Когда придет рассвет

Глава 1

Я стоял в неряшливом закоулке, привалившись спиной к жестяной стене то ли склада, то ли цеха. Напротив нависла такая же стена. В голове шумело, дышать было почему-то тяжело, словно я только что вынырнул с глубины. Все вокруг казалось чрезвычайно странным. В первую очередь я сам. Что я, черт возьми, делаю тут, среди мусора и ржавых стен, глубокой ночью? При этом практически ничего не помня?

Каменной глыбой навалилась слабость, и я медленно съехал спиной по стенке, усевшись прямо на грязный холодный бетон. Мне было плевать на грязь, на одежду, интересовал лишь один вопрос – что со мной произошло? Я потер пальцами лоб, пытаясь вспомнить, как я тут очутился? В голове крутились обрывки ярких образов – люди, много людей, какое-то шумное и полутемное место, пробиваемое разноцветными вспышками. Ночное небо, огромная круглая луна… голос.

Едва я вспомнил голос, как все мое тело покрылось мурашками. Голос был тихим, напевным, притягательно зовущим… и абсолютно неразборчивым. Чем сильнее я старался вспомнить этот зов, тем сильнее он ускользал от моего сознания. Единственное, чего я смог добиться – это вызвать в памяти неясный силуэт… тонкий стан… длинные волосы. Кажется, девушка.

От чувства безысходной беспомощности меня охватила злость, и я наотмашь врезал кулаком по стене, даже не почувствовав боли. Зато неожиданно кольнуло слева пониже челюсти. Я рефлекторно прижал ладонь к шее - кожа была чуть влажной. Поднеся руку к лицу, в лунном свете я увидел на пальцах темные пятна и ощутил резкий запах. Запах крови.

Меня подбросило на ноги. Какого черта?! Я еще раз провел ладонью по шее и с ужасом понял, что она вся в крови. При этом никаких порезов или царапин я не чувствовал, да и боли почти не было, только легкое колющее ощущение. Я словно оказался в кошмарном сне. Наконец-то пришло в голову, что надо убираться отсюда. Неожиданная слабость столь же внезапно прошла, сменившись жаждой движения. Наверное, это выброс адреналина со страху. Быстро покинув тупичок, я очутился на большой площадке, заставленной штабелями и контейнерами, дававшими длинные черные тени в мертвенном свете полной луны. Слева тянулся забор из бетонных плит. Одна из ближайших его секций была слегка перекошена. Не раздумывая, я пролез в щель между плитами, стремясь оказаться подальше от этого места, куда меня черт знает на хрена и каким вообще ветром занесло. Подумалось, что я могу вызвать своим видом - грязный, в крови - ненужные подозрения у случайных прохожих, и я натянул на голову капюшон своей толстовки. Хорошо, что она черная, в темноте не будут заметны пятна крови на мне.

Стоя на откровенно дерьмовой дороге, пролегшей вдоль забора, я огляделся, примерно сообразив, где нахожусь. Промзона на краю нашего городка. Точнее, то, что от нее осталось – развалины, пустые цеха и здания, покосившиеся ограждения. Лишь кое-где местные предприниматели выкупили у муниципалитета пустующие площади под свои склады и мелкие производства. Да уж, случайных прохожих тут даже специально не найдешь. Максимум какого-нибудь сторожа-пенсионера… Я замер на миг, размышляя, как удобнее пройти в более цивилизованные места – вдоль тянущейся через весь город железной дороги к переезду или поперек нее через тростниковые заросли и частный сектор? И услышал голоса по ту сторону забора. Вернее, вначале раздался негромкий разнобойный звук шагов, а затем уже голоса. Я прижался к ребристой бетонной секции, скрывшись в густой ночной тени, и вслушался в происходящее за забором.

- Кажется, здесь, – первый голос был хриплым и мужским.

- Уверен? – второй голос оказался женским, скорее даже девичьим. – Не чую.

- А у тебя специализация другая. Не Темных, а Светлых искать. И желательно посимпатичнее, – коротко и гулко хохотнул мужчина.

- Шутник, да? Каждый раз теперь напоминать будешь? – неожиданно обидчиво ответила девушка.

- Да ладно тебе, ведьма. Давай лучше делом займемся.

Донеслось шарканье шагов. Кажется, мужчина заглянул туда, где недавно я пришел в себя.

- Однако, - крякнул он. – Вот теперь точно - здесь. Прямо несет вампирятиной. А вот и кровь. Тут он и покушал.

- Она. По нашим каналам пришло, что в город скорее всего заглянула гастролерша, – отозвалась та, которую назвали ведьмой.

- Может, и она. Хрен редьки не слаще. Ты жертву видишь? И я не вижу. А она - есть. Жрала эта тварь совсем недавно. Так что тело спрятать никак не успела бы. Да и некуда тут особо. Следы все равно оставила бы. Значит, что?

- Инициация, Светлый?

- Бинго, дорогуша! Ленок, я тебя поздравляю, в нашем Мухосранске завелся собственный вампирчик. Ваших прибыло.

- Да уж, Тёмочка. Вот только его и не хватало, чтоб ваш офис в блин раскатать. Теперь-то повеселимся, - судя по сардоническому тону, Ленок мрачно шутила.

- Ну, вам нас катать и катать, допустим. А вот не регистрированный вампир – это, подруга ведьма, проблема.

- Не хотела говорить, но теперь-то… Короче, это фирменный почерк гастролерши. Колесит по всяким захолустьям, и в каждом проводит инициацию. Минимум трое уже. С нашим - четверо. Это те, о ком мы точно знаем.

- Ну, вы, черти Темные… - из голоса мужчины разом исчезла вся доброжелательность. – Почему Ночной дозор не проинформировали?

- Тех троих сразу вычислили, без привлечения Светлых. В общем, сам понимаешь, такая шумиха нам ни к чему…

- Темные, - процедил, как сплюнул, мужчина. - А чего ж саму не поймали в таком случае?

- А она хитрая и опытная. Умудрялась слинять вовремя.

- Или не очень-то пытались... Вот, блин, свалилась на нашу голову. Чего ее куда-нибудь в другое место не занесло? С нашими пятыми уровнями за ней только и гоняться. Она же прокачалась, наверное, я вас умоляю, на вкусной и здоровой пище. Тут минимум из областных отделений маги нужны.

- Слушай, маг, нам сумасшедшая вампирша тоже даром не сдалась. Ее свои бы давно уже сдали, но она, правда, изворотливая. Да давай хотя бы жертву отыщем. Может, по горячему следу и на саму выйдем… Что у тебя из поисковых?

- «Око мага». Но оно у меня слабенькое получается, если честно. На ровной местности метров триста. А если еще и препятствия…

- Ясно. У меня не лучше. Лишь «компас».

- Ну так и давай его на кровь жертвы настроим. Это же не матерую нежить искать. Вряд ли далеко уйти смог. Тем более, возможно, он еще не понимает ни хрена. Желательно успеть бы до рассвета.

Они замолчали, остался лишь легкий шорох их передвижений. А я стоял, обливаясь потом, сердце бешено колотилось в груди, а дышать стало еще труднее. Ноги мелко тряслись.

Это что же получается? Это меня вампир укусил? Это я – жертва? Как в фильмах ужасов? Да что за бред?! Нет, наверное, это просто какие-то местные психи шарятся ночами по заброшенным складам, играя в свои дурацкие игры. Я вздрогнул, когда за забором резко клацнул по бетону каблук, и, стараясь не шуметь и не выходить за границу тени, быстро пошел прочь, постоянно оглядываясь. От бега удерживал лишь страх, что меня обнаружат.

А бред все катился по нарастающей. В очередной раз обернувшись, я вдруг увидел, что в секции забора, возле которой я прятался, начало протаивать огромное мутное пятно. По крайней мере, выглядело все именно так. Затем пятно раздвоилось на два расплывчатых силуэта. Один, крупный и коренастый, протянул руку в мою сторону. Сквозь шум в ушах я услышал уже знакомый голос:

- Да вот же он, Лена! Даже уйти-то не успел. Эй, пацан! А ну, стой!

Это стало последней каплей, лишившей меня остатков смелости. Это что еще за сумасшедшие такие, что умеют ходить сквозь стены?! Я сорвался с места, выскочив под лунный свет, и помчался через дорогу к насыпи железки. Вслед раздался пронзительный женский крик: «Стой, придурок! Хуже будет!». Потом над ухом что-то просвистело – прозрачное и длинное, словно воздух свернули жгутом и бросили мне вслед. Я добавил ходу. Откуда только силы взялись? Проломившись сквозь тростник по узкой тропке, я взлетел по насыпи вверх. Справа натужно загудело – я даже не заметил, что в мою сторону несется товарный состав. Но останавливаться не стал – в два прыжка пересек железнодорожные пути, под конец споткнувшись об рельс, и кубарем покатился в дренажную канаву. Над головой загремели вагоны. Теперь между мной и преследователями хоть временное, но препятствие. Значит, нельзя терять фору. Я поднялся и рванул через дощатый мостик в сторону частного сектора. Кое-где теплились желтым светом окна под нависшими шиферными крышами, и почему-то это подействовало на меня успокаивающе. Запетляв между домами по затейливому переулку, я выбежал на более широкую улицу и помчался по ней в сторону многоэтажек. Домой.

Впереди вспыхнули красные фонари. Это было такси. Вот удача!

- Эй! Эй, подожди! – крикнул я на бегу, видя, что машина уже собирается уезжать. В салоне был только водитель, так что такси было свободным. Таксист заинтересованно высунулся из окна. Я остановился у водительской дверцы, даже не сбив дыхания. Что было удивительно, ведь не припомню, когда последний раз бегал в таком темпе по несколько сотен метров.

- Слушай, подбросишь до Ленина, 112? У меня деньги… - я замялся, шаря в карманах толстовки, - есть! – я извлек зажатые в кулаке несколько сотен и широко улыбнулся таксисту.

Реакция водителя была парадоксальной. Он побледнел, вжался в сиденье и со свистом буксующих колес дал газу от меня. Я с раскрытым ртом смотрел вслед уносящейся машине. И тут почувствовал, что с мной что-то не так. Сунул в рот палец и нащупал... два здоровенных, наверное, сантиметра по полтора, клыка. Что я в этот момент почувствовал, словами описать не получится. Мне стало страшнее, чем несчастному водителю, давшему деру от парня с улыбкой вампира. Тут-то я и осознал в полной мере, что значит выражение «мороз по коже». Мороз был даже не антарктическим – космическим.

- Мама. Мамочка, – даже голос мне отказал, оставив возможность издавать лишь жалобный тоненький писк. А клыки тем временем втянулись так же, как и появились. Мне, впрочем, было не до того.

Я вампир. Твою мать, я – ВАМПИР! За что? Почему это случилось именно со мной? Наверное, я еще не до конца превратился в нежить, раз столь бурно переживаю по этому поводу. Но ведь это необратимо. По крайней мере, если опираться на мои знания о вампирах, почерпнутые из книг и кино. А они оказались не такой уж и выдумкой. Мой мир рушился. Еще несколько часов назад я был самым обычным парнем, работавшим в магазине продавцом-консультантом, у которого были замечательные родители, очень симпатичная любимая девушка, пара хороших друзей и куча приятелей… и кто я теперь? Живой мертвец. Принужденный пить человеческую кровь и прятаться от солнца до того момента, пока кто-нибудь не пробьет мое сердце осиновым колом или не сожжет и не развеет мой прах по ветру. От мысли, что я больше никогда не увижу этот теплый ослепительный шарик в небесной голубизне, мне стало окончательно жутко. Мрак. Беспросветный мрак. А в вампирские романтические сказочки типа «Сумерек» мне не верилось. В реальности бывает или плохо, или еще хуже.

Кстати, ждать, пока со мной покончат, видимо, недолго. Охота уже началась. Троих нашли, найдут и меня. В голове начала оформляться мысль. Я не сомневался, что меня найдут, раз есть такие специально обученные Светлые и Темные, маги и ведьмы, ищущие вампиров, вроде тех двоих. И способности у них очень нетривиальные, так что это просто дело времени. Но молча дожидаться, пока они меня найдут - не вариант. Имеется идея получше.

Я двинулся в город.

* * *

Городок у нас в общем-то небольшой. Так что до своего дома, на другой его конец, я добрался пешком за каких-то сорок минут. Я смотрел на пустынные по ночному времени улицы, и мне хотелось плакать. Я все еще не мог поверить, что больше никогда не увижу их при солнечном свете. Не увижу больше своих друзей и близких – да я просто не посмею показаться им ТАКИМ. Я вообще опасен для них! Вся прошлая жизнь уходила в туман, оставляя только воспоминания, пока еще греющие душу (а есть ли она у меня теперь?). Как пошел в школу, как учился в институте, как встретился с Верой, почему-то вспомнились любимые книжки, фантастика, которой у меня дома заставлен весь книжный шкаф. Много чего еще вспомнилось. Я прощался со своим миром.

Вскоре я стоял перед своим подъездом. В спину бил желто-белый свет ночного фонаря, и длинная тень легла на ступени и дверь подъезда, искаженная и черная… как моя новая сущность. Нерешительно теребя в руках связку ключей, я все-таки поднялся по ступенькам к стальной двери и приложил «таблетку» к считывателю магнитного замка. Дверь клацнула и приоткрылась. Входя, я неловко зацепился кроссовкой за высокий порог и стал падать в темноту подъезда. Закрывающаяся дверь впустила на мгновение фонарный свет, и я, вытянув руки в защитном движении, упал на свою тень.

И мир в очередной раз за сегодня изменился, сломался. Я словно очутился под водой, но при этом не испытывал сопротивления своим движениям. Краски выцвели, приобрели землистые оттенки. В нашем подъезде на входящих срабатывает автоматическая лампочка, так она вспыхнула зловещим багровым пламенем, почти не дающим света. Впрочем, в образовавшемся вокруг сумраке и без этого была достаточная видимость. И увиденное вызвало у меня отвращение. Вдоль стен, по ним и вокруг дверей квартир неизвестно откуда выросло нечто мохнатое, синего цвета, отдаленно похожее на болотный мох (я с дедом в детстве ходил на рямы за клюквой, так что есть с чем сравнить), только более развесистое и… подвижное?! Этот синий мох расступался под моими ногами. Я начал подниматься по лестнице, стараясь не вступить в эту дрянь, потому что она вдруг стала тянуться ко мне.

Дойдя до третьего этажа, я остановился перед дверью нашей квартиры. Здесь мха почему-то было меньше. Я стоял и сверлил ручку двери неподвижным взглядом. Очень хотелось войти… но я знал, что больше сюда никогда не войду.

- Прости, мам. Папа… - слова теснились в груди, мешая друг другу. Я хотел им сказать, как я их люблю, как я по ним сейчас скучаю, как они мне безумно нужны. И мысленно просил прощения за то, что меня у них больше нет.

Я беспомощно оглянулся. Стояла мертвая предрассветная тишина. Вдруг я зацепился взглядом за соседскую дверь. Мне показалось, что я что-то вижу… за ней. Это было похоже на маленький черный вихрь. Он повис в воздухе где-то в районе спальни соседей. Да, кажется, я продолжаю обретать нечеловеческие свойства и чувства. Надо заканчивать с этим скорее. Перед тем как двинуться дальше, я в последний раз посмотрел на свою дверь. И точно так же смог взглянуть сквозь нее. Неясно, словно сквозь густой туман, но я разглядел мирно спящих отца с матерью.

Прощайте.

Я отвернулся и пошел выше. Дойдя до площадки пятого этажа, на ощупь отыскал за распределительной коробкой ключ от технического люка. Поднялся по шаткой лестнице к люку, отпер замок и выбрался на крышу родной пятиэтажки. В лицо дохнул прохладный предрассветный ветер. И здесь, под его порывами, мир снова обрел цвета, я даже почувствовал, как эта серость, этот сумрак неохотно отпускает меня из своих цепких лап. Я поднял взгляд. Сегодня хорошо, на небе ни облачка. Луна уже куда-то скрылась, а далеко на горизонте сине-черное полотно ночи начало вытесняться тонкой розовой полоской у самой земли. Вот и отлично. Ждать осталось совсем недолго.

Путь мой кончался здесь. Под ногами похрустывал рубероид кровли. Я остановился на самом краю крыши. Вспомнил, что всего неделю назад мы с Игорем, моим лучшим другом, сидели тут же, пили пиво, смотрели вниз и обсуждали гуляющих внизу горожан. Было весело. Н-да. Было… Я тяжело опустился на рубероид, аккуратно пододвинулся на самый край и свесил ноги вниз. Всегда боялся это сделать, боялся высоты и ее чудовищно манящей притягательности, но после того Зова, что превратил меня в вампира, призывность пропасти под ногами померкла навсегда.

Оставалось еще одно неоконченное дело, чертовски важное. Я достал смартфон, чудом не разбившийся в кармане после сегодняшних скачек, и набрал Веркин номер. Три, четыре, пять… шесть долгих гудков, прежде чем она взяла трубку.

- Привет.

- Привет. Ты что, охренел? – сонно и сердито отозвалась Вера. – Сначала пропадаешь из клуба посреди ночи с какой-то бабой, потом еще имеешь наглость мне звонить по самое утро?! Ушаков, ты ничего не хочешь мне объяснить?

- Хочу. Вера, я тебя люблю.

- Зашибись заявление. И давно?

- Всегда. Прости меня, Вер. Я, правда, тебя очень люблю. Но… Прости.

- Эй, Ушаков, ты чего задумал? – ее голос приобрел встревоженные нотки.

- Прощай! – сказал я в трубку и отключился. Меня трясло – от холода и от переживаний. Еще немного, и я плюнул бы на все и ломанулся к ней. Но нельзя. Я ведь ее действительно люблю.

Полоса рассвета все росла и росла. В мою сторону потянулись по земле розовые полосы, набирая яркость и прогоняя тьму. Я не шевелился, одновременно безумно труся того, что будет, и страстно желая.

Вслед за розовым по земле начали стлаться желтые теплые лучи-стрелы. Солнце. Я тебя дождался. В последний раз. Я даже снял и отбросил толстовку, стянул с себя футболку, чтоб наверняка. В «Сумерки» я не верю.

Лучше сгореть, чем жить как в аду. Как пришелец из ада. Хочу умереть человеком, которого будут помнить как человека.

Золотой диск поднимался все выше и выше над горизонтом, прогревая воздух, пронзая его ослепительными лучами. Я закрыл глаза, так как уже не мог смотреть на него, на его жаркий свет. Лучи коснулись моей кожи. Ощущение было совсем не из приятных. Да, Солнце, ты меня больше не любишь, я больше не твой сын. Мне место на другой стороне. Но сделай милость, возьми меня с собой. Навсегда. Преврати меня в пепел.

- Что, надеешься вспыхнуть? Или, не дай бог, сверкать, как Эдвард из той сопливой мелодрамы?

Гром среди ясного неба не выдержал бы никакого сравнения с этим хрипловатым насмешливым голосом. Я инстинктивно дернулся и начал съезжать вниз с края крыши. Но две пары рук – мужская и женская – подхватили и вытащили меня назад на крышу.

- Спокойно, молодой человек, от этого еще никто не умирал, - в тон напарнику сказала девушка. Она была очень милая, улыбающаяся, но серьезные глаза казались чужими на ее лице. И очень старыми.

- Кто вы? – выкрикнул я. - Почему… почему это не происходит? Я должен был… я хотел сгореть! Ведь вампиры сгорают от солнца!

По щекам потекли слезы. Но мне уже было все равно, что я, двадцати двух лет от роду, плачу, словно детсадовец. Я не мог больше выдерживать напряжения, преследовавшего меня всю ночь!

- Тихо, вампирчик. Тихо. Ну не сгорел, с кем не бывает, – успокаивающе произнесла девушка. Ленок, ведьма. Охотница на вампиров.

- Убейте меня, - попросил я.

- Убить? – удивление у них обоих было неподдельным и искренним. – А за что?

- Как… за то, что я такой. За то, что вампир. Я не хочу быть им. Лучше не быть совсем.

- Смешной ты, - вздохнула ведьма. – Даже жалко. Найти бы эту стерву, и «серым молебном». В пыль.

Мужчина, которого ведьма называла Тёмочкой, покачал головой и присел рядом со мной. Он был весь какой-то квадратный, лысый и с густыми черными усами. И при этом с очень добрым взглядом.

- Меня Артём зовут. А тебя?

- Кирилл.

- Не хочешь быть вампиром, Кирилл?

Я отрицательно мотнул головой.

- Хочешь, значит, остаться человеком, – он задумался. – Знаешь, у нас, у Иных, ходит поговорка, - он внимательно взглянул мне в глаза. – Хочешь быть человеком, так будь им.

- Возьми, - ведьма протянула мне мою толстовку. Я без вопросов взял ее и оделся - хоть солнце и не сожгло меня, но коже касания лучей были очень неприятны. Словно грубый шерстяной свитер носишь на голое тело.

Ведьма что-то передала Светлому, сказав:

- Давай ты сам. У тебя лучше получится.

Тот хмыкнул, но спорить не стал. Снова повернулся ко мне:

- Тут такое дело. Раз уж тебя инициировали, придется… соблюдать некоторые правила. Например, пить кровь.

- Человеческую? – в ужасе спросил я, глядя на флакон в руке Артёма. Странно, но во мне наряду с отвращением всплывало и какое-то новое чувство. Неудержимо захотелось вырвать флакон с рубиновой жидкостью из рук Светлого. Я ощутил, как полезли из десен клыки.

- Да нет, не обязательно. Можно свиную. Но в первый раз лучше человеческую. У тебя метаморфоз полным ходом идет. Не бойся, это донорская. Никто не заставит тебя нападать на человека, если не хочешь. Это в общем-то противозаконно. Так сказать, Договор не одобряет. Хотя лицензию когда-нибудь выписать сможем. Держи.

Я взял холодную емкость и сказал:

- Нет уж, спасибо. Не надо лицензий.

- Смотрю, ты хорошим человеком при жизни был, парень. Даже вампирская суть тебя с трудом берет. Повезет, таким и останешься. Хлопот меньше будет Дозорам.

- Дозорам? – заинтересовался я. Раз уж помереть не удалось, надо больше узнать о новой реальности. Тем более она, судя по всему, гораздо глубже, чем я мог себе представить.

- У, это длинная история, но мы тебе обязательно все-все расскажем. Пока же у нас других дел полно. "Подругу" твою, опять же, искать еще надо. Опасно такую дуру на свободе оставлять. Она хоть и дура, но сильная. Сначала обманом тебя инициировала в нежить, потом память стерла, пакостница. Парня хорошего загубила… да не кисни ты! Не помер ведь, хоть и не живой.

- Так что мне делать дальше? Как жить? – спросил я растерянно.

- Как, как, - закряхтел, поднимаясь, Светлый. – Вот так и жить. Как все. Думаешь, ты один такой? Пошли.

- Куда?

- Вот ты настырный, вампир. Регистрироваться. А то что, думал, укусили и все, вот она, лафа? Нет уж. У нас, парень, все, как людей – погоны, кокарда, исподнее.

Артём пошагал к люку. Ведьма Лена уже спустилась на лестничную площадку. А я все медлил. Еще несколько минут назад я готовился героически умереть, чтобы не причинить вреда близким. А теперь... теперь мне, видимо, придется героически жить с той же целью.

- Ну что, солнце? До встречи? - шепнул я, глядя в утреннее небо.