Если солома высохла, она загорится

Глава 1

Большая каменная стена ограждала некогда процветающий московский район от всего остального мира. Было не совсем понятно — нужно защищать тех, кто живёт внутри от тех, кто снаружи, или наоборот. Но кипящая вокруг жизнь говорила, что стена уже давно не использовалась по назначению. Вдоль нее выстроились в ряд лавочки с овощами, мясом и разным барахлом. Между ними не спешно прохаживались дозорные: пара леших с арбалетами и крепкий юноша с самопальным автоматом. От местных их отличали только давно поблекшие куртки с надписью «добровольная дружина митинцев». О войне, свидетелями которой ещё недавно были эти стены, напоминали разве что пулевые отверстия. Ветераны решили их не прятать, а оставить в назидание будущим поколениям. Впрочем, молодежь хотела как можно быстрее забыть о трагедиях прошлого и превращала их в арт-объекты, щедро украшая своими граффити. Судя по их масштабам, добровольная дружина либо была слишком ленива, либо очень сильно любила современное искусство. В укрепленном районе Митино или «укрепке», как называли его местные, также стояла княжеская дружина, а с недавних пор были расквартированы казачьи войска. Но ни тем, ни другим не было дела до свободных художников.

Молодой человек в черной кофте и джинсовке высоко задрал голову рассматривая огромное изображение дракона, занимающего добрую половину одной из башен. Если точнее, это была не совсем башня, одно название — к старой пятиэтажке просто пристроили стену и замуровали все окна. Автор этой фортификации, судя по всему, был большим поклонником московского кремля, поэтому окрестил башню Спасской, но среди местных прижилось название Драконьей. Юноша напрягся, пытаясь вспомнить что же было раньше — название башни или огромное граффити дракона, но так и не смог.

Он стоял здесь уже добрых полчаса и все возможности как-то занять себя, не привлекая лишнего внимания, уже исчерпал. Ему не хотелось нарушать умиротворённость этого воскресного утра, но постовой никак не хотел возвращаться на своё место, а ему нужно было попасть внутрь. Как можно быстрее. Он подошёл к небольшому домику, от которого опускался шлагбаум, преграждающий проход во внутреннюю часть укрепки, и начал стучать по металлическим ставням. Ни звонка, ни даже колокольчика, конечно же, не предусмотрели.

Ответа не последовало. Юноша посмотрел на надпись «Ладья» венчавшую большое неказистое здание позади сторожки. Изначально оно было построено из бетона, стекла и вентфасада, но за прошедшие годы окна замуровали кирпичом, некогда автоматические двери теперь закрывались на решетку, а само здание стало центральной точкой городской стены. Так бывший торговый центр превратился в импровизированный средневековый барбакан. До лесной войны они с друзьями нередко ходили туда в кино или просто посидеть в «маке». Кажется, что это было в совсем другой жизни. Десять лет назад учёные то ли запускали очередной адронный коллайдер, то ли проводили испытания ядерного двигателя для космических ракет — никто уже и не знает наверняка, что стало причиной — но это запустило цепочку событий, которые изменили все человечество. В тонкой материи пространства и времени случились прорывы, которые соединили известный мир с его параллельной версией — альтернативной реальностью, где история развивалась иначе, а всякие твари из сказок жили рука об руку с людьми. Конечно, у них были свои государства, а значит и свои политики, что неминуемо привело к конфликтам. Однако сначала миры решили торговать друг с другом и так появилась торгово-таможенная артель «Ладья». Одноименный торговый центр очень удачно оказался рядом с точкой разрыва. Митино быстро разбогатело. На месте разрыва построили роскошные врата, в которые отправлялись торговые колонны. Потом, конечно, эти колонны станут военными, а вместо грузовиков туда отправятся танки.

Отогнав волну ностальгии, он начал стучать ещё сильнее. Наконец-то ставни открылись. С той стороны на него взглянул недовольный стражник, краснощёкий мужчина в солдатской форме. Из-за его спины донеслись громкий смех и пробивающий до слез аромат спирта.

— Ну чё встал? Показывай документы. — лениво пробурчал он — Да поживее, а то меня там ещё дела ждут… государственной важности!

Юноша невольно опешил от такой непосредственности государственного служащего и начал нервно копаться в карманах. В левом внутреннем кармане куртки лежали поддельный паспорт и проезжая грамота, в правом — жетон княжеской охранной службы, часы и конверт с деньгами, на случай если придётся давать взятки. Он внимательно всмотрелся в мужчину — несмотря на то что день только начался, он уже изрядно подвыпил и вряд ли был бы способен к сложным умозаключениям. Такому взятку давать точно не стоит.

— Глухой что ли? — уже с нескрываемым недовольством проговорил стражник, — Документы показывай!

— Прошу прощения, на секунду задумался, — проговорил юноша с самой радушной улыбкой, которую смог из себя выдавить, и протянул стражнику паспорт. Тот схватил его, сверил фотографию в документе с лицом собеседника, полистал свежие странички и задумался.

— Ярик значит. Инженер? И чего ты здесь забыл? Тут тебе не это, там, у себя в Москве, гулять. Здесь, знаешь ли, форпост, абы кого не пускают. Место государственной важности.

Он говорил очень громко и максимально недовольно, давай всем вокруг понять, что в сторожке не только спирт пьют, но и охраняют форпост от всяких ушлых москвичей, которые приехали сюда шляться. Окружающие начали с интересом посматривать на юношу. Ярик, как его назвал охранник, недовольно поежился. Рядом у лавки с фруктами остановился казачий отряд: трое молодцев с нагайками и полковник с автоматом. Юноша уже несколько раз пожалел, что не попытался просто впихнуть взятку страже.

— Посмотрите, у меня и грамотка подорожная есть от Его княжеской светлости. Я не просто так сюда приехал, а по делам самой что ни на есть государственной важности, — протянул он документ, передразнивая охранника. Теперь он не может его не пропустить внутрь. Мужик звучно выругался.

— Давай сюда свою подорожную и стой здесь. Я сейчас, — ставни резко захлопнулись прямо перед лицом Ярослава. В глубине сторожки зазвучали мужские голоса, бодро и подробно обсуждающие, где они видели княжеские бумажки и что ими вытирают.

Ярослав внимательно осмотрелся по сторонам. У соседнего прилавка с фруктами велась бойкая торговля. Домовой упорно спорил с лоточником, что по весне яблоки не могут столько стоить, а за такие деньги в его родной деревне можно купить виноград, да ещё на пару слив останется. Лоточник с ним упорно не соглашался, утверждая, что домой не то, что виноград, но даже сливы вряд ли в своей жизни видел. Однако все остальные, не увлеченные спором этих двоих, украдкой поглядывали на молодого человека. Он убедился, что казаки слишком заняты спором лоточника, скрылся за углом здания и постучался в заднюю дверь сторожки.

Стоило двери наконец приоткрыться, как двое мужчин в черкесках подхватили его под руки и запихнули внутрь. Несколько солдат вскочили из-за стола и достали пистолеты. Казаки тоже вытащили оружие. Мужчина, все ещё держащий в руках подорожную грамоту, вмиг протрезвел и посмотрел на казачьего полковника.

— Серёга, морда казацкая, ты какого черта творишь?

— Слышь, солдатня. Этот идёт с нами! — прорычал мужчина в черной папахе, а затем уже спокойно добавил, глядя на стражника, — Вить, он нужен атаману. Давай не будем это усложнять.

Ярослав, глядя на напряженные лица начальника стражи и полковника пытается просчитать исход ситуации. С одной стороны солдат с радостью отдал бы его казакам — ему меньше возни, не надо никого регистрировать и, в случае чего, нести ответственность, да и наверняка атаман мог бы заплатить ему за эту услугу. С другой стороны, после того что устроили казаки он никак не может согласиться на это — потерять уважение своих подчиненных, да и это уязвит его самолюбие. Такие местные начальники жуть какие обидчивые. Нет, он его просто так не отпустит.

Ярослав медленно, стараясь не привлекать внимания, потянулся за пистолетом, спрятанным во внутренний карман джинсовки. Стрелять совсем не хотелось, но и оставаться безоружным в такой ситуации было нельзя.

— Не знаю, что здесь происходит, но это точно какая-то ошибка! Отпустите меня, — он на всякий случай изобразил реплику инженера из Москвы, но никто даже не обратил внимания. Все замерли, наставив друг на друга пистолеты. Напряжение, застывшее в воздухе, можно было нарезать ломтями. Внезапно где-то на улице раздаётся выстрел. Солдаты и казаки начинали палить во все стороны. Помещение наполнилось запахом крови и страха.

Ярослав быстро подался вперед, отталкивая стоящего рядом солдата и пытается плечом выбить ставни, которые ещё недавно захлопнул перед его носом стражник. Однако они оказались закрыты на огромный металлический замок, увенчанный княжеской орлицей.

— Сука, ну конечно он даже не собирался их открывать, сволочь солдатская, — выругался Ярослав.

— Да что ты сказал сейчас, ублюдок! — заорал рядом молодой солдат и бросился на него. Он уже собрался делать встречный выпад, как в дальнем углу комнаты раздался хлопок. Всё помещение заполнилось густым, едким дымом. Кто-то взорвал дымовую шашку. Солдат тяжело закашлялся, а затем повалился где-то рядом на пол. Ярослав понял это по звуку — разглядеть за белой стеной дыма что-либо было решительно невозможно. Он хотел рвануть прямо к двери, но за дымом едва ли можно было разглядеть её очертания, не говоря о солдатах, которые стояли прямо у неё, поэтому пришлось развернуться обратно к окну.

Он наудачу несколько раз выстрелил туда, где должен висеть замок и толкнул вперёд металлические ставни. Со страшным скрипом они поддались и порыв свежего воздуха ворвался в сторожку. Ярослав выскочил вперёд и побежал, что есть сил за городскую стену. На удивление — никто его не преследовал. Видимо, внутри сторожки все отрубились.

Он замер у ворот в город и осмотрелся по сторонам. Местные ротозеи были слишком увлечены разборками домового и лоточника, которые превратились в самую настоящую потасовку с участием народной милиции. Видимо, кто-то из них и сделал предупредительный выстрел, из-за которого началась бойня в сторожке. Конечно, на таких окраинах княжества как Митино предупредительный выстрел звучит как гонг в боксе, призывая всех окружающих принять участие в мордобое. Ему невероятно повезло, что все это случилось именно сейчас.

Он накинул черный капюшон толстовки, постарался сделать самое непринужденное выражение лица и зашёл внутрь «Ладьи». Бывший торговый центр превратился в часть городской стены и огромную таможню одновременно. Ярослав внимательно смотрел по сторонам. Все было совсем не как в детстве. От былой роскоши и некогда бьющей ключом жизни не осталось и следа. О том, что здание когда-то было таможней напоминали только два старых деда, в форме, играющие в шахматы за соседним столом. О не так давно закончившейся войне тоже говорило немногое — то тут, то там ещё виднелись изрядно проеденные молью штандарты дружин, да баррикады из мешков с песком, многие из которых растаскали местные жители.

В один из них влетела пуля. Ярослав оглянулся и увидел полковника и двух стражников, бегущих за ним. Хотя бы тут они смогли договориться. Он ринулся к ближайшим дверям, ведущим внутрь форпоста, и выскочил на улицу. Погоня не отставала, пули летели над головой. Он выскочил на самую оживленную площадь укрепки и постарался слиться с толпой. Стрельба прекратилась: видимо, преследователи решили не пугать местных.

В висках начало тяжело пульсировать, а сердце стучало как мотор. Площадь заканчивалась, а солдаты были всё ближе. Он выбрал первую попавшуюся улицу и рванул туда. Преследователи бросились за ним. Он пытался вспомнить все внезапные повороты, все тайные проходы, которые были до войны между улицами, но городской пейзаж сильно изменился. Где ещё 5 лет назад был проход — теперь стояла высокая каменная стена. Голоса стражников становились все ближе.

— Сюда, быстрее! — раздался женский голос сбоку. Рядом открылась дверь, ведущая в подвал. Кто-то схватил его за куртку и с силой потянул туда. Ярослав начал машинально сопротивляться, и девушка, сделав резкий захват, просто перебросила его через себя. Он с грохотом покатился вниз по ступеням, а незнакомка закрыла дверь на замок. Стало очень темно.

— Кто ты така… — попытался спросить Ярослав, но девушка закрыла ему рот. Сверху послышался топот. Солдаты и казаки что-то громко обсуждали. Потом гул их голосов затих и вновь наступила тишина. Девушка включила свет, распустила волосы и посмотрела на Ярослава.

— Я ждала тебя.

Ярослав несколько раз моргнул, чтобы глаза быстрее привыкли к полумраку подвала. Помещение выглядело на удивление уютно — несколько небольших старых ламп с текстильными абажурами отбрасывали приятный желтый свет, который хорошо гармонировал с кирпичной стеной. На полу лежал изрядно потрёпанный, но сохранявший былое величие большой ковер в персидском стиле. Его вид внезапно напомнил Ярославу о юности, и он с большим удовольствием откинулся назад и провел рукой по толстому ворсу.

— Да, ковер задавал стиль всей комнате, — задумчиво проговорил он.

— Прости, что? — удивленно спросила девушка. Он отвлекся от ковра и внимательно посмотрел на неё. Молодая, красивая, темные волосы игриво собираются в кудряшки. Разглядеть что-то в её глазах в этом освещении было сложно, но сомневаться не приходилось — взгляд максимально серьезный.

— Вспомнил один старый фильм. Знаешь, там у главного героя, его ещё зовут чувак, украли ковер, и он… — Ярослав, внезапно для самого себя, начал рассказывать весь сюжет классики братьев Коэнов. Понимая весь абсурд ситуации, он все равно никак не мог остановиться. Девушка спокойно дождалась момента, где он объясняет, почему чуваку обоссали ковёр.

— Серьезно? Они прислали именно тебя? Отличный план, надёжный как швейцарские часы, — то ли злобно, то ли обреченно проговорила девушка. Ярослав на секунду задумался. Озарение волной неприятной боли накрыло все тело, заставляя руки неприятно дрожать.

— Так ты связной, с которым я должен был встретиться?

— Да, а теперь ещё и твоя спасительница. Поблагодарить сможешь потом. Сейчас есть дела поважнее.

Она резко встала и протянула ему руку. Ярослав тяжело вздохнул и принял помощь. Голова неприятно гудела, но следов крови не было видно, ковёр смягчил падение. Наверняка, она знала, что так будет, поэтому так уверено швырнула его в подвал. Как будто бы читая его мысли девушка добавила:

— Да, ссора лавочника с домовым и дымовая шашка в сторожке тоже дело моих рук. Тебе повезло, что казаки отправили туда только лейтенанта Игната. Он парень сильный и исполнительный, но не самый смекалистый.

Девушка подошла к дальней стене, на которой была наклеена большая карта Митина. На ней пестрело множество пометок, флажков и надписей. Однако ничего из этого имело смысла, что наводило на мысли о шифре. Слева и справа от карты висели фотографии казаков и солдат — многие из них с разных ракурсов. От одной фотографии к другой тянулись нити разных цветов, складываясь в причудливый узор. Если это и должно было обозначать некую иерархию между людьми, то она была очень запутанной.

Некоторые из этих лиц были знакомы Ярославу. Здесь было несколько казачьих атаманов ­­­­­­ ­­­— Максим Сергеев и Иван Орлов. Не самые талантливые военачальники, но смелости им было не занимать. Говорят, что если бы не их конный поход под Красногорск, то Великий Князь Трубецкой мог бы и не занять престол. Впрочем, история не знает сослагательного наклонения.

Несколько синих нитей от них тянулось к лицам совсем ещё молодых ребят. Ярослав никого из них не знал, но судя по черкескам это были есаулы – заместители атаманов, а значит и главные заводилы в казачьих войсках. С такими лучше не скрещивать ни шпаги, ни садиться вместе пить водку. От этой житейской мудрости, полученной эмпирическим путем, у Ярослава аж разболелась голова. Мария же внимательно изучала карту.

— Странно. Казачий патруль в это время должен был проходить совсем в другом месте. Даже если бы они услышали, что странный юноша очень громко стучит в двери сторожки… — последнюю часть фразы она проговорила особенно медленно и отчетливо, — …то им все равно пришлось бы бежать сюда добрых полчаса.

— Хочешь сказать, что меня ждали?

— Это самое простое объяснение произошедшему. Кто-то рассказал, что в Митино едет агент охранки.

Голова, невольно закружилась от этой мысли. Кроме него, об этом задании знало не больше шести человек. Самых надежных во всем Великом княжестве Московском. По крайней мере, так ему казалось раньше. Он сел на диван, стоявший прямо напротив пробковой доски с фотографиями, и погрузился в размышления.

Конечно, можно было бы найти другие причины, почему патруль оказался там в это время: ложный вызов, смена маршрутов и времени, в конце концов кто-то мог просто заболеть и им пришлось изменить расписание. Однако они точно знали зачем идут туда и кого им надо искать. Такое невозможно объяснить стечением обстоятельств.

Он внимательно посмотрел на пробковую доску. Прямо напротив него висели снимки, сделанные ещё даже до открытия первых врат ­– белый снег лежащей бесформенной кучей на огромной красной букве М, двадцатиэтажные прямоугольные коробки жилых домов на фоне красного закатного неба, большой белый храм с несколькими куполами, отражающийся в озере ландшафтного парка. Усилием воли он отогнал воспоминания юности.

— Если всё так, как ты говоришь, то надо срочно возвращаться в столицу. Я расскажу обо всём руководству, и мы вернемся сюда уже с целым отрядом.

Мария тяжело вздохнула, внимательно посмотрела на Ярослава, а потом достала из кармана кисет с табаком и начала методично закручивать самокрутку.

­— Мысль, конечно, разумная. К сожалению, есть несколько проблем. Во-первых, тебя сейчас ищет весь форпост: и казаки, и солдаты. Одни хотят тебя поймать и допросить, а вторые уже поняли, что ты точно не тот, за кого себя выдаешь…

— Я смогу выбраться через потайные пути или загримироваться и по-тихому выбраться, они меня и не заметят, ­ - уверенно парировал Ярослав.

Она даже не обратила внимания на его слова, и просто продолжила свой монолог, прерываясь только на облизывание табачной бумаги.

­— Во-вторых, если в Охранке завелась крыса, то она можно добраться до тебя раньше, чем ты даже заговоришь с генерало Игнацем. А если крысы нет, то значит ты просто зря прервал выполнение задания…

Возражать бессмысленно. Конечно, она права. Если он попытается сейчас отсюда выбраться, то, скорее всего его поймают или застрелят. А даже если удастся выбраться ­– ему совершенно нечего предъявить. Просто несколько домыслов и небольшая стычка. Задание провалено. И тут его осенило.

— Я не знаю, какое у меня задание. Мне было поручено найти тебя, чтобы получить дальнейшие инструкции.

Мария подошла к дальней стене, приоткрыла окошко и закурила. Дым тонкой струйкой потянулся на улицу, а вместе с ним ушла и чрезмерная серьезность с её лица. Она кивнула головой, как бы говоря ему подождать. Он кивнул в ответ и закрыл глаза. Тяжесть неожиданно приняла тело в свои объятия, и он провалился в сон.