мария, - он толкнул дверь спальни.

На кровати, прикованная «тихими путами», лежала точная копия старухи из моего сна. Она пыталась вырваться, без остановки сквернословя.

- Сучьи отродья, думаете, вам удастся сбежать от нас? - прошипела она.

- Хороша, да? — Томас, не отрываясь, смотрел на бывшую красавицу.

- И как хорошо прячутся. Если бы не ситуация на дороге, я бы и не разглядел.

- Ты что, сразу увидел, когда мы сидели? — меня передёрнуло от мысли о близости с её сестрой. — Я же это целовал! - у меня подкатил ком к горлу.

- Ну так, промелькнули догадки. Сначала решил, что ошибся, очень уж ловкие.

- Мог бы предупредить, - меня стало немного мутить от вида её сморщенного лица. — А вторая не сбежит?

- Никуда она не денется. Они настоящие близняшки, так что путы и ту держат.

- Я ведь думал, что мне она приснилась, - Томас посмотрел на меня.

- А что же ты молчал? Тебе, судя по всему, повезло, когда я путы наложил, её сестра ослабла.

Непроизвольно засунув руку под халат, я снова погладил живот.

- Решил не упускать возможность? - с ухмылкой спросил Томас и заржал.

- Да пошёл ты, - мне было не до шуток.

- Пошли лучше посмотрим на твою красавицу.

В углу моей спальни, забившись в угол, сидела обнажённая Маргарита и вся тряслась, то ли от холода, то ли от страха.

- Жалко, конечно, такую красоту портить, - Томас открыл небольшую шкатулку, достал золотистую пудру и ловким движением швырнул щепотку.

На наших глазах молодое тело начало меняться, кожа обвисла, как и грудь, пальцы превратились в узловатые отростки, блестящие, прямые, черные волосы стали жидкими и седыми.

- Чтоб вы сдохли, - проскрипела старуха.

- Сдохнем, обязательно сдохнем, но не сегодня, - сказал мой напарник, покрутив у себя на пальце кольцо. — Встань и иди за мной, - приказным тоном скомандовал он. — Да, прикройся вначале.

Две наши красавицы были заперты в спальне Томаса, и мы вернулись в мой номер.

- Фактически, мы ничего не узнали, кроме того, что мы геронтофилы, - усмехнулся я. — Надо пойти зубы почистить, - добавил в конце.

- На, прополощи, - он усмехнулся и плеснул мне в стакан виски. — Ну что мы имеем по итогу, - он стал серьёзным. — В городе происходят частые самоубийства, практически все в одном районе. Как мы удостоверились, ведьмы тут действительно есть, и это не просто наговор. Есть странная гостья в чёрном и этот в плаще.

- Да, не густо, - я понюхал содержимое бокала.

- Предлагаю с утра двинуть по местным заведениям. Поболтаем с барменами, может быть, узнаем побольше. Эти две пусть пока подождут, может разговорчивее станут. Так я спать. Ты не против, если я тут расположусь? - он кивнул в сторону небольшого дивана.

- Да, можешь на постель лечь. Я, видимо, сегодня не усну уже.

- Нет уж, ваше гнёздышко я тревожить не буду, - он усмехнулся и, подсунув маленькую подушку под голову, отвернулся к спинке.

Глава 4

Мы спустились по лестнице в холл отеля. На ресепшене стояла неприятная с виду женщина, тоскливо смотрящая в одну точку.

- Уважаемая, - обратился я. — Не подскажете, как у вас в городе с питейными заведениями? — и слащаво улыбнулся.

- Смотря что вы хотите, - без особого интереса начала она. — Просто выпить или ещё поесть?

- А мы можем сначала выпить, а потом поесть, - Томас подмигнул ей.

- Не рано ли вы начинаете? - осуждающе проворчала она.

- Позвольте, мы на отдыхе, имеем право, - возмутился он и обиженно отвернулся к входной двери.

- Лева будет пивной бар, выпивки много, еды не очень. Справа есть ресторан, дальше тоже бар. Плохое место, одни пьянчуги собираются.

- Спасибо преогромное, - я шуточно поклонился.

Когда мы уже выходили, она крикнула нам вслед:

- Вы не видели случайно моих сменщиц? Должны были подменить меня с утра. Я вас вчера с ними видела, - в голосе звучали подозрительные нотки.

- Мы вчера с ними попрощались, после ужина, - не оборачиваясь, бросил напарник и шагнул за дверь.

Выйдя из отеля, мы остановились на узком тротуаре и стали оглядываться по сторонам.

- Ну что, как поступим?

Томас почесал затылок и провел рукой по лицу: - Ну давай так, ты иди в пивной, а я в тот, что за рестораном. Потом встретимся в ресторане и поедим.

- Может, сначала поедим? - после бессонной ночи и пары бокалов виски дико хотелось есть.

- Нет, давай сначала дела, - он начал ворчать что-то неразборчивое.

Я поднимался в горку по узкой пешеходной дорожке. Слева сменяли друг друга невысокие строения в один-два этажа. Небольшие магазинчики чередовались с жилыми домами с ухоженными лужайками.

По проезжей части лениво двигались машины, периодически нервно сигналя пешеходам, решившим перебежать неширокую улицу.

Напротив меня стояло двухэтажное здание, его внешний вид говорил, что оно было построено лет двести назад.

Над входной дверью красовалась деревянная эмблема в виде шишки хмеля, выкрашенная в светло-зеленый цвет. Под ней расположилось название самого заведения: «Хмель на склоне». Входная дверь была украшена мозаичными стеклами. Несмотря на массивный вид, она легко открылась.

Глаза быстро привыкли к полумраку помещения. Вдоль всего периметра располагались небольшие столики с деревянными стульями, напротив входа во всю стену стояла барная стойка с множеством пивных колонок различных форм.

Столики были пустыми, как и высокие стулья рядом за стойкой. Одинокий бармен натирал высокий пузатый бокал.

- Добрый день! Не часто к нам заходят в такое время, - с улыбкой сказал он, как только я сел на стул.

- Странно, ведь не так далеко от моря. Разве у вас не бывает туристов? - начал я разговор.

- Боже упаси, откуда?! - воскликнул он и закатил глаза. - На что тут у нас можно смотреть? Все туристы отдыхают на море. А оно не тут, а там, - он произвольно махнул рукой.

Судя по всему, мне повезло, поговорить он был очень даже не прочь.

- Что хотите выпить?

- Давайте начнём с чего-нибудь лёгкого, - я задумчиво посмотрел на стеклянные дверцы холодильников, искусно вмонтированных за его спиной.

- Туда даже не смотрите, - было видно, что он возбудился. - Я вам предложу нашего. Варим небольшими партиями. Вам повезло, сейчас как раз совсем свежее есть.

- Ну давайте попробуем ваше, - улыбнулся я. - И чего-нибудь поесть.

- Сэм, - крикнул он. Из подсобного помещения показалась голова молодого паренька. - Сделай по-быстрому нашу фирменную тарелку, - тот кивнул и скрылся из виду.

Передо мной на бирдекель в виде шишки хмеля поставили бокал, наполненный прозрачным светло-жёлтым пивом с белоснежной шапкой пены.

Бокал был прохладный и быстро начал запотевать. Я сделал большой глоток и, поджав губы, положительно покивал головой.

- Чёрт побери, восхитительно! - воскликнул я.

- А я вам что говорил! - довольный тем, что угодил, бармен радостно крякнул.

- Пол, - я протянул ему руку.

- Боб, - ответил он с улыбкой, и мы обменялись рукопожатиями. — Вы к нам надолго?

- Да как сказать. Я больше за компанию. Тут мой коллега по делам, - я снова пригубил пива.

- Как вам наш город? — бармен посмотрел сквозь бокал и, убедившись, что он достаточно прозрачный, взял новый.

- Тихий, спокойный. Очень много красивых женщин, - он понимающе закивал. — Никогда не видел столько близнецов.

- Ооо! - воскликнул он. — Наш Сенекстаун — лидер по ним, - чувствовалось, как он гордится этим фактом. — А вы слышали наши легенды?

- Какие именно? - я сделал самый заинтересованный вид и покрутил бокал на подставке.

- О том, как давным-давно у нас были ведьмы, - он заметно стал говорить тише.

Судя по всему, сейчас он выдаст мне заготовленную для гостей байку, которой он заговаривал зубы не одному посетителю. Решив, что снова слушать одну и ту же историю мне не особо интересно, я поспешил остановить его.

- Вы знаете, судя по всему, эта легенда пользуется у вас популярностью в городе. Мне её уже не один раз рассказывали, - я извиняющиеся улыбнулся.

- А я даже не сомневался, - он ухмыльнулся. - Но рассказывали ли они полную версию?

Я демонстративно посмотрел на часы: - Ну что же, давайте вашу историю, - и сделал большой глоток пива.

- То, что расскажу я, мало кто знает, - он облокотился на барную стойку. — Так вот, в давние времена в наших местах водились ведьмы. Местные почитали их, сила была в них неимоверная. Говорят, могли они даже с того света вернуть. Но и плату они брали соизмеримую, - только сейчас я заметил, как громко тикают напольные часы. — Но не все они были одинаково сильными. Было девять истинных ведьм от рождения.

- А потом люди стали завидовать им и решили полностью их дар себе подчинить, - не выдержал я.

- Торопитесь, сэр, - он смахнул со стойки невидимую пыль. - Так её все рассказывают. А на самом деле…, - он театрально замолчал.

- Ну так что там на самом деле? - голова стала заметно ватная от выпитого пива.

- А на самом деле ведьмы сами и изжили себя. Те, что были послабее, захотели себе силу забрать. В конце концов, осталась только одна, старшая ведьма. Но и она сгинула. А вслед за ней и весь род ведьмин. Только с тех пор начали в нашем городе близнецы рождаться и все девочки, - он снова взял бокал и начал его натирать.

- И куда же она сгинула?

- Об этом старики не рассказывают, - пожал он плечами.

Из дверного проёма сбоку от барной стойки показался паренёк с черным подносом, на котором стояла большая тарелка с закусками к пиву. Он подскочил ко мне и поставил тарелку рядом с бокалом: черные гренки, треугольные кусочки сыра в панировочных сухарях, несколько горячих куриных крыльев в обжигающего цвета соусе, круглые золотистые колечки и две небольших чашечки с красным и белым соусом.

- Ну, ребята, тут без ещё одной кружки не справиться, - весело заметил я.

Бармен улыбнулся и тут же заменил мой пустой бокал на новый.

- А где ваш коллега? — спросил он.

- Не знаю, пошёл прогуляться, говорят, у вас ниже по улице тоже бар есть.

- Зря он, конечно, туда пошёл. Не чета нашему, да и народ там собирается не самый приличный.

- Ну, значит, мне повезло, что я к вам попал, - черная гренка была в меру зажаренной и не сильно жирной. Обмакнув её в белый соус, я аппетитно захрустел.

- Я тут в новостях читал, что у вас место есть нехорошее в лесу, вроде как там часто люди гибнут.

Мой собеседник заметно помрачнел и с ещё большим усердием начал натирать бокал.

- Есть такое у нас. Всё это современный мир с его гаджетами и бесконечной информацией. Вот люди и не выдерживают. Особенно молодёжь, - он звонко поставил бокал. — А места у нас тихие. Живи и радуйся, чего им не хватает? Вот из-за таких, как они, люди к нам и не едут, - было видно, как он с силой сжимает тряпку.

Сзади раздался звук открывающейся двери, бармен расплылся в улыбке: «Проходите, рад Вас видеть».

Я обернулся и увидел Томаса, который только что вошёл. Подняв руку, я помахал ему приветственным жестом.

- А я смотрю, ты время не терял, - сказал он, подсаживаясь на высокий стул рядом со мной.

- Боб, налей-ка моему коллеге вашего замечательного пива, - я подвинул тарелку с закусками между нами.

- С удовольствием, - ответил бармен и протянул наполненный бокал.

- Как успехи? — обыденно спросил я.

- Считай, впустую сходил, - Томас в пару глотков выпил полбокала и тут же цокнул языком.

- Рад, сэр, что вам тоже понравилось, - тут же заметил Боб.

- Вашему заведению не один десяток лет, я прав? - Томас оглянулся вокруг.

- Нашему заведению сто восемьдесят лет, - гордо, чуть ли не вытянувшись по стойке смирно, произнёс бармен.

Я присвистнул, значит, первое впечатление меня не обмануло: зданию действительно много лет.

- И что тут было раньше? — поинтересовался мой приятель.

- Это место с самого начала было трактиром. И мы гордимся, что нам удалось его сохранить.

- А что, могли и не сохранить? — спросил я слегка заплетающимся языком, пиво оказалось крепче, чем я думал, и отправил в рот луковое кольцо.

- Сто лет назад у нас в городе случился пожар. Мало какие здания уцелели. А вот этот выстоял. Его пламя словно стороной обошло, - он с любовью погладил лакированную крышку стойки.

- Интересно у вас всё, конечно, - Томас откусил от куриного крыла и тут же закашлялся. — Боже, что же они такие острые?! - и одним махом осушил свой бокал до дна.

- Может быть, ещё? — тут же среагировал Боб.

Томас активно закивал головой.

- Слушай, ты вот упоминал стариков, которые вроде как много чего знают, - я повернулся на стуле лицом к Томасу и всем телом облокотился на стойку, меня окончательно разморило.

Боб стоял между нами и неутомимо натирал бокалы.

- Ну много или мало, сказать не могу. Но вот эту историю я от старой Агаты слышал, - задумчиво произнёс он. — Ей на вид лет пятьсот. Так она старуха старухой, а к нам иногда захаживает. Сядет вон за тот столик и долго так в окно смотрит, - он показал на столик в углу, рядом с большим окном, рама которого была собрана из небольших одинаковых стёкол.

- А мы с ней поговорить можем? - Томас весь покраснел от острых крыльев.

- Да кто же её знает. Сходите и попробуйте. Она недалеко отсюда живет, в старой части города.

Допив своё пиво и получив точную инструкцию, как найти нужный дом, мы вышли на улицу. Несмотря на всё гостеприимство заведения, выйти из полумрака было приятно. Я глубоко вздохнул и потянулся.

- Блин, я бы сейчас поспал, - сказал я, зевая.

- Потом выспимся, - Томас снова стал серьёзным. — Сейчас нужно как можно быстрее со всем этим разобраться.

- Ты думаешь, мы сможем? Вот так с наскоку. Ты знаешь, что у той легенды про ведьм есть и другая трактовка? — он вопросительно посмотрел на меня.

- Оказывается, это не местные решили силу их забрать, а сами же ведьмы, - я был горд собой, что смог хоть что-то узнать нового.

- Короче, как мне рассказал Боб, было девять истинных ведьм от рождения. Вот они-то как раз и были самыми сильными. А те, что слабее, решили силу их и забрать.

- Хуже ведьма обращённая, чем рождённая, - прошептал себе под нос Томас.

- Это ты к чему?

- Да так, вспомнилось просто.

- А кстати, никогда не задумывался над этой фразой. А что она вообще значит?

Мой напарник осуждающе окинул меня взглядом: «С кем я работаю?» - он ударил себя по лицу.

- Со мной, ты забыл, - сострил я. — Ну а если серьёзно?

- Считается, что ведьма от рождения может полностью управлять своей силой. К примеру, навела порчу или наговор, но если захочет, может отменить его. А обращённая такой силой не обладает. Если сделала, обратной дороги нет. Ну и истинная ведьма, как правило, сильнее.

- Это ты что хочешь сказать, что истинные «добренькие»?!

- Я ничего не хочу сказать. Отвечаю на твой вопрос. Нам надо меньше пить, - закончил он и осуждающе посмотрел на меня. — Пришли, - он резко остановился и повернулся в сторону темно-зеленой низкой калитки.

За невысоким забором располагался обычный цветочный сад, которых мы видели по городу не один десяток.

В глубине сада, между невысокими деревьями, стоял одноэтажный дом. Судя по всему, ему было достаточно лет, чтобы претендовать на первое место среди самых старых домов города. Но внешний вид говорил, что о нём заботились, регулярно красили и держали в порядке. Томас нажал на небольшую кнопку, расположенную рядом с калиткой.

- Вот как понять, работает она или нет? — задумчиво произнёс он и ещё раз нажал, задержав на этот раз палец подольше.

- Слушай, может, дома никого нет, - невыносимая дремота навалилась на меня, я сел возле кирпичного столбика и облокотился спиной к его прохладной поверхности.

- Может быть, - с этими словами он снова нажал на кнопку. — Хоть бы лампочку повесили, - проворчал он.

Я начал потихоньку клевать носом, тень от раскидистого куста только больше подстёгивала меня уснуть прямо здесь.

- Да сколько можно ждать? — ворчал над головой Томас и периодически нажимал на кнопку звонка. — Для чего-то же его тут поместили, - не успокаивался он.

Сидя прямо на тротуаре и вытянув ноги, я размышлял, что сейчас, скорее всего, похож на какого-то бездомного. Мне не хватало только картонной коробки и надписи: «Меня зовут Пол, и я хочу есть». Мне стало смешно от этой мысли.

- Слушай, Томас, а как ты думаешь, из меня получился бы бездомный? Как думаешь, я бы справился с их работой? — мне стало так смешно, что я не удержался и стал смеяться во весь голос. - Представляешь, я бы не справился, - задыхаясь от смеха, выдавил я из себя.

Резкая боль пронзила мои ребра, словно по ним кто-то ударил, и я начал задыхаться, хватая ртом воздух. Не понимая, что происходит, я снова начал смеяться истерическим смехом.

Боль стала невыносимой, схватившись за ребра, я начал сползать на бок, меня трясло от смеха, с которым я ничего не мог сделать.

- Да сколько можно звонить, дурацкий звонок, - Томас не оторвался от своего занятия даже в тот момент, когда я окончательно упал на правый бок, судорожно подергиваясь, пытаясь хоть как-то остановиться.

Руки едва слушались меня, собрав остатки своей воли, я протянул руку и коснулся выпуклого края у себя в кармане. Нужно было только дотянуться до моего артефакта, хотя бы пальцем, и пообещать выполнить часть своей сделки.

Беспомощно шарил пальцами по джинсам, я искал край кармана. В очередной раз пожалев, что не могу носить его на груди. Большой палец наконец-то зацепился за край и, нырнув под тугую ткань, коснулся металлической поверхности.

«Exsatura famem tuam», - промелькнуло у меня в голове.

Стоило мне мысленно произнести эти слова, как боль в груди отступила, сон словно рукой сняло. Я поднял глаза к Томасу, тот продолжал нажимать на кнопку и бубнить себе под нос.

Пошатываясь, я встал и схватил его за руку. Моё прикосновение под действием силы куба остановило его, он рассеянно посмотрел на меня.

- Прекрати, остановись! — громко сказал я сквозь зубы. — Нас поймали как сопляков, посмотри, - я указал на поверхность столба, которая была обращена к калитке.

Она вся была испещрена мелким текстом, символы были едва заметно пульсировали и переливались оттенками красного.

Послышался звук открывающейся двери, и на пороге дома появилась пожилая женщина. При явно преклонном возрасте она не производила впечатление немощной старухи.

Легкой походкой она направилась к нам. Мне показалось, что она едва касается каменной дорожки, ведущей от её дома.

- Чем могу помочь? - прохрипела она, как только подошла к калитке.

Судя по голосу и морщинистому лицу, ей давно перевалило за сотню лет.

Несмотря на произошедшее, Томас быстро взял себя в руки и спокойным голосом спросил: - Мы могли бы увидеть Агату?

- Госпожа Агата не ждёт гостей, - проскрипела старуха и прищурилась.

Глава 5

- Возможно, вы нам позволите с ней встретиться? — учтиво спросил Томас.

На пороге дома показалась ещё одна фигура. Сгорбленная старуха быстро пошла к нам, так же ловко переступая ногами, как и её предшественница.

Остановившись в паре метров от калитки, она пристально уставилась на нас своими белёсыми глазами.

На вид она выглядела, словно вышла из детских сказок. Именно такой я представлял себе ведьму из «Ганзель и Гретель».

- Что же ты так в него вцепился-то? — неожиданно спросила она, сверля меня взглядом. — Он же тебя изведёт в конце концов.

- Извините, не понял? — я постарался сделать вид, что совсем не понимаю, о чём она говорит. Но на всякий случай вытащил руку из кармана.

- Ну раз не понимаешь, и хорошо, — без какой-либо эмоции ответила она. — Зачем пришли?

- Госпожа Агата, я правильно понимаю? — Томас прервал наш разговор.

- Госпожа? — проворчала она. — Ну, допустим. Что хотели?

- Если не против, мы бы хотели поговорить не на улице, — уверенно сказал он.

- Смотри-ка на них. Где скажу, там и будем говорить, — злобно огрызнулась она.

Но всё же по интонациям было понятно, что прогонять она нас не собирается. Но и соглашаться с нами она сразу тоже не хотела.

Она стояла, жевала челюстью, видимо обдумывая, как с нами поступить.

- Пусти их, — в конце концов бросила она и, тут же развернувшись, посеменила к дому. Я в очередной раз заметил, что передвигается она куда шустрее, чем любая другая старушка её возраста.

Первая старуха, громко ругаясь и обвиняя нас в хамстве, скинула кованый крючок с калитки и со скрипом открыла её.

- Вы бы смазали петли, — с улыбкой заметил я.

- Тебя спросить забыли. Ну что встали, проходите. Раз хозяйка разрешила.

Мы переглянулись, не сводя взгляда с мерцающих символов.

- Ишь какие глазастые, — хрипло усмехнулась она. — Я же сказала, хозяйка пустила.

Томас некоторое время смотрел на неё и сделал шаг вперёд. Как только его нога опустилась на каменную тропинку, я шагнул следом за ним.

Старуха пропустила нас вперёд, сзади снова скрипнула калитка и раздался щелчок металлического крючка.

- Вздумаете шутить, мало не покажется, — прошипела она и, обогнав нас, устремилась в сторону дома.

Проводив её взглядом, я посмотрел на Томаса: — Ты уверен, что мы не зря сюда зашли?

- Пока не знаю. Но про твою вещицу она сразу узнала. Думаю, что если мы ей понравимся, сможем получить некоторые ответы.

- А говорили, что сейчас их нет, — сказал я себе под нос, и мы направились по тропинке.

- Так она и не из них, — хмыкнул Томас.

Решив, что сейчас не самое подходящее время выяснять, кто есть кто, мы молча подошли к дому. Только мы поднялись на невысокое крыльцо, дверь тут же распахнулась, в проходе стояла наша «привратница».

- Госпожа Агата вас ждёт, — мягким тоном сказала она.

- Вот так бы сразу, — бросил я, когда мы зашли в дом. Она тут же недобро покосилась на меня. Но, видимо, какая-то сила не давала ей уже относиться к нам агрессивно.

- За мной, пожалуйста, — она провела нас через весь дом в небольшую комнату.

По периметру помещения стояли книжные стеллажи до самого потолка. Они все были заставлены книгами в черных кожаных переплётах.

В самом центре комнаты стояло высокое кресло, обитое кожей. Судя по всему, оно было по возрасту ненамного младше своей хозяйки, о чём говорили его вытертые подлокотники.

В кресле сидела Агата, перед ней на небольшом столике лежал фолиант, закрытый на золотистые застёжки.

- Ну, что встали, садитесь, - недовольно сказала она.

Мы оглянулись по сторонам, пытаясь понять, куда можем сесть. Рядом с входной дверью стояли два простых деревянных стула с высокой спинкой. Древесина явно говорила, что, как и всё в этом доме, они имеют длинную историю.

- Берите, берите, - она начала кашлять, казалось, ещё немного и она задохнётся.

За спинкой её кресла встала вторая старушка, сложив руки спереди, и, по всей видимости, задремала.

Стулья оказались очень лёгкими, я даже усомнился, что они смогут нас выдержать. Поставив их перед креслом, мы не спеша сели, поглядывая друг на друга.

- Ну так чем обязана? — перестав кашлять, спросила старуха.

- Мы с моим напарником интересуемся всевозможным народным фольклором, - начал Томас. - Легенды, сказания, городские истории. В общем, всё, что касается, так сказать, народного творчества, - он добродушно улыбнулся.

- И для чего же это вам? — старуха безразлично смотрела в пустоту.

- Если так можно выразиться, мы своего рода писатели. Собираем истории, перерабатываем их, добавляем что-то своё, убираем лишнее. Надо же как-то зарабатывать на жизнь, - он пожал плечами.

- А ко мне зачем пришли? — с неизменной интонацией продолжила она.

- Нам уже кое-что рассказали. Но посоветовали обратиться к вам. Говорят, вы просто кладезь легенд этого города.

- Что, прям так и сказали? — она издала странный звук, похожий на смешок.

- Ну, не дословно, но смысл мы уловили такой, - Томас снова улыбнулся.

- И что же вы хотите узнать?

- Есть у вас одна история про ведьм, - аккуратно вклинился я в разговор. - Мы её уже не раз слышали, но каждый её по-своему рассказывает.

Она с презрением посмотрела на меня и отвернулась, словно я был пустое место.

- А ты лучше бы помалкивал. С такими как ты…, - она не договорила и повернулась к моему напарнику.

- Госпожа Агата, - Томас сделал вид, что не обратил на её реплику никакого внимания. - Если вы будете не против, мы бы выслушали вашу версию, - он достал из внутреннего кармана небольшой блокнот и ручку.

- Вы решили, что раз я старуха, так можно меня за дуру держать, - неожиданно чётко сказала она.

Мы переглянулись, я попытался вскочить со стула, но меня словно приклеили. Все попытки встать вместе со стулом тоже не увенчались успехом. Сколько я не старался упираться ногами в пол, стул так и не поддался. Было ощущение, что он весил под сотню килограмм.

Я посмотрел на Томаса, он был спокоен и, судя по всему, не поддавался панике.

- Даже не думай, - рявкнула старуха, заметив, что я потянулся к карману.

После этих слов Томас медленно встал со своего стула и, обойдя его сзади, встал рядом со мной.

- Госпожа Агата, прошу прощения за наше неосмотрительное поведение. Но не стоит так злиться. Мы никоим образом не хотели вас обидеть. - Он положил мне руку на плечо.

- Ну, у вас плохо это получилось, - уже спокойнее ответила она.

- И всё же мы действительно хотели бы услышать ваши истории.

- А если я откажусь? - Она недобро улыбнулась, обнажив жёлтые зубы.

- Тогда нам придётся рассказать, где вы решили обосноваться, - Томас обвел рукой комнату, в которой мы находились.

- Госпожа, не слушайте их, - недовольно прохрипела вторая старуха, которая всё это время стояла молча за её спиной. - Что они нам могут сделать?! - её скрипучий смех заполнил комнату.

Я почувствовал, как рядом со мной зашевелился воздух и стало очень тепло. Рука Томаса на мгновение сжала моё плечо. По его правой руке медленно стекала темно-бордовая капля крови, оставляя за собой широкий след.

- Хильда, не дай ей упасть, - взвизгнула Агата и вцепилась в подлокотники своими шишковатыми пальцами.

Всё, что происходило дальше, было словно в замедленной съёмке. На вид немощная старуха метнулась к нам со скоростью молодого спринтера. Низко наклонившись, она выставила руку, чтобы перехватить каплю крови, которая свисала с указательного пальца Томаса. Ещё мгновение, капля соскользнула и устремилась вниз.

Раздался пронзительный вопль. Хильда, схватившись за кисть правой руки, каталась по полу. Хрипя, она встала, от её кисти шёл едва заметный дымок. Пальцы и ладонь почернели, как после сильного обморожения.

- Сука, ты мне её сжёг, - тяжело дыша, злобно прошипела она.

- Хильда, отойди от него, - скомандовала Агата и встала со своего места.

Воздух вокруг неё замерцал, переливаясь, как чешуя у карпа, он дрожал, укрывая от наших глаз её тело. Яркая вспышка осветила всё помещение, заставив меня прикрыть глаза.

Рядом с креслом стояла высокая женщина с длинными огненно-красными волосами, собранными сзади в свободный узел. Вдоль щёк вились выбившиеся кудрявые пряди.

Она была в бархатном длинном платье, шнуровка спереди плотно стягивала золотистую вставку. Широкие рукава скрывали её руки.

Томас убрал с меня руку и сделал шаг в сторону.

- Познакомься, Агатания Рубивальд — последняя хозяйка рубинового леса, - торжественно провозгласил он.

Я был слегка шокирован происшедшей трансформацией и сидел с открытым ртом. Быстрым движением облизал пересохшие губы и уставился на Томаса.

- Никак не ожидал Вас здесь увидеть, - он слегка кивнул головой в знак уважения. - Но всё же мы бы хотели с Вами поговорить.

- Ничтожество, - высокомерно заявила она. - Ты изранил мою служанку и что-то смеешь требовать от меня.

Только сейчас я заметил, что Хильда тоже преобразилась. Молодая девушка со светлыми волосами до плеч, в простом сером платье, держалась за свою правую руку, которая беспомощно висела, как плеть.

- Если позволите, я всё исправлю, - он протянул руку к служанке.

Хильда недоверчиво дёрнула руку и вопросительно посмотрела на свою хозяйку. Та какое-то время стояла с задумчивым лицом и, видимо, договорившись о чём-то с собой, кивнула ей.

С пальцев Томаса тонкой струйкой потекла кровь. Как только она коснулась обожжённой руки, она обволокла её и начала медленно пульсировать. Её поверхность вздымалась, словно под ней кто-то ползал.

Хильда резко вскрикнула. Кровь, как живой организм, медленно сползла с её руки и затекла под рукав своего владельца.

Только что обезображенная рука выглядела как ни в чём не бывало.

- Теперь, я думаю, мы сможем поговорить? - мой напарник улыбнулся. - Прошу Вас, освободите моего коллегу, - он кивнул в мою сторону.

Агата медленно вернулась в своё кресло, а Хильда заняла привычное место за её спиной. Томас опустился на свой стул, мне удалось наконец-то привстать. Немного нервничая, я заёрзал на твёрдом сидении стула.

- Раз нам больше незачем притворяться, давайте представимся ещё раз, - медленно произнесла хозяйка дома.

Хильда выпрямилась и, сделав шаг в сторону, громко произнесла: - Агатания Рубивальд, дочь его величества Игнация Рубивальда и Лиллит Рубивальд. Последняя хозяйка рубинового леса, повелительница кровавых лисиц.

Я на автомате кивнул головой, всё ещё переваривая происходящее.

- Томас Андерсон, сакрифант первой ступени, по совместительству контрактор. Мой напарник Пол Бёрден, текущий владелец Ксантинского куба, - закончив нас представлять, Томас улыбнулся.

- Мерзкая парочка, сакрифант и «раб», - фыркнула Агата.

Чем дольше мы находились в этом доме, тем сильнее меня раздражала его хозяйка.

- Госпожа, у всех свои недостатки, - Томас не сводил с неё глаз.

Он был намного опытнее меня во всём, что касалось невидимого мира. И, как правило, я прислушивался к нему. Но сейчас мне хотелось схватить эту красноволосую сучку и хорошенько приложить лицом об лежащий перед ней фолиант.

- Пол, мы сейчас гости, прошу тебя, держи себя в рамках приличия, - он словно прочитал мои мысли. — Тем более я не сомневаюсь, что у нас получится найти общий язык.

- Хорошо, - нервно бросила Агата, - Но для начала мне нужны гарантии, что моё местоположение останется в тайне.

- Я так понимаю, одного моего слова вам будет недостаточно, - Томас усмехнулся. — Предлагаю заключить договор скрепы?

- Хорошо, но заключать будешь с ней, - она махнула рукой в сторону служанки.

- Госпожа, вы меня простите, но если вы так переживаете за свою конфиденциальность, я вынужден настаивать на заключении именно с вами, - спокойно произнёс мой напарник.

- Да как ты смеешь! - она снова вспыхнула от гнева. Хильда быстро нагнулась и прошептала ей что-то на ухо.

- Мы договорились? — настойчиво продолжил Томас.

- Ладно. Твоя взяла, мазохист, - она высокомерно улыбнулась.

- А вот это было обидно, - он вытащил из внутреннего кармана свой блокнот и выдернул из него листок.

На его указательном пальце появилась капелька крови, будто ему прокололи палец перед забором. Он коснулся листа бумаги, капля тут же впиталась и приняла форму его подписи, только алого цвета.

- Прошу, ваша очередь, - он протянул ей листок. — Если позволите, я Вам помогу.

Агата фыркнула и достала из небольшого выдвижного ящика в стоящем перед ней столике тонкий длинный нож. Он скорее был похож на шило с четырёхгранным лезвием.

Она ловко уколола свой указательный палец и приложила его к листку. Напротив подписи Томаса появилась её, размашистая и раза в два больше.

Как только подпись закончила формироваться, листок бумаги распался на два кусочка. Томас быстрым движением схватил кусочек с подписью высокомерной особы. С такой скоростью, что я едва успел уследить за его движением.

- Забери, - Агата указала на вторую половину, которая осталась на столе.

Хильда послушно забрала листочек и положила себе в карман.

- Наконец-то мы можем спокойно поговорить, - потирая руки, довольно заметил Томас.

- Хильда, сделай, пожалуйста, чаю. Или, может быть, кофе? - на удивление дружелюбно предложила нам Агата.

- А есть пиво? — выпалил я, не до конца понимая, что сейчас произошло.

- Я буду кофе, - Томас немного осуждающе глянул на меня.

Хильда удалилась, не сказав больше ни слова. Агата закинула ногу на ногу и, на мой взгляд, тут же потеряла значительную долю величия.

- Как вам моя библиотека? - неожиданно спросила она.

- Честно сказать, я поражён, столько редких томов, - восхищенно ответил Томас.

- Да, всё, что удалось спасти из моего родового дома, - с грустью в голосе произнесла она.

- Про ваш фолиант я вообще молчу, - его глаза сверкнули с вожделением.

- Красивый, - она нежно провела рукой по его обложке, едва заметно остановившись на застёжке.

- Так, уважаемые, остановитесь, - я начинал злиться на происходящее. — Томас, что происходит? — в голове крутилась ситуация, которая случилась с нами на дороге, и невольно снова потянулся к карману.

- Пол, успокойся. Ты знаешь, что такое договор скрепы?

- Нет, - я растерянно помотал головой.

- Лучше бы вы книги изучали, чем с побрякушками играли, - голос Агаты стал слегка высокомерен.

- Госпожа, ему простительно. Пол, заключившие такой договор не могут нарушить данное обещание друг другу или причинить вред. Правда, пока у каждого храниться подпись, - он дружелюбно улыбнулся Агате, получив от неё ответную улыбку.

- А Хильда и я, мы же не подписывали. Что нам мешает?

- Прости, Пол, но вы были включены в договор, - коротко отрезал Томас. — Давай потом обсудим.

В комнату зашла Хильда с подносом. На нём стояли чашки, кофейник с чайником и бокал с запотевшей бутылкой пива.

Вид прохладного пива успокоил меня, и я решил, что сейчас крайне неподходящее время для разборок.

Ловким движением служанка открыла бутылку и с характерным звуком наполнила бокал.

- Спасибо, - взял протянутый мне бокал и сделал большой глоток. Жизнь тут же наладилась, и я обвёл глазами комнату.

- Сразу скажу, что я не являюсь свидетелем этих событий, - Агата поставила кружку на маленькое блюдце. — Но её мне рассказал человек, который при них присутствовал. Правда, быстро умер, - в этот момент Хильда резко покраснела.

- Госпожа, простите.

- Ох, Хильда, оставь, - немного нервно бросила она.

- Это случилось триста пятьдесят лет назад. В этих местах жили могущественные ведьмы. Истинных было девять, одна из которых, кстати, была моя мать, - она гордо вскинула подбородок. - К сожалению, ведьмы, как и люди, подвержены простым человеческим чувствам. Одним из таких была зависть, которая поселилась среди низшей касты. И, как часто бывает, пожар начался с маленькой искры, - она замолчала, её взгляд устремился в прошлое и тут же помрачнел.

- Человек с тьмой в сердце подтолкнул учёных ведьм, и они восстали против своих наставниц. Все погибли до одной, и моя мать среди них, - она сжала подлокотник, а глаза заблестели холодным светом. - Но последняя успела наложить проклятие на человека и весь его род.

Агата замолчала, комната наполнилась давящей тишиной.

Глава 6

- Это всё? — нарушил тишину Томас.

Воспользовавшись моментом, я сделал глоток пива.

- В общих чертах, — Агата ухмыльнулась.

- Но ведь это не так чтобы сильно отличается от тех вариантов, что мы слышали, — свежая порция пива слегка развязала мне язык, несмотря на неприязнь хозяйки дома.

- Мне вот интересно, когда он к тебе явится, — она продолжала улыбаться. — Никогда не видела, как это происходит.

Меня передёрнуло, я вспомнил, что в любой момент, даже за такое незначительное использование, ко мне явится гость.

- Если вы думаете, что это цирк, а я в нём клоун, платите деньги, — я снова отхлебнул пиво и поставил запотевший бокал рядом с фолиантом. — Кстати, пиво у вас хорошее.

Агата, не говоря ни слова, взяла фолиант и положила себе на колени.

- Дорогая вещь, — добавила она, поглаживая темный переплёт.

Мы обменялись пронзительными взглядами.

- И каково это — каждый раз терять себя? — ей, видимо, было очень интересно побольше узнать про наши взаимоотношения.

- А кто его знает, — я специально отвечал хамовато, она продолжала меня раздражать. — Я же потом не помню, что я помнил, — я усмехнулся от своих слов.

- И сколько ты уже себя не помнишь? — её пальцы завораживающе гладили большую книгу.

- Детство, — коротко бросил я.

Мне совершенно не улыбалось разговаривать об этом с этой высокомерной стервой.

- Как жалко, — наигранно с жалостью в голосе произнесла она. — А вот моё детство — самое счастливое, что есть у меня, — в её глазах читалась насмешка. — Не понимаю таких, как ты.

- Будешь и дальше себя так вести, оно станет моим, — злобно огрызнулся я.

Она рассмеялась во весь голос, Хильда едва заметно улыбнулась.

- Какой дерзкий мальчишка! — теперь её глаза скорее излучали любопытство, чем издёвку или ненависть.

- Госпожа Агата, — перебил нашу перепалку Томас. — Мы немного отвлеклись, я всё же хотел бы вернуться к нашему разговору.

- А мне больше рассказать нечего, — беззаботно ответила она.

- Но всё же, — настойчиво продолжил он. — Может быть, вы знаете подробности про этого «человека»?

- Нет, — коротко бросила она.

- Возможно, вы знаете что-нибудь про пришествия в лесу? — прямо в лоб спросил он.

- Это меня не касается, — быстро ответила она. — Если людишкам так нравится накладывать на себя руки, пусть, — она пожала плечами. — И вообще, я смотрю, наш разговор затянулся. По вам видно, что ваши истязания плохо на вас влияют.

Мой напарник действительно выглядел заметно бледным. Судя по всему, все эти кровопускания не дались ему легко.

- Хильда, проводи гостей, им пора, — безапелляционно заявила она.

Служанка вышла из-за кресла и, встав напротив наших стульев, требовательно посмотрела на нас. Я спешно взял свой бокал и залпом опрокинул остатки.

- Хорошее, — я потряс бокалом, вытирая губы.

Мы шли по знакомой тропинке, Хильда шла за нами. Солнце уже давно перевалило за обеденное время, и я осознал, как сильно хочу есть.

Остановившись перед калиткой, я повернулся, показывая на калитку: «И как у вас тут?» — и замер в неестественной позе, за нами стояла знакомая старуха.

Она ловко откинула крючок и бесцеремонно вытолкала нас на улицу.

- И нам было приятно познакомиться, — бросил я ей вслед.

Когда старуха скрылась из виду и мы остались вдвоём, я облегчённо вздохнул и потянулся.

- Томас, ты знаешь, я так жрать хочу. Судя по твоему виду, тебе бы сейчас не помешал хороший кусок мяса и бокал красного вина.

- Согласен, поесть мне сейчас не помешает, - Томасу явно было нехорошо.

- Может, присядем? - предложил я.

- Давай, но только не здесь, - он с опаской посмотрел на кнопку звонка.

Мы не спеша пошли вниз по улице, подальше от этого не самого приветливого дома. Где-то на полпути до отеля нам попалась скамейка в тени раскидистого куста, покрытого мелкими белыми цветами.

- Давай присядем, - кивнул я в её сторону.

Томас молча кивнул, и мы, уставшие, опустились на выкрашенные доски.

- Я даже не мог представить, насколько она сильная, - едва слышно сказал Томас, откинувшись на спинку и закрыв глаза.

Последовав его примеру, я стал наблюдать за ленивыми прохожими: - А она ничего так. Симпатичная.

- Пол, ты дурак?! Ей черт знает сколько лет!

- Да иди ты. Или, может, я один со старухой кувыркался? - я презрительно фыркнул. — И вообще, может, она сохранилась хорошо.

Он усмехнулся и ничего не ответил.

- Слушай, а ты можешь мне кое-что объяснить? - и, не дожидаясь его ответа, я продолжил. - Так она тоже из них?

Томас вздохнул и устало сказал: - Нет. Тебе же её представили.

- Но она сама сказала, что она дочь одной из них, - начал спорить я. - И вообще, что это значит: хозяйка рубинового леса, лисицы какие-то?

- Был такой лес. Не знаю, не у нас точно. Вечно красных клёнов.

- В смысле?

- Ты слушать будешь?! Так вот, был такой лес. И жили в нём его хранители.

- Эльфы, что ли?

- Сам ты эльф, - он сел и открыл глаза. - Эльфы вон в сказках бывают только. Никто не знает, почему так получилось, но лес этот им силу давал неимоверную. Но только в своих пределах. Время, пространство да даже материя была им подвластна. Жили не тужили, пока в один прекрасный день не стало того леса.

- Просто исчез?

- Не совсем. Сгнил он.

- Ладно, допустим, а лисицы?

- О, а это интересные зверьки. Был бы у меня такой, я бы, наверное, и не страдал никогда, - вздохнул он. - Они кровью своей могли делиться. А как говорят книги, целебней её не было. Никаких тебе зелий и всей этой дряни, - он поморщился.

- А повелительница, это типа она их держала, как кошек?

- Ну, в твоих терминах, типа того, - он усмехнулся. - Правда, не совсем они живые были. Ладно, - он хлопнул себя по коленям. - Пошли уже.

- А разве с исчезновением леса её силы не должны были пропасть? - задумчиво спросил я, когда мы пошли вдоль проезжей части.

- Технически да. Но она всё-таки потомок ведьмы.

- Так она получается бессмертная, что ли? - вдруг до меня дошло, что ей несколько сотен лет.

- Смертная ещё как, поэтому и прячется. Просто живёт долго.

Мы зашли в знакомый ресторанчик и сели за небольшой столик в углу, рядом с большим окном.

К нам тут же подбежал официант с небольшим меню в твёрдом переплёте. Особо долго раздумывать мы не стали. Каждый выбрал себе по стейку с овощами-гриль, Томас всё-таки взял себе вина и к нему сырную тарелку.

- Любишь ты выделываться, - хмыкнул я, скептически рассматривая натюрморт из нескольких сортов сыра, орехов и небольшой круглой пузатой баночки с мёдом.

- Пол, прости, но ты дикарь. Это я ещё мягко сказал, - он обмакнул треугольный кусочек сыра в мёд и отправил в рот.

- Зато я не ем пропавшие продукты, - я ткнул вилкой в кубик сыра с голубыми прожилками.

Пожалев, что я себе ничего не заказал выпить, я посмотрел в сторону официанта и слегка поднял руку. Он незамедлительно отреагировал и подошел к нашему столику.

- Чего желаете?

- Скажите, у вас есть пиво?

- Да, могу предложить светлый лагер, - уверенно отрапортовал официант.

- Отлично, принесите бокал, пожалуйста.

Томас сделал глоток вина и задумчиво посмотрел вслед официанту: - Нам однозначно нужно меньше пить.

- Вот закончим с делом, бросим пить, курить, - я ухмыльнулся.

Мне принесли высокий бокал с прозрачным, как слеза, пивом приятного золотистого цвета. Сделав большой глоток, я без лишних разговоров взял сыр с плесенью и отправил себе в рот.

- Пойдёт, - сказал я, пытаясь прочувствовать все оттенки его вкуса, и добавил: - Под пиво.

Мой напарник помотал головой, пытаясь показать мою безнадёжность.

- Ладно, какие у нас планы? - спросил я, отправляя в рот очередной кусок сыра.

- Сейчас поедим и отправимся к нашим близняшкам, - Томас медленно крутил бокал за ножку, внимательно рассматривая, как свет играет в тёмном вине. - Ты заметил, как отреагировала Агата, когда я спросил про самоубийства в лесу.

- Не очень, - я пожал плечами. - Мне показалось, что ей всё равно.

- Я тоже вначале так подумал. Но слишком уж резко оборвала наш разговор. Уверен, что она бы с удовольствием поболтала с тобой ещё.

- Пристала со своими расспросами, - недовольно сказал я, отправляя в рот отрезанный кусок от только что принесённого стейка.

- Ну она всё-таки женщина.

- А ты что-нибудь знаешь про вторую? Кто она там ей, служанка?

- Хильдетруда Валленштайн, насколько я помню. Одна из тех, кого приносили как подношения хозяевам леса. Видимо, чем-то приглянулась. Она всё сразу: верная служанка, «цепной пёс», ну и так далее.

Мне захотелось съязвить после его слов про пса, но очередной кусок мяса помешал мне сделать это вовремя. За окном на всём ходу промчалась полицейская машина с включенными мигалками и сиреной.

- Томас, а ты не расскажешь, что за представление было, когда Хильда руку себе сожгла? Не припомню, чтобы ты что-то подобное при мне вытворял.

Его лицо стало снова уставшим: - Собственно, из-за этого я так и устал.

- Там всего одна капля была, - возмутился я.

- Много ты понимаешь, - проворчал он. — Нужно было как-то спровоцировать её. На тот момент я посчитал, что это единственный способ.

- Ну и что было бы, если бы Хильда не успела?

За окном снова промчалась полицейская машина, а за ней ещё одна. В ресторан зашла пара, это была та самая чета, что сидела в тот день, когда мы ужинали с «близняшками».

- Ужас, что творится в нашем городе, - с ходу во весь голос заявила женщина. — Вы представляете, - обратилась она к официанту, который тут же подскочил к ним. — В отеле рядом с вами обнаружили двух убитых женщин. Бедняжки, - с сочувствием добавила она.

- Вот и поговорили, - констатировал я и посмотрел на своего напарника.

- Официант, - выкрикнул он. — Счёт, пожалуйста, - резко бросил Томас, когда тот подошёл.

- Вам не понравилось? — он посмотрел на наши ещё полные тарелки.

- К сожалению, дела, - взяв себя в руки, ответил он.

Мы быстро рассчитались и вышли на улицу, вдалеке виднелись вспышки полицейских мигалок.

- Что делать будем? — нервно спросил я.

- У тебя много вещей осталось?

- Всё в сумке, я особо не распаковывался.

- Удачно я всё своё к тебе закинул. Давай отойдём куда-нибудь, - бросил он и зашагал в сторону небольшого магазина через дорогу. Мы встали в небольшом переулке на углу магазина. Томас достал сигареты и затянулся полной грудью, сигарета едва слышно затрещала.

- Ты как себя чувствуешь? — он посмотрел на меня.

- Да нормально.

- Может быть, сбегаешь за вещами? Так, чтобы тебя не узнали?

- А что, у меня выбор есть? - недовольно ответил я. — Только пообещай, что потом присмотришь за мной. Боюсь, сегодня просто так я не отделаюсь, - как же я не любил использовать свой артефакт именно по этому назначению.

- Обижаешь, - Томас хлопнул меня по плечу. — Пошли, вон скамейки есть.

Мы прошли по переулку и попали в небольшой сквер. Он был компактный и, к нашему счастью, безлюдным.

- Пошли в беседку, - кивнул я в сторону небольшой деревянной постройки.

Внутри по периметру располагалась деревянная лавочка. Я сел напротив входа и полез в свой карман.

- Подожди, - Томас вышел из беседки и быстро обошёл её. Когда он вернулся, несколько капель крови с его кисти упали прямо на пороге. — На всякий случай, - заключил он.

Воздух вокруг беседки задрожал. Там, где прошёлся Томас, поднялся вихрь красноватой пыли. Кружась, она всё быстрее набирала скорость, и через какое-то время мы находились в центре небольшого кровавого торнадо.

Я точно знал, что с внешней стороны для случайного прохожего ничего подобного видно не было. Перед ним стояла совершенно пустая беседка, правда, при любой попытке приблизиться к ней, тут же появлялась причина этого не делать.

Быстрым движением я скинул с себя одежду и остался в одних трусах. Сел на прохладную скамейку и зажал куб в руке.

Грани куба впились мне в ладонь, и я почувствовал его тепло. Закрыв глаза, я стал повторять про себя всего одну фразу: «Da mihi novum corpus ad tempus».

Чем дольше я повторял, тем теплее становился куб. Я не успел повторить в очередной раз фразу до конца, как резкая боль сковала всё моё тело.

Судороги свели каждую мою мышцу, я даже не смог заорать, челюсть отказывалась открываться. Я упал на пол и потерял сознание в тот момент, когда раздался хруст моих ребер.

- Пол, Пол, - кто-то похлопывал меня по щекам. — Ты как?

Кое-как сфокусировав взгляд, я разглядел щетинистую морду своего напарника.

- Нормально, - выдавил я из себя, облокотившись на скамейку.

- А ты хорош, - он усмехнулся.

Я пощупал себя по груди, ничего лишнего у меня не выросло, значит, я всё ещё оставался мужиком. Облегчённо вздохнув, я стал натягивать на себя джинсы.

- Смотри-ка, даже с размером практически попали, - я похлопал себя по заднице.

Голова резко закружилась, и перед глазами появилась шумная улица какого-то древнего города. Люди, облачённые в одежды, которые словно сошли с иллюстраций учебников по истории, медленно прохаживались вдоль торговых прилавков. Мимо пробежали шумные дети, кричащие на непонятном языке.

Мираж рассеялся так же быстро, как и появился. Я потряс головой и натянул футболку. Некоторое время воспоминания моего нового тела будут активно пытаться вытеснить мои собственные.

- Так, лучше бы нам управиться минут за тридцать, - чем дольше я пребывал в новом теле, тем сильнее его воспоминания замещали мои собственные.

Томас молча подошёл к выходу из беседки и щёлкнул пальцами правой руки. Вихрь моментально успокоился, и красные частицы осыпались, словно снег с дерева, которое потрясли.

- Я тебя буду ждать за углом. Постарайся не вляпаться.

- Обижаешь, - отмахнулся я и быстро зашагал в сторону нашего отеля.

Возле моей машины были припаркованы три патрульных машины с включёнными мигалками. На тротуаре рядом с входом на территорию отеля стояли три сотрудника в форме и о чём-то разговаривали. Замедлив свой шаг, я расслышал обрывки реплик.

- Сколько можно ждать?! - возмущался тот, что стоял ко мне спиной.

- Ты же знаешь, как у нас с этим, - ответил ему один из стоящих рядом.

- Вы поднимались? — сипло спросил полицейский с сигаретой.

- Я поднимался. Это просто мясная лавка. Их разделывали прям на постели, - сказал тот, что стоял ко мне спиной.

- Хорошие девчонки были, я их знал, - сказал «сиплый».

- Вы чего хотели? - резко сказал полицейский, стоящий напротив.

- Извините, я постоялец этого отеля. Что случилось? — все трое подозрительно разглядывали меня.

- Вы из какого номера? — «Сиплый» угрожающе направился ко мне.

- Тридцать пятый, - говорить сейчас, что я был вместе с человеком, в номере которого произошло убийство, было бы крайне опрометчиво.

- Сэр, вам придётся подождать, - всё ещё с подозрением сказал он.

- Простите, но мне нужно срочно попасть в мой номер, - как можно эмоциональнее сказал я.

- Я непонятно сказал? — двое его напарников подошли ближе.

- Вы, видимо, неправильно меня поняли. У меня диабет, мне нужно срочно получить дозу инсулина, - я постарался сказать эти слова как можно болезненнее.

Сзади меня раздался вой сирены, обернувшись, я увидел машину с красным крестом.

- Ну наконец-то, - произнёс полицейский, который до этого был ко мне спиной.

Машина резко остановилась, и из неё выскочили два человека в белых халатах. Полицейские засуетились, потеряв ко мне интерес.

- Куда? - коротко бросил один из приехавших, закрывая лицо медицинской маской.

- Пройдёмте, там сейчас работают эксперты, но должны были уже закончить.

Один из полицейских, указывая дорогу, повёл их за собой. Проводив их взглядом, я вернулся к оставшимся.

- Ребят, что-то серьёзное произошло? - я нервно посмотрел на часы.

- Стив, проводи его. Нам ещё этого не хватало, - попросил «Сиплый». - У моей тётки был диабет. Намучилась она, - он сочувственно вздохнул. - Только быстро, - кинул он нам вслед.

Глава 7

Мы зашли в холл отеля. Рядом со стойкой ресепшена стояла наша «уставшая» знакомая с заплаканными глазами.

- Мэм, может быть, вы ещё что-нибудь вспомните? — её настойчиво расспрашивал один из полицейских.

- Я вам всё уже рассказала, - всхлипывая, произнесла она.

Стараясь не смотреть на неё, я уверенно шёл за полицейским.

- Так какой вы говорите у вас номер?

- Тридцать пятый.

Времени разрабатывать план у меня особо не было. Когда мы поднялись на второй этаж, я засунул руку в карман и сжал куб в руке, свободной рукой коснулся его затылка.

За какое-то мгновение в моей голове промелькнула вся его жизнь. Точнее, все те моменты, которыми он дорожил, которые делали его тем, кем он являлся: первые воспоминания о матери, слёзы от сломанного самолётика, первый поцелуй, радость от первых шагов дочери.

Полицейский на мгновение застыл, потом стал плавно отклоняться назад и обмякший упал мне на руки.

Сверху донеслись шаги, кто-то спускался вниз по лестнице. Подхватив бессознательное тело, я быстро затащил его за угол и прижался к стене. Звуки шагов сравнялись с нашим этажом и быстро стали удаляться.

Напротив меня была дверь, судя по всему, подсобного помещения. Подтащив тело, я нажал локтём на ручку и толкнул дверь. Сердце сначала резко забилось, но как только она поддалась, я облегчённо вздохнул.

В небольшой комнате, буквально метр на метр, стояли вёдра, швабры, на изогнутом полотенцесушителе висели разноцветные тряпки.

- Ну что, Стив, придётся тебе потерпеть, - прикрыв за собой дверь, я прислонил его тело к стене.

- Томас, только попробуй меня сегодня оставить, - процедил я сквозь зубы и, зажав в руке артефакт, взял Стива за левую руку.

Упершись спиной о противоположную стену, я закрыл глаза и начал повторять про себя «Cede corpus tuum mihi».

Резко открыв глаза, я увидел перед собой незнакомца с выразительным греческим носом. Он стоял, оперевшись на стену, и был явно без сознания. Меня резко замутило, я болезненно сглотнул.

На мне была полицейская форма. Странное ощущение на моей голове заставило протянуть руку - это была фуражка, которая сильно сдавливала голову.

Время было не на моей стороне, с каждой минутой, проведённой мной в этом теле, я подвергал не только себя, но и его, возможности больше не вернуться.

Пошарив у грека в карманах, я достал ключ от номера. Приоткрыв дверь, выглянул в коридор, там было пусто. Выйдя, я закрыл её за собой и быстро начал подниматься по лестнице на третий этаж.

Как я и предполагал, возле номера Томаса стоял полицейский.

- Стив, ты чего пришёл?

- Долго ещё? — проигнорировал я его вопрос.

- Откуда я знаю?! Наши вроде закончили. Сейчас упакуют, и пойдём.

Я заглянул в открытую дверь номера, в гостиной комнате толпились полицейские и люди в штатском. Один с большим фотоаппаратом беспрестанно фотографировал вещи.

- Так, я закончил, - бросил он кому-то, стоящему, судя по всему, на пороге спальни, и направился к выходу.

Пропустив фотографа, я медленно зашёл в номер. На первый взгляд всё было как в тот момент, когда мы оставили сестёр, «прикованных» к кровати.

Возле дверей спальни стоял классического вида детектив. Засунув руки в карманы штанов, он скептически разглядывал работу медиков.

То, чем стала спальня, сложно было передать словами. Это было не просто место преступления с расчленёнными телами. Все стены, и даже потолок были в кровавых подтёках и, судя по цвету, убийство произошло несколько дней назад, но такого в принципе произойти не могло.

Вокруг останков тел кружили мухи, и из комнаты шёл отвратительный запах. Один из работников в белом халате взял в руки голову молодой женщины, с которыми мы познакомились по приезду.

И без того постоянная тошнота, которая всегда преследовала меня при «переселении», сейчас чуть ли не вывернула меня наизнанку.

- Что вы сюда все прётесь?! - выругался детектив.

- Извините, сэр, - я сглотнул слюну и выскочил из номера.

- Да уж, зрелище не для слабонервных. Сколько работаю, первый раз такое вижу, - сочувствующе сказал полицейский возле входа. — Мы когда туда зашли, там всё в свечах было. И запах такой мерзкий, сладковатый, - продолжил он без особых эмоций.

- Да аккуратнее. Сюда кто-нибудь подойдите, - послышался крик детектива за моей спиной.

- Давай я, - мой новый знакомый похлопал меня по плечу и, отодвинув в сторонку, прошёл вовнутрь.

Это был мой шанс. Чуть ли не подбежав к своему номеру, я вставил ключ и бесшумно открыл дверь.

В нём всё было точно так, как мы оставили. Я заскочил в комнату, схватил свою сумку, огляделся, не забыл ли чего. Рядом с маленьким диваном стояла походная сумка Томаса.

В этот момент мне стало неловко от того, что я постоянно смеялся над ним за его аскетизм. Если бы сейчас его сумка была бы чуть больше, вряд ли мне удалось тащить их в одной руке.

Из-за двери послышался шум и невнятная речь. Подойдя поближе, я разобрал голос детектива, который почём зря на кого-то орал. Выходить прямо сейчас было бы непростительной ошибкой.

Я отошёл от двери и огляделся вокруг. Быстрым шагом я подошёл к окну и, отодвинув шторы, посмотрел на улицу. Оно выходило на задний дворик отеля, внизу располагались пышные кусты гортензии.

Открыв окно, я высунулся и прислушался к окружающим звукам. Ничего подозрительного я не заметил и, высунув руку с сумками, нагнувшись как можно ниже, разжал пальцы.

Они бесшумно пролетели пару этажей и с тихим шуршанием упали в кусты. Убедившись, что на звук никто не пришёл, я закрыл окно и снова подошёл к двери. Никаких подозрительных звуков я не услышал и медленно приоткрыл дверь.

В висках резко запульсировало, и раздался звук, схожий с глухими ударами в барабаны.

- Чёрт, — выругался я и сполз по косяку на пол.

Шум нарастал, перед глазами всё поплыло, запах едкого дыма заполнил мои лёгкие, я начал задыхаться.

Стены вокруг начали таять, словно они были из сахарной ваты. Вокруг меня скандировала толпа. Женщины выкрикивали ругательства, однозначно обращённые к женщине.

- Уважаемые горожане! — произнёс я не своим голосом. — Посмотрите на ту, кто всё это время истязала ваших детей, жён, мужей, — не поворачиваясь, я махнул рукой назад.

Толпа неистово взвыла, и над моей головой полетели камни.

- Прошу вас, успокойтесь, — проникновенно и даже ласково сказал я. — Мы не должны позволить себе лишить пламени возможности очистить её, — толпа снова взвыла, послышались одобрительные возгласы. — Возможно, среди присутствующих есть кто-то, кто может оправдать её? — толпа стихла, словно прислушиваясь к каждому находящемуся на площади.

- Дайте ей слово. Пусть скажет напоследок, — раздался женский голос.

- Да, давайте послушаем её, — заорали в толпе.

- Братья, сёстры, я должен вас предостеречь, её слова полны лжи. Даже сейчас она способна околдовать вас. Скажите, вы хотите, чтобы ваши дети не проснулись завтра? Вот ты, — я ткнул пальцем в женщину в простом платье.

Она затряслась, на её лице появился ужас, мотая головой из стороны в сторону, она пыталась вжаться в толпу, подпирающую её сзади.

- Не дадим открыть ей свой поганый рот! — я сжал кулак и потряс им в воздухе.

Толпа ликовала, словно в религиозном экстазе. Я медленно повернулся и посмотрел на молодую девушку. Её руки были связаны и подняты над головой, она висела на почерневшем крюке, вбитом в деревянный столб. Голова свисала, лицо было закрыто длинными огненно-красными волосами.

Шум толпы захлестнул меня, в глазах потемнело, и меня вырвало. Постепенно картинка перед глазами стала более чёткой, я лежал на полу перед входной дверью своего номера.

Собравшись, я с трудом сел и посмотрел на часы, прошло не более пяти минут. Время у меня ещё было, но нужно было торопиться.

Слегка пошатываясь, я встал на ноги и выглянул за дверь, в коридоре было пусто. Быстрым шагом я прошёлся по коридору и спустился на второй этаж, где меня ждало моё видоизменённое тело.

Прикрыв за собой дверь, я встал напротив него и взял его за левую руку. Тошнота стала невыносимой, я сжал зубы и закрыл глаза. Рука, которой я держался, онемела, я практически перестал её чувствовать.

Резко вздохнув, словно выплыл с глубины, я посмотрел на полицейского с поникшей головой, изо рта у него стекала слюна.

- Стив, дружище, прости, - я подхватил его подмышки и опустил между вёдер.

Как минимум час он проваляется в таком состоянии и вряд ли будет меня помнить. Частичная амнезия — это не самое страшное, что с ним случится. Он навсегда забудет часть своей жизни, и, как правило, это будут самые ранние воспоминания.

Напоследок бросив на него извиняющийся взгляд, я выскочил из подсобки. Время поджимало, мне нужно было успеть вернуться к Томасу как можно быстрее.

Не спеша, чтобы не привлекать внимание, я спустился в холл. Он был пуст, даже за стойкой никого не было. Выскочив из отеля как раз в тот момент, когда отъехала машина с красным крестом. Не мешкая, зашёл на задний дворик и, нащупав в кустах сумки, уверенным шагом пошёл в сторону выхода.

Возле припаркованных машин стояли полицейские с детективом. Пройти незамеченным у меня не было шанса.

- Уважаемый, - я попытался сделать вид, что не слышу. — Сэр, - более настойчивее сказал детектив.

- Извините, вы меня? - я остановился и расплылся в улыбке.

- Да, вам, сэр, - одну руку он держал в кармане, а другой покуривал сигарету.

Сделав затяжку, прищурившись, он без особого интереса спросил: «Вы постоялец?»

- Был, но уже съехал. После всех этих событий не могу находиться в номере, - стараясь говорить как можно более испуганным голосом.

- И как давно вы въехали? — он выпустил густое облако дыма.

- Да пару дней всего. Командировка, знаете ли.

- Не часто увидишь в нашем городе командировочных. Если не секрет, по каким делам?

- Извините, не могу сказать, секрет фирмы, - я виновато опустил голову.

Со стороны патрульной машины к нам подошёл «сиплый» и хамовато влез в разговор.

- Ну как, всё успешно прошло? — обратился он ко мне.

- Да, спасибо, офицер. Стив проводил меня. Теперь всё хорошо, - как можно спокойнее ответил я.

- Вы его знаете? - обратился детектив к полицейскому.

- Да, это я его со Стивом отправил, - кивнул он.

- Я могу идти? — аккуратно поинтересовался я.

Высокий худой детектив кивнул, не сводя с меня глаз. Едва не срываясь на бег, я зашагал к месту, где меня ждали.

- Сэр, подождите, - окликнул меня его голос. — Можно ваш номер?

- Да, конечно, - я продиктовал ему рандомные цифры, похожие на номер.

- А зовут вас?

- Николас Каралис, - выпалил я, имя само всплыло у меня в голове.

- Вы грек?

- На половину, - он сделал затяжку и затушив сигарету, бросил ей в стоящую рядом урну.

- Хорошего дня.

- Спасибо, - больше не оборачиваясь, я быстрым шагом пошёл по узкому тротуару.

«Только бы он не начал звонить», - крутилось у меня в голове.

Томас сидел на корточках за углом магазина и нервно курил.

- Ну наконец-то, - он вскочил на ноги, как только меня увидел.

- Держи уже, - протянул ему его сумку. — Пошли быстрее, в этот раз что-то странное произошло, - нервно бросил я и направился в сторону беседки.

Томас поднял свою кровавую пелену, а я устало сел на скамейку. С каждой минутой мне становилось всё хуже. В моём сознании вспыхивали воспоминания, однозначно не являющимися моими.

Чужая личность настойчиво пыталась проникнуть в меня. Её эмоции, чувства перемешивались с моими. Я поднял глаза на Томаса.

- Пол, давай не тяни, - взволнованно произнёс он. Видимо, я действительно выглядел очень плохо.

Равнодушно вытащил свой артефакт, зажал его в руке и закрыл глаза.

- Ты бы хоть разделся, - откуда-то издалека я услышал голос Томаса.

Я уже с трудом мог сконцентрироваться на своих мыслях и желаниях. Откуда-то из глубины моего сознания всплыли слова «Redde mihi pristinum meum corpus». Зацепившись за эту фразу, я повторял её снова и снова.

Меня забила мелкая дрожь, руки и ноги заныли, и раздался хруст костей, я отключился.

Очнувшись от того, что у меня ноет щека, я открыл глаза. Я лежал на полу беседки прямо напротив входа. Было видно, как кружат мелкие красные частички. Рядом сидел Томас, опустив голову, видимо, я был в отключке достаточно долго, что «пелена» хорошенько его потрепала.

- Сколько я провалялся? — сухо спросил я, стряхивая с лица мелкий песок.

- Около получаса, - устало ответил Томас и щёлкнул пальцами. «Пелена» медленно осыпалась, снаружи весь сквер был залит темно-оранжевым светом от вечернего солнца.

- Ну и куда мы теперь? К машине нам сейчас лучше не соваться, - я поднялся и сел на скамейку.

- Давай для начала найдем, где можно остановиться. Надо себя в порядок привести, - Томас устало улыбнулся.

- Так что у тебя там случилось? — спросил Томас, закурив и уткнувшись в телефон.

- Это были чьи-то воспоминания, но явно не этого тела. На вид средневековье, времена инквизиции. И там собирались сжечь молодую женщину, - я помолчал некоторое время. — Но так всё реально было, я прям присутствовал там. — Томас, нам нужно как можно скорее где-нибудь пересидеть, - сказал я встревоженным голосом, неприятное ощущение пробежало по моему телу.

- Да ищу я, - судя по голосу, он нервничал не меньше моего. — Пошли посмотрим, - он резко подскочил и двинулся к выходу.

Мы прошли через сквер и вышли на соседнюю улицу. Томас поглядывал на телефон, ориентируясь по навигатору.

- Нам вон туда, - он махнул рукой в сторону небольшого двухэтажного дома.

Дорога вела вверх, я с трудом передвигал ноги и тяжело дышал. Было такое ощущение, что вчера я беспрестанно пил, не зная меры.

Через коротко подстриженный газон вела дорожка, вымощенная серой брусчаткой. Судя по внешнему виду, отличного от нашего предыдущего отеля, этот был новоделом.

Сразу на входе располагался небольшой холл, в который буквально были втиснуты стойка ресепшена в полтора метра и короткий кожаный диван

- Добрый день! — нам улыбнулся молодой паренёк в темно-синей жилетке. — Чем могу быть полезен?

- Мы бы хотели взять двухместный номер дня на два, - стараясь выглядеть как можно бодрее, ответил Томас.

- К сожалению, у нас сейчас свободен только одноместный, - он сочувственно пожал плечами.

- Очень жалко, - Томас посмотрел на меня.

Я потряс головой, давая понять, что мне становится совсем плохо, нужно было срочно что-то придумать.

- Вашему другу нехорошо? — парень обратил на меня внимание.

- Можно и так сказать, - Томас усмехнулся. — Мы вчера знатно погуляли.

- Понимаю, - он кивнул головой и улыбнулся. —- В номере стоит двуспальная кровать, очень большая, - клиент прежде всего клиент. Я посмотрел на него затуманенным взглядом и кивнул Томасу.

- Хорошо, давайте, - махнув рукой, согласился он.

- На кого оформлять будем?

- Пол Бёрден, - Томас протянул мои документы.

Я больше не мог стоять и присел на кожаный диван, поставив свою сумку рядом. Во рту пересохло, голова наполнилась чужими голосами. Они шептали все одновременно на разных языках, что конкретно, разобрать было невозможно.

Постепенно среди этих голосов начал выделяться один, давно мне знакомый.

- Пол, Пол, - прозвучал голос в моей голове. — Как ты мог?

Я сжал зубы, чтобы случайно не сказать лишнего. В этот момент ко мне подошёл Томас и взял меня под руку.

- Сколько раз говорил тебе, остановись, - наигранно отчитал он меня перед пареньком.

Пройдя по короткому коридору, мы завернули за угол и упёрлись в дверь нашего номера. Я облокотился на косяк и стал ждать, пока мне откроют дверь.

Держась рукой за стену, я медленно дошёл до большой кровати и со всего маху упал на неë по диагонали.

- Ну как ты мог, Пол? — снова раздался голос в моей голове. - Так же нельзя, - он осуждающе зацокал. — Стив тебе доверял, а ты его лишил таких воспоминаний. А ты знаешь, что бывает с человеком, когда он их теряет? — голос усмехнулся. — Знаю, что знаешь.

Моя правая рука перестала меня слушаться и потянулась к моему горлу, но что-то крепко держало её, придавив меня к кровати.

- Кстати, как я тебе? Умею с публикой работать? - гордо прозвучал голос в моей голове.

Глава 8

Я попытался открыть глаза, но кроме размытого чёрного, едва движущегося пятна ничего не увидел и снова провалился в мутный туман своего сознания, из которого до меня донеслись новые слова.

- Ты бы видел, как эта сучка полыхала, - прошипел мерзкий голос. — Как она в начале стойко пыталась молчать. А потом визжала, как свинья на забое. Как я был тогда молод, - мечтательно произнёс он. — Какие у меня были планы! А ты знаешь, кто это была?

- Нет, - коротко произнёс я вслух, слова давались мне с трудом.

- О, так это была мамаша той дряни, у которой вы были. Я знаю, она была среди толпы, - он втянул воздух, словно нюхал изысканное блюдо. — Пол, а ты почему так мало со мной разговариваешь?! Ой, прости, совсем забыл. Ты же мне сегодня такой подарок сделал. Так, и что тут у нас?

Меня выдернули из моего тела, как вырывают зубы, резко, без сожаления. Вокруг всё кружилось, как если бы я сорвался с небоскрёба. И вдруг всё прекратилось.

Надо мной был сводчатый потолок из крупного почерневшего камня. С него свисали цепи с крупным звеном, некоторые заканчивались большими заострёнными крюками.

Судя по отблескам на потолке, помещение освещали открытым огнём.

- Уютно, не правда ли? — раздался голос откуда-то из-за моей головы.

- Не могу разделить твою радость, - сухо ответил я, понимая, что деваться мне некуда. Тошнота резко прошла, и я чувствовал себя практически сносно.

- Ну что тут у нас? — с интонациями профессионала сказал мой невидимый собеседник. — Ой, как хорошо. Судя по всему, с детством покончено. Переходим к юношеской любви? — мне показалось, что он потирал руки.

- Ты можешь меня не душить? — решил спросить я его напрямую. — У меня потом вся шея синяя.

- Конечно не могу, - деловитым тоном ответил он. — А тебя крепко держат, - добавил он.

- Да в принципе другого я и не ожидал, - как можно небрежнее бросил я. — Сколько мне тут ещё валяться?

- А что, торопишься уже?! Скрасил бы время старику, - съязвил он.

- Ну может тогда расскажешь мне побольше про Агату?

- Соплячка, хорошо спряталась, - злобно прошипел он. — Ведьма из неё никакая, не чета мамашке, - его голос явно был разочарован. — Ещё бы на пытках дух испустила.

- Так это ты их всех выкосил?

- Выкосил?! Слово-то какое, я их спасал, - он замолчал. — Жалко, не успел. Ладно, хватит с тебя на сегодня. Больше положенного забрать не могу. Сам понимаешь.

- Постой. Всё-таки, что в лесу произошло? — быстро спросил я.

- В лесу, говоришь... Самому интересно, - его последние слова донеслись до меня словно обрывки сна.

Надо мной нависало всё то же щетинистое лицо Томаса.

- Ну иди сюда, я тебя поцелую, - уставшим голосом сказал я.

- Наконец-то, - он отпустил мою руку.

- Заметь, всегда левой пытается, - я посмотрел на отметины от его пальцев.

- Пол, у меня сил просто не осталось, - выдавил он. — У меня одно желание — отрубиться.

- Успеешь. У меня для тебя новости, - я поднялся и сел на край кровати.

Томас сел на стул рядом с небольшой тумбочкой, на которой стояла пепельница, и вытащил пачку сигарет.

- Знаешь, кто сейчас «прислужник» Куба? — Томас застыл с сигаретой в зубах. — Инквизитор, спаливший мать Агаты, — торжественно заключил я из последних сил.

- Неожиданно, — он щёлкнул зажигалкой и затянулся. — И что это нам даёт? Так это он получается тот, про кого Агата рассказывала?

- Не уверен, он как-то уклончиво ответил. Сказал, что не успел. Томас, извини, без подробностей, — я постарался предостеречь его от вопросов. — Это по факту всё. А да, в лесу действительно что-то особенное.

- Кто бы сомневался, - бросил Томас. - Так, я спать, - он сбросил ботинки, упал на край кровати и, по-моему, тут же отрубился.

За окном уже темнело, я подошёл к окну и всмотрелся в вечерний полумрак. Внезапно загорелись фонари, осветив пустынную улицу.

Задёрнув шторы, я вернулся к кровати и обессиленный опустился с другой стороны. На потолке промелькнули отблески от фар. Какой-то лихач промчался вниз по улице. Я лежал и пытался вспомнить своё детство.

Сколько я ни пытался, ни одно воспоминание не возвращалось ко мне. Меня не существовало, как будто я сразу родился и мне сразу шестнадцать. Это всё ещё был я, но немного другой, кто-то невидимый подкрутил мои настройки, сделав меня менее человечным, что ли.

Я уже давно перестал обращать внимание на эти изменения. Было больно только в начале, потом привыкаешь. Это была цена, даже обряды Томаса не могли сравниться с настоящей силой куба.

Сожалел ли я о том, что он попал мне в руки? Наверное, нет, как можно сожалеть о том, чего не помнишь.

С каждой минутой мои мысли замедлялись, комната увеличилась в размерах, я стал отдаляться от реальности и проваливаться в сон.

Резко открыв глаза, я уставился в потолок. Судя по всему, была глубокая ночь, в комнате стояла гробовая тишина. Я едва различал тихое дыхание Томаса.

Непонятное тревожное ощущение шевелилось у меня в груди. Сердце работало так, словно я пробежал стометровку.

Я уже хотел сесть, как со стороны входной двери послышалось тихое шуршание. Кто-то скребся в замочной скважине.

Повернув голову в сторону двери, я пытался вспомнить, закрыли ли мы дверь на цепочку. Сколько я ни таращился в темноту, разглядеть дверь мне так и не удалось.

Послышался щелчок, и всё стихло. Протянув руку в сторону Томаса, я начал его легко толкать, боясь, что он может от резкого пробуждения наделать шума.

- Не сплю я уже, - прошептал он.

- Ты слышал?

- Да, пусть зайдут, - ещё тише сказал он.

Мы лежали в полной темноте в ожидании ночного гостя. Спустя минут пять в районе двери показалась тонкая полоска приглушённого света. Появилась и тут же пропала, видимо, тот, кто пытался к нам зайти, осознал, что нас может разбудить свет.

Темное пятно вошло к нам в комнату и, постояв некоторое время у дверей, медленно двинулось в нашу сторону.

Сердце давно успокоилось, и осталось только нервное ощущение ожидания. Пятно было буквально в паре метров от нас, когда раздался пронзительный вопль, и тут же всё стихло.

Томас подскочил с кровати и включил прикроватную лампу со своей стороны, я тоже включил свою.

В бледном мерцающем кроваво-красном кругу лежал человек в длинном плаще с капюшоном, который показался мне очень знакомым.

- Ну и кто же наш гость? — Томас подошёл к нему и присел на корточки.

Человек был в позе «покорности»: сложив руки вместе, он уткнулся в них и тяжело дышал.

- Ты кто? — спокойно спросил Томас.

Я встал и подошёл к нему. На всякий случай я пощупал карман, проверив, на месте ли мой куб.

- Я не враг вам, - едва слышно просипел он. Судя по голосу, это был мужчина.

- Ты не убьёшь его? — спросил я своего напарника.

- Может, ты и прав, - немного подумав, ответил он и коснулся рукой алого круга, наш гость заметно бодрее задышал.

Печать крови не была самой эффективной в арсенале Томаса, но если уже человек попадал в неё, он мог легко попрощаться с жизнью.

- Ну так кто ты? — снова повторил он свой вопрос.

- Меня зовут Генри Элдрис, - прохрипел он.

- И зачем ты, Генри, к нам в номер залез?

- У вас вещь одна есть, - каждое слово давалось ему с огромным трудом.

- И что же это за вещь такая? — Томас глянул на меня.

- Ксантинский куб, - после этих слов, судя по всему, он отключился.

Томас протянул руку и потряс его за плечо: - Отрубился. Что-то, Генри, ты совсем слабенький. Пол, давай свяжем его.

- Может, «путами» лучше? — я вопросительно посмотрел на него.

- Нет необходимости, он обычный человек, - он пожал плечами.

- Как скажешь. Непонятно, чем его связывать только, - я покрутил головой.

Томас пошёл в ванную и вернулся с тонкой синтетической верёвкой.

- Теперь ещё и за жалюзи плати, - проворчал я.

Связав ему сзади руки, мы прислонили его к стене напротив кровати и стали ждать. Чем дольше я на него смотрел, тем сильнее становилось ощущение, я его уже где-то видел.

Это был парень лет двадцати пяти, с такими короткими волосами, что можно было разглядеть череп. Вся его голова и шея были покрыты татуировкой: необычный узор, состоящий из неизвестных мне символов, которые переплетались, словно хотели завязаться в узел. Не выдержав, я подошёл к нему и накинул ему на голову капюшон.

- Слушай, так я его, по-моему, знаю, - присев рядом с гостем, сказал я Томасу. — Он похож на того, который подошёл ко мне, когда я чуть в кювет не улетел. Правда, тот с щетиной был.

- Всё становится только интереснее, - Томас достал свою книгу в темно-бордовом кожаном переплёте и задумчиво принялся её листать.

Спустя минут пятнадцать наш ночной гость начал проявлять признаки жизни. Вначале он только стонал, но через какое-то время поднял голову и посмотрел на нас мутными глазами.

- Очнулся, отлично, ну рассказывай, - Томас захлопнул книгу и сел ближе к краю кровати.

Генри опустил голову и молчал.

- Генри, Генри, - позвал его Томас. — Так не пойдёт. Если мы будем играть в молчанку, нам придётся тебя разговорить другими методами. И поверь мне, то, что произошло с тобой сейчас, покажется тебе просто детской забавой, - его глаза недобро сверкнули.

- Мне нужен ваш куб, - наконец сказал он.

- Так, хорошо, и зачем он тебе?

- Она мне сказала, что он у вас.

- Она — это кто? — Томас наклонился ближе к нему.

- Сами у нее спросите, - он начал издавать странные звуки, словно молился или плакал, разобрать его бормотание было невозможно.

- Генри! Куда это тебя понесло? — я заметил, как вены на шее Томаса разбухли и начали заметно пульсировать.

Мне показалось, что символы на голове у Генри зашевелились, и клубок причудливых символов начал выпрямляться, опоясывая всю его голову концентрическими кругами.

- Томас, это что за хрень у него на голове?! — я подскочил с кровати и отошёл на пару шагов в сторону.

- Сейчас узнаем, - бросил он и последовал моему примеру.

- Твою мать, Томас! — резко бросил я и отскочил от кровати еще дальше, на ней сидела фигура в чёрных рваных лохмотьях.

Фигура издавала странные звуки, похожие на хрипы и стоны одновременно.

- Твой куб разбудил её, - отрешённым голосом заговорил связанный. — Она хочет проснуться окончательно. И ты ей поможешь, а она в благодарность поможет тебе, - закончил он фразу, его радужные оболочки скрылись под верхним веком, обнажив потрескавшееся глазное яблоко, его била мелкая дрожь, голова беспомощно повисла.

- Назови её имя, - коротко сказал Томас.

- Еона, - прошипела фигура на кровати. — Я осталась одна, - прошептала она, словно через слёзы.

Сидящий на полу Генри начал хватать ртом воздух и завалился на бок. Томас подскочил и поднял его. Татуировки снова пришли в движение и приняли свои прежние очертания. Отвернувшись на мгновение от кровати, я не успел заметить, как фигура в чёрном пропала.

- Да что за херня тут творится?! — выругался я.

- Если бы я знал, - вернув Генри в вертикальное положение, Томас подошёл ко мне.

- Что делать будем? — я посмотрел на бессознательное тело. Видимо печать, которую наложил Томас, оказалась серьёзнее, чем он мог вынести.

Во входную дверь постучали.

- Вот чёрт, что делать будем? - бросил я напарнику.

- Иди спроси, кто там. Я пока тело спрячу, - быстро отреагировал он.

Схватив его за ноги, он потащил тело за кровать, чтобы его не было видно со стороны входной двери. Убедившись, что Томас успевает, я подошёл к двери и громко спросил: «Кто?»

- Извините, ваши соседи жалуются на шум из вашего номера, - донёсся до меня глухой голос.

Я приоткрыл дверь, на пороге стоял парень, который оформлял нас вечером.

- У вас всё хорошо? — спросил он, как только увидел меня.

- Просим прощения, немного повздорили. Обещаем больше не шуметь, - добродушно заверил я его.

- Спасибо, - несмотря на его улыбку, в его глазах читалось недоверие.

Я прикрыл за собой дверь и вернулся к Томасу. Он стоял возле кровати и смотрел на лежащего Генри.

- Что теперь?

- Предлагаю подождать, должен же он в себя прийти.

- А может, мы ему зелье Старухи дадим?

- А если помрёт? — задумчиво спросил Томас.

- Ну я же живой, - демонстративно похлопал себя по бёдрам.

- Смотри сам, - он пожал плечами, давая мне понять, что он не против.

Достав из сумки свёрток, я быстрым движением развернул его на кровати и вытащил из маленького кармашка склянку со знакомой мне фиолетовой жидкостью. Шприц был готов, и ловким движением я ввёл содержимое в его вену.

- Если помрёт, сам будешь от тела избавляться, - Томас с интересом наблюдал за происходящим.

Воздух вокруг тела начал колебаться, как если бы кинули пригоршню мелких камней в пруд со стоячей водой. Маленькие фиолетовые вспышки в центре небольших волнений становились всё ярче, и вокруг тела появились маленькие летающие существа, чем-то напоминающие бабочек, с полупрозрачными крыльями, испещрëнными фиолетовым узором. Их крылья тихо шуршали, издавая звук шелестящей бумаги.

С тельца свисали три пары конечностей, в точности похожих на человеческие ноги. А в том месте, где мне, как показалось, должна была быть голова, покачивался слоновий хобот, только непропорционально длинный к телу.

- Фу, а этот-то какой мерзкий, - донёсся до меня знакомый пищащий голос.

- Что они с ним делали, у него вся кровь провонялась?! - послышался ещё один похожий голос.

- Это кто такие? — удивлённо спросил я Томаса.

- Табибские феи, - хмыкнул он. — Лечат практически всё, что угодно, но, правда, оставляют без воспоминаний, причём о женском поле. Старуха, конечно, поражает, и как ей только удалось, - в его голосе читалось уважение.

Маленькие существа копошились вокруг обездвиженного тела и ловко ощупывали его своими хоботками.

- Он вообще моется?! — раздался снова писклявый голос.

- Невыносимо просто, - вторил ей ещё один. — Надо с него такую плату взять..! - несмотря на высокий голосок, прозвучал он не по-шуточному угрожающе.

- Да, да, - поддержал её первый.

Через какое-то время феи, видимо закончив своё дело, подлетели к основанию черепа и на моих глазах проникли своими хоботками ему в голову. При этом узоры на их крыльях вспыхнули ярким фиолетовым светом. Я инстинктивно ощупал свой затылок.

- Мерзко как-то, - сказал я с отвращением.

- Зато эффективно, - подытожил Томас, когда наш гость зашевелился.

Маленькие создания замерцали и пропали так же неожиданно, как и появились. Генри замычал и начал пытаться вставать с пола.

- Полегче, - сказал ему Томас и помог сесть.— Ну уже лучше? - он усмехнулся. — Так, давай теперь без представлений, - сказал он уже серьёзным голосом.

Наш пленник беспомощно уставился на нас. Не выдержав взгляда Томаса, он отвернулся и тихо начал:

- Я текущий хранитель покоя Еоны. Мой род много веков охранял её сон. И за все эти годы ни разу не шевелилась, не говоря уже о том, чтобы проснуться. Но недавно что-то произошло, она проснулась. Я не был готов к такому, - он побледнел. — Она мучает меня, она постоянно в моей голове и требует его.

- Кого? — спросил я.

- Куб. Всё время бормочет, чтобы я его принёс. Я так больше не могу, - он провёл по лицу рукой с растопыренными пальцами. — Я уже думаю, что проще покончить с собой, - мы с Томасом переглянулись.

- Генри, мы можем тебе помочь, - спокойно сказал Томас. — Если обещаешь не дурить, я тебя развяжу, - он быстро закивал головой. - Вот и хорошо.

Молодой парень сидел на стуле и потирал посиневшие отметины от шнурка.

- Ты можешь рассказать, где она находится? — спросил я его.

- В лесу есть старые развалины, под ними подземное помещение. Она в нём уже несколько веков находится. Мне так отец рассказывал.

- Скажи-ка, Генри, это ты был тогда в лесу, когда я чуть не вылетел?

Мой собеседник устало посмотрел на меня и произнёс:

- Я вас сегодня первый раз увидел.

- Генри, придётся тебе с нами в лес прогуляться, - бодро заявил Томас и встал с кровати. — Есть охота, сил нет.

Глава 9

Томас оценивающе смотрел на Генри, судя по всему, обдумывая, что с ним делать. Парень сидел на стуле в какой-то нелепой позе, уставившись в пространство между нами.

- Ну и что нам с ним делать? — устало спросил я, опустившись на край кровати.

- Да ничего, - бросил он равнодушно. — Тебе же с нами стало легче? Голос слышишь в голове?

Генри отрицательно помотал головой.

- Но не обольщайся, это ненадолго, - тут же спустил его с небес на землю мой напарник. — Судя по твоему орнаменту, у тебя родовая привязанность. Феи кровь тебе, так сказать, почистили. Но даже они не в силах полностью её снять. Так что времени у нас немного, - Томас встал и пошёл в ванную. — Предлагаю быстро перекусить где-нибудь в неприметном месте, - донёсся его голос уже из ванной.

- А куда нам сейчас идти, после вчерашнего?! — сказал я больше для самого себя и приоткрыл шторку. На улице начало светать.

Я отошёл от окна и сел напротив Генри. Парень пребывал в отрешённом и, судя по всему, в очень подавленном состоянии. Расспрашивать его сейчас, наверное, было бы крайне жестоко.

По реакции Томаса можно было сделать вывод, что он не считает его опасным. Видимо, никаких особых способностей у него не было. Он скорее был ходячим ретранслятором сознания фигуры в чёрном.

Прошло минут пятнадцать, когда из ванной вышел Томас с полотенцем на голове.

- До чего же хорошо, - энергичными движениями он вытирал свои короткие волосы. — Категорически советую, - бросил он мне и убрал полотенце с головы.

В этот момент я немного испугался. На всю его правую половину лица расплылось темно-бордовое родимое пятно.

- У тебя на лице, - он не дал мне закончить фразу.

- Всё нормально, будем считать это маскировкой. Вряд ли они ищут человека с такой приметной особенностью, - усмехнулся он, натягивая на себя футболку.

- А я?

- А ты сиди здесь. Вон у тебя и компания есть, - он кивнул в сторону Генри. — Я тут видел дайнер недалеко.

- Пива возьми, - бросил я ему вслед, когда он уже закрывал за собой дверь.

Уставший от ночного происшествия, я упал на кровать и, подсунув под спину подушку, уставился в смартфон.

Листая местные новости, я пытался найти упоминания о вчерашнем происшествии. Но, судя по всему, пока информация не просочилась. Оторвавшись от телефона, я посмотрел на Генри. Он немного отошёл: взгляд был не такой отрешённый.

- Генри, - позвал я его.

Он поднял голову и вопросительно посмотрел на меня.

- Можешь точно сказать, когда первый раз ты почувствовал, что что-то не так?

Парень задумчиво посмотрел в потолок и начал загибать пальцы.

- По-моему, это третья ночь. Ну да, - он кивнул головой. — Она первый раз ночью явилась. И всю ночь то плакала, то угрожала. И всё время повторяла: «Он здесь». Потом начала требовать, чтобы я стал по городу ходить. Когда первый раз проходил возле «La Petite Maison», она так завизжала. Я чуть с ума не сошёл, - его лицо перекосило от неприятных воспоминаний. — Потом причитать начала: «Он здесь, он здесь. Поганые сучки рядом», - он обхватил голову двумя руками и замычал что-то неразборчивое.

Встав с кровати, я подошёл к нему и сел на край кровати.

- Успокойся, - я потряс его за плечо. — Томас же сказал, что пока всё будет нормально. А дальше посмотрим.

Мне было искренне жалко парня, он совсем не был готов к такому.

- Ты знаешь, расскажи лучше, кто она?

- Я не могу, - выдавил он из себя.

- Почему?

- Она не разрешает, - он погладил себя по голове. — Я даже имя её произнести не могу.

- Понятно.

Входная дверь открылась, и на пороге появился Томас с объёмным бумажным пакетом. Как только он зашёл, комнату наполнил аромат фастфуда.

- Заждались? - он открыто улыбнулся и поставил пакет на столик.

Я подскочил с кровати и зашуршал плотной бумагой, в пакете лежали аккуратно завёрнутые гамбургеры и плотно запечатанные кульки.

- Про пиво не забыл, молодец, - шутливо похвалил я его. — Будешь? — я протянул Генри гамбургер, тот незамедлительно кивнул и взял свёрток.

Устроившись на кровати рядом с тумбочкой, я развернул обёртку, которая уже в некоторых местах стала прозрачной от соуса, и с жадностью вонзил зубы в тёплую булку.

- Ммм, - промычал я с полным ртом, - Это восхитительно.

Томас последовал моему примеру и, встав возле окна, шелестел своим завтраком. Покончив со своей порцией, я развернул кулёк, который был плотно набит картошкой фри с небольшими кусочками рыбы в кляре.

- Томас, ты просто лучший, - с этими словами я щёлкнул алюминиевым язычком пивной банки.

- Мы много пьём, - он снова завёл свою песню.

- С нашей работой не пить подобно самоубийству, - деловито заявил я и отхлебнул пива. — Генри, будешь? - окончательно подобрев, я потряс запечатанной банкой.

Он отрицательно покачал головой, задумчиво жуя булку с котлетой.

- Мне знаешь что интересно. Ты про неё ничего рассказать не можешь, а как же ты нас поведёшь? — я захрустел рыбным кусочком.

- Не знаю, но я чувствую, что она не против этого, - растерянно ответил он.

- Ловушка? — я посмотрел на Томаса.

- Всё может быть, - согласился он.

- Генри, ты говоришь, что ваша семья уже много веков её охраняет? — тот кивнул головой. — Готов поспорить, что это так или иначе связано с теми ведьмами, - заключил он.

- Но Агата сказала, что больше никого не осталось, - я отхлебнул ещё пива.

- Так я и не говорю, что это они. Просто тут только слепой связь не увидит, - парировал он. — А ты на машине? — резко спросил он у парня.

- У меня пикап старенький, - смущенно ответил он.

- Это отлично! Далеко отсюда?

- Нет, тут рядом, - махнул он рукой.

- Когда выдвигаемся? — настроение у меня заметно приподнялось, и я готов был двинуться в бой.

- Не вижу смысла затягивать. Собираемся, - с этими словами Томас скомкал обёрточную бумагу.

Быстро собравшись, мы вышли из номера в сопровождении Генри, который заметно поник. От «привязанности» так легко было не избавиться.

- Зовёт? — коротко спросил Томас.

Генри кивнул и устало посмотрел на нас.

- Ты не сопротивляйся, мы всё равно туда едем, - подбодрил я его.

Томас с Генри вышли первыми, а мне пришлось задержаться, нужно было сдать ключ.

- Как вам у нас? — спросил заспанный парень с ресепшена, провожая взглядом моих приятелей.

- Честно сказать, не очень, - мне почему-то захотелось сказать какую-то глупость. — Всю ночь какие-то люди ходили. Спать было невозможно. Что у вас с безопасностью вообще, - придирчиво бросил я и, не дожидаясь ответа, направился к выходу.

- Но ведь…, - послышалось мне в след.

- Ждите от меня оценки, - не дав ему договорить, я выскочил за дверь.

Томас помахал мне рукой с противоположной стороны улицы. Он стоял рядом с большим красным пикапом, вид которого говорил, что он успел повидать многое за свою жизнь.

Развалившись на просторном заднем сиденье, я достал из сумки банку пива. Поездка обещала быть увлекательной.

Мы медленно покатили по улочкам города, петляя через незнакомые переулки. Улицы и так были узкими, а те, через которые мы ехали, вообще не позволяли разъехаться.

Проехав через знакомую площадь с церковью, мы устремились к выезду из города. Пока ехали, меня не покидало ощущение, что мы вряд ли вернёмся сюда снова. Машину жалко, прикипел я к ней, куда мы только на ней не ездили.

- Чёрт, кто бы сомневался, - выругался Томас. Он сидел на переднем сиденье и раньше меня заметил припаркованные у обочины патрульные машины.

- Что делать будем? — спросил я, выпрямляясь, словно готовился к бою.

- Генри, сбавь-ка скорость немного, - быстро сказал он и полез к себе в сумку. — Так, мы - твои друзья, приехали в гости. Давай, соберись, - он вытащил небольшую деревянную коробочку, меньше его ладони.

Как только наша машина подъехала ближе, полицейский поднял руку и махнул в сторону обочины. Пикап не спеша съехал с асфальта на шуршащий гравий. Полицейский медленно подошёл к водительской двери и показал рукой жест, опустить стекло.

В тот момент, когда Генри начал его опускать, Томас сдунул с руки едва заметную белёсую пыль. Полицейский даже не успел понять, что с ним произошло, он чихнул и пошатнулся.

- Чарли, у тебя всё в порядке? — прокричал второй полицейский, который наблюдал за нашей машиной со стороны.

- Да нормально всё! - ответил наш полицейский. — Напылили тут, - он помахал рукой перед лицом.

- Ваши права, пожалуйста, - обратился он к нашему водителю. — Куда собираетесь? - как бы между делом спросил он, разглядывая пластиковую карточку.

- Да вот друзья приехали, - аккуратно начал Генри. — Хочу им показать наши места.

- Понимаю, места у нас что надо, - кивнул он. — А не рано?

- Так пока солнце не высоко, на озеро заедем, - добавил Генри.

- А как, говоришь, друзей-то зовут? - полицейский протянул ему документы.

- Боб и Джон, - выпалил он.

- А что случилось, офицер? - наивным голосом спросил Томас.

- Проверка, просто проверка, - попытался уклониться он.

- Ну нам-то можно рассказать, - не останавливался напарник.

Полицейский замешкался, но, видимо решив, что нам можно, сказал: - Да ублюдки какие-то двух девок порешили. Искромсали как на бойне. Я сам не видел, но ребята говорят, зрелище не для слабонервных, - у меня перед глазами всплыла увиденная мной картина. — А у меня ведь дочка, - закончил он.

- А кого ищете-то? — спросил я.

- Да если бы сами знали. Даже ориентировки нормальной нет. Они вроде в отеле останавливались. Как выяснилось, они два номера взяли. Но вот в чём загвоздка, описать их никто не может. Фамилия одного только известна, но лично я думаю, подставная, - тут он спохватился, видимо поняв, что разболтался. — Счастливого пути, - развернувшись, прихрамывая пошёл в сторону машин.

- Как по мне, очень неудобно в использовании, - сказал я, как только мы отъехали, оглядываясь в заднее стекло.

- Зато практически без последствий, - ответил Томас, пряча коробочку в сумку.

- У него башка болеть будет хуже, чем с похмелья, - возразил я.

- Пол, кто бы говорил, - он осуждающе посмотрел на мою сумку, в которой лежали склянки нашей Старухи, и на Генри.

- У каждого свои предпочтения, - фыркнул я.

У Томаса была страсть к «пыльникам», он считал, что достижение результата в нашем деле неразрывно связано со страданиями. Хотя вряд ли можно было ожидать чего-то другого от сакрифанта.

А вот мне всё же были ближе «компоты», которые так любезно варила для нас Старуха. Да, цена была дороже в каком-то смысле, но они практически никогда не мучили физически.

Незаметно для меня машина вкатилась под плотные кроны деревьев и, уверенно держа дорогу, приближала нас к разгадке всей этой истории. Во всяком случае, я на это искренне надеялся.

Машина остановилась на очень знакомом участке лесной дороги. Я высунулся из открытого окна и посмотрел по сторонам.

- Что-то мне это всё напоминает.

- Спорить даже не буду, это же то самое место, - согласился Томас.

- Ну тогда пошли, - я похлопал по карману, в котором лежал мой артефакт.

Спрыгнув на землю и осмотревшись по сторонам, я нервно бросил остальным участникам нашей экспедиции: «Ну я тут один торчать буду?». Внутри нарастало беспокойство, я четко вспомнил, как это было в прошлый раз.

Облегчённо вздохнул, когда увидел, как из машины вылез Генри, а за ним следом, со своей стороны, мой напарник.

Мы встали перед капотом обсудить наш дальнейший план.

- И куда дальше? — спросил Томас, озираясь по сторонам.

- Нам туда, - махнул в чащу наш проводник. — Минут за тридцать должны дойти.

Я скептически осмотрел свои светлые кроссовки.

- Что же это такое, одни растраты! Томас, машину надо будет забрать, - расстроенно заявил я.

Он решил оставить мои слова без внимания и снова полез в свою сумку.

- Если ты думаешь, что я соглашусь на твои порошки, то ты ошибаешься, - возмутился я.

- Пол, блин, - он заметно злился. — Ты уже забыл, что в тот раз было? Или ты хочешь сразу в него вцепиться? От морока мы должны устоять. Но нам их видеть надо, - с ним было сложно спорить.

- Давай у себя посмотрю, - я всё же решил пойти своим путём.

Пока Томас доставал из сумки длинный кривой нож и очередную коробочку, я достал свой свёрток и размотал его на заднем сиденье.

Я быстро читал названия, скользя пальцем по флаконам: - Вот! - я радостно вскрикнул и испугался своего же голоса.

Томас скептически посмотрел на кристально прозрачную жидкость.

- Тебе прошлого раза было мало?

- Это первый раз было. Я был не готов к такому, - отмахнулся я. — В этот раз меня так просто не возьмешь.

У этого зелья была одна очень неприятная особенность. После его применения через какое-то время начинали мучить угрызения совести. Даже если ты никогда не совершал ничего предосудительного.

К моему стыду, в прошлый раз я пытался сдаться в полицию за убийство семьи, о котором не подозревал и уже тем более которое не совершал. Но даже это меня не так пугало, как средства Томаса.

Прозрачная жидкость наполнила очередной шприц, я отметил, что по-хорошему мне бы прикупить в запас. И я без колебаний проткнул иглой вздутую вену.

Генри ошарашенно смотрел на наши приготовления, от последней сцены он даже отвернулся.

- Ты не подумай, это лекарство, - подмигнул я ему.

Я почувствовал, как обжигающая волна начала распространяться от места инъекции. Каждый мой сосуд начал гореть изнутри, я прислонился к дверному проёму не в силах двигаться. Когда мне показалось, что я уже не в силах выдержать внутренний жар, всё прекратилось.

Тело стало ватным, все движения плавными, захотелось где-нибудь прилечь и уснуть. Но это было обманчивое ощущение. Мир перед глазами менялся, то тут, то там замелькали разноцветные вспышки. Как маленькие разноцветные звёзды они летали по всему лесу и то и дело вспыхивали.

Хранители леса везде были одинаковые.

- Знаешь, Пол, ты всё больше напоминаешь мне наркомана, который без разбору «ставится» любой дрянью, - бросил Томас и закатал рукав рубашки, надетой поверх футболки.

- Ну да, куда мне до тебя, - я спокойно наблюдал, как кривой нож медленно сделал разрез на его предплечье. Только сейчас я обратил внимание, что на лице у него не осталось и следа от утреннего родимого пятна.

Алая змейка крови стекла вниз и скрылась в сжатом кулаке. Его губы медленно шептали неразборчивые слова, вокруг нарастало странное гудение. Огоньки, которые до этого спокойно летали между нами, резко отлетели прочь. Как будто мальки, испугавшись брошенного камня.

Томас разжал руку и сделал стряхивающее движение. Я зажмурился, боясь, что его кровь попадёт мне на лицо. Но это было обманчивое чувство, никаких капель с неё не слетело.

Открыв глаза, я увидел интересную картину. Вокруг него словно был надут прозрачный пузырь метра четыре в радиусе.

Лесные огоньки кружили вокруг, не в состоянии проникнуть вовнутрь невидимого барьера.

- Ну я готов, - сообщил Томас. — Идём? — спросил он Генри.

Тот кивнул и уверенно шагнул на поросший высоким кустарником склон. К моему удивлению, чем дальше мы удалялись от дороги, тем проще было идти. Вся земля была покрыта толстым ковром из мягкого мха.

Редкие раскидистые деревья не составляли большого труда лавировать между ними. Основным препятствием было моё «новое» зрение.

То тут, то там попадались диковинные растения. Светящиеся грибы, которые прятались, как только мы к ним приближались. Круглые мохнатые существа сидели на толстых нижних ветках и провожали нас своими овальными немигающими глазами.

- Слушай, я ничего сказать не хочу, но у меня такое ощущение, что меня конкретно так прёт, - пожаловался я Томасу, когда в очередной раз встретился глазами со странным круглым существом.

- Ты сам так захотел, - его злорадная ухмылка мне совсем не понравилась.

- Томас, у нас гости, - резко выкрикнул я, когда вдалеке среди деревьев замелькали человеческие фигуры.

Глава 10

Фигуры, мелькающие между деревьев, начали приобретать форму. Это были женщины разных возрастов. От старух, которые на удивление проворно двигались, до совсем ещё девочек, не старше лет десяти. Все они были в грязных лохмотьях, едва прикрывающих их наготу.

Они быстро передвигались от дерева к дереву, прячась за массивные стволы. Томас достал из кармана приготовленную коробку с порошком и, высыпав приличную порцию себе в ладонь, подбросил перед собой.

Весь объём его импровизированного пузыря заполнился мелкой золотистой пылью, взвесь равномерно заполняла объём, её практически не стало видно.

- Чёрт, - выругался я и выскочил из невидимого пузыря.

- Не дури, - выкрикнул Томас.

- Я что, зря дрянь эту себе ставил? - я категорически не желал ощущать на себе действия этого «пыльника».

Благодаря ему Томас и Генри могли видеть то же, что и я, но только потом они, скорее всего, ослепнут на некоторое время, чаще всего на один глаз, но бывали случаи, когда слепли на оба.

- Кто это? — испуганно спросил Генри.

- А это, Генри, те, кого почитали твои предки, - ответил Томас и крепко сжал в руке свой кривой нож. — Ещё далеко?

- Нет, - немного заикаясь, ответил он. — Не больше метров ста, наверное.

- Ну тогда нам лучше ускориться, - быстро сказал Томас и посмотрел на меня.

Я кивнул, и мы, наращивая скорость, побежали вслед за Генри. Тут же со всех сторон раздались пронзительные вопли. Истеричные женские крики, полоснули нас по ушам. Резкая боль пронзила моё правое ухо.

Не сбавляя темпа, я ощупал его пальцами. Они стали мокрыми и слегка липкими от крови. Из ушей Генри тоже бежала кровь, Томас пока держался.

Прямо мне под ноги из-под поваленного дерева бросилась тощая фигура и попыталась схватить за ноги. Рука, покрытая шишковатыми язвами, вся в вздутых синих венах, схватила воздух в тот момент, когда я подпрыгнул вверх.

Краем глаза я заметил, как исказилось её лицо, мертвецки синие губы оголили беззубый рот. Меня невольно передёрнуло от этой картины, я вспомнил наших знакомых близняшек. Между деревьями показалась практически разрушенная тёмно-серая стена. Видимо, когда-то бывшая частью некого здания.

Чем ближе мы приближались к развалинам, тем свирепее становились наши преследовательницы.

Нож Томаса с размаху прошёлся по облысевшей голове, с которой свисали слипшиеся волосы. Тело старой ведьмы закружилось по земле, как будто оно выпало из быстро несущейся машины.

Генри бежал со всех ног и был бледен не меньше, чем наши погонщики. Проворная ведьма лет двадцати на вид схватила меня за руку и с неистовой силой дёрнула назад.

Весь мир перевернулся у меня перед глазами, и я со всего размаху ударился спиной о зелёный ковёр. Она кинулась ко мне; её поблёкшие глаза смотрели сквозь меня.Раскрытый рот был похож на чёрную бездонная дыру, которой она хотела меня поглотить.

Над моей головой пролетело нечто и с хрустом проломило череп нападавшей.

- Не бросай его, жалко, - прокричал мне Томас, удаляясь от меня.

Из обезображенной головы торчал один из ножей Томаса с пожелтевшей от времени резной ручкой. Я спихнул с себя обмякшее тело и выдернул нож, на нём осталась зеленоватая слизь.

Со всех ног я бросился вдогонку за быстро удаляющимися фигурами. Не оборачиваясь, не останавливаясь, через боль в мышцах, я готов был выплюнуть свои лёгкие, но не сейчас. Сейчас надо было добежать, а там видно будет.

С двух сторон послышалось сопение, сзади раздался оглушительный крик, снова резкая боль пронзила мои уши. Но серый камень развалин был уже совсем рядом.

На всём ходу я зацепился за что-то и со всего размаху перелетел через низкую стенку, всё, что осталось от прежнего строения.

Не выпуская нож из руки, чудом не порезавшись, я перевернулся на спину и выставил его вперёд. Тяжело дыша, я приподнялся сначала на локти, а потом встал, заметно покачиваясь.

Недалеко от меня, за более высоким куском стены, облокотившись на неё спиной, сидел Генри, а над ним стоял Томас.

Наш проводник обеими руками держался за левую ногу, вся его штанина была темная от крови.

- Зацепили? — не отрывая взгляда от насыпи, спросил я.

- Нет, - коротко ответил Томас, махнул рукой на лежащий между нами сухой ствол, из которого торчали короткие и острые сучья. — Да опусти ты его. Не зайдут они сюда, - нервно бросил он. Пузырь, который до этого окружал его, исчез, но, судя по его глазам, «золотая пыльца» ещё какое-то время будет действовать.

Только сейчас я заметил, что вокруг нас стоит глубокая тишина. После нашей погони даже шорох листвы казался незначительным. Подойдя к остаткам стены, я выглянул наружу: лес был пустым, только кое-где испугавшиеся грибы расправляли свои шляпки.

- Рана глубокая? — спросил я, не оборачиваясь.

- Больше длинная, чем глубокая, - заключил Томас. — Идти сможешь? - спросил он Генри.

- Наверное, - он зашипел, пытаясь подняться.

- Так никуда не пойдёт, - остановил его Томас и подошёл ко мне. — Есть предложения? Мы с ним далеко не уйдем.

- Склянки я в машине оставил, не думал, что пригодятся. С непривычки, - развёл я руками. — Можно, конечно, по-другому ему помочь, но прямо сейчас я не хочу куб использовать, - смущённо ответил я, пытаясь увидеть в его глазах понимание.

- Не хочет… - он замолчал на какое-то время. — А мне что делать, я и за месяц не восстановлюсь, - возмутившись, мой напарник пошёл к раненому.

- Томас, - окликнул я его вслед. Он только махнул рукой.

Томас покрутился вокруг, распинывая валяющиеся вокруг камни, поднял округлый плоский камень и положил его рядом с ногой Генри.

- Так, лежи молча и, вообще, лучше отвернись в сторону. Не вздумай пытаться сбежать. Больно не будет. Точно не так, как сейчас, - скомандовал он.

Наш раненый послушно отвернулся в сторону и для пущей надёжности сильно зажмурился.

Томас вытащил свой кривой нож и сделал надрез поперёк всей ладони. Меня передёрнуло, перед глазами пронеслась картина, как этим же ножом он полоснул по голове одну из ведьм. Но, судя по всему, его не сильно это смущало.

Он занёс руку над плоским камнем, и кровь закапала на его поверхность.Запрокинув голову, Томас зашептал неразборчивые слова, и от камня пошёл лёгкий дымок. Кровь уже практически стекала из его ладони тонкими струйками.

Зажав открытую рану в кулак, Томас продолжил шептать свои заклинания. Его кровь по капле поднялась в воздух и закружилась в странном хороводе: капельки смешивались, снова разделялись, образуя причудливые узоры.

Они пульсировали, чем-то напоминая бьющееся сердце. Когда узор перестал меняться, в воздухе повис круг, напоминающий пентаграмму с письменами по кругу. Спустя пару пульсаций печать распалась, и кровь ринулась на Генри.

Раздался резкий стон, и он потерял сознание.

Томас пошатнулся, но устоял и, устало опустив руки, вернулся ко мне.

- Ему минут двадцать надо.

- А тебе? — спросил я его.

- Нормально всё. Ты же не думаешь, что эти фокусы меня из строя выведут, — я усмехнулся от его слов.

Томас был опытным сакрифантом, умел расходовать свои силы так, чтобы не свалиться замертво от потери крови. Да и не только кровавые ритуалы были у него в рукаве.

- Слушай, а ты их видишь? — я указал на круглых мохнатых существ.

- Вижу, — недовольно ответил он.

- А это кто вообще?

- Знаешь, как люди в лесах плутают? Начинают по кругу ходить. Прям рядом с опушкой заблудиться могут. Так это им спасибо сказать надо.Они вроде как безвредные. Но стоит им на плече устроиться, а хуже того — на голове, — он похлопал себя по макушке.

- А с виду симпатичные, — разочарованно сказал я.

- Это наша Старуха симпатичная, — тяжело усмехнулся он.

- Кто тут поспорит?! — меня повеселила его шутка.

Лес был тихий, а моё новое «зрение» делало его просто сказочно красивым. Неестественно яркие цвета наполняли скучный пейзаж. Я прислонился к насыпи и закрыл глаза, вслушиваясь в окружающие звуки. Было очень тихо, и даже не верилось, что мы только что бежали как загнанные зайцы.

- Ты думаешь, всё дело в той, за кем он присматривал? — спросил я Томаса. Он сидел на корточках, облокотившись спиной на камни.

- Думаю, да.

- А куб ей зачем?

- Вот это нам и надо выяснить. Уверен, что всё это с нашим заданием связано, — заключил он.

Раздались стоны Генри, мы подошли к нему и присели рядом.

- Ну как себя чувствуешь? — спросил Томас.

Генри поспешно начал ощупывать свою ногу. Видимо, не поверив, что она стала лучше, он расстегнул ремень и спустил штаны.

С внутренней стороны бедра красовалась длинная красная полоса свежезатянутой раны.

- Спасибо, — ещё немного, и он бросился бы нас обнимать.

- Штаны надевай, — усмехнулся я и выпрямился.

- Ну раз всё в порядке, куда дальше? — выпрямился рядом со мной Томас.

Генри торопливо застегивал ремень, постукивая металлической пряжкой.

- Тут ещё немного пройти надо, совсем рядом вход, — он показал вглубь развалин.

Мы медленно шли по древним развалинам, лавируя и перелезая через остатки фундамента и стен.

Судя по всему, Генри стало намного лучше, не только физически: он заметно повеселел и стал более разговорчивым.

- Мне отец рассказывал, что раньше здесь был небольшой замок, стоял прям в лесу. И хозяйкой она была. А когда в сон впала, место в запустение пришло. Люди ушли, никто его не поддерживал. Через какое-то время местные стали растаскивать всё. А что мы могли сделать, — он словно оправдывался. — Но вход к ней надёжно скрыт и открывается только нам, — гордо заявил он.

- Так вы что, все эти годы за ней приглядывали? — спросил я, перепрыгивая через неглубокую ямку.

Он кивнул: — Я всё делал, как отец говорил, — он провел рукой по татуированной голове. — Мы дверь никогда не открывали. Только спускались к ней. Стояли, слушали и уходили.

- Вот вы сами себе работу придумали, — усмехнулся я. — А цель-то какая была?

- Мы должны были быть готовыми к её пробуждению, — неуверенно ответил он и замолчал.

- Так себе у вас получилось, — Генри обиженно посмотрел на меня, но ничего не сказал. — Но теперь есть мы, — я играючи пнул камень. — Герои!

- Пол? — Томас подозрительно посмотрел на меня.

Да я и сам понял, что что-то не так. Почему мне так хорошо, настроение просто отличное, непонятная радость переполняла меня, хотелось без остановки шутить.

Я постарался взять себя в руки, пытаясь бороться с переполняющим меня счастьем. Мы остановились в центре развалин. Судя по всему, когда-то это было небольшое помещение; по краям уже выросли небольшие вытянутые деревца.

- Сегодня просто прекрасный день, - выдал я и уставился на своего напарника.

- Это нормально здесь, - вдруг сказал Генри. — Только раньше кроме нас никто этого не чувствовал, но и то только рядом с дверью. Мы счастливы быть ей нужны.

Томас подозрительно посмотрел на нас и сделал шаг назад, в его руке был зажат кривой нож. Как и у Генри, его глаза продолжали светиться слабым золотистым светом, значит, он ещё мог видеть скрытый мир.

Генри достал из кармана большой металлический ключ и зашевелил губами. Я сделал шаг назад, в тот момент как земля в самом центре зашевелилась и задрожала, словно рябь на воде.

Перед нами открылся достаточно крутой спуск с широкими каменными ступенями. Лестница уходила куда-то вниз, скрываясь за поворотом.

Мы медленно начали спуск. Как только над головой сомкнулся округлый свод, Генри остановился и взял из небольшой ниши факел, туго обмотанный тканью.

- Может, лучше так? - Томас включил фонарик на телефоне.

- Нет, - отрезал Генри, - мы здесь таким не пользуемся. Да и бессмысленно.

- Томас, давай, как он говорит, - у меня внутри была твёрдая уверенность, что наш проводник знает своё дело.

Но, по-видимому, мой напарник не проникся нашими словами: - Давайте я так попробую, - настаивал он.

Генри пожал плечами и вручил мне второй факел. Он достал из кармана небольшую зажигалку, и наши факелы, потрескивая, разгорелись коптящим огнём.

Мы медленно начали спуск, держа факелы как можно выше, высокие потолки позволяли вытянуть руку. Через пару метров фонарик Томаса начал моргать, пока окончательно не потух.

- Батарея села, - выругался он.

Я достал свой смартфон и попробовал его включить, но он не реагировал на кнопки.

- На сколько глубоко она идёт? — спросил Томас.

- Да не очень, она по спирали вниз уходит, - ответил ему Генри, идущей впереди нас.

Пройдя очередной изгиб, мы остановились перед высокой деревянной дверью. На ней не было видимых ручек и замков.

Мы, задрав голову, рассматривали сверху вниз замысловатый узор, очень похожий на тот, что был на голове у Генри.

- И что теперь? — с какой-то идиотской радостью в голосе сказал я.

- Дальше мы никогда не ходили, - улыбаясь ответил Генри, не сводя с двери глаз.

- Генри, скажи, она продолжает тебя звать? — спросил Томас.

- Нет, голос прекратился, как только мы в развалины попали, - добродушно ответил он, продолжая улыбаться.

- Ну так что, долго стоять будем? Нет времени, - теряя терпение, сказал я.

Генри мялся и крутил в руках большой ключ, не решаясь воспользоваться им.

- Представь только: ты будешь первым, кто туда зайдёт, - подбадривал его я, меня и самого невероятно тянуло попасть вовнутрь.

Генри ничего не ответил, молча протянул руку и вставил ключ в небольшое, едва заметное отверстие. Раздался тихий щелчок, и ключ сам собой повернулся на одну четвёртую оборота.

Символы на двери начали хаотично двигаться, принимая узор в виде спирали, исходящей из центра двери.

Генри схватился за голову и упал рядом с дверью, хватая ртом воздух, издавая хрипящий звук. Томас подскочил к нему и подхватил с полу выпавший факел.

Не обращая внимания на происходящее, я ломанулся за дверь, забыв о любой осторожности. Все мои мысли были только об одном: там внутри есть то, что сделает меня счастливым. Если надо, я отдам всё, только чтобы это чувство не прекращалось.

- Пол! - прокричал мне вслед Томас и, судя по отблескам факела, зашел следом.

Это было небольшое помещение, больше похожее на тюремную камеру. Одинокий стул стоял возле стены, напротив которого находилась узкая деревянная кровать.

Посередине комнаты на полу лежала груда тряпья. Мы стояли у входа и медленно водили факелами из стороны в сторону. Я первый сделал шаг и приблизился к лежащей в центре куче ткани.

Огонь осветил торчащую из-под плотной ткани женскую ногу, испачканную грязью.

- Пол, остановись! - резким, повеливающим голосом скомандовал Томас. - Не вздумай!

Ощущение безмерного счастья отступило, на его место пришла злость. Злость на Томаса, что он пытается остановить меня, не дать прикоснуться к ней.

- Она манипулирует тобой. Подумай сам, подумай о кубе, - спокойно, но очень твердо сказал он.

Я повернулся к нему лицом. С его левой руки стекала кровь, а всё его тело излучало мягкое алое свечение. Вначале было желание наброситься на него, заставить замолчать. Но мягкое свечение словно успокоило меня.

Костяшки моих пальцев, которыми я сжимал факел, побелели от напряжения. Меня словно окатили холодной водой. Перед глазами пролетели все события, что случились с нами за последние несколько дней.

- Томас, прости, - я сделал шаг назад от тела в его сторону. - Не знаю, что на меня нашло, - я провел рукой по лицу и вытащил из кармана свой артефакт.

- Пол, всё хорошо, - Томас тяжело вздохнул, и свечение исчезло. - Отойди от неё подальше.

Со стороны двери раздались хрипы, как будто кого-то душили, Томас повернулся, чтобы осветить происходящее.

Через порог полз Генри, весь бледный, с неестественно выпученными глазами.

- Томас, прости, - без эмоций повторил я.

Нож с потемневшей от времени рукояткой, который спас меня в лесу, вошел в его бок на всю длину лезвия. Я разжал пальцы, выпустив нож из руки.

Он замер и, шатаясь, повернулся ко мне, факел выпал из его рук, он начал хвататься за один из своих ножей и попятился к стене.

Вряд ли обычный нож мог нанести ему такие серьезные раны, но это был его нож. В них всегда была жажда крови.

Томас уперся в стену и медленно съехал по ней, неуклюже завалившись на бок. Всё это время Генри настойчиво полз в мою сторону. Отвернувшись от него, я подошел к телу и присел на корточки.

Некоторое время я разглядывал его, пытаясь представить, как она выглядит. Не в состоянии больше терпеть, я потянул за край ткани.

Передо мной лежала молодая, на вид лет двадцати пяти, девушка, перепачканная, словно она постоянно падала в грязь. Из одежды на ней был только тонкий кожаный ремешок на горле. Влекомый непонятной силой, я провел кончиками пальцев по ее спине.

- Отойди от нее, - раздался сзади хриплый голос Генри.

Острая, обжигающая боль пронзила меня между лопаток. Я попытался встать, но тут же упал. Огонь, который обжег меня, быстро начал распространяться по телу.

Перед глазами все плыло, напротив меня лежал Томас в той же позе, но уже без ножа в левом боку.

- Моя хозяйка, - откуда-то издалека послышался голос Генри.

Глава 11

За небольшим столом, заваленным папками с бумагами и книгами в старинных переплётах, сидел невысокий мужчина в очках с толстыми линзами.

Видимо, у него были серьёзные проблемы со зрением: линзы в несколько раз увеличивали его глаза, делая его похожим на тропического лемура.

Помещение было скорее похоже на архив, чем на рабочий кабинет именитого археолога.

Я уже минут пять стоял на пороге и с интересом разглядывал стеллажи до самого потолка, плотно заставленные картонными коробками. То тут, то там из них торчали части всевозможных археологических находок.

В какой-то момент до меня дошло, что если я сейчас никак о себе не заявлю, это ожидание может затянуться надолго. Я, прикрыв рукой рот, откашлялся, пытаясь привлечь к себе внимание.

Седая голова, которая выглядывала из-за кипы, едва заметно шевельнулась, но её владелец даже не попытался оторваться от своего занятия.

Спустя еще минут пять на меня наконец-то соизволили обратить внимание. Как раз вовремя, так как я уже окончательно начал терять терпение и чувствовал себя круглым идиотом.

— Пол Бёрден? — произнесла голова, принадлежащая Стефану Вуйчику, самому большому эксперту по древним цивилизациям Месопотамии.

— Так точно, сэр, — я сделал шаг вперед и протянул руку.

— Пол, только без официоза, — произнёс он, когда мы обменивались рукопожатием. — Прошу прощения, что заставил Вас ждать. Но Вы, наверное, и сами знаете, как это, когда боишься упустить мысль, — он добродушно улыбнулся.

- Я Вас прекрасно понимаю, - кивнул я и улыбнулся.

- Ну что же мы стоим, присаживайтесь, - он ловким движением развернул ко мне простой деревянный стул, на вид такой же древний, как и всё в его кабинете. Убедившись, что я сел, он вернулся на своё место и подвинул стопку бумаг, чтобы лучше меня видеть.

Какое-то время он смотрел на меня, улыбаясь.

- Ну что же, Пол, я Вас поздравляю! Вы включены в состав группы, которая поедет на раскопки в Урук, - его голос стал максимально серьёзным. - Вы рады?

- Для меня это уникальная возможность, я её ждал три года, - взволнованно ответил я.

- Насколько я знаю, Вы пишете работу по мифологии этого города-государства?

- Совершенно верно, - я кивнул. - Он, судя по всему, был единственным, где почитали сразу двух богов.

- Ну тогда Вам несказанно повезло, - он хлопнул по столу, отчего я чуть не подпрыгнул. - Совсем недавно, недалеко от современных раскопок, был обнаружен зиккурат. Точнее то, что от него осталось. И есть основания полагать, что у него обширная подземная часть.

Моё сердце забилось с нарастающим темпом, это был шанс выбиться в первый эшелон.

- Пол, у меня будет к Вам просьба. С вами поедет один из моих старых знакомых. Томас Андерсон. Человек исключительных качеств. Вы в нашем сообществе как рыба в воде. Приглядите за ним, - пожилой профессор наклонил голову и посмотрел на меня из-под очков.

- Даже не обсуждается! я Ваш должник, профессор!

- Ну вот и отлично. К сожалению, мне надо бежать, - он встал и протянул мне руку. - Удачной поездки.

На подготовку к нашей экспедиции ушло ещё четыре месяца, это если не считать подготовительных мероприятий, которые были до моего разговора. Много времени заняли различные согласования с принимающей стороной. Ирак был не самой простой страной для проведения подобных исследований. Да и напряжённая политическая ситуация давала о себе знать.

Но феноменальные связи главы нашей кафедры дали нам возможность всё-таки вылететь в пункт назначения.

Вылет в Багдад был назначен на пятнадцатое апреля, у меня было в запасе ещё две недели, чтобы успеть закончить текущие дела и навестить родителей.

Время в сборах пролетело молниеносно, я едва успел заскочить в родительский дом, чтобы сообщить о своей многомесячной поездке.

Мать, как всегда, начала причитать, что я со своей работой никогда не заведу семьи, а они ещё хотят увидеть внуков. И зачем мне понадобилось ехать на столько, да ещё в другую страну.

Уже когда мы прощались, отец обнял меня и, похлопав по спине, прошептал: «По приезде нас ждёт отличная бутылка виски». Мать, услышав его слова, начала возмущаться и в шутку ударила его по спине.

Сев в машину, я посмотрел в сторону дома: мать с отцом стояли на крыльце обнявшись, мать без остановки махала, а отец поднял руку и сжал в кулак, желая мне удачи.

Такими я их и запомнил.

Международный аэропорт встретил меня шумной толпой молодых людей, которые все как один были с длинными лыжными сумками. Судя по всему, это были европейцы: проскакивали знакомые слова на испанском и французских языках.

Миновав шумную компанию, я подошел к огромному информационному табло в попытках разобраться в бесчисленных строчках.

Я любил аэропорты и вокзалы, в них была какая-то магия, волшебство, которое делало незнакомых мне людей чуточку ближе. Возможно, это происходило из-за предвкушения путешествий.

Зарегистрировавшись на рейс и решив, что мне лучше пойти в зону вылета, я прошел досмотр и устроился рядом с окном, выходящим на взлётно-посадочную полосу.

В кармане завибрировал телефон, на экране высвечивался незнакомый мне номер.

- Алло.

- Пол Бёрден? — раздался спокойный голос.

- Да, а это кто?

- Томас Андерсон. Мне ваш телефон дал Стефан.

- А, Томас, добрый день! Я Вас слушаю.

- Пол, Вы в аэропорту?

- Да, сижу в зоне вылета. Почему Вы спрашиваете?

- Судя по всему, мы летим с вами на одном рейсе. Давайте встретимся. Куда мне подойти?

Я лихорадочно закрутил головой, пытаясь найти ориентир для встречи. Напротив меня расположилось небольшое кафе со звучным названием «Bon voyage!».

- Напротив меня кафе «Bon voyage!», давайте в нём встретимся.

- Договорились, сейчас подойду, - голос в телефоне замолчал.

Я встал со своего места, расстроенный тем, что прервали мою «медитацию», и направился к месту встречи.

Заведение было битком набито посетителями, пустыми были только высокие стулья рядом со стойкой.

Устроившись, я повернулся к входу и стал наблюдать за входящими, пытаясь угадать моего нового знакомого.

Зашел колоритный мужчина средних лет, одетый словно только что сбежал со съемок очередной серии фильма о всем известном археологе. Только чудака мне тут не хватало, подумал я и поднял руку.

Мужчина никак не отреагировал на меня, а целенаправленно пошел к столику в центре заведения. Облегченно вздохнув, я продолжил свою увлекательную игру.

В дверях показался новый посетитель. Судя по его внешности, он был ненамного старше меня, примерно моего роста. В целом ничем не примечательный мужчина, разве что очень бледный.

Одет просто: темные джинсы, кроссовки и слегка облегающая футболка. В одной руке он держал небольшую сумку. Наученный своим опытом, я не стал никак о себе заявлять, а только внимательно наблюдал.

Посетитель оглянулся по сторонам и, остановив свой взгляд на мне, уверенно направился в мою сторону.

- Пол Бёрден? — спросил он, устало улыбнувшись.

- Томас Андерсон? — ответил я вопросом на вопрос.

- Очень приятно, можно? Он кивнул на стул рядом, где лежала моя сумка.

- Да, конечно, — я поспешил освободить место.

Он сел, поставил сумку рядом со стулом и поднял руку, подзывая бармена.

- Ну что, Пол, предлагаю за знакомство. Можно нам два пива? Светлое? — он повернулся ко мне.

Я молча кивнул, удивлённый таким его резвым поведением. Не скажу, что я был непьющим, но старался сильно не злоупотреблять, а в поездках так вообще предпочитал не пить спиртное. Но посчитав, что это особый случай, не стал отказываться.

Нам принесли два запотевших бокала пива и поставили на картонные подставки. Мой собеседник тут же подхватил свой и, улыбнувшись, сказал: «Ну что, за знакомство?»

- За знакомство, — я скромно улыбнулся, и мы стукнулись бокалами.

Бармен поставил перед нами две небольшие тарелочки с орешками. Пиво быстро ударило мне в голову, и я начал проявлять интерес к моему новому знакомому.

- Том, а Вы с какой целью к нам присоединились? — беззаботно спросил я.

Он поднёс к губам бокал, сделал глоток и, поджав губы, слегка цыкнул.

- Пол, — он сделал паузу. — Не поймите меня неправильно. Я вас попрошу называть меня полным именем. Для меня это очень важно, крайне мало людей зовут меня Том.

- Прошу прощения, - я почувствовал, как залился краской, и чтобы как-то скрыть этот факт, начал поглощать орешки, извлекая их из кремовой скорлупы.

- Так что Вы хотели у меня спросить? — невозмутимо спросил он.

- Цель вашей поездки, — коротко бросил я, пряча лицо в бокале пива.

- Да, наверное, как у всех. Стремление к новому, древняя история всегда меня захватывала.

- А Вы из какого университета?

- О нет. Я далёк от высокой науки, — усмехнулся он. — Если можно так выразиться, я выполняю частные заказы.

После его слов у меня начало портиться настроение. Не хватало мне ещё с «грабителем могил» связаться.

Видимо, Томас понял, о чём я думаю, и тут же поспешил меня успокоить.

- Пол, вы меня неправильно поняли. Я не «уакерос», — усмехнулся он.

Я удивлённо посмотрел на него: «Не каждый раз встретишь человека, который знает испанский».

- Не скажу, что хорошо владею им. Но в Перу мне довелось пожить пару лет. Именно там меня несправедливо так называли.

- Вы много путешествуете? — мне начал симпатизировать этот странный на первый взгляд человек.

- Наверное больше, чем мне бы на самом деле хотелось, — он медленно крутил свой пустой бокал.

- А давайте я вас угощу? Уважаемый, — я позвал бармена.

Самолёт плавно коснулся взлётно-посадочной полосы и приступил к торможению. Я нервно сглотнул. По непонятной для меня причине я крайне плохо переносил посадку. И каждый раз переживал, что у меня может случиться приступ рвоты.

Всё усугублялось выпитым накануне объёмом пива. Я вообще не мог припомнить, пил ли я столько раньше.

На мой скромный взгляд, Томас оказался сильным соперником, он и наполовину не был так пьян, как я.

«Уважаемые дамы и господа. Наш самолёт совершил посадку в международном аэропорту Багдада. Местное время шестнадцать часов сорок пять минут. Температура воздуха двадцать два градуса по Цельсию. Просьба оставаться пристёгнутыми до полной остановки. Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию!» — сообщил приятный голос по внутренней связи.

Мои соседи, как и большинство других пассажиров, бросились вскакивать с места, не обращая внимания на предупреждения.

Мы прошли по длинному «рукаву» и оказались в зоне выдачи багажа. Я покрутил головой, стараясь отыскать Томаса.

- Вы с багажом? — неожиданно раздался знакомый голос за моей спиной.

- Нельзя же так пугать, — я театрально схватился за сердце. — Нет, мой багаж уехал с основной группой. Так что я могу идти.

- У меня тоже нет, — без доли смущения, что напугал меня, заявил Томас. — Ну что, пойдёмте тогда.

Я кивнул головой, и мы вышли в основной зал аэропорта.

- Какие дальнейшие планы? — поинтересовался я.

- Предлагаю для начала перекусить и перейти на «ты»? — он вопросительно посмотрел на меня.

- Согласен, — поесть мне сейчас однозначно не помешало бы.

- Я знаю тут одно отличное место, — Томас уверенно пошёл к выходу из здания.

- Томас, а Вы, — я запнулся. — Ты и тут был?

- Приходилось, не жил, но пару недель провёл, — сказал он с какой-то ностальгией, не отрываясь от окна такси.

- Насыщенная у тебя жизнь получается, — с завистью сказал я.

- А иногда так хочется где-нибудь осесть и пожить для себя, — усмехнулся он.

Машина остановилась возле здания, стилизованного под дворец какого-нибудь шаха. По крайней мере, мне так почему-то показалось. Здание высотой с пятиэтажный дом с нечитаемой для меня вывеской на арабском языке.

Томас уверенно зашёл вовнутрь, я осторожно пошёл за ним, во все глаза разглядывая широкую улицу, зажатую серыми зданиями.

К нам тут же подскочил официант, и Томас заговорил с ним на местном языке. О чем-то договорившись, он махнул мне, и мы поднялись на второй этаж.

Зал был с высокими потолками, с которых свисали пузатые резные плафоны, собранные в группы по несколько штук.

Мы прошли к невысокому столу, вокруг которого лежали высокие тюфяки. Томас по-свойски завалился на один и указал мне рукой на противоположный.

Аккуратно присев, я отметил, что было достаточно удобно, но крайне непривычно.

- Ты и арабский знаешь? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

- Совсем немного, — пожал он плечами.

- Так ты полиглот?

- Пол, ну какой из меня полиглот. Помотаешься с моё, тоже таким станешь. Пару фраз основных и всё.

К нам подошёл официант и поставил большую тарелку с длинным рисом, среди которого виднелись куски мяса. И глубокие тарелки, полные густой похлёбкой.

- Шукран, — произнёс Томас.

Официант сделал едва заметный поклон и удалился.

- Тебе это понравится. Не понимаю, как в стране, где запрещён алкоголь, придумали лучший похмельный суп, — и он подвинул к себе миску. — Этот суп называется марго. Ну, суп он номинально, конечно. Ты его с рисом ешь, — он кивнул на большую тарелку.

К моей большой радости «суп» действительно оказался восхитительным. Густая наваристая смесь с каждой порцией действовала на меня как настоящее лекарство. Последствие нашего знакомства быстро перестало меня беспокоить.

- Томас, ты знаешь, я рад, что мы познакомились, - заметил я, когда мы закончили трапезу. - Я вряд ли бы оказался в этом месте, если бы не ты. А тут такая аутентичность. Трясся бы сейчас на машине.

- Ну, на машине мы ещё успеем натрястись. Нам практически триста километров пилить, - усмехнулся он. - Ты хороший парень, Пол, - неожиданно добавил он, чем сильно меня смутил.

Мы какое-то время сидели молча.

- Ладно, хватит рассиживаться, - Томас встал и направился к выходу. - Нам ещё в местном филиале надо зарегистрироваться.

Археологическая база расположилась в небольшом городке Мусайир аль-Азиз, в десяти километрах от места раскопок. Весь путь выдался намного сложнее, чем я предполагал. И основными нашими врагами была жара и бесконечная пыль.

Всю дорогу Томас клевал носом, опустив голову себе на грудь. Как ему только удавалось спать в таких условиях? За окном был скучный пейзаж, который больше утомлял, чем вызывал интерес.

На место назначения мы прибыли уже за полночь, на улице стояла непроглядная тьма. Из небольшого здания, возле которого мы остановились, вышел человек и остановился недалеко от входа.

- Пол, это ты? - донесся до меня знакомый голос.

- Иван! - радостно воскликнул я.

Иван был русским археологом, которого включили в нашу экспедицию одним из первых. Он мог конкурировать обширными познаниями в местной культуре с самим профессором Стефаном.

- Кто это с тобой? - настороженно спросил он, подходя к нам.

- Томас Андерсон, хороший знакомый Стефана, - представил я его.

- Давайте в дом зайдём. Не стоит нам по ночам тут толочься, - сказал он, не отрывая взгляда от Томаса.

Мы прошли в большое помещение, заваленное сумками, тюками и ящиками с оборудованием.

- Тут мы склад организовали. Жилые помещения на втором этаже, - Иван деловито лавировал между вещей.

Мы поднялись по крутой лестнице на второй этаж, откуда доносились громкие голоса. В небольшом холле сидели знакомые мне коллеги. Несмотря на то, что наша экспедиция была организована моим университетом, группа фактически была международной. Не каждый день удавалось обнаружить следы древней цивилизации в нетронутом виде.

Все дружно начали приветствовать нас, я представил Томаса.

- Ребята, вы, наверное, устали с дороги? - обратился к нам Иван.

- При виде вас всю усталость как рукой сняло, - радостно воскликнул я.

- Ну как хотите, мы как раз обсуждали предстоящий спуск.

Мы устроились на свободные места и стали вникать в планы на завтра.

Глава 12

Обсуждение плана заняло намного больше времени, чем я ожидал. Мы легли спать уже под утро. В тот момент, когда моя голова коснулась подушки, я с улыбкой отметил, что это то, чего мне так не хватало последние дни.

Меня разбудили громкие разговоры. Приоткрыв один глаз, я увидел своих коллег за сборами: все суетились вокруг своих спальных мест.

- Проснулся? — раздался знакомый голос.

На своей низкой кровати напротив меня сидел Томас и активнозашнуровывал высокие ботинки.

- Хорош ты спать, конечно. Мы тебя хотели вообще оставить, — усмехнулся он.

Я неохотно встал и уставился на него:- А сколько времени?

Ожидая, что уже давно ближе к обеду.

- Семь утра, через час выдвигаемся, — он встал и поправил ремень. — Я бы на твоём месте поторопился. Ты же не хочешь пропустить момент выезда..

Не говоря ни слова, я резко сел и начал лихорадочно собираться.

- Умыться можешь на первом этаже, — уже уходя, бросил Томас.

Впрыгнув в штаны и застёгивая рубаху на ходу, я побежал искать умывальник. Ледяная вода моментально привела меня в чувство. Ещё дома я решил, что не собираюсь бриться в поездке, так сказать, чтобы не спугнуть удачу. Многие мои коллеги верили, что в экспедициях излишняя небритость приманивает удачу.

Когда я вернулся в спальню, там уже практически никого не было. Видимо, все ушли на летучку перед выходом. Бросив своё полотенце на кровать, я выскочил из комнаты и поспешил в импровизированный штаб.

Вокруг небольшого стола столпились члены экспедиции и внимательно слушали Чарльза Уоллиса, назначенного руководителем экспедиции.

- Лагерь разобьём вот здесь, — он говорил очень чётко, уверенно, чувствовалось неоспоримое лидерство. — Предлагаю, чтобы как минимум два человека оставались постоянно на дежурстве. Составим график и разобьемся на пары, — я глазами нашёл Томаса, который, видимо, почувствовал мой взгляд и, встретившись с ним, сдержанно кивнул. — Вход в подземную часть обнаружила французская экспедиция, — продолжил Чарльз. — Вот тут с западной стороны, — он ткнул карандашом в карту. — Фактически спуск — это трещина в потолке, вниз метров семь, без специального оборудования никак не спуститься. Так что мы с вами будем первые, кто туда проникнет, — все молчали, мне стало не по себе от возникшей давящей тишины. — Коллеги, о нас будут писать в учебниках, — в конце добавил он и выпрямился.

Мы выдвинулись в сторону цели на четырёх гружённых внедорожниках, которые резво бежали по грунтовой дороге, поднимая столбы пыли. За окном мелькал унылый светло-коричневый пейзаж. Я так и не смог разглядеть хоть какую-нибудь растительность. Только камни, песок, всё это с отпечатками тысячелетних ветров, под беспощадным солнцем.

- Томас, а ты раньше был в подобных экспедициях? — не отрываясь от окна, спросил я.

- Ты про официальные археологические раскопки? В первый раз. А вообще полазить по развалинам древних цивилизаций мне доводилось. Пол, не надо на меня так смотреть, — он рассмеялся. — Хватит меня уже подозревать, я не «расхититель могил». Всё в рамках, так сказать, закона.

Его слова немного меня успокоили. Остаток дороги мы провели молча. Меня не покидало странное ощущение. С одной стороны, Томас мне понравился, с ним было приятно общаться, он не был из той «породы» людей, от которых мне хотелось бежать. Был достаточно начитан и мог рассказать занимательную историю. Но с другой, его загадочная работа, которая, судя по всему, имела какое-то отношение к моей профессии, и эти непонятные намеки заставляли меня изрядно нервничать.

Наши машины остановились на ровном участке, без каких-либо признаков древних развалин. Вдалеке виднелась возвышенность Урукского зиккурата.

Уоллис выскочил первым и энергично зашагал куда-то в сторону от машин. Пройдя метров пятьдесят, он остановился и поднял руку вверх, подзывая остальных.

Мы медленно двинулись к нему, озираясь в попытке понять, где же нам предстоит работать.

Наш руководитель стоял в метре от узкой расщелины, в небольшом углублении.

- Ну что, коллеги, вот и наше место назначения, - сказал он, когда мы столпились рядом с ним. - Для начала нужно обозначить место, чтобы, не дай бог, кто-нибудь туда упал. Уверен, что двое справятся, остальные на обустройство лагеря.

Вокруг «пролома» закипела работа. Нам с Томасом досталась ответственная задача: обнести периметр трещины светоотражающими маячками, оснащенными солнечными батареями. Дополнительно мы обтянули наши маяки предупреждающей лентой в надежде, что это позволит избежать несчастного случая.

Ближе к обеду основной палаточный лагерь был разбит и все собрались на первом полевом собрании.

В ходе недолгих обсуждений было решено спустить вниз первую группу. В неё вошло шесть человек, и мы с Томасом оказались в рядах счастливчиков. Я как основной представитель нашего университета, а Томас как протеже Стефана Вуйчика, собственно благодаря которому и состоялась данная поездка.

Также в нашу группу вошёл сам Уоллис, мой знакомый русский, Изабель и Бруно, два представителя первой французской экспедиции.

Над разломом соорудили механическую лебедку, которая должна была облегчить нам спуск и подъём.

- Волнуешься? — спросил Томас, когда мы проверяли наше снаряжение.

- Есть немного, - честно признался я. - Ты представляешь, что там, возможно, тысячу лет никого не было. Вдруг там остались артефакты древних цивилизаций или нам удастся приоткрыть тайну развития человечества.

- Ну всё, всё, - Томас улыбнулся и похлопал меня по плечу. - Я понял, что ты весь в предвкушении. Потерпи, скоро сами всё своими глазами увидим.

Первым спускаться начал Уоллис. Прикрепив свой страховочный пояс карабином к тонкому стальному тросу, он медленно начал спуск в черный проём разлома.

Спустя несколько минут послышался его голос: «Всё нормально, давайте следующий».

Один за другим мы спустились в обширное помещение с толстыми колоннами по периметру. Они, как слоновьи ноги, держали на себе массивную толщу потолка.

Наши фонарики заскользили по стенам и полу. Пол был покрыт небольшими плитами, судя по всему, когда-то хорошо отполированными, но сейчас в основном их покрывал толстый слой песка и мелких камешек.

Чем дальше мы отходили от пролома в потолке, тем отчетливее можно было разглядеть замысловатый узор на черных плитах.

- Не могу понять, вроде похоже на шумерскую клинопись, но знаки какие-то видоизменённые, - задумчиво произнёс Уоллис, разглядывая одну из колонн, поверхность которой была вся исписана неизвестными мне символами.

- Идите сюда! - воскликнул Бруно, который ушёл в дальний угол помещения. Его фонарик едва заметно подрагивал, прячась за колонной метрах в тридцати от нас.

За колонной, слегка занесенный песком, лежал скелет со спутанными волосами на черепе.

- Вот и первая находка, - медленно сказал наш руководитель.

- Дальше ведёт проход, - быстро сказал я, осветив широкую арку.

Мы не спеша двинулись к проходу, подсвечивая путь фонарями. За аркой начиналась крутая лестница, ведущая куда-то вниз.

- Посмотрите, тут какие-то надписи опять, - Иван повёл лучом света по каменному своду. По самому краю каменной кладки шли письмена, похожие на те, что опоясывали колонны.

- Возможно, это какой-то неизвестный нам диалект, - задумчиво произнес Уоллис. — Что думаете? Есть предположения?

Все молчали, никто ранее не сталкивался с подобным.

- Так, нужно принимать решение, что делать дальше, - все посмотрели на него. — Мы можем подняться сейчас или попробовать пройти дальше. Предлагаю голосовать. Кто за?

Все единогласно подняли руку - никто не собирался отступать сейчас, когда появилась такая возможность вписать себя в историю.

Мы начали медленно спускаться по лестнице, друг за другом. Томас шёл последний, сразу за мной.

- Что ты об этом думаешь? — спросил он меня, когда мы прошли очередной поворот.

- Я первый раз вижу такое, - мой голос немного дрожал от волнения. — Это совершенно неизвестное нам строение. Зиккураты, которые мы знали до этого, разительно отличаются. Они не имеют столь обширной подземной части. А эта клинопись?! Никогда такую не видел, а ты можешь мне поверить, видел я её много.

- Тут ещё один! - раздался голос с сильным русским акцентом.

Мы подошли к сгрудившимся коллегам. На ступеньке лежал ещё один скелет, но удалённость от возможного влияния внешней среды сохранила на нём остатки одежды. Насколько я мог судить, она, скорее всего, относилась к европейскому фасону середины прошлого тысячелетия.

- Ребята, мы тут не первые, - выдохнул Бруно.

- Этого просто не может быть, - зашептала Изабель. Сейчас она явно нервничала, хотя ещё недавно уверенно проголосовала за спуск,

Чем ниже мы спускались, тем сильнее ощущалось неприятное чувство липкого страха, который появился без каких-либо явных причин.

- Возможно, они угодили сюда случайно, - заметил Уоллис, - мы ведь не знаем, сколько лет этой трещине. — Ну что, давайте пока не будем терять время, спускаемся, - он уверенно пошёл вниз.

- Пол, ты случаем не чувствуешь чего-нибудь странного? — неожиданно спросил Томас.

Немного помявшись, я всё-таки решился признаться: - Может быть, так замкнутое помещение действует и глубина, - попытался оправдать сам себя. — Знаешь, перепады давления действуют иногда неожиданно.

- Да нет, Пол, тут что-то другое, - напряжённо сказал он. — Уоллис?! — крикнул он и кинулся вперёд. — Нам нужно вернуться, - резко заявил он.

- В каком смысле? - наш лидер явно не ожидал такого заявления.

- У нас недостаточно оборудования, тут может быть скопление газа, - твёрдо заявил Томас.

- Изабель, у тебя с собой детектор?

- Да, сейчас, - она полезла к себе в рюкзак и достала небольшую коробочку. — Мне нужно время.

Спустя минут пять её небольшой приборчик пискнул, и она оторвала от него глаза.

- Серьёзных проблем не вижу. Метана или других подземных скоплений нет. Уровень кислорода в пределах нормы.

- Томас, вот видишь. Мы ничем не рискуем, - облегчённо вздохнул Уоллис.

- Послушайте меня, дальше может быть опасно, - настаивал мой спутник.

- Прекратите истерику, - оборвал его русский коллега. — Что за непрофессионализм?! - он выругался на русском языке.и

- Действительно, Томас, о Вас отзывались как об очень высококлассном специалисте, - осуждающе заключил Уоллис и, не говоря больше ни слова, пошёл вниз.

- Томас, может быть, тебе вернуться? — спросил я.

- Пол, держись рядом со мной, - коротко, без эмоций ответил он и ощупал пристёгнутую к поясу кобуру для ножа.

Мне стало не по себе ещё больше, ещё нам не хватало приступа психоза в закрытом пространстве.

Спуск наконец-то закончился, и мы вышли в огромный зал. Свет фонарей едва доставал до его противоположной стороны. Весь пол был изрезан тонкими желобками, которые, словно ручейки, стекали, куда-то в центр.

Помещение имело круглую форму, вдоль стен возвышались статуи, напоминающие египетских богов. Но ничего подобного раньше я не видел.

- Вы это видите? - произнесла Изабель, светя своим фонариком под потолок.

С потолка свисали невообразимо огромные кристаллы ломаной формы, чем-то отдалённо напоминающие горный хрусталь, только бледно-голубого цвета.

Лучи наших фонариков начали отражаться в бесчисленных гранях. С каждым мгновением кристаллы становились всё ярче и ярче, как будто напитывались нашим светом.

- Прекратите светить, - раздался голос Уоллиса.

Все тут же опустили фонарики, но свечение в кристаллах не пропало, а продолжало набирать силу. Спустя минут пять мы могли уже спокойно видеть без дополнительного освещения.

Свечение было каким-то безжизненным, я бы даже сказал, мертвецки холодным. Казалось бы, тьма рассеялась, и нам должно было стать комфортнее. Но этот свет имел совершенно обратный эффект.

Тем не менее под этим освещением открылась вся грандиозность древней постройки. В самом центре возвышался небольшой постамент, чем-то напоминающий свадебный торт в три яруса. К нему по всему полу вела сеть желобков, который был под небольшим уклоном к центру. Вдоль стен стояли статуи, каждая не менее семи метров в высоту.

- Что это за помещение? — в голосе Изабель чувствовался лёгкий испуг.

- Не знаю, скорее всего, какая-то религиозная постройка, - ответил Иван.

Я повернулся к Томасу, который всё это время не проронил ни слова. Все разошлись по залу, изучая его статуи и центральный постамент.

- Тут ещё один скелет! - прокричал Бруно, который вместе с Изабель подошёл к центральному сооружению.

Скелет был одет в рясу с откинутым капюшоном и лежал в странной позе, словно тянулся к чему-то лежащему на самом верху постамента.

- Монах?! — воскликнул Иван.

- Нет, скорее всего, кто-то причастный к инквизиции, - с отвращением произнесла Изабель. — И, судя по всему, один из последователей гонения на ведьм.

- А разве инквизиторы участвовали в этом? — Иван поджал губы.

- Фанатики, больные на голову, - злобно бросила она и указала на едва различимый рисунок на одеянии.

- Интересно, что он хотел забрать? Он как будто тянется к чему-то, - Бруно присел на корточки рядом со скелетом.

Он протянул руку и коснулся верхней части трёхуровневый постамента. Как только его рука коснулась шероховатого камня, откуда-то снизу раздался звук опускающегося противовеса.

- Проход, - выкрикнул Иван и тут же сорвался с места.

Прямоугольный вход, через который мы зашли, медленно закрывала массивная каменная плита.

В тот момент, когда он добежал до опускающей плиты, она с грохотом коснулась каменного пола.

- Без паники, - стараясь контролировать себя, произнёс Уоллис. — Наши по регламенту через два часа начнут поисковую операцию.

Я обвёл взглядом всех присутствующих: Изабель тяжело дышала и инстинктивно держала Бруно за руку, Иван растерянно стоял возле плиты и осматривал её со всех сторон.

- Я даже практически не коснулся её, - пытался оправдаться Бруно.

- Никто не виноват, - отрезал Уоллис. — Мы не в каменном веке. Нас не засыпало, уверен, нас скоро вытащат. У кого что из припасов?

У каждого оказалась практически полная фляга воды, Бруно вытащил из рюкзака два шоколадных батончика.

- Воду экономим, - озабоченно скомандовал наш лидер. — А без еды можно и не один день протянуть. Предлагаю воспользоваться моментом и осмотреть всё.

- Чарльз, я бы предложил не отходить от выхода, - раздался абсолютно спокойный голос Томаса. Я удивлённо посмотрел на него, у меня даже закралось подозрение, что он предвидел подобное развитие событий.

- Том, хватит, - Уоллис начал терять терпение.

- Томас, пожалуйста, - спокойно заявил он. — Я вас сразу предупреждал.

Руководитель группы со злобой заработал желваками, но, видимо, опыт брал верх, и он решил прекратить начинающийся конфликт.

— Ещё раз повторяю, пока мы ждём, предлагаю приступить к тщательному осмотру, — интонацией он поставил точку в этом разговоре.

Мои коллеги молча отступили от перекрытого входа и разбрелись по площади зала.

— Пол, — Томас схватил меня за руку, когда я решил пойти вслед за ними. — Послушай меня, тут какая-то ерунда творится. Я это чувствую, — его спокойный голос стал чуть взволнованным.

— Томас, обещаю ничего не трогать, — попытался я его успокоить.

Резкий пронзительный вопль пронёсся через весь зал. Острая боль пронзила мои барабанные перепонки, я упал на колени, закрыв уши руками и беспомощно смотря на стоящего Томаса. Рукам стало тепло и мокро. В панике я отдёрнул правую руку, она вся была в крови. Под холодным светом кристаллов она словно испускала мягкое свечение.

Очередная волна пронзительного вопля скрутила меня ещё сильнее. Во рту стало противно от привкуса железа, и он резко наполнился вязкой жидкостью. Я закашлялся; весь пол, подо мной, покрылся моей кровью.

Затуманенным взглядом я посмотрел по сторонам: вся наша группа была на полу и истекала кровью.

Краем глаза я заметил какое-то шевеление: рядом стоял Томас с кривым ножом в руках и медленно делал надрез на своём предплечье.

Глава 13

Видимо, я потерял сознание, голова невыносимо болела в висках, перед глазами плавали ядовито-зелёные пятна, и без остановки мутило. Я сидел на полу, прислонённый к плите, которая отрезала нам выход.

Морщась от головной боли, я посмотрел по сторонам, рядом со мной в такой же позе сидели все члены команды, кроме Томаса. Он стоял перед нами и смотрел в глубь зала.

— Это что такое было? — больше прохрипел, чем сказал, я.

— Не знаю, — коротко ответил он, не поворачиваясь ко мне.

— Ты зачем себя порезал? — я попытался встать, но перед глазами всё поплыло с удвоенной силой, заставив отказаться от этой идеи.

— Тебе показалось, — всё так же сдержанно бросил он.

— Томас, ты меня за дурака держишь? — несмотря на недомогание, я был уверен, что видел, как он себя резал.

Томас медленно повернулся, его лицо показалось мне бледнее, чем обычно. Он какое-то время просто смотрел на меня, потом присел рядом со мной на корточки.

— Пол, то, что я тебе сейчас скажу, покажется тебе безумием, — он сделал паузу, изучая мою реакцию. — Тут есть что-то или кто-то, что не сможет объяснить наука.

— Не понимаю тебя, — я снова попытался встать, Томас положил мне руку на плечо. Ту самую руку, которую он резал, на ней виднелся свежий шрам. Бледно-розовый рубец, какой обычно появляется через несколько дней от неглубокого пореза.

Я дёрнулся и попытался уползти от него. — Сколько мы здесь? — испуганно спросил я.

— Судя по тому, что показывает телефон, третьи сутки, — спокойно ответил он, наблюдая за мной.

— Как третьи сутки?! Нас должны были уже найти! — мой голос дрожал.

— Мы не знаем, какой толщины эта плита. А если она не одна?

Раздался женский стон, недалеко от меня зашевелилась Изабель.

— Вы много крови потеряли, — продолжил Томас. — Особенно Бруно. Ты как, встать можешь? — я с опаской посмотрел на него. — Хочу тебе показать кое-что. На, попей, — он протянул мне флягу с водой.

Трясущимися руками я поднёс фляжку к губам и жадно начал пить.

— Всё не пей! Неизвестно, сколько нам тут ещё находиться, — предупредил меня Томас.

— Что ты мне хотел показать? — кое-как оторвавшись от горлышка, наконец спросил я.

— Пойдём, — он повернулся и пошёл в сторону центрального постамента.

Я поднялся и, слегка пошатываясь, пошёл за ним. Просторное помещение не претерпело видимых изменений. Кристаллы на потолке всё также испускали бледное свечение.

Мы остановились недалеко от центральной конструкции. Томас молча показал рукой вниз в её основание.

Все ложбинки, которыми был изрезан пол, собирались в неглубокое кольцо шириной около двадцати сантиметров. В нём происходило какое-то движение, какая-то тёмная масса, похожая на шарики ртути, двигалась против часовой стрелки.

— Это что?

— Это ваша кровь, которая попала на пол, — задумчиво ответил Томас. — Её словно что-то притягивало сюда. Прямо по этим каналам, — он небрежно махнул рукой.

— Ты думаешь, я тебе поверю, что вся наша кровь собралась со всего помещения в центр зала? И вот уже как трое суток находится в каком-то движении? — я отшатнулся от него.

— Пол, твоё право верить мне или нет. Но это действительно так, — он включил фонарик и направил его на движущуюся массу.

Под светом фонарика она окрасилась в тёмно-бордовый цвет. Яркая блестящая масса, перекатываясь, двигалась по окружности.

— Это всё какая-то ерунда. Может быть, мне это всё снится, — я ударил себя по лицу. — Здесь должен быть ещё выход, — я бросился в сторону ближайшей статуи.

Ощупывая руками стену, я двинулся вдоль неё, время от времени оглядываясь на Томаса. Он стоял и спокойно наблюдал за мной. Периодически мои ослабленные ноги подкашивались и я спотыкался. В эти моменты приступ паники накрывал меня ещё сильнее.

Пройдя примерно половину пути, я начал осознавать, что, скорее всего, ещё одного выхода просто нет. Сначала у меня вырывались звуки похожие на скуление собаки, но, не выдержав, я заорал, срывая себе горло.

Я орал до тех пор, пока не почувствовал острую боль, как если бы моё горло проткнули острыми шипами.

Обессиленный, я упал рядом с очередной статуей и, тяжело дыша, начал шептать что-то неразборчивое даже для самого себя.

Томас сошёл со своего места и направился ко мне, было в его спокойствии что-то зловещее. В голове, словно испуганные крысы, начали метаться мыслию. Оплетая друг друга хвостами, они спутывались в один большой комок.

- Не подходи, - прохрипел я, он остановился.

- Пол, успокойся. Я не причиню тебе вреда.

- Т-т-ты, - я начал заикаться, - Ты всё знал!

- Поверь мне, я ничего этого не знал, - он делал в воздухе пасы руками, как бы успокаивая меня.

- Почему ты на ногах, у тебя одного не пошла кровь?! Как ты столько дней продержался один рядом с нами?! — Томас снова сделал шаг в мою сторону, я вжался в твёрдую поверхность статую. — Не подходи!

- Пол, да возьми ты себя в руки! - он едва заметно повысил тон. — Поверь, я к этому никакого отношения не имею. Ты думаешь, я сам себя в ловушку загнал?

Его слова про ловушку оказали на меня немного отрезвляющий эффект.

- Твою мать, Томас, что тут вообще происходит? — поникшим голосом спросил я.

- Честно, не знаю, - искренне ответил он. — Одно могу сказать точно, этой силе много, очень много лет.

- Это бред какой-то, - я поднялся на ноги, Томас подошёл ко мне. — Что нам теперь делать?

- А что нам остаётся? Только ждать, - он пожал плечами.

Со стороны членов группы снова послышались стоны, и кто-то начал шевелиться. Мы бросились к ним. Изабель, с мертвецки бледным лицом, смотрела на нас.

- Что случилось? — тихо прошептала она, когда мы подбежали.

Томас молча протянул ей фляжку с водой, она обхватила ей пересохшими губами и сделала большой глоток.

- Вы все в обморок упали от того звука, - сухо констатировал он и посмотрел на меня, показывая, чтобы я помалкивал об увиденном.

- Что с остальными?

- Пока без сознания. Вы первые очнулись.

- Работы уже ведут? — она откинулась на плиту.

- Мы не знаем, - честно ответил я.

- Видимо, ещё не спохватились, - Изабель устало облизала пересохшие губы.

- Какого чёрта?! — раздался голос с сильным акцентом.

Следом за Иваном в себя пришел Уоллис, Бруно всё ещё едва заметно дышал и не подавал признаков сознания.

- Кто что помнит? — немного придя в себя, спросил Уоллис.

- Полный рот крови, твою мать, - выругался Иван. — Вот что я помню, и отрубило сразу.

Я и Изабель кивнули в знак согласия.

- Томас, а ты?

- То же самое, - он выразительно смотрел на меня, давая понять, что сейчас ни к чему поднимать эту тему.

Ребята были так измучены, что я согласился с ним, решив, что рассказать я всегда успею.

- Нас, скорее всего, уже начали искать, - спокойно произнёс Уоллис, будучи уверенный в своих словах.

- Чарльз, посмотри на дату, - сказал Томас, я напряжённо следил за выражением лица нашего лидера.

- Что за хрень?! — Уоллис лихорадочно что-то листал у себя в смартфоне.

- Что там? — взволнованно воскликнула Изабель и привстала, чтобы посмотреть ему в экран.

- Судя по календарю, мы спустились сюда три дня назад, - растерянно заключил он.

- Нет, нет, нет, - повторяя, Изабель подскочила и бросилась к плите, перегораживающей выход.

Она беспомощно продолжала повторять и била кулаком по холодному камню. Когда истерика немного отступила, Изабель опустилась на пол рядом с Бруно и замолчала.

- Пусть в себя придёт немного, - Уоллис повернулся к нам, стараясь избегать прямого взгляда с Томасом. — Предлагаю ещё раз попробовать осмотреть помещение, вдруг есть какая-то зацепка.

- Нет тут ничего, - сухо бросил Томас.

- А что ты предлагаешь, просто сесть и ждать смерти? - он в страхе посмотрел на Изабель, видимо испугавшись, что она может услышать.

Томас молча встал и пошёл в центр зала, Уоллис и я пошли за ним следом.

- Что это за дрянь такая? - присев на корточки, разглядывал движущуюся массу Чарльз.

- Томас склонен думать, что это наша кровь, - сообщил я, всё ещё до конца не веря в его слова.

- Кровь? — он удивлённо посмотрел сначала на меня, потом на Томаса.

- Да, она сюда стекла, - кивнул он головой. — Я бы не подходил к ней близко.

Ничего больше не говоря, Уоллис пошёл осматривать помещение, судя по всему, отказываясь верить в наши слова. Мы молча наблюдали, как он медленно идёт от одной статуи к другой, заглядывая за каждую из них.

Неожиданно для нас в образовавшейся тишине раздался пронзительный вопль Изабель. Мы со всех ног бросились к ней.

Она каталась по полу, держась обеими руками за голову. Её глаза были словно в дымке, выцветшие, как у дряхлой старухи.

- Вытащите его. Не хочу, не хочу, - орала она сквозь свой визг.

Томас схватил её, пытаясь удержать, чтобы она не повредилась о каменный пол.

- Изабель, успокойся, всё хорошо, - спокойным тоном повторял он.

Мы с Уоллисом беспомощно стояли рядом, не понимая, чем мы можем помочь. Наша коллега начала постепенно успокаиваться и в конце концов обмякла.

- Мы отсюда не выберемся, - потерянным голосом сказала она.

- У тебя стресс, тебе нужно просто отдохнуть, - попытался её успокоить Чарльз.

После этого Изабель окончательно закрылась в себе и больше не проронила ни слова. Томас единственный, кто продолжал оставаться пугающе спокойным. После нашего «пробуждения» прошли ещё одни сутки. Воды практически не осталось. Бруно так и не пришёл в себя. Изабель окончательно потеряла связь с реальностью, отказываясь реагировать на наше присутствие. Уоллис, очевидно, подавленный происходящим и грузом ответственности за группу, постоянно повторял, что нас спасут, нужно только продержаться.

Я же смирился с тем, что, скорее всего, на этом моя карьера археолога закончится.

- Томас, скажи, неужели тебе не страшно? — спросил я, сидя рядом с ним. — У нас нет воды, из-за плиты никаких звуков. Мы здесь умрём. — совершенно безэмоционально заключил я.

- Для меня страх — это ожидание, не само событие. А сейчас я ничего не жду, - филосовски ответил он после некоторой паузы.

- А разве тебе нечего терять?

- У меня была достаточно насыщенная жизнь. Семьёй я так и не обзавёлся, так что там меня никто не ждёт.

- Признайся, мне же не померещилось? — я никак не мог поверить, что это была галлюцинация.

- Пол, некоторые вещи даже сейчас должны остаться без ответов.

Сил спорить не было, я уставился в пространство, и перед глазами возникла картина моих родителей на крыльце дома моего детства. Воспоминания убаюкивали меня, и я незаметно для себя провалился в сон.

Я очнулся от неприятного ощущения свободного падения. Вздрогнув всем телом, я открыл глаза. В центре зала недалеко от постамента шевелились две фигуры.

- Эй! - крикнул я, пытаясь проморгаться, чтобы сфокусировать свой взгляд.

Фигуры никак не отреагировали, но от моего крика очнулся сидящий рядом Томас и вскочил на ноги.

- Изабель, ты что делаешь?! - прокричал он. - Твою мать, - он сорвался с места в её сторону.

Голод и обезвоженность делали своё дело, я едва поспевал за ним.

- Стой, Изабель! - выкрикнул Томас. - Не надо.

Я обернулся назад и не обнаружил Бруно, который всё это время лежал рядом с перекрытым выходом. В её руках блеснул отполированный металл.

- У неё нож, - выкрикнул я Томасу.

Когда мы подбежали, тело Бруно лежало рядом с углублением, в котором продолжала двигаться кровавая субстанция. Через всё его горло шла алая рана, из которой сочилась кровь. Касаясь пола, она собиралась в одном из желобков и тут же устремлялась к движущейся массе.

От каждой новой порции масса приходила в какое-то «радостное» волнение. Изабель стояла рядом с истекающим телом и, зажав в руке нож, поднесла его к горлу.

- Изабель, опусти нож, - Томас старался говорить как можно спокойнее. - Мы выберемся отсюда.

Сзади раздался звук шагов. К нам шёл Уоллис, и судя по его медленным шагам и пустому взгляду, он не совсем понимал, что сейчас происходит. Следом за ним чуть бодрее шёл Иван, растерянно моргая, видимо, он крепко спал.

- Что у вас случилось? - устало начал Уоллис и тут же осёкся, увидев истекающего кровью члена команды. Иван выругался на своём языке, Томас показал жестом, чтобы они оставались на месте.

- Изабель, отдай мне нож, - он снова обратился к ней.

- Вы не понимаете, - всхлипывая ответила она. - Нам не выбраться отсюда. Это всё построено, чтобы он мог напитаться кровью. И пока мы тут не умрем, нас не выпустят. Они тоже тут так умерли, - она указала ножом на лежащий рядом скелет.

Её затуманенный взгляд прояснился, как будто она освободилась от наваждения. Испуганно посмотрев на нож в руках, она перевела взгляд на тело Бруно и застыла от ужаса.

- Это не я, нет. Мы тут все умрём, - её голос начал стихать, она упала на колени, не выпуская из рук ножа.

- Изабель? - Томас протянул к ней руку с открытой ладонью, предлагая отдать ей нож.

Она подняла на него глаза, они поблёскивали в тусклом голубоватом свете кристаллов. Если бы в её организме было больше воды, скорее всего, они бы были полны слёз.

- Простите меня, - едва слышно прошептала она.

Прежде чем мы что-то успели понять, она полоснула себя по шее. Нож выпал из её руки, она начала хвататься за горло, пытаясь зажать кровоточащую рану. Ещё мгновение, и она упала лицом в каменный пол.

Её кровь, подхваченная неведомой силой, тут же устремилась к центральному постаменту. Меня охватил ужас от увиденной картины, руки затряслись, несмотря на моё изнеможение, сердце бешено заколотилось, каждый его удар начал отдавать болью в висках.

- Нам нужно просто подождать, нас уже ищут, - раздался монотонный голос Уоллиса. Я повернулся к нему, не веря своим ушам. — По-моему, я слышу удары, - радостно воскликнул он, его глаза были широко раскрыты, а на губах играла безумная улыбка. - Слышите? - Он попытался бежать в сторону выхода, но, споткнувшись, упал и попытался ползти.

Иван бросился к нему, пытаясь помочь подняться.

- Пол! - резко бросил Томас.

Отвлекшись на нашего лидера, я не заметил, как движение возле постамента изменилось.

Темная масса начала вспучиваться, на её поверхности возникли кровавые «пики», схожие с зазубринами на острых камнях. Они тянулись кверху по всему диаметру круглой ложбинки. Достигнув высоты постамента, они сомкнулись, образуя что-то наподобие клетки, только вместо прутьев была алая масса.

Самая верхняя часть постамента начала медленно опускаться, пока не скрылась из виду. Кровь, нарушая все законы физики, начала затекать вовнутрь. Как если бы это была начинка извращённого торта.

Кристаллы над нашими головами загудели, по ним пробегали редкие молнии. С каждой секундой гул нарастал, схожий с работой трансформатора.

Раздался оглушительный треск, и с потолка в самый центр постамента ударила молния. Звук был такой силы, что я оглох, Томас активно шевелил губами, но я не мог разобрать ни слова.

Он подскочил ко мне и, схватив за руку, потащил в сторону выхода. Скрючившись возле плиты, мы прижались друг к другу. Иван всем телом навалился на Уоллиса, не давая ему подняться.

Молнии яростно били в самый центр, одна за другой, всё помещение наполнилось невыносимым грохотом. Я что есть силы зажал руками уши, чтобы окончательно не оглохнуть. После очередного удара всё помещение заполнил ослепляющий бледно-голубой свет, и мы погрузились во тьму.

В том месте, где находился постамент, появилось слабое свечение, которое осветило небольшой участок вокруг себя.

По кругу появились мерцающие фигуры, одетые в странную одежду, на головах у них были маски, сделанные, судя по всему, из черепов животных.

Они стали синхронно двигаться, раскачиваясь из стороны в сторону. Каждый держал в руке длинный изогнутый нож, очень похожий на тот, что я видел у Томаса. Послышалось некое подобие пения, неожиданно один из раскачивающихся провёл ножом по горлу и упал на пол.

Следом упал ещё один, за ним ещё один, когда осталось три фигуры пение прекратилось, что-то произошло с оставшимися, они нарушили свой круг и бросились в стороны.

В освещённом кругу появилась фигура в темных лохмотьях.

Глава 14

Видение исчезло в тот момент, когда фигура начала поворачиваться в нашу сторону. Как будто зажевало киноплёнку: изображение задёргалось и растворилось.

Мы оказались в полной темноте, настолько глубокой и плотной, что я не мог разглядеть Томаса, сидящего от меня в сантиметрах двадцати.

От полной тишины заболели уши, а от кромешной темноты перед глазами поплыли светлые круги. Привыкший к свету кристаллов, я опрометчиво оставил фонарик на вещах, которые мы сложили недалеко от входа.

- Томас, - прошептал я, почему-то боясь говорить громко. — Ты тут?

- Я здесь, - раздался его голос совсем с другой стороны, и тьму разрезал луч фонарика.

- Ты ещё и в темноте видишь, - как можно равнодушнее сказал я, видимо, меня уже ничего не могло удивить.

- Просто запомнил направление, где мы их оставили, - мне показалось, что он говорил эти слова с улыбкой.

- Что это было? — я с трудом встал и подошёл к нему.

- Смотря про что ты спрашиваешь.

- Томас, хватит издеваться, - меня начал бесить его спокойный тон. — Вообще всё это, чёрт побери. Или для тебя это привычная картина?!

- Думаю, что мы стали свидетелями видения из прошлого, - не меняя интонации, заявил он.

- В каком смысле?

- Вот поэтому, Пол, мне так тяжело с тобой разговаривать на эти темы. Ты не готов поверить.

- Сейчас я готов уверовать во всё, даже в инопланетян, - уставшим голосом утвердительно ответил я.

Томас какое-то время молча стоял, пытаясь светить на кристаллы, но никакой реакции не последовало.

- Иногда, когда событие пропитано силой, оно не может не оставить свой отпечаток. И при определённых условиях материя, с которой эта сила соприкасалась, может показать его, - он медленно двигал лучом по потолку, изучая его.

- Ты про какую силу, про магию? - осторожно спросил я, немного опешив от своих слов.

- Когда-то молнию тоже считали магией. Теперь у неё есть научное объяснение. Пока объяснения нет, можно считать, что магия, - он направил луч себе на лицо и состроил страшную гримасу.

Я криво улыбнулся, не особо разделяя его шутку. Мне вообще было непонятно, как можно сохранять чувство юмора в такой момент.

- Хорошо, допустим. Ты какое-то отношение имеешь ко всему этому?

- Я сразу сказал, что выполняю заказы определённых людей, - он внимательно посмотрел на меня. — Которые верят во всё это, - он обвёл рукой весь зал.

- Томас, скажи честно, ты же сам в это не веришь? — как я мог поверить в то, что существует, как бы её не называли, магия.

- Ладно, Пол, эти разговоры ни к чему не приведут. Ты человек науки, давай остановимся на том, что это хитрый механизм древних, - заключил он и, не желая больше разговаривать на эту тему, направил свой фонарь в сторону центра зала.

- Тебе, наверное, лучше за мной не идти, - после некоторых раздумий заявил он и медленно пошёл в сторону центра, внимательно изучая пол.

- Ну уж нет! - яростно возразил я и, удивляясь, откуда у меня только взялись силы, двинулся следом.

- Парни, что происходит? - раздался сзади голос русского коллеги.

- Иван, побудь с Уоллисом, - не оборачиваясь, бросил я.

Томас не стал со мной спорить и молча шёл рядом. Трёхуровневый пьедестал весь почернел, слегка дымился, и вся верхняя часть была разрушена, как будто по ней со всей силы били кувалдой.

Среди каменных осколков лежал предмет, напоминающий небольшой металлический кубик. Весь испещрённый тонкими линиями и неизвестными мне письменами.

Складывалось впечатление, что его кто-то сюда подкинул, слишком уж в идеальном состоянии он находился.

- Томас, а это что?

- Это? — он замялся, голос его заметно подрагивал от волнения. — Пол, это Ксантинский куб, уникальнейший древний артефакт. По силе, наверное, ему нет равных.

- По какой силе? — я так и не поверил в его рассказы про магию.

- Его владелец практически становится неуязвимым, — чувствовалось, как он пытается взять себя в руки.

- В смысле бессмертным? — ляпнул я, что первое пришло в голову.

Томас посмотрел на меня с видом первого учителя и снисходительно добавил: — Нет, не в этом смысле. Просто на владельца не действует никакая магия, проклятие, наговоры, да вообще ничего.

- И чем это не бессмертие? — я решил ему подыграть.

- Тем, что за всё нужно платить. И плата эта порой очень высокая, — его тон стал максимально серьёзным.

- Что за плата такая?

- Не знаю, — Томас начал обходить постамент, не сводя с куба глаз. — Но в рукописях говорилось, что человек теряет себя.

Я разглядывал идеальные грани куба, они были сделаны так искусно, даже не верилось, что это работа древних мастеров. Скорее было похоже на машинную обработку. Томас, скорее всего, помешан на древних артефактах и, как любой увлечённый человек, подвержен всем этим легендам и мифам.

Если так покопаться, в любой культуре мира найдётся что-нибудь этакое: философский камень, хрустальные черепа майя, копьё судьбы, в конце концов, слёзы Регентруды. И всем им приписывались магические свойства. В голове промелькнула мысль, что он длительное время жил в Южной Америке, а где как не там можно окунуться в мир древних поверий.

Интересно, как же они так тонко его расписали? Мне захотелось взять его в руку и разглядеть во всех деталях. Чем больше я на него смотрел, тем сильнее было это желание. Внутренне я даже не пытался сопротивляться ему, я протянул руку, чтобы взять его.

- Пол, нет! - резко, словно удар грома, прозвучал голос Томаса.

- Ты чего? — удивлённо спросил я и медленно убрал руку.

- Не стоит. Такие вещи брать с наскоку нельзя, - он обошёл постамент и встал рядом. — Мы не знаем, что может произойти.

- Ты думаешь, может случиться что-то хуже, чем это? - я указал на тела наших членов команды, которые лежали рядом.

Внутри всё похолодело, что со мной происходит? Почему я так спокойно стою рядом с двумя трупами моих бывших коллег и рассуждаю, не взять ли мне какую-то побрякушку. Если бы не сухость во рту, я бы сейчас нервно сглотнул.

- Давай ребят унесём отсюда? - предложил я.

- Хорошо, - без особого энтузиазма согласился Томас.

Мы по очереди отнесли тела наших товарищей ближе к стене зала. Всё это время я внимательно прислушивался к себе, чтобы понять, что у меня внутри, что я чувствую. Но сколько я ни пытался нащупать хоть толику сострадания, я так и не смог её обнаружить.

Наверное, это нормально в текущих обстоятельствах?

- Конечно, нормально, Пол, - я испуганно посмотрел на Томаса.

Тот, низко наклонившись, поправлял ноги Бруно и даже не смотрел в мою сторону.

- Томас, что ты сказал?

- Я молчал, - коротко ответил он, не отрываясь от дела.

- Пол, как ты смотришь на то, что я предложу тебе сделку?- я резко обернулся и начал размахивать фонариком из стороны в сторону.

- Пол, прекрати, - возмущённо проворчал Томас. Чувствовалось, что он поскорее хотел вернуться в центр зала.

- Ты ничего не слышал? — осторожно спросил я.

- Нет, - он выпрямился и посмотрел на меня. — А что?

- Видимо, усталость даёт о себе знать, - я провёл свободной рукой по лицу.

- Я бы на твоём месте не доверял ему. Он нехороший человек, - снова раздался голос в моей голове, от напряжения я стал тереть виски.

- Пол, у тебя всё хорошо? — Томас обеспокоено смотрел на меня.

- У меня, по-моему, галлюцинации начались, - продолжая тереть виски, ответил я.

- Сядь, посиди, я пока пойду, подумаю, - он включил свой фонарик и пошёл к центру зала.

Действительно, чувствовал я себя неважно, в голове появился какой-то шум, как если бы я стоял на берегу моря или на вершине утёса в ветреную погоду. Я проводил взглядом Томаса и пошёл в сторону Ивана, который всё это время не отходил от Уоллиса.

- Пол, что у вас происходит? Уоллис совсем плохой стал.

Наш лидер впал в какой-то ступор, он сидел на полу, прислонившись к стене, и медленно раскачивался из стороны в сторону, периодически издавая мычащие звуки.

Я был несколько шокирован таким его поведением. Все те рассказы, которые о нём ходили, характеризовали его как опытного полевого археолога, безэмоционального лидера, готового стоять до конца, когда все остальные падали духом.

Иван открыл свою флягу, налил немного воды в крышку и попытался влить в приоткрытые губы Уоллиса, но вода только стекала по его губам.

Облокотившись на стену, я медленно опустился рядом с Иваном.

- Иван, как думаешь, мы выберемся? — устало спросил я.

- Я на это надеюсь, - неуверенно ответил он. — А что там у вас случилось?

-Не знаю, как тебе объяснить, - я начал подбирать слова. — Помнишь то место в центре, туда ещё молнии били? Теперь там лежит металлический куб. Томас говорит, что это какая-то древность, - я старался говорить как можно безразличнее и спокойнее, как будто меня ничего не тревожило.

- Странный он какой-то, - заключил Иван.

Вдалеке маячил фонарик Томаса, он то начинал двигаться, то замирал и некоторое время не шевелился.

- Не верь ему, - раздался голос в моей голове, я вздрогнул от неожиданности. — Он хочет забрать его себе. А он твой, - продолжил он.

Я обхватил голову руками и потряс ею.

- Пол, всё нормально? — взволнованно спросил Иван.

- Да, видимо, организм сбой даёт, — сквозь зубы процедил я.

- Посмотри на своих друзей, они страдают. А я могу помочь вам. Ты знаешь, что если взять куб, вы будете свободны?! — вкрадчиво произнёс голос.

- Заткнись!!! — я заорал охрипшим голосом.

- Пол, успокойся, — меня изо всех сил трясли за плечи. — Пол, — я сфокусировался на голосе, он принадлежал Ивану.

- Прекрати, — кое-как получилось выдавить из себя. — Что случилось?

Иван отпустил мои плечи и присел рядом со включенным фонариком.

- Ты неожиданно начал на кого-то орать, чтобы он убирался. Я, если честно, половину не разобрал.

- Прости, видимо, всё это меня подкосило, — я уперся спиной в стену и закрыл глаза.

Меня начал серьёзно волновать голос в моей голове. Не хватало ещё скатиться в какую-нибудь шизофрению. Облизав сухие потрескавшиеся губы, я устало открыл глаза и уставился в тусклый свет в центре зала.

- Ты мне начинаешь надоедать, — снова раздался голос в моей голове. — Хватит ныть. Ты хочешь здесь сдохнуть?! Вы отсюда не выберетесь, поверь мне. Этот твой Томас вас всех бросит. Лишь бы никто не узнал о том, что здесь случилось.

- Заткнись, — сквозь зубы процедил я. — Я устал, у меня начались галлюцинации, — начал успокаивать я сам себя.

- Не знаю, про что ты там говоришь... Но я хочу тебе помочь, — заискивающим тоном продолжил голос. — Что ты знаешь о нём?! Почему он здесь, ты вообще о нём знал? Не напрягайся, я и так знаю, что ты его первый раз видишь, — последние слова он произнес с нескрываемой издёвкой.

Но он был прав. Что я знал о Томасе, кроме того, что он знакомый Вуйчика?! Какой-то незнакомый мне человек втёрся ко мне в доверие: я даже не успел понять, в какой момент он мне понравился.

Все эти его разговоры, намёки... Это разговоры явно нездорового человека. Скорее всего, он психически болен. Помешанный фанатик, как все эти сторонники заговоров. А если он и правда всё знал, и это спланированное представление. Ну какой нормальный человек будет так спокойно вести себя в такой ситуации?

В голову полезли воспоминания о всех убийцах и маньяках, что я только знал. Я окончательно убедился в том, что этот человек хочет меня убить.

- Иван, мне кажется, я знаю, как нам отсюда выбраться. Это он во всём виноват, — уверенно произнёс я.

- Пол, кто он? — растерянно спросил он.

- Тот, кто сейчас пытается нас окончательно добить. Он нас сюда завёл, — я, не отрываясь, смотрел на Томаса.

- Пол, у тебя опять начался бред, — Иван потряс меня за плечо.

- Иван, выключи этот чёртов фонарь, - резко огрызнулся я. — Нет, Иван, сейчас я как никогда ясно мыслю. Мне нужна твоя помощь.

- Пол, давай вернёмся к нашему разговору, - голос окреп в моей голове, в нём больше стало требовательных ноток. — Я могу помочь вам выбраться отсюда. Ты только возьми куб себе. Не он пусть его возьмет, а ты. Тогда я смогу освободить вам проход.

Я старался не обращать на голос внимания, как если бы это была фоновая реклама в торговом центре. У меня был свой план.

Мы выключили свои фонарики и, ориентируясь по светлому пятну в центре зала, я медленно пошёл вбок, считая шаги.

На пятнадцатом шаге я наступил на что-то мягкое и тут же отдёрнул ногу: видимо, наступил на тела ребят. В груди всё сжалось, и я с ненавистью посмотрел на светящееся пятно.

Я замер и стал ждать сигнала от Ивана, время остановилось, с каждой секундой в ушах всё сильнее раздавались удары моего сердца.

- Томас! - истошно заорал мой заговорщик. — Томас, у Пола кровь идёт, он без сознания! - снова закричал он.

Фонарик в центре зала начал резко мельтешить и с ускорением двинулся в сторону голоса. Я терпеливо ждал, когда он пройдёт половину, и двинулся в сторону постамента, постаравшись зафиксировать направление.

Когда по моим расчётам Томас должен был вот-вот добежать до Ивана, я включил фонарик и лихорадочно стал искать строение в центре зала. Я практически не сбился, до него оставалось метров двадцать.

Не обращая внимания на крики сзади, я со всех ног бросился к нему. Достигнув цели, я остановился и оглянулся - в мою сторону бежал Томас.

- Пол, не смей, не смей его трогать! - орал, срывая голос.

- Пошёл ты, - самодовольно сказал я, схватил куб и крепко сжал его в руке.

В тот самый момент, когда холодный металл коснулся моей руки, где-то глубоко, раздался гулкий звук противовесов. Точно такой же, как был в тот момент, когда нас здесь заперли.

Я медленно развернулся и истерично рассмеялся, Томас, который успел практически до меня добежать, остановился метрах в четырёх от меня.

- Не вышло по-твоему, больной ублюдок, - со злобой бросил я.

- Пол, положи его, - тихо ответил он и сделал шаг в мою сторону.

- Ты знал! Знал, что стоит нам его взять, мы будем свободны, - я старался светить своим фонариком прямо ему в лицо. — Это ты во всём виноват.

- Нет, Пол, не я, - его голос был странным, словно он извинялся передо мной.

Резкая боль пронзила мою ладонь, я удивлённо посмотрел на сжатый кулак. Никак не мог понять, почему сквозь мою кисть торчит острый шип. Разжав руку, я продолжал смотреть на куб, который втянул окровавленное остриё обратно в себя.

Моя рука затряслась от боли, и я заорал изо всех сил.

- Прости, Пол, - прозвучал в моей голове знакомый голос с каким-то противным посвистыванием. — Но ты такой дурак. Надо было послушать его.

После этих слов моя рука выронила фонарик и рывком «бросилась» на моё горло. Она вцепилась в него и начала медленно сжимать пальцы. Выронив из пробитой руки куб, я начал хвататься за неё, несмотря на резкую боль, но рука скользила из-за крови, которая продолжала сочиться из раны.

Сил сопротивляться самому себе у меня не было, последнее, что я запомнил, была яркая вспышка света от фонарика.

Первое, что я почувствовал, была невыносимая боль в правой руке. Вокруг было много света и голоса незнакомых мне людей.

Я лежал на носилках, моя рука была перебинтована, а к здоровой шла тонкая трубочка от капельницы.

- Он очнулся, - раздался высокий женский голос.

Сфокусировав свой взгляд, я различил знакомые черты, рядом со мной стоял Томас и о чём-то беседовал с женщиной.

Мне хотелось закричать, что это он во всём виноват, предупредить об опасности. Но из рта вылетел только хриплый звук.

Мои носилки поднялись, и я медленно «поплыл», рядом со мной шла незнакомая женщина, держа на весу пакет с прозрачной жидкостью. Мы вышли из зала и начали медленный подъём наверх.

Вдоль всего тоннеля стояли люди в спасательной форме с касками на головах. Они сочувственно провожали меня взглядом. У меня потекли слёзы, и я потерял сознание.

Глава 15

Комната была заполнена мягким светом, его едва хватало, чтобы хоть как-то осветить пространство вокруг. Сбоку от меня попискивал кардиомонитор, равномерно отсчитывая мой пульс.

Я попробовал пошевелить руками, оторвать от кровати смог только левую. Правая рука была закреплена широким ремешком, кисть была перебинтована, а в вену вставлен катетер.

Судя по окну, сейчас была ночь. Я поискал глазами часы, но безуспешно.

- Четвёртый час, если тебя это интересует, - раздался до боли знакомый голос.

Я медленно повернул голову направо. Напротив моей койки стоял стул, разглядеть, кто сидел на нём, я не мог, но точно знал, кому принадлежит голос.

Моя свободная рука начала истерично шарить по одеялу в поисках кнопки экстренного вызова.

- Пол, я рад, что ты пришёл в себя, - спокойно произнёс Томас.

Я молчал, пытаясь разглядеть его лицо в тёмном пятне комнаты.

- Ты сейчас не в том состоянии, чтобы волноваться, - я услышал, как монитор участил своё попискивание. — Тебе нельзя нервничать, - добавил он.

Голова закружилась, и я снова потерял сознание.

Очнулся я уже утром, когда сквозь плотные шторы пробивались первые лучи солнца. Я резко повернул голову, но на стуле никого не было. Я с облегчением закрыл глаза и глубоко вздохнул.

Со стороны входной двери послышались шаги, и она тихо отворилась. На пороге показалась медсестра в белоснежном халате. Она не спеша подошла ко мне, видимо, не надеясь увидеть меня в сознании.

Когда она заметила мои открытые глаза, тут же подскочила ко мне и начала что-то настраивать на медицинском оборудовании.

- Скажите, где я? — едва слышно прошептал я.

- Пожалуйста, не надо разговаривать, - сурово произнесла она. — У вас всё хорошо, вы в частной клинике доктора Розенберга.

- Как я здесь оказался? Где остальные?

- Я же попросила вас не разговаривать, - настойчиво сказала медсестра. Она внимательно посмотрела на меня и, видимо, поняв, что я так просто не сдамся, добавила: - Ваши товарищи тоже здесь, и им намного лучше, чем вам. Так что закрывайте глаза и отдыхайте, - после этих слов я начал медленно проваливаться в сон.

Полуденное солнце «смущённо» заглядывало ко мне в палату, окрашивая пол в яркие оранжевые пятна. Я окончательно проснулся и осознал, что очень хочу есть. Все мои попытки привстать не увенчались успехом, как и попытки отстегнуть свою руку. Привязанная рука не давала мне принять хоть сколько-нибудь вертикальное положение.

За окном виднелись заснеженные горные вершины. Раздался тихий щелчок, и ко мне зашёл невысокий мужчина, абсолютно лысый, в очках с узкими прямоугольными линзами. Следом за ним семенила медсестра, с которой я успел поговорить утром.

- Спокойнее, вам сейчас не рекомендуется двигаться, - бойко начал мужчина, заметив, что я попытался сесть. — Ну, как вы себя чувствуете?

- Доктор, где я нахожусь? — меня продолжал беспокоить этот вопрос.

- Вы, господин Бёрден, находитесь в частной клинике доктора Розенберга. Собственно, перед вами он и стоит, - он широко улыбнулся и развёл руками.

- Как я сюда попал? — я облизнул пересохшие губы.

- Дорогая, дайте ему немного воды, - распорядился он медсестре, та послушно выскочила из палаты.

Он подвинул стул к койке и деловито сел, закинув ногу на ногу.

- Вам очень повезло, что у вас такие хорошие товарищи. Если бы они промедлили, то вряд ли вас можно было спасти. Но вы и сами оказались крепким орешком, - он дружелюбно улыбнулся.

- Всё-таки мне бы хотелось понять, как я тут оказался? — настойчиво повторил я свой вопрос.

- Вас и ещё двух мужчин сюда привёз Томас Андерсон.

- Томас? — я был шокирован этой новостью. - Где он?

- Вы трое суток находились без сознания, - его голос стал серьёзным. — Не знаю, насколько вы близки, но он не отходил от вас.

- А как он?

- У него всё хорошо. Небольшая потеря крови, а в остальном здоров, - он усмехнулся. — Томас сильнее, чем кажется на первый взгляд.

- Мне нужно поговорить с полицией, - сухо бросил я.

Доктор некоторое время смотрел на меня, потом улыбнулся и, вставая со стула, произнёс: - Конечно, как скажете.

Дверь открылась, вошла медсестра, держа в руке высокий стакан, наполненный водой.

- А пока вам нужно отдохнуть, - выходя из палаты, обернувшись, сказал Розенберг.

Я был уверен, что никакую полицию он не собирается вызывать. Всё это спланировано, нас сюда привезли только для того, чтобы скрыть от всех происшедшее.

- Извините, как вас зовут? — обратился я к медсестре.

- Вам нельзя волноваться, - уклонилась она от ответа. — Вы попили? — она протянула руку.

- Да, спасибо, - я вернул ей недопитый стакан.

Видимо, они здесь все повязаны, никому нельзя верить. Мне главное добраться до телефона. Мои мысли начали медленно угасать, и я провалился в сон.

Очнувшись, я почувствовал себя практически полным сил. Неприятно ныла рука, но в остальном жалоб у меня не было. Солнце за окном отбрасывало малиновые лучи и буквально через несколько минут скрылось, видимо, за высокой горной пикой.

Я приподнял голову, чтобы оглядеть комнату, на стуле недалеко сидел Томас и внимательно изучал меня.

- Как тебе?

- Нормально, - нехотя ответил я, машинально попытался сесть, забыв, что с закреплённой рукой сделать это крайне трудно.

- Пол, я понимаю, что сейчас у тебя в голове полная каша, - он облокотился на колени и сцепил пальцы рук.

- Это слабо сказано, - процедил я, мне хотелось вскочить и врезать по его спокойной физиономии.

- Меня просили тебя сильно не тревожить. Но мне кажется, что так будет лучше для тебя. Ты обещаешь выслушать меня, не перебивая? — он вопросительно посмотрел на меня.

- Давай попробуем, - без особого желания согласился я.

- Ты можешь мне не верить, но многое ты и сам видел, - начал своим убаюкивающим голосом Томас. — Не всё, что нас окружает, возможно описать с научной точки зрения. Ты можешь считать это мракобесием, но на свете существуют силы, которые невозможно никак объяснить. И остаётся только называть эти силы не иначе как магия.

- Опять, - скептически простонал я.

- Пол, ты обещал, - не особо обратив внимания на мой комментарий, продолжил он. — Эти силы были всегда, но никогда не были общедоступными. В иные периоды человеческой истории про них знали больше, в иные они уходили в тень. А иногда, как теперь, они стараются вообще о себе не заявлять. Мы стали свидетелями расцвета той эпохи, когда магия была явной силой.

- Томас, ты меня извини, но то, что ты сейчас говоришь, похоже на воображение не совсем здорового человека, - я больше не мог слушать эту ахинею.

- Ты же сам всё видел, - в его голосе появились железные нотки.

- Что я видел?! Как светятся кристаллы, так это может быть неизвестная люминесценция. То, что нас заперло - хорошо сохранившаяся ловушка, египтяне, вон. тоже проходы перекрывали, не так, но всё же. Молнии, я тоже думаю, объясняются особенностями кристаллов, зря мы на них светили. Ну, а кубик - так это просто побрякушка со спрятанной иглой, - мой кардиомонитор заметно прибавил в ритме. — Я уверен, ты знал про ловушку и не остановил нас, - в конце концов выпалил я.

Томас некоторое время смотрел на меня изучающе. Перебирая пальцами, как будто это помогало ему принять решение. Он медленно встал, в его руке блеснул изогнутый нож, тот самый, который я видел в пещере.

- Томас, убери!!! - монитор яростно запищал, я со всей силы задёргал рукой, пытаясь освободится.

Не обращая внимание на мои действия, он закатал рукав на левой руке и провёл своим ножом по внутренней стороне предплечья, от локтя до кисти. Незамедлительно кровь тонкой струйкой начала стекать на пол.

Томас закрыл глаза и начал едва заметно шевелить губами. Кровь, которая до этого растеклась по полу, собралась в небольшие крупицы и стала медленно вращаться вокруг его тела.

Алых частиц становилось всё больше, и спустя пару минут Томас стоял в мини-торнадо из кровавых капель. Его образ начал моргать, напоминая мне видение, которое было в подземном зале.

Неожиданно вихрь стих, тело Томаса стало полупрозрачным и слегка подрагивало.

- Скажи, Пол, ты меня видишь?

- Да, - выдохнул я, пытаясь сказать громче, чем пищал прибор.

- А не должен. Это «Кровавая пелена», она скрывает от посторонних глаз. И моя считается одной из лучших в исполнении, я знаю только двух человек, кто видит меня под ней. И один из них это ты.

Частицы, окружающие его, снова стали видимыми и постепенно растворились в воздухе. Томас, как ни в чём не бывало раскатал рукав, прикрыв свежий розовый шрам, и сел на стул.

- А знаешь, почему ты меня видел? — я отрицательно помотал головой. — Это из-за куба, который ты так опрометчиво схватил. Вы теперь с ним связаны, - он замолчал, уставившись в окно.

- Томас, признайся, я под ЛСД или ещё какая-нибудь дрянь? — испуганно спросил я. — Вы меня чем-то накачали? Может быть, вы черные хирурги, и у меня уже нет почек? — мне хотелось вскочить и выпрыгнуть из окна.

- Ничем мы тебя не накачивали и у тебя всё на месте. Если тебя это успокоит, Иван и Уоллис тоже здесь. И скоро ты с ними увидишься.

- Оставь меня, пожалуйста, одного, - едва сдерживая крик, сказал я и отвернулся к противоположной стене. У меня стучало в висках и во рту появился металлический привкус.

Послышался звук шагов и едва слышный щелчок двери. Оставшись один, я уставился в потолок, и из моих глаз потекли слёзы. Мир, который я знал до этого, рассыпался у меня на глазах. Словно замок из детства, который ты строил из песка, не зная, что приливная волна доберётся до него.

На следующий день с утра ко мне в палату зашла целая делегация: Розенберг, медсестра и Томас. Краем глаза я заметил, что за ними хотел прорваться Иван, но Томас сдержанно остановил его рукой и что-то, отвернувшись, сказал. Тот молча кивнул головой и отступил от двери.

- Ну что, господин Бёрден, как себя чувствуете? — не мешкая, начал Розенберг.

- Не жалуюсь, - я неловко улыбнулся.

- Как ваша рука, сильно болит?

- Если честно, она больше ноет, но не критично, - сказал я, аккуратно пошевелив пальцами.

- А как ваша голова, не кружится? — глянул он поверх очков.

- Да вроде тоже нет. Если честно, я уже устал лежать, - честно признался я.

- В таком случае, считаю, что вы полностью здоровы, - он от удовольствия крякнул.

- Дорогая, - обратился он к медсестре. — Тогда отключайте всё это. Надеюсь, у нас не будет проблем? — он серьёзно посмотрел на меня. — Хотя за вас поручился наш уважаемый Томас, - он по братски похлопал его по плечу. — А у меня дела, дела, - и он торопливо выскочил из палаты.

Меня отсоединили от монитора и вытащили катетер, заклеив место укола широким пластырем.

Как только моя рука оказалась на свободе, я тут же сел и начал растирать область запястья. Никогда не думал, что пристёгнутая рука доставляет столько неудобства и так сильно ограничивает свободу, пускай даже в медицинских целях. Медсестра, закончив все необходимые процедуры, вышла вслед за доктором.

- Рад, что ты так быстро поправился, - Томас дружелюбно улыбнулся. — К тебе гости пытаются с самого утра прорваться. Пол, у меня к тебе будет просьба, не обсуждай с ними увиденное. Незачем это всё. Мы с тобой должны потом кое-что обсудить, - под конец его голос стал крайне серьёзным.

Встретившись с ним взглядом, я пытался разглядеть в нём признаки угрозы, но сколько ни пытался, ничего прочитать не смог, а только кивнул головой.

Томас подошёл к двери и, приоткрыв её, сказал: «Заходите».

В палату ворвался Иван, следом за ним шёл смущённый Уоллис.

- Ну ты нас всех напугал! - радостно накинулся на меня Иван и чуть ли не задушил в объятиях.

- Задушишь, со мной так сейчас нельзя, - едва смог произнести я сдавленным голосом.

- Нельзя с ним! - с сильным акцентом передразнил он меня. — Томас рассказал нам всё, что это ты нашёл механизм, который плиты поднял. Не скромничай, если бы не ты, возможно, мы так бы и не выбрались. Ты не знаешь, там по всему спуску не менее пятнадцати плит опустилось, - он так быстро говорил, что я с трудом понимал его. — У спасателей день уходил на одну, они боялись взрывать, сам понимаешь.

- Пол, извини, - неловко прячась за широкой спиной Ивана, сказал Уоллис.

- За что? — я не очень понимал, за что он передо мной пытался извиниться.

- Вся вина за этот спуск лежит только на моих плечах. Вовремя не разглядел, что Изабель впала в беспамятство, - он замолчал. — Не знаю, что со мной случилось.

Когда он произнёс имя одной из наших погибших товарищей, моё сердце словно сжали в ледяные тиски. Я снова оказался там, глубоко под землёй, без еды и практически без воды. Рядом с трупами своих коллег, обессиленный и уже смирившийся с неизбежным концом.

Видимо, не я один почувствовал это, в палате стояла тишина.

- У меня на родине принято о покойных говорить либо хорошее, либо ничего. Ребята были профессионалами своего дела, - поникшим голосом сказал Иван. — А знаете, что?! Предлагаю после выписки посидеть, ребят помянем, - для последнего слова он с трудом подобрал аналог.

- Согласен, - я кивнул головой.

Дверь в мою палату открылась, и показалась аккуратная голова моей медсестры.

- Так! Вы что тут устроили? Кто разрешил? Вы что, не понимаете, ему требуется покой, - возмутилась она на повышенных тонах.

- Это я во всём виноват, - наигранно извиняющимся тоном начал Томас. — Парни тут совсем не причём, - он расплылся в улыбке, показав свои белые зубы, и осторожно взял её под локоть. — Зачем так кричать, мы уже уходим, - подмигнув нам, он вывел сопротивляющуюся медсестру.

- Бабник, - фыркнул Иван.

- Мы должны быть благодарны ему, - тихо произнёс Уоллис.

Видимо, после нашей экспедиции что-то «сломалось» в нём. Пропала его неподдельная уверенность: он словно сомневался в своём решении, в тех словах, что говорил.

- Это он через своих знакомых нас тут устроил, — он задумчиво смотрел в окно. — Отличное здесь обслуживание. Ты знал, что нас на частном самолёте доставили? — обратился он ко мне.

Я молча помотал головой. Меня подмывало всё рассказать: про то, что случилось там в пещере, что я видел уже здесь. Но Томас был прав, как я мог рассказать им то, что сам считал выдумкой?

- Пол, извини нас, тебе и правда нужно отдыхать, — спохватился Уоллис и, схватив Ивана под руку, потащил его к выходу.

- Бар в силе, — уже в дверях прокричал Иван, цепляясь за дверной косяк.

- Обязательно, — крикнул я в уже закрывающуюся дверь.

Ещё какое-то время смотрел в закрытую дверь: мне казалось, что кто-то ещё должен ко мне зайти, но она так и не открылась. Осознав, что я теперь свободен, я медленно встал и подошёл к большому окну до пола.

За ним открылся вид, от которого у меня перехватило дыхание. Широкое ущелье между склонами двух величественных гор, покрытыми вечнозелеными хвойными деревьями. На самом дне виднелась широкая река, уходящая вдаль и теряющаяся среди крутых скалистых берегов. На вершинах гор лежали пронзительно белые снежные шапки.

Я перевёл взгляд вниз, где был разбит небольшой парк, засаженный цветами и небольшими кустарниками. Среди клумб петляли аккуратные дорожки, выложенные темно-красным камнем.

По тропинкам прогуливались люди и о чём-то не спеша разговаривали, как и те, что сидели в небольших беседках. Все они были одеты в одинаковые халаты.

Обнаружив на окне небольшую ручку, я повернул её, и окно легко поддалось. В палату ворвался свежий ветерок. Откуда-то издалека доносился шум водопада, периодически раздавался щебет птиц.

- Наверное, пора завязывать с этой археологией?! — я шумно втянул горный воздух полной грудью.

Глава 16

- Госпожа, зачем они вам?

- Возможно, при других обстоятельствах я бы с тобой согласилась, - голос принадлежал высокой женщине с огненными волосами. - Но они точно знают, что тут произошло, поэтому нам придётся взять их с собой.

- Простите, госпожа, но мне эта идея совсем не нравится. Этот мерзкий сакрифант, - она покосилась на лежащего возле стены мужчину.

- Хильда, в последнее время ты стала слишком часто высказывать своё мнение, - властным голосом оборвала её вторая.

- Простите, госпожа, - смиренно ответила Хильда. - Мы сможем их перенести отсюда?

- Отсюда не получится, эти стены нам не позволят, придётся сначала вытащить их отсюда.

- Госпожа Агатания, прошу прощения, что снова позволяю себе дерзость, - в словах служанки хорошо читалась ирония, что не могла не заметить её госпожа.

- Хильдетруда?! - гневно воскликнула её госпожа и капризно топнула ногой.

Проведя вместе бесчисленное количество лет, они неизбежно сблизились, хотя и отрицали это в повседневной жизни. Хильда была безмерно предана своей госпоже и готова была отдать жизнь за неё. А Агатания любила её как верную подругу и ревностно оберегала её. Но они никогда не забывали о своём положении и продолжали играть в кроткую служанку и властную хозяйку.

- Ты долго будешь издеваться надо мной? - добавила Агатания, её грудь высоко поднималась от возмущения.

- Я просто хотела спросить, нужен ли нам этот второй? - она слегка пнула лежащее ничком посередине комнаты тело. - Нам и один всё рассказать может. Тащить двух не очень хочется, - она едва заметно надула губы.

- Нужен, - коротко бросила Агатания. - Он текущий владелец куба.

- Так, может, заберём себе?

- Нет, Хильда, эту вещицу лучше не трогать. Если, конечно, ты не хочешь потерять себя, - её глаза недобро сверкнули.

- Как скажете, госпожа, - смиренно согласилась она.

- Я вон того возьму, он выглядит полегче, - с этими словами женщина с огненными волосами закатала рукава.

- Госпожа!

- Ой, да перестань ты!

Ловкими движениями она ощупала лежащего возле стены мужчину. Скептически посмотрела на свою ладонь, которая тут же окрасилась в алый цвет.

- Много крови потерял. Интересно, кто так ловко с ними расправился?

- Нож вытаскивать? — сухо спросила Хильда, осматривая тело посреди комнаты.

- Подожди, — Агатания открыла небольшую вышитую бисером сумку у себя на поясе и вытащила свернутые алые листья, очень похожие на кленовые.

- Госпожа, не надо! — в глазах Хильды заблестели слёзы.

- Хильда, они не выживут, они и так практически на грани. Будут моими должниками, — на её губах заиграла красивая и в то же время коварная улыбка.

- Он так редко их нам даёт, — голос Хильды был подавленный и грустный.

Хильда резко выдернула нож из спины, а Агатания приложила один из листков. Как только он коснулся крови, всё помещение осветилось мягким светом, в точности как это бывает при алом закате. Небольшая вспышка, и лист исчез, рассыпавшись на сотни светящихся песчинок, которые осели на спине раненого. Аналогичную процедуру они провели со вторым телом.

- По крайней мере, сейчас не должны помереть, - деловито сказала Агатания. — Ну что, давай вытащим их отсюда?

Не дожидаясь реакции своей служанки, она подхватила тело и на удивление легко поволокла его, держа за подмышки.

- Госпожа, а можно я вашему врежу, когда мы поднимемся? — запыханным голосом спросила Хильда, волоча своего раненного.

- Что, простить не можешь? — Агатания остановилась и перехватила руки.

- Сука, со своей кровью, - выругалась она. — Думала, без руки останусь.

- Давай будем выше этого! Он хитрый паршивец, сразу понял, кто я. Если бы не его этот обряд, показалась я ему, как же, - под конец подъёма чувствовалось, что она начинает уставать. — Хотя ты знаешь, - тяжело выдохнув, она облокотила тело рядом с обвалившейся стеной древних руин. — Я ему сама врежу, - и, не говоря больше ни слова, со всего размаху ударила его по щеке. — Ай, - она затрясла рукой в воздухе.

- Госпожа! - снисходительно протянула Хильда.

Солнце уже перевалило далеко за полдень, и под плотной кроной деревьев царил мягкий полумрак. Стояла какая-то глубокая тишина, как в звукозаписывающей комнате, как будто кто-то завернул этот участок леса в поролон.

Хильда вышла из центральных развалин и оглянулась, вокруг всё также виднелись только черные зазубренные остатки древнего строения.

- Госпожа, мы отсюда сможем перенестись? — напряжённо спросила она, вернувшись к телам.

- Сейчас попробую. Возможно, тут барьер не такой сильный.

Вытащив из сумки ещё один листок, он зажала его между ладоней и, закрыв глаза, начала что-то нашёптывать ему: её губы шевелились, но разобрать слова было невозможно. Закончив ритуал, она сделала круговое движение и разомкнула ладони.

Алый листок вспыхнул таким же алым огнем, и перед ней начал формироваться горящий круг. С нижней точки вдоль его окружности бежало пламя, оставляя за собой горящую полосу.

В тот момент, когда круг должен был замкнуться, пламя зашипело, словно на него плеснули воды. Не сформированный круг вздрогнул и растворился в воздухе.

- Чёрт, - выругалась Агатания. — Портал мы тут точно не откроем, надо выйти из развалин, - сердито закончила она.

- Опять тащить, - проворчала Хильда.

Агатания одарила её недобрым взглядом, который красноречивее всяких слов говорил, насколько она недовольна происходящим.

Две хрупкие на первый взгляд женщины тащили за собой двух мужчин в бессознательном состоянии, ноги которых так и норовили зацепиться за очередную корягу.

Когда до крайних развалин оставалось двадцать метров, штанина одного зацепилась за торчащий острый осколок камня. Хильда со злостью разжала руки, и тело упало на землю. Отцепив ногу, она выпрямилась и замерла.

- Госпожа, - дрожащим голосом произнесла она и указала в сторону крайних руин.

Вдоль развалин двигались черные фигуры. Они метались от камня к камню, как тени, отбрасываемые светом костра.

- Не могло всё так гладко закончиться, - тяжело вздохнула Агатания.

Она аккуратно опустила тело мужчины и, развернувшись, двинулась в сторону черной груды камней. Хильда тут же последовала за ней, бросив тело и перепрыгнув через него..

За осыпающимися камнями двигались фигуры в чёрных лохмотьях, недалеко за ними среди деревьев виднелись фигуры девочек разных возрастов.

Как только две женщины подошли ближе к насыпи, фигуры начали метаться ещё сильнее, издавая мерзкие протяжные стоны.

- Я - Агатания Рубивальд, хозяйка рубинового леса, повелительница кровавых лисиц, - её голос, словно усиленный в десятки раз, прогремел над лесом. — Приказываю вам уйти прочь!

От последних слов фигуры завыли ещё сильнее, раздался детский визг, и они отступили от развалившихся стен.

- Агата, чёртова старуха. Ты забыла сказать «бывшая» хозяйка, - раздался низкий мужской голос с характерной хрипотцой, какая бывает у заядлых курильщиков в возрасте.

Из-за толстого ствола вышла фигура, одетая в дождевик с опущенным на лицо капюшоном.

- Давно не виделись, - кинул он, словно старой приятельнице, черные фигуры успокоились и неподвижно наблюдали за происходящим.

Хильда резко дёрнулась и встала перед своей хозяйкой, в её руке блеснул длинный нож, больше похожий на короткий, очень узкий клинок.

- А ты, я смотрю, всё вынюхиваешь? — надменно ответила Агата и подвинула Хильду в сторону.

- Ты же меня знаешь, мне никак спокойно отсюда не уйти, — он развёл руками. — Привязан я к этому месту.

- Сам себя только изводишь. Давно бы уже успокоился.

- Успокоился, говоришь?! — неожиданно резко прорычал он. — Не тебе мне об этом говорить, ведьмино отродье. И что ты тут вообще забыла? — его всплеск ненависти также быстро исчез, как и начался. — Ещё сучку эту сюда притащила, - он злобно выругался в сторону Хильды.

Агата крепко сжала плечо свой служанки

- Тебя это не касается, — она гневно посмотрела на фигуру в капюшоне.

- Ошибаешься, очень даже касается. Ты из своего вонючего дома не вылазишь, а тут вон куда приперлась. Ну давай расскажи, как она там? Не сдохла ещё? — злорадно произнёс он.

- Не понимаю, о чём ты, — в голосе Агатании послышалась издёвка.

- Не строй из себя дуру. Всё ты прекрасно понимаешь. Я и ты знаем, что она лежит здесь. Если бы не этот дурацкий «подарок», — из-под капюшона донёсся скрипучий смех. — Я бы давно с ней разобрался. — А кто это с вами? — неожиданно резко бросил он и сделал шаг вперёд.

- Два дохлых, хочу немного попрактиковаться, — Агата небрежно махнула рукой.

- Ой, не неси чушь. Прям так я тебе и поверил, ты сюда приперлась ради пары трупов?!

- Твоё право, — она пожала плечами. — Ну так что, может, дашь нам уйти спокойно?

- У тебя что, от старости совсем мозгов не осталось? — он снова глухо рассмеялся.

Неожиданно одна из фигур в черных рваных одеждах кинулась вперёд. Тряпка, что прикрывала её голову, слетела, оголив лысую голову, всю покрытую кровоточащими язвами. Из её открытого рта, больше похожего на присоску пиявки, вырвался пронзительный крик.

Хильда дёрнулась, инстинктивно бросилась вперёд, но её остановила Агатания, схватив её за руку.

На всём ходу мерзкая фигура попыталась перемахнуть через каменную насыпь. Но врезалась в невидимую стену. Обмякшим мешком она упала на землю, с диким воплем катаясь по ней. Её одежда вспыхнула ярким огнём, сколько бы не пыталась она сбить пламя, оно неумолимо сжигало её заживо.

Фигура в капюшоне молча наблюдала, как обожжённое тело замерло в неестественной позе.

- Жалко, не смогу обнять тебя. Но и вы так просто отсюда не выберетесь, — сухо констатировал он.

Агата молча отвернулась от собеседника и пошла в сторону лежащих на земле мужчин.

- А удачи пожелать?! — им вслед раздался хриплый смех.

Женщины вернулись к оставленным телам. Агатания устало села на небольшой столбик, всё, что осталось от древней колонны, рядом устроилась Хильда.

- Что будем делать? — спросила она.

- Судя по всему, барьер падает, ты видала, что она не сразу вспыхнула. Главное, чтобы он не догадался, - задумчиво ответила Агата.

- Это всё из-за этих, - Хильда пнула лежащего рядом с ней сакрифанта.

- Прекрати, они нас не заставляли, - резко сказала Агата.

- Слушаюсь, госпожа!

Хозяйка закатила глаза и отвернулась от неё. Недалеко от них за последним камнем развалин мелькали бесформенные фигуры. Она открыла свою сумку и начала что-то в ней искать.

- У нас остался последний, - она недовольно проворчала, - мы не можем ошибиться.

Хильда взяла с земли палочку и рисовала ей непонятные символы. Они едва заметно начинали светиться голубоватым светом и тут же исчезали.

- Не будут они здесь работать, - Агатания скептически разглядывала её занятие. — Столько лет она здесь лежала, - её голос наполнился тоской, словно она вспоминала о прошлой жизни.

- Госпожа, - позвала её Хильда. — Смотрите, они не так быстро стали исчезать, - нарисованный ей символ бледно светился и никак не хотел затухать.

- Значит, уходит сила или она её забирает, - взволнованно бросила Агата и подскочила со своего импровизированного трона. — Слушай меня внимательно, эти двое нужны мне живыми, чтобы не случилось, затащи их с собой, - быстро отдала она приказ тоном, которому Хильда не смела противоречить.

- Госпожа, - только вырвалось у неё.

Агатания вытащила из сумки алый листок и аккуратно зажала его в руке, так бережно, словно боялась его повредить. Вдалеке раздался очередной визг, и тени пришли в хаотичное движение.

Первые фигуры перемахнули через внешнюю осыпавшуюся стену и, словно скользя, двинулись в их сторону.

- А ты думала, я не заметил, - прорычал хриплый голос совсем рядом с ними.

Женщина с огненными волосами резко повернула голову в его сторону. Скрывающий своё лицо стоял сразу за Хильдой и крепко держал одной рукой её за шею, второй удерживал её руку с клинком. Она беспомощно дёргалась, хватая ртом воздух.

- Что, дрянь, думала, всегда будешь за её спиной прятаться? - хрипло прошептал он ей на ухо. — За глаз ты мне ответишь, - он со всей силы начал её душить.

- Отпусти её, - яростно начала Агата. — Её здесь нет, её кто-то унёс.

- Да? И кто же? Эти сраные Смотрители?! — он слегка ослабил хватку, давая возможность Хильде вздохнуть.

- Не знаю. Отпусти её. — снова злобно бросила она.

- Посмотрите, кто у них тут, - он обратил внимание на одного из лежащих. - Я же знаю этого, приехал к нам недавно. Не успел я его оприходовать, - несмотря на то, что лица не было видно, можно было понять, что он облизнулся.

Он замолчал, видимо некоторое время раздумывая над чем-то.

- Постой-ка, вы что меня за дурака держите, - его рука со всей силы сдавила шею заложницы. — Вы что, думаете, я не понимаю, что эти двое причастны к её пропаже. Где она?! — последние слова словно ураган обрушились на хрупкую с виду женщину, но она даже не качнулась.

- Отпусти её! — сквозь зубы сказала она. — Не тебе со мной тягаться.

- Выжившая из ума старуха, - сквозь смех сказал он. — Твоё время ушло вместе с твоими паршивыми деревьями.

Он едва успел закончить последние слова, как вокруг Агаты воздух пришёл в движение. Увлекаемые воздушными потоками, мелкие камешки, ветки закружились вокруг неё. Её огненного цвета волосы свободно развевались, глаза наполнились алым свечением.

Видимо не ожидая подобного, человек в плаще ослабил хватку, и этого было достаточно, чтобы Хильда сумела выдернуть руку и со всей силы вонзить свой нож в его ногу.

Он пошатнулся и отступил, схватившись руками за ногу.

- Заберите их, - хрипло скомандовал он фигурам, которые кружили рядом.

Вой стал невыносимо громким: «Идите к нам», - слышалось со всех сторон на разные голоса.

Вокруг Агатании замелькали небольшие огоньки, они быстро увеличивались в размерах, обретая форму. Буквально миг, и её окружило с десяток светящихся алым светом лисиц. Их небольшие глаза, словно бусинки, с любопытством рассматривали происходящее.

- Я - Агатания Рубивальд, ваша повелительница. Приказываю вам защитить меня, никто не должен приблизиться, — её голос был наполнен силой, которой они подчинялись.

Лисицы бросились вперёд, кружа вокруг двух женщин, не давая к ним подойти. Они двигались молниеносно, зависая на некоторое время в воздухе, и, не издавая ни звука, рвали нападавших своими острыми зубами.

Фигуры в лохмотьях визжали, но не сбавляли напора, место упавших занимали новые.

- Хильда, — прокричала Агата и взмахнула сложенными руками.

Огненный круг снова начал формироваться перед ней, но в этот раз он замкнулся и расширился до человеческого размера. Пламя по краям яростно колебалось под вихрем, который всё ещё кружил вокруг неё.

Хильдя бросилась к лежащим на земле телам и, схватив первого, затащила в огненный портал.

- Быстрее, я не смогу долго их удерживать, — прокричала Агата, когда она вернулась за вторым.

Служанка со всех ног бросилась за вторым и, затаскивая его, прокричала: «Госпожа, скорее!»

Агата хлопнула в ладоши, огненное кольцо резко сжалось в размерах и исчезло.

- Вот мы и остались одни, — низким голосом от напряжения обратилась она к стоящему за спинами своих подручных.

- Пора заканчивать с этим, — хрипло ответил он.

Хильда появилась в комнате своей хозяйки и что есть мочи закричала в то место, где только что был огненный портал. Она упала на пол и начала колотить изо всех сил по цветному ковру. Слёзы застелили её глаза, она не могла сдерживать их, и они крупными каплями покатились по её щекам.

- Зачем, зачем вы это сделали?! — кричала она, продолжая лупить кулаками. — Я вас не брошу, — она решительно вскочила на ноги и бросилась к дверям комнаты.

В тот момент, когда она потянула за ручку, сзади раздался слабый стон.

Глава 17

Один из лежащих на полу мужчин застонал. Хильда остановилась, её разрывало на части данное госпоже обещание и желание всё бросить и кинуться ей на помощь. Она беспомощно сползла по дверному косяку и, не сдерживая себя, заплакала.

Проведя рядом с Агатой столько веков, она не представляла, что её могло не стать. Она вспомнила первый день их знакомства. Когда её представили высокомерной, капризной персоне - юной дочери его величества Игнация Рубивальда.

С каким замиранием сердца она смотрела на ту роскошь, которая их окружала. Как смиренно она терпела все капризы и выполняла любые приказы. Лишь бы остаться причастной к этому великому роду.

И как они бежали из увядающего леса, погибающего от бурого тлена, скрываясь от всех, спасая свои жизни. Как тяжело госпожа Агатания перенесла гибель своей матери, будучи на грани помешательства.

Отчаяние сменилось злостью и решимостью — во что бы то ни стало исполнить приказ и спасти этих двоих. Она поднялась и, грубо смахнув слёзы, пошла к лежащим на полу.

Спустя полтора столетия Агатания решила научить её основам лечебных рун. Скорее ради развлечения, чем действительно верила в эту затею. Но, к её удивлению, ученица оказалась очень способной.

Хильда перенесла мужчин в одну из комнат и уложила на большую постель.

- Госпожа, за что мне это? — поникшим тоном сказала она, стягивая с них верхнюю одежду.

Раны перестали кровоточить ещё в подземелье, а сила листа дала им возможность перенести потерю крови. Она принесла небольшой флакон, похожий на чернильницу, которая была наполовину наполнена жидкостью по цвету очень напоминающей цветочный мёд, только испускающего слабое свечение.

Обмакивая в него тонкое перо, она нанесла вокруг ран замысловатый орнамент. Древние письмена переплетались, и в тот момент, когда она закончила их выводить, начали слабо светиться.

- Только попробуйте сдохнуть, - сердито бросила она, укрывая их тонким одеялом.

На все процедуры у нее ушло практически полтора часа. И всё это время она не переставала думать о своей госпоже. Ей казалось, что вот-вот - и дверь откроется, и она увидит ее на пороге. Время шло, а в дом так никто и не пришёл.

- Я сделала всё, что могла, - как бы оправдываясь, сказала она. И пошла в сторону входной двери.

Её уже никто не мог остановить, решение было принято. Исполнив своё обещание сохранить им жизнь, она должна была выяснить, что случилось. Даже если хозяйка мертва, тело она так просто не отдаст. Но эти мысли она тут же отогнала, не желая верить в подобный исход.

Агатания жива, и она спасёт её.

Прикрыв за собой входную дверь, она спешным шагом двинулась по садовой тропинке. Её сердце бешено заколотилось, когда она увидела возле калитки фигуру. Она сильно хромала, её платье местами было порвано, у неё даже не хватило сил обернуться в привычный облик старой Агаты.

- Госпожа! — еле сдержав рвущийся крик, Хильда бросилась к ней. Наверное, если бы Агата позволила, она схватила бы ее на руки. - Как вы, госпожа? — она дала ей возможность опереться на нее.

- Бывало и лучше, - устало ответила она. - А ты куда собралась? — в ее голосе появились нотки возмущения.

- Да так, воздухом подышать вышла, - улыбаясь, ответила служанка, по ее щекам катились крупные слезы.

- Ну что ты тут устроила? — несмотря на суровый тон, она не могла скрыть своих чувств. — Пошли уже скорее, — хромая на правую ногу, они медленно пошли к дому.

На следующее утро Агата лежала в своей кровати и смотрела в распахнутое окно, наблюдая, как медленно колышутся плотные шторы и белоснежная тюль. По большому счёту, она не получила серьёзных травм. Хромала она из-за того, что неудачно оступилась в развалинах и подвернула ногу.

Её преданные зверьки исполнили свой долг сполна, ни одна обращённая не смогла вцепиться в неё. Они изрядно изодрали её платье, но это были пустяки, как бы сильно она ни была к нему привязана.

Хильда не отходила от неё ни на минуту. Бедняжка так переживала, что сейчас спала, положив голову на основание её кровати. Даже когда Агата рявкнула на неё, чтобы та шла к себе, она только смотрела на неё мокрыми глазами и обиженно шевелила губами.

Смирившись с настырной служанкой, Агата не стала настаивать, дав той возможность быть со своей госпожой.

Она не представляла, что было бы, если её не стало рядом. Хильда была единственным человеком на свете, которая связывала её с тем миром, который давно перестал существовать. Не как напоминание о тех временах, таких было предостаточно.Агата нахмурила брови, стоило ей вспомнить о фигуре в дождевике. А о том мире, в котором она жила в лесу среди алых клёнов, где свободно охотились её любопытные зверьки и где царили мир и покой.

Но вряд ли когда-нибудь она сможет признаться ей в этом. Слишком она была гордой, чтобы сознаться служанке, как она ею дорожит.

- Хильда, сколько можно спать?! - капризно бросила она и начала шевелить здоровой ногой, чтобы та проснулась.

- Госпожа, ну что вам не отдыхается? - Хильда зевнула и потянулась.

- Не зли меня, - грозно процедила она и театрально хлопнула рукой по одеялу.

- Завтрак в постель, госпожа? — смиренно склонив голову и сложив руки спереди, самым кротким голосом спросила Хильда.

- А куда?! - Агатания отвернулась, всем своим видом показывая, что не хочет больше разговаривать.

Несмотря на стройность своей фигуры, Агата всегда считала, что завтрак должен быть максимально плотным. И одним из излюбленных вариантов был английский.

На небольшом складном столике стояла большая плоская тарелка. От горячей еды поднимался едва заметный пар и разносился дурманящий аромат. Она наколола вилкой небольшой жаренный шампиньон и отправила себе в рот. Нежный вкус моментально распространился по вкусовым рецепторам.

Осознав, как сильно она хочет есть, она решила сегодня плюнуть на все манеры и яростно набросилась на бекон и жаренные колбаски.

Хильда устроилась рядом со своей порцией, за круглым столом возле окна. Они уже давно завтракали вместе и старались не нарушать эту традицию.

Ловко орудуя ножом, Агата отрезала небольшие кусочки глазуньи и отправляла в рот. Яркий, идеально круглый желток лопнул и вытек на тарелку, она цокнула и обмакнула в него небольшой ржаной тост.

- Великолепно, - наконец произнесла она и взялась за небольшую кофейную чашечку.

- Госпожа ничего мне не расскажет? — дождавшись, когда Агата поставит чашку на поднос, спросила Хильда.

- Не хочу сейчас это обсуждать, - отмахнулась она. - Слишком хорошо, - она снова беззвучно отхлебнула кофе. - Как там наши спасённые?

- Лежали рядышком, голубки, - не скрывая своей антипатии, ответила Хильда.

Агата улыбнулась, но удержалась от комментариев.

- Знаешь, сейчас закончу и хочу выбрать себе новое платье, - с вдохновением заявила она.

- Как скажете. Было бы перед кем красоваться, - едва слышно возмутилась служанка.

- Хильдетруда! — резко оборвала её Агатания.

Агатания Рубивальд была очень могущественной и сильной, но, как и многие женщины, имела слабость к примерке нарядов. Её служанка уже порядком устала подавать ей бесконечные платья и шнуровать корсажи, которые так любила её госпожа.

- Вот! - Агата наконец-то остановила свой выбор, довольно разглядывая себя в высоком зеркале.

- Наконец-то! - выдохнула Хильда и опустилась на край мягкого стула с двумя платьями на руках. Чем тут же заслужила неодобрительный взгляд своей госпожи.

Сквозь полузакрытые веки пробивался образ темного пятна. Оно было бесформенное и никак не хотело проявляться, сколько Пол не пытался понять, что перед ним.

Голова раскалывалась, и постоянно пекло между лопаток. Но это походило не на обжигающую боль, а скорее на согревающее ощущение после глинтвейна. Он попытался пошевелить рукой, но сколько он не пытался, даже палец отказывался его слушать.

Единственное, что подчинялось ему, была голова, он повернул её, и перед ним возникло другое пятно, которое лежало рядом. Он собрал всю свою волю, чтобы хоть как-то разобрать, что перед ним.

Беспощадный молоток вколачивал в его голову очередной гвоздь, когда ему наконец-то удалось различить в этом пятне своего напарника. Тот лежал неподвижно с закрытыми глазами.

- Томас?! - выдавил из себя Пол, во рту появился привкус крови. - Томас! — чуть громче сказал он.

- Пол, постарайся поменьше двигаться, - хрипло ответил его напарник, не открывая глаза.

- Томас, я так рад, - Пол снова повернул голову и закрыл глаза. - А ты знаешь, где мы?

- Мне кажется, догадываюсь, но не понимаю, как мы тут могли оказаться, - всё также хрипло ответил он.

- Томас, прости, - медленно проговорил Пол, у него перед глазами стояла сцена, как он втыкает нож в бок своего напарника.

- Пол, мы живы, и это главное сейчас, - после этих слов сознание Пола провалилось в мягкую густую тьму.

Дверь тихо открылась, и в комнату зашла хозяйка дома со своей служанкой. Вторая гневно смотрела на лежащих на постели мужчин.

- Этот уже в сознании, - недовольно проговорила Хильда и ткнула пальцем в Томаса. Она не могла простить, что из-за этих двоих Агатания подвергла себя такой опасности.

- Спасибо, я сама знаю, - строго заявила Агата и зашла в комнату.

Она медленно прошлась по комнате, вышагивая напротив постели.

- Они вас сейчас не видят, - шепнула ей служанка и тут же получила тычок в бок.

- Можешь не притворяться, что спишь, - обратилась она к Томасу.

- Даже не смел так думать, - как можно учтивее заявил он, насколько это было возможно в его положении. - Мы вам очень благодарны.

- Благодарны?! - ещё немного, и она бы взвизгнула.

- Госпожа, при других обстоятельствах я бы упал вам в ноги, но обстоятельства выше меня, - Томас постарался тут же успокоить её.

- Мне не нужно ваше пресмыкание, - но в её голосе читались совсем другие интонации.

- Госпожа, могу ли я вас просить дать нам возможность двигаться?

- Я подумаю, - Агата едва заметно вздёрнула свой подбородок и, не говоря больше ни слова, вышла из комнаты.

- Госпожа Агатания, я всё-таки вас не понимаю. Что вы хотите от них получить? — спросила Хильда, покусывая нижнюю губу, когда они шли по коридору в кабинет Агаты.

- Ну, во-первых, я не должна перед тобой отчитываться, — тут же подчеркнула она. — А во-вторых, эти двое знают, что там произошло. Она была близка с моей матерью, и я хочу с ней поговорить, — она некоторое время помолчала и добавила: — В-третьих, хоть они оценят мои наряды, — и звонко рассмеялась.

- Госпожа!!! — воскликнула её служанка полным ревности голосом.

Солнце уже давно перевалило за полдень, когда Агата и её служанка вышли в сад, где среди пышных кустов скрывалась небольшая беседка. На круглом столике в самом центре стояли две чайные пары с белым пузатым чайником.

Хозяйка дома очень любила проводить время в этой беседке. Она почему-то напоминала время её молодости, когда её мать устраивала пикники на зелёных лужайках под раскидистыми клёнами.

- Хильда, ты знаешь, у меня такое хорошее настроение, - вдруг сказала Агата, расправляя складки на своём платье.

- И что же является причиной столь неожиданных изменений?

- Мне не нравится твой тон. Ты что, хочешь сказать, что обычно я пребываю в паршивом настроении? — глаза Агаты сверкнули.

- Госпожа, простите, - Хильда наигранно опустила голову.

Агата фыркнула и вопросительно посмотрела на свою служанку: - Ну?! Сколько мне ещё ждать?

Хильда смиренно взяла фарфоровый чайник и налила ей в кружку крепко заваренного чая. И, вытянувшись по стойке смирно, сложив руки на переднике, опустила голову.

Агата смотрела на неё и нервно постукивала пальцами по столу. Потом взяла кружку и сделала небольшой глоток. По ее лицу было видно, как она злится на Хильду.

В конце концов она не выдержала и процедила сквозь зубы: - Если ты сейчас не сядешь, я тебя выгоню!

- Госпожа, простите меня, - Хильда снова поклонилась и села на место напротив Агаты, где стояла приготовленная для нее чашка.

- Вот скажи, тебе нравится изводить меня? — Агатания взяла маленькую ложечку и отломила кусочек от треугольного бисквитного пирожного.

- Госпожа, у меня и в мыслях не было, - Хильда взяла в руку чайник и налила себе тёмную жидкость.

Агата снисходительно посмотрела на нее и отломила еще один кусочек. Несмотря на свои вспышки гнева, она очень быстро отходила, особенно если это касалось Хильды.

- Напомни, как зовут этого сакрифанта? — как бы между делом спросила она и тут же спрятала свои губы за чашкой.

Хильда внимательно посмотрела на Агату, которая делала вид, что ей на самом деле абсолютно все равно, как его зовут, но раз уж он лежит у неё дома, было бы неплохо узнать его имя.

- Если я не ошибаюсь, Томас Андерсон, - недовольно ответила она.

- Редкостный льстец, тебе не показалось? — задумчиво спросила хозяйка.

- Мне показалось, что он редкостный наглец, хам и вообще мерзкий тип, - выпалила Хильда и яростно вонзила ложку в свой кусок. - Госпожа, я как подумаю, что с вами могло случиться… - ее глаза стали мокрыми.

- Хильда, - мягко произнесла Агата, - главное, что мы обе живые. Пока мы здесь, нам ничего не грозит, - она хотела взять ее за руку, но опомнилась: - Ты думаешь, меня так легко можно одолеть? - и резко вздернула подбородок.

Служанка медленно отламывала кусочек пироженного и не поднимала глаз: - А ещё я не могу ему простить, как он поступил при первой встрече, - тихо сказала она. — И вообще мне кажется, что второй намного порядочнее его.

- Хильда! — Агата звонко рассмеялась: - Ты такая у меня дурочка.

Служанка надула губы и молча начала поедать пироженное, больше слушая свою госпожу.

- Томас, ты меня слышишь? — тихо прошептал Пол.

- Да, - ответит тот, и открыл глаза.

- Мы где?

- В доме у Агатании.

- В каком смысле?! У этой старухи? — Пол явно не мог понять, что происходит.

- Пол, прошу тебя, будь аккуратен в своих высказываниях. Она очень вспыльчивая особа. Они уже приходили сюда.

- А как мы тут оказались вообще? — Полу стало намного легче, и он никак не мог понять, почему не может пошевелиться.

- Я и сам хочу это узнать. Но, видимо, мы теперь обязаны ей жизнью. И, если честно, не скажу, что я этому рад.

- А почему мы пошевелиться не можем? — Пол активно шевелил указательным пальцем правой руку, но это было всё, на что ему хватило сил.

- Видимо, что-то наподобие моих пут, только не могу понять, как их наложили, - задумчиво ответил Томас.

Послышался тихий щелчок, и дверь в комнату бесшумно открылась. На пороге стояла Агатания, в темно-синем платье, с вышитыми на нём алыми листочками клёна, туго стянутом на талии множеством шнурков.

- Госпожа, добрый вечер, - тут же поприветствовал её Томас.

Она проигнорировав его, медленно прошлась по комнате и остановилась напротив них.

- Я смотрю, вам стало намного лучше?

- Госпожа, благодаря Вам, мы практически готовы встать на ноги, - как можно учтивее ответил он. — А что по поводу моей просьбы? Вы не могли бы нам дать возможность шевелиться?

- Помниться, при нашем знакомстве, вы вели себя опрометчиво и доставили неприятности моей служанке, - сурово произнесла Агата.

- Прошу прощения! Если бы у меня была возможность, я бы непременно исправил это недоразумение. Моя рука не посмела бы навредить столь величественной особе.

Агате явно нравилась его лесть, она уже и забыла, когда разговаривала с кем-то, кто знал её происхождение. Особенно ей льстило, что эти слова говорил сакрифант, который, судя по всему, по силе не намного уступал ей.

- Хильда, дай им возможность сесть, - распорядилась она.

Служанка выругалась едва слышно, но послушно подошла к кровати и откинула одеяло.

Агата, которая всё это время не сводила с лежащих взгляда, поспешила отвернуться к окну: Хильда не удосужилась их одеть, когда укладывала в постель.

Глава 18

Хильда скинула с лежащих одеяло, оставив прикрытой их нижнюю часть, заметив, что Агата демонстративно отвернулась. Вытащив из кармана белый платок, она стёрла у каждого по одной руне.

Как только символ был стёрт, Томас с Полом почувствовали свободу в верхней части туловища. Они аккуратно приподнялись, прислушиваясь к своим ощущениям.

- Я ног не чувствую, - испуганно чуть ли не закричал Пол.

Томас вопросительно посмотрел на Хильду, та только резко отвернулась и подошла к своей хозяйке.

- Неужели вы думали, что мы настолько глупые? - язвительно заметила Агата. — Скажите спасибо, что сесть можете.

- Госпожа, ваше слово для нас закон в текущих обстоятельствах. Но не доставим ли мы вам хлопот своей неспособностью ходить? — он невинно посмотрел на женщин.

- Даже трусы сняли, - Пол всё это время рассматривал свои ноги, приподняв одеяло.

- Ну хватит, - резко скомандовала Агата, от неожиданности Пол выпустил одеяло из рук. — Ходить вы пока не будете, - она сделала паузу, - Рано вам.

- Уважаемая, - начал было Пол, его напарник стукнул его по плечу, так что тот ойкнул и начал его тереть.

Агата одобрительно улыбнулась.

- Госпожа, прошу прощение за поведение своего напарника. Он слегка не в себе, видимо, - Пол недобро посмотрел на него.

- Хильда, судя по всему, мужчины начали приходить в себя, уже затеяли драку, - довольная собой заключила Агата. — Сегодня вы ещё отдохнёте, а завтра я бы хотела с вами серьёзно поговорить. И уже по итогу будем решать, что с вами делать, - задумчиво произнесла она.

Она, не прощаясь, развернулась и пошла к выходу.

- Надеюсь, у вас хватит мозгов не трогать руны, - злобно процедила сквозь зубы Хильда и пошла вслед за ней.

Пол, который всё это время покусывал нижнюю губу, выкрикнул ей вслед: «Дамочка», но тут же осёкся: «В смысле, госпожа Агатания, а нам можно поесть?»

Агата измерила его взглядом, но, не сказав ни слова, вышла за дверь.

- Томас, ты охренел?! — взорвался Пол, как только они вышли. — Я не посмотрю, что ты больным притворяешься. — Ты чего перед ней выделываешься? Они нас тут как игрушек держат, ты не понимаешь, что ли?

- Пол, ты бы успокоился, - немного в несвойственной манере сказал Томас. - Ты, видимо, не понимаешь всей глубины нашего положения. Эта «дамочка», как ты её назвал, каким-то образом сохранила своё могущество, несмотря на то, что источника силы её рода давно нет. Ты не представляешь, насколько она может быть опасна в гневе, - Томас явно злился. — Её подручная оказалась талантлива в нанесении Катахонских рун. Настолько, что я только сейчас понял, что это они. Сейчас они нас лечат, но поверь, мы испустим дух значительно быстрее, чем поймём это, если она захочет.

Пол видел Томаса таким лишь дважды: первый раз — в болотах Манчак, второй — сейчас, в постели дома «древних старух».

- И поверь, сейчас я готов быть даже игрушкой в их руках, - он замолчал. — Пол, так-то они нас спасли, - добавил он в конце уже намного спокойнее.

- Томас, чего ты взъелся-то?! Понял я, понял. Буду послушным мишкой.

- В смысле?

- Ну знаешь, такие есть игрушки плюшевые, - Пол заржал.

- Вот ты дурак, - Томас толкнул его. Пол завалился набок, и будучи парализованным до половины, кое-как поднялся обратно.

- Слушай, а почему я в туалет не хочу? — Пол снова приподнял одеяло.

- Пол! — заорал Томас, - опусти его!

Агата лежала в своей постели и рассматривала резные стойки, на которых держался балдахин. Её взгляд скользил снизу вверх и обратно: она пыталась посчитать все округлые элементы.

События последних дней выбивались из её уже устоявшейся жизни. Последние пару десятилетий у неё из развлечений были только перепалки с Хильдой и редкие выходы в город. Посидеть в небольшом пивном баре, который открылся, когда она первый раз посетила Сенекстаун, да поболтать с барменами.

Видимо, с течением лет она всё же становилась мягче. Иначе как она могла объяснить себе, почему не злится на этого пускателя крови. Ни в коем случае он не заслуживал снисхождения, но она так давно не испытывала мужского внимания и лести, что ничего не могла с собой поделать.

Размышляя над этим, её память незаметно для неё вернула воспоминания, когда она купалась во внимании величественных особ. И как она смотрела на них всех свысока, зная цену своему положению, ну и конечно, красоте.

Чем глубже она погружалась в воспоминания, тем сильнее у ней сжималось сердце, не в силах больше справляться с чувствами. Слёзы медленно покатились по щекам, а хотелось разрыдаться изо всех сил, но её гордость не могла позволить, чтобы хоть кто-то узнал о проявившейся слабости. Агата схватила одну из многочисленных подушек и, уткнувшись в неё, зарыдала, сдерживая всхлипы. Хотелось выть во весь голос: она была молода телом, красива, но одинока, и на неё давили прожитые годы.

Всхлипнув последний раз в подушку, она вытерла слёзы и улыбнулась. Как она, наверное, сейчас дурно выглядит. Сначала она хотела позвать Хильду, но вовремя спохватилась и оставила эту затею.

Слёзы немного успокоили её, вернув ей самообладание. Уже засыпая, она в очередной раз отметила, что Томас беспринципный льстец.

День обещал быть насыщенным, Агата была настроена решительно получить от этих двоих всю интересующую её информацию. Она сидела на своей кровати, подложив под спину несколько подушек, и пила кофе, наблюдая, как Хильда расправляет её платье и машинально смахивает пыль с мебели.

- Госпожа, скажите честно, как долго вы планируете держать у нас этих двух?

- Как только получу от них всё, что хочу, - многозначительно ответила Агата. У неё было прекрасное настроение, и ей совершенно не хотелось ругаться с Хильдой.

- Мои руны скоро начнут слабеть, - задумчиво произнесла служанка. — Если надо их ещё удерживать, придётся наносить новые, - она поглядывала на Агату, ожидая её реакцию.

- Посмотрим для начала, что они нам расскажут. Кстати, всё хотела спросить, ты их зачем раздела? — как бы между делом спросила Агатания, отвернувшись к окну.

- Госпожа, вы меня смущаете, - Хильда покраснела. — Я очень за вас переживала и спешила закончить с этими двумя. Тогда я посчитала, что нужно осмотреть их полностью, а одевать уже не стала, чтобы не терять время, - она стояла, опустив голову, и теребила тряпку, которой смахивала пыль.

Агату очень позабавило её смущение, она тихо захихикала: - Хильда, ну ты же видела, - она многозначительно опустила глаза вниз. - Как там у них?

- Госпожа! - воскликнула служанка и стала чуть ли не пунцовая.

Агата, нисколько не стесняясь, начала смеяться и чуть не разлила кофе.

Томас открыл глаза от шуршания в комнате. Перед кроватью деловито ходила Хильдетруда и, поглядывая на них, подвинула стул и небольшой столик на высокой ножке так, чтобы они находились чуть по диагонали от кровати.

Пол мирно спал рядом и, судя по всему, даже не собирался просыпаться. Томас приподнялся на руках и, подтянувшись, сел, облокотившись на подушку.

- Добрый день! — он улыбнулся девушке в строгом голубом платье с белоснежным передником.

Хильда искоса посмотрела на него, видимо, не собираясь отвечать. Каждое её движение показывало, как она недовольна происходящим.

- Вы бы поменьше разговаривали, друга своего разбудите, - несколько презрительно бросила она и вышла из комнаты.

Томас улыбнулся и ткнул Пола в бок: - Слышишь, друг, вставай давай. С нами сейчас разговаривать будут.

- Давайте без меня, - Пол постарался натянуть на себя одеяло.

- Нет уж! - Томас не дал ему спрятаться и продолжить спать.

Пол отчаянно сопротивлялся, не согласный с таким обращением. Именно в тот момент, когда Пол со злостью ударил Томаса подушкой, дверь открылась и зашла Агата в своём темно-синем платье и, гордо подняв голову, прошла к установленному стулу.

Следом бесшумно вошла Хильда, внеся поднос с фарфоровым чайником и чайной парой. Хозяйка дома грациозно села на стул и расправила платье. Служанка аккуратно налила чай и встала за спиной госпожи.

Агатания сделала осторожный глоток из чашки и вопросительно посмотрела на лежащих: Пол всё это время так и оставался в позе с занесенной для следующего удара подушкой в руках.

- Вы собираетесь продолжать? Мы подождём! — язвительно сказала Агата и сложила руки на коленях.

- Госпожа, прошу прощения, - Томас улыбнулся и игриво оттолкнул подушку от себя.

Пол начал шевелить губами и недовольно сел, потирая глаза.

- Можно было как-то предупредить, - недовольно высказался он.

- Вы были предупреждены, - на удивление спокойно ответила Агата. — Видимо, проще будет разговаривать с Вами, Томас, - она кивнула в его сторону.

- К Вашим услугам, если это будет возможно, - тут же ответил он.

Агата вскинула бровь, но ничего не ответила, она снова сделала небольшой глоток и, вернувшись к своей позе, начала.

- Мне надо знать, что там произошло, — быстро сказала она.

- Если коротко, нас там хотели зарезать, - ответил Томас, а Пол опустил глаза и стал изучать одеяло.

Хильда резко вскинула голову: - Как ты смеешь так разговаривать?! После всего, что для вас сделала госпожа Агатания!

- Хильда, ну перестань. Я уверена, Томас расскажет нам всё с самого начала, - она улыбнулась, стараясь держать себя в руках. — Давайте, чтобы между нами не было недопонимания. Я знаю, кто там лежал, - она холодно сверкнула глазами.

- Прошу прощения, госпожа, - Томас учтиво наклонил голову. — Если я где-то буду ошибаться, прошу меня поправить.

- То есть вы утверждаете, что вас туда привёл текущий смотритель? — задумчиво уточнила она, когда Томас закончил свой рассказ.

- Именно так, а Вы разве не знали, что за её «покоями» присматривают?

- Её сила всегда чувствовалась здесь. Видимо, она надёжно скрывала их существование, - Агата сделала глоток чая.

- Госпожа Агатания, мы были с вами честны. Не могли бы и Вы нам ответить на вопрос? Кто она? — учтиво, но твёрдо спросил Томас, не отрывая взгляда.

Хильда собралась что-то сказать, но Агата остановила её лёгким движением руки.

- Её зовут Еона, старшая ведьма среди девятерых. Единственная, кому удалось остаться в живых. Моя мать была одной из её первых учениц, - она замолчала, в комнате возникла неприятная давящая тишина. - И впоследствии вошла в круг, - на последних словах её голос стал намного тише.

- Что-то удерживало её всё это время, - скорее утверждающе заключил Томас.

- Возможно. Но что-то мне подсказывает, его игрушка является виновницей в том, что она проснулась, - она впилась глазами в Пола.

- Стоп, стоп, стоп, - Пол выставил руки вперёд. — Вот это вы хорошо придумали, я вообще всё это первый раз слышу, - возмущённо сказал он.

- Никто тебя не обвиняет. Я же правильно вас понимаю? — успокоил его Томас и посмотрел на Агату. Она сдержанно кивнула головой.

- Ну вот и славно, - радостно потянулся Пол . — Если мы всё решили, возможно, мы сможем уже встать и наконец-то поесть?

Хильда возмущённо фыркнула, а её хозяйка измерила нахала взглядом.

- Госпожа, я готов заключить с вами договор, что мы не посмеем навредить вам, - спокойно заверил её Томас.

- Это лишнее, с вами я как-нибудь справлюсь, - Агата недобро рассмеялась. — Будем считать, что вы на какое-то время мои гости, - она встала со стула и обратилась к служанке: - Освободи их и верни вещи, - и вышла из комнаты.

Хильда подошла к кровати и молча уставилась на двух мужчин.

- Что? — развёл руками Пол.

- Она хочет, чтобы мы повернулись к ней спиной, - ответил вместо неё Томас.

- А что, сказать - язык переломится? - проворчал Пол и повернулся к ней спиной, с парализованными ногами задача была не из лёгких.

Он почувствовал нежные прикосновения подушечек пальцев. Они были прохладные и очень гладкими. Пол невольно задёргался от щекотки и неожиданно осознал, что дёргает ногами.

- Вот чёрт, - воскликнул он и, скинув с себя одеяло, вскочил с кровати и забегал по комнате.

Хильда слегка покраснела, но взяла себя в руки и сделала вид, что ей совершенно всё равно, что вытворяет этот дурак.

Томас вёл себя намного сдержаннее и в конце только спокойно отблагодарил.

- Ваши вещи в шкафу, - не оборачиваясь, бросила она и выскочила за дверь.

Спустя примерно полчаса в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, открыли. На пороге стояла Хильда.

- Госпожа приглашает вас к столу, - без особой радости сказала она, внимательно изучая мужчин. Они уже успели одеться и о чём-то разговаривали, стоя возле окна.

- Спасибо большое, судя по всему, вы привели нашу одежду в порядок, - поблагодарил её Томас. В ответ получил только сухой взгляд.

- Если вы готовы, пройдёмте за мной, - безэмоционально пригласила она.

Они прошли через узкий коридор, задрапированный деревянными панелями, на стенах которого висели светильники с ажурными плафонами, испуская мягкий свет.

В конце коридора, за резной деревянной дверью им открылся уютный обеденный зал полукруглой формы. Вдоль всей стены располагались окна от пола до самого потолка.

В центре зала стоял овальный стол, накрытый на три персоны. Во главе стола в неизменно синем платье сидела Агата и скучающе смотрела в окно.

Как только она заметила вошедших, она тут же выпрямилась и приветственно улыбнулась.

- Как давно у меня не было гостей, - ей явно нравилось происходящее. Она жестом указала на свободные места.

Пол с Томасом переглянулись и сели каждый на выбранное место.

- Хорошо устроились, - с усмешкой Пол провёл рукой по белоснежной скатерти.

Агата проигнорировала его комментарий и обратилась к Томасу: - Предлагаю на время забыть о заботах и приятно провести время.

- Госпожа, с огромным удовольствием соглашусь с вами, - он учтиво наклонил голову.

Пол ухмыльнулся, он прекрасно знал слабость Томаса к красивым женщинам. Практически в любом городе он умудрялся найти себе компанию. Но в его оправдание надо сказать, он всегда был разборчив в своём выборе.

Под металлическими зеркальными баранчиками прятались горячие блюда. Стоило Хильде открыть один из них, как вся комната наполнилась пряным мясным ароматом.

Пол, который до сих пор не понимал, как он всё это время провёл без воды и еды, жадно вдохнул ароматы и отрезал значительный кусок мяса.

- Моё почтение повару, - закатив глаза и мыча что-то невнятное, сказал он.

Хильда, которая крутилась возле Агаты, едва заметно покраснела.

- А вот скажите, пожалуйста, не найдётся ли у вас что-нибудь покрепче? — Пол указал на бокал красного вина. — Вы только не подумайте, что я плебей. В вине мы тоже разбираемся, - он довольно крякнул и отрезал очередной кусок мяса. — Но всё-таки сейчас я был бы не против выпить более горячительного напитка.

Хильда посмотрела на Агату, та одобрительно кивнула.

- Могу предложить виски, кальвадос, коньяк, метаксу, водку, - начала перечислять Хильда.

- Подожди, подожди, - Пол восхищенно остановил её. — Вы обокрали алкогольный магазин?! Я бы сейчас не отказался от хорошего бренди, - задумчиво произнёс он и посмотрел на Томаса.

Тот никак не отреагировал, а только взял изысканный бокал в руку и покачал темно-рубиновое вино. Пол фыркнул и постарался не рассмеяться.

- Можно поконкретнее? — на удивление мягко спросила Хильда.

- Вы меня прям без ножа режете, - все присутствующие посмотрели на него. — Согласен, так себе шутка. Хорошо, всегда хотел попробовать кальвадос.

Хильда ненадолго вышла и вернулась с очень пыльной пузатой бутылкой с длинным горлышком. Ловко обтерев её, сняла небольшим ножом верхний слой сургуча и извлекла пробку.

- Père Magloire, одна из бутылок первой партии, - гордо произнесла она.

- Видимо, это очень стоящий напиток? — Пол потёр руки.

- Ей без малого двести лет, - тоном ценителя произнесла Хильда.

- У моей Хильды есть небольшая страсть к коллекционированию, - Агата снисходительно улыбалась, разглядывая, как суетится её служанка.

- Мне всё больше и больше у вас нравится, - Пол поднял бокал с темно-янтарной жидкостью и разглядывал его на свет.

- Предлагаю выпить за хозяйку этого гостеприимного дома! — торжественно произнёс Томас и поднял свой бокал.

Глаза Агаты засверкали, а на губах заиграла улыбка.

Глава 19

Кальвадос столь длительной выдержки оказался, на удивление, приятным напитком, если не сказать больше. Букет из жареных орехов, сушеных яблок и шоколада был неподражаем. Хорошо замаскированный алкоголь сделал своё дело, и Пол окончательно потерял осторожность.

- Вы знаете, я бы купил у вас бутылочку, - решительно заявил он, крутя в руках старую бутылку.

- Не думаю, что она будет вам по карману, - парировала Хильда, которая постепенно всё ближе смещалась в его сторону.

- Я думаю, мы можем договориться, - Полу всё больше нравилась эта суровая, но в то же время милая девушка.

- А как вам запеченные овощи? — она сделала шаг к нему, чтобы не сильно отвлекать свою хозяйку, которая увлечённо беседовала с Томасом.

- Хильда, можно к вам по имени обращаться? — Пол решил, что пора переходить на новый уровень общения.

- Я согласна, если, конечно, госпожа не будет против, - скромно ответила девушка, говоря куда-то в сторону.

Несмотря на свою решительность и строгость, в какой-то мере даже жестокость, большого опыта в общении с мужчинами у нее не было. Всю свою жизнь она посвящала Агате. А в последние годы они жили практически затворнической жизнью. И внимание мужчины выбивало у нее почву из-под ног.

- Госпожа Агатания, - громко сказал Пол, чтобы привлечь её внимание. Агата оторвалась от разговора и вопросительно посмотрела на него. Видимо, он не особо ей симпатизировал, потому что её взгляд тут же сменился на высокомерный.

- Простите великодушно, что отвлекаю, - ему явно было весело. — Если ваше высочество не будет против, можно я буду к вашей напарнице по имени обращаться? — после его слов Агата демонстративно отвернулась и махнула рукой, показывая, что ей совершенно все равно до их возни.

Хильда внимательно следила за ней, считывая малейшие невербальные знаки. Очевидно, ее госпожа была вся поглощена беседой.

- Так вот, милая Хильда, ваш стол выше всяческих похвал, - Пол вернулся к их разговору. — Не знаю, где вы так научились готовить, но я чуть язык не проглотил.

- Меню составляла госпожа, - скромно ответила девушка, ее грудь высоко вздымалась, а на лице был румянец.

- Ну, это полдела, - заметил Пол.

- Не говорите так, - упрекнула она, даже сейчас, когда ее так хвалили, она не могла позволить, чтобы кто-то хоть сколько-нибудь неучтиво отзывался об Агате.

- Как скажешь, - Пол поспешил успокоить свою собеседницу.

- Хильда, хватит уже стоять, - вдруг в разговор вмешалась Агата. — С ней иногда сложно спорить, - пожаловалась она Томасу. — Ни в какую не хотела садиться с нами за стол.

- Госпожа! — возмущенно воскликнула Хильда и залилась краской.

- У каждого свои тараканы, - философски сказал Пол и подвинулся, предлагая сесть рядом с собой.

Хильда села рядом и смущенно посмотрела на Пола, словно ожидала от него каких-то действий.

— Прошу прощения, совсем голова дырявая стала, — он усмехнулся от своей же шутки. — Не желаете ли чего-нибудь выпить? — Хильда вдруг прыснула от смеха.

Она поднялась и взяла с небольшого столика с посудой невысокий пузатый бокал, напоминающий коньячный.

— Одобряю, — хмыкнул он и плеснул ей кальвадос. — Можно я скажу? — Он встал и театрально поднял бокал. — Я хочу без всякого пафоса. Прошу прощения у высокородных дам, — он приподнял бокал в сторону Агаты. — Но я хочу поднять бокал за красивых и милых дам, с которыми нам довелось познакомиться. Пусть это было одно из самых странных знакомств, но от этого не менее удивительное и необычное. За вас, прекрасные дамы! — и он в один глоток осушил свой бокал.

Агата с Томасом вышли в сад, после того как он, извиняясь, признался, что никак не может избавиться от своей вредной привычки. И через открытое окно доносился звонкий женский смех.

Пол, уже изрядно охмелевший, не сводил глаз с Хильды, которую окончательно засмущал. Сколько она ни смотрела на свою госпожу, когда та выходила, но не обнаружила понимания. Ей не было неприятно находиться в обществе Пола, даже наоборот, он ей очень понравился.

Живой, весёлый, без каких-то высокопарных замашек, говорил то, что думает. Она, конечно, инстинктивно напрягалась, когда он говорил в своей манере в сторону Агаты, но это были больше безобидные реплики, нежели попытка оскорбить.

Сейчас она сидела рядом с мужчиной, которого видела голым, и это не давало ей покоя. Она никак не могла предположить, что эти двое будут вот так сидеть с ними за столом.

- Хильда, я вот всё хотел спросить, - беззаботно перейдя на «ты», начал Пол.

Девушка вопросительно посмотрела на него, сложив руки на коленях.

- А ты никогда не хотела пожить сама для себя? — её глаза гневно вспыхнули, тонкие брови сошлись, она готова была уже что-то сказать. Но Пол, видимо, понял, что сейчас ему достанется, решил исправиться.

- Прости, я не так выразился, - он взял её за руку, от неожиданного жеста Хильда застыла. — Тебе не тяжело всегда быть рядом с госпожой? - он постарался подобрать слова слегка заплетающимся языком.

Учтивое обращение немного смягчило её.

- Она для меня всё, - её глаза едва заметно заблестели, а голос задрожал. — Госпожа спасла меня, - она смотрела куда-то в пространство, сквозь сотни лет во времена своей молодости. — Господин Бёрден, давайте сменим тему? — очнувшись от мыслей, тихо сказала она.

- Пол, просто Пол, мы же договорились, - ему стало невыносимо грустно из-за этой с виду хрупкой девушки, которая была готова в любой момент ринуться защищать свою госпожу, чего бы это ей не стоило.

- Хорошо, Пол, - она смущённо хихикнула.

В зал вошла Агата, звонко смеясь: - Томас, прекратите, я больше не могу.

Пол в очередной раз ухмыльнулся, наблюдая, как его напарник ухаживает за хозяйкой дома, которую несколько дней назад пытался вывести на чистую воду своей же кровью.

- Господа, было очень приятно с вами провести время. Но мы вынуждены вас покинуть, - не переставая улыбаться, сказала Агата. — Можете оставаться в моём доме, пока не уладите свои дела. Я распоряжусь, чтобы вам подготовили комнаты.

Полу пришлось взять себя в руки и запихать в рот кусок мяса, чтобы не рассмеяться. Хильда, которая успела встать, осуждающе посмотрела на него и подошла к своей госпоже. Агата, едва заметно кивнула Томасу, и две «молодые» женщины вышли из комнаты.

- Ну ты и бабник, Томас, - выпалил Пол, как только они остались наедине, и плеснул себе ещё кальвадоса в бокал.

- Ты знаешь, она оказалась очень интересной женщиной, - задумчиво произнёс он.

- У тебя все очень интересные, - парировал Пол.

- Что-то я раньше не замечал за тобой любви почитать морали, - презрительно ответил Томас. — Я смотрю, сам-то ты остался неравнодушен к пожилым старушкам, - он злорадно улыбнулся.

- Вот спасибо, - Пол обиженно уставился в бокал. Воспоминания о «близняшках» заставили его передёрнуться.

- Будем считать, что мы в расчёте, - без толики сочувствия заключил Томас.

- А теперь о серьёзном, - вся его лёгкость тут же испарилась. — Нам нужно вернуть наши вещи и найти этого паршивца.

- У тебя там было что-то важное в сумке? — Пол круговым движением раскачивал кальвадос в бокале. — Может, ну их?

- Извини, но она мне нужна, - тоном, который Пол знал, и спорить с ним было бессмысленно.

- Как скажешь, - он пожал плечами. — И что делать будем?

- Нужно вернуться к машине.

- Сомневаюсь, что она ещё там стоит. Но надо так надо, - Пол встал, потянулся и подошёл к окну. — Сейчас выдвигаемся?

Томас задумался, потирая свой бок, в который ещё совсем недавно воткнули нож. Пол, заметив это, тут же отвернулся.

- Не вижу смысла торопиться, тем более под вечер. Думаю, завтра с утра и начнём.

- Даже спорить не буду! - обрадовался Пол.

Томас достал свой смартфон и погрузился в чтение новостей.

- Слушай, я всё хотел спросить, - спохватившись, воскликнул Пол, - а то опять забуду! Вот эти руны, как ты их там назвал?

- Катахонские, - не отрываясь от телефона, уточнил Томас.

- Ну да, они. Почему они на меня подействовали?

- Могу только предположить. Они не совсем опираются на силу. Скорее, они зависят от того, кто их наносил. От его мировоззрения, внутреннего мира. Ну и вдобавок, твой артефакт и они, судя по моим догадкам, имеют одно происхождение.

- В каком смысле?

- Их создали в одно и тоже время и в одном и том же месте. Хильда первая на моей памяти кто ими так талантливо пользуется.

- Вот оно как, - Полу стало почему-то приятно, что у них с ней оказалось чуть больше общего. Он машинально провёл рукой по своему карману, в котором лежал куб.

На пороге появилась Хильда со своим неизменно строгим лицом.

- Прошу пройти за мной, - командным тоном произнесла она.

Пройдя мимо комнаты, в которой они были прикованы к кровати, молодая девушка проводила их дальше по коридору.

Остановившись рядом с одной из дверей, она легко открыла её и уверенно зашла в тёмное помещение.

- Господин Томас, это ваша комната, - с этими словами она раздвинула плотные тёмно-синие шторы.

Солнечный свет осветил небольшую уютную комнату с огромной кроватью напротив большого окна.

- Спасибо, Хильда, - поблагодарил он.

- Пройдёмте, - сухо обратилась она к Полу и вышла за дверь.

Дойдя до конца коридора, они остановились рядом с ещё одной дверью, за ней оказалась комната, похожая на предыдущую, но больше в тёмно-зелёных тонах.

- Господин, - она осеклась и подошла к шторам.

В тот момент, когда она подняла руку, чтобы взяться за край шторы, крепкая мужская рука обвила её талию.

- Что вы делаете? - выдохнула она и замерла. - Господин Пол, - её голос заметно дрожал. Пол почувствовал, как сердце резко прибавило в ритме.

- Как ты думаешь, если я тебя украду у твоей госпожи? - прошептал он ей на ухо.

- Отпустите, - скорее для виду сказала она, не пытаясь особо сопротивляться, она ощутила прикосновение губ к своей шее.

К такому развитию событий она была точно не готова, резко вывернувшись из его объятий, она, не поднимая глаза, бросилась из комнаты: - Простите, у меня дела.

- Госпожа! - её возмущение не знало предела, когда она влетела в библиотеку Агаты, которая сидела в своём кресле и листала книгу в чёрном кожаном переплёте.

- Хильда? - она подняла одну бровь.

- Эти ваши «гости» слишком много себе позволяют, - тяжело дыша, выпалила она и залилась краской.

- Мне их наказать? - сурово спросила Агата, хотя её улыбка говорила совершенно обратное.

- Ну, может быть, сразу не надо. Но этот господин Пол слишком много о себе возомнил, - она надула губы и села на край свободного кресла.

- Согласна, ужасный невежда и хам, - она кивнула головой и снова увлеклась чтением.

Хильда удручённо опустила голову и стала разглядывать лежащие на столике книги.

- Но он такой смешной, - неожиданно произнесла она.

Агата отложила книгу и внимательно посмотрела на свою служанку. - Девочка моя, - неожиданно нежно произнесла она. - Мы с тобой так давно вместе и так редко бываем в обществе, не говоря уже об обществе мужчин, что можем себе позволить немного пофлиртовать. Тем более, сколько бы сильными они ни были, в этом доме я всё же сильнее, - она взяла её за руку.

- Госпожа, - выдохнула Хильда, Агата очень редко обращалась к ней с такой нежностью в голосе. Она прекрасно знала, как она к ней относится, и очень часто её строгость была показной. Но от таких слов не смогла сдержаться: - Я вас так люблю!

Чтобы скрыть свои блестящие глаза, Агата обняла свою служанку и крепко прижала к себе.

- Вот паршивцы, - резко бросила она и отстранилась от Хильды. - Как можно было так нахально ворваться в нашу размеренную жизнь, - она звонко рассмеялась.

Хильда проснулась от странного тревожного ощущения. Она повернулась на бок и посмотрела на широкую мужскую спину. Пол спал, и его бока едва заметно двигались при каждом вдохе.

Она вытянула указательный палец и, едва касаясь, провела по его спине, вырисовывая причудливый символ, состоящий из спиралей и завитков. Ей очень хотелось обнять его, но она боялась разбудить.

Тревожные мысли снова зашевелились в её голове. Она решительно села на кровать, тонкое одеяло соскользнуло с её голой груди. Вслушиваясь в тишину ночного дома, она пыталась понять, отчего ей так тревожно.

Окончательно проснувшись, она осторожно встала с постели и, забрав свою одежду, выскользнула из комнаты. Накинув на голое тело платье, она быстрым шагом пошла в сторону комнаты госпожи.

Остановившись возле двери, она замерла, пытаясь понять, доносятся ли из её комнаты какие-нибудь звуки. За дверью была полная тишина, она собралась было приоткрыть дверь, но едва коснувшись ручки, отдёрнула руку.

После ужина Агата вместе с Томасом ушли в сад, госпожа дала понять, что на сегодня больше не нуждается в её помощи. Что немного кольнуло её в сердце, но напористость и бесконечные шутки Пола быстро развеяли обиду.

Пройдя в свою комнату, она переоделась и обошла весь дом. Всё было спокойно, мягкий свет ночников освещал темные коридоры. Но тревога только нарастала.

Хильда вышла из дому и вдохнула теплый ночной воздух. Где-то далеко проехала машина и залаяла собака. Слабый ветерок едва слышно шуршал листвой больших кустов вокруг беседки.

Она обошла дом и направилась по тропинке к калитке. На улице горели фонари, освещая пространство перед входом. Она внимательно посмотрела на символы, которые едва заметно мерцали.

Ничего подозрительного на первый взгляд не происходило. Хильда повернулась и собралась уже было уходить, когда сзади раздался мужской хриплый голос.

- Ну, здравствуй, паршивка, - Хильда вздрогнула, медленно повернулась.

В полутени, недалеко от фонаря, стояла фигура в дождевике с капюшоном, скрывающим лицо.

- Давненько я тут не был. Всё больше, знаешь, к природе тянет, - с издёвкой сказал он. — А хорошо устроились: домик, садик, всё так чинно и благородно. Две старушки, - он хрипло рассмеялся. — Всё хотел спросить, как на мир двумя глазами смотрится? - его голос окрасился злобой.

- Лучше, чем тебе, - Хильда потянулась к своему клинку, который прятался у неё в складках платья.

- Ой-ой, безродная сучка хочет показать свои зубки. Не утруждайся, - небрежно бросил он. — Тебе это не поможет, - он захрипел от смеха.

Краем глаза Хильда заметила движение вдоль невысокого забора. Темные фигуры в рваных лохмотьях двигались с двух сторон.

- Ты знаешь, меня там ничего уже не держало. Вот решили зайти в гости, - откашлявшись, продолжил человек в капюшоне.

Первая тень перепрыгнула через низкий забор и тут же, взвыв, начала кататься по земле. Пару мгновений, и её тело замерло в неестественной позе, за ней последовала ещё одна. Хильда отступила на шаг, не отрывая взгляда от фигуры в капюшоне.

- А давай проверим, как долго он выдержит? - прохрипел он.

Одна за одной мерзкие создания ринулись через забор, цепляясь за него руками, покрытыми крупными открытыми язвами.

С каждым мгновением ужас всё сильнее охватывал Хильду. Она знала, что барьер, возведённый её госпожой, был не всесилен и под напором может рухнуть.

Она со всех ног бросилась к дому, пронеслась по длинному коридору и бесцеремонно ворвалась в спальню Агатании.

- Госпожа, госпожа, - взволнованно повторяла она, пытаясь не смотреть на лежащего рядом Томаса.

- Хильда, что случилось? - недовольно проворчала хозяйка.

- Он пришёл, они пытаются прорваться вовнутрь, - дрожащим голосом попыталась объясниться Хильда.

Агата резко вскочила, подбежала к брошенному на пол платью и быстро начала собираться.

Томас проснулся от шума бегающей по комнате Хильды, которая пыталась помочь Агате.

- Хильда, брось всё. Разбуди Пола, - скомандовала она.

Служанка выскочила и бегом пронеслась по узкому коридору. Пол лежал в той же позе, в которой она его оставила.

- Пол, просыпайся, - она резко потрясла его за плечо.

- Сколько время? — сквозь сон промямлил он и перевернулся на другой бок, пытаясь притянуть её к себе.

- Вставай, Пол, пожалуйста, - она была на грани, чтобы не сорваться.

- Что случилось? — Пол сел в кровати.

- На дом госпожи напали, - резко ответила она и выскочила из комнаты.

Пол вскочил на ноги, пытаясь вспомнить, где он бросил свои вещи.

Глава 20

Через закрытую дверь слышались торопливые шаги, кто-то бегал по коридору. Пол приоткрыл дверь, чтобы на всякий случай убедиться, что это не «нападающие».

Мимо него пробежала Хильда с небольшой сумкой, вышитой бисером.

- Подожди, - он попытался остановить её, но она, не обращая внимания, скрылась за одной из дверей.

Пол выскочил в коридор и быстрым шагом зашёл за ней в комнату. Справа от большого окна стоял Томас и пытался что-то рассмотреть на улице.

- Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит? - растерянно спросил Пол и подошёл к окну.

- Агата говорит, что на дом собираются напасть наши знакомые, - Томас был как всегда спокоен, чем крайне сильно раздражал.

- В каком смысле знакомые?

- С которыми мы в лесу познакомились, - он отпустил шторку. - Пойдём посмотрим.

- Томас, ты куда собрался? - резко бросила Агата, которая складывала в сумку какие-то свёртки.

- Дайте мужчинам разобраться, - деловым тоном произнёс Пол и выскочил вслед за Томасом.

На улице стояла безоблачная ночь, среди листвы мерцали звёзды, единственное, что нарушало спокойствие, тени, которые двигались со стороны забора.

Пола передёрнуло, в фигурах он узнал лесных преследователей.

- Какого хрена, Томас?!

- Сейчас узнаем, - его голос стал заметно напряжённее.

По тропинке не спеша шёл человек в дождевике с капюшоном, надвинутым на лицо. Подойдя ближе, он остановился и замер, видимо, ожидая какой-то реакции с их стороны.

- Слушай, я его знаю, - шепнул Пол Томасу. - Этот тип в лесу ко мне подходил, когда я чуть в кювет не улетел.

Человек шевельнулся и поднял голову. Сколько ни пытался Пол разглядеть его лицо, у него так и не получилось. На улице и так было темно, а под капюшоном тьма словно сконцентрироваласьв плотный непроницаемый сгусток.

- Как же ты от меня ускользнул? - проскрипел незнакомец из-под капюшона.

- Уважаемый, ты кто такой? - не выдержал Пол.

- О, я хороший и очень давний друг этих двух стерв, - сквозь смех ответил он.

- Ты бы за словами последил, - Пол рукой пощупал карман.

- А вы что же, их рыцари? - он закашлялся, глухо, показалось, ещё немного и он задохнётся.

- Дядя, шёл бы ты отсюда, пока ходить можешь, - Пол усмехнулся, наблюдая как тот давится кашлем.

- Что за люди пошли, никакого уважения к возрасту, - прохрипел он и испуганно воскликнул, как будто увидел что-то страшное, - Нож-то у тебя какой! — он явно издевался над ними.

Пол опустил голову и посмотрел на знакомый нож в руке своего напарника.

- А со мной женщины, дети, - он обвёл рукой столпившиеся за его спиной фигуры: детские, как всегда, держались подальше от всех. — Напугаешь, - он снова засмеялся. — Надоели вы мне. Так уж и быть, оставлю вас в покое. Девок приведите, - его тон стал озлобленно серьёзным.

- Ага, сейчас сбегаю, - Пол издевательски сделал вид, что собирается идти в дом.

- Разберитесь с ними, - сухо бросил человек в капюшоне.

Всё произошло настолько молниеносно, что сколько не пытался потом Пол вспомнить, он так и не смог понять случившегося.

Стоявшие рядом с ним ведьмы издали пронзительный вопль, от которого заложило уши. Пол снова почувствовал неприятное ощущение вытекающей крови. Сунув руку в карман и сжав куб в руке, он даже не успел произнести про себя слова, чтобы высвободить его силу. Его со всего размаху швырнуло в сторону, судя по ощущениям, перевернуло несколько раз в воздухе.

Он упал на мягкую траву и лихорадочно соображал, в какую сторону ему смотреть, чтобы увидеть нападающего.

В том месте, где находилась входная дверь, зиял пролом, как если бы в него врезался огромный каменный шар. Томаса нигде не было видно.

На пороге стояла Агата с развевающимися в разные стороны волосами, они испускали алое свечение. Все ближайшие к ней фигуры в балахонах валялись рядом с хриплым «стариком».

- Хороша, - восхищённо прохрипел незнакомец. — Всё такая же беспощадная.

- Убирайся, выродок, - голос её был преисполнен властью, Полу стало не по себе от тех слов, что он ей говорил. — Как ты смеешь наступать на мою землю?!

- Смею, смею. Нет уже твоей земли, сдохли твои сорняки.

Рядом с Агатой стояла Хильда, она сжимала в руке небольшой клинок. Вся её рука была покрыта тонкими письменами, едва заметно светящимися голубым светом.

- А ты сдохнешь первой, мразь мелкая, - сквозь удушающий кашель выдавил он.

Фигура упала на колени. В свете небольшого садового фонаря было видно, как из-под капюшона начала вытекать черная блестящая субстанция, похожая на мазут.

Незнакомец кашлял, и черная субстанция сгустками падала на землю. Отплёвываясь, он поднялся и вытер рукавом невидимый рот.

- Ну вот теперь повеселимся, - он сделал шаг назад.

Агата подвинула рукой Хильду, не давая ей возможности броситься вперёд. Черная жижа забулькала, и из неё, словно молнии, вырвались тонкие нити. Они, как живые змеи, набросились на хозяйку дома.

Женщина с огненными волосами оторвалась от земли и, подхватив свою служанку, словно какую-то куклу, сделала рывок в сторону. Полу на секунду показалось, что они стали полупрозрачными в этот момент.

Промахнувшись, черные нити втянулись обратно. Масса зашевелилась, неприятно задрожала и снова потянулась в их сторону. При очередной атаке одна из ниток попала в старуху в балахоне, она завизжала, обмякла и упала на землю. Через некоторое время из-под тряпья показалась точно такая же черная слизь.

Черные фигуры взволнованно заметались и стали жаться за спину своего хозяина.

- Не дайте себя коснуться, - выкрикнула Агата.

Не отпуская Хильду, она уклонилась от новой атаки.

- Госпожа, отпустите меня, я смогу за себя постоять, - жалобно сказала Хильда.

- Дура, он морбиса сюда притащил, - она грубо прервала её сопротивление. — Где ты его только нашёл, ублюдок?! - злобно выкрикнула она.

Человек в плаще схватил за руку одну из ведьм и со всей силы толкнул её в сторону черной жижи, она завизжала и упала на дорожку.

Его пальцы с шишковатыми суставами показались из-под рукава, он начал шевелить ими, словно кукловод.

То, что назвала Агата морбисом, взметнулось вверх сотней нитей. И обрушилось на двух уворачивающихся женщин. Пол перестал успевать отслеживать перемещения, всё слилось в какое-то безумное месиво из полупрозрачных образов с бесконечным мельтешением черных нитей.

Раздалось шипение со стороны большого куста, усыпанного мелкими белыми цветами. Три алые вспышки метнулись в сторону черной слизи. Сгустки были проткнуты небольшими пиками, с которых стекала кровь. Они и сами были кровью, которая застыла на мгновение.

Черная масса вздулась, начала увеличиваться в размерах, по поверхности пошли пузыри, которые отвратительно лопались. Тонкие нити упали на землю и стали извиваться, как длинные черви.

Пол сглотнул, пытаясь побороть приступ тошноты.

- Вот уроды, - выругался человек в капюшоне. — Жалко.

Из куста вышел Томас, одна рука была перепачкана кровью, а во второй он держал свой нож.

Агата опустилась на землю и освободила Хильду. Полу показалось, что её лицо стало похоже на ту старуху, которой она им представилась при первом знакомстве. Он моргнул, и видение прошло.

Вокруг Агаты вихрем закрутились мелкие камешки, образуя тёмную воронку. Среди образовавшего вихря начали мелькать огоньки, и одна за другой вокруг появились небольшие ярко-алые лисицы.

Они, не отрываясь, смотрели на свою повелительницу в ожидании приказов. Волосы хозяйки рубинового леса метались, словно отражали её гнев.

- Я Агатания Рубивальд, хозяйка рубинового леса, повелительница кровавых лисиц, приказываю вам убраться отсюда, - её голос, усиленный в сотню раз, прокатился по небольшому саду.

Шустрые зверьки кинулись вперёд, одним движением срывая грязное тряпьё, оголяя спрятанную под ней мертвецко-синюю плоть со вздутыми венами. Лысые головы все как одна повернулись в нашу сторону и заорали беззубыми ртами.

- Хватит! — раздался незнакомый голос.

Время остановилось, всё вокруг замерло: мерзкие тела старух с раскрытыми ртами. Алые лисицы застыли прямо в воздухе. Агата, Томас, Хильда — все остались в тех позах, в которых их застал незнакомый голос.

Со стороны забора в сторону развернувшегося сражения шла фигура, которую Пол где-то уже видел. Когда она подошла к свету фонаря, его сердце готово было пробить грудную клетку.

В ней он узнал фигуру в черном, которая всё это время проследовала их. Ту, которую они нашли в древних развалинах.

- А вот и ты, - прохрипел человек в капюшоне. — Что, не сильно давил? — он усмехнулся.

- Нам надо закончить начатое, - спокойно произнесла она.

- Ты знаешь, за эти годы, что я существовал в кругу твоих подруг, - он провёл рукой по лысой голове одной из старух. — Стал намного сильнее.

- Йозеф, ты всегда был нетерпелив, - Полу показалось, что его имя она произнесла с какой-то нежностью.

- Не смей называть меня так, - прохрипел он. — Все мои мучения из-за тебя! - выкрикнул он.

Не дожидаясь ответа, он выхватил нож, очень похожий на тот, которым пользовался Томас, и рывком провёл себе по руке в районе запястья. Темная кровь полилась на землю.

- Ты не оставляешь мне выбора, - с сожалением в голосе произнесла старшая ведьма.

Из-под её подола вырвалось пламя, по форме в точности как огромная змея. На конце пламя раздваивалось, словно это была пасть. Извиваясь, как удав, пламя кинулось на Йозефа и поглотило его целиком.

Вначале Полу показалось, что это конец. Но через какое-то время у «огненной змеи» начала расти выпуклость, какая бывает, когда удав проглотит жертву больше себя. Она росла, шевелясь изнутри, пока стенка не выдержала и взорвалась с оглушительным грохотом.

Ударная волна ударила Полу в лицо, заставив его зажмуриться и резко уткнуться в траву от обжигающего жара.

Горящие ошмётки разлетелись в разные стороны, накрывая всех окружающих. Время, словно высвободившись, резко ускорилось, и всё пришло в движение.

Всё, чего касались останки огненной змеи, тут же охватывало пламя. Человек в капюшоне и ведьма исчезли, как и все приспешницы.

Раздался пронзительный крик Хильды, наполненный болью и отчаяньем. Она сидела на земле, прижимая к груди Агату, которая не подавала признаков жизни. Пол подбежал, прикрывая лицо от жара, который испускал разгорающийся дом.

- Что с ней?! — выкрикнул он.

- Я не знаю, - Хильда практически выла. Лицо Агаты было изуродовано огромным ожогом, рот был приоткрыт, обожжённые веки плотно закрыты.

- Нам надо уходить. Пол, помоги мне, - Томас наклонился и обхватил Агату, взяв её под руки. Она повисла без движения. Пол подхватил её с другой стороны. Со стороны улицы послышался вой пожарных сирен.

- Нам надо вовнутрь, - прокричала Хильда, размазывая по лицу слёзы.

Пол с Томасом переглянулись; скорее всего, у ней помутился разум от произошедшего.

- Хильда, соберись, ты не видишь, что происходит?! - заорал Пол, показал на горящий дом, от которого к небу поднимались клубы чёрного дыма.

- Нам надо вовнутрь, - настойчиво повторила Хильда, - Поверьте мне, - её голос задрожал. — Скорее же, - она сделала шаг в сторону зияющей дыры.

- Чёрт с тобой, - выругался Томас.

- Я вам это припомню, - сыпля проклятиями, Пол двинулся следом.

Хильда, прикрывая лицо подолом, быстро шла по коридору, указывая дорогу. Она зашла в библиотеку, огонь ещё не добрался до этой части дома, и в ней можно было свободно дышать. Служанка схватила со столика огромный фолиант и положила его на пол.

- Помогите приложить её руку, - её лицо было максимально серьёзным.

Когда тело Агаты поднесли к большой книге, она взяла её руку и приложила перепачканную ладонь к золотистой застёжке. Раздался щелчок, и застёжка раскрылась.

Хильда открыла книгу и стала листать крупные страницы.

- Вот, - радостно воскликнула она и подскочила с пола.

Книга начала увеличиваться в размерах, страницы помутнели, буквы расплылись, и постепенно начало проявляться изображение каменной лестницы, уходящей куда-то вниз.

Как только изображение стало невозможно отличить от реальной лестницы, Хильда ловко переступила через край и начала спуск.

Лестница шла по спирали, как в старых замковых башнях, по стенам на равных промежутках горели факелы. От длительного спуска у Пола начала кружиться голова.

- Долго ещё? — нервно спросил он.

- Нет, уже практически пришли, - ответила Хильда.

Они остановились возле простой деревянной двери с большим металлическим кольцом. Хрупкая девушка схватилась за него и со всей силы потянула на себя. Дверь медленно начала отворяться, сквозь образовавшуюся щель хлынул алый свет.

Они оказались в небольшом круглом зале с высокими потолками. Пол посмотрел наверх и с удивлением обнаружил кусочек голубого неба, по которому плыли кучерявые облака.

В самом центре зала была разбита круглая клумба, метра четыре в диаметре. Где на небольшом холмике, поросшем короткой травой, возвышалось дерево, в точности напоминающее клён, только с очень крупными листьями.

Листья были ярко-рубинового цвета, испускали мягкое свечение и покачивались, словно на ветру.

- Так вот оно что, - воскликнул Томас. — Вы смогли спасти одно.

Рядом с деревом стояла небольшая деревянная лавочка с резной спинкой.

- Положите её сюда, - скомандовала Хильда, а сама подошла к дереву.

Она прислонилась к его стволу головой и нежно провела по нему рукой.

- Прости меня, ты много для нас сделал. Но мне сейчас нужна твоя сила. Иначе она может погибнуть, - прошептала она.

После этих слов листва зашуршала, словно дерево соглашалось с ней.

- Спасибо! — у неё по щекам потекли слёзы.

Хильда подняла руки и начала срывать алые листья. Каждый раз, когда она срывала листок, дерево вздрагивало, как будто ему было больно.

Когда в её руке уже было с десяток листьев, она остановилась и подошла к своей госпоже.

- Томас, помоги мне, - вся её учтивость куда-то пропала, она разговаривала резко, как с равными себе. — Сними сверху платье.

Он послушно стянул платье через широкий вырез, оголив сначала плечи, затем её грудь.

- Так достаточно, - скомандовала Хильда, когда он освободил всю грудную клетку.

Достав из своей сумки небольшую палочку и бутылёк с голубоватой жидкостью, она низко наклонилась над госпожой. Обмакивая кончик в импровизированную чернильницу, она покрыла всю грудь причудливым узором.

Когда она закончила, неизвестные письмена вспыхнули ярким голубым свечением и тут же померкли, едва заметно мерцая.

Она взяла листья и стала медленно укладывать их Агате на грудь. Когда последний листок был уложен, она поднялась и отступила на шаг назад.

Сначала ничего не происходило, Пол даже успел решить, что всё было напрасно. Постепенно листья начали усиливать своё свечение, окутывая им всё тело Агаты, сквозь алый свет пробивался голубой от рун, нанесенных Хильдой.

Листья вспыхнули, залив помещение слепящим светом, Пол с Томасом отвернулись, прикрывая глаза. Краем глаза Пол увидел, как Хильда закрыла глаза и подалась вперёд, как будто хотела, чтобы этот свет поглотил её.

Какое-то мгновение, и всё прекратилось. Хильда бросилась к госпоже и упала перед ней на колени. Она прикрыла оголённую грудь, слёзы катились по её щекам, она без остановки шептала: «Госпожа, очнитесь!»

- Посмотри на её лицо, - тихо произнёс Томас.

- Да, я заметил, - ответил Пол.

На лице не осталось и следа от ожога, она словно помолодела.

- Госпожа, не оставляйте меня! — Хильда зарыдала в голос.

Время шло, она не переставая плакала на груди у своей госпожи. Маленькая хрупкая служанка, которая сотни лет оставалась верна только ей. Она готова была отдать жизнь, только бы госпожа очнулась.

Со стороны двери послышался треск и потянуло гарью.

- Пол, дверь, - крикнул Томас.

Они вдвоём бросились к толстой двери. Томас подбежал первый и схватившись за кольцо потянул, дверь не подалась.

- Давай вдвоём, - Пол уперся в пол изо всех сил.

Медленно, едва двигаясь, дверь подалась под давлением двух мужчин и со скрипом захлопнулась.

- Какие ещё сюрпризы будут? — проворчал Пол. — Что будем делать? — спросил он Томаса.

- Хильда, - Томас подошёл к девушке и положил руку ей на плечо, та только всхлипывала, подрагивая всем телом. — Здесь есть второй выход?

Она подняла на него красные от слёз глаза и отрицательно помотала головой.

- Ты хотела спасти её, а не нас? — спросил Томас, она только снова уткнулась в грудь своей госпожи.

Пол сидел возле стены и смотрел на проплывающие над головой облака. Небо было так близко, что казалось, протяни руку и вот ты на свободе. Но это была неправда, они оказались заперты в кусочке пространства, созданном только для одной цели: скрыть от чужих глаз последнее дерево рубинового леса.

Глава 21

- Знаешь, Томас, я иногда думаю, зачем мне всё это? — устало произнёс Пол.

- Что именно? — Томас сидел рядом и смотрел на рыдающую Хильду.

Агата так и не пришла в себя; сколько не пытались они оттащить служанку от госпожи, но только встречали разъярённый взгляд. Последней каплей стало, когда она потянулась к своему клинку. Больше мы не решались её тревожить.

- Вообще всё, этот мир, о котором я раньше не знал. Ты не заметил, что мы постоянно ходим рядом со смертью?

- У нас такая работа, Пол, — Томас вздохнул. — А если бы ты знал раньше, ты бы отказался?

Я вспомнил всё, что со мной произошло за последние годы. Сколько удивительных вещей показал мне Томас. Этот скрытый мир был жесток, практически всегда несправедлив, но в то же время прекрасный своими чудесами.

На одно из таких чудес мы смотрели сейчас: две слабые с виду женщины, которые пронеслись сквозь столетия, чтобы оказаться в этом помещении вместе с нами. Они сохранили кусочек своего прошлого в месте, которое было доступно только им. Оно поддерживало их, давало им силу, молодость.

Пол взглянул на Хильду, и его сердце сжалось. Её практически маниакальная преданность пугала его, но в то же время восхищала. Поражало её упорство и самопожертвование, отсутствие страха перед смертью ради своей хозяйки. Вся её жизнь была наполнена смыслом; её сокровенное желание - всегда быть рядом с госпожой.

- Знаешь, я не представляю, что она сейчас чувствует, — задумчиво произнёс я. — Сколько там сотен лет они были рядом, и вот теперь она осталась одна. И она не я, ей есть что вспомнить, — я непроизвольно улыбнулся. — Как она будет со всем этим жить?

Томас молчал. Возможно, он был согласен со мной, а может быть, ему было всё равно. Странный он был на самом деле. Хотя я мог понять его спокойствие, он, видимо, привык к постоянным потерям.

Он поднялся и подошёл к рыдающей девушке.

- Хильда, нам нужно выбираться отсюда, — тихо сказал он, присев рядом с ней на корточки. Она только глубже начала зарываться в ткань платья своей госпожи. — Как нам выбраться отсюда? — мягко настаивал он.

- Только госпожа могла открывать порталы, - сквозь всхлипывание произнесла она. - Оставьте меня в покое.

Томас вернулся и сел рядом: - Что думаешь? — спросил он, я посмотрел на него равнодушным взглядом.

- Думаю, что ненавижу всех вас, - и снова стал разглядывать пролетающие облака.

Интересно, как я их видел в детстве, что вообще люди чувствуют, когда дети? Сколько я ни пытался представить себе, у меня так и не получилось.

Я достал из кармана свой артефакт и провёл пальцем по отполированным ребрам. Он был тёплый и приятно бархатистым (как вообще металл может быть бархатистым? - промелькнуло у меня в голове).

- Пол, ты не обязан, возможно, есть другой выход? — стараясь не смотреть на меня, сказал Томас.

Я улыбнулся и уверенно произнес, не отрывая глаз от куба: «Tempus pro tempore, vita pro vita, aqua Fluminis Taciti, atra ineluctabiliter nigra».

- Пол, как же я тебе рад! Как никогда! - промурлыкал противный голос у меня за головой. — Ты так редко стал прибегать к этим моим услугам.

- К твоим? — я уже смирился со своей участью, поэтому решил просто поговорить.

- Ну хорошо. Не к моим. Но плату-то беру я, - голос стал обиженный. — А я наблюдал за вами, - было ощущение, что у него потекли слюни от вожделения. — У меня к тебе есть предложение, оно, конечно, против правил, - последние слова он шепнул прямо в ухо.

- Ну давай, выкладывай, - равнодушно бросил я, понимая, что это не больше, чем игра.

- Я могу вернуть часть твоих воспоминаний детства. Хочешь? — растягивая слога, прошипел он.

- Это как? — взволнованно спросил я.

- Да я тут одну лазейку нашёл, - он начал хихикать, как умалишённый.

- И что ты хочешь?

- Приведи мне Еону, - прошептал он, подбирая слюни.

- Кого? — не сразу сообразил я.

- Да суку эту!!! - заорал он мне в ухо. — Ой, что-то я перевозбудился сегодня, - наигранно спокойно продолжил голос. — Готово! — радостно сообщил он. — Ты подумай. Время у тебя остаётся всё меньше.

Резкий приступ рвоты заставил меня проснуться, и меня вырвало на небольшой прикроватный коврик.

- Пол, что с тобой? — раздался заспанный голос Хильды.

- Всё нормально, - я пытался оттолкнуть её, чтобы она не налегала на меня. Меня снова вывернуло. — Прости, я тут вам всё уделал, - вытирая губы тыльной стороной ладони, смущённо произнёс я. — Сколько сейчас времени?

- Не знаю, - она нащупала смартфон, и комнату осветил слабый свет. — Полтретьего.

- Собирайся, - бросил я и кинулся одеваться.

- Пол, что происходит? - Хильда встревоженно села, прикрывая грудь одеялом.

- Скоро здесь появится человек в плаще, ваш дом сгорит, а Агата умрёт, - глаза Хильды наполнились холодным ужасом.

- Хильда, пожалуйста, поверь мне, нужно всех разбудить, - я старался говорить как можно убедительнее, натягивая футболку.

- Хорошо, - коротко ответила она и стала быстро натягивать платье на голое тело.

Не дожидаясь, когда она оденется, я выскочил в коридор и пошёл в сторону парадной двери. На улице всё также было спокойно, как мне и запомнилось, только не было никаких теней, значит, время у нас ещё было.

Садовый фонарь испускал мягкий свет, вокруг него кружили ночные насекомые.

- Пол? - раздался голос Томаса у меня за спиной. Рядом с ним стояла недовольная Агата и растерянная Хильда.

- Если коротко, сейчас сюда придёт человек в плаще, которого я видел в первый день в лесу. Следом явится та, которую мы выпустили. Госпожа, вы умрёте, - я извиняюще посмотрел на Агату. - А мы застрянем в странном месте, где растёт дерево.

- Госпожа, что он такое несёт? - дрожащим голосом спросила Хильда.

Агата некоторое время молчала, прежде чем начала говорить: - Раз ты знаешь про место, ты там был. Ты использовал силу куба?

- Насколько я знаю, другой такой силы не существует, - я развёл руками.

- Может быть, если мы знаем, мы сможем дать им отпор? - Хильда прижалась к Агате.

- Не уверен. Тот, что в капюшоне, заблюёт тут всё чёрной хренью. Она его морбисом назовёт, - кивнул я в сторону Агаты.

- Твою мать, первогниль, - выругался Томас.

- Но это не самое страшное. Та, которая придёт, она время словно остановит. А потом тут всё загорится из-за её пламени. Не знаю, что это, но очень на змею похоже.

Агата резко развернулась и поспешила в дом.

- Хильда, собери всё основное, - бросила она на ходу.

Томас присел на деревянное крылечко и достал пачку сигарет.

- Ты знаешь, меня всегда пугают такие ситуации, - он вытащил сигарету и начал крутить её между пальцев.

- Какие? — я вглядывался в сторону забора.

- Когда ты начинаешь рассказывать, что случится, - раздался звук чиркающего кремния, и он сделал первую затяжку.

- Почему? — я искренне удивился.

- Понимаешь, я постоянно жду таких моментов. И это очень выматывает, - Томас редко был настолько искренним, чтобы говорить о своих чувствах. — А ещё я знаю, чего тебе это стоит, - он выпустил облако дыма. — Я всегда возвращаюсь туда и мысленно пытаюсь тебя остановить, - закончил он.

- Да перестань ты, - я хлопнул его по плечу. — Что теперь поделаешь, - я присел рядом. — Знаешь, мне до сих пор снится, как я курю.

- И как?

- Просыпаюсь в страхе, - честно признался я.

- Пол?! — Томас подскочил, со стороны уличной калитки по тропинке в нашу сторону двигалась фигура в плаще.

- Идите за мной, - раздался взволнованный голос Хильды.

Она закрыла за нами входную дверь и быстрым шагом повела нас по длинному коридору.

- Госпожа, - обратилась она к Агате, как только мы зашли в библиотеку. — Он уже здесь.

- В дом он некоторое время не сможет проникнуть, мы должны успеть, - она торопливо открыла свой фолиант, лежащий на полу.

- Сейчас фокусы будут, - обратился я к Томасу, не смотря на всё нарастающее напряжение, чувство юмора меня не покидало.

Агата первая поставила ногу на каменную ступеньку и начала спуск. Деревянная дверь легко поддалась, и они вошли в знакомый полузал.

- Вы первые, кто видит последнее дерево рубинового леса, - с нежностью в голосе сказала Агата. — Мы вырастили его из крошечного семени, что удалось спасти от бурого тлена, - мне показалось, что у неё на глазах заблестели слёзы. — Столько лет мы оберегали его, а он нас.

- Госпожа, - Хильда подошла к ней и аккуратно взяла за руку.

- Так, ладно, всему приходит конец, - она улыбнулась и подошла к дереву.

Её ладонь коснулась его ствола, и оно, вздрогнув, потянуло к ней свою листву. Она что-то прошептала и сорвала один листок.

- Я смогу перенести нас в укромное место, - с этими словами она сложила ладони вместе и, сделав в воздухе круговое движение, сформировала пульсирующий алый портал.

Его поверхность колебалась, с обратной стороны виднелось незнакомое помещение.

- Не задерживайтесь, он открывается ненадолго, - с этими словами она шагнула вовнутрь.

Без лишних слов Томас шагнул за ней. Я дождался, когда он исчезнет, и уже собрался занести ногу, как почувствовал нежные пальцы у себя в ладони.

- Пол, - тихо произнесла Хильда и, привстав на цыпочки, поцеловала меня в губы. — Я за тобой, - ещё тише произнесла она.

Я сделал шаг, в ушах раздался странный писк, как бывает при перепаде давления, и я оказался в небольшой комнате, недалеко стояли Томас с Агатой.

Отойдя в сторону, я ждал когда перенесётся Хильда. Но вместо неё Агата подошла к порталу и быстрым движением захлопнула его.

- Ты что сделала?! — вырвалось у меня.

- Она сама так решила, - сухо ответила Агата.

- В смысле сама?! Открывай этот чёртов портал, - я сжал кулаки.

- Пол, успокойся, - Томас попытался встать между нами.

- Эта ненормальная бросила её там, - я сделал шаг в сторону Агаты. Она даже не шелохнулась.

- Пусть говорит, - высокомерно заявила Агатания.

- Открывай, - прорычал я.

- Не могу, - сдержанно ответила она. — Для их активации нужна сила дерева. У меня нет его листьев.

- Так какого хрена ты не взяла с собой?! — я готов был взорваться и наделать глупостей.

- Кто ты такой?! Всего лишь раб своей игрушки, - презрительно бросила она в мою сторону. — Ты ничего не знаешь, ни про меня, ни про Хильду. Ты даже не знаешь мир, в который случайно попал. Ты всего лишь ничтожный червяк, - не смотря на слова, которыми она кидалась, её глаза начали блестеть от слёз. — Который в конце концов растворится, и придёт новый владелец. А я останусь, - под конец её голос начал сбиваться.

Не говоря больше ни слова, она развернулась и вышла из комнаты.

- Вот сука, - выругался я. — Червяк, говоришь, - злость переполняла меня.

Я вытащил куб и зажал его в руке.

- Пол, нет! - выкрикнул Томас. — Прекрати, что за мальчишество! Ты хочешь всё так просто закончить. Нельзя так часто. Пол, успокойся, - Томас выставил перед собой руку. — Я пойду поговорю с ней. Обещай, что не будешь делать глупостей?

Я смотрел на него, внутри всё кипело, хотело вырваться наружу, разметать всё вокруг. Тяжело дыша, я сжал зубы так, что у меня заболели челюсти.

- Пол, дай мне время, - уже спокойнее сказал Томас, понимая, что пик необдуманных поступков прошёл.

Не дожидаясь ответа, он вышел следом за Агатой.

Я развернулся и со всей силы ударил по круглому лакированному столику. От удара он не устоял на своей ноге и перевернулся, небольшая пузатая ваза покатилась по полу.

Чтобы как-то успокоиться, я подошёл к небольшому окну, рядом с деревянной дверью. Судя по звуку, где-то внизу плескалась вода, по шуму очень напоминающая морские волны.

Дом, куда нас перенесло, похоже, стоял в небольшой бухте, с двух сторон защищенной высокими скалами, на одной из которых возвышался маяк, его вершина периодически освещалась редкими вспышками.

Я толкнул дверь, она поддалась, за ней располагался небольшой балкон. Свежий морской ветер ударил мне в лицо, откуда-то сверху донеслись крики чаек. Облокотившись на высокие перила, я остро почувствовал, как хочется закурить.

На балкон вышел Томас и достал пачку сигарет.

- Вовремя ты, конечно, - недовольно проворчал я и отвернулся в сторону, разглядывая маяк.

Он закурил и какое-то время стоял молча.

- Пол, она не хотела её оставлять, - в конце концов сказал он.

- А что же передумала? — съязвил я.

- Хильда сама так решила. Пол, мы не можем их осуждать. Это их дело, их жизнь. Агата сама переживает, но никому не покажет это.

- Что, броситься её жалеть? — я криво улыбнулся.

- Пол, перестань, - устало сказал Томас. — Хильда намного опаснее, чем может показаться.

- Я видел, что с ней случилось, когда погибла Агата, - мне стало невыносимо больно, захотелось бежать спасать.

- Пока её госпожа жива, она сделает всё возможное, чтобы выжить самой, - Томас шумно выдохнул.

- Так всё из-за этой чертовой книжки? Из-за этого дерева?

- Да, оно для них очень много значит. Если не сказать большего.

- И что теперь? Будем сидеть и ждать?

- Для начала нам нужно попробовать поспать. Сейчас вряд ли что-то можем. Я очень смутно представляю, где мы, - Томас вглядывался в ночную темноту.

- Ладно, пошли в дом, - не дожидаясь ответа, я зашёл обратно. — Слушай, а где она?

- В соседней комнате. Но я бы… - дальше я уже не слушал, а уверенно открыл дверь в соседнюю комнату.

За небольшим столом на мягком стуле сидела Агата и перебирала в руках небольшой белый платок.

Её глаза вспыхнули, как только она меня увидела.

- Я не ругаться пришёл, - сухо сказал я. — Можешь даже ничего не говорить, - и, тяжело вздохнув, начал: - Ты права, я по вашим меркам не много знаю об этом мире. Совершенно не знаю вас. Как вы жили, что вам пришлось пережить. Но я знаю одно, Хильда ранимая и преданная тебе до самой смерти. Я видел, как ты умерла, а она оплакивала тебя. Важнее тебя для неё никого не существует.

Агата не шелохнулась, разве взгляд стал мягче, она уже не пыталась меня им испепелить. Не дожидаясь от неё ответа, я развернулся и уже собрался выйти.

- Я всё это знаю, - едва слышно сказала она.

Не оборачиваясь, я вышел и прикрыл за собой дверь.

- Томас, мне кажется, она не будет сейчас против твоего присутствия, - сказал я ему, как только закрыл за собой дверь.

- Всё нормально?

- Ну, наверное, можно и так сказать. Умеем мы собой выбирать, конечно, - усмехнулся я.

Как только Томас ушёл, я устало упал на небольшую софу и вытянул ноги. Всего за несколько дней я потерял воспоминания о существенной части своей юности. А вместе с ними и частичку себя.

- Пол, мальчик мой, ну что ты раскис? — сказал я сам себе.

- Да почему сейчас-то?! — воскликнул я, цепляясь рукой за мягкую обивку.

- Ну, а как ты хотел? Ты же знаешь, что за всё нужно платить, - моя же рука начала тянуться к горлу.

- Подожди, тебе не достаточно? - я изо всех сил сопротивлялся, стараясь хоть как-то удержать её.

- Пол, Пол! Как мне может быть достаточно?! Ты используешь меня и платишь. Зачем было хвататься. Раз, два, три, - вот время и пришло. — А кто это там? Пойдем посмотрим? Да ладно, шучу. Я знаю, кто там, дочурка. Но мне она не интересна, так что не переживай.

Он всегда был сильнее меня, я лишь мог некоторое время сопротивляться. Когда рука вцепилась мне в горло, я услышал свой собственный хриплый голос. — Приведи мне последнею.

Перед глазами плавали разноцветные круги и невыносимо болела голова. Я резко вдохнул ртом и сел на полу, кашляя и хватаясь рукой за горло.

В комнате стояла Агата, а рядом со мной на корточках сидел Томас.

- И что, часто он его так? — спросила она.

- Регулярно, - озабоченно ответил он.

- И что, ничего сделать нельзя?

- Не знаю, у них очень странные отношения. Иногда он долго не является, а иногда частит. Но, как правило, в такие моменты он только душит его.

- Дайте воды, - прохрипел я.

Глава 22

Остаток ночи прошёл в липкой и неприятной дрёме. Я постоянно просыпался, резко вздрагивая, не сразу понимая, где я нахожусь. Маленький диванчик не мог меня вместить, поэтому пришлось положить ноги на стул, чтобы хоть как-то вытянуться.

В конце концов я проснулся весь покрытый испариной, хотелось срочно принять душ. За окном светало. На скале, где стоял маяк, появились оранжевые отблески восходящего солнца.

Я провёл рукой по лицу и посмотрел на ладонь - она блестела от выступившего пота. Подойдя к балконной двери, я распахнул её, в комнату ворвался свежий и тёплый морской воздух.

Перед моим взглядом предстала небольшая уютная бухта. К каменистому берегу спускались практически отвесные скалы, поросшие невысокими кривоватыми деревьями. Дом ютился на небольшом выступе, вниз спускалась узкая лестница с множеством пролётов разной длины и крутизны.

Я обошёл балкон, пытаясь понять, есть ли дорога, ведущая к нему сверху, но так и не увидел её.

По тёмно-синему морю бежали небольшие волны и с характерным шуршанием накатывались на каменистый пляж. Внутри появилось нестерпимое желание окунуться с головой в прохладную воду.

Вернувшись в комнату, я осмотрел её в утреннем свете, с противоположной стороны от комнаты, где находилась Агата, располагалась ещё одна дверь. Я аккуратно приоткрыл её, она негромко скрипнула. За ней находилась небольшая столовая, совмещенная с такой же небольшой кухней.

В углу рядом с настенной вешалкой пряталась дверь с мозаикой во всю верхнюю часть дверного полотна. Обрадовавшись, что мне не пришлось долго искать, я выскочил на небольшую металлическую площадку, с которой вниз вела узкая лестница, периодически меняющая направление.

Взявшись за металлические перила, я на всякий случай потряс их, проверяя на прочность. Убедившись, что лестница более-менее крепкая, начал спуск.

Лестница заканчивалась прямо возле отвесной скалы, от моря меня отделяла узкая полоска мелких круглых камней, шириной не более десяти метров.

Сложив свою одежду на круглом, плоском камне, я подошёл к набегающим волнам. Край прозрачной воды прикоснулся к моим пальцам, а очередная волна полностью намочила ноги.

Я стоял какое-то время, уперевшись руками в бока, и шумно втягивал воздух, готовясь к прохладному приёму.

- В жопу всё! — выкрикнул я и, высоко задирая ноги, бросился в море.

Как только вода дошла мне до груди, я вытянул руки вперёд и быстро поплыл в сторону открытого моря.

Прохладная вода окончательно привела меня в чувство, смыв остатки сна и последствия бессонной ночи. Я развернулся и поплыл в сторону берега. По лестнице спускались две фигуры.

Как только я почувствовал дно, я встал и помахал рукой спустившимся Агате и Томасу.

- Не спится? — выкрикнул я.

- Можно и так сказать, - Томас улыбнулся и скинул ботинки.

Агата стала разглядывать маяк в тот момент, когда Томас скинул с себя трусы и бесцеремонно бросился в море.

- Ох, чёрт, холодная, - на выдохе выкрикнул он и нырнул с головой.

Я наблюдал за его дрожащим контуром, проплывшим рядом со мной. Проплыв так ещё метра четыре, он вынырнул и провёл рукой по лицу.

- Хорошо, - и он мощными гребками поплыл от меня.

Чувствуя, что без движения начинаю замерзать, я двинулся к берегу.

- Госпожа, - выкрикнул я, когда воды было уже по пояс. — Я никак не ожидал вас здесь увидеть, поэтому могу смутить вас своим видом.

Агата фыркнула и показательно отвернулась в сторону, в руках она держала сложенные полотенца.

- Пол, вы бываете достаточно учтивым, - не поворачиваясь, сказала она и протянула мне одно из полотенец, когда я к ней подошёл.

- Да я вообще хорош, - я энергично растирал своё тело.

- Скромности вам, конечно, не занимать, - её лица не было видно, но можно было поспорить, что она улыбалась.

- Спасибо, ваше величество, - я сделал реверанс, держа за края полотенце, которым успел обмотаться.

- А ещё вы большой дурак, - она рассмеялась.

- Что есть, то есть, - я вернулся к своей одежде и стал быстро одеваться, наблюдая, как из воды выходит Томас.

Мы сидели в столовой за столом и пили сваренный Агатой кофе.

- Ну и какие у нас планы? — мне надоело сидеть в тишине и слушать громкое тиканье часов.

- Если с Хильдой всё хорошо, она должна к вечеру быть здесь, - спокойно сказала Агата, рассматривая поверхность тёмной жидкости.

- Давайте без «если», - мне стало не по себе от её слов. — Значит, Хильда должна добраться до нас к вечеру. Хорошо, что ещё?

- Пол, мне нужно вернуть свою сумку, - Томас залпом допил свой кофе.

- Далась она тебе, - проворчал я больше для вида.

Сидеть в доме я сейчас вряд ли смог, прогулка меня бы отвлекла. Меня без остановки тревожили мысли о Хильде.

- А мы вообще далеко от города?

- Ну как сказать. Мы на море, до Сенекстауна час езды на машине примерно, - ответила Агата.

- Не далеко, - согласился я. — А почему тогда Хильда так долго будет добираться?

- Ей нужно закончить кое-какие дела, - отрезала она.

- Вот не люблю я эти недомолвки, - я нервно взял свою кружку и допил кофе. — Томас, когда выходим?

- Предлагаю не затягивать, - он встал со стула. - Госпожа, будьте аккуратны, - обратился он к Агате. — Мы постараемся к вечеру вернуться.

- А как наверх подняться? — я вспомнил, что так и не нашёл подъёма.

Агата улыбнулась: - Пойдёмте, — она встала и вышла в комнату, в которой я провёл ночь.

Подойдя к платяному шкафу, она открыла дверцы и раздвинула висящие на плечиках платья. Легко толкнув заднюю стенку (она свободно открылась), Агата шагнула в проход и скрылась из виду.

- Ну вас долго ждать? — тут же раздался её капризный голос.

Мы оказались в небольшой комнате из грубо обтёсанного камня. Я вытащил свой смартфон и включил фонарик.

- Мы практически никогда не используем этот проход. Наверное, раза два по нему ходили, — Агата подошла к стене и коснулась одного из камней. Раздался гулкий звук, как будто где-то упала тяжелая цепь. И в стене начал медленно открываться проход.

- Там дальше известковые шахты, раньше здесь камень добывали. Не заблудитесь, ход идёт постоянно вверх.

- Госпожа, давайте договоримся, к семи мы должны вернуться. Если нас не будет, проверьте через два часа, не раньше, — серьёзно сказал Томас и подошёл вплотную к ней.

- Ой, сейчас начнётся, — я презрительно отвернулся от них, не в состоянии сдержать улыбку. На самом деле мне нравились эти их странные отношения.

- Ну долго мне ещё ждать, — проворчал я.

- Так это я тебя жду, — сказал мне прямо в ухо мой напарник, отчего я вздрогнул.

Как и сказала Агата, широкий проход поднимался постоянно вверх, мы, не сворачивая в боковые проходы, шли молча, освещая себе дорогу фонариками смартфонов.

Вход в сеть рукотворных пещер представлял из себя узкий осыпанный лаз. Кое-как протиснувшись через него, я в очередной раз порадовался, что веду «здоровый» образ жизни. В это понятие я включал брошенную привычку курить и разовые походы в спортзал.

Чего нельзя было сказать о Томасе, который беспощадно ругался, протискиваясь через узкую щель.

- Всё, бросаю курить, - недовольно сообщил он, отряхиваясь от светлой пыли.

- Да-да, ещё мы много пьём, - прыснул я.

Недалеко от нас раздался шум проезжающей на большой скорости машины.

- Нам туда, - скомандовал Томас и махнул рукой.

- Веди меня, мой генерал, - я, размахивая руками, зашагал в указанном направлении.

- Пол, тебе говорили, что ты дурак? - проворчал он за моей спиной.

- А как же, особенно Вы и регулярно, - огрызнулся я, оскалившись в кривой ухмылке.

Мы вынырнули из редкой лесополосы и оказались на загородной дороге, по которой изредка проносились машины.

- Знакомая дорога, - было сложно поверить, что каких-то несколько дней назад я мчал по ней в сторону неизвестного мне города.

- Давно автостопом не путешествовал? — спросил Томас.

- Вообще никогда, - я пытался вспомнить, был ли у меня в жизни подобный опыт.

- А мне вот довелось, - Томас посмотрел на меня с каким-то грустным выражением.

Вдалеке показался небольшой грузовик, и Томас поднял большой палец. Машина начала притормаживать и, проскочив нас, медленно остановилась.

- Уважаемый, до Сенекстауна подбросишь? — запыхавшись, спросил Томас, когда мы подбежали к кабине.

Тучный водитель в серой майке внимательно изучал нас, прищурив правый глаз: - Садитесь, - коротко бросил он.

Мы быстро залезли в просторную кабину. Машина дёрнулась, раздалось характерное потрескивание коробки передач и машина тронулась.

Наш водитель только на первый взгляд показался мрачным и неразговорчивым. Не успели мы проехать и ста метров, как он без умолку начал болтать.

- А вы зачем к нам в Сенекстаун? У нас-то и развлечений нет. Всё вот тут, рядом с морем. Даже железная дорога не спасает. Раньше хоть по ней ездили, а как скоростную построили да все на машины пересели, кому мы нужны стали.

- Да мы это, погуляли вчера хорошо. С какими-то бабами связались. Знаешь, как это бывает? — я решил дать волю своей фантазии. Как только Томас услышал мои первые слова, тут же отвернулся к окну.

- Ну-ка, ну-ка, - водитель заёрзал на сиденье в предвкушении пикантной истории.

- Мы у вас проездом по делам, бизнес, так сказать, - начал я серьёзным голосом. - Вчера в баре, не помню как называется, там хмель изображён...

- Хмель на склоне, - уточнил он и одобрительно закивал, было видно, что все его сомнения в правдивости моей истории развеялись.

- Ну вот сидим, пиво пьем. А пиво, должен сказать, там отменное, - он крякнул от удовольствия услышав мою похвалу. - Подсаживаются две бабы, с виду ничё так. Одна особенно хороша, что пониже. А вторая сразу видно стервозная, волосы такие, знаешь, рыжие, - я глянул на Томаса, он даже не шелохнулся. - Слово за слово, разговор завязался. Выпить им купили. Уже когда накидались хорошо, приспичило им на море поехать. Ну сам знаешь, как бывает по пьянке. Барышни хотят, а почему бы и не поехать. Поймали тачку. Взяли ещё выпивки покрепче. Только, видимо, до моря мы так и не доехали. Очнулись вот в кустах: ни денег, ни баб, - закончил я свой рассказ.

Видимо, мой рассказ развеселил водителя, он начал булькать, тряся своим шарообразным животом.

- Это вы ещё легко отделались, - отсмеявшись, закончил он. - Надо парням рассказать, чтобы аккуратнее были, может залётные какие. Так-то у нас город спокойный, - он осёкся. - Был, - он поджал губы.

- А что случилось? - не поворачиваясь, спросил Томас.

- Вы не в курсе?! У нас недавно в гостинице двух администраторш изрезали. Привязали к кроватям и исполосовали. У моей жены двоюродный брат в полиции работает. Говорит, зрелище ещё то было. Ребят, прям, выворачивало. Сколько себя помню, первый раз такое у нас, - он замолчал на какое-то время. - Всему этот чёртов интернет виноват, сколько уж грязи в нём. Насмотрится вот дурак какой и идёт людей резать, - было похоже, что это не его слова, а скорее проповедь какого-нибудь священника.

Через секунду мои домыслы подтвердились.

- Вот и отец Тадеуш так нам говорит, всё зло от этих гаджетов.

- Всё зло от людей, - Томас оторвался от окна и посмотрел на него.

Водитель пропустил его слова мимо ушей и продолжил: - А у нас вчера пожар произошёл, мне жена вечером звонила, пока я в рейсе был. Слышали, наверное, сирены, вы же недалеко от того места были.

- Не припомню что-то, - я состроил задумчивое лицо. - Наверное, мы уже уехали. А что горело? - я посмотрел на Томаса.

- Да дом частный, там две старушенции жили. Видимо, что-то с проводкой, а может быть, и из ума выжили. Вот моя бабка к старости такое вытворяла…

- А тела нашли? - спросил я.

- Откуда я знаю?! Всё, что знал, рассказал, - он подпрыгнул на своём сидении.

Мы въехали в тень деревьев, которые окружали город. Водитель без умолку жаловался, как ему тяжело одному прокормить свою семью. Трое детей требуют постоянного присмотра, да и кому нужна его больная жена.

Я внимательно всматривался в дорогу, чтобы не пропустить то место, где мы оставили машину Генри. Не знаю, на что я рассчитывал, но дорога была абсолютно пустой.

- А вы случайно не знаете Генри? — решил я спросить на всякий случай.

- Какого Генри? Их много, - усмехнулся он.

- Элдриса, - коротко бросил Томас.

- Так это младший Элдрис, что ли?! Знаю такого. Нормальный парнишка, со странностями, правда. Ему бы по бабам ходить, а он всё по лесу бегает. Живёт на окраине, его семья тут давно обосновалась. А он вам зачем?

- Да дело у нас к нему, купить хотим кое-что, - ляпнул я, что первое пришло в голову.

- Купить? — он снова забулькал от смеха. — Да что у него можно купить?

- А это коммерческая тайна, - и я подмигнул ему. — Так где его найти можно?

- Тут недалеко, последний дом по Норд Стрит. Стоит там развалюха двухэтажная.

Мы выехали из леса, впереди показались первые дома Сенекстауна.

- Вы где остановились? — спросил водитель.

- Да мы, наверное, прогуляемся, что-то меня укачало, - я показательно сглотнул слюну. — Видимо, вчерашнее даёт о себе знать.

- Ну смотрите, как скажете. Так где остановить?

- Можно прямо возле тех домов, - Томас что-то изучал в смартфоне.

- Аккуратнее с выпивкой, - он усмехнулся и захлопнул дверь, оставив нас на обочине.

- Ну, куда теперь? — спросил я, смотря вслед удаляющемуся автомобилю.

- Судя по карте, Норд Стрит сразу первая улица, - он махнул рукой в сторону близлежащих домов.

- Тогда пошли, - нервно сказал я и зашагал вдоль дороги, пытаясь справиться с урчащим животом.

- Слушай, я всё понимаю, но у меня с утра только кружка кофе была, может, зайдём? — не выдержал я, когда мы поравнялись с придорожным кафе.

- Мы только решили, что нам нужно худеть.

- Мы решили?! — возмутился я. — Не втягивай меня в свои авантюры!

- Вот она, настоящая поддержка напарника, - сказал он наигранно обиженным голосом.

- Томас, даже не пытайся! Всё, идём завтракать, - я уверенно двинулся в сторону вытянутого здания.

Колокольчик приятно звякнул, как только я открыл входную дверь.

- Доброе утро! — поприветствовала нас молодая официантка в светло-голубой униформе с белым фартуком. — Что желаете?

- Мы желаем позавтракать, - улыбнулся я.

Пройдя вдоль всех мягких диванчиков мы сели за последний столик.

- Могу предложить наш фирменный завтрак, - не переставая улыбаться, сказала она, стоя рядом с нашим столиком.

- А что там? — придирчиво спросил Томас, изучая разноцветное меню.

- Глазунья с беконом, картошка фри и венские вафли, кофе не ограниченно, - тут же отчеканила она.

- М-да, - скептически сказал он. - Ну давайте, - он бросил меню на стол и добавил, - Начну завтра.

Официантка смутилась, давая понять, что она не очень понимает, и, записав что-то в блокнотик, ушла к барной стойке.

- Можно кофе сразу, - крикнул я ей вдогонку.

Через некоторое время она вернулась с пузатым кофейником и двумя простыми белыми кружками.

- Ну как? — спросил Томас, когда я сделал первый глоток.

- Терпимо, - я поморщился от жидкого напитка. — Ладно, что, сразу идём к нему домой?

- Есть другие предложения?

- Томас, иногда ты меня бесишь, когда начинаешь отвечать вопросом на вопрос, - я отпил ещё кофе и поднял одну бровь.

- Предлагаю так и сделать, - проигнорировав моё замечание, продолжил он. — Мне почему-то кажется, что сумки всё ещё у него в машине, слишком он был занят всё это время.

- Это если он действительно домой вернулся, - возразил я.

- Ну а куда он мог ещё податься? - пожал плечами Томас.

К нам вернулась официантка с подносом, на котором стояли две большие тарелки, на нихсразу лежал весь завтрак разом. От него исходил приятный аромат бекона и жаренной картошки.

- Бетти, вы чудо, - воскликнул я, прочитав ей имя на бейджике.

- Спасибо! — она смущённо прижала поднос к груди. - Приятного аппетита.

Я жадно накинулся на хрустящий бекон, заедая его длинными золотистыми палочками картофеля.

- Пол, - резко бросил мой напарник и кивнул в сторону окна.

У дверей кафе остановилась полицейская машина, из неё вышли два крупных блюстителя закона, поправляя ремни на внушительных животах.

Колокольчик звонко прозвенел, и хлопнула входная дверь.

- Бетти, детка, кофе и ваших вафель.

Глава 23

Бетти засуетилась, мило улыбаясь и покачивая бёдрами. Было сразу понятно, что эти двое частенько сюда заглядывают. И молоденькая официантка изо всех сил привлекает к себе внимание.

Полицейские сели за столик недалеко от нас, так что мы могли слышать, о чём они разговаривают.

- До нас тут слухи дошли, что ночью что-то случилось в старой части, — Бетти наклонилась над их столиком, демонстрируя своё глубокое декольте.

- Вот языки у людей без костей, — проворчал один, тот, что, судя по всему, был у них главным. — Не могут они спокойно жить, подавай им сенсации. Спасибо, детка, — он кивнул, когда она налила ему в кружку кофе.

- Дом старой Агаты сгорел. Горело так, что пожарные не могли часа два потушить, — влез в разговор второй, поедая Бетти глазами.

- Ужас! — искренне воскликнула официантка. — Так она же там вроде как не одна жила.

- Да была при ней её прислуга, что ли, — задумчиво произнёс первый. — Томми, не помнишь, как вторую звали?

- Нет, из головы вылетело, типа Хиллари что-то.

- Томми, чем у тебя голова постоянно забита, — он осуждающе посмотрел на него и на Бетти.

- Фрэнк, ну а что мне, как ты, по барам шляться, — усмехнулся он и попытался шлепнуть официантку по заду, но та ловко увернулась.

Бетти вернулась с двумя тарелками, доверху заполненными толстыми венскими вафлями.

- А что там про этих из гостиницы слышно? — чуть понизив голос, спросила она.

- Да ничего там не слышно, — грубо ответил Фрэнк и шумно отхлебнул из кружки.

- Ищут этих двоих постояльцев, но пока безрезультатно, — вставил Томми.

- Так, отставить, ты ей ещё дай дело почитать, — перебил его Фрэнк. — Ими приехали заниматься из округа, судя по всему, нашим такое не по зубам, — он сам осёкся. — Ох, Бетти, чертовка, — он глухо рассмеялся в свои усы.

Бетти наклонилась к полицейским и что-то начала тихо им говорить, прижимая к груди поднос и изредка косясь на нас.

- Томас, видимо, у нас сейчас будут гости, — прошептал я, пряча лицо за его спину.

Не прошло и тридцати секунд, как они встали из-за своего столика и направились к нам.

- Доброе утро! — с натянутой улыбкой поприветствовал нас Фрэнк. — Позвольте поинтересоваться, откуда вы к нам?

- С кем имею честь разговаривать? — не отрываясь от своей тарелки, спросил я.

- Фрэнк Оливер, старший патрульный. Томми Грин, мой напарник. Так всё же, хотелось бы узнать, откуда вы к нам?

- Мартин, он - Боб, — Томас показал вилкой на меня. — Мы к вам по коммерческим делам приехали. Вот вчера неудачно посидели в баре, — он снова вернулся к своей трапезе.

- А можно ваши документы посмотреть? — вмешался в разговор Томми.

- Да мы бы с радостью, но всё осталось в номере, — пожал плечами Томас.

- А давайте мы с вами в номер проедем? — интонации Фрэнка стали в точности напоминать киношных полицейских.

- Простите, офицер, а мы что-то нарушаем? — невинно спросил я.

- Нет, конечно, но в городе введён усиленный контроль, — ответил Томми.

- Ну так что, проедем? — настойчиво спросил Фрэнк.

- Конечно, только завтрак закончим, — Томас натянуто улыбнулся.

- Мы вас подождём за своим столиком, — Фрэнк внимательно посмотрел на нас и попытался улыбнуться из-под своих усов.

Полицейские удалились, заняв свой столик. Томми, который сидел к нам лицом, не отрывал от нас взгляда и что-то тихо говорил Фрэнку.

- Ну и что делать будем? — спросил я Пола, делая глоток кофе.

- Выбора у нас особо нет, придётся проехать с ними, — Томас откинулся на спинку сиденья.

- Ты серьёзно?! — я чуть не подавился кофе.

- Хорошо, предлагай варианты! — он внимательно посмотрел мне в глаза.

- Ну я не знаю, используй что-нибудь, — я растерянно крутил в руке вилку.

- Что я сейчас использовать могу? Мы все наши вещи оставили у Генри в машине. У меня даже с собой простецкого пыльника нет.

- Ну хорошо, а «зов», ты же можешь подчинить!

- Могу, но сразу двоих вряд ли получится. Да и выдохся я немного за эту поездку.

- Томас, ну ты чё, соберись! Куда мы поедем, в какой номер? Нам нужно с ними разобраться. Заберём вещи и сразу вернёмся, там уже будем решать, что делать.

Томас молча покачивал своей кружкой и о чём-то думал. Он и сам понимал, что ехать с полицейскими им нельзя.

- Ладно, просто так сбежать у нас вряд ли получится, мы тогда точно передвигаться по городу не сможем, — тихо подытожил он.

- Фрэнк, мы готовы, — неожиданно крикнул он и встал из-за столика.

- Блин, Томас, — прошипел я, залпом опрокидывая кофе.

- Не забывай, ты Боб, я Мартин, — тихо напомнил он.

Мы вышли из кафе и направились к патрульной машине. Белая с темно-синими полосами по всему кузову, с черным номером на боку, казалось, что она светилась под утренним солнцем.

- Новая? — коротко спросил Томас.

- Да, только на прошлой неделе получили, — гордо заявил Фрэнк. — Хоть на что-то наш мэр сгодился, — он пренебрежительно фыркнул. — Лет десять на прошлых ездили.

- Куда едем? — повернулся к нам Томми, когда мы все сели на машину.

- К дому Генри, — спокойно ответил Томас.

- Генри? — удивлённо переспросил Фрэнк.

- Да, Генри Элдрис, — всё так же спокойно ответил Томас, зажимая кровоточащую руку, начиная едва заметно шевелить губами.

- Как скажете, — пожал плечами Фрэнк, и машина медленно тронулась.

Когда мы въехали в город, Томас отвлёкся от своего ритуала и чётко произнёс: «Норд Стрит, дом в конце улицы».

Машина не спеша катилась по дороге, за окном мелькали дома. Весь этот район больше походил на местное гетто.

- А вам зачем к Генри? — спросил Томми безэмоциональным голосом.

- Он наш давний друг. Спасибо, что согласились нас подвезти, — ответил Томас. Судя по его лицу, ему сейчас было очень тяжело, кровь просачивалась между пальцев и медленно капала на резиновый коврик.

Сейчас оба полицейских больше походили на кукол, которыми управлял кто-то невидимый. Все их движения были плавными и крайне неестественными. Даже слова, которые они произносили, были в первую очередь для того, чтобы подменить им память.

С правой стороны показался обшарпанный деревянный дом, возле которого стоял знакомый нам пикап.

- Спасибо, что подвезли, офицер, — дружелюбно бросил я и звонко хлопнул дверью. — Так они нас и не вспомнят? — задумчиво спросил я, провожая взглядом машину.

- Они вспомнят только Мартина и Боба, которые искали своего старого друга, — устало ответил Томас и тут же осел на землю.

- Что с тобой? — я тут же бросился к нему.

- Нормально всё. Мне нужно какое-то время, — тяжело дыша ответил он.

Я посмотрел на его рану, из неё продолжала сочиться кровь.

- Томас, это точно нормально?

- Пол, что-то не так, я не могу остановить её.

- Твою мать, — выругался я, — Давай по старинке, — я снял с себя ремень и туго его затянул выше локтя.

Кровь перестала сочиться и едва заметно выступала из раны. Я помог подняться ему. Мы подошли к невысокому деревянному забору с облупившейся белой краской.

- Томас, сиди здесь, я пойду гляну, что там в машине, - он даже не собирался сопротивляться.

- Пол, будь аккуратен, - вместо ответа я показал ему поднятый большой палец.

Машина стояла на заросшем газоне недалеко от входной двери, и, судя по открытому водительскому стеклу, пробраться вовнутрь большого труда не составит.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что ни людей, ни машин вокруг нет, я уверенно двинулся к пикапу.

Подойдя к ней вплотную, я присел на корточки и выглянул из-за неё. Судя по всему, хозяева дома совершенно не уделяли ему внимания. Выцветшая краска, грязные стёкла и повсюду разбросанный мусор.

Я с трудом мог представить, что Генри действительно тут живёт. Приподнявшись, я заглянул на заднее сиденье. Сердце учащённо забилось, моя и сумка Томаса лежали на месте.

Аккуратно подёргав ручку, я с досадой выругался, дверь была закрыта. Значит, выход был только один: забрать их через открытую водительскую дверь.

Сидя за задним крылом машины, я вслушивался во все звуки, что меня окружали, особенно те, что могли идти из дома. Выглянув в очередной раз, я, не сводя глаз с входной двери, медленно двинулся вдоль машины. Вокруг было тихо, скорее даже пугающе тихо.

Добравшись до водительской двери, я уже с трудом контролировал своё волнение. Если она сейчас в доме, я вряд ли смогу с ней справиться.

Но, к моему счастью, ничего не происходило. Я потянул за ручку, и она поддалась. Громкий щелчок. От неожиданности я вздрогнул и снова присел, хотя толку от этого было мало: я находился прямо перед домом.

Нервы не выдерживали, руки начали заметно дрожать. Вскочил, открыл дверь и, забравшись на водительское кресло, перевалился через передние сиденья. Схватил свою и сумку Томаса.

- Что ты тут вынюхиваешь?!

Я дёрнулся всем телом, рывком выскочил из машины. Последнее, что я увидел, была широкая старая доска, которая со всего размаху обрушилась на меня с правой стороны. Перед глазами всё поплыло, и я упал, звонко ударившись о машину.

Голова гудела и невыносимо болела. Мне с трудом удалось её поднять, чтобы понять, что со мной происходит. Я сидел на стуле, связанный по рукам и ногам. Каждое моё движение сильно отдавало пульсирующей болью в правом виске.

Вокруг меня царил хаос из разбросанных упаковок из-под еды, скомканной одежды и обуви. На окнах висело тряпьё, видимо, когда-то это было шторами. Скорее всего, где-то валялась и сама еда, так как вся комната была наполнена тошнотворными запахами.

- Очнулся, - сзади меня раздался знакомый голос.

Я, морщась, покрутил головой:

- Генри, на кой чёрт тебе всё это?

- Вы не поймёте. Я живу ради неё, готов пойти на всё, лишь бы быть рядом с ней, - он был похож на одержимого фанатика.

- Слушай, а что же ты дом-то свой в такую помойку превратил? Как ты сюда женщину-то приведёшь? - я сплюнул на пол слюну с примесью крови.

- Заткнись, это не самое главное, - выкрикнул он.

- Ладно, ладно, Генри, не кипятись, как скажешь, любите погрязнее, пожалуйста. Ты на хрена меня по голове огрел? - и снова сплюнул.

- Ты, кстати, удачно пришёл. Она ищет тебя.

- Ну, значит, нашла уже, зови, пообщаемся, - я ухмыльнулся.

Всё это время я пытался дотянуться до своего кармана, но пока все мои попытки были безуспешны. Руки были крепко привязаны к ручкам стула.

- Она не может сейчас. Она спит, - с заботой в голосе промурлыкал Генри. — Ей нужен отдых после стольких лет заточения.

- Что, не выспалась?

- Заткнись, не смей насмехаться над ней, - он снова чуть ли не завизжал.

- Генри, послушай. Я, конечно, не врач, но, по-моему, у тебя проблемы и очень серьёзные. Мы можем тебе помочь.

- Не нужна мне ничья помощь, - злобно прохрипел он.

Что-то тяжёлое со всей силы ударило меня сзади по голове, и я потерял сознание.

Голова кружилась, и без остановки мутило, я открыл глаза, пытаясь сфокусироваться на предметах. В комнате царил полумрак, и было очень тихо, только недалеко от меня, судя по всему, из угла доносилось какое-то шуршание.

- Что же ты, сука, делаешь?! - сказал я сам себе. - Не хватало ещё сотрясения, - я глубоко вздохнул, во рту всё пересохло, язык прилипал к губам.

Откуда-то из глубины дома донеслось неразборчивое бормотание. Кто-то разговаривал сам с собой, при этом меняя тональность своего голоса.

- Генри, у тебя совсем с головой плохо, - я стал яростно дёргать руками, пытаясь освободиться, но только туже затянул верёвки.

Послышались шаги, и в комнату вошёл Генри с фонариком в руках.

- Генри, убери фонарик, - я начал жмуриться и отворачивать лицо, он специально светил мне в глаза.

- Всё хорошо, она скоро придёт, - дрожащим голосом сообщил он. — Я скоро её опять увижу.

Он наконец перестал светить на меня и сел на диван, заваленный мусором.

- А где второй? - неожиданно вменяемым голосом спросил он. - Хотел ему спасибо сказать. Он дал мне возможность увидеть её вживую, - последние слова он уже снова говорил с нотками безумия.

- Генри, послушай, отпусти меня. Мы просто хотели забрать наши сумки, там документы. Мы уедем из города, и ты нас никогда не увидишь.

- Ты бы видел, как она прекрасна, - мои слова никак на него не повлияли. - Её сила, она переполняет меня.

- Её сила сводит тебя с ума, - со злостью бросил я. - Ты сходишь с ума, Генри. Да нет, ты уже сошёл, чёртов ублюдок! - и начал яростно пытаться освободить руки.

Генри начал выть, раскачиваясь из стороны в сторону:- Моя королева, - шептал он, зажав уши руками.

Всё стихло, Генри замер, наклонившись вперёд со страшной гримасой на лице. В свете фонарика поблёскивали висящие в воздухе пылинки.

- Ты принёс его! - раздался женский шёпот у меня над правым ухом.

Я почувствовал, как кто-то коснулся моей головы, проведя рукой по затылку. Резко обернулся в надежде увидеть, кто стоит за моей спиной. По шее пробежал холодный ветерок, там никого не было.

- Отдай мне его, - раздался этот же голос с другой стороны.

Дёрнув головой в противоположную сторону, я опять никого не увидел. Меня снова коснулись. Холодные пальцы обхватили мою голову, стоящий за моей спиной едва ощутимо дышал мне в шею.

- Я всё могу исправить. Ты страдаешь. Хочешь, я верну тебе твою прежнюю жизнь, - прошептал женский голос у меня за спиной. От её дыхания вся шея покрылась мурашками. - Я освобожу тебя от него. Ты будешь свободен.

Моя голова наполнилась незнакомыми мне образами, маленький ребёнок обнимал своих родителей. Они весело смеялись, отец подхватил его на руки и подбросил. Мальчик звонко смеялся, выставив вперёд руки.

Эти образы проникли в моё сердце, словно я увидел то, что очень давно забыл и неожиданно вспомнил. Слёзы потекли из моих глаз, неужели я был этим мальчуганом.

- Не понимаю, как ты можешь ей верить? - раздался в моей голове скрипучий голос. - Не об этом мы с тобой договаривались, - он наигранно вздохнул. - Как легко тебя обмануть. Ноешь, как баба, - и он резко оборвался.

Холодные руки скользнули по моим плечам и опустились на мою грудь и крепко прижали меня.

- Посмотри, что он забрал у тебя, - образы замелькали у меня в голове с удвоенной скоростью, один день рождения сменял другой. - Тебе больно. Ты одинок, а я смогу помочь тебе, - её голос звучал мне в ухо, я почувствовал прикосновение ткани к своей щеке.

- Хватит! - заорал я изо всех сил. - Хватит, - уже тише снова повторил я. - Я не знаю этих людей.

- Значит ты так решил, - меня отпустили, стало невыносимо тихо, и от этой тишины в ушах раздалось моё собственное сердцебиение.

Я почувствовал, как на самом деле я одинок. Глубокое, всеобъемлющее одиночество заполнило меня. Мне захотелось вырваться и бежать, бежать со всех ног. До первого встречного человека, чтобы заполнить эту пустоту живой душой, полной сочувствия и эмоций. Хотя бы миг прожить рядом с человеком.

Истерика накрыла меня с головой, я бился привязанный к стулу, в попытках освободиться. Верёвки впились в мои руки, из-за моих движений стул наклонился, и я со всего размаху упал на пол, ударившись правым виском.

Острая боль пронзила мою голову, я заорал, не в силах её терпеть.

Моё сознание начало проваливаться в пустоту, я готовился умирать. И стоило мне принять это, как по моей спине растеклось тепло. Как будто на неё подул тёплый воздух.

Это тепло начало обволакивать моё тело, успокаивая и убаюкивая меня. Перед глазами возник образ Хильды, маленькой верной служанки своей госпожи. С горящим сердцем, готовой броситься на любого, кто имеет неосторожность косо посмотреть на Агату.

Губы вспомнили её нежные поцелуи, робкий взгляд, когда мы остались наедине. Я вспомнил её последние слова.

- Хер вам, - злобно выругался я, у меня ещё есть дела в этой жизни.

Глава 24

Тепло, разливающееся по моему телу, постепенно из приятного ощущения становилось невыносимо обжигающим, как бывает в парной, когда кто-нибудь, не рассчитав, плеснёт на камни больше, чем требуется.

От этого жара невозможно было избавиться, я не видел, но чувствовал, как моя кожа начала трескаться и вздуваться пузырями. Я снова заорал, в голове крутился образ поросёнка, который зарумянивается в разогретой духовке.

- Пол, очнись, - меня трясли за плечи.

Обгоревшая кожа начала медленно слазить в местах, где её касались.

- Пол, Пол, посмотри на меня! — сквозь нарастающий гул донёсся до меня знакомый голос.

- Томас, убегай, - выдавил я из себя, чувствуя, что у меня не осталось губ.

От сильного жара верёвки начали трескаться, и кто-то, взяв мою руку, начал засовывать её мне в карман. Палец коснулся холодного металла, какое-то мгновение - и передо мной стоял наклонившийся Томас. Весь бледный, с большими синяками под глазами, вокруг него метались золотистые огоньки.

- Ты зачем сюда припёрся?

- Тебя забыл спросить, - он подхватил меня под руки и начал поднимать.

Я посмотрел на свои руки в ожидании увидеть там сплошные ожоги, но, к моему удивлению, они были абсолютно нормальные, разве что в ссадинах и пятнах грязи.

- Томас, это как? — я ошарашенно посмотрел на него.

- Я тоже очень рад тебя видеть, - бросил он, скорее, чтобы я от него отвязался.

Он практически тащил меня, мои ноги отказывались слушаться, как если бы я пробежал марафон. Мы выбрались из затхлого дома, и он усадил меня возле машины.

Вокруг Томаса продолжали кружить светящиеся жуки. От их тихого жужжания и мерцания у меня закружилась голова.

- Можешь их убрать, пожалуйста? — я закрыл глаза и облизал сухие губы.

Когда я снова открыл глаза, я едва мог различить его фигуру, только сейчас я понял, что на улице стояла ночь.

- Сейчас сколько? Томас вытащил телефон.

- Без пятнадцати три.

- Опаздываем, - попытался пошутить я. — Можешь вкратце рассказать, что произошло?

- Пол, давай потом, - нервно ответил он. — У меня самого вопросов больше, чем ответов. Пока главное, что сумки мы вернули.

После последних его слов меня накрыло, я не мог справиться со своим истерическим смехом. Я сидел и задыхался от спазмов диафрагмы. Закрыв глаза, я вдохнул полной грудью свежий ночной воздух, стараясь себя успокоить.

- Успокоился? — коротко спросил Томас, когда я наконец перестал вздрагивать. — Залезай, - не дожидаясь моего ответа, он открыл пассажирскую дверь. - Никогда не оставляй ключи внутри, - сообщил он, послышалось побрякивание связки ключей.

- Генри, ты такой придурок, - вырвалось у меня.

Я залез в машину и с трудом захлопнул за собой дверь.

- Поехали, начальник, - скомандовал я.

Томас сел на водительское место и вставил ключ зажигания.

- Давай, родная, - послышался фыркающий звук, и двигатель неохотно заработал.

Не включая фары, мы выехали на дорогу и, только отъехав на пару десятков метров, включили их.

- Расскажи, что случилось? — спокойным тоном спросил Томас, поудобнее устраиваясь в сиденье.

- С какого момента?

- Давай, как оставил меня.

Я в красках рассказал ему о том, как меня оглушил Генри и о встрече с Еоной, которую я, кстати, так и не увидел. О том, как был уверен, что сгораю заживо. И что был готов умереть.

Томас меня внимательно слушал, иногда задавая уточняющие вопросы.

- А потом появился ты, мой герой, и спас меня, - в конце закончил я свой рассказ.

- Целоваться будем? — его тон заставил меня немного заволноваться.

- Это была шутка?! Так, мало ли, - уточнил я, Томас устало улыбнулся.

Мы ехали по ночному городу, на приборную панель одна за другой наползали тени, отбрасываемые из-за уличных фонарей.

- Пол, знаешь, мне кажется, я знаю, почему в том месте столько самоубийств происходило, - задумчиво произнёс Томас.

- И почему же?

- Судя по твоему рассказу, у Генри серьёзно помутился рассудок. И, скорее всего, произошло это из-за контакта с Еоной. Обычный человек просто не в состоянии вынести её силу.

- А по мне, она сама основательно тронутая, - злобно бросил я. — Томас, пора заканчивать с этим делом. Иначе мы сами можем плохо кончить, - и отвернувшись к окну, стал изучать мелькающие дома.

- Что же ты творишь? — раздался голос в моей голове. — Тебе же ясно сказали, приведи её. Тебе нужно всего-навсего отдать её мне, и всё.

- Да как я должен это сделать? - выкрикнул я; мой напарник бросил на меня взгляд и взялся за руль двумя руками.

Меня словно ударило током, да так, что я чуть не выскочил на ходу.

- Томас, я понял, блин, какой я дурак. Я знаю, как мне это провернуть, - выдохнул я.

- Пол, успокойся, ты можешь объяснить? - слегка взволнованно спросил он.

- Когда я вернулся в дом Агаты, - я немного замялся, подбирая слова. — Мне предложили сделку: я приведу ему Еону, а он мне вернёт часть воспоминаний.

- И ты ему веришь?

- Томас, а ты сам как думаешь?! Ты знаешь, как это, когда с каждым разом помнишь всё меньше о себе?! Да хрен с этими воспоминаниями, я словно теряю себя. Я иногда думаю, а действительно ли я тот, кто я есть на самом деле?

Мы выехали из города и помчали по знакомой нам дороге. В ночное время участок под густыми деревьями производил тревожное, и даже, скорее, гнетущее впечатление. Разговор сам собой оборвался, мы оба вглядывались во тьму за границей дальности фар.

Краем глаза я заметил мелькание за деревьями, что росли вдоль обочины. Тени быстрыми скачками перемещались от ствола к столу и исчезали в том месте, где заканчивался световой конус фар.

- Томас, - нервно позвал я его.

- Да вижу я, - бросил он, и двигатель резко поднял обороты.

- Там повороты начинаются, - предупредил я его, вспоминая свою первую поездку.

Старый пикап взвыл и, виляя кузовом, устремился вперёд. Томас уверенно управлял машиной, стараясь как можно аккуратнее входить в повороты. Но чем сильнее разгонялся пикап, тем сложнее ему это удавалась.

Сзади раздался глухой стук, я оглянулся и нервно сглотнул. По кузову металась чёрная тень, цепляясь за борта.

- У нас пассажир, - выкрикнул я и поправил ремень.

- Пол, держись, - прокричал Томас, стараясь перекричать визг покрышек.

- Тормози, - закричал я и инстинктивно выставил руки вперёд.

За очередным поворотом поперёк дороги лежало поваленное дерево. Томас вывернул руль, машину занесло, и она, скользя по асфальту какое-то время, врезалась в густую крону.

Несмотря на то, что удар пришёлся с водительской стороны, меня хорошенько приложило головой о стойку, и я на какое-то время потерял ориентацию.

Сильно болело в груди с правой стороны. Нащупав замок ремня безопасности, я с трудом нажал кнопку, стараясь сильно не вдыхать. Каждый вздох отдавал в рёбра тупой ноющей болью, словно меня били палкой.

- Томас, ты как?

- Живой, - раздался хриплый голос между веток, которые пробили стёкла с его стороны. — Пол, помоги отстегнуть этот чёртов ремень, - он шарил рукой по краю своего сиденья.

Я попытался отстегнуть его ремень, но, видимо, от удара что-то заклинило в замке.

- Томас, нужен нож, - это всё, что я успел сказать.

Стекло пассажирской двери звонко разлетелось на сотни осколков, лицо обожгло от ударов мелкого стекла.

Что-то схватило меня и с силой ударило о дверь. От удара я наполовину вывалился в разбитый проём.

- Что же ты, сука, делаешь? — процедил я сквозь зубы.

Пытаясь хоть как-то подняться, я упёрся руками в кузов и слегка приподнялся, но меня снова ударило, и я окончательно вывалился из машины, проехавшись лицом по асфальту.

- Да сколько можно?! — я, скрипя зубами, сел, прислонившись к пикапу.

Со стороны дороги, откуда мы приехали, показалась знакомая фигура. Она медленно двигалась в моём направлении, пока не остановилась в паре метров от меня. За его спиной происходило какое-то шевеление, словно сама тьма пришла в движение.

- Я всё думаю, что же такое происходит? - прохрипел он. — А оно вон как оказалось, - он закашлялся.

- Как же ты меня достал, - я попытался встать.

- Тихо-тихо, - наигранно ласково произнёс он своим хриплым голосом. — Ну куда ты собрался?! Мы ещё не закончили, - резко бросил он. — Давай так, ты мне его отдаёшь сам! — он сделал акцент на последнем слове. — А я вас отпускаю к вашим бабам. Ну как тебе такое предложение? - он начал кашлять сквозь булькающий смех.

- Не могу, уже твоей подруге обещал, - я усмехнулся и сплюнул на землю, ощупывая языком свои зубы.

Невидимая рука скользнула по моей шее и медленно начала сдавливать моё горло.

- Какого хера?! - выдавил я, задыхаясь. — Что у вас за страсть-то такая?!

Я нащупал рукой край кармана и трясущейся рукой схватился за куб. В то же мгновение хватка ослабла, и я облегчённо вздохнул.

- Хрен тебе, урод, - цепляясь за машину, я поднялся на ноги и заглянул в машину, но кроме торчащих веток ничего не увидел. — Томас? — мне никто не ответил.

Лихорадочно соображая, я со всей силы сжал куб в руке. Я толком ничего не мог противопоставить его силе. Чем дольше я думал, тем чётче я осознавал, что другого выхода у меня нет.

- Пол, нет! — раздался голос Томаса.

Обойдя машину со стороны капота, он встал рядом со мной.

- Ты, главное, вытащи меня потом, - быстро сказал он, резким движением разрезал себе многострадальное предплечье. Кровь закапала на асфальт, и он опустился на колени. Перед ним начал формироваться светящийся круг с причудливыми символами и изображениями.

Как только линии сомкнулись, круг вспыхнул ярким светом. Томас стоял на коленях, запрокинув голову, его лицо было искажено гримасой боли. Я однажды видел подобное, но тогда он не был настолько измучен от потери крови.

Он сжал зубы и начал шевелить губами; я вжался в машину, стараясь держаться от него подальше.

- Вы что задумали? — прохрипел человек из тени.

Тьма за его спиной зашевелилась ещё сильнее, и нас обступили со всех сторон дряхлые старухи в рваных лохмотьях. Они издавали протяжные всхлипы и тянули к нам руки, стараясь прикоснуться. Но стоило им приблизиться к свечению от печати Томаса, как они, визжа, отдёргивали свои конечности.

Томас упал на руки, из его глаз, рта и ушей потекла кровь на всё сильнее разгорающиеся символы. Раздался нечеловеческий вопль, и из центра печати начал подниматься извивающийся червь.

Он блестел и весь был покрыт сокращающимися мышцами, из которых выступала кровь. Безглазая морда практически была одной огромной пастью с острыми треугольными зубами. Над верхней челюстью торчали два длинных рога, измазанных кровью. Его тело собиралось кольцами, мерзко пульсировало и выгибалось. Червь кровавой реки - создание, питающееся магической силой, медленно отнимающее жизнь у призывающего его человека.

Я только раз видел его в болотах Манчак, когда нас чуть не поглотил Туманный старец.

Червь раскрыл свою пасть, неестественно выгнув нижнюю челюсть, высвободив десятки щупалец, покрытые блестящей слизью. Они противно задрожали, словно он пытался ими ощупать пространство.

Он молниеносно бросился на первую ближайшую старуху. Она завизжала, размахивая конечностями, он держал ее некоторое время, пока она не перестала подавать признаки «жизни». Разжав челюсти, на землю упала бесформенная груда тряпья.

В считанные минуты пространство между нами и человеком в плаще заполнилось трупами его прислужниц.

- Проклятый сакрифант, - выругался он без особых эмоций.

Червь взметнулся в воздух, его щупальца нервно извивались, потянулись в сторону незнакомца. Одно молниеносное движение, и фигура оказалась полностью обвита блестящим телом.

- Ну-ну, - он выставил руку вперед и удерживал его пасть за нижнею челюсть. — И не жалко вам?! — послышался неприятный хруст, и червь остался без челюсти.

Он яростно забился, обвивая его своими щупальцами. Фигура пошатнулась и сделала шаг назад.

- Ах ты падла, - прохрипел он.

Оставшиеся вокруг ведьмы бросились на червя, пытаясь оторвать его от своего хозяина. В этот момент я был рад, что не могу всё разглядеть, когда в кучи из тел заметил невысокие фигуры детей.

Печать, рядом с которой всё это время находился Томас, начала бледнеть и постепенно затухать. Он беспомощно упал на дорогу, уткнувшись лицом в асфальт. В темноте продолжалась ожесточённая борьба. Несмотря на то, что связь разорвалась, призванное существо боролось, пытаясь забрать как можно больше.

Я подхватил своего напарника подмышки и потащил его в сторону. Томас не приходил в сознание, его голова беспомощно болталась на груди.

- Что же ты натворил? — скорее подбадривая себя, чем в надежде получить ответ, сказал я ему.

Мы кое-как перебрались через поваленный ствол. Оттащив тело ещё метров на сто, я на ощупь, чувствуя, как по моему лицу со всей силы хлещут ветки кустарника, сполз в канаву рядом с дорогой. И уже практически сидя тащил Томаса, к первым деревьям.

Прислонив его к стволу, я стал прислушиваться к окружающим меня звукам. Со стороны, откуда мы пришли, всё ещё доносились вопли.

Я тяжело дышал, и меня начало тошнить от запаха крови, которой был перепачкан Томас. Засунув ему руку под футболку я стараясь нащупать сердцебиение.

- Сумка эта, - я грязно выругался, запутавшись в кожаной лямке, на которой она висела.

Сердце едва ощутимо билось, я облегчённо вздохнул: «Куда ты от меня денешься?!» И, откинувшись на ствол дерева, закрыл глаза.

Визг постепенно стих, и нас окутали лесные шорохи. Сейчас у меня было одно желание: достать свой артефакт и отмотать всё назад. Но, несмотря на случившееся, заставить себя я пока не мог, слишком высока была цена. Тем более, что пока все были живы.

По моим ощущениям прошло минут тридцать, прежде чем я решился достать свой смартфон. Я включил экран, по которому тонкой паутинкой расползались черные трещины. Лицо Томаса было мертвецки синее, судя по всему, дела оказались намного хуже, чем я ожидал.

Подтянув к себе его сумку, я начал перебирать её содержимое. Я не особо разбирался в «пыльниках» и имел только приблизительное представление об их назначениях. Несколько самых распространённых я ещё мог отличить.

Помимо небольших свернутых из бумаги конвертиков, в ней также лежала его книга в темно-красном переплёте. Вытащив кипу бумажных свёртков, я начал разглядывать их содержимое.

Кроме замысловатых значков на них ничего не было. Увидев знакомый символ, я радостно открыл конвертик и посмотрел на светло-красный порошок.

- Ох, надеюсь, это тебе поможет, - и высыпал весь порошок себе на руку.

Продолжая держать Томаса, я подкинул над нами всю порцию. «Богрянник» начал переливаться всеми оттенками красного и, образовав вокруг нас облако, завис в воздухе. Осталось только ждать, что сможет восстановить часть потерянной крови.

Придерживая Томаса, чтобы он не завалился, я стал медленно погружаться в полудрёму. Усталость и полученные травмы брали своё. Сколько я не сопротивлялся, это было сильнее меня.

- Пол! — позвал меня знакомый голос.

Я открыл глаза и прислушался. Видимо, показалось, вокруг было всё без изменений. Только я собрался снова закрыть глаза, как тело Томаса шевельнулось.

- И давно ты меня лапаешь? - едва слышно сказал он.

- Томас! — неожиданно для себя я обнял его. — Вот ты придурок, - никогда я ещё не был так счастлив, услышав его голос.

- Ты ещё и по сумке у меня лазил, - делая вид, что недоволен, так же тихо прошептал он. — Да хватит меня лапать, - он начал пытаться вырываться.

Я вылез из-под него и прислонил его к дереву.

- Ну, ты как?

- Жить буду, надеюсь, долго, - он криво улыбнулся. — Чем всё закончилось?

- Надеюсь, мы больше с ним не встретимся, - задумчиво ответил я. — Тихо, - не успел договорить я свою мысль.

Со стороны леса кто-то очень осторожно крался в нашу сторону.

Глава 25

Раздался звонкий хруст ветки, и всё тут же стихло. Солнце уже должно было всходить, но сквозь густую крону деревьев практически не проникало. Я вглядывался в темноту из-за ствола дерева, за которым мы прятались, но сколько бы я ни напрягал глаза, ничего так и не удалось разглядеть. Мне мерещилось, словно кто-то мечется. Но, скорее всего, это было моё воображение. Я успокоился и сел рядом с Томасом.

- Что делать будем? — спросил я его.

- Не знаю, давай здесь посидим, - едва слышно сказал он.

- Это хорошо, что ты шутишь. Значит, точно выживешь, - я замолчал и устало вздохнул. - Признайся честно, ты же на меня всегда надеешься?

- В каком смысле?

- Когда вот это вот всё? Когда на грани?

- Дурак ты, Пол, - он попытался пошевелиться и приглушенно застонал. — Я каждый раз надеюсь, что тебе не придётся его использовать.

Мы сидели молча, я задрал голову и разглядывал крохотный кусочек посветлевшее небо.

- Прости. Что-то накатило. Перенервничал, - смущённо с паузами сказал я.

- Буду расценивать это как признание в любви, - по голосу чувствовалось, что он улыбается.

- Ага, - я ухмыльнулся, сейчас мне совершенно не хотелось ему отвечать колкостью.

Сзади опять раздался хруст ветки.

- Там точно кто-то есть, - тихо шепнул я и снова выглянул из-за дерева.

Рассвет постепенно делал своё дело, очертания деревьев стали более чёткими. Недалеко от нас, за толстым стволом, происходило какое-то движение.

- На десять часов, - коротко бросил я.

Томас потянулся к своей сумке и дрожащей рукой начал перебирать бумажные свёртки. Через несколько секунд он протянул мне один из них.

- Толку от него мало, но от глаз должен скрыть, - и он устало опустил голову.

Аккуратно высунувшись, я стал наблюдать за происходящим, крепко зажав в руке «пыльник». С каждой минутой напряжение нарастало, было ощущение, что я соревнуюсь с невидимым соперником, то первый себя выдаст.

Сердце глухо отстукивало свой ритм, отдаваясь острой пульсацией в моей многострадальной голове. От напряжения заныли глазные яблоки. Я закрыл глаза, пытаясь выровнять своё дыхание.

Снова послышался тихий хруст, и за стволом появилось едва заметное голубое свечение. Времени ждать больше не было. Я быстро развернул бумажный свёрток и высыпал чёрный порошок себе в руку.

Голубая молния вырвалась из-за дерева и метнулась в нашу сторону. Моя реакция всё-таки сработала моментально. Чёрный «пыльник» разлетелся облаком вокруг нас, и в ту же секунду нас накрыла густая тьма, захватывая всё больше пространства.

Несмотря на то, что видимость практически пропала, я продолжал наблюдать за голубыми вспышками, которые метались из стороны в сторону. Видимо, противник был дезориентирован, это был мой шанс.

- Томас, дай нож, - прошептал я.

В моей руке оказалось его изогнутое оружие - холодный, постоянно жаждущий крови нож. Стараясь не сильно шуметь, я по дуге бросился в сторону огней. Молния на мгновение замерла и двинулась мне навстречу.

Сжав зубы, я замахнулся для удара, резкая боль пронзила мою руку. Кровь потекла по правой кисти. Я удивлённо посмотрел на причину столь резкой боли. В моей руке зияла рваная рана как от острых зубов.

Повсюду замелькали алые огоньки, они кружили вокруг меня, сжимая своё кольцо.

- Госпожа, остановитесь, - услышал я до боли знакомый голос.

- Хильда, - выдохнул я.

Сверкающая синим молния приблизилась ко мне вплотную, и нежная рука дотронулась до моего плеча.

Сквозь окутывающую словно густой туман тьму я различил руку, покрытую голубыми символами.

Кружащие огоньки исчезли, «слёзы глубинника» начали рассеиваться. Передо мной стояла Хильда, недалеко от неё виднелась фигура Агаты.

- Вас вообще нельзя одних оставлять, - бросила Агата с неизменно суровым взглядом. — Где Томас?

- За деревом, - быстро ответил я.

- Хильда, займись его рукой, - распорядилась она и уверенным шагом двинулась к моему напарнику.

- Иди сюда, - коротко скомандовала служанка и посадила меня на поваленный ствол. — Что же с вами столько проблем?! - ворчала она, доставая из своей сумки длинную палочку, небольшой пузырёк и упаковку бинтов.

Ловким движением она начала выводить на моей руке причудливый узор. Кровь на глазах остановилась, и рана практически перестала болеть, хотя была всё ещё пугающе глубокой.

- Госпожа, рана слишком серьёзная. Боюсь, что моих сил не хватит, - с озабоченным видом сказала она, держа меня за кисть.

Я отвернулся в тот момент, когда она повернула мою руку таким образом, что рана стала ещё шире.

- И не обязательно так крутить, - проворчал я, за что был тут же награждён грозным взглядом моей спасительницы.

Она отпустила мою руку и подошла к своей хозяйке, они перекинулись парой слов и Агата достала из своей сумки свёрток, излучающий алый свет.

Не говоря ни слова, Хильда расправила крупный листок, похожий на кленовый, и очень бережно начала приматывать его к моей ране.

- Как Томас? — спросил я, не отрываясь от её лица.

Её юное лицо выражало сосредоточенность и серьёзность. Заметив, что я так пристально на неё смотрю, она залилась лёгким румянцем.

- Что? — вызывающе бросила она.

- Да я просто спросил, как Томас, — улыбаясь, ответил я.

- Нормально с ним всё будет, — Хильда старательно прятала свои глаза.

- А как вы нас нашли?

- Это сложно объяснить, — она нахмурилась. — Словно на тебе была моя метка, но я точно не оставляла её. Она была очень слабая, я даже не уверена была, что это ты. Но госпожа настояла, — смущённо ответила она, туго забинтовывая мою руку.

- Так это зверушки Агаты так меня цапнули, — я покрутил перебинтованную руку.

Судя по её лицу, она хотела сначала обидеться, но не сдержалась и тихо рассмеялась: «Сам ты зверушка» — и щелкнула меня по носу.

- Хильда, помоги мне, — раздался взволнованный голос Агаты. — Его нужно как можно скорее переместить.

Служанка подбежала к ней и перехватила опирающегося на Агату Томаса. Минуту спустя перед ними открылся уже знакомый мне портал. Хильда вместе с моим напарником не спеша вошли в него и исчезли за искажающей пространство поверхностью.

- Ну, — Агата нервно показала рукой на своё творение.

- Простите, госпожа Агата. Всё никак не могу привыкнуть к вашим чудесам.

Она цокнула языком и отвернулась. Я подошёл к ней, и мы какое-то время стояли молча. Повернувшись к ней, я попытался понять, о чём она думает. Но её лицо было словно каменная маска, надёжно скрывающая её настоящие чувства.

- Спасибо! — быстро сказал я и шагнул в портал.

Лёгкое головокружение чуть не сбило меня с ног, и я схватился за первое попавшееся мне под руку.

- Госпожа?! — вскрикнула Хильда.

Первым попавшимся оказалось платье Агаты. Видимо, она шагнула следом за мной. Неловкая пауза повисла над нами. Агатания гневно смотрела на мою руку, которая вцепилась в её платье в районе груди.

Она гневно дёрнула плечами, пытаясь «стряхнуть» её.

- Вот верите, нет?! Это случайность, — попытался отшутиться я, дурацки улыбаясь и разведя руки в стороны.

Агата испепеляла меня взглядом, но мне ничего не говорила.

- Хильда, в комнату, — скомандовала она и скрылась за дверью.

Оставшись один, я устало упал на маленький диванчик, на котором ютился в первую ночь. В открытые окна врывался свежий утренний ветер, донося до меня звуки морских волн. Вытянув ноги на стул, я закрыл глаза и облегчённо вздохнул.

Тихий шум моря убаюкивал меня, и я начал проваливаться в мягкую дрёму. Сквозь сон я почувствовал, как что-то очень нежное коснулось моих губ. Я вздрогнул и облизал сухие губы.

- Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила Хильда.

- Когда ты рядом — чудесно, - ответил я, улыбаясь, не открывая глаза. — Из пожеланий — постель бы поудобнее.

- Пошли, - и она потянула меня за руку.

- Ну что ты делаешь? Никакой жалости к измученному жизнью мужчине, - наигранно плачущим голосом начал возмущаться я и притянул её к себе.

Она даже не собиралась сопротивляться и прижалась к моей груди. Я открыл глаза и встретился с её светло-голубыми глазами. Они были широко распахнуты и слегка блестели от слёз.

- Ну ты чего раскисла? — ласково спросил я.

Она уткнулась мне в грудь и неразборчиво пробубнила. Всё, что смог разобрать: «Такой дурак».

Я обнял её и погладил по голове здоровой рукой.

- Сейчас же всё хорошо, - приговаривал я, чувствуя под рукой её упругие волосы.

- Мне кажется, что вы нашли не самое удобное место, - очень недовольно произнесла Агата.

Я повернулся к ней, а Хильда в один прыжок оказалась на ногах рядом со мной. В тот момент, когда я поворачивался, успел заметить, что Агата улыбалась. Но стоило мне повернуться, как её лицо стало суровым.

- Госпожа, прошу прощения, - сильно покраснев, едва слышно сказала Хильда.

- Мне кажется, будет всем удобнее, если он какое-то время побудет у тебя в комнате, - снисходительно заявила её хозяйка и тут же пошла на кухню, старательно скрывая свою улыбку.

- Я тебе говорила, - грозно заявила Хильда и стукнула меня по плечу.

- Ой-ой, нельзя, я больной, - я демонстративно поднял перебинтованную руку.

- Мало тебе, - злобно бросила она и, отвернувшись, добавила: «Пошли уже».

Оказалось, что рядом с дверью в комнату Агатании была ещё одна неприметная дверь. Если её не знать, то можно было предположить, что это просто деревянная панель, украшающая стену.

За ней достаточно круто вверх вела деревянная лестница с вытертыми ступенями. Лестница вывела на мансардный этаж, где под крышей была устроена уютная просторная комната.

Хильда подошла к небольшому окну, расположенному на скате крыши, и открыла створки. Морской ветер с его звуками наполнил комнату шумом моря и криком птиц.

Я подошёл к ней и осторожно обнял её сзади. И за долгое время, что я был знаком с Томасом, мне стало не так одиноко.

Она была частью этого странного мира, с его порой несправедливыми законами. Маленькая служанка, которая провела со своей госпожой пугающее количество лет. Она и дальше будет рядом с ней, потому что это уже часть её самой.

Отними у неё Агату, и она потеряет смысл жизни, даже если я буду рядом. И в этой безысходности мы чем-то были с ней похожи.

- При других обстоятельствах я бы с удовольствием провёл здесь недельку-другую, - мечтательно сказал я в открытое окно.

Хильда прижала мои руки к себе, словно боялась, что я её отпущу. Вдруг она резко отстранилась и начала командирским тоном:

- Так, быстро в постель, тебе требуется отдых. Сегодня никаких волнений и всего остального.

- Чего всего остального? — я протянул к ней здоровую руку.

- Ничего, - она хихикнула и, крутанувшись на одной ноге, увернулась от меня. — И я не шучу, - грозно закончила она, подойдя к кровати.

- Больной, - скомандовала она, указывая на постель.

- Ты очень суровая медсестра, - проворчал я, стягивая с себя одежду.

Хильда, заметив, что мне не очень удобно раздеваться одной рукой, подошла ко мне и деловито начала помогать.

Оставшись в одних трусах, я снова попытался её обнять.

- Пол?! — она чуть ли не топнула ногой и показала пальцем на постель.

- Ну а вдруг бы прокатило, - обиженно сказал я и нырнул под тонкое одеяло.

Она поправила мне одеяло и, снисходительно улыбнувшись, вышла из комнаты. Лёжа в кровати, я смотрел в открытое окно и думал, как такое возможно. Нас разделяли несколько столетий, разные эпохи, до недавнего времени разные миры. Но она стала за такое короткое время так мне близка.

После последней мысли сопротивляться закрывающимся векам уже было невозможно.

Судя по красноватому зареву, я проснулся, когда солнце заходило за горизонт. Было такое ощущение, что я проспал не день, а как минимум неделю. Вся усталость, ноющая боль во всём теле магическим образом прошли.

Я потянулся и сел в кровати. Посидев так пару минут, я уверенно откинул одеяло и стал быстро натягивать штаны. Осознав, что я не ел больше суток, я почувствовал, как резкий приступ голода затуманил мой разум.

Не знаю, что и как, но я готов был съесть целого быка. Мысли о свежем стейке только ещё сильнее стимулировали выделение слюны. Неудачно сглотнув, я закашлялся, поперхнувшись.

Послышались тихие шаги, и на лестнице показалась Хильда.

- Проснулся? — снова сильно смущаясь, спросила она.

- Ага, — я нервно натягивал футболку. — Ты не представляешь, как я хочу есть.

- А я как раз тебя будить пришла. Томас ещё спит, но ужин уже готов, — она смотрела на свои руки, которыми перебирала фартук.

Я подошёл к ней и молча обнял, она замерла и прижалась щекой к моей груди. В очередной раз меня удивила её смена образа: она одновременно могла быть отважной защитницей, готовой броситься в пекло, и смущающейся юной девушкой.

- Ты такая забавная, — вырвалось у меня.

Я тут же получил тычок в правый бок, и она попыталась вырваться.

- Ты что, будешь смеяться надо мной? — всю её кротость как рукой сняло.

Пытаясь справиться с бойкой служанкой, я только сейчас обратил внимание, что моя рука свободно двигается. Никакой боли или дискомфорта я не испытывал.

- Отпусти, — выкручиваясь, сквозь зубы повторяла она.

Через какое-то время её попытки ослабели, и она беззащитно посмотрела на меня.

- Я совершенно точно не собираюсь над тобой смеяться, — не отрывая взгляда от неё, тихо сказал я и поцеловал её в губы.

Когда я открыл глаза, она всё еще стояла с закрытыми глазами, я наклонился к её уху и прошептал:

- Я сейчас с голоду умру.

- Ты невыносим! — взвизгнула она и, оттолкнув меня, побежала вниз.

В столовой за небольшим столом был накрыт простой, но очень аппетитный ужин. Стейка я не обнаружил, но зато тут была какая-то жареная рыба, от золотистой корочки которой я чуть не упал в обморок.

За столом сидела Агата и задумчиво смотрела в окно.

- Госпожа, — поприветствовал я её. — Как наш товарищ?

- Томас потерял очень много крови, — сухо констатировала она. — Если бы не «багрянник», который вы так вовремя использовали, скорее всего, мы бы сейчас его оплакивали.

- О, вы очень плохо знаете этого паршивца, — я нагло сел за стол и стал изучать яства голодными глазами. — Если бы только знали, в какие передряги мы с ним попадали.

- И ты его всегда спасаешь? — напрямую спросила она, слегка вздёрнув подбородок.

- От вас ничего не скроешь, — я ухмыльнулся. — Но не всегда, а только когда дело совсем плохо. Вот в этот раз вы наши спасительницы.

- И тебе не жалко? — её тон с высокомерного стал более мягкий.

- Ну вы же его видели, — я потянулся за блестящими щипцами в миске с зелёным салатом. — Болезненный он какой-то, жизни толком не видел.

- А Вы весёлый человек, Пол, — она снисходительно улыбнулась.

Наверное, первый раз за долгое время она назвала меня по имени без неприязни в голосе.

- Госпожа, — я кивнул и отправил в рот небольшую половинку красного помидора. — С некоторых пор я стал относиться к жизни немного проще.

Я подцепил вилкой филе рыбы, и оно легко отстало от костей.

- Хильда, ты волшебница, — сказал я и отправил его в рот.

- А ещё у вас полностью отсутствуют манеры, — Агатания цокнула языком.

- Ну не могу же я во всём быть идеальным, — я потянулся за очередным куском.

- Хильда, принеси вина, — видимо, Агата устала постоянно на меня злиться.

Служанка быстро, едва заметно, кивнула и кинулась в сторону резного комода.

- Вот бы сейчас что-нибудь покрепче! — вдогонку чуть ли не закричал я.

Хильда не поворачиваясь, замерла, ожидая реакции своей госпожи.

- Сама смотри, — равнодушно сказала Агата, — Это твои запасы.

Раздался звук открывающейся двери, на пороге комнаты Агаты стоял Томас, замотанный в одеяло.

- Томас, зачем ты встал?! — вскрикнула Агата, и тут же осеклась, но поняв, что никто даже не обратил на это внимание, подошла к нему. — Ну зачем?

- Я слышал, у вас тут есть отличная выпивка. Как я могу такое пропустить.

- Вот, я же говорил, что так просто его в могилу не загнать, — хмыкнул я и потянулся за низким бокалом из толстого стекла.

Глава 26

Агате с трудом получилось уговорить Томаса переодеться во что-нибудь приличное, он упорно хотел сесть за стол закутанный в одеяло ссылаясь на свою слабость и нежелание подчиняться жестокости этого матриархального мира. Только после того, как она поставила ему ультиматум, что он может есть и так, но в полном одиночестве, он поддался на уговоры.

Про полное одиночество это она, конечно, загнула, мне было абсолютно всё равно, как и в чём он сидит, пусть хоть голый. Я был искренне рад, что ему стало лучше. Но вмешиваться даже не собирался, что поделать, если ей так хочется поиграть в эту игру.

Томас вышел переодетый и очень недовольный.

- Ой, да расслабься ты, — бросил я и взял небольшой кусочек хлеба с намазанной сверху однородной массой.

- Можно мне тоже? — Томас показал пальцем на мой бокал с виски.

Хильда тут же посмотрела на Агату, ожидая её одобрения. Та сверкнула глазами и недовольно кивнула. Эта небольшая сцена так меня рассмешила, что я чуть не подавился. Видимо, не важно, кем является женщина и когда она была рождена, если у неё есть потребность в заботе, она непременно постарается её реализовать.

Стоящая рядом с Агатой Хильда тут же подошла ко мне и слегка постучала по спине, чем только усугубила ситуацию Приступ смеха уже невозможно было сдерживать.

- Пол, у Вас всё хорошо? — Агата бросила на меня оценивающий взгляд.

- Да, всё отлично, — вытирая слёзы, ответил я.

- И что же вас так рассмешило?

- Природа, госпожа, природа, — я снова прыснул и тут же уставился в тарелку.

Хильда незаметно ткнула меня в бок и недобро посмотрела.

- Всё, всё, — я тут же постарался успокоить её, не скрывая своей улыбки.

- Я рада, что все остались живы, — официальным тоном начала Агата, покачивая свой бокал с вином. — Но мне всё же хотелось бы узнать, что у вас произошло?

- Рассказ будет не из коротких, — предупредил я, откидываясь на стуле. Первый голод я утолил, поэтому мог спокойно смаковать темно-каштановый напиток.

Когда мой рассказ дошёл до встречи с Еоной, она вся напряглась и нахмурила брови, но ничего не сказала.

- Ну, а потом это Йозеф, — сказал я, описывая встречу в лесу.

- Как ты сказал?! — она резко перебила меня.

- Йозеф, по-моему, она так его назвала при первой встрече, — я отхлебнул из бокала, стараясь вспомнить ту встречу. — А что?

- Ничего, — она стала ещё более хмурой. — Что дальше было?

Я закончил свой рассказ на том месте, где две воинствующие дамы сначала хотели лишить меня жизни, но потом не устояли перед моей неземной красотой.

- Как ваша рука? — спросила Агата, снисходительно улыбнувшись от моего финала.

- Рука как новая, а может и лучше, — я покрутил ею перед всеми.

- Хильда, снимешь потом ему повязку, — она внимательно посмотрела на неё, словно не хотела, чтобы я сам касался того, что лежало внутри.

- Да, госпожа.

- Агатания, кто он? — вдруг спросил Томас, который всё это время сидел молча и смотрел куда-то в пространство. — С ним даже Червь не мог справиться.

Агата молчала и ритмично стучала пальцем по светло-кремовой скатерти.

- Слушайте, — начал я раздражённо. — Почему все вокруг считают, что нужно обязательно играть в шпионов, секреты, тайны, недомолвки. В чём проблема просто взять и рассказать? — судя по взгляду, которым меня одарили, Агата готова была взорваться.

- Есть вещи, - было видно, как ей сложно сдерживаться, - которые лучше вообще не обсуждать. Особенно если они касаются очень могущественной силы.

- Ну мы так-то тоже не из простых, - я равнодушно пожал плечами.

- Вы, скорее, без мозгов, - злобно бросила она и отвернулась.

- С этим я бы поспорил, ну да ладно, как госпоже угодно, - ухмыльнулся я.

За столом повисла напряжённая тишина. Хильда смотрела на свои руки, словно стесняясь, что может не быть на стороне госпожи. Томас продолжал изучать пространство и, видимо, о чём-то сосредоточенно думал. А Агата, отвернувшись в сторону окна, начала интенсивнее отбивать пальцем по столу.

- Когда-то он был простым человеком. Одним из тех, кого отдавали ведьмам в качестве подношений, - было видно, как ей неприятно это говорить. — Да не смотри ты на меня так, - возмущённо сказала она мне. — Не знаю почему, - она сделала паузу, - но он остался с ней. А потом он предал всех. Из-за него сожгли мою мать, - её голос начал гневно дрожать, - из-за него не стало моего леса. Это он виноват во всём, - последние слова она уже говорила сквозь сжатые зубы.

- Ну, можешь нам сказать спасибо. Его больше нет, - я поднял бокал в жесте тоста.

- Ты это видел? Ты видел, как он сдох? — она тяжело дышала от возбуждения.

- Нет, - спокойно ответил я, - не видел, но я знаю червя.

- Пол, я не уверен, - возразил Томас. — Ты видел, как он ему челюсть вывернул?!

- Ерунда какая-то, - я встал и подошёл к открытому окну.

Солнце уже зашло, и бухту освещал только свет маяка, который ритмично поворачивался. Судя по тишине, на море был полный штиль.

- Хорошо у вас тут, - сказал я больше для себя, чем для всех остальных.

Я порядком устал от всей этой истории, хотелось всё прекратить прямо сейчас. Просто заплатить свою цену, вернуться в тот самый день, когда я сюда приехал, и убраться к чёртовой матери. Но слишком дорого мне бы это стоило, уж очень много времени пришлось бы отмотать.

Раздался звук открывающейся входной двери. Агата вскочила со своего места, Хильда тут же встала перед ней. В комнату зашёл Генри, с нашей последней встречи он выглядел ещё хуже. Бледное, искажённое в неестественной гримасе лицо, покрытое крупными каплями пота. Он весь дрожал и судорожно заламывал руки.

Следом за ним зашла фигура в чёрном, пройдя в центр комнаты, она откинула свой капюшон. Перед нами стояла та, которую мы нашли в лесных развалинах. Молодая симпатичная ведьма с пустыми безразличными глазами. Она обвела взглядом всех присутствующих.

- Агатания, - поприветствовала она, - Ты всё так же похожа на свою мать, но совершенно не умеешь, возводить охранные барьеры. Что тут, что дома.

- Вы тоже не изменились, госпожа Еона, - я чуть не подавился своим собственным языком. Агата кого-то назвала госпожой.

- И девочка при тебе. Мне всегда казалась странной эта твоя страсть, - Хильда вся напряглась и выпрямилась. На её руке проявились едва заметные письмена. — Знаешь, я никогда не одобряла, когда безродных учили этим рунам, - она посмотрела на её руки. — Они оскверняют их. — Но я не затем сюда пришла, - она повернулась в мою сторону.

- Уважаемая, вы мне порядком надоели, - я демонстративно отхлебнул из бокала.

- Госпожа, - взволнованно сказала Агата.

- Да нет, пусть говорит. Мне он нравится, смелый, безрассудный. Напоминает.., - она осеклась. — Только очень несговорчивый.

- Послушай меня, я знаю твою ношу. И я могу освободить тебя от неё, - несмотря на то, что она улыбнулась, её глаза продолжали оставаться абсолютно пустыми. — Ты же не знаешь всю его силу. То, во что он превратился сейчас! Это какое-то нелепое стечение обстоятельств. Какая-то глупая шутка, - в её голосе чувствовались нотки досады.

- А почему я должен тебе верить? - её слова меня не на шутку заинтриговали.

- У тебя нет выбора. Так или иначе, он будет моим, - уже более равнодушным голосом сказала она. — Ты можешь отдать мне его сам, а можешь понаблюдать, как все присутствующие умрут, прежде чем я заберу его. Как ты понимаешь, ты тоже умрёшь.

- Ну это мы ещё посмотрим, - я залпом допил бокал.

Еона пожала плечами и сделала шаг назад. Генри, который всё это время стоял рядом, упал на колени и схватился за голову. Его глаза закатились, и он издал пронзительный вопль. Под кожей на его руках начали вздуваться вены, они словно были заполнены лавой, испуская оранжевый свет. Он начал бить себя по рукам, как будто хотел что-то стряхнуть или вытащить из-под кожи. Одна из вен лопнула, и на пол потекла яркая оранжево-красная тягучая субстанция. Генри начал срывать с себя одежду, всё его тело было покрыто вздутыми сосудами.

- За что? - прошептал он, когда кожа начала сползать с него.

- Пепельник, - выдохнула Агата.

Генри был похож на обгоревшего человека, плоть которого продолжала медленно тлеть, в некоторых местах разгораясь, словно угольки, на которые подули. Он схватил стул и с силой швырнул в сторону Томаса.

Я даже не успел сообразить, как Агата скользнула к Томасу и, подхватив его, переместилась в сторону. Стул с грохотом ударился в стену, рассыпавшись на отдельные части.

- Агатания, не ожидала я от тебя такого. Он же сакрифант, тебе не противно его касаться? — с брезгливостью в голосе спросила Еона.

- Госпожа Еона, - в голосе Агаты уже не было того уважения, с которым она встретила её. — Мы обе прекрасно знаем, кто приложил руку к их существованию.

- Прислуга всегда нужна, ты же сама это знаешь, - спокойно возразила Еона. — Разве твоя прихоть не такая же? — она кивнула в сторону Хильды.

Рука Хильды вспыхнула голубым свечением, блеснул холодный металл. Она голубой молнией кинулась в сторону к Генри и бесшумно воткнула свой клинок по самую рукоять в его грудь.

Удар был такой силы, что обожжённое тело пошатнулось и едва удержалось на ногах. Генри взвыл и схватил её за руку, державшую рукоять. Хильда пронзительно вскрикнула, он отшвырнул её, как тряпичную куклу.

Хильда ударилась о комод и упала на пол. В том месте, где её схватили, был ожог, по форме напоминающий человеческую руку.

- Хильда! — воскликнула Агата. — Госпожа Еона, прекратите, - её голос слегка дрожал.

- Агатания, ты стала зазнаваться, - холодно произнесла она. — Твоя мать была мне как сестра, но не забывайся, ты не ровня мне.

Глаза Агаты холодно сверкнули: - Может быть и не ровня, но не смей так говорить о моей матери. Это ты заставила её уйти от нас, а потом предала, - вокруг неё едва заметно задвигался воздух.

Генри ринулся к ней, выставив вперёд руки. Несмотря на свою кажущуюся неуклюжесть, он двигался молниеносно. В тот момент, когда он был в метре от неё, синяя молния промелькнула и ударила его в правый бок.

Он не смог устоять, повалился и, проскользив по полу пару метров, ударился о противоположную стену. На нём, объятая пламенем, сидела Хильда, её глаза источали неконтролируемый гнев.

Она, как маленький зверёк, загнанный в угол, готова была биться до последней капли крови. Выдернув свой небольшой клинок, она, обезумев, вгоняла его в тело, которое когда-то было Генри.

Каждый новый удар давался ей всё с большими усилиями. Пламя, которое окружало их, переметнулось на деревянные панели, и они шумно затрещали.

Несмотря на полученные раны, пепельник продолжал сопротивляться. Его тело начало разгораться, словно уголь в кузнечном горне. Глазам стало больно смотреть на раскалённый, практически белый свет.

Раздался оглушительный грохот, и тело Генри разлетелось на десятки раскалённых кусков. Хильду подбросило, с силой ударило об потолок, и она без движения упала рядом со мной, неестественно изогнувшись.

Огонь быстро распространялся по комнате, охватывая всё большую площадь. Несмотря на происходящее, Еона даже не пошевелилась.

В суматохе я не заметил, как Томас выскользнул из комнаты. Вокруг Агаты сформировался огненный вихрь. Её волосы, подхваченные воздушными потоками, метались из стороны в сторону.

Сливаясь с пламенем, по комнате кружили маленькие лисицы. Только через какое-то время я понял, что они следуют чёткой траектории, двигаясь вокруг определённого центра, которым была Еона.

Их безумный хоровод начал сжиматься, приближаясь к ведьме. Тельца легендарных зверьков слились в едва различимую линию. Вокруг центра начало формироваться алое свечение, заполняя всё пространство внутри.

Комната, объятая пламенем, заполнилась алым светом от невыносимо яркой вспышки. Странный звук, похожий на взрыв под водой, оглушил меня. Мне в грудь ударила волна воздуха и выкинула в открытое окно.

Весь мир завертелся у меня перед глазами. Я чудом зацепился за металлическую лестницу, спускающуюся к морю, и со всей силы ударился спиной о ступеньки.

Половина дома на скале была объята пламенем, столб ярких искр поднимался в ночное небо. Опираясь на перила, я задрал голову, пытаясь разглядеть, что происходит наверху. Входная дверь вылетела, на площадку перед домом упала Агата, держащая на руках Хильду.

Я поднялся на ноги, рёбра болели, не давая мне нормально вдохнуть. Задыхаясь, я двинулся вверх по лестнице. Платье Агаты было всё в порвано, один рукав был полностью оторван.

Подхватив Хильду на руки и сжав зубы, я посмотрел на Агату.

- Ты как?

- Нормально, - с трудом произнесла она.

- Томас где? — перехватив Хильду, я начал спускаться по лестнице.

- В доме, - её голос был наполнен безысходностью.

- Агата, не вздумай! Нам надо спуститься. Доверься ему, - не говоря больше ни слова, я начал спускаться.

Когда мы были на середине спуска, сверху раздалось громкое шипение. Как бывает, когда на разогретую сковороду плеснули воды.

Весь дом окутал густой туман, пламя затухло, и мы оказались в темноте. Если бы не маяк, я бы точно переломал себе ноги. Когда мы спустились в самый низ, над нами пронёсся пронзительный вопль.

Редкие вспышки освещали тёмную фигуру, которая спускалась по лестнице и что-то тащила за собой. Когда мне всё же удалось разглядеть, ужас охватил меня. Еона спускалась, держа за ногу и волоча по ступеням тело Томаса.

- Сука старая, - выкрикнул я, опустив Хильду на каменный пляж. - Что же ты творишь-то?! Я вот тут слышал, о тебе отзывались как о всемогущей, мудрой. Так всё это херня получается?! Ты просто больная на всю башку! — тело Томаса соскользнуло с последней ступени и глухо упало на мелкие камни. В его руках был зажат фолиант Агаты.

- Так вот как ты сохранила свою силу, - не обращая на меня внимания, обратилась она к Агате, которая с широко раскрытыми глазами, полными отчаяния, смотрела то на Хильду, то на Томаса. — Теперь она не понадобиться, - она разжала руку, выпустила ногу.

Вдруг наступила пронзительная тишина. Я обернулся - как тогда у дома Агаты, весь мир замер. Маяк застыл в тот момент, когда полностью был повёрнут в нашу сторону. Еона медленно двинулась в мою сторону. Её голые ступни при каждом шаге беззвучно погружались в мелкие камни.

- Ты даже не представляешь, на что он способен, - спокойно начала она, я всё видел, слышал, понимал, но не мог пошевелиться. — Тот, которого вы называете «прислужником», всё исказил.

Она подошла вплотную и провела рукой по моей голове. Её тонкие пальцы проникли в мои волосы, и она обошла меня по кругу.

- Ты знаешь, мне искренне жалко тебя убивать. Но ты же сам отказался по своей воле отдать мне его. Ты выбрал всё это. Она обвела рукой небольшой пляж. Смотри, что стало с твоим другом, - она схватила меня за волосы и повернула в сторону Томаса. — Бедняжка, он и так практически не человек. Вцепился в эту книгу, - её голос наполнился безумием. — А тут у нас кто?! — она резко повернула меня в сторону Хильды и Агаты. — Чернь, которую приручили как игрушку. Она даже хуже, чем домашнее животное. А ты знаешь, как она попала к ней? Ну конечно, ты не знаешь, - она наклонилась к моему уху, и я почувствовал её обжигающее дыхание. — Она должна была быть кормом для кровных лисиц.

Она выпрямилась и встала передо мной: - Но нам пора заканчивать.

Край её подола зашевелился, и показалась голова огненной змеи, которая один раз при мне уже пыталась поглотить Йозефа.

- Это твой последний шанс, - раздался голос в моей голове.

Я почувствовал, что могу шевелить рукой, этого мне было достаточно.

- Не на тех напала, старуха, - прорычал я.

Огненная змея взметнулась вверх, готовая накинуться на меня. Резким движением я схватил старую ведьму за руку и проорал что есть силы: «Cede corpus tuum mihi».

Глаза Еоны, которые до этого были пустыми, расширились, и она растерянно посмотрела на меня. В тот момент, когда наши сознания переплелись, до меня донеслись приглушённые слова: «Вот мы снова и встретились».

Глава 27

В помещении царил полумрак, с потолка свисало множество цепей, некоторые из которых заканчивались ржавыми крюками. Наподобие тех, что используют мясники, подвешивая туши перед разделкой.

Я сидел на грубом стуле, мои ноги и руки были пристёгнуты к нему широкими ремнями. Передо мной в паре метрах происходило какое-то движение. Голова гудела, и было сложно сфокусироваться на происходящем.

Закрыв глаза, я попытался успокоиться, стараясь дышать, считая про себя.

- Пол, мальчик мой, - раздался знакомый голос. — Ты не разочаровал меня.

Мутное пятно, которое шевелилось впереди, постепенно проявилось и приобрело очертание человеческой фигуры. Человек в простой темно-коричневой рясе наклонился над телом, лежащем перед ним на столе.

- Тогда почему я здесь? — спросил я, пытаясь бороться с головокружением.

- Ну а как же? Разве ты не желаешь посмотреть, как я очищу мир от этой мерзости? - Он отошёл в сторону, и я увидел Еону, привязанную к деревянному столу, покрытым пятнами крови.

Он взял небольшой нож и покрутил его в свете огня, что отбрасывал почерневший камин.

- Я так долго ждал этого момента. Запертый в этом месте, - он обвёл помещение рукой, в которой держал нож. — Только с твоим появлением у меня появилась надежда, - он подошёл к камину и поправил грязный чайник, подвешенный на крюк над огнём.

- Ты получил, что хотел, верни мне память, как обещал, - слова давались мне с большим трудом.

- Пол, не надо так спешить, я очень привык к тебе. Скажу больше, мы стали чем-то единым, - он откинул капюшон и посмотрел на меня.

Я увидел лицо человека, чем-то напоминающее моё. Словно я смотрел в кривое зеркало. При каждом движении его черты искажались, казалось, что одно лицо переходило в другое.

- Не правда ли, она прекрасна? - он, подцепив ножом черную ткань, одним движением разрезал её от груди до подола.

Разошедшаяся в разные стороны ткань позволила увидеть обнажённую девушку с бледной кожей и сильно выступающими рёбрами. Он начал медленно водить ножом по её телу. В тот момент, когда его лицо снова попало в моё поле зрения, я с содроганием узнал в нём себя.

- А ты знаешь? Именно ей я должен быть благодарен, что оказался запертый здесь! - я не успел ничего ответить, как тело Еоны изогнулось, и она сделала свистящий вдох.

- Рейнхард? - на выдохе сказала она.

- А кого ты ещё ожидала увидеть? - он наигранно оглянулся по сторонам. - Ну, с нами ещё Пол, - он показал ножом на меня. - Пол, поприветствуй нашу дорогую гостью. А, ладно, - он махнул рукой.

- Ты же знаешь, чем это для тебя может закончиться, - сбиваясь с дыхания, прохрипела ведьма.

- Ну-ну, тебе не надо волноваться, - он ласково провёл рукой по её лицу. - Ты думала, что я умру, когда доберусь до него,но как видишь, мне удалось выжить.

- Выжить?! - она глухо засмеялась. - Ты давно мёртв. А то, что ты называешь жизнью, жалкое существование частицы твоего сознания.

- Заткнись, сука, - процедил он сквозь зубы и воткнул ей нож в правое бедро.

Еона не издала ни звука, а только закрыла глаза: - Той злобы, что питала тебя, когда ты решил «спасти» нас, - спокойно произнесла она.

- Давай, показывай, какая ты сильная, - было ощущение, что он начал захлёбываться своей собственной слюной.

Обойдя стол, он встал возле головы и начал крепить её ремнями. Широкая полоска кожи легла ей на лоб и крепко притянула затылок к деревянному столу.

- Еона, понимаешь, в какой-то момент я осознал, что ты и остальные не могут вершить судьбы людей. Какими бы благими намерениями вы не прикрывались, вы навязывали свою волю нам, - он гладил её по волосам, - Вы же использовали нас! - заорал он, что есть силы, прямо ей в лицо, - Вы пожирали наши души, чтобы дальше развращать нас. Жрать одних и кидать объедки другим.

- Ты просто не можешь простить меня, что он был более способный, - её тон нисколько не изменился.

Я окончательно пришёл в себя, голова уже не так кружилась. Все мои попытки освободить руки ни к чему не привели. Запястья крепко удерживались кожаными ремнями с ржавыми застёжками.

- “Йозеф, Йозеф”, - сказал он, коверкая имя, - Только и слышал я от тебя, - он подошёл к стене и снял с неё странную маску, на которой было изображено искажённое ужасом лицо с круглым отверстием вместо рта, - Ты была моей, я жил ради тебя. А он предал тебя, как только узнал об этой силе.

- Скверна уже тогда овладела твоим разумом, - спокойно возразила Еона. — И ты увлёк его за собой.

- Нет, Еона, это ты скверна, которая заразила всю землю вокруг себя. Все, кто соприкасались с тобой, становились больны. А я спасал их, - он начал крепить маску к её лицу.

- Уважаемые, вы меня, конечно, простите, что отвлекаю вас. Но, может быть, я всё же пойду? — решил я вмешаться в их диалог.

- Дурак, - усмехнулась ведьма, - Куда ты собрался? Ты, видимо, не совсем понимаешь, что происходит.

- Пол, осторожнее, слова её, как опиум, задурманят твой разум, - деловито сказал Рейнхард и резко ударил по гвоздю, который пригвоздил небольшое ушко на маске к деревянному столу.

С маской на лице ведьма уже не могла говорить, а возможно, просто не хотела. За всё то время, что он проводил над ней эти наполненные ужасом манипуляции, она ни разу не показала свой страх, даже голос её не дрогнул.

- Как там тебя? Рейнхард? У нас с тобой был договор, ты обещал. Хочешь с ней играться, меня это не касается. Ты обещал мне вернуть мои воспоминания.

- Пол, ну, во-первых, речь шла о части. Ну а во-вторых, я передумал, - его постоянно меняющееся лицо изобразило что-то наподобие улыбки.

- Слышишь, ты, урод больной! — выкрикнул я и попробовал подпрыгнуть на стуле. — Вы случаем не охерели?! — злость накрыла меня с головой.

Послышался приглушённый маской смех. Чем дольше я слушал этот смех, тем больше мне самому хотелось прибить эту сволочь.

- Тебе незачем так орать, - не обращая внимания на мою истерику, спокойно сказал Рейнхард и вставил в круглое отверстие маски большую грязную металлическую воронку. — Лучше помоги мне, она постоянно падает, - задумчиво произнёс он, пытаясь удержать воронку в вертикальном положении.

Я хотел выругаться на него, но, к удивлению, свободно поднял руки. Никаких ремней, удерживающих меня, не было. Растерянно посмотрев на свои ноги, я вскочил и схватил первое попавшееся мне под руку, им оказалось длинное клеймо с шестиконечной звездой на конце.

- Умоляю, давай без этих геройских выходок, - он даже не попытался отойти в сторону.

- Пошёл ты на хер, ублюдок, - с этими словами я размахнулся и, вложив всю свою силу, ударил его по правому плечу.

Резкая боль пронзила мою руку, я выронил клеймо и упал на пол, хватаясь левой рукой за воздух. От боли у меня перехватило дыхание, я не мог ни выдохнуть, ни вдохнуть.

- Вот ты говоришь, я больной? А ты сам-то нормальный? - инквизитор присел рядом со мной на корточки. — Всё бросил, работу, родных. Связался с этим сектантом. Вот опять же, сам себя калечишь, - он ткнул пальцем мне в плечо.

Спазм отпустил меня, и я заорал; у меня заложило уши от собственного крика. Судя по всему, была сломана кость, рукой невозможно было пошевелить. Опираясь на левую руку, я отполз к стене и в ужасе посмотрел на него.

Его лицо, которое всё больше походило на моё, окончательно стало моим. Тем лицом, которое я постоянно наблюдал в зеркале. На меня смотрел я.

- Удивлён? — я, который не я, встал и снова вернулся к столу. — Мне тебя долго ждать? — нетерпеливо выкрикнул он.

Не понимая, что происходит, я встал. С пальцев правой руки капала кровь, я не чувствовал её от шеи и ниже.

- Что происходит? — сквозь сжатые зубы бросил я.

- Ну я же сказал, мне нужна твоя помощь, — он протянул мне воронку.

Словно в каком-то кошмарном сне, я послушно взял её и приставил к отверстию в маске. Её узкий конец провалился в отверстие, послышался звук удара металла о зубы.

- Давно бы так, — снисходительно сказал он и подошел к камину.

Взяв в руку металлический крюк, он подтянул почерневший чайник, обмотав ручку куском грязной тряпки. Она зашипела и помещение наполнил тошнотворный запах. Он аккуратно снял его с и подошёл ко мне.

- Понимаешь, Пол, — он улыбнулся. — Эта стерва права, я давно умер. Но небольшая часть моего сознания, которая двигала мною последние годы перед смертью, как-то ухватилась за этот мир, а благодаря тебе я окреп.

Моя рука, державшая воронку, бесконтрольно затряслась, выбивая неприятный звук бренчащего метала.

- Держи крепко, руки-то у тебя всего две, — с неподдельной заботой сказал мой собеседник.

Кипяток хлынул из носика в воронку. Тело ведьмы затряслось, послышались булькающие звуки и стоны сквозь них.

Металлическая воронка нагрелась от кипятка, и её стало сложно удерживать. Она обожгла мою руку, и я выронил её. Она упала на пол и звонко покатилась по кругу.

- Как сложно найти хорошего помощника, — проворчал инквизитор и опустил чайник.

- Это просто дурной сон, — сказал я и попятился к стене, левую руку пекло, а с правой продолжала капать кровь.

- Пол, хватит уже ныть. Нам надо закончить с ней, - он сделал паузу, - А потом я займусь тобой, — после его слов из-под маски снова послышался смех, хриплый, как смеются старухи, которые потеряли счёт своим годам.

Я беспомощно осел на пол, сердце бешено колотилось, каждый его удар отдавался неприятным удушающим ощущением в горле. Мерзкий паразит прицепился ко мне в той экспедиции и всё это время питался моими воспоминаниями, чтобы в один прекрасный момент стать мной.

Но как это возможно? Почему ни Томас, никто из его таких важных людей, знакомых с этим скрытым миром, не заметил этого? Все эти годы я был ходячим инкубатором для него. А теперь я застрял в этом маленьком кусочке его собственного мира, выстроенного с такой извращённой любовью.

Человек в рясе наклонился над телом ведьмы, и до меня донёсся звук металлических инструментов.

- Пол, а ты знал, что если сильно постараться, то у ведьмы можно забрать её дар? Хотя нет, откуда ты можешь знать. Этот твой вечный страдающий дружок такие вещи тебе не рассказывал, — он начал деловито насвистывать себе под нос. — Но сделать это в реальном мире невозможно, их мать не позволяет такое, — он небрежно ткнул тонким шилом в голое тело. — Пол, ты меня слушаешь? — он повернулся ко мне.

- Больной ублюдок, — выдавил я из себя.

- Ты начинаешь повторяться, — он недовольно поморщился. — Больше фантазии, Пол, — он снова отвернулся. — Так вот, на чём я остановился? — он посмотрел на потолок. — Ах да! Но в этом месте, где мы сейчас, это возможно.

- Ты у меня в голове, — я лихорадочно соображал, что делать, но мысли путались, в голове творился хаос.

- О нет! Мы не у тебя в голове, — он замер и продолжил: — Хотя это не важно, если тебе нравится, пусть будет так.

Он замолчал и сосредоточенно работал двумя руками, периодически откладывая свои инструменты. При других обстоятельствах я бы сказал, что он был похож на хирурга, делающего сложную операцию.

За ним показалось золотистое свечение, которое пульсировало, словно повторяло сердцебиение.

- А вот и оно, Пол! Посмотри, разве не прекрасна чистая сила последней ведьмы?! — нараспев сказал он.

Он медленно повернулся, держа в руке нечто. Из-за его свечения до конца не было понятно, что он держит. Это нечто пульсировало и освещало всё вокруг себя. Чем дольше я на него смотрел, тем больше я понимал. Как будто мне разрешили прикоснуться к самым сокровенным тайнам мироздания.

Завороженный этими знаниями, я протянул руку, чтобы прикоснуться, мне захотелось, чтобы меня наполнил этот свет.

- Ну уж нет. Трогать я тебе это не дам, — ехидно произнёс он. — Йозеф, — вдруг резко заорал он. — Тебя сюда не приглашали, — рявкнул он в пустоту.

Из тёмного угла рядом с камином вышел человек в знакомом мне дождевике. Он повернул голову и долго смотрел на лежащую без движения на столе Еону.

- Получилось? — хрипло спросил он и закашлял.

- А ты не видишь? — недовольно ответил Рейнхард и сделал шаг в сторону, как будто сторонясь пришедшего.

Йозеф медленно прошёл по комнате и устало опустился на стул рядом со мной. Сколько я ни всматривался под капюшон, лица я так и не увидел.

- Ты знаешь, за эти годы я порядком устал, — хрипло произнёс он.

- Это была часть нашей сделки. Ты думаешь, мне было легче? — огрызнулся инквизитор.

- Когда ты предложил мне забрать её силу, я не поверил тебе, — Йозеф облокотился на колени. — Я думал, что ты всё же одумаешься. Даже хотел отговорить тебя. А она вот не разрешила. Сказала, что скверна уже глубоко в тебе. Кто бы мог подумать, что ты выживешь.

- Ты это о чём? — настороженно спросил инквизитор.

- Она знала, что сила куба не подвластна простому смертному. Но ты уцепился за него, а это, в свою очередь, дало возможность взять куб в руки ему, — он повернулся в мою сторону.

Какое-то время он молчал, не шевелился и просто сидел с опущенной головой.

- Ты должен его отдать, если хочешь выжить, — сухо сказал он.

Я не видел его лица, но чувствовал, что его слова были адресованны мне.

- Ты не знаешь, какая сила заключена в нём, — добавил он и повернулся к человеку в рясе. — Решать нужно сейчас.

- Знаете, что я думаю обо всём этом, — я начал цепляться обожжённой рукой за каменную стену, чтобы помочь себе встать, — А не пойти вам всем на хер со своей силой, артефактами и прочей ересью. Хватит с меня, — наконец-то у меня получилось встать.

- Ну ты сам выбрал, — прохрипел человек в капюшоне и закашлял.

Его кашель становился всё сильнее, и из-под капюшона потекла черная жижа. Образовавшаяся лужа слизи начала вспучиваться, и на поверхности образовались тонкие, словно нити, отростки, они дрожали, словно от возбуждения.

- Это невозможно! — вскрикнул человек в рясе.

- Возможно, Рейнхард, — прохрипел Йозеф. — Ты, видимо, забыл, что мы связаны с ней. И только благодаря тому, что ты затянул её сюда, я смог принести и его.

- Нет, — заорал он и попятился к стене.

Тонкие, словно паутина, нити кинулись к нему и оплели его. Он тут же обмяк и затрясся всем телом. Йозеф встал и медленно подошёл к Рейнхарду. Разжав его пальцы, он вытащил светящееся нечто и, подойдя к Еоне, вложил его в разрезанную рану в районе груди.

- Я не могу сейчас забрать его у тебя, но и ты окончательно потерял часть себя, — после его слов нити морбиса с силой сдавили тело, и оно рухнуло на пол, словно опустошённый бурдюк.

Одним движением руки он сорвал с лица Еоны металлическую маску, обнажив покрытое волдырями лицо. Подхватив её на руки, он медленно пошёл в угол, из которого появился, и исчез так же неожиданно, как возник.

Огонь, который всё это время горел в камине, начал затухать. Пламя подёргивалось, словно пыталось ухватиться за что-то, но в конце концов окончательно потухло.

Я остался один в полной темноте. Вокруг было так тихо, что в ушах начало звенеть. Облокотившись на стену, я съехал по ней на пол и облегчённо выдохнул.

Одна рука продолжала гореть, а второй я так и не мог пошевелить, но внутри был давно забытый мною покой. Как будто я избавился от чего-то, что всё это время терзало меня, не давая возможности расслабиться.

Глубоко вздохнув, я попытался вспомнить что-нибудь из детства. Но сколько ни старался, в голове крутились только события последней недели.

Звон в ушах сменился до боли знакомым звуком. Я стал вслушиваться, и до меня дошло, что это были звуки моря: звуки морской волны, которая накатывает на каменистый пляж.

Зажмурившись, я вдохнул полной грудью, и в нос ударил свежий морской воздух.

- Томас, он дышит, — раздался знакомый голос.

Склонившись надо мной, стояла Агата с растрёпанными волосами и перепачканным лицом. Недалеко от меня лежала Хильда, а рядом с ней, облокотившись на темную скалу, сидел Томас и смотрел в нашу сторону.

- Что с Хильдой? — тихо спросил я и попытался встать, острая боль в руке заставила отказаться от этой идеи.

- Она сильно ранена, но в сознании. Она у меня крепкая, — неожиданно ласково сказала Агата.

- А где Еона и Йозеф?

- Она пропала в тот самый момент, как спустилась с Томасом, а тебя мы нашли лежащим и без сознания.

- Значит, это не конец? — я устало закрыл глаза и прислушался к звуку моря. — Жалко, хороший у вас был домик, — с горечью сказал я и провалился в сон.

***

Машина мчала вдоль моря. Из-за горизонта поднимался огненный красно-оранжевый шар. На заднем сиденье спали Хильда с Агатой.

- Ну и о чём мы будем докладывать? — я уверенно вёл машину по новенькому дорожному полотну.

- Обо всём, — спокойно ответил Томас. — О том, что последняя из девятерых жива и, скорее всего, ей нужен, - он сделал паузу, - Ей нужен твой куб.

- Мой куб, - я усмехнулся, - Знаешь, мне до сих пор не даёт покоя вопрос, почему Йозеф не забрал его у меня. Его же ничто не могло остановить.

- Не знаю, Пол, - Томас смотрел в сторону моря, - Возможно, на то были причины.

- А о них будем упоминать? — я кивнул головой в сторону заднего сиденья..

- Ну, госпожа Агатания всегда не любила излишнее внимание, должны же мы уважать её... — ему не дали договорить.

- Я всё слышу, — раздался недовольный голос Агаты, вызвавший у меня приступ смеха.

- Слушай, всё хотел спросить. А тебе зачем так нужна была твоя сумка?

- Столько лет с ней, было очень жалко её бросать, — спокойно ответил Томас.

Я внимательно посмотрел на него, пытаясь понять, это шутка или он говорит серьёзно.

- Томас, тебе говорили, что ты идиот?!