Кино без магии

Глава 1

- Шеф, гномы отказываются работать! — помощник продюсера, молодой орк двухметрового роста с трудно произносимым именем (поэтому я звал его Томом) протягивал мне утренний эспрессо и докладывал обстановку. - Говорят, профсоюз запрещает, потому что мы заставляем их пахать по двенадцать часов в день и не платим сверхурочные. А декорации построены только наполовину. Элиандил уже полчаса на них орёт, но толку никакого. Если срочно что-то не сделать, то мы пропустим съёмочный день. На студии будут недовольны.

- Сам знаю, — огрызнулся я. — Разберёмся. Быстро зови мне Айронхаммера.

- Шеф, ты же не хочешь обратиться к ма...

- Быстро, я сказал!

Помощник рысцой побежал искать бригадира строителей, а я набрал номер человека, которого предпочёл бы и вовсе не знать. Но сейчас только он мог спасти этот чёртов фильм. Любой, кто покрутился в этом бизнесе хотя бы полгода, знает, что профсоюзы под каблуком у магов. Когда в трубке прозвучало «Алло!», я со всей возможной теплотой в голосе воскликнул:

- Джо, привет! Это Майкл. Как твоё «ничего»?

Хрипловатый голос на том конце ответил:

- Майкл, дружище! Твоими молитвами. Рад тебя слышать! Как продвигается фильм? Моя девочка хорошо себя ведёт? Элена мне все уши прожужжала про то, как ты со своим эльфом делаете из неё звезду.

- Да всё прекрасно! Лучше некуда. Элена талантливая актриса, она просто рождена для большого кино. Кстати, не подскажешь её номер? А то я, кажется, его потерял. Хочу предупредить её, чтобы не приезжала: у неё сегодня вечером должна быть важная сцена, но съёмки придётся отложить. Тут возникла небольшая проблемка с профсоюзом — запрещает гномам строить декорации без оплаты сверхурочных. А без декораций мы не сможем снимать. Так что на сегодня сворачиваемся. Или можешь сам ей передать – пусть не сильно расстраивается.

- Вот как. Расстраивать Элену мы не хотим, – протянул Джо задумчиво. – Обожди-ка полчаса, Майкл. С профсоюзом я разберусь. Мы же с тобой друзья. Твои проблемы — мои проблемы. Мои враги — твои враги.

- Вот как! – я изобразил радостное удивление. – Спасибо тебе, Джо! Ты всегда можешь на меня рассчитывать. Хорошего дня.

Последняя фраза была сказано в никуда, звонок уже сбросили. Мне очень, очень сильно не хотелось, чтобы Джо хоть когда-нибудь, хоть в чём-нибудь на меня рассчитывал. А его слова про врагов меня очень нервировали. Боюсь, когда-нибудь Джо попросит меня об услуге, и я не смогу ему отказать…

Но если Джо Монтельони пообещал что-то сделать, он это сделает. И в этом городе никто не посмеет ему перечить. Более могущественного мага не найти на всём западном побережье и не дайте вам боги попасть к нему в немилость — на болоте в двадцати милях от города квакает немало бывших недругов Джо. Так что я был искренне рад, что меня этот человек считает другом.

И если бы не его благословение, чёрта-с-два мы бы получили разрешение на съёмки в Новой Гавани. Правда, пришлось внести правки в сценарий и взять на одну из заметных ролей его дочку, но это того стоило. Даже Элиандил не шибко сопротивлялся, хотя изначально я ему обещал полную творческую свободу в том, что касается сценария и кастинга. Оказалось, что Монтельони не в силах отказать даже главный эксцентрик новой волны эльфийского кино.

Мои размышления прервал ввалившийся в офис гном огромного (для гнома, конечно же) размера: одна его рука была толще моей талии.

- Трар Айронхаммер! — Я встал из-за стола и протянул ему руку. — Мне говорят, твои ребята отказываются строить декорации. В чём проблемы?

- Мало платите. Профсоюз против. — Бригадир строителей был немногословен.

- Трар, дружище... Ты же понимаешь, чем мы здесь занимаемся? Мы творим искусство! А искусство требует жертв и не всегда идёт по плану... практически никогда не идёт. Я понимаю, что профсоюз не одобряет переработки. Но мы все тут пашем по шестнадцать часов в сутки. Да и разобрался я с профсоюзом, они не будут против. Вы недовольны оплатой, я и это понимаю. Давай так: когда всё это закончится, когда в студии увидят, какой хит у них на руках и сколько они на нём заработают, я сам выбью для каждого из вас премию в три оклада. А для тебя лично — в пять. Даю слово.

Гном хмыкнул, развернулся и вышел из кабинета. Я знал его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он принял предложение. Работа продолжается.

- Шеф, Дина отказывается выходить из трейлера. Элиандил уже пять минут орёт у неё под дверью. — Том вернулся с новостями.

- Что случилось?

- Я не уверен...

- Ладно, пошли разбираться. И принеси Элиандилу таблетки от горла. Такое ощущение, что он сегодня только и делает, что орёт, не дай бог голос сорвёт.

***

- Да что ты о себе, мать твою, возомнила! Я не собираюсь переписывать сценарий, из-за того, что ты настолько тупая, что не способна понять и сыграть простую сцену!

Режиссёр бушевал: глаза на выкате, лицо красное, слюна летит изо рта, кончики острых ушей подрагивают от гнева.

- Эл, иди подыши. Дай, я с ней поговорю.

- Майкл, прекрасно! Где ты был всё утро?! Это дура отказывается играть! Мотивацию не понимает! Она, блин, встаёт, красит рожу и идёт на работу! Какая к чертям мотивация!

- Я разбирался с гномами и декорациями. Там всё в порядке, работа кипит, если тебе интересно. Иди пока готовь площадку, а я с ней поговорю, — повторил я с нажимом.

Эл взмахнул руками и удалился, бубня что-то по-эльфийски. Я постучал в дверь трейлера.

- Дина... Дина, это Майкл! Впусти меня, пожалуйста!

После небольшой паузы дверь приоткрылась, и я увидел заплаканное лицо девушки. Молодая актриса Дина Кармайкл, исполнительница одной из двух главных ролей. Элиандил сам её нашёл и сам утвердил на роль, несмотря на сопротивление студии, которая хотела кого-нибудь поизвестнее. Девочка была вне себя от счастья. Согласилась, даже не попросив сценарий, – авторитет Эла оказывает почти магическое воздействие на молодых лицедеев. А сам Эл напускал туману – до начала съёмок сценарий видели только он, я, да студийные экзекьютивы. Актёры, по его требованию, получали свои копии лишь накануне первого съёмочного дня, так что обходились без читок, а вживаться в образы им приходилось прямо на площадке. Некоторым это давалось нелегко, особенно таким неопытным, как Дина.

- Майкл, — она пыталась придать голосу «профессиональный» тон, но постоянные всхлипы портили впечатления. — Я... я не отказывалась... я просто хотела обсудить с ним сцену! Я... мотивация героини... я её не понимаю! А как я могу достоверно сыграть, если... если я не понимаю свою героиню? Зачем она красит лицо? Это же долго и неудобно! Всего лишь... всего лишь простое заклинание! Это же уместный вопрос! Это же... это профессионально! А он... А он... Как так можно?..

Девушка снова расплакалась. Я позволили ей немного успокоиться и начал как можно более дружелюбным и располагающим тоном:

- Дина, дорогая... А ты прочла сценарий? Я имею в виду, целиком.

Девушка замялась:

- Я... я не успела! Мне только вчера вечером его прислали… Я начала! И там сразу же эта сцена...

- И ты первым делом пошла в Элу за разъяснениями... — Я вздохнул. Сейчас неважно, кто виноват, главное — чтобы всё продолжало работать. — Дина, милая, ну ты же знаешь Эла. Он у нас гений-перфекционист. По его замыслу, в кадре не должно быть никакой магии и ничего магического. Всё должно быть естественно. Ты обратила внимание, что у нас в команде нет штатных колдунов, и гримёры не используют даже базовых чар? А осветители работают только с лампами — никаких волшебных шаров. Эл практически изобретает кино заново — кино без магии. А когда он слышит про косметические чары в кадре от своей главной актрисы... И если бы ты прочла сценарий до конца, сама бы поняла, почему это так важно. Я не хочу сказать, что Эл прав — я серьёзно поговорю с ним, и он извинится за своё поведение. Но и ты пойми, это его детище, его magnum opus, и для него очень важно, чтобы команда понимала и разделяла его видение. Так что просто прочти сценарий полностью. А если после этого тебе ещё что-нибудь будет непонятно, для начала поговори с Кларком, ладно? Он вовлечён в проект дольше тебя и успел сжиться со сценарием.

Кларк Китт был экранным партнёром Дины и, пожалуй, единственной крупной звездой, задействованной в нашем фильме. Дина шмыгнула носом и кивнула.

- Вот и умница. Приводи себя в порядок, а я пока разберусь в Элом.

***

Я очень уважаю Эла как личность и как творца, в том числе за его бескомпромиссность и стремление к совершенству. Но работать с ним тяжело, особенно людям, которые не знают его так близко.

На этот раз Эл орал на реквизитора, который держал под уздцы прекрасного белоснежного пегаса. Животное фыркало, било копытом и подёргивало крыльями, порываясь улететь подальше от орущего эльфа.

- Это что за скотина?! Что за скотина, я тебя спрашиваю?!

Реквизитор был орком и не робкого десятка, раз смог устоять перед напором Эла.

- Пегас, — невозмутимо ответил орк.

- А мне лошадь нужна! Обычная лошадь! Ты понимаешь, мать твою?! — невозмутимость орка только сильнее бесила эльфа.

- Нашли только пегаса. — мне начинало казаться, что орк это делает специально. — Все местные конюшни обошли. Лошадей разобрали. Остались только пегасы.

- Да нахрена мне ваш пегас?! Что я с ним буду делать?!

- А я почём знаю? Нужна лошадь — уберёте крылья магической графикой на пост-продакшене. — Орк явно перегнул палку. Глаза Эла опасно сузились, мне показалось, что он сейчас бросится на парня с кулаками. Настало время вмешаться.

- Юноша, уведите, пожалуйста, животное туда, откуда вы его взяли. Оно нам не подходит.

- Как скажете, мистер Роу. — То ли орк был куда сообразительнее, чем хотел казаться, то ли просто прекрасно понимал, кто ему платит.

- Майк, ну ты слышал?! Слышал, а?! И вот как с такими работать?! Как вообще работать в такой обстановке?!

- Эл, придётся сдвинуть график и отснять сегодня другие сцены. К утру я найду тебе лошадь. Но я к тебе не за тем. Давай-ка поговорим о твоём методе работы с актёрами…

***

Декорации были готовы только к полудню, на два часа позже, чем планировалось. Опять выбиваемся из

графика. А может, оно и к лучшему — Дина избавилась от следов утренних слёз и готова была блистать на площадке. Впрочем, учитывая характер будущей картины, возможно слегка опухшее лицо и было бы уместно. Ну да Элу виднее. Он продолжал ворчать, но всё же извинился перед актрисой, и рабочая обстановка на площадке была восстановлена.

Я сидел в своём кабинете над финансовыми документами и пытался придумать, как бы нам ещё урезать бюджет не в ущерб творческому видению режиссёра, когда в дверь просунулась клыкастая голова орка.

- Босс, звонок со студии!

- Кто на проводе?

- Мистер Валентайн.

Глава студии «Трайвэлли», корифей кинобизнеса, да что там, один из создателей кинобизнеса, никогда не звонил просто так. А учитывая, что я снова просил денег, разговор обещал быть тяжёлым. Я взял трубку и бодрым голосом воскликнул:

- Привет, Сэм! Чем могу служить?

- Ты там в конец охренел! — Сэм Валентайн был не в духе. Или делал вид. — Ещё двадцать миллионов?! Ты хочешь увеличить бюджет на треть, Майкл? На треть, мать твою! И на что! На съёмки в Дарквуде? Это ни в какие ворота! Меня инвесторы с говном сожрут!

- Сэм, послушай, — я включил свой самый проникновенный голос. — Это Эл, понимаешь? Он знает, что делает. У него есть видение. И если он говорит, что ему позарез нужны сцены из Дарквуда, нужны его мрачная атмосфера, особый свет и уродливые здания, то я ему верю.

- Так постройте декорации! Заплатите этим грёбаным гномам чуть больше! Подберите волшебный свет нужной густоты. Всяко будет дешевле, чем тащить съёмочную группу через полстраны!

- Сэм, во-первых, мы снимаем без магии, ты знаешь не хуже меня, насколько это принципиально. Во-вторых, уличные декорации таких масштабов всё равно будут стоить дорого, а выглядеть фальшиво. В-третьих... гномам в любом случае придётся заплатить больше.

- Что-о-о?!

- Сэм, поверь, это не большая плата за то, что мы здесь делаем. И лучше скажи спасибо, что сегодня я тебя избавил от дрязг с их профсоюзом. Теперь от гномов можно просто откупиться.

- Майк... — во всё ещё раздражённом голосе Сэма появились нотки обречённой усталости. — Мы не первый год знакомы. Ты хороший продюсер. У тебя есть чуйка, и ты бьёшься за каждый свой фильм. Я это уважаю. Но сейчас ты просишь увеличить бюджет на треть! На треть, Майкл! Это неслыханно!

- То, что мы здесь делаем, тоже неслыханно. — Я постарался, чтобы мой голос звучал как можно твёрже и уверенней. — Элиандил... Он создаёт нечто потрясающее. Он творит историю кино. Он готовит шедевр, который отзовётся в вечности! В этом году нас точно ждёт «Кристалл» за лучший фильм! Да что там, целая охапка «Кристаллов»! Фильм получит грёбаную премию, а Элиандил — сразу две, за сценарий и режиссуру. И каждая вложенная рупия вернётся к тебе в пятикратном размере. Зрители захотят это увидеть. И не один раз. Но это только в том случае, если мы позволим Элиандилу воплотить его видение. А для этого нужно увеличить бюджет. Нет, конечно, мы можем сделать по-твоему. Я прямо сейчас пойду к Элу и скажу, что денег нет, так что весь фильм снимем в Новой Гавани и в декорациях. Он поворчит, будет дико разочарован, но сделает свою работу. И ты получишь свой фильм. Только он будет посредственным. Зрители почувствуют фальшь, поймут, что им пускают пыль в глаза, уйдут и не вернутся. Фильм провалится и его все забудут. Или ты можешь дать ему эти грёбаные двадцать миллионов. И тогда через полгода на руках у тебя будет уникальный блокбастер, который перевернёт индустрию, взорвёт бокс-офис и принесёт студии и тебе лично миллиарды. Как скажешь, так и будет. Тебе решать.

Повисла тишина. Сэм молчал так долго, что мне показалось, что нас разъединили. Наконец, он ответил:

- Ладно, чёрт с тобой. Вы с Элиандилом получите деньги.

- Сэм, ты не пожалеешь! — честно говоря, я не думал, что он так быстро согласится и был готов сторговаться миллионов до пятнадцати.

- Майкл, и ещё кое-что. Фильм уже наделал кое-какого шума в прессе, и не самого лучшего толка. В основном, из-за слухов о расизме. Так что сегодня в семь у тебя ужин с журналисткой из «Бёрна», я лично с ней договорился. И тебе нужно убедить её, что слухи беспочвенны. Расскажи ей про фильм. Без подробностей, но дай хоть что-нибудь. Ну да ты большой мальчик, справишься.

- Я тебя понял, Сэм. Всё будет в лучшем виде.

А теперь настало время подсластить пилюлю.

- Да и насчёт Дарквуда. Не нужно тащить туда всю съёмочную группу. Поедем только я, Эл и актёры. Оборудование арендуем на месте, технический персонал наймём там же. Это будет куда дешевле.

- Ты хороший продюсер, Майкл.

***

Журналистка была эльфийкой. Ослепительно красивой эльфийкой. И как же это Сэм, откровенно недолюбливающий прессу, с ней «договорился»? Или, может, всё же она с ним? Она ждала меня за столиком, заказанным на имя Сэма, в одном из лучших ресторанов Новой Гавани, небрежно закинув ногу на ногу, потягивая коктейль и разглядывая других гостей заведения. На интервью она пришла в вечернем платье с глубоким декольте. Интересно, это ради меня? Или у неё есть дальнейшие планы на вечер? Не время сейчас думать об этом. Надо сосредоточиться на работе. Я подошёл к столику.

- Майкл Роу, — она одарила меня блистательной улыбкой.

- Верно, — улыбнулся я в ответ, садясь напротив неё. — А вы?..

- Ларариэль. Можно просто Лара. Закажете что-нибудь? — она пододвинула мне меню.

Я отрицательно покачал головой:

- Может быть потом. Давайте начнём с интервью.

- О, я бы не стала называть это интервью, — ещё одна обворожительная улыбка. — Просто беседа о вашем фильме.

- Как вам будет угодно.

- Майкл Роу... Продюсер самого загадочного фильма во всей Новой Гавани. Если не ошибаюсь, у него же даже названия нет?

- Всё верно.

- Это довольно необычно...

- Так и есть.

Она пыталась вытянуть из меня подробности, но тут мне просто нечего было сказать. Сценарий правда был безымянный. Во всём виноват Элиандил, который вошёл в длительный клинч со студией по поводу названия. Он хотел, чтобы фильм назывался «История женщины», мол, это идеально отражает содержание. И он, пожалуй, был прав. Но ребята из маркетинга отвечали, что кино с таким названием не продать. И они, пожалуй, были правы. В результате фильм оставался безымянным, а все на площадке называли его просто «Фильм» или «Проект». Но читателям «Бёрна» об этом всём знать необязательно, так что лучше хранить загадочное молчание. Публика любит загадки.

- Вы наверняка в курсе, что ваш фильм называют расистским, — она резко сменила тему на более болезненную. Маленькая месть за то, что я не стал играть в её игру? — Что вы на это скажете?

- Скажу, что это полнейшая чушь, — к этому вопросу я был готов и начал проговаривать написанный вместе с юристами и заученный наизусть ответ. — На съёмочной площадке работают люди, гномы, орки, феи и представители других рас. Все они получают зарплату, соответствующую их должностям, вне зависимости от расы, пола или любых других их качеств, кроме рабочих. Да что там, режиссёр нашего фильма — эльф, и он же сценарий написал.

- И продюсер полурослик, – ещё одна обворожительная улыбка.

- Вообще-то, этот термин как раз расистский, – стоило её немного осадить.

- Прошу прощения, – она смутилась? Надеюсь. - Ничего страшного. - Итак, у вас разнообразие на съёмочной площадке... Но не в кадре.

- Верно. И это обосновано сюжетом. Который, ещё раз подчеркну, написал эльф. Это история про людей. Соответственно, и играют их люди. Было бы странно, будь это иначе. У нас нет даже координатора межрасовых отношений, за ненадобностью.

- Может быть, вы тогда расскажете про содержание вашего фильма? Хотя бы в общих чертах?

Лара постаралась скрыть волнение, но это явно был главный вопрос вечера. Я улыбнулся про себя. Ну что же, попробую её не разочаровать. Не сболтнуть бы лишнего.

- Если в общих чертах, то мы готовим экзистенциальную драму с элементами фантастической антиутопии. Подробности сюжета я раскрывать не буду, но расскажу про место действия, и вы многое поймёте. Герои живут в другом мире, который на первый взгляд очень похож на наш. Но из всех рас в нём существуют только люди. А так как ни эльфов, ни фей там нет, то и магия отсутствует как явление. Никакой волшебно подсветки улиц, никаких косметических чар, даже уборку приходится делать вручную. А ещё у них нет магической очистки воздуха, поэтому над городами всё время висит серый смог, и солнца почти не видно. Поэтому люди в городах всегда хмурые и безрадостные. Но всё же они продолжают там жить и работать, потому что у них нет другого выхода.

Эльфийка поёжилась. Ей явно стало не по себе от услышанного.

- Но раз там одни люди, то нет и войн с другими расами? А раз нет магии, то и Тёмный Владыка никогда не пробуждался? Там, вероятно, царят мир и согласие?

Я усмехнулся:

- Да вся история этого мира — это история войн! Что до Тёмного Владыки...

Ещё полчаса я продолжал описывать Ларе плоды буйной фантазии Эла. Так же, как и он примерно восемь месяцев назад описывал их мне. Она очень внимательно слушала.

- В общем, это определённо не то местечко, где вы бы хотели провести выходные, — закончил я и откинулся на спинку стула, довольный произведённым эффектом.

Она некоторое время молчала. - Да уж... — наконец протянула она. — Сеттинг и правда... необычный. Но... зачем? Я хочу сказать, вы правда думаете, что зритель захочет смотреть на мир без волшебства? Без чудес, без гномов и эльфов, без драконов… но загрязнённый, озлобленный, разлагающийся? А люди? Судя по вашим словам, они... жалкие. Потерявшие понятие о добре и зле и веру в лучшее, погрязшие в беспросветной рутине, из которой невозможно вырваться. Я не хочу сказать, что наше общество идеально, но это... Это всё очень тревожные, даже пугающие образы. Я не представляю, какая история развернётся в этом мире, но, предполагаю, что не весёлая. Зачем это зрителю? Я позволили себе улыбнуться открыто. Правильный вопрос.

- Зрители захотят это увидеть, — сказал я со всей возможной уверенностью в голосе. — Мы хотим, чтобы зритель, погрузившись на пару часов в беспросветный мрак и экзистенциальный ужас, потом вынырнул обратно пережившим катарсис, очищенным, оглянулся и почувствовать, насколько прекрасен мир и насколько хороша и беззаботна его жизнь. Этот опыт он не скоро забудет.

Она помолчала.

- Знаете, сказать по правде, до нашей встречи я скептически относилась к вашему проекту.

Я насторожился. Что это? Внезапная искренность? Или журналистская уловка? Она продолжала:

- Но после ваших слов я... Я не знаю, что у вас получится, но ничего подобного никто до вас не делал. И я желаю вам удачи. Мне искренне интересно увидеть результат.

Ужин закончился, я расплатился, и мы вышли на вечернюю улицу. Лара грациозно потянулась и бросила быстрый взгляд в мою сторону. Кажется, платье с декольте всё-таки было ради меня. Несколько секунд мы простояли молча.

- Какой чудесный вечер, - наконец начал я. - Не хочется, чтобы он так быстро заканчивался.

Лара улыбнулась.