Чертовщину заказывали?

Глянцевое счастье

Среда в «ПромСнабе» выдалась нудной. Лера второй день подряд вносила списания в 1С. Старый компьютер жалобно гудел, каждая транзакция длилась около минуты. Лера кликала «Провести и закрыть», смотрела на крутящийся кружок, старела на глазах, а потом все повторялось сначала. Цифры не сходились, товары не перемещались, а у Леры закипали мозги.

Петрович, ее начальник, уже час орал по телефону. Около Нижнего Тагила встали сразу две фуры, срывая сроки поставки, и он пытался сдвинуть их с места с помощью нецензурной лексики.

Напротив Леры, отгородившись от мира капюшоном огромного худи, молотил по клавиатуре сисадмин Костик. Из его наушников слышалось раздражающее «ц-ц-ц-ц». В углу кабинета, почти невидимая за стопками папок, громко стучала печатью бухгалтер Ирина Аркадьевна.

Лера чувствовала, как от этих звуков у нее едет крыша.

Хрусь-щ.

Лера повернула голову. С соседнего стола на неё преданно смотрел менеджер по работе с поставщиками Глеб. Рядом с ним стоял пакет с мелкими яблоками, один вид которых вызывал оскомину. Он протянул одно Лере:

— Угощайся. Мне бабушка из сада привезла. Я тут подумал… может, сходим вечером в кино?

— Спасибо, Глеб, я не хочу, — Лера постаралась, чтобы голос прозвучал максимально сухо. Сутулый, очкастый Глеб однозначно не походил на «мужчину мечты».

Глеб сиротливо улыбнулся и снова вонзил зубы в яблоко. Хрусь-щ.

Лера опустила взгляд под стол, где на коленях лежал смартфон. Рука сама коснулась иконки соцсети. Мир внутри телефона, в отличие от «ПромСнаба», был красочным и живым.

Открылся канал «Маша Ловит Вайб». Двадцатилетняя лайфстайл-блогерша сидела на веранде роскошной виллы курорта Патонг. Она пила матчу, трясла сумкой Birkin и вещала (Лере приходилось читать субтитры):

— Девочки, Вселенная изобильна. Надо только правильно формулировать запросы, дышать маткой и выходить из зоны комфорта. Ловите состояние потока…

«Подышала бы эта малолетка маткой в сторону Петровича, у которого под Нижним Тагилом фура встала!»

Лера закрыла глаза. Разница между Машиным состоянием «потока» в двадцать и ее состоянием «застрявшей фуры» в двадцать шесть была обидной до слез.

— Инвестируйте в себя, в свою женскую энергию… — продолжала Маша.

«Да я инвестирую только в проездной и крем от мешков под глазами, — обиженно подумала Лера. — Почему со мной так? Я же не хочу много. Просто, чтобы было… красиво! А не вот это все».

Лера почувствовала, как к горлу подступает ком из глубокой тоски и офисного кофе. Почему у Маши больше ста тысяч подписчиков, а у ее блога «Super_Lerka269» всего двадцать восемь? Она же старается, лайвы два раза в неделю выкладывает. Про кафе, моду, городские новости, фильмы. Наверняка из-за мамы, которая комментирует каждый пост: «Лерочка, надень шапку», «Доча, не ешь эту дрянь, лучше приезжай домой, поешь супчик». Вот было бы у нее хотя бы пятьдесят тысяч, она бы тоже ни ногой в жуткий офис. Жила бы в Таиланде…

— Валерия, почему накладные на отгрузку первоуральского щебня не готовы?! — вдруг рявкнул красный после ругани с шоферней Петрович. — Опять в рабочее время на блохеров пялишься?! Уволю на хер!

Глеб вякнул что-то о не приславших документы поставщиках, но Лера уже не слушала. В ушах звенело от крика Петровича, было немного стыдно и очень обидно. Перед глазами мелькали сторис Маши: терраса, закат, бокал, подпись «Жизнь — это выбор».

Схватив телефон, она вылетела из кабинета и свернула направо к пожарному выходу. Здесь был глухой безлюдный тупик, где можно на пару минут перестать быть «операционным логистом» — сотрудником, который всегда виноват, даже если косячат другие. Лера прислонилась к стене и закрыла глаза.

— Да за что мне это?! Почему кто-то снимает свои завтраки на вилле и гребет миллионы, а я за копейки слушаю матюки в душном офисе? Я тоже хочу нормальную, красивую жизнь, слышите! Я тоже хочу, чтобы мои желания исполнялись! Слышите меня!!!

Ее телефон тут же завибрировал. На экране высветился входящий вызов «System_Admin_Global». Лера машинально смахнула некстати всплывшее окно «Принять условия обновленного пользовательского соглашения», нажала «Ответить» и услышала бодрый голос:

— Здравствуйте, Валерия! Ваш запрос услышан. Можете загадывать желания.

— Это пранк? Типа джинна с тремя желаниями?

— Три желания — олдскул. Загадывайте сколько угодно, но строго в течение шестидесяти секунд. Все, что произнесете вслух, будет исполнено. Время пошло. Пятьдесят девять. Пятьдесят восемь…

Лера опешила. Это какой-то дурацкий розыгрыш? Что загадывать? Но если молчать и тупить, не покажется ли она смешной?

— Осталось сорок секунд, — напомнил голос.

— Хочу миллион подписчиков! — выпалила Лера. — Чтобы прямо сейчас! И... и грудь, как у блогерши Маши!

— Принято. Тридцать одна секунда.

— Хочу самый крутой смартфон! Даже круче! Смартфон будущего с искусственным интеллектом! Самый навороченный!

— Принято. Двадцать две секунды.

Лера почувствовала, как дрожат пальцы.

— Хочу сумку Birkin! Из настоящей крокодиловой кожи, оригинальную! — Лера уже кричала, срывая голос. — И... и в Таиланд! В центр Патонга! В тусовку!

— Запрос сформирован. Приятного пользования, Валерия, — мягко произнес голос.

Экран тут же погас, сверкнула молния, и Лера, зажмурившись, полетела куда-то вниз.

***

Лера открыла глаза и тут же закашлялась. Воздух вокруг больше не пах бетонной пылью пожарной лестницы. Он был густым, влажным, горячим, как в бане, и насквозь пропитанным запахами бензина и тухлой рыбы.

Она была в Таиланде. В самом центре Патонга. В блузке из полиэстера, черной юбке-карандаш, капроновых колготках 40 ден и туфлях-лодочках.

В уши ударил оглушительный рев. Лера стояла посреди улицы, а прямо на неё со всех сторон неслись мопеды. Водители яростно сигналили и что-то кричали на своем языке, объезжая её в сантиметре от подола юбки.

— Мама! — взвизгнула Лера и неуклюже сиганула в сторону, едва не подвернув ногу.

Она буквально вывалилась на тротуар, чуть не снеся лоток с морскими гадами. Сердце бешено колотилось.

«Господи, почему никто не постил, что Патонг пахнет не сандалом, а тухлой рыбой и мокрыми собаками?! — подумала Лера, судорожно пытаясь сделать вдох. Просторная до этого блузка-оверсайз натянулась на увеличившейся груди, выдернулась из юбки и подскочила до самых ребер. — А у Маши тоже так чешется кожа от пота под синтетикой? Как она вообще ходит с таким богатством, меня его тяжесть к асфальту утягивает!»

Не успела она прийти в себя, как небо над головой раскололось, и начался тропический ливень. Одежда мгновенно намокла и облепила тело, а туфли-лодочки затопила бурая, пахнущая канализацией вода.

— Это что, и есть то самое "состояние потока"? — спросила Лера, ни к кому не обращаясь.

В этот момент в ее руках материализовалась оранжевая коробка. От влаги картон тут же размяк, и наружу вывалилась новенькая, сверкающая фурнитурой сумка Birkin. Лера прижала к себе сумку стоимостью в её зарплату за тридцать лет, выронив телефон. Но вместо того, чтобы упасть, гаджет завис в полутора метрах над землей. Раскрыл над собой защищающий от дождя купол, спроецировал голограмму «Добро пожаловать на канал Super_Lerka269», нацелил объективы на Леру и объявил:

— Вас приветствует искусственный интеллект Алиса-Х. Начинаем вечерний LIVE: «Мой осознанный переезд в Тай. Ловлю состояние потока!»

На экране появилась Лера. Несмотря на сильный дождь, «камера будущего» идеально передавала картинку. Видимо, Лера была значительно мельче Маши, поэтому «такая же» грудь смотрелась нелепо огромной. Натянутая, как на барабан, блузка делала Леру похожей на карикатурного игрока в американский футбол. Размытая дождем тушь дополнила образ, оставив темные подтеки, похожие на фингалы под глазами.

Из миллиона подписчиков в прямой эфир сразу ломанулись первые тысячи. Голографический чат взорвался зачитываемыми вслух сообщениями:

— Пацаны, что за кринж?? Кто это?? Почему я на неё подписан?!

— Э-э, поясните лук, это оверсайз или недосайз?

— Это типа новый тренд в бьюти-сфере? Бодибилдер на сушке

Лера открыла рот, чтобы сказать телефону закончить трансляцию, но тут на нее свалилась длиннохвостая макака с наглой мордой. Ей тоже понравилась блестящая фурнитура Birkin. Обезьяна мертвой хваткой вцепилась в сумку.

— Пошла вон! Уйди! — гаркнула Лера, пытаясь махнуть рукой, но натянутый полиэстер сковывал движения.

Дрон-смартфон тут же подлетел ближе, поймал лучший ракурс и радостно защелкал виртуальным затвором. Туфли Леры предательски заскользили по асфальту. Обезьяна уперлась грязными задними лапами в ее голый живот, обдавая лицо зловонным дыханием, и с силой потянула сумку на себя.

— Отдай! Ты знаешь, сколько она стоит?! Да тебе этот цвет вообще не идет! — вопила Лера, пытаясь удержать Birkin и не упасть в набегающую волну ливневой канализации.

Продолжали сыпаться комментарии:

— Она что, отобрала сумочку у обезьянки?

— Что за треш, где модеры?

— Смотрится воще нереалистично, нейронка сломала пропорции!

— Самый дорогой бомж-стайл, что я видел. Лайк!

— Слэй, макака, отжимай сумку!

Макака тем временем сделала финальный рывок. Оцарапав Лере руку, обезьяна с победным воплем вырвала сумку и ловко запрыгнула на крышу проезжающего мимо грузовика.

В комментариях появился мем — скриншот перекошенного лица Леры с подписью: «Когда Петрович попросил пересчитать щебень». Кто-то из старых подписчиков узнал её.

Ливень закончился так же быстро, как начался. Лера стояла в грязной тайской луже. Вода заливалась в туфли, мокрые волосы облепили голову, лицо горело, а люди в комментариях упражнялись в остроумии. «Глянцевое счастье» наступило.

Из глаз Леры хлынули слезы. Она наконец велела Алисе-Х завершить эфир. Искусственный Интеллект предупредил:

— Ваш эфир вошел в топ-1. Вас смотрят более 250 000 человек одновременно. Точно хотите завершить? Б-иип! Важное сообщение от приложения «Госуслуги». Зачитываю: «Уважаемая Валерия Алексеевна! ФНС России информирует о выявлении признаков недекларируемых доходов и резкого роста активности аккаунта физического лица (ID: Super_Lerka269). В соответствии со ст. 23 НК РФ, Вам надлежит предоставить пояснения и налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ за текущий отчетный период. До урегулирования задолженности и предоставления документов, на основании ст. 67 ФЗ № 229, инициирована процедура временного ограничения на проведение платежей и выезд из РФ. За неисполнение требований предусмотрена административная ответственность…»

— Каких доходах?! — оцепенела Лера. — У меня даже монетизация не подключена!

— Минутку, проверяю... Да, монетизация не подключена, — согласилась Алиса-Х. — Вы можете направить официальное возражение через Личный кабинет налогоплательщика на сайте .

— Составь возражение и отправь сейчас же!

— Операция не входит в мой функционал, — технично слился ИИ будущего. — Для отправления официального возражения, пожалуйста, перейдите на сайт nalog.ru.

Лера наконец ухватила висящий в воздухе девайс и начала судорожно водить пальцем по экрану. Вдруг в истории вызовов она увидела «System_Admin_Global».

Лера, цепляясь за последнюю надежду, с силой ткнула в него пальцем. Вызов пошел.

— Слушаю вас, Валерия, — раздался в динамике тот же бодрый голос.

— Заберите меня отсюда! — взмолилась Лера. Она прижала смартфон к уху обеими руками.

— Извините, Валерия, плохая связь, — вежливо отозвался голос. — Сформулируйте запрос четче.

— Заберите всё назад! Пожалуйста! Верните меня в «ПромСнаб»! Там хорошо! Там кондиционер! Там Глеб с яблоками!

В динамике раздался тихий, едва уловимый вздох.

— Ваш запрос принят, Валерия, — произнес голос. — Заявка на аннулирование зарегистрирована под номером 404. Время рассмотрения — до тридцати рабочих дней.

— Тридцать?! — Лера едва не лишилась чувств. — Почему так долго?!

— Стандартный регламент. Высокая загруженность. Пожалуйста, дайте оценку нашей работе от нуля до десяти. Оставайтесь на линии, ваше мнение очень важно для нас.

Раздались короткие гудки. Лера шмыгнула носом и подумала, что внезапное исполнение желаний, к которым ты не готов, — штука куда более страшная, чем матерящийся Петрович.

***

А в это же время ее недавний собеседник, System_Admin_Global, он же джинн, дьявол, лепрекон, в общем тот, у кого сотни имен, удовлетворенно закрыл вкладку с ID: Super_Lerka269 и откинулся на спинку кресла. На его лице блуждала сытая улыбка.

Какие удобные времена настали! Больше не нужно являться людям из кувшина в клубах серного дыма, пугать их рогами или заманивать искать радугу. Не нужно тратить время на составление договоров и требовать подписи кровью, соревноваться в хитрости при выполнении желаний. Достаточно просто позвонить на мобильный и выкатить обновление приложения. Эти грамотеи сами нажимают «Принять все условия», даже не читая. Затем включить таймер, создать спешку — и люди сами, захлебываясь от жадности, выкрикнут всё, что нужно. А остальное за тебя доделают соцсети и бюрократия.

System_Admin_Global довольно потянулся и поставил галочку в электронном бланке. План по душам на квартал был снова выполнен досрочно.

Великий мудрец не дремлет!

Сунь Укун (Царь Обезьян, Великий Мудрец, Равный Небу) — персонаж китайской культуры, герой романа «Путешествие на Запад». Обладает невероятной силой, буйным нравом и любовью к каверзным розыгрышам. Летает на облаках, искусно сражается волшебным посохом Цзиньгубан, способным менять размер. Съел персики бессмертия и устроил дебош в Небесных Чертогах, за что Будда заточил его под горой. Позже Укун получил шанс на искупление: богиня милосердия Гуаньинь поручила ему охранять монаха Сюаньцзана. Вместе с ним, свином Чжу Бацзе и Ша Уцзином, Царь Обезьян отправляется в опасное паломничество за священными сутрами. Чтобы усмирить дикий нрав Обезьяны, на Укуна хитростью надевают сжимающийся магический обруч.

Великий Мудрец из автосервиса

Глава 1. Направляющая шпилька суппорта

Девятиклассник Ваня сидел в подсобке на обшарпанном стуле, но не как все нормальные люди, а привычно поджав под себя ноги и балансируя на самом краешке сиденья. Одной рукой он держал телефон, а в другой вертел маркер. Парень вообще не умел сидеть спокойно: постоянно ёрзал и крутился.

Почти все лето Ваня проторчал в автосервисе дяди и сейчас, на осенних каникулах, пришедшихся из-за модульного обучения на начало октября, тоже решил подработать.

На экране крутилось видео: обезьяна с золотыми глазами, заливисто хохоча, прыгала по облакам и размахивала посохом. Диктор переводил с китайского:«И вот Сунь Укун сопровождает монаха. На сложном пути героям приходится сражаться со множеством врагов — жутким Многоглазым Демоном, жестоким Красным Мальчиком и коварной женщиной — Духом Белых Костей…»

— Ванька, хорош в телефон втыкать! — зычный голос дяди Паши прервал просмотр. — Курьер приехал, прими коробки! И не сиди так, свалишься же.

Из-под поднятого капота «Лады» высунулся Михалыч и пробасил:

— Да ладно тебе, Паш, не свалится. Он же натуральная макака! Ему бы не гайки крутить, а в цирке под куполом прыгать.

Ваня улыбнулся, спрыгивая со стула одним легким движением. К нему с детства липли обезьяньи прозвища из-за гиперактивности и страсти лазить по деревьям и гаражам. Видео про Сунь Укуна ему очень понравилось. Обезьяна, которая не просто раздражает всех суетой, а заставляет содрогаться небеса, — это имба!

Парень принял доставку и начал вскрывать упаковки с расходниками. Среди прочего обнаружился странный металлический штырь длиной чуть меньше ладони. На этикетке значилось: «Направляющая шпилька суппорта».

Дядя Паша глянул на деталь, сплюнул и махнул рукой: — Опять китайцы чепуху прислали. Польстился я на дешевизну. Выкинь это барахло, даже с возвратом не возись, копейки стоит. Лучше иди, Михалычу помоги.

Ваня машинально взял штырь. Стоило ему коснуться металла, как по пальцам пробежал ток, а в ушах звякнул гонг. Повинуясь необъяснимому импульсу, он почему-то пристроил штырь за ухом, как карандаш.

Глава 2. Наглый Ваня и банановая диета

Прошло несколько дней.

— Слушай, Паш, я всё понимаю — пубертат, гормоны там, — Михалыч со злостью швырнул ключ на верстак и перешел на шепот. — Но твой Ванька реально берега попутал. Приходит утром, в зубах банан, рожа кирпичом. Я с ним здороваюсь, а он мимо проходит, шкурку под ноги кидает. Это нормально вообще?! Работать стал кое-как! Ведь хороший же пацан был. Смышленый, старательный.

Павел Андреевич тяжело вздохнул, вытирая испачканные в масле руки ветошью: — Да я сам его, Михалыч, не узнаю. Словно подменили парня. Вчера в обед пельмени ему домашние принес — так он тарелку брезгливо отодвинул. Притащил откуда-то персики с бананами, вывалил на верстак и жрал прямо с кожурой! И озирался так дико, будто у него эти бананы отобрать хотят. Я к нему подошел, думал подзатыльник для профилактики прописать, чтоб не дурил...

— И чего? — Михалыч аж подался вперед.

— Да чертовщина какая-то! Увернулся как-то неестественно, прыгнул — я и моргнуть не успел, а он уже на капоте той разбитой «Мазды», что на подъемнике висит, по-турецки расселся. И сверху мне так нагло заявляет: «Руки коротки, шеф! Не дорос еще меня карать!» Я так и сел.

— Во-во! И я про то же! — подхватил Михалыч, косясь на дверь. — А участковый наш, капитан Строгов, заходил, помнишь? Ванька мимо шёл, остановился, нагло так под фуражку капитану заглянул. Глаза аж золотом каким-то в полумраке отливали, веришь, нет? И говорит Строгову: «Форма красивая, начальник, а пахнешь как небесный стражник перед трепкой». Я чуть со стыда не сгорел!

Павел Андреевич со стоном схватился за голову: — О господи... А Строгов чего?

— Да чего, у виска покрутил, сказал, что у малого крыша поехала от тик-токов, — вздохнул Михалыч. — Ты бы поговорил с ним по-семейному, Паш. Ходит, ухмыляется как сумасшедший. Не нравится мне это.

Тяжело вздохнув, Павел Андреевич потянулся к карману за сигаретами, но вместо привычной пачки пальцы нащупали что-то холодное и гладкое. Он выудил железку, на которой было коряво выцарапано: «Курить вредно! Великий Мудрец следит за тобой».

Глава 3. Хе-хе, порезвимся!

А Ване было весело! Привычная шустрость выросла в разы, и подростку это безумно нравилось.

Он таскал фрукты в «Пятерочке» прямо из-под носа у продавцов. Те ничего не могли понять и смешно кричали друг на друга.

Однажды вечером во дворе он увидел друга Славку. Тот сидел на скамейке, увлеченно листая ленту и жуя шаурму. Ваня, прищурив внезапно пожелтевшие глаза, бесшумно обошел его сзади. Выждав момент, он оглушительно завизжал прямо над ухом приятеля. Славка от неожиданности подпрыгнул, уронив шаурму на джинсы.

— Ты совсем больной? — заорал Славка, давая петуха и вытирая холодный пот. — Псих!

Ваня расхохотался и почему-то подумал: «Свинья должна знать свое место! Хе-хе, вылитый братец Чжу Бацзе!»

В автосервисе парень тоже повеселился. Он поменял местами крепеж, аккуратно разложенный по размерам, и перепутал документы на машины. А пока Михалыч копался под капотом старого «Форда», бубня под нос ругательства, Ваня подменил его рожковый ключ на пупырчатый огурец, стащенный из контейнера с обедом дяди. Михалыч не глядя протянул руку, нащупал овощ, на автопилоте попытался закрутить им гайку, раздавил и яростно взвыл. А Ваня уже сидел под самым потолком, уцепившись за железную балку перекрытия, и покатывался от издевательского хохота..

В общем, в эти дни он знатно развлекся.

Глава 4. Порезвимся, детки?

В этот вечер Ваня шел домой непривычно поздно. Раньше он в такое время озирался бы по сторонам и прибавлял шаг, но сейчас его походка была вальяжной. Почему — он и сам понять не мог.

Из густой тени деревьев, росших вокруг детской площадки, вынырнули трое местных отморозков. Главарь преградил Ване дорогу: — Мелкий, закурить есть? А если найду?

Двое других обошли подростка с боков. Ваня было испугался, но в голове зазвучал преследовавший его несколько дней писклявый голос. Голос требовал устроить переполох в Небесных чертогах — ну, или хотя бы на детской площадке.

На лице Вани расплылась широкая ухмылка, а в зрачках вспыхнул золотистый отблеск.

— Найти-то найдешь, сынок, — сорвался с его губ чужой, глумливый голос. — Да только не унесешь. Надорвешься.

Главарь насупился: — Кому хамишь…

Договорить он не успел. Ваня резко выхватил штырь из-за уха, и маленькая железка мгновенно выросла до размеров боевого шеста. У хулигана отвисла челюсть.

— Ну что, детки, порезвимся? — оскалился Ваня.

Подросток двигался неестественно, по-обезьяньи уходя от ударов, прыгая и дико хохоча. Шест в его руках казался невесомым. Ваня ловко подсек одного хулигана под колени, второго огрел по заду, заставив с визгом влететь лицом в кусты. Вожак попытался сбежать, но подросток легким прыжком догнал его и приземлился прямо перед испуганным парнем. Изящным движением Ваня крутанул шест и отправил верзилу в полет, закончившийся на детских качелях.

Троица в панике уползала обратно под деревья. Ваня мощным прыжком запрыгнул на детскую горку. Тяжёлый шест в его ладони послушно уменьшился до размеров шпильки. Подросток уселся на корточки, приставил ладонь ко лбу козырьком и с торжеством оглядел «поле битвы». Ему было безумно весело.

Глава 5. Переломный момент

Спрыгнув с горки, Ваня побрёл домой. Внезапно писклявый голос в его голове проговорил вполне отчетливо:

— Хе-хе! Классная драка, пацан! Гордись, теперь в тебе моя великая суть!

Ваня испуганно замер, озираясь по сторонам, а затем шёпотом спросил, чувствуя себя полным идиотом: — Ты… ты кто? Моя личная кукушка?

— Какая еще кукушка! — фыркнул голос. — Я — Сунь Укун, Прекрасный Царь Обезьян, Великий Мудрец, Равный Небу! Точнее, самая лучшая и веселая его часть, выброшенная с небес толстощеким Буддой и его нудными последователями!

Ваня обрадовался. Голос в голове больше не пугал. Парень чувствовал себя избранным.

Дома ему попало от мамы за позднее возвращение и захотелось расслабиться. Он включил заброшенный в последние дни компьютер и запустил любимые «танки». Однако стоило зайти в бой и затаиться в кустах, как тело пронзила зудящая судорога.

— Эй, пацан! Зачем мы сидим и смотрим в стекло?! — яростно взвыл Укун в его голове. — Вставай! Почему мы не прыгаем?! Ты что, медитируешь в таком шуме?

— Да тише ты, я играю! Нас сейчас убьют! — сквозь зубы огрызнулся Ваня, пытаясь прицелиться.

От грохота взрывов и Ваниного упрямства Великий Мудрец потерял терпение. В следующую секунду Ваня с ужасом увидел, как его рука сама собой яростно взметнулась и разнесла новенькую колонку.

— Слишком много шума от этих глупых ящиков! — гордо пропищал голос. — Великому Мудрецу нужен покой!

В комнату испуганно заглянула мама, вытирая руки полотенцем: — Ванечка, что тут грохнуло?! Господи, колонка... Ты как умудрился?

Ваня уставился на обломки. На глаза навернулись слёзы — на эту акустику он горбатился половину каникул.

Глава 6. Переполох

На следующий день было воскресенье. В университете проводили День открытых дверей, и Ваня собирался туда пойти. Но, когда девятиклассник с трудом разлепил глаза, то с ужасом понял, что сильно проспал, и мероприятия уже начались.

Ваня кое-как умылся и впопыхах оделся. У самой двери его догнала мама, держа в руках шапку: — Вань, октябрь на дворе, а ты все без шапки ходишь. Надень, простудишься ведь!

Стоило Ване бросить взгляд на спортивную шапочку, как Укун внутри него взвился от дикого ужаса. Перед глазами Обезьяны вспыхнули воспоминания о проклятом венце, который его когда-то заставили надеть под видом красивой шапки.

— Назад, глупая женщина! — яростно заверещал Ваня. — Опять хотите лишить Великого Мудреца свободы?! Не дамся! Не надену!

— Ваня, ты чего?! — ахнула мама, отступая на шаг.

Парень с трудом унял Укуна. — Извини, мам... Я... мне некогда, опаздываю! — крикнул Ваня и пулей выскочил за дверь.

Он собирался идти на день открытых дверей вместе со Славкой, но тот, конечно, не стал его ждать. Даже не позвонил.

Ваня добрался до университета в самый разгар мероприятия. Стоило ему сесть в переполненном зале, как проклятый зуд вернулся. Ваня ерзал, соседи шикали на него, а Царь Обезьян без умолку комментировал: — Здесь учат бессмертию? Нет? А летать на облаках? Тоже нет?! Пацан, да тебя обманывают! Эти смертные в скучных пиджаках только зря сотрясают воздух! Давай устроим переполох, тут сразу будет веселее! Запусти в того, красномордого, ботинком! Нет? Ну хоть на колонну заберись!

Чувствуя, что теряет контроль, Ваня выскочил в коридор. И тут его сердце ушло в пятки. Возле расписания стояла Даша из параллельного класса — девочка, которая уже полгода безумно ему нравилась. Заметив парня, она приветливо улыбнулась: — О, Вань, привет! Тоже думаешь сюда поступать? Я с утра на встречах двух факультетов побывала, устала ужасно. Может, пойдём перекусим?

Ваня закивал, на миг забыв обо всём. А дальше начался кошмар. Стоило им зайти в «Додо», как подросток почувствовал, что жутко голоден, и чуть с не сошел ума от запаха пиццы. Сам того не желая, он запрыгнул с ногами на высокий барный стул, уселся на корточки и начал озираться. Увидев лежащую на стойке горячую «Маргариту», он беспардонно схватил её, сожрал начинку, а лепешку с визгом швырнул в открытое окно — и угодил прямо в лобовое стекло проезжавшей машины.

Даша от ужаса округлила глаза, а посетители начали испуганно шептаться и снимать неадеквата на телефоны. Ваня пришел в себя, густо покраснел, пробормотал что-то невнятное и в панике выбежал на улицу.

Он был вне себя от ярости. Со слезами на глазах подросток выхватил из-за уха металлический штырь. — Хватит! Убирайся! — закричал Ваня и со всей силы швырнул его в урну.

Железка исчезла среди мусора. Ваня с облегчением выдохнул, но не успел даже развернуться, как что-то звякнуло. Он запустил руку за ухо — посох лежал на прежнем месте. Ваня его снова выбросил. Потом попробовал закопать в землю, сломать... Но посох тут же возвращался за ухо, а в голове раздавался издевательский хохот: — От меня не избавишься, пацан! Теперь мы с тобой одно целое, хе-хе!

Глава 7. Смог и выбор на мелькомбинате

Пытаясь избавиться от Укуна, Ваня забрел в городской парк. Как назло, там было много народа. Стояло начало октября, выходной выдался на редкость тёплым, поэтому на аллеях шла бойкая торговля и вовсю работали аттракционы. Ваня было направился в сторону лесного массива, подальше от шумной толпы, но дорогу ему преградил молодой человек азиатской наружности в ярко-красной куртке. Незнакомец выглядел спокойным, но его пронзительный взгляд буквально пригвоздил Ваню к месту.

— Отдай мне Цзиньгубан, — негромко, но властно произнёс он. — Он не должен находиться у тебя.

Ваня почувствовал, как Укун впал в истерику. Парень даже не успел ничего сообразить, как чужая воля заставила его тело сорваться с места и побежать. На пути выросло колесо обозрения. Ваня легко перемахнул через ограждение и на ходу запрыгнул в открытую кабинку. Снизу что-то гневно закричал билетёр, но кабинка уже стремительно уносила подростка ввысь.

Поглядев вниз, Ваня затаил дыхание. Человек в красной куртке спокойно стоял у забора аттракциона, дожидаясь, пока колесо сделает оборот и опустит беглеца на землю.

В голове Вани яростно завопил Царь Обезьян, призывая на помощь волшебное облако. На его зов со стороны металлургического комбината подтянулся густой промышленный смог. Парень даже не успел испугаться, как его ноги сами собой оттолкнулись от кабинки, и он прыгнул в жёлто-серое месиво, чудом удержавшее его вес. Ваня полетел на нем несколько сотен метров и рухнул на крышу заброшенного элеватора, надсадно кашляя от едкого дыма.

Непостижимым образом парень в красной куртке оказался там же.

— Ну же! — повторил он. — Отдай посох!

В этот момент из тени вентиляционного дефлектора вышла красивая женщина. Её лицо показалось Ване смутно знакомым.

— Не слушай мальчика в красном! — сказала она. — Я богиня Гуаньинь. Быстрее отдай мне посох! Или Красный Мальчик погубит тебя и весь твой город!

— Не отдавай им посох! — дико заорал Укун. — Сбрось обоих вниз! Я научу тебя драться и летать на облаках!

— Отдай мне посох, — уговаривала Гуаньинь. — Ему не место у смертного!

— Этот артефакт разрушает твою душу. Ты уже теряешь себя. Отдай его мне, пока не поздно, — тихо, но твердо говорил молодой человек.

Ваня чувствовал, что у него раскалывается голова. Мысли путались, но сквозь вопли Обезьяны он вдруг понял: это существо уничтожает его жизнь. Он поссорился со Славкой, довел до слез маму, опозорился перед Дашей. Дядя Паша, мастера в сервисе и даже участковый теперь смотрят на него косо. Неужели самый опасный монстр —не чудовище из ужастика, а то, что сидит внутри тебя? Ваня всегда был непоседой, но никогда — эгоистом с дикими повадками. В какой момент он не заметил, как пересек черту?

— Отдай посох, — повторила Гуаньинь. — Не слушай прохиндея в красном! Я решу все твои проблемы. Дам миллион долларов. Куплю любой компьютер, квартиру, машины.

Ваня поглядел на женщину. Он так и не досмотрел видео про китайский эпос, но его знаний хватило, чтобы почувствовать фальшь. Настоящая богиня милосердия ни за что бы не стала кого-то оговаривать и предлагать деньги.

Ваня принял решение. Пересиливая зуд во всём теле, он достал штырь и протянул его парню в красном: — Забирай! Мне это не нужно!

Эпилог. Ошибка доставки

Как только металл коснулся ладони молодого человека, красная куртка осыпалась искрами. Он предстал перед Ваней в красном буддийском монашеском одеянии, гармонично дополнявшем его чистое и мудрое лицо. Обезьяний писк в голове наконец-то затих.

В ту же секунду крыша заброшенного элеватора озарилась мягким золотым сиянием. На белоснежном, лучащемся облаке спустилась настоящая богиня Гуаньинь. Её величие невозможно было спутать ни с чем.

— Ты сделал правильный выбор, Иван, — прозвучал её голос, похожий на звон хрустальных колокольчиков. — Высшие силы не могли вмешаться, пока человек сам не примет решение. Свобода духа священна.

Богиня повернулась к лже-Гуаньинь. Лицо обманщицы исказилось бессильной злобой, кожа на глазах начала сереть и осыпаться прахом. Под ней заблестели кости.

— Это Дух Белых Костей, — объяснила Гуаньинь Ване. — Давняя и коварная противница Укуна. Она долгие века искала тёмную, бунтарскую сторону Царя Обезьян. Ту самую грязь и эгоизм, которые отвалились от него, когда он очистился и стал Буддой Победоносной Борьбы.

Богиня взмахнула рукой, и её посох засиял чистым светом.

— Злодеи много веков тайно проводили раскопки, маскируя их под строительство. Недавно они обнаружили тёмный Цзиньгубан. Сюаньцзан, — Гуаньинь указала на мужчину в буддийском одеянии, — выследил их, но они успели увезти посох. Мы двигались по их следу и почти настигли. Понимая, что проигрывают, они спрятали посох среди посылок в службе доставки, наклеив на него первую попавшуюся этикетку. Но, сбив нас со следа, они и сами потеряли коробку.

Дух Белых Костей зашипела, пытаясь броситься на монаха, но одним коротким движением руки Гуаньинь обратила её в кучку серого пепла.

Гуаньинь протянула руку, увлекая Ваню и танского монаха на облако. Мир внизу превратился в размытые огни. Ваня даже не успел испугаться, как оказался на детской площадке в родном дворе.

Рядом на скамеечке сидела все та же троица хулиганов. Стоило им заметить Ваню, как двое парней трусливо полезли под лавку, звучно столкнувшись лбами. Их главарь, держась за ушибленный бок, замер и изо всех сил попытался прикинуться невинной пенсионеркой.

Ваня не смотрел на них. Он заметил подкатившую к дому машину дяди и со всех ног кинулся к ней.

— Ванька! Живой! Ты где пропадал, сорванец?! — дядя Паша крепко схватил его за плечи, тревожно всматриваясь в лицо. — Мне мамка твоя позвонила. Говорит, утром вел себя странно. Потом Славик звонил, рассказал, что ты в пиццерии едой швырялся, а после удрал куда-то! Мы тебе обзвонились, а ты трубку не берешь! Всё нормально? Глаза вроде обычные... Не дуришь больше?

Ваня искренне улыбнулся дяде и шмыгнул носом: — Всё хорошо, дядь. Пойдём домой. Попросим маму пельмени сварить. Я так по ним соскучился, ты не представляешь.

Дядя облегчённо выдохнул, приобнял племянника за плечи, и они вместе пошли к подъезду.

Ад нового уровня

1. Точка невозврата (Наши дни)

В надзорной палате Областной психиатрической больницы № 2 пахло хлоркой и безысходностью. Тусклый свет очерчивал контуры кроватей. На одной из них лежал человек. Он неотрывно глядел в потолок, хрипло шепча что-то про «пыльную розу» и «наливающийся кровью третий глаз».

На соседней койке, обняв костлявые колени, сидел другой пациент. Он был бледным, лохматым, с диким затравленным взглядом. Его длинные сухие пальцы непрерывно барабанили по матрасу.

— Спринт... надо закрыть спринт, — завывал пациент, а его левый глаз безумно дергался. — Логи... проверьте логи... деплой упал... база данных рефакторится...

От этих звуков у молодой медсестры по коже пробежал мороз.

Дежурный психиатр, стараясь не глядеть на пациента, вздохнул, сделал пометку в журнале «Тяжелый психоз, мономания, бред на профессиональной почве», и приготовил шприц с дозой галоперидола.

2. Пробуждение (Три недели назад)

Бес уныния Аспид проспал сто двадцать пять лет. В 1901 году он пытался отужинать разумом петербургского поэта-символиста, но тот в унынии напился до такой степени, что стал видеть чертей. В состоянии белой горячки оказался буйным и гонял беса кочергой по всему городу. Аспид растратил энергию беготню и судорожные проскальзывания сквозь щели. Обессилив и усохнув до размера грязного валенка, бес был вынужден спуститься под землю и залечь в спячку.

В августе 2026 года на пустыре около панельной девятиэтажки начали строить дренажный септик. Экскаватор с утробным грохотом разбил камни, среди которых дремал бес. Разбуженный, полуслепой от дневного света Аспид в панике рванул подальше от шума. Серой тенью он скользил по трубам и кабельным коробам, пока не пришел в себя в душном полуподвальном помещении.

Помещение оказалось мастерской художника Клима - натуры тонкой, пьющей, глубоко несчастной. И прекрасно подходящей на роль кормушки для беса. Аспид быстро присосался к художнику и за пару дней довел того до ручки.

Он был доволен победой, но художник сломался слишком быстро. Из него выкачалось совсем мало энергии — бес едва начал обрастать свежей шерстью. Срочно требовалась новая жертва.

Присасываться к кому попало Аспид опасался. По правилам подселения, чтобы качать из человека страх и отчаяние, нужно влить в его разум собственную бесовскую силу и сонастроиться с биополем. После этого следовало довести жертву если не до самоубийства, то до безумия. Уход без выполнения условий означал потерю энергии, которой у Аспида не было.

Санитары увозили Клима с помпой. Художник, завернутый в смирительную рубаху, как незаконченная скульптура в рогожу, отчаянно брыкался и кричал, что в фактурной штукатурке цвета «пыльная роза» замигал третий глаз.

Соседи, кто с испугом, кто с любопытством глазели на бесплатное представление. Большинство из окон, на улице ошивалось всего несколько потенциальных жертв. Вызвавшая бригаду энергичная пенсионерка с заливающейся лаем мелкой собачонкой. Один из санитаров, принимая у нее подпись, устало бросил:

— Спасибо за бдительность, Вероника Петровна.

Таких активных и явно скандальных баб бес обходил стороной и в лучшие времена — себе дороже связываться. Санитаров и врачей при исполнении трогать запрещалось.

Чуть в стороне меланхолично опирался на метлу дворник-таджик. С ним Аспид тоже решил пока дел не иметь: мало ли какие у иноверцев шайтаны и защитные заговоры.

А вот бледный, лохматый парень, получавший у курьера готовую еду, привлек пристальное внимание беса.

— Сергей, ваш заказ! — крикнул доставщик, передавая крафт-пакет.

Парень вяло кивнул, его взгляд был отсутствующим, а под глазами залегли глубокие тени.

«Легкая добыча, — подумал бес, бесплотной тенью перепрыгивая на Сергея. — Явно одинокий, нездоровый. Доведу - будет бегать по двору в одних трусах и кричать, что за ним гонятся призраки».

3. Тринадцатый этаж

Парень вошел в квартиру, пинком сбросил кроссовки и швырнул крафтовый пакет на заваленный хламом стол.

Аспид ловко соскользнул на пол и осмотрелся. Квартира напоминала филиал ада в лучшем проявлении: всюду высились пизанские башни железяк, грязной одежды и коробок из-под пиццы. В раковине кисла посуда, а от жестяных банок фонило таурином так, что у беса зачесались уши.

«Идеально, — сыто зажмурился Аспид. — Обитель меланхолика. Изведу за неделю».

Сергей, жуя бургер, уселся в гигантское кресло, похожее на трон межгалактического императора, и погрузился в работу. Его подсвеченное монитором лицо было бледнее, чем у чахоточных поэтов. На дворе окончательно стемнело, и Аспид перешел к действиям.

Для начала бес решил порадовать Сергея своим лучшим утробным скрежетом и стонами — звуками, от которых в девятнадцатом веке люди седели за ночь.

Сергей потряс головой в массивных наушниках. Затем почесал лодыжку об ухо замершего от изумления беса, и раздраженно пробормотал: — Блин, басы, что ли, хрипят? Или у Костяна на созвоне микрофон фонит?..

Желтые кошачьи глаза беса налились обидой. Он резко прыгнул на подоконник, прямо в зону периферийного зрения Сереги, и разинул пасть, демонстрируя игольчатые зубы и фиолетовый язык. В отражении темного ночного стекла его силуэт должен был выглядеть как предвестник смерти.

Сергей вздохнул. Его рука потянулась к пульту на столе.

— Чертовы блики, — ворчливо сказал айтишник.

Раздался тихий гул электромотора. Тяжелая штора-блэкаут с тихим шелестом поползла сверху вниз, накрыв Аспида целиком и размазав его морду по стеклу.

Сергей удовлетворенно щелкнул пальцами и углубился в код.

В голову Аспиду через созданный им же канал связи хлынул потоки терабайтов. Перед глазами беса, никогда не видевшего ничего сложнее керосиновой лампы, пронеслись миллионы строк кода. Вскоре Аспид поймал себя на том, что его собственные мысли начинают строиться по принципу if/else.

Кое-как выдрав расплющенное тело из-за шторы, Аспид уполз в темный угол за системным блоком. Бес вытащил потрепанную методичку, полученную в адской канцелярии и повторил матчасть: «Не тратьте силы на дешевые пугалки. Душите человека будничной серостью. Нашептывайте ему мысли о собственной ничтожности, чтобы он сам воздвиг вокруг себя стену уныния».

Бес поглубже запустил ментальные когти в разум программиста и вкрадчиво, на самой грани слышимости, зашептал: — Всё тлен... твоя жизнь пуста... впереди лишь мрак и бездна... Жизнь проходит мимо. Тебе скоро тридцать… Ровесники покупают дома и путешествуют, а ты сидишь в темноте и перебираешь чужой мусор. Ты бездарность. Завтра все поймут, что ты ничего не умеешь, и с позором тебя вышвырнут… Впереди только пустота и одиночество…

Аспид замер, приготовившись впитывать энергию. Он ждал, что парень сейчас уронит голову на клавиатуру, заломит руки или хотя бы судорожно вздохнет.

Сергей лениво таращился на строчки кода. В его голове промелькнуло:

«Ну да, опять депрессия по расписанию. Надо будет дозировку антидепрессантов с врачом пересмотреть. И кофеин бахнуть, а то рубит».

Аспид поднажал, вливая в разум жертвы порцию концентрированной меланхолии: — Всё, что ты делаешь — бессмысленно! Этот мир катится в бездну, твои усилия ни на что не влияют, завтра всё рухнет, и никто даже не вспомнит твоего имени! Какой смысл продолжать? Сдайся…

Сергей вяло почесал лохматый затылок и нажал Ctrl+F5. «То, что катиться в бездну, это понятно, у нас весь прод такой, — сонно подумал он. — А то, что завтра все рухнет — так это legacy-код от “друзей” из Самары. Костылей понаставили и документацию коряво сделали. Ладно, похрен, напишу костыль поверх костыля, авось до пятницы доживет».

Аспид опешил. Этот человек почему-то считал ужас перед бессмысленностью бытия нормальной рабочей средой.

Поняв, что философия не работает, бес решил действовать через конкретные триггеры. Чтобы найти болевую точку, он рискнул заглянуть глубже в мысли Сергея.

Перед мысленным взором Аспида разверзлась бездна, в которой не было ни поэзии, ни грехов, ни страстей. Там был ад нового уровня. Беса швырнуло в бесконечный цикл, где миллионы переменных сталкивались друг с другом, порождая ошибки. Вокруг выли сущности, которые Сергей называл «асинхронными запросами». Из темноты выплывали страшные лица менеджеров из Zoom, которые улыбались и хором повторяли: «Коллеги, давайте засинхронизируемся по спринту, нам нужно пошерить алаймент к релизу».

— Что это за заклинания?! — мысленно взвизгнул бес, безуспешно пытаясь выкарабкаться из чужой головы.

Экран мигнул. Деплой снова упал. Сергей глухо выругался.

К трем часам ночи бес уже не шептал про тлен. Он сидел на плече у программиста, судорожно дергал левым глазом и мысленно орал в такт чужим мыслям: «Логи! Проверь логи, идиот! Там же утечка памяти в седьмой строке! Если мы не поднимем базу к утру, техдир нас живьем сожрет!»

4. Утро

К семи часам утра Аспид чувствовал себя так, словно по нему проехалась карета скорой помощи. Проклятый айтишник не спал всю ночь — он сидел, щелкал адской стрекочущей коробкой и пил пахнущую смертью жидкость из жестяных банок.

«Ничего, — думал Аспид, потирая дергающиеся уши длинными пальцами. — Сейчас покажу ему, кто здесь хозяин. Лишу отдыха. Старый добрый полтергейст еще никого не подводил».

Сергей наконец оторвался от монитора, хрустнул шеей так, что Аспид завистливо прикусил язык, и поплелся на кухню. Бес тенью скользнул за ним. Сейчас жертва нальет кипяток в чашку. Достаточно толкнуть ее под руку – ожог, осколки, паника и психоз обеспечены.

Айтишник подошел к серебристому агрегату. Нажал кнопку. Машина зарычала, заглушив победный писк Аспида, и начала с грохотом перемалывать кофейные зерна. Бес от неожиданности подпрыгнул на полметра и больно ударился затылком о навесную полку.

Пока Аспид шипел и тер ушибленную голову, Серега безучастно налил в кружку черную жижу, бросил туда три кубика сахара и вернулся в комнату. Он сел перед экраном, нацепил огромные наушники с микрофоном и нажал на панели круглую светящуюся кнопку камеры.

— Привет, команда, — вяло сказал Сергей в пустоту комнаты. — Да, я посмотрел логи. Там полная лажа с сервером. Архитектура кривая, деплой упал, базу данных надо рефакторить с нуля...

Аспид замер посреди ковра. От монотонного бубнежа у беса закружилась голова, а в ушах появился странный писк.

«Он уже давно сумасшедший, — с ужасом понял Аспид. — Разговаривает с духами через светящееся зеркало. Призывает демонов высшего порядка? Надо бежать. Но как?»

5. System failure

В этот момент входная дверь квартиры распахнулась. Аспид едва успел юркнуть под диван.

В прихожую, как тропический ураган, ворвалась энергичная девушка, таща за собой чемодан.

— Серега, я приехала! — звонко крикнула она, сбрасывая кроссовки. — Господи, у тебя дышать нечем! Запах доширака сильнее, чем в плацкарте. А я-то за два дня дороги думала, что хуже быть не может!

Сергей испуганно вздрогнул, мгновенно клацнул кнопкой отключения микрофона в рабочей программе и обернулся, виновато глядя на нее: — Вика!.. Ты чего так рано? И зачем сама всё тащила? Я же просил — набери с вокзала, я бы встретил.

— Да ладно, у чемодана колесики, — улыбнулась Вика, проходя в комнату. — Ты работай, работай. Я только шторы открою и пыль разгоню, а то тут как в склепе.

Вика решительно зашагала по комнате, на ходу открывая окна. Солнечный свет и свежий утренний воздух ворвались в в помещение. Аспид зажал нос лапками, его глаза заслезились.

— Так, стоп, — Вика замерла посреди комнаты и посмотрела на диван. — Сереж, а у нас что, мыши завелись? Или крыса? Я всего две недели в командировке была. Ты во что квартиру превратил?

Сергей, не снимая наушников, на секунду обернулся: — Вик, у меня созвон, не шуми, ладно?

— Созвон у него! — возмутилась Вика, решительно хватая пылесос. — Сейчас устрою твоему кармическому мусору тотальный клининг!

Аспид с ужасом увидел, как под диван, прямо к его носу, стремительно приближается гудящая труба. Поток воздуха подхватил беса, и — шмяк! — его с визгом втянуло в пластиковое сопло.

«Ошибка! System failure! — панически забилось в его голове. — Принудительная очистка диска!»

Мир превратился в круговорот. Аспида протащило по гофрированному шлангу, хорошенько приложило о пластиковое колено и на бешеной скорости швырнуло внутрь прозрачного контейнера. Там уже кружился адский вихрь из волос, крошек и пыли.

Через пять минут яростного гула пылесос внезапно затих. Крышка контейнера с треском откинулась, и Аспид вместе со всем содержимым вывалился в ковш мусоропровода. Сверху на него приземлилась гора жестянок из-под энергетика. Ковш с грохотом закрылся.

Полёт с тринадцатого этажа был долгим. Расстояния между бесом и Сергеем увеличивалось. На уровне третьего этажа ментальный контакт натянулся до предела и лопнул. Энергия со свистом покинула беса. Прямо внутри мусоропровода Аспид начал раздуваться до человеческих размеров.

6. Эпилог

Вероника Петровна стояла у подъезда, наблюдая, как её собачка облаивает прохожих. Вдруг тяжелая дверь мусорокамеры со скрипом приоткрылась, и оттуда вывалилось странное лохматое существо с дергающемся глазом. Оно барабанило длинными пальцами по воздуху и завывало: — Падение системы с тринадцатого уровня... соединение с сервером разорвано… Критическая ошибка!!!

— Батюшки, еще один! — Вероника Петровна поджала губы и выхватила мобильник. — Прямо эпидемия на районе. Алло, скорая? Психиатрия? Записывайте адрес... Да-да, тот же! Их тут уже двое, видать, из одной секты...

Опять двадцать пять

Марат сидел на диване, тупо глядя на пустую бутылку из-под дешёвого виски, и думал о том, что сорок два года — отличный возраст для того, чтобы всё закончить.

Полгода назад от него ушла жена, забрав совместно нажитого кота (собаку он бы отвоевал, но кота было не жалко). Ипотечную жилплощадь пришлось продать и съехать в доставшуюся от бабушки однушку на окраине Казани. И любоваться, как двадцать лет назад, когда впервые заехал в нее, обоями в цветочек.

А сегодня работа, которой он посвятил двадцать лет жизни, оказалась под вопросом. До Марата дошли слухи о том, что замдиректора продвигает на его выстраданную должность своего племянника – дебиловатого юношу с дипломом платного вуза. Два года как стал заведующим складом – и на тебе.

Марат тупо уставился на экран ноутбука. Трансляцию футбола прервала реклама выставки. Мелькнуло фото Инессы — когда-то эта девочка жила в соседнем подъезде и сохла по Марату. Сейчас она мелькала в светской хронике как успешная художница и владелица картинных галерей. Но Марат тогда выбрал яркую Свету, показавшуюся более богатой невестой.

Эх, вернуть бы всё назад, поступить правильно, бросить Свету, жениться на Инессе, накупить долларов и биткоинов... Он же теперь всё знает! Вот бы зажил!

Экран ноутбука неожиданно моргнул. Вместо рекламы и футбола на нём появился мужчина с дредами, в ожерелье из волчьих зубов и в деловом пиджаке на голом торсе.

— Хочешь вернуться в свое прошлое? — спросил он. — Могу устроить. Не боишься, что пожалеешь?

— Не пожалею! — пьяно ухмыльнулся Марат.

— Ну ок, принято.

Марат пьяно хмыкнул и вырубился.

***

Будильник не прозвенел. Марат подорвался с дивана, бешено вращая глазами. На часах было восемь пятнадцать. — Сука, только опоздания не хватает! — взвыл он.

Голова раскалывалась, во рту поселился отряд сусликов. Марат на автопилоте натянул валявшийся рядом свитер, схватил сумку и вылетел во двор.

Машины на месте не обнаружилось. «Где я её бросил вчера? У кабака, когда пить начал?» — он похлопал по карманам, но брелок не нашел. Время поджимало, и он побежал к остановке.

Вместо электробуса подкатила ржавая маршрутная Газель.

Марат протиснулся внутрь, едва не сломав шею о низкий потолок. — За проезд передаём! — рявкнула тётка, сидевшая у двери.

Марат нашел в кармане тысячу и протянул ей.

Тётка посмотрела на него как на сумасшедшего и швырнула в ответ ворох сдачи. — Забирай, подавись! Тащат крупные купюры с утра пораньше, думают бесплатно прокатиться, халявщики…

Марат уставился на мятые купюры и монеты. Проезд в транспорте так дешево стоит?

Времени считать мелочь не было. Газель уже подъезжала к нужной остановке. Марат выскочил и поспешил в сторону проходной. Завернув за угол, он остановился, разинув рот. Завода не было. Вместо него тянулся ряд гаражей. Возле одного мужик в трениках ковырял «девятку» под завывания Потапа и Насти «Не люби мне мозги».

В кармане вдруг что-то бешено задёргалось, и раздался резкий звонок.

Марат машинально сунул руку в карман, но вместо любимого кредитного айфона, ставшего последней каплей при разводе со Светой, вытащил кнопочную «Нокиа».

— Алло?

— Маратыч, здорова! Ты где шлындаешь? — заорал в трубку Колян, парень, который уехал в Израиль в начале десятых. — Ринат Хайрулович рвёт и мечет! Если через десять минут не передашь накладные на арматуру, он тебя живьём закопает в секции Б!

Марат медленно опустил руку с телефоном. На дисплее высветилась дата: 6 октября 2009 года.

Он посмотрел на свои руки. Кожа была молодой и гладкой. А в отражении витрины ларька «Союзпечать» на него смотрел двадцатипятилетний парень с густой шевелюрой.

***

На промбазу, где работал в 2009, пришлось добираться через полгорода. Паника улеглась, происходящее стало казаться не то сном, не то дурацким квестом. Было странно видеть снесенные десять лет дома и пустыри на месте новых парков. Не успел он зайти на работу, как его вызвал начальник.

Офис Рината Хайруловича встретил Марата запахами растворимого кофе, бумаги и угрозы. Сам начальник базы — плотный, коротко стриженный мужчина в сером костюме — мрачно посмотрел на часы, а затем на вошедшего. Его глаза горели праведным гневом руководителя, собирающегося устроить образцово-показательную порку.

— Валеев, сука, ты за временем смотришь?! — с ходу начал Хайрулович, багровея. — Накладные где? Я тебя...

Марат спокойно прошелся по кабинету и без приглашения сел на стул. Закинул ногу на ногу.

— Ринат Хайрулович, давайте снизим тон, — негромко, но с убойной уверенностью произнес он. — Орать на меня не надо. Нарушение трудовой этики, понимаете? За накладные не переживайте, всё на месте. А вот с графиком работы проблема. Я два года пашу без отпуска.

Хайрулович осекся на полуслове и вытаращил глаза. Такой наглости от тихого кладовщика он не ожидал.

— Что-о? — протянул он, теряя запал от растерянности. — Какая еще этика?! Ты опоздал!

— Задержался по производственной необходимости, — парировал Марат, хитро улыбнувшись. Он прекрасно помнил, как из-за серой схемы эта база через пару месяцев погрязнет в проверках, и решил изящно разыграть эту карту. — И вообще, Ринат Хайрулович, я тут посчитал... Переработки, задержки, плюс деликатное сопровождение, скажем так, особых поставок через фирму вашего зятя. За лояльность полагается компенсация.

Хайрулович побледнел. Его ладонь нервно накрыла лежащую на столе папку. Он уставился на Марата.

— Чего ты хочешь? — хмуро спросил начальник, мгновенно растеряв грозный вид.

— Три недели оплачиваемого отпуска. Прямо с сегодняшнего дня, — Марат постучал пальцем по столу. — И деньги. Тридцать тысяч отпускных и компенсация… сто тысяч. Наличными. Прямо сейчас. За конфиденциальность. Чтобы я вернулся из отпуска полным преданности нашему делу.

Хайрулович смотрел на него полминуты. В его глазах боролись желание прибить наглого кладовщика и страх. Страх победил. Начальник полез в сейф, вытащил купюры с видами Ярославля и Хабаровска. Швырнул их на стол и выдавил:

— Пиши заявление на отпуск. И чтоб три недели я тебя здесь не видел.

Марат аккуратно забрал деньги, спрятал их в карман и поднялся, скрывая радость. Он технично переиграл систему. Жизнь определенно налаживалась.

***

Выйдя на улицу, Марат вдохнул полной грудью. Деньги приятно утяжелили карман. Первым порывом, продиктованным памятью, было бежать в обменник. Но дойдя до ближайшего банка, он уставился на табло и разочарованно хмыкнул. Доллар продавали примерно по 30 рублей, а принимали по 29 с копейками. Спред сожрал бы часть выгоды сразу, а главное — Марат вспомнил, что серьезный скачок будет только в 2014. Пять лет ждать? Ну уж нет.

«Биткоин! — вспомнил Марат. — Его же только запустили, стоит очень дешево. Вот только как его купить с кнопочной Нокии?»

Вдруг его взгляд наткнулся на букмекерскую контору.

«Матч “Рубин - Барселона”» — осенило Марата.

Кто же не помнит тот легендарный матч? Когда казанский «Рубин» обыграл «Барселону» на «Камп Ноу» со счетом 2:1.

Марат кинулся к подвальчику с вывеской «Ставки на спорт». За стойкой сидела заспанная девица. Коэффициент на победу казанцев давали запредельный — около девятнадцати.

— Всё на победу «Рубина» против «Барселоны», — Марат уверенно выложил на стойку сто тысяч.

Девица посмотрела на него со смесью жалости и презрения: — Парень ты хорошо подумал? «Рубин», конечно, красавцы, но шансы против «Барсы»…

— Меньше слов, больше дела. Оформляй, — отрезал Марат.

Получив заветный квиток, он почувствовал себя богом. Через пару недель он заберет почти два миллиона, найдет способ купить чертов биток, в 2014 поймает скачок доллара и к 2026 году будет богаче Илона Маска.

***

Следующие недели Марат жил в бестолковом кайфе, наслаждаясь молодостью и свободой. Спал до обеда, гудел в пабах, купил на рынке «Караваево» крутую кожанку и профессиональные кроссы.

Оставалось избавиться от Светланы и подкатить к Инессе. Неожиданно это оказалось непросто. Воспитанная в большой и крепкой татарской семье, Света считала своим долгом заботиться о мужчине. Стоило Марату высказать претензию, как она тут же соглашалась и гасила ссору в зародыше.

Заходя к ней в гости, он обнаруживал исходящий паром суп на плите и тарелку эчпочмаков. Его звали к столу. Марат садился, уплетал за обе щеки потрясающую домашнюю еду и злился. Он-то планировал устроить скандал в стиле «мы слишком разные, я ухожу в закат», но как это сделаешь с набитым ртом?

Параллельно Марат начал окучивать Инессу. Третьекурсница худграфа из Бугульмы снимала комнату в соседнем подъезде вскладчину с двумя такими же студентками. В своём прошлом Марат едва её замечал — ну ходит какая-то пигалица в заляпанных джинсах. Но теперь-то он знал её потенциал.

Марат подкараулил Инессу у подъезда, когда та волокла тяжёлый подрамник. — Давай помогу, — вальяжно произнёс Марат, перехватывая ношу. На нём была та самая новая кожанка, он предусмотрительно побрился и сбрызнулся дорогим дезодорантом.

— Ой... Спасибо, — Инесса мгновенно густо покраснела и заправила прядь волос за ухо. Она смотрела на него снизу вверх.

— Слышал, ты картины пишешь? — Марат снисходительно улыбнулся, пока они поднимались по обшарпанной лестнице. — Я люблю искусство. Зайдёшь как-нибудь на чай? Расскажешь про свои работы. У меня, кстати, колбаса и конфеты хорошие есть.

Инесса закивала, глупо улыбаясь: — Да, с удовольствием... Я приду!

И пришла.

***

Двадцатого октября Марат проснулся рано. Вечером «Рубин» обыграет «Барселону», он сорвет куш и… Размышления прервал звонок в дверь.

На пороге стояла Света в забавной вязаной шапочке, раскрасневшаяся от быстрой ходьбы.

— Маратик, привет! — выдохнула она, проскальзывая в коридор. — Я на секунду. У дяди Ильдара «УАЗик» барахлит. Попросил инструменты из гаража привезти, а я в них вообще ничего не понимаю. Помоги, а?

В «том», старом 2009 году, Марат, чертыхаясь, действительно побежал чинить «УАЗик», на ходу названивая Ринату Хайруловичу и сочиняя, что отравился шаурмой.

Но сейчас раздражённо отмахнулся:

— Свет, отстань. Пусть сам разбирается.

В этот момент из комнаты выглянула Инесса в ночной рубашке:

— Милый, кто там?

Света замерла, уставившись на неё с удивлением, которое быстро сменилось обидой.

— Ах, вот оно что… Заешь что, Валеев? Ты козел и бабник! Не смей ко мне приближаться!

Она грохнула входной дверью, так что с потолка посыпалась побелка.

Марат хмыкнул, проблема решилась сама собой.

— Какая-то странная девушка, — объяснил он Инессе. — То машину помоги чинить, то не приближайся. Осеннее обострение, наверное.

***

Вечером Марат сидел в спортбаре на Баумана. Вокруг ревело и пенилось море из пива, шарфов с эмблемой «Рубина» и предвкушения чуда. Он снисходительно поглядывал на мужиков, увлёченно споривших, сколько мячей Месси отгрузит казанцам. Квиток на сто тысяч приятно жёг карман.

Экран над барной стойкой моргнул, началась трансляция. Марат откинулся на спинку стула, приготовившись наслаждаться.

Стартовый свисток. Понеслась.

На третьей минуте Месси легко обошёл казанского защитника и вколотил мяч в девятку. Бар взорвался разочарованным стоном. Марат замер с поднятой кружкой, но тут же ухмыльнулся: «А точно, в прошлый раз они тоже пропустили. Сейчас главное начнётся!»

Но не началось. Игроки «Рубина» выглядели растерянными, команда двигалась тяжело. На пятнадцатой минуте Ибрагимович забил второй гол. К концу первого тайма счёт на табло горел позорными 0:3. В баре повисла гробовая тишина, прерываемая лишь матом захмелевших болельщиков.

Марат сидел бледный как полотно. По лбу катился холодный пот. Невозможно! Всё было совсем не так.

На экране замелькала VIP-ложа. Комментатор сочувственно проговорил: — Да, казанцам сегодня тяжело. Самолёт с административным штабом команды и ключевыми спонсорами вылетел из Казани с огромным опозданием из-за утренней пробки на Ленинской дамбе, созданной сломавшимся «УАЗом». Руководство не успело согласовать стратегию, настрой игроков сорвался…

Кружка пива выскользнула из ослабевших пальцев Марата и с грохотом разбилась о кафельный пол.

Чертов «УАЗик». Чертов дядя Ильдар.

Мечты о миллионах растворились в воздухе вместе со ста тысячами ставки.

***

В понедельник пришлось переться на работу. Денег осталось немного, как срубить новый куш идей не было.

В глухом переулке между бетонным забором и рядом ржавых гаражей, дорогу внезапно перегородила глухо тонированная чёрная «девятка». Из неё живо вылезли двое крепких парней в спортивных костюмах. А следом неторопливо вышел Ринат Хайрулович.

— Ну что, Валеев, отдохнул? — тихо, почти ласково спросил он.

Марат попытался выглядеть уверенно: — Ринат Хайрулович, а я вот на работу иду. Давайте без глупостей…

Один из парней резко, без предупреждения, ткнул Марата кулаком под дых. Воздух с сипением вырвался из лёгких, Марат согнулся пополам, хватаясь за грязный капот «девятки».

Хайрулович подошёл ближе и взял согнувшегося Марата за подбородок, заставляя смотреть в глаза: — Глупость, Валеев, ты уже сделал. Решил, что шантажом безнаказанно заниматься можно?

Начальник брезгливо вытер пальцы носовым платком. — Радуйся, придурок, что сейчас не девяносто пятый. А то бы уже в лесополосе под Дербышками червей кормил. Понял меня?

Марат, ловя ртом воздух, слабо кивнул. — Живо подписывай здесь и здесь. Заявление по собственному и ознакомление с приказом об увольнении.

Марат поставил закорючки на протянутых документах.

— Парни, объясните ему на прощание правила трудовой этики.

Марат дико извернулся, рванулся в сторону, проскочил между бампером машины и стеной гаража и, не разбирая дороги, припустил через дворы. Вслед ему донёсся хохот и глухой удар кирпича о железную стенку.

***

Марат подсчитывал убытки – разбитая губа, испачканная куртка, порванные джинсы, потерянная работа. Что делать? Бежать в милицию? Бесполезно. Искать новую работу?

Это оказалось сложно. Марат совсем забыл про почти не коснувшийся его в прошлой жизни кризис 2009 года. Вакансий было мало, предприятия сокращали штаты, предлагали копеечные зарплаты.

На одном из собеседований прозвучало: — Получили отзыв с вашей прошлой работы. Нам воры и шантажисты не нужны. Всего доброго!

Похоже, бывший шеф пустил нехорошие слухи о нём. В узкой сфере казанских промбаз и складов все крупные шишки хорошо знали друг друга.

А еще родственникам Светы вдруг захотелось пообщаться с ним, пришлось выдержать несколько неприятных телефонных разговоров.

Однажды, выходя из подъезда, Марат увидел на лавочке трех плечистых парней в тюбитейках. Их лица показались ему похожими на Светино. Родня? Парни зловеще похрустывали семечками один из них вежливо расспрашивал других, как в Казани обстоят дела с гипсом и травматологией. Марат решил, что прогулка отменяется, и тихо уполз обратно в подъезд.

***

От безысходности Марат решился на отчаянный шаг. — Инеска, а поехали в Питер! — горячо убеждал он девушку, сжимая её тонкие ладони.— Что нас тут ждёт? В Казани ловить нечего, кризис. В Питере настоящие деньги, Академия художеств, перспективы. Я риелтором устроюсь, заверчусь, а ты картины писать будешь. Мы этот мир покорим, веришь?

Инесса верила. Её глаза горели юношеским восторгом от смелости этого крутого парня.

Вот только на билеты и первое время в столице требовались деньги. Клянчить деньги у мамы не хотелось. Зато можно было заложить квартиру. В разгар кризиса банки неохотно одобряли кредиты. Пришлось изворачиваться.

Он поддел справку 2-НДФЛ с базы, на которой уже не работал, причём должность вписал солидную — «Исполнительный директор по складскому учёту». С трудом удалось найти экспресс-программу в одном из коммерческих банков, одобрившего кредит в триста тысяч под довольно высокую ставку.

Вскоре они вышли на Московском вокзале Санкт-Петербурга. Марат легко устроился в агентство недвижимости — подвешенный язык и циничная уверенность помогали быстро закрывать сделки по аренде и купле-продаже. Деньги текли рекой. И тут же утекали на выплаты залога, аренду квартиры и Инессу. Девушке понравилось есть в ресторанах и покупать шмотки из бутиков. Марат кривился, глядя на цены, но терпел — он же инвестировал в будущую звезду.

Помня про взлетевший в 2014 доллар, он начал скупать валюту.

Но тут прилетел сюрприз: банк вскрыл обман с липовой справкой, залог признали проблемным, и Марату выставили требование досрочно погасить остаток долга под угрозой передачи дела в суд со статьей «Мошенничество». Чтобы замять дело пришлось продать доллары и рефинансировать остаток долга под больший процент. Когда в 2014-м валюта предсказуемо улетела в космос, Марат закрылся в ванной и полночи выл в пустой тазик.

Одержимый идеей отыграться, Марат вложился в акции. Но оказалось, что закупился на пике и его активы не растут. То ли он умудрялся как-то влиять на мировую финансовую систему, и в этой реальности все шло не так, то ли просто не помнил точные даты роста и падения котировок.

Инесса больше не смотрела на него снизу вверх

От романтики не осталось и следа. В той, старой реальности Марат не замечал Инессу, и её безответная любовь к нему была тем самым болезненным надрывом, из которого рождалось её пронзительное искусство. Она творила на грани эмоций. А теперь тот же Марат требовал: «Пиши то, что покупают! Шаржи, котиков, Невский в дождь. Зарабатывай!»

В художественный поступить не получилось. Инесса рисовала шаржи для туристов у Спаса на Крови, но быстро однажды сильно простудилась. Пролежав месяц с циститом она осознала, что продавать обои в тёплом магазине с фиксированным окладом — гораздо более надёжный источник вдохновения.

К 2020 году, когда мир накрыла пандемия их отношения окончательно распались. Рынок недвижимости замер, доходы от риелторства упали, Марат снова погряз в долгах.

После очередной крупной ссоры Инесса съехала от него к простому питерскому сисадмину. Который не знал, что такое «фьючерсы», зато исправно дарил тюльпаны на восьмое марта и возил в отпуск в Турцию.

Марат плюнул на все и вернулся в Казань. События 2009 года позабылись. Он опять поселился в бабушкиной однушке и устроился на склад. Наконец-то рассчитался с долгами. И даже дослужился до заведующего.

***

6 октября 2026 года Марат снова сидел с выпивкой перед старым ноутбуком и смотрел футбол. Перед вторым таймом экран моргнул, и на нем появился мужчина с дредами.

— Ну как возвращение в прошлое? — издевательски спросил он. — Зажег и зажил?

— Почти, — задумчиво сказал Марат. — Слушай, а повтори свой фокус еще раз! Мне понравилось.