Бумат

Глава 1.

Илья высыпал на прилавок пригоршню монет. Кассирша, со скучающим видом, потянулась за товаром, уже зная, что нужно этому постоянному покупателю. Зазвонил телефон.

– Да, Иосиф. – сказал Илья в трубку. Выслушав звонящего, он взял с прилавка пачку сигарет, сгрёб с блюдечка сдачу и направился к автомобилю. Иосиф – старый антикварщик. Он звонил Илье только если ему в руки попадал действительно интересный товар.

Спустя четверть часа маг переступил порог антикварной лавки.

– Быстро вы, Илья. – сказал хозяин, снимая с носа очки. Он сидел за стойкой, на которой были расставлены не то нецке, не то поделки древних индейцев Перу.

– Показывайте, Иосиф. – Попросил Илья.

– Вас не затруднит запереть дверь? – Спросил старик, указав рукой с очками за спину гостя.

Илья вернулся к двери, перевернул табличку, висевшую на стекле, надписью «закрыто» наружу и щёлкнул задвижкой замка.

– Очень любопытная вещь, – забормотал антикварщик, вынимая из-под прилавка нечто, завёрнутое в ткань. – С довольно неплохой защитой…

Илья подошёл к прилавку и ждал когда старик покажет артефакт. Он с нетерпением наблюдал за медлительными движениями морщинистых рук с тонкой кожей, сквозь которую проступали вспухшие синие вены.

Вот она, голубая кровь, подумал Илья. Старик принадлежал одной из боковых веток известного рода английской аристократии. Илья мысленно торопил эти руки с венами. Он всегда приходил в состояние нервного возбуждения, когда дело касалось трёх вещей: чего-то старинного, какой-то загадки и полезного знания. Артефакты зачастую содержали в себе все три компоненты разом.

Старик положил «любопытную вещь» на толстое стекло прилавка, небрежно сдвинув статуэтки и откинул края плотной оранжевой ткани.

Некоторое время в лавке стояла тишина. Два человека с интересом наблюдали прекрасно выполненный бокал на длинной ножке, блестящими гранями узоров на боку и тонким золотым ободком у самой кромки чаши.

– Хрусталь… – задумчиво произнёс старик – Он превосходно запоминает…

Илья открыл внутренний глаз. Так маги называли способность чувствовать Потоки. Потоками называли энергию, которая пронизывала всë окружающее пространство. Так же внутренний глаз "видел" ауру живого и не живого. Бокал имел крепкую, устойчивую ауру. Обычные предметы не источают таких энергий.

– Я беру. – сказал Илья.

Антикварщик завернул бокал обратно в ткань, убрал в бумажный пакет с названием лавки и поставил его на прилавок.

– Сколько? - Илья достал пошелëк, старик назвал сумму. – Спасибо, Иосиф.

Илья оставил деньги, забрал пакет и вышел.

Вещь и правда была любопытной. При первом же взгляде на бокал, Илья ощутил сильную защиту. Такую защиту не ставят на безделушки. Доехав до работы, он забрал артефакт с собой, хоть и знал, что на его машину никогда бы не покусился ни один хулиган. Отчего-то оставлять артефакт без присмотра ему не хотелось. Илья вышел из авто и направился к зданию с голубыми панорамами витражей. По пути он отдал пачку сигарет безногому на коляске. Так он делал каждое утро. Калека кивнул в благодарность, Илья кивнул в ответ и скрылся за стеклянной дверью.

Весь день он провёл в зудящем ожидании, однако, не отправился домой пораньше, он хотел проникнуться этим ощущением сполна. Он не любил всё делать махом, он ценил и практиковал выдержку. Только когда его кабинет перестало заливать светом, покатившегося к западу солнца, он отложил последнюю рукопись и собрался уходить.

– Ну, как сегодня? Есть чем поживиться? – в дверях появилось лицо девушки. Илья улыбнулся милому созданию.

– Нечем. – ответил он – Всё сухо, глупо и банально.

Коллега изобразила разочарование. Её ежедневные набеги на его кабинет поражали настойчивостью. Поражали и умиляли. Илья мог бы раз и навсегда отвести её внимание от его персоны с помощью не очень хитрой магии, но предпочёл дать процессу течь естественным путём. Незачем ломать программу природы. Магическое влияние, даже самое незначительное, навсегда меняет структуру человеческой ауры, что влечёт за собой не всегда предсказуемые перемены в психике. Что-то вроде ярких детских впечатлений, которыми руководствуется подсознание, при построении стратегий реакции на раздражители внешнего мира.

– Что, совсем глухо на фронте творчества в нашем отечестве? – не сдавалась девушка.

Илья снова улыбнулся, нашёл лист у себя на столе и прочитал с выражением:

«Мельканье толпы

В разинутых окнах,

Старенье людей

В машиновых пробках,

Растаянье льда

В небесном тепле,

Сгоранье меня

В прелестной тебе.»

Девушка засмеялась.

– А что, романтично. – сказала она.

– Романтично. – подтвердил Илья, забирая бумажный пакет с журнального столика около окна. – И по вкусам современности почти гениально.

Девушка снова засмеялась. Так смеются над шутками тех, кому очень симпатизируют. Ох уж эта девчонка. Неужто у неё не нашлось кандидатур помоложе?

– Ты антиквариатом увлекаешься? – спросила она, увидев пакет.

– Купил другу на юбилей. – соврал Илья. Не хватало ещё, чтобы она на новый год подарила ему какую-нибудь старинную штуковину, которая будет стоить полторы её зарплаты и, к тому же, представлять для него абсолютную безделицу. Откуда ж ей узнать, что Илья вовсе не охотник до простых человеческих реликвий. Он собирает особенные дары древности, исполненные магии или знаний о ней.

Илья притворился, что торопится и, распрощавшись с назойливым чадом, не дав ей снова начать кокетничать, зашагал к лифту.

Большие окна его бревенчатого дома бликовали отражением закатного багрянца. Илья любил своё загородное логово. Город, безусловно, удобен, но в нём он чувствовал себя как в ловушке. Он поставил автомобиль у ворот и вошёл в дом. Наконец-то можно заняться более интересным делом, нежели работа. Его занимало сейчас два вопроса: сможет ли он сломать защиту купленного утром артефакта и что он увидит, когда сделает это?

Илья извлёк из бумажного пакета свёрток, распахнул материю и поставил бокал на овальный столик в большой комнате с белым ковром на полу и обширными книжными полками вдоль стен. Он вытащил из ряда книг томик Гоголя и воткнул обратно. Тут же в обширных книжных полках образовалось прямоугольное пятно, размером с дверь. Книги, в площади этого пятна стали полупрозрачные, словно сделаны были из зелëного стекла. Это был «потай» – пространство внутри пространства. Илья вошёл в образовавшийся проход и очутился в маленьком помещении – в центре на столике, лежал большой двуручный меч, на набалдашнике рукояти которого, блестел зеленоватый камень. Помещение освещалось этим камнем и питалось его энергией уже без малого 10 лет. Потай требовал немалых ресурсов, чтобы оставаться открытым. Этот камень в рукояти имел достаточную мощь, чтобы удерживать материю пространства в таком состоянии ещё очень долго.

Илья взял с одной из полочек мелок красного цвета и вышел. Он встал на колени и начал выводить на шершавой поверхности столешницы вокруг бокала замысловатый рунический рисунок.

Мелок поскрипывал, оставляя за собой шлейф древних символов, сплетающихся в многоярусные узоры. Закончив, Илья вернул мелок на место в потайной кабинет, который и существовал, и не существовал одновременно. Потом он поужинал и лёг спать. Как говорили древние - утро вечера мудренее.

Однако, спать этой ночью ему было не суждено. Из погружения в крепкую дрёму его выдернул телефонный звонок. Звонила Тася, просила помочь. Илья сбросил остатки неудавшегося сна, собрался и вышел в ночную мглу.

Светящийся огнями город выглядел издали как звёздное небо, упавшее на землю. Вскоре Илья попал внутрь этого свечения. Среди бетона и софитов копошилась людская субстанция. По идее человек – дневное животное, и ночью ему положено спать. Когда люди изобрели город, он вытравил из них много человеческого и наполнил их заново по своим собственным законам, иногда сильно отличающимся от природных.

– Опять думаешь о проклятии людском? – спросила Тася, когда Илья, добравшись до места, вылез из авто.

– Даже не буду спрашивать, как ты догадалась. – усмехнулся он.

Девушка поцеловала его в губы.

– Это легко, – улыбнулась она – ты же социопат.

– Рассказывай. – ухмыльнулся Илья, оглядывая окрестности.

– Шатуны в доме. – пояснила Тася – Они качаются туда-сюда, одного я усмирила кое-как, а остальных не могу – слишком быстро возвращаются. Один на втором этаже вон в том подъезде, а третий бродит по дому, не знаю где он сейчас. Люди в шоке, я на них морок набросила – они думают утечка газа.

Около двухэтажного дома с жёлтой чешуëй облупившейся штукатурки, толпилось несколько семей которые, судя по виду, наскоро покидали жильë.

– Шатуны… – Илья помолчал – А чего они тут делают? Кладбище не рядом.

Тася лишь пожала плечами.

– А Валера?

– Господин ведьмак в стельку пьян. – развела руками девушка.

– Когда ему это мешало-то? – Илья поглядел на пустующий дом.

– Он где-то в области. Там у них какая-то ерунда с болотами. А ещё у них отличный самогон, так что приехать он не может. Хреново, когда один ведьмак на шестьсот километров вокруг.

– Хреново…– подтвердил Илья – Ладно, пойду погляжу чего там.

– Спасибо. – улыбнулась Тася. Такой она казалась ещё моложе, чем обычно, а обычно она казалась ещё моложе, чем есть на самом деле. Ох уж эти ведьмы.

В некоторых окнах горел свет, в остальных царила тьма. Илья приблизился к дому, посмотрел ещё раз на его убогое убранство и шагнул в чёрный прямоугольник подъезда.

Не каждый умеет пересекать грань между мирами. Те кто занимается изучением магии постигают это искусство долгие годы. Однако, даже тогда ходить в Навь удаётся не всем. Некоторые не способны на это и после долгого обучения, некоторые просто не готовы платить справедливую цену за эту способность. Илья это делал с лёгкостью, с которой это делает всякая нечисть, вроде шатунов. Шатун – это неупокоенный труп, бродящий по окрестностям своего захоронения. Существа эти не обладают устойчивым сознанием и зачастую переходят из мира Яви в мир Нави непроизвольно, чем изрядно пугают обывателей. Но что они делают здесь, в нескольких километрах от ближайшего капища?

Всë стало полупрозрачными, словно было сделано из чëрно-белой дымки. Прозрачность неживой материи в Нави зависит от еë толщины. Можно разглядеть, что находится в земле на метровой глубине. Фундамент дома скрывает едва различимые очертания подвальных помещений. Сквозь кирпичные стены просматриваются внутренности квартир, словно через лëгкий туман. Стекло почти такое же прозрачное, как в верхнем мире, лишь слегка замунтëнное серой дымкой. Всë живое, обитающее в мире Яви здесь воспринимается так же дымчато, но немного светлее, с примесью молочного цвета. Животный и растительный мир контрастирует с неживым ландшафтом, но есть ещë одно существенное различие - живое нельзя потрогать, его можно только видеть. Оттого в Нави так гнетуще пусто. Ни растений, ни насекомых, ни животных, ни человека. Всë это лишь молочная дымка, которая рассеивается, если еë задеть, а потом снова собирается в мутный образ. Чтобы дымка неживого обрела те свойства, какие это неживое имеет в мире Явном, нужно мысленно визуализировать эти свойства. Достаточно представить, что под ногой жёсткая опора и дымчато-мутные ступени обретают твёрдость. Впрочем, происходит это почти инстинктивно, ведь мозг привык к тому, что по ступеням можно ходить и сам отдаёт команду сознанию. Обитателям и гостям Нави остаëтся только поставить себе цель - подняться по лестнице. Если позволить сознанию не овеществлять материю, то человек начнëт проваливаться вниз, в толщу дымчатой земли. Глубина зависит от веса человека и плотности той материи, какой она является в Явном мире. В почву человек среднего телосложения мог провалиться примерно по пояс, потом сила сопротивления дымчатой материи остановит его погружение. Дымчатая вода пропустит его до самого дна.

Илья стоял в подъезде, прислушиваясь. В Навь звуки верхнего мира не просачивались. Здесь обитала особенная тишина. Он оглянулся. У входа размытая, нечёткая Тася стояла, ожидая исхода этой странной ситуации. Илья улыбнулся и зашагал по ступеням вверх.

Илья огляделся и вошёл в квартиру слева прямо сквозь медленно клубящуюся пелену двери. Тут было немного светлее, чем в подъезде – свет сочился через стены и потолок из соседних квартир слева и выше этажом. Илья миновал две комнаты, привычно двигаясь через коридор и дверные проёмы, хотя мог бы спокойно шагать сквозь любую преграду. Он вошёл в освещённую квартиру. Лампа тужилась и выдавала, кажется, всю свою мощь, но никак не могла пробиться в Навь. Её свет здесь, в загробье, был на порядок тусклее, чем там, где её ввернули в патрон. Достаточно хорошо осветить нижний мир было способно лишь солнце – главная во всех мирах лампа.

Илья услышал приглушённый скрежет и поспешил наверх. Он вышел в соседний подъезд через чью-то ванную и зашагал по лестнице, поднялся на второй этаж и сразу увидел шатуна. В квартире, что располагалась слева от лестницы, посередине прихожей стоял подгнивший деревянный гроб, над которым, спиной к Илье, навис такой же несвежий мертвец. И гроб и его хозяин выглядели так же естественно, как если бы находились в Нави - они были абсолютно осязаемы. Гроб не провалился сквозь дымчатый пол потому, что шатун, стоя на этом полу и держась за гроб, где-то в глубинах своего остаточного сознания, по привычке представлял паркет обыкновенным, какой он встречал в своей земной жизни. Пол материализовывался и удерживал гроб на втором этаже.

Шатун хватался своими полуразложившимися пальцами за изголовье, облепленного грязью гроба и натужно тянул его. Выходило у него паршиво. Гроб никуда не собирался, лишь постанывал и сдвигался по дымчатому паркету на каких-нибудь пару сантиметров. Увиденное изрядно удивило Илью. Откуда здесь мог взяться гроб? Гроб, перемещённый в Навь и оказавшийся на втором этаже здания. Мертвеца, по всей видимости, не устраивало неожиданное местоположение его последнего в жизни пристанища. Он, то застывал, собираясь с силами, то дёргал неподъёмный ящик, от которого отпадали комья сырой земли. В Нави не существовало запахов, но вонь разлагающейся плоти шатуна присутствовала и едва не выбивала слезу. Вот мертвец снова напрягся и потянул, став на мгновение полупрозрачным. Сам того не подозревая, он вышел из загробья в мир живых и сразу вернулся обратно. Илья представил каково было жильцам увидеть такое у себя в коридоре. Мертвец был сильно изъеден временем. На грязно-жёлтом черепе кустились островки седых волос. Одежда почти вся истлела, оставив на мертвеце прилипшие к телу лоскуты рубахи и брюк, воротник, ремень и один ботинок. Спина кишела опарышами, которые валились на пол при каждом новом рывке, а кожа на бёдрах полопалась, явив зеленоватое тухлое мясо. Тащить ЭТО через весь дом наружу не представлялось возможным. Илья потёр ладони, разогревая кожу, поймал Поток, придал его энергии нужную форму и швырнул в шатуна боевое заклинание под названием «кистень». Оглушительный удар пришёлся ему в затылок, отчего шатун резко кивнул, голова его треснула пополам и повисла на груди, оторвавшись от позвоночника. Мертвец замер на секунду и повалился в гроб. Гроб дрогнул и провалился сквозь дымчатый пол.

Илья поморщился. Он сделал шаг назад и вышел из Нави. Сладковатый запах гнили в явном мире был не такой насыщенный. Илья продышался и шагнув в Навь, снова отправился на поиски. Оставлять поверженного шатуна в квартире, пусть и в загробье, конечно, не дело, но это Тася с ведьмаком уладят сами. Пускай Валера занимается выносом этой гадости, когда вернëтся из своего болотного запоя.

Другого шатуна Илья обнаружил стоящим посреди комнаты в квартире последнего подъезда. Он смотрел в зашторенное окно, поглощённый темнотой. Илья наблюдал за ним некоторое время, пытаясь понять, что привело его сюда. Во всяком случае, гробов в квартире не наблюдалось. Вдруг, мертвец начал медленно поворачиваться. Было в его движении что-то неправильное, что-то слишком живое, но уловил это Илья слишком поздно. Шатун выбросил руки вперёд, что-то невидимое стиснуло плечи мага, поволокло его вбок и вышвырнуло сквозь стену с такой силой, что он пролетел с десяток метров, прежде чем удариться о землю. Нескольких секунд свободного падения магу хватило, чтобы поймать Поток и окутать тело заклинанием защиты от удара. Приземляясь, Илья не стал запрещать мозгу визуализацию земли, иначе, падая с такой высоты, можно было бы провалиться глубоко в дымчатую почву. Чтобы остановить падение и выбраться оттуда, ему пришлось бы представлять отдельные участки земли вещественными, получая необходимую опору, но это заняло бы некоторое время, а времени у мага не было, нужно защищаться от внезапного нападения. Поэтому приземление было не мягким. Он не понял сколько сделал беспорядочных кувырков, боль в теле намекала, что немало, а в голове пульсировала лишь одна мысль – это не шатун! Прежде чем в глазах прояснилось, Илья выставил руки в стороны, хватая первые попавшиеся Потоки и, лёжа на спине, прошипел заклинание. Слева послышался жалобный визг. Сработал барьер. Придя в себя через пару секунд, Илья увидел совсем близко перед собой большую лохматую и очень не дружелюбную спину. Псина скалилась, её наморщенный нос собрался складками, а из пасти, помимо трупной вони, какую источают шатуны, исходил ещё и злобный рык. Не опуская рук, Илья поднялся на ноги и огляделся. Вокруг него сомкнулась целая стая. Шесть особей. Всё они были готовы к атаке, пригнувшиеся к земле, ловящие каждое движение мага. Сдерживал их только барьер – легко возводимая, но довольно примитивная блокировка, обычно используемая для отражения средней силы боевых заклинаний. Илья взглянул на окно второго этажа, откуда он только что имел неосторожность выпасть. Сквозь шторы угадывался силуэт псевдо-шатуна. Да кто ты такой, сволота?! Илья злился. Он собрался с силами и, выкрикнув древнее слово, встряхнул руками. Псы, с каким-то детским визгом полетели в стороны, кувыркаясь в воздухе. Такого от него явно не ожидали. Илья заметил, как силуэт за окном встрепенулся и даже сделал шаг назад. Псы, между тем, повскакивали и готовились к контрудару. Илья, поймал мощный Поток и принялся извлекать из него энергию. Он бросил подряд три кистеня в самых ближайших зверей, а в парочку, тесно сомкнувшую ряды, швырнул кое-что посерьёзнее. Оба они рухнули наземь, с разорванными боками, из которых вываливались зелёные кишки. Скулили они совсем (Илье не показалось) по-детски. Словно младенцы, страдающие чем-то мучительным. Ужасный плачь. Двое псов, получившие по «кистеню», едва шевелились, напрочь оглушённые. Третий лишился морды, от удара боевым заклинанием она въехала внутрь головы. Илья развернулся и срезал «саблей» ещё одного, поразив того уже в прыжке. Приземлился он разделённым надвое. Маг двигался молниеносно. Его руки и заклинания, срывающиеся с губ, превосходили по скорости любого зверя.

Илья перевёл дыхание. Взглянул наверх – за окном никаких силуэтов. Кто бы это ни был, он предпочёл отступить. И правильно сделал, подумал Илья. Он оглядел поле брани: четыре трупа и двое в отключке. Маг добил их, постоял ещë немного, пытаясь понять что это такое было и вышел из Нави.

Помятый и хромающий он появился из-за угла. Тася бросилась к нему с расспросами. Совсем не улыбчивая, встревоженная, но столь же красивая. Она увезла его к себе, сделала ему ванну с «какими надо» травами, залечила его раны и уложила в постель.

Глава 2

– Стая загробных собак и некий вожак, обладающий магией. – Илья рассуждал вслух.

Комната Тасиной квартиры была окутана золотом восходящего солнца. Сама Тася была окутана одеялом. Она красиво щурилась и слушала мага.

– Он притащил гроб. – продолжал Илья – Он выманил шатунов в город. Он сам притворился шатуном. Он командовал стаей. Он выбросил меня из окна. Мудрёная засада. Удивительно вот что – почему он сам не вступил в бой? Если ему хватает умений ходить в Навь, значит он мог бы схлестнуться со мной по-взрослому. Однако он ограничился стаей собак, а потом вообще сбежал.

– Засада и правда мудрёная. Вот только на кого она была устроена? – сказала Тася – Ты вообще там оказался случайно.

– Это верно. Если на ведьмака, то с такими скудными силами нападать было очень глупо. – Илья поднялся с кресла, в котором пил чай. Тася глядела на его сильное тело, усыпанное синяками. Вчера ему хорошо досталось, думала она. Илья подошёл к окну. – Да они, кажется, и не ожидали такого отпора. Они как будто бы рассчитывали на быструю расправу.

– Может быть местные между собой какие-то свои разборки устроили и не учли наше появление? – Тася приподнялась на локтях, одеяло скользнуло вниз, обнажив грудь.

– Задолбали они со своими разборками. – Илья почувствовал на себе еë взгляд и обернулся.

Тася заулыбалась.

– Странно это всё. – подытожила она.

– Да уж. – Илья задумался на миг – Знаешь, было в них что-то не нормальное. Они кричали как дети. Ей богу, как будто грудничков на части рвёшь. Ужасное ощущение.

Тася поморщилась. Она откинулась обратно на подушку, тёплый свет тотчас облил её обнаженное тело. Илья вздохнул и вернулся в кровать. Разговоры были окончены.

К вечеру маг всë же сумел вырваться из плена любимой женщины и очутился, наконец, дома, в своей загородной тиши.

Первым делом Илья проведал, оставленный в библиотеке, артефакт. Бокал был на месте, в круге рун. Защита его ослабла незначительно, поэтому Илья оставил его так ещё на некоторый срок. Руны, высасывающие силу, действовали медленно, но всегда верно. В древности этим методом пользовались при борьбе с особо сильной нечистью. Или при осаде крепостей – выкапывали вокруг огромные рунические символы или выкладывали их камнем. Чародеи в осаждённом городе теряли свою силу, обыкновенные люди чахли, скот дох, хлеб портился, вода кисла.

Илья умылся студёной водой и отправился спать. Всё тело гудело от ссадин. Но, как говорили древние, сон – лучшее лекарство.

Следующий день Илья провёл на работе. В издательстве, где постоянно царил хаос, скапливалось достаточно свежей энергии, чтобы он мог заполнить свои внутренние пустоты, доставшиеся ему от деда. То был не обычный казак и Илья был не обычный тоже. Не даром мать Таси сразу же посоветовала дочери держаться от него подальше, сказав «что-то чёрное сидит в нём». Илья тогда лишь пожал плечами, оставив без комментариев слова несостоявшейся тёщи, однако обороты, набиравшего силу взаимопритяжения, они сбавили, оставив себе периодические, полные страсти, встречи.

Теперь Илья сидел в душном кабинете, с рукописью в руках и думал о Тасе. О её ласковой улыбке, тонкой шее с родинкой над ключицей, о том, как кудрящийся локон выбивается из, перетянутых цветной лентой на лбу, волос и свисает, игриво заслоняя бесстыже-застенчивый взгляд.

Когда он оторвался от воспоминаний прошлого дня, на глаза ему попался заголовок повести, напечатанной на листах А4, скреплённых с помощью дырокола двумя синими верёвочками. Кто-то прислал его бандеролью, вместо того, чтобы использовать электронную почту, как делает большинство авторов. Заголовок гласил: «Смертельный каппинг или кофейный монстр». Автор Евгений Тополь. Название вызвало у Ильи усмешку. Далее было короткое предисловие, в котором Евгений Тополь указывал на отсутствие у него какого-либо писательского таланта, но острую необходимость изложить данную историю на бумагу (по совету своего психолога).

Отлично, подумал Илья, роман, написанный невротиком. Любопытства ради, Илья прочёл. Строго говоря, не прочёл даже. А проглотил, по ходу повествования испытывая всё больший интерес. Интерес не читательский, а магический. Речь шла о некоем золотом кресте, найденном героями в мешке с кофейными зёрнами, привезённом из Индии. Судя по описанию и последующим событиям, крест этот был не простой. Евгений Тополь даже и не представлял насколько не простой.

Илья закрыл рукопись, посмотрел на бандероли обратный адрес и покинул свой кабинет.

Немолодой консьерж элитного дома, устремившего ввысь своё бетонное тулово, принял Илью за жильца, приветливо кивнув ему из-за стекла своей будки. Лёгкий морок заставляет человека выуживать из собственных воспоминаний нечто сопоставимое с происходящим и крутить эту киноплёнку у себя в голове, пока магия не прекратит своего действия. Илья не любил напрасных вмешательств, но всё же применил заклинание, дабы не создавать лишней суеты в нынешнем важном деле. Просторный чистый лифт, не исписанный придурковатой молодёжью и не исклеенный осточертевшей рекламой, поднял Илью на девятнадцатый метр от земли. Глухо стукнув дверьми, он выпустил мага из своей зеркальной утробы.

Илья нашёл нужную квартиру и нажал на звонок. Дверь отворилась, явив женщину лет сорока пяти в мятой футболке и усталым лицом. Из квартиры на Илью пахнýло густой смесью горечи и тоски.

– Слушаю вас. – лицо женщины несколько оживилось, словно она была рада, что её потревожили.

– Здравствуйте. – произнëс Илья – Я бы хотел увидеть Евгения Тополя, если это возможно.

Женщина моментально помрачнела и осунулась.

– Это невозможно. – сказала она – Женя погиб.

– Вот как… – нисколько не удивившись, отозвался Илья – Сочувствую вам.

Женщина кивнула устало и замерла, ожидая от визитёра ещё вопросов.

– Я работаю в издательстве «Буквизор». Нам прислали повесть авторства Евгения. Я бы хотел поговорить о нём, может быть с вами… Вы уж извините, что в таких обстоятельствах, но это важно.

– Важно… – рассеянно повторила женщина, как бы намекая, что для неё уже нет ничего важного на этом свете. – Говорите лучше с мужем, он будет после семи. От меня сейчас мало толка, извините.

– Понимаю. – Илье стало не по себе от её тяжести, которая навалилась уже и на него – Пусть он позвонит мне, когда будет не занят. Поверьте, это очень важно.

– Хорошо. – женщина кивнула. Она записала номер телефона и закрыла дверь. Илья, поймал Поток, расправил пальцы руки, срезал с себя ребром ладони, налипшую за время разговора, черноту и отправился восвояси.

Маг было поехал домой, но на выезде из города его настиг телефонный звонок. Тася сообщила ему, что Валера вернулся из командировки и просит с ним увидеться. Пришлось развернуться.

Через некоторое время Илья вошёл в дом ведьмака.

– Привет, Валера. – сказал он, поражаясь убранству его жилища. Ведьмак, как и Илья жил в частном доме, только намного ближе к городу. Здесь было уютно. На стенах висели шашки и кинжалы и голова медведя со стеклянными глазами. Пол дома возвышался над землёй на добрый метр. За высоким фундаментом, думал Илья, внизу, наверняка имеется огромный подвал, в котором ведьмак едва ли хранит картошку. В доме было много старинной утвари и стойкий запах мрака, придающий месту особенную загадочность.

– И тебе здравствовать. – отозвался ведьмак, выглянув из кухни. Кажется, с тех пор, как Илья видел его в последний раз, седины́ на его голове стало больше. Зато он сбрил усы и бороду, что превратило его едва ли не в другого человека – Говорят, ты мой хлеб забираешь?

– Ага, – подтвердил Илья – Того и глядишь в ведьмаки подамся.

– Ты то…– Валера вышел из кухни с подносом. Его глаза сверкнули, а губы исказила непривычная безусая улыбка – Едва ли…

Ведьмак, как и Тасина мать чувствовал Илью хорошо.

– Рассказывай, что там стряслось в доме? – Он разливал по кружкам ароматный чай на травах – Гроб с трупом я видел, а вот что потом было – давай подробнее.

Илья рассказал, стараясь не упускать ни малейшей детали.

– Вот это меня и насторожило. – заметил ведьмак, когда речь зашла о детском визге нападавших на мага волков – Тася упоминала об этом и я подумал – неспроста это всё.

Ведьмак отпил горячего, поставил кружку и посмотрел на гостя серьёзно.

– Тут такая штука, Илья… В Колязкино мне пришлось с болотяниками разбираться. Людей таскать повадилсь, троих утопили. И всё бы ничего, если бы не одно но… Твари эти родом из Сербии. У нас таких не было никогда. Не наша порода. А тамошних я встречал – знаю.

Илья слушал, попивая чай, и пока не понимал к чему клонит ведьмак. Валера, меж тем, продолжал.

– Мне, конечно, странно стало. Каким ветром этих гадин к нам на Урал-то занесло? Удивился, но большого значения не придал. Пока Тася мне про твои приключения не рассказала. Кабы не это, я бы и про засаду бы в другую сторону думал. Но вот что, Илья, псы твои – сербские вукудлаки.

– Что-то знакомое. – нахмурился маг.

– Оборотни. – объяснял Валера – Но оборотни не простые. Детки это.

– В каком смысле детки?

– В самом прямом. – ответил ведьмак – Слушай, история со мной была в Липаре – городишко такой в Сербии. Съехались мы тогда на ведьмачий совет, в шестнадцатом году это было. Это который тыща девятьсот. Я тогда молодой был, горячий. Пошёл по ночи на кладбище тамошнее, дай думаю, погляжу, поразведаю чего, всё равно делать нечего – совет три дня длится, с полсотни ведьмаков собралось со многих земель. Такое событие, спать – ни в одном глазу, вот я и попёрся. И не зря. Брожу между могильников, сырость, дождь только что прошёл. Смотрю – бес над могилой кружится. Танец исполняет, руками сучит, рожа красная, пыхтит, пришёптывает. Я было к нему, а он меня почуял, шары выпучил, скаканул метров на десять зараз и исчез. В Навь ушёл, видать.

Илья допил свой чай и вопросительно глянул на Валеру.

– Наливай, конечно. – улыбнулся ведьмак – Хорош чаёк, ага?

– Хорош. – Илья взял чайничек и нацедил себе в кружку зеленоватого отвара. – Интересно ты рассказываешь, только при чём тут вукудлаки?

Валера заулыбался пуще прежнего. На вид ему было лет пятьдесят, но, судя по тому, что в шестнадцатом году он был молод, сейчас ему, должно быть, перевалило за сотню.

– Слушай дальше, – сказал ведьмак – я привык истории с начала рассказывать. Так вот. Вернулся я к своим старшим товарищам, обсказал, что со мною было, а те повскакивали – веди, говорят, на ту могилу. Я повёл. Эти двое (мы с ними из Тулы вместе приехали и месте же квартировались) сидят мне ничего не объясняют, ухмыляются. Ну и я тоже сел. Ждём. Уже дождь сызнова пошёл, вымокли как собаки, а всё сидим. Я уж думаю – к чёрту их, интриганов, пускай сами разбираются, чего мне неведомо зачем зубами от холода стучать? И тут земля-то и зашевелилась… Будто кошка под половицей – бугрится, ползёт. Вижу – лапа мохнатая из глины – могила-то недавняя, рыхлая ещё. А за лапой – морда. Вот те, думаю, фокусы. Мы за крестами попрятались, ждём. Волчонок молодой, лохматый, грязный, выполз, лёг в лужу и скулит. И вот тут я обомлел – не по волчьи он плачет, а натурально, как человеческое дитё. Мне так жутко до того никогда не было. Дождь льёт, а промеж плеска этого – детский плачь. Вот такие детоволки и зовутся вукудлаками. Так бывает, если мать с дитём в утробе захоронили, а нечисть по погостам часто гуляет – почуют, обряд проведут и получается вот такое чудище. Он прямо там, в усопшей матери в волчонка обращается и вылазит ни жив, ни мëртв, не волк, не человек. Так, что, Илья, нам с тобой из Сербии прилетело, как пить дать. Не бывает таких совпадений. Это, уже, брат, не совпадения – это магия. Меня в Калязкино болотяниками отвлекали, а тебя здесь волчатами травить пытались.

Илья задумался, глядя на ведьмака.

– И кому это надо? - сказал он.

– Правильный вопрос. – отозвался Валера – Я свяжусь со своими, авось чего подскажут.

– И я свяжусь. – Илья встал из-за стола – Спасибо за чай и за рассказ. Кстати, чем закончилось-то?

– Обезглавили. – Валера приложил ребро ладони к шее и сделал язык на бок.

Утром следующего дня Илья проверил бокал, с удовольствием отметил, что тот почти готов расстаться со своей тайной и отправился на встречу с давним приятелем. В дороге он переговорил с Сергеем Тополем – отцом того самого Евгения. Он позвонил обеспокоенный судьбой рукописи его погибшего сына, не зная, что беспокоиться нужно совсем не за это. Договорились о встрече в центре города, куда Илья как раз и направлялся.

Солнце окатывало высотки, дробясь на множество своих миниатюрных подобий. Встреча с приятелем проходила в ресторане. Ваня, бывший сослуживец Ильи, любил рестораны, особенно дорогие – престиж и мода его всегда увлекали. Потешить своё эго – дело благородное, говаривал он порой. Илья заказал кофе, Ваня – какой-то причудливый салат.

– Что привело тебя ко мне, мой пропащий друг? – спросил он, накалывая на вилку овощи. Настроение у него было приподнятое.

– Дело меня привело. – Илья, отнюдь, был серьёзен. Ему не нравилась разворачивающаяся ситуация, в которую они с ведьмаком угодили – У тебя есть связи в Сербии?

– У нас есть связи везде. – Ваня любил козырнуть статусом организации, в которой состоял. От него всегда пованивало тщеславием – А что, у тебя с Сербами проблемы?

– Это у них, кажется, проблемы со мной. – Илья пригубил кофе – Можешь разузнать, что сербы забыли в нашей далёкой стороне?

– Могу, не вопрос. – с лёгкостью согласился Ваня. Он всегда был приветлив и помогал чем мог – в этом прекрасном качестве ему не откажешь, однако делал он это лишь для старых соратников. Хоть Илья уже давно и не являлся таковым, приятелями они оставались до сих пор, при всех морально-этических разногласиях.

– Что случилось-то?

– Сербская нежить проявляет ко мне неприятный интерес. – Илья не желал вдаваться в подробности. Ваня был из числа тех, кому лишней информации вываливать не следовало.

– О как! – удивился он – Серьёзное что-то? Может помочь?

– Спасибо, сам уже разобрался. – Илья умилился такой искренней отзывчивости давнего сослуживца – Спросить не успел чего хотели, вот к тебе и пришёл.

Ваня расхохотался, сверкая глазами.

– Узнаю Илюху! Старого-доброго! Я думал ты огуманился до мозга костей.

– Да они не очень-то и расположены были к беседе, о том и речь. – улыбнулся Илья – Значит договорились?

– Конечно! – отозвался Ваня – У меня к тебе тоже есть вопрос, раз уж встретились.– Что ты знаешь о Бумате? Ты же спец по артефактам.

Вопрос был хорошим. Слишком хорошим для Вани и потому весьма тревожным.

– Бумат… – повторил Илья – Это очень мощный артефакт. О нём мало что известно. Он, вроде как может управлять Потоками.

– Хм… – Ваня был удивлён. Но и удовлетворён, насколько Илья мог судить – Ну спасибо за ликбез. Значит, выясню чего – сообщу.

– Спасибо. – Илья пожал приятелю руку и вышел из ресторана.

Плохой знак. То, что такие люди как Ваня, а точнее такие маги как он интересуются такими артефактами как Бумат – есть очень плохой знак. Ваня принадлежал к одному могучему ордену – сообщество всех тех, кто черпает Магию из Первозданной Тьмы. Чернокнижники, некроманты, даже нежить и прочие паразиты состоят у них на службе. И если они интересуются Буматом – это не просто тревожный звонок, это, скорее набат. То, что Илья открыл Ване об этом артефакте – это лишь толика информации – общие черты. На самом деле этот Бумат называют главой артефактов. Он имеет уникальное свойство – по желанию владельца он может закрывать доступ к Потокам любому, кто ими пользуется. По сути, он способен лишить мага его способности к магии. Илья так и не смог разузнать как появился на свет этот артефакт, но вот одно он знал наверняка – Бумат не должен попасть в руки Вани, а тем более – в руки главы его ордена – верховного мага Леонтия. Лишь одно успокаивало – Бумат может использовать только истинный владелец. Если он попал к тебе обманом или силой – использовать его ты не сможешь. Так сказано в преданиях. Бумат передаётся из рук в руки добровольно, лишь так он может использоваться. Его след исчез давным-давно где-то в Этрурии и до сих пор Илья не слышал о нём ничего нового. Но раз уж Ваня упомянул о Бумате, значит ордену что-то известно о его местонахождении, ибо Ваня не из тех, кто будет праздно интересоваться артефактами. Денёк обещал быть интересным.

Глава 3

Илья отправился на встречу с Сергеем Тополем. Последний так же хотел встретиться в ресторане, но Илья предложил набережную. Скамья, вода, солнце, пение птиц в кустах живой изгороди – вот, чего хотел Илья, на поглощающих еду людей он сегодня уже успел насмотреться. Сергей Тополь не возражал. Он прибыл в оговорённое место раньше назначенного времени – деловой человек, видно сразу. Илья был уже там. Он любовался солнечными дорожками на воде, по которым плавало несколько молодых уточек.

– Илья? – Сергей Тополь неуверенно протянул руку. Выглядел он крайне вымотанным и встревоженным. Илья кивнул и пожал поданную руку. Крепкий хват. Немолодой уже мужчина явно следил за здоровьем.

– Что-то с рукописью? – спросил Сергей, присаживаясь на тёплое дерево скамьи. Солнце взбиралось всё выше и уже успело нагреть набережную.

– С рукописью всё хорошо. – ответил Илья. Он не знал, как лучше вести диалог – с мороком или без. – Плохо с некоторым её содержанием.

Сергей удивлённо вскинул брови, решительно не понимая собеседника. Илья уловил его реакцию и решил выложить всё как есть. Ну или почти как есть…

– В своей повести Евгений описывает золотой крест, который он обнаружил в мешке с кофе. Этот крест, как бы вам сказать…содержит в себе очень опасные минералы, способные разрушительно влиять на психику человека.

Глаза Сергея стали расширяться и одновременно в них созревало некое понимание. Илья продолжил, ухватившись за эту реакцию.

– Через наше издательство проходили научные труды, в одном из которых я как раз и узнал об этих крестах, они там подробно описывались. Их несколько, они были отлиты для шаха Персии с тем, чтобы ликвидировать его. В сплав добавлены какие-то опасные для человека вещества. Когда я стал читать повесть вашего сына, я глазам не поверил, но крест по описанию в точности совпадает, да и всё произошедшее вписывается в картину. Теперь понимаете мою тревогу? Я думаю стоит отдать этот крест на экспертизу.

Сергей как будто отсутствовал. Его взгляд наполнился осознанием чего-то поразительного.

– Сергей! – Илья повысил голос. Собеседник оторвал взгляд от мёртвой точки где-то на рубашке мага. – Судя по рукописи, крест у некой Марины, вы знаете о ком речь? Я так понимаю повесть автобиографична. В послесловии есть заметка, что все персонажи настоящие.

– Да, да… – рассеянно подтвердил Сергей – это так. Женя описал себя и своих друзей. Марина – это его бывшая девушка. Крест действительно у неё. Во всяком случае, был у неë месяц назад.

– Тогда нам надо отправиться к ней. – Илья поднялся со скамьи.

Сергей кивнул, вставая.

– Поедем на моей машине? – маг заглянул в потрясённое лицо бизнесмена – Вы, кажется, не в порядке…

– Нет, нет! Я отвезу. – Сергей встрепенулся, как бы оживая, сбрасывая оцепенение – Я в норме. Просто это всё так…неожиданно и…всё встаёт на свои места.

По дороге Сергей рассказывал, как его сын стал меняться после приезда из Индии. Как рассорился с друзьями и, в конце концов, покончил с собой полтора месяца назад. Теперь, по словам отца, его действия обретали смысл.

– Если он был под воздействием этого креста…этого вещества…,то всё тогда сходится. Ведь он вёл себя почти как сумасшедший. К тому же с этим крестом он носился как с писаной торбой. Всюду таскал за собой. Ведь с него всё и началось. Мы думали это жадность. Какая-то невероятная, гипертрофированная жадность. Они все рассорились из-за этого креста – никак не могли поделить его. Женя сильно избил друга в феврале, с Мариной расстался. А ведь они жениться собирались.

– Я знаю. – Илья кивал. Он прекрасно понимал от чего всё это произошло.

– Ах да, вы же читали… – сказал Сергей – Приехали. Я думаю она сейчас дома. Она ведь тоже стала не в себе. Все думают из-за гибели Жени, но теперь-то понятно...

– Пойдём. – предложил Илья.

И они пошли.

Сергей несколько раз давил на звонок и стучал кулаком в дверь, но им никто не открыл.

– Видимо еë нет. – подытожил бизнесмен, разведя руками.

– Она там. – возразил Илья.

По лицу Сергея было видно, что он собирался спросить откуда у редактора такая твëрдая уверенность. Но он не успел этого сделать. Илья, отодвинул его от двери, отшагнул сам, поймал Поток, прошептал заклинание и показал пальцем на дверь. Та, с каким-то утробным треском в области замка, отворилась сама собой.

За дверью, в глубине просторного коридора, стояла девушка. Выглядела она плохо – бледная, худая, с растрёпанными волосами. Голова её была скошена набок, а глаза, окаймлённые густой синевой бессонницы, выражали ненависть.

– Привет, Марина. – только и сказал Сергей, заглядывая в квартиру из-за спины Ильи.

Девушка не ответила, она уставилась на мага, застыв на миг, а потом сорвалась с места, злобно сверкнув глазами. Илья тотчас рванул за ней. Времени для церемоний не было. Демон понял кто и зачем пожаловал в его новый дом.

Илья слышал, как что-то кричал Сергей. Девушка миновала спальню, уборную с ванной и скрылась за дверью своей комнаты. Илья не успел нагнать её и дверь захлопнулась прямо перед его носом. Дёргать за ручку или толкать было бесполезно. Демон запечатал её.

– Что ты делаешь? – спросил Сергей, нагнав мага. Он стоял позади и видел, как Илья, выбросив вперёд руки, крикнул что-то на не совсем понятном русском. Дверь сорвало с петель, она влетела внутрь, грохоча и ломая компьютерный стол и полки на стене.

Илья ворвался в комнату. Девушка, с диким взглядом и гримасой презрения, замерла у выдвинутого ящика комода. В руке она держала увесистый бледно-жёлтый крест о четырёх концах, его нижняя ножка аккурат помещалась в ладонь девушки, в пересечении креста была круглая пластина, на которой сверкало несколько драгоценных камней.

Следом за Ильёй в комнату вбежал ошарашенный бизнесмен. Илья сделал шаг к девушке, та скривилась, словно ей стало больно и метнулась в сторону окна. Выбить двойной стеклопакет плечом не каждому человеку под силу, тем более хрупкой девушке. Но Марине это удалось. Сергей ахнул, Илья лишь выругался. Для него в этой комнате не происходило ничего необычного. Крест спасал себя.

Мужчины бросились к подоконнику и посмотрели вниз. Марина лежала на асфальте рядом с автомобилем, на крыше которого виднелась огромная вмятина. Она лежала не двигаясь. Бизнесмен стоял с отчаянием на лице и молча таращился на происходящее. Илья ждал, прикидывая какие травмы получила девушка. Успеет ли он спуститься по лестнице или ему тоже придётся прыгать со второго этажа. Второй раз за неделю ему этого делать совсем не хотелось. Но демон не оставил выбора. Марина зашевелилась, суча ногами, затем приподняла окровавленную голову, повернула её, посмотрела наверх, нахмурилась и поднялась на ноги с таким проворством, словно не пережила никакого падения. Пошатываясь, она двинулась вдоль парковки, голова её свесилась набок и жутковато тряслась при каждом шаге. Одну ногу ей приходилось подволакивать, левая рука висела вдоль тела, безвольно болтаясь, плечо было как-то неестественно вывернуто вперёд. Правой рукой она держала крест. Держала его, вытянув вперёд, словно это он тянул её за собой. Илья залез на подоконник и немедленно прыгнул. Сразу, как оказался в воздухе, поймал Поток и воспользовался его энергией для безопасного приземления. Упал на траву, сделал кувырок, вскочил на ноги и побежал вслед за девушкой. Она же, почувствовав это, развернулась, всё так же держа перед собой крест. Один её глаз полностью заплыл синеватой опухолью, второй был широко раскрыт, в нём читались ужас и злоба. Илья огляделся. На парковке никого не было. Он навесил на площадку морок – отвести случайные взгляды, убить интерес всех уже наблюдавших и предотвратить желание приближаться к этому месту у кого-либо ещё. Магу пришлось сделать лишь одно исключение. Ему нужна была помощь, поэтому Сергея, всё так же торчавшего в окне второго этажа, это заклинание не коснулось.

– Сергей! – крикнул Илья, не сводя глаз с Марины, которая пока что не предпринимала никаких действий.

Сергей, совершенно поражённый, лишь перевёл взгляд с выпавшей из окна бывшей невестки на спрыгнувшего из окна работника издательства и не отозвался, словно не понял, что прозвучало именно его имя.

– Сергей! – снова крикнул Илья – Спускайся сюда. Мне нужна твоя помощь. Возьми с собой наволочку. Понял?

– Да. – послышалось сверху не очень уверенно.

– Давай быстрее! – скомандовал Илья. Марина вращала единственным глазом, немного покачиваясь. Демон медлил. Половина его естества сейчас находилась в девушке, оно питалось ею самой и черпало энергию из окружающего мира через неё. Вторая половина, стараниями древнего алхимика, было навечно вплавлено в материю креста. Демон понимал, что в таком теле ему далеко не убежать. Он, должно быть, планировал переселиться в другое. Илью этот план устраивал.

Спустя три минуты во дворе появился бизнесмен. Он неуверенно шагал, вцепившись обеими руками в цветастую наволочку.

– Обойди её. – велел маг – И осторожно накинь ей это на голову. Не бойся, она сейчас сосредоточена на мне.

Бизнесмен подчинился. Он обошёл девушку по широкой дуге и в нерешительности замер. Он переводил взгляд со спины искалеченной, странно ведущей себя, но всё-таки своей знакомой на серьёзное лицо мужчины, выдававшего себя за какого-то там редактора.

– Надо её ослепить, тогда справимся! – прикрикнул Илья. Слова его предназначались не только самому Сергею, но и демону, который, по замыслу мага, должен был узнать о планах преследователя и сделать свой ход.

Бизнесмен дёрнулся, выйдя из оцепенения и осторожно двинулся к Марине. Девушка зарычала, вздёрнув верхнюю губу. Сергей был всё ближе. Илья внутренне подобрался, ему предстояло нечто весьма ответственное. Когда Сергей подкрался и занёс над головой девушки наволочку, демон всё-таки решился и сделал ожидаемый ход. Илья отреагировал молниеносно. В течение секунды произошло следующее: Марина, качнув болтающейся головой, резко развернулась, впечатав золотой крест в подбородок, не ожидавшего от неë такой прыти, бизнесмена. От удара он напрягся всем телом, словно его поразило электрическим током. Так демон переходил из тела в тело. Он уже покинул Марину и погружался в Сергея, когда его настигло заклинание мага. Крест вырвался из девичьей руки и, пролетев метр, с глухим стуком упал на асфальт. Девушка обмякла и повалилась наземь, но, мгновенно пришедший в себя бизнесмен успел подхватить её.

Да, немного подло было делать из Сергея приманку, но Илья был уверен в себе и не прогадал. Изъять из девушки, засевшего в ней, хоть и не цельного, но свирепого демона, было бы гораздо сложнее.

Марину увезла скорая. Врачам было сказано, что несчастная, в припадке психоза, хотела покончить с собой. Впрочем, Илья не сомневался в том, что бывшая одержимая и в самом деле повредилась рассудком. Он рассказал Сергею подлинную историю креста. О том, как персидский шах, набиравший большую политическую силу, был щедро одарен конкурентами – специально для него было отлито диковинное украшение, в которое заключили демона. Он тогда уничтожил не только самого шаха, но и не малую часть его доверенных лиц. Сергей тяжело воспринял новую для него реальность, свалившуюся на него этим утром, но просил мага не «убирать ему память». Он хотел сам всё обдумать и осмыслить. Илья отреагировал на его просьбу положительно и оставил бедолаге шанс узнать о мире немного больше, чем укладывалось в его мировоззрении доселе. Они долго сидели на бордюре около места схватки, ожидая, когда обведённый рунами крест, всё так же валявшийся на асфальте, ослабнет и станет пригоден для транспортировки.

Когда же солнце ушло в зенит, Илья затолкал крест в наволочку, размазал руны, нанесённые помадой, которую они нашли у Марины дома и попросил Сергея подкинуть его до своего автомобиля.

Глава 4

– Амиамов крест? – в трубке звучал крайне удивлённый голос ведьмака. – Вези, конечно.

Илья крутил баранку и думал о том чернокнижнике Амиаме, что изготовил проклятый крест. Он где-то читал, что Амиам умел превращаться в змея. Хотя, возможно, это только фокусы. Чернокнижники любят пускать дым в глаза, отчего, впрочем, не являются менее опасными. Илья вспомнил одну встречу с воинственно настроенным чернокнижником и мысли стали уводить его далеко-далеко в туман давности. Ведь он уже прожил одну среднюю человеческую жизнь, хоть по нему этого и не скажешь. Но маги могут стареть медленнее, если захотят и Илья старел медленно и много чего успел повидать и испытать. В том числе и тяготы Великой Отечественной Войны. Причём, его тайный магический фронт не уступал по зверству и непримиримости фронту видимому. Шла напряжённая борьба, ежедневно приходилось снимать заклятия и проклятия, держать заслон от неприятельских натисков, а маги у Гитлера, надо сказать, были сильные. Но недостаточно. Против воли, против великого мужества сплотившихся народов, восставших против губителя, не могла устоять ни одна магия. Илья не раз наблюдал как рушились чары неприятеля, когда над смертельным полем брани звучало могучее древнее громогласное «УРА!».

– Урод!

Илья очнулся от дум. Капот его автомобиля плавно переходил в багажник впереди стоящей иномарки.

– Ты чё сидишь, дебил? – кричал мужчина, заглядывая в боковое окно – Выходи давай!

– Да отвяжись ты! – раздражённо отмахнулся Илья.

Мужчина повернулся, молча сел в своё авто и, со скрипом отлепившись от машины Ильи, влился в поток на соседней полосе.

Илья посмотрел на наволочку, лежащую на соседнем сидении. Сквозь цветастую материю проступали очертания золотого креста. Демон слишком долго напитывался энергией молодых ребят и слишком мало пробыл в ослабляющем круге. Он успел восстановиться настолько, что сумел воздействовать на мага, невзирая на поставленную им защиту. Илья вздохнул и поехал дальше. Ему ничего больше не оставалось, кроме как доставить крест ведьмаку. Но придётся быть настороже. Никакие заслоны его не сдерживают, даже если убрать его в багажник, он будет дотягиваться до мага.

На светофоре, среди машин появились маленькие цыгане. Один из них, получив отказ у соседнего автомобиля, перешёл к машине Ильи и вопросительно показал ему в пассажирское окно тряпку и моющее средство. Илья помотал головой. Мальчик пожал плечами, но не ушёл, а уставился на наволочку с крестом. Глаза его округлились, на щеках выступили скулы от сильно сжатых челюстей. Мальчик бросил свой рабочий инвентарь и принялся колотить по стеклу своими маленькими кулачками. Лицо его свирепело с каждой секундой. Илья гаркнул на него специальными словами, и мальчик обмяк, руки его опустились, лицо выражало отрешённость. Загорелся зелёный, а цыганёнок так и остался стоять на проезжей части, глядя пустыми глазами прямо перед собой. Илья не исключал, что после воздействия демона, пацан останется невменяемым.

Солнце двинулось к западу. Илья успел проскочить к дому Валеры до начала ежевечерних пробок. Он припарковал авто, взял наволочку за уголок и покинул салон. Ведьмак встретил его во дворе и велел следовать за ним. Они миновали двор, вышли в огород с аккуратно обработанными грядками и небольшой теплицей.

– Ты ещё и огородничать успеваешь. – заметил Илья.

– Ага. – отозвался ведьмак.

– Чего садишь? – спросил Илья, остановившись у одной из грядок и вглядываясь во всходы.

– А ну цыц! – строго сказал ведьмак.

Илья замер. Он чуть было не прислонил крест к себе, когда нагибался над грядкой.

– Клади. – велел ведьмак, указывая на землю.

Илья аккуратно положил наволочку и сделал шаг назад, голова немного кружилась.

– Сопротивляется. – усмехнулся ведьмак, взяв наволочку за уголок – Давай-ка я лучше сам.

Он дошёл до будки, примыкающей к дому, отошёл в сторону и велел магу открыть железную дверь. Илья отворил её и увидел лестницу, ведущую глубоко вниз.

– Да у тебя тут целый бункер. – сказал он, заглядывая в темноту.

– А то как же. – отозвался ведьмак – А ну-ка дай я вперёд.

Илья пропустил хозяина и последовал за ним. Ведьмак щёлкнул выключателем на стене у входа и начал спускаться. Лестницу осветил ряд жёлтых лампочек. Подвал был глубоким. Затяжной спуск упирался в ещё одну дверь, которую ведьмак открыл сам. От стен отражалась и плясала, рикошетя и беснуясь энергия креста.

– Чувствует, гадëныш. – ведьмак отодвинул наволочку на вытянутую руку.

Он вошёл в подвал, представлявший собой бетонный саркофаг, оборудованный под симбиоз алхимической лаборатории и помещения для проведения сеансов экзорцизма. Пахло множеством эмоций. В основном отрицательных. Ведьмак положил наволочку на круглый столик в правом от входа углу, взял её за два уголка и вывалил золотой крест на пошарпанную середину деревянной столешницы. Стол, полутора метров в диаметре, стоял на одной массивной ноге, вмонтированной в пол. Далее началась знакомая процедура – рунический круг. Демон трепетал и как мог пытался воздействовать на своего пленителя, но ведьмак был непреклонен, он словно вообще не замечал исходящей от креста подчиняющей энергии. Вероятно, в этом ему помогали два амулета, болтающиеся на верëвочке на шее. Круг рун был не тот, который использовал Илья. Хотя часть символов совпадала. Когда последняя руна была начертана и замкнула круг, демон замолчал.

Илья осматривал помещение. Здесь было на что посмотреть, как и наверху в доме. Уйма разной старинной утвари, типа большой деревянной бочки, на крышке которой стоял ковш с длинной ручкой. На одной из стен на крючках висели амулеты и обереги – кресты на цепочках, свастики на льняных верёвках, вырезанные из дерева и кости фигуры зверей и рунические знаки. В противоположном от стола углу находился боевой наряд русского воина – подкольчужное одеяние, лёгкая звенигруда, сплетённая из тёмных полуколец, широкие штаны, кожаные сапоги с гармошкой собранным голенищем, конусообразный шлем, украшенный вязью, круглый щит с гербом в центре, короткий меч в ножнах, и копьё с надтреснутым в середине древком.

Илья обернулся к ведьмаку.

– Носишь?

– Да ты что? – улыбнулся тот – Это мне от предков осталось.

– Понятно. – Илья осмотрел дальнюю стену помещения. Вдоль неё тянулись несколько уровней полок, уставленных колбочками, баночками, коробочками и прочим подобным – для порошков, жидкостей и разного рода иных субстанций, участвующих в алхимической деятельности ведьмака, а также стол с горелкой и разнообразной утварью, как в лабораториях. По левую сторону от двери была голая стена, а в углу, подпирая потолок, стояла широкая клетка с коваными прутьями толщиной в два пальца. Чуть дальше находилась тяжёлая на вид железная дверь – стало быть продолжение бункера. Напротив клетки, из противоположной стены торчали заржавленные кольца, вмонтированные в бетон. С колец свисали цепи с кандалами на концах. Рядом с одним из таких колец на полу было что-то метровой высоты, накрытое плотной тканью, вроде ещё одной бочки, только поменьше. Цепь с кольца уходила под материю.

– Кто у тебя там? - спросил маг.

– Упырь. – как-то просто ответил Ведьмак – Хочешь – взгляни.

Илья взглянул. Он подошёл и стащил материю, обнажив сидящего на полу мужчину в джинсах, майке и мешком на голове. Руки его были ампутированы по локоть, ноги – по колено. Он был неподвижен до тех пор, пока вся материя не сползла с его укороченного тела, но едва Илья успел удивлённо хмыкнуть, как сидящий недочеловек вскинулся, резко вздёрнув голову и встав на нижние культи, а ещё через мгновение, он бросился в сторону мага, да так, что подпрыгнул на полметра. Илья отскочил назад. Цепь натянулась и упырь, поперхнувшись от врезавшегося в шею кольца, шлёпнулся спиной об пол. Он забрыкался, перевернулся на живот и на культях уполз обратно на своё место, порыкивая как пёс.

Илья так и стоял, с материей в руках.

– Ну, что, посмотрел? – донеслось из другого конца подвала.

Илья не ответил, он сделал шаг и накинул материю на то, что сидело на полу.

– Зачем он тебе? – спросил маг, вернувшись к столу, на котором ведьмак выводил дополнительный круг рун.

Тот ухмыльнулся.

– Пойдём, погоняем чаи, пока наш товарищ маринуется. – он кивнул на крест.

Чай снова был на травах. Ароматный, терпкий, он вызывал в памяти Ильи ностальгические картины.

– Ездил на Алтай, там набрал. – пояснил ведьмак, глядя как Илья наслаждается напитком.

– Напомнило мне тайгу. – улыбнулся маг своим воспоминаниям.

– Чего лыбишься? Сказывай. – оживился Валера. Он любил истории.

– Встреча у меня была… – Илья помолчал, подбирая слова – необычная.

Ведьмак с интересом глядел на собеседника, явно приготовившись слушать.

Что ж, подумал Илья, почему бы и нет?

– В общем, образовалось у меня дельце в Сибири. В девяносто пятом это было. Никогда до того не был там, а тут занесло, да ещё как – в самую глухомань. Урочище непролазное. Красиво, но непривычно. Я сразу почувствовал, как тайга вокруг меня сгрудилась, вроде как обступила и изучает что за хлопец к ней пожаловал. Задача была один скит отыскать. Мне объяснили, как его найти, и я двинул. По лесу-то мне не в новинку шататься, рассчитал, что к вечеру доберусь. Ну и просчитался. Заплутал так, что своих же следов не нашёл. Чертовщина прям, думал пропаду. И порталом не прыгнуть – не получается открыть – не то что в скит, а вообще. Неделю бродил. Отчаялся. Осень: то морось донимает, то крупа снежная высыпится – проснёшься утром, а вокруг всё белым бело. К полудню всё это белое превращается в грязь…в общем хапнул я по самое не горюй. Питался чем попало. Своих запасов хватило на три дня. Пару белок удалось изловить, но вообще ощущение сложилось, будто вся дичь просто исчезла. Оно осень конечно, но не до такой же степени. И главное, ночью по звёздам ориентируюсь, днём по солнцу иду, а новой ночью обнаруживаю, что как будто бы не туда шёл. То ли звёзды не на том месте, то ли солнце неправильно по небу двигается. В общем, сижу вечером у костра унываю. И чувствую взгляд чей-то. Пристальный такой, недобрый. Тут до меня и дошло. Я вскочил и – в Навь. Смотрю, оправдалась догадка: метрах в трёх Леший стоит. Косматый такой, глаза как фары, большие, жёлтые. Сам гнутый, кряжистый, весь в сучках, в листиках, кочки лохмотьями висят. Я взбесился, такая обида пробрала. Ну ты, думаю, сволочь, водишь меня, значит! А он, видно, не ожидал от меня такого трюка – ну, что я в Навь могу ходить. Вот это его замешательство я и использовал. Схватил из Яви сук толстенный, подскочил к нему и промеж фар саданул со всего маха.

Ведьмак весело рассмеялся.

– Удивляюсь как ты после такого передо мной сидишь. Не брешешь часом? – он подмигнул.

– Да ты слушай! – Илья отмахнулся – Он от удара даже зажмурился, и кора со лба осыпалась. Я дубину опустил и попятился, дошло на какого могучего духа руку поднял. Стою, обомлел, но вид стараюсь делать смелый. Он глаза ещё шире раскрыл, смотрит на меня сверху вниз как на букашку, но бездействует. С минуту он так на меня глазел, потом развернулся и зашагал не спеша. Я не понял ничего, выдохнул только – пронесло.

– Да, брат, везучий ты. – ведьмак налил Илье ещё чая – Из лесу-то вышел?

– Вышел. На следующий же день нашёл тот скит.

– Видать углядел в тебе чего-то дедушка Леший, раз из круга выпустил. – ведьмак пронзительно глянул на гостя – А к Парфиришне зачем ходил?

Илья замер на мгновение. Неожиданный был вопрос. Маг не ответил, улыбнулся и сменил тему:

– Ты лучше про упыря своего расскажи.

Ведьмак тоже улыбнулся, но с озорцой и пристально глядя на Илью, как бы давая понять, что знает почему тот увиливает. Однако, потом лицо его переменилось, и он рассказал.

– Этой хитрости меня охотники из Южной Африки научили. У них есть такой ритуал – перед тем, как выйти на охоту, они несколько часов проводят в шалаше с таким вот «обрубышем» как у меня в подвале. Штука в том, что когда упырю грозит смертельная опасность, он начинает вырабатывать специальный секрет, который его сородичи заблаговременно чуют и не приближаются к такому источнику запаха. Это у них вроде предупреждения – не влезай, убьёт. Вот индейцы и придумали такой способ – конечности долой, самого на цепь – чтобы у него не проходящее чувство близкой кончины было и пользуются его выделением. Побудешь с таким пару часов и к тебе потом дня три ни один упырь не подберётся – бояться будет, вроде как инстинктивно. Они ведь, хоть и разумные, а всё же больше звери. От человека у них мало чего остаётся.

Ведьмак поставил пустую кружку на стол и поднялся с кресла.

– Ну что ж, пора и честь знать. Демон сам себя из креста не изгонит.

– Пойдём. – Илья пожал плечами.

– Э, не, – ведьмак мотнул головой – это я сам, без тебя. Моё это дело, не твоё. Езжай с добром.

Илья снова пожал плечами:

– С добром так с добром.

Но с добром не получилось.

Вечер выдался пасмурный, моросило. Закат утонул в тучах, трасса была полупуста. Дворники смахивали с лобового окна капли, набирающего силу, дождя. Илья ехал в раздумьях. Думал он о ведьмаке, который сейчас совершал изгнание демона из древнего артефакта. А имели ли они право так поступать с памятником старины. Это ведь как найти мамонта во льдах или на раскопках отрыть скипетр царя. Ну и что, что в кресте заключено опасное зло? Это зло во многом и определяет ценность артефакта. Крест без демона уже не представлял большого интереса. Впрочем, жаль ему было не столько утраты древности, сколько именно демона. Некая часть души Ильи противилась таким мерам. Тёмная часть души. Часть, доставшаяся ему от деда.

Дорога была прямой, и Илья набрал приличную скорость, несмотря на дождь. По обочине росли редкие кусты, за которыми простирались серо-зелёные сумеречные поля, а за ними уже совсем чёрные опушки леса. Что мелькнуло справа в зарослях черёмухи Илья так и не понял. В переднее крыло ударило и всё завертелось. Шины повизгивали на сыром асфальте, когда машину раскручивало, словно юлу. Свет фар хватал пространство, но не мог удержать, всё чередовалось: дорога, встречное авто, серое поле, снова дорога, снова поле, снова авто. Колёса вспороли грунт обочины, машину вздыбило и бросило в траву кювета. Всё завертелось заново, но уже на другой оси. Теперь всё скрежетало, грохотало, трескалось. Ремень то впивался в живот и грудь, то ослаблял хватку. Одна фара потухла, другая скрывалась в траве, потом выныривала, чтобы бросить луч в серую даль и снова погрузиться в зелень. Четыре, пять, шесть кувырков. Наконец, инерция угасла, автомобиль перевернулся в последний раз, встав на колёса, и замер. Илья, оглушённый, медленно приходил в себя. Дождь громко барабанил по жести кузова и шелестел в высокой траве, которую тускло освещала постепенно угасающая фара.

Илья пошевелил пальцами ног, сжал и разжал саднящие кулаки, медленно повернул голову. Когда в борт ударило, он инстинктивно поймал Поток и окутал себя энергией, защищающей от удара, но первый удар головой в боковое окно было без специальной защиты, да и от вращения в пространстве ему всë равно сделалось дурно. Сквозь пелену туманящегося от взбучки разума, он уловил быстрое движение, услышал торопливый шорох в траве и в боковом окне возникла фигура. Два красных кругляша в глубине капюшона. Илья видел, как рука неизвестного потянулась к нему, но замерла, неизвестный, кажется, зашипел как напуганный кот и мигом растворился во тьме.

Вскоре на выручку Илье пришли несколько человек. Они обеспокоенно заглядывали в салон, расспрашивали Илью о его самочувствии, делились друг с другом впечатлениями. Ему помогли выбраться из искуроченного автомобиля, довели до дороги, усадили в салон какой-то иномарки, где он окончательно осознал произошедшее, начиная мыслить более или менее внятно. От госпитализации он отказался, попросил отвезти его домой и позвонил Тасе.

– Как же тебя опять угораздило? – причитала она, обрабатывая снадобьями его гематому на голове.

– Смотря что ты имеешь в виду. – ответил маг.

Ведьма посмотрела на него строго.

– Теперь я уже и сама не знаю, что я имела в виду.

– Как меня угораздило вылететь с трассы я знаю, а вот как я попал в немилость к сербской нечисти – не имею ни малейшего понятия.

– Я что-то пропустила? – Тася вскинула брови.

– На меня напал упырь. – ответил Илья – Если б не Валера со своим «обрубышем», валялся б я сейчас бледненький в каком-нибудь лесочке.

– Илююш, расскажи мне, пожалуйста о чём это ты толкуешь, а? – Тася посмотрела магу в глаза так, что у того затеплилось в груди и пробежали мурашки, хлынул прилив нежности к этой хрупкой девушке, которая примчала к нему по первому зову и стояла теперь перед ним залечивая его раны, такая родная…Маг отвёл взгляд от её замечательных глаз, тряхнул головой, снова посмотрел на неё.

– Ты эти свои штучки брось, - строго сказал он и засмеялся – ошалела что ли, ведьма?

Тася сделав невинный вид, вернула претензию:

– А чего ты всё какими-то загадками?

Илья рассказал ей как произошла авария, что напал на него тот самый загадочный командир отряда волчат, стоявший тогда за окном второго этажа. Рассказал почему это был упырь и почему оный не довёл дело до конца, а ретировался, как только приблизился к магу. Рассказал о нечисти, которая по догадке ведьмака, прислана из Сербии. Они обсуждали детали всей этой катавасии, её возможные причины и следствия, а потом настала ночь.

Илья долго смотрел на узор, проступающий на шторе в свете луны, вышедшей из туч. Дождь уже утих, только редкие капли глухо шлёпали о землю где-то там, далеко от Ильи, далеко от его мыслей. Он чувствовал ровное дыхание Таси на своём плече. Потом маг закрыл глаза и погрузился в спокойный и крепкий сон.

Глава 5

Утро подарило Илье радостную весть. Тася, соскочив ни свет, ни заря, приготовила ему снадобье для скорейшей поправки его, вновь пошатнувшегося здоровья, после чего, пожелав «хотя бы дня без происшествий», уехала по своим делам. Тогда Илья, справив все свои утренние процедуры (кроме физических упражнений – его многострадальное тело отказывалось от резких движений и всяких нагрузок), отправился в комнату с обширными книжными полками и обнаружил, наконец, взломанный артефакт. Бокал стоял на столе в круге рун, уже не такой величественный как раньше, с потускневшей аурой.

Илья улыбнулся. Неужели?

Он постоял некоторое время, входя в нужное состояние ясности разума, затем поймал Поток, произнёс несколько коротких заклинаний и взял бокал в руки.

Он видел зал. Огромный с высокими сводами, изысканно украшенный лепниной. На фоне белесых стен, блестел позолотой витиеватый барельеф. Большие, сочащиеся солнечным светом окна, обрамляли складчатые портьеры алого цвета. В центре зала напротив Ильи находился человек. Он был в сером костюме-тройке, слегка замятый пиджак был расстёгнут, являя бурые пятна на белой рубахе. Человек смотрел исподлобья. Поза его была враждебной, кулаки сжаты, руки опущены, но напряжены, словно он держал в них две невидимые гири. Ноги расставлены так, чтобы в любую минуту сорваться с места. Глаза у человека были маленькие, но взгляд острый, почти яростный, губы поджаты, скулы угловато выступали, выражая напряжение. Человек тяжело и громко дышал через нос. В зале было тихо, лишь откуда-то снаружи, издалека доносился неразборчивый шум.

Илья чувствовал опасность, но не страх. Страха не было. Он, как и человек в костюме-тройке, был неподвижен, напряжен и так же готов к броску. Так продолжалось некоторое время. Может быть минуту или меньше. Затем человек в костюме-тройке глубоко и резко втянул полную грудь воздуха и тотчас выбросил кулаки вперёд, ударяя пустоту перед собой. По залу покатилось эхо громогласно прозвучавшего заклинания. Илья вскинул руки, выставив их перед лицом крест-накрест. Рукава его рубашки были закатаны до локтей. Бледная кожа рук была покрыта ссадинами. Илью качнуло назад, его защита слабла и скоро он повалился на спину, не в силах сдерживать натиск невидимой силы. Эхо повторилось. Илья почувствовал боль, словно на него опрокинули бочку кипятка. Он перевалился на живот и пополз, цепляясь за скользкий паркет вспотевшими и окровавленными ладонями. Впереди оказался перевёрнутый стол, внушительных размеров, по мере приближения становящийся непреодолимой преградой для ползущего обессиленного человека. Подле стола валялась, ссыпавшаяся с него снедь, столовые приборы, смятая, заляпанная разбрызгавшимися угощениями, белая в узорах, скатерть. Илья услышал голос. Громкий, но спокойный.

– Вот и всё, Леонтий. – сказал человек в костюме-тройке – Кончено.

Илья перевернулся. Теперь он лежал в груде побитой посуды и размазанной по полу еды. Человек в костюме-тройке стоял над ним, сотрясая уставшими руками.

– Теперь я стану тобой. – сказал он спокойно – Ты долгое время кичился своим величием. Сгубил много моих добрых друзей. Пора и тебе отправиться в Вечность. Но прежде – узнай – вся твоя тёмная братия будет раздавлена мною. Я стану тобой и твоими руками передавлю всех твоих соратников, всех, кто чинил зло много веков.

– Услышь себя, Бакай! – сказал Илья хриплым надломленным голосом – Ты провозглашаешь месть! Ты и есть – зло!

Рука Ильи нащупала рядом округлый гладкий предмет. Хрусталь – по энергетике бокала понял Илья. Он смирился с надвигающейся гибелью, однако не собирался в Вечность. Вдруг, в глазах его потемнело, весь его разум, всё его существо стало подвижным и текучим и стало собираться сначала в груди, а затем спустилось в руку, а из руки – в холодный хрусталь бокала – своё новое тело.

– Довольно. – жёстко произнёс человек в костюме-тройке и, вскинув руки, выкрикнул смертельное заклинание. Тело Ильи сотряслось и замерло, рука выпустила бокал.

Илья поставил бокал на стол, сел в кресло и долго молчал, поражённый увиденным. Он узнал не просто тайну артефакта, он узнал неизвестную никому историческую сцену – подмену одного из сильнейших на тот момент магов другим магом по имени Бакай, который считался погибшим почти век назад. Но Бакай жив. В той схватке погиб не он. Он завладел внешностью Леонтия, чтобы, встав на его место, развалить орден. Однако, орден существует до сих пор, и его глава с завидным упорством творит тёмные дела. Илья сам когда-то принадлежал к этому ордену и не понаслышке знает какие злодеяния способен совершать подменённый Леонтий. Настоящий же, поверженный маг, попытался перенести своё сознание в бокал, рассчитывая не погибнуть безвозвратно, но ему это, по-видимому, не удалось. Он оставил в артефакте лишь отпечаток последних минут своей жизни. Может быть не успел закончить переход, прежде, чем на него обрушился смертельный удар Бакая. Илья не чувствовал в бокале присутствия личности, как это было, например, с демоном в кресте.

Илья устал. Он с трудом поднялся на ноги, чтобы отправиться в постель. После такой психологической встряски нужно было поспать.

Он улёгся в постель, которая ещё хранила аромат Тасиного тела и почти сразу уснул.

Спал тревожно. Несколько раз открывал глаза и видел сперва солнечный свет, затем зарево заката и, наконец, тьму ночи. Он провёл в постели почти сутки, поднявшись только следующим утром, будучи, при этом, совершенно разбитым.

Весь день он провёл в раздумьях. Картина складывалась неутешительная. Во-первых, Леонтий, глава ордена тёмных магов, вовсе не тот Леонтий, кого нарекли этим именем по рождению. Нынешний Леонтий никто иной как Михаил Осипович Бакаев – широко известный в прошлые века сильный маг. По всему выходит, что он, возглавив орден поверженного противника, не претворил в жизнь свою задумку. Напротив, с тех пор орден укрепился ещё сильнее. Илья прекрасно знал, как тонка грань между добром и злом, но всё же это было поразительно.

Во-вторых, Бумат. Не даром Ваня, бывший коллега Ильи по тому самому ордену, спрашивал его об этом могущественном артефакте. Судя по всему, Бумат, либо уже в руках Леонтия, либо скоро окажется в них. Изучая судьбу артефакта, Илья потерял его след больше четырёхсот лет назад далеко на Аляске. Неужели Леонтию удалось отыскать его? Если так – быть большой беде. Леонтий не из тех, кто остановится, довольствуясь малым. Он пойдёт до конца. И конец этот будет нехорошим. С этим артефактом он сможет устранить всех конкурентов на своëм пути. А на пути этом стоят могучие маги, благодаря которым достигнут и поддерживается худо-бедно какой-то паритет сил в мире магии.

В-третьих, менее важных, но не менее тревожных, сербский упырь. До сих пор не понятны мотивы его нападений. Более того – не понятно где он теперь и что замышляет.

Илья сидел в просторной светлой кухне, утопив ноющее тело в мягкости кресла. Пахло чайным напитком из Тасиных трав. В голове было мутно. Илья едва допил зелье и снова завалился спать. Проснувшись под вечер, он обнаружил в телефоне несколько пропущенных звонков от Таси и Валеры. Кроме головокружения и тошноты, он обнаружил ещё один неприятный аспект – он снова проспал больше суток.

– Что-то не то… – бормотал он, стоя под холодным душем.

Помывшись, он попил Тасиного отвара, начертал на полу нужные для медитации руны и, усевшись в центре, закрыл глаза. Несколько десятков вдохов и выдохов унесли его вглубь себя.

Илья не любил погружаться внутрь, но выбора не оставалось – что-то явно было не в порядке. Тёмные коридоры, построенные его подсознанием, петляли и извивались, создавая лабиринт, специально возведённый для непрошенных гостей. Внутри Ильи было что-то особенно опасное, отчего он и беспокоился, шагая во тьме. Вскоре он добрался до двери, венчавшей последний отросток длинной кишки запутанных коридоров и отворил её. Внутри было светло. Просторная комната с видом на озеро, винтажная мебель, книги – всё, как всегда.

– Какие люди! – послышалось из дальнего угла комнаты.

Илья повернул голову и увидел себя.

– Как ты? – спросил Илья.

– Я-то хорошо… – ответил Илья – А я всё думал, когда же ты пожалуешь?

– Был повод? – Илья сел в кресло с высокими, как у трона подлокотниками.

– Конечно. – Илья вышел из угла, в руках он держал кисть и палитру – Взгляни что я наваял.

Илья поднялся с кресла и, миновав себя, подошёл к мольберту. На широком полотне был изображён мрачный пейзаж: фиолетовое, с серыми прожилками, небо, встречающееся у горизонта с тёмно-синей гладью озера, на буром глинистом берегу которого стоял человек. Он смотрел прямо на Илью. Это был Леонтий.

– Он здесь? – Илья повернулся к себе.

– Он приходил. – ответил Илья – Если он ушёл, то недалеко.

– Я почувствовал, что что-то не так. – Илья ещё раз взглянул на картину – Значит ему всё-таки удалось переместиться в бокал. Но как он проник сюда? Я его не распознал…

– Он сильный маг. – рассуждал Илья, оттирая пальцы от красок синей тряпицей. – Слился с воспоминаниями и просочился незамеченным. Будь на нашем месте кто-то другой, Леонтий уже завладел бы его телом. Но, увы, ему снова не повезло.

– Надеюсь, ты не будешь уговаривать меня оставить его в живых? – Илья подошёл к окну – Чего у тебя озеро такое мрачное? Вон какая натура красивая.

Озеро подёрнулось светло-синими волнами, на берегу колыхались ветром зелёные травы.

– Ты знаешь почему. – Илья положил тряпицу и расправил закатанные рукава.

– Знаю... – задумчиво произнёс Илья – А ещё я знаю где Леонтий.

– Тогда пошли? – Илья глянул на себя, потирая ладони.

– Думаешь я не справлюсь без тебя? – Илья оторвался от окна и пристально оглядел себя, стоящего посреди комнаты, такого родного и ненавистного. Перед ним была тёмная часть его души. Та самая часть, которую чувствовали в нём Тасина мать и ведьмак. Та самая часть, которой наградил его отец.

– Думаю нет. – ответил Илья.

Илья подумал немного и сказал:

– Пойдём.

Они вышли из комнаты через единственную дверь, однако попали не в лабиринт коридоров, а в наполненное густою тьмой помещение. Илья щёлкнул пальцами и пространство озарилось ярким белым светом. Большая зала с потолком, унёсшимся далеко вверх, была уставлена деревянными стеллажами, забитыми толстыми тетрадями с надписями на корешках.

– Впечатляющий архив. – послышалось из глубины помещения и в широкий проход между рядами полок шагнул человек. Взлохмаченные волосы до плеч заслоняли часть лица, на руках от кистей до локтей виднелись глубокие порезы, мятая рубашка, некогда белая, была измазана красным и заляпана грязью. Одна нога оказалась без ботинка – таким он погиб, таким и оставался теперь.

Леонтий положил на полку тетрадь, которую держал в руках и посмотрел на Илью прямо и враждебно.

– Ты собрал немало знаний и опыта, Илья Чернов. – сказал он – Это всё пригодится мне.

Илья посмотрел на свою тёмную половину. Тот улыбался. Они шагнули навстречу Леонтию, вскинув руки. Незваный гость скользнул в сторону.

На месте, где он стоял, взорвались и взмыли в воздух стеллажи с тетрадями. По зале разнеслось шелестящее эхо. Оба Ильи бросились вправо, в разные ряды. Вынырнув в другой широкий проход, Илья отразил брошенное в него заклинание, которое, отскочив, пропороло бетон пола. Леонтий оскалился и крикнул древнее слово. Он дрался с особенным азартом – сказывалось его долгое томительное заточение в хрустальной тюрьме. Несколько стеллажей по обе стороны от Ильи пришли в движение. Они стали заваливаться на мага, одновременно изгибаясь и закручиваясь в подобие спиралей, готовых перемолоть в себе всё, что попадёт внутрь крутящихся шнеков с миллионами режущих кромок тетрадных листов. Причудливая магия Леонтия даже вызвала ухмылку на лице Ильи. Он выставил руки в стороны и движение стеллажей замедлилось. В ту же секунду перед ним выскочил другой Илья, он махнул рукой, как бы перерезая наискось воздух перед собой и крутящиеся стеллажи омертвев, с грохотом повалились на пол. Леонтий снова бросился в проход, скрываясь из вида. Илья глубоко вдохнул и громко, так что эхо покатилось к высокому потолку, выкрикнул гневно древнее слово. Все стеллажи, словно от мощного взрыва, полетели в разные стороны от того места, где стоял маг. Рвались переплёты, трещала бумага и дерево полок. Стеллажи, грохоча, ударились о стены и, свалившись грудой, замерли. Повсюду витали тетради, размахивая страницами. Словно птенцы, которые так и не научились летать, они неизбежно падали на пол. Вскоре приземлился последний вырванный лист, взметённый волной, и воцарилась тишина. Илья встряхнул, онемевшими от напряжения, руками.

– Сколько злости… – сказал ему Илья, улыбаясь.

В ворохе тетрадей, сбитый с ног, зашевелился Леонтий. Он стоял на коленях, пошатываясь, из ушибленного затылка сочилась кровь. Он обернулся.

Илья вытянул руку в его сторону, Леонтия бросило на спину и поволокло по полу, словно невидимый убийца, накинув удавку ему на шею, бегом тащил его к Илье. В паре метров от него, Леонтий остановился и, взревев от боли, принял неестественную позу: руки его надломились в локтях, завернулись назад под спину, ноги, хрустнув коленями, выгнулись вверх. Некоторое время Леонтий вопил, но вскоре притих, вращая обезумевшими от страха и боли глазами.

– В одной из этих тетрадей – начал Илья спокойным голосом, неопределённо махнув рукой в беспорядок архива. Другой Илья глядел на него с удовольствием – описано как уничтожали магов древние суеверные жители Якутии. Для этого у них имелся особенный обряд. Они ломали магу руки, чтобы тот не мог творить заклинания, ломали ему ноги, чтобы он не мог прийти к ним для мести и, наконец, они выкалывали ему глаза, чтобы он не мог найти дорогу и не мог узнать их, если всё-таки придёт.

Илья выставил руку ладонью вниз и слегка опустил её. Бешеные глаза Леонтия лопнули, брызнув на щёки бледной жидкостью. Леонтий снова взревел.

– И рот. – вспомнил Илья и взмахнул рукой, словно отгонял назойливого комара. Нижняя челюсть Леонтия надломилась и оторвалась, повиснув у шеи. Теперь он мог только мычать, корчась от боли и ужаса – Чтобы, маг не мог произносить заклятия.

Илья отступил от поверженного врага и тяжело вздохнул.

– Выбрось его. – велел он себе.

– Не мучайся совестью, – ухмыльнулся Илья, взмахивая руками – ты всё сделал как надо.

В полу, рядом с Леонтием, появился пролом. Там было темно и тихо. Илья спихнул Леонтия ногой, замычав, маг утонул во тьме. Пролом закрылся, соединив бетонные стенки. В зале стало совершенно тихо.

– Если бы я не взял тебя с собой, он бы кончил иначе, ты знаешь. – Илья направился к выходу – Ты это сделал, не я.

– Знаю. – согласился Илья – Но без меня ты бы не справился. Он был слишком хорош.

Илья распахнул дверь и, не прощаясь, вышел. Он злился, потому что последние слова были правдой.

Глава 6

Илья открыл глаза. Прислушался к ощущениям – помутнение прошло, но он сильно устал. Илья убрал надписи с пола, поужинал и отправился спать.

Наутро он чувствовал себя превосходно. Организм окреп, от ушибов остались небольшие синяки. Илья хорошенько встряхнул тело физическими упражнениями и, прихватив кое-что из «потая», отправился на работу. Ехать пришлось на такси. Его машина так и осталась стоять в траве, Илья с досадой глянул на неё, когда проезжал мимо. Хорошая была машина. Вообще события последних дней навевали сплошную грусть и тревогу. Вчерашнее погружение оставило неприятный осадок. Ему, как ни странно, было жаль настоящего Леонтия. Если бы он умер тогда, много лет назад, если бы не переместил себя в бокал, то оказался бы в Вечности, но теперь его участь Великая Пустота. Слишком жестоко, слишком жестоко, думал Илья. Когда его тёмная половина с ним, он вдвое сильнее, но он становится чрезмерно жесток.

Такси остановилось у входа в здание с большими сине-серебряными витринами. Илья как всегда подал безногому на коляске пачку сигарет, безногий как всегда кивнул, улыбнувшись. Илья вошёл в здание и сразу почувствовал, как вместе с Потоками мимо него стали проноситься эмоции, которые заполняли его истощённые запасы энергии. Здесь были и зависть (молодая особа за стойкой в приёмной) и бессильный гнев (престарелый охранник в чёрной форме, мешковато висящей на нём) и радость (молодая мамочка) и гордость (человек в дорогом костюме из лифта) и даже эротическое возбуждение (пубертатный парнишка, пялившийся на дамочку в оранжевом платьице). Оказавшись в своём кабинете, Илья запечатал дверь заклинанием и, усевшись в своё удобное кресло, достал из кармана свёрток. Позавчера у него созрел план. Два дня было потрачено в пустую, а время меж тем не ждало. Где-то там вершится опасная затея – артефакт невиданной мощи может оказаться в плохих руках.

Илья положил свёрток на стол и развернул грубую кожу. Внутри находился, размером с кулак, камень, соединённый из разных пород – желтовато-зелёный александрит, тёмно-изумрудный змеевик, оранжевый лал, голубая, со светлыми прожилками яшма, чёрный гранат, прозрачно-серый кварц… В месте сочленений всех этих кусков были гладкие, рельефные жилы, словно минералы приплавили друг к другу. Бытовало мнение, что внутри артефакта находилось сердце двухсотлетнего ворона. Он так и назывался – «воронье сердце». Камнем этим Илья дорожил и использовал не часто. Он был полон тёмной энергии, которая определённым образом влияет на разум. Подобного влияния Илья старался, по возможности, избегать.

Илья взял артефакт в руки, поймал Поток, закрыл глаза и погрузился в транс. Рябая поверхность камня запульсировала теплом, словно внутри и правда жило сердце и оно запустило кровоток в недрах минеральной плоти. Илья, взлетев лучом, невидимым для всех, понёсся сквозь пространство и материю, мимо горожан с их суетой. Он чувствовал себя пучком энергии, неким сгустком собственного я, устремлённым вдаль. Полёт мысли в прямом смысле слова, подумалось ему и вот, миновав преграды, он вонзился в ауру человека, сидящего на тахте в уютном помещении, наполненном пьянящим кальянным дымом, и проник в его разум. Илья оказался в тёмном месте, заполненном причудливыми видениями, которые то вспыхивали во тьме, то исчезали, уступая место новым. Фантасмагоричные мысли кружились, сверкали, гасли, вспыхивали вновь, замирали и переливались струями, окутывая Илью.

Ваня, Ваня… Опять анашу куришь…

Маг подумал о цели своего визита в сознание приятеля и тут же переместился в другое место, значительно глубже. Здесь было спокойно, вокруг витал плотный туман, подсвеченный откуда-то изнутри, словно сами частицы тумана испускали лёгкое мерцание. Илья снова сконцентрировался и перед ним появилось воспоминание обладателя сознания, в которое он вторгся.

В просторном кабинете, обставленном гладкой блестящей мебелью, за широким массивным столом восседал Леонтий. Откинувшись в сером кожаном кресле с высокой спинкой, он говорил до мрачности серьёзно.

– Возняков Андрей Семёнович. – Леонтий смотрел на лист бумаги, на котором дорогой ручкой что-то рисовала его правая рука – Влиятельная фигура, у него чин и серьёзные связи. Твоя задача ублажить этого почтенного господина – помочь ему сбыть большую партию списанной военной техники. Создашь предприятие по утилизации техники, тендер достанется тебе, отдашь ему его моржу.

– Технику куда? Можем продать в Азию через Захара. – послышался голос Вани.

– Продай, утилизируй. – Леонтий оторвал взгляд от бумаги и вонзил его в собеседника на другом конце стола – Мне не важна техника, мне важно доверие Вознякова. Это доверие дорого стоит, Ваня.

Леонтий смягчился, улыбнувшись.

– Не понимаешь… – сказал он – У Андрея Семёновича, помимо всех его достижений и слабостей, есть тяга к предметам роскоши и старины, которая помогла ему собрать внушительную коллекцию антиквариата – так сказать, художественного и культурного наследия. Так вот среди всей этой роскоши, в его особнячке, есть то, что он сулил продать мне, но лишь в случае крепких коррупционных уз. Ни при каких других условиях этот червь не соглашается расстаться с Буматом.

Под конец голос Леонтия треснул гневным презрением.

– Бумат? – голос Вани был озадаченным – Это какой-то артефакт? Почему его нельзя просто отнять?

Леонтий вздохнул устало.

– Нельзя, Ваня, нельзя…принимайся за работу.

Воспоминание погасло. Илья поразмыслил немного и заказал другое. Камень в руках его тела в нескольких километрах отсюда снова запульсировал теплом. Перед Ильёй появилось новое видение.

Ваня разговаривает с седовласым господином, который обещает предоставить реквизиты своих счетов в ближайшее время. Звучат даты намеченного сотрудничества.

Илья услышал всё, что хотел и велел камню вернуть его в тело. Разум Ивана выплюнул незваного гостя, и Илья полетел обратно сквозь пространство и материю мимо горожан с их суетой.

Илья открыл глаза. Он положил порядочно нагревшийся камень на кожу и завернул края.

Двадцать девятого числа произойдёт сделка, после которой Бумат добровольно перейдёт в руки Леонтия. Если бы Илья не потерял два дня, у него было бы в запасе достаточно времени, чтобы устроить всë как следует, но он их потерял. Двадцать девятое наступит через 4 дня. Первая партия техники уедет из ангаров генерала, а артефакт перейдëт в руки Леонтия. Трудно сказать как скоро Андрей Семëнович отдаст Бумат, но, думается, в самые короткие сроки. Может быть в тот же день. Времени осталось совсем не много.

Илья составил примерный план действий и хотел было начать претворять его в жизнь, но в дверях появилась всë та же молодая девушка. Опять, подумал Илья. Настроения уклоняться от еë флирта у него совершенно не было.

– Добрый день. – она как всегда улыбалась, излучая радость – Илья, к тебе тут человек.

Илья насторожился, хотя вида не подал.

– Пусть заходит. – он беспечно пожал плечами, складывая пальцы в жест боевого заклинания. Нападение в людном месте – это, конечно, слишком, но чем чёрт не шутит? Последние несколько дней показывают, что осторожности много не бывает.

В дверях появился Сергей Анатольевич Тополь. Он был несколько смущён. Он прошёл к столу, за которым сидел Илья и протянул ему руку, после короткого рукопожатия, присев в кресло напротив.

– Ты удивлён моему визиту? – спросил Сергей, оглядывая кабинет.

– Кажется ты и сам этому удивлён. – улыбнулся Илья.

– В некотором роде, да. – признался Сергей – Но у меня есть уважительная причина.

Илья молчал, с интересом наблюдая за собеседником. Перспективный бизнесмен выглядел как плохо подготовленный школьник у доски. Он избегал смотреть в глаза так, что, пока слова неуверенно выходили изо рта, взгляд его всё время блуждал, ощупывая стены кабинета.

– Ты знаешь, – продолжал он – то, что случилось…это сложно понять. Когда-то в молодости я верил в такие вещи. Точнее, не верил даже, но и не отрицал как следует. Но годы сделали меня прагматиком и материалистом. Я никогда не встречался с мистикой лицом к лицу и относился к ней как к фольклору, фантазии или больному воображению. Я жил в некоем коконе собственных дел. Бизнес, спорт, путешествия… Я интересовался наукой, читал статьи, смотрел передачи. Иногда устройство мира поражало меня, но теперь…

Сергей, наконец, поднял на Илью глаза. В них читалась тревога, боль и огонёк интереса.

– Мне пятьдесят один… – сказал он. Голос его стал увереннее – жизнь наполовину прожита. И это страшно, когда твой мир лопается, словно аквариум и ты оказываешься снаружи, вне своей привычной среды – там, где всё знакомо лишь отдалённо, куда ты смотрел сквозь мутное стекло и никогда не верил, что там тоже можно существовать, ведь только воду ты мог ощущать и понимать. И вот я здесь. – Сергей опустил глаза – жить стало неуютно. Сын погиб, жена от горя превратилась в тень. Я думал все эти дни и понял… – он снова поднял взгляд – значит есть душа! Если всё это было по-настоящему, значит мой Женя тоже где-то там…

Сергей с трудом сглотнул ком в горле, пелена слёз появилась в его глазах. Илья взял стакан на столике позади себя, наполнил его водой из бутылки и подал его бизнесмену.

Сергей взглянул на Илью, принял стакан и осушил его за раз.

– Я думаю ты не исповедаться пришёл. – сказал Илья.

– Я пришёл с просьбой. – ответил гость. – Я хочу увидеть Женю.

Илья долго смотрел в глаза бизнесмену.

– Это опасно. – сказал он, наконец.

– Но это возможно?! – почти воскликнул Сергей. Его лицо просветлело, словно пропала тень, падающая на него.

– Это очень опасно. – повторил Илья с нажимом на второе слово.

– Илья, – тон Сергея стал серьёзным и настойчивым, словно он перестал быть не подготовленным школьником и снова превратился в акулу бизнеса – моя жена очень плоха. Я боюсь она сойдёт с ума. Я хочу, чтобы она встретилась с Женей. Ей это нужно. Необходимо!

Илья вспомнил свой визит к ним домой. Состояние той женщины и правда было плохим, но такая просьба…Людям нельзя так просто встречать мёртвых. Это нехорошо. Илья мог бы запросто стереть все воспоминания бизнесмена о том дне, когда они отнимали у девушки крест и отправить его домой, словно ничего и не было. Его аквариум был бы снова цел. Но их боль…Родительская боль…Илья вздохнул и сидел некоторое время неподвижно.

– Не обещаю. Не от меня зависит. – сказал он, наконец – Дай мне монету.

Сергей удивился, но, ничего не сказав, полез в карман, где отыскал кошелёк. Он распахнул отдел с мелочью и в нерешительности замер.

– Любую. – подсказал Илья.

Сергей вынул десятирублёвку и положил на стол между собой и магом.

– Ступай, Сергей. – произнёс Илья мрачно.

Он отправился домой. Выйдя из здания издательства, он решил немного прогуляться. Улица пестрила красками – люди, автомобили, рекламы, вывески, здания, тротуарная плитка – и та не желала оставаться серой. Калейдоскоп цветов, словно город стошнило салатом на самого себя. Город поймал в ловушку и природу – скованные асфальтом кусты по краям дороги, редкие птицы, в основном в парках и на помойках, даже небо было стиснуто плотными рядами домов. Пыль витала повсюду, стекло и металл источали, украденный у солнца жар. Было душно.

Илья добрёл до какого-то статусного ресторана, огляделся. Дорогие автомобили на парковке выдавали зажиточность посетителей. То, что нужно. Илья обошёл парковку, остановился около высокого джипа и хорошенько пнул его в колесо. Заголосила сигнализация. Через минуту из ресторана выскочил приземистый паренёк лет двадцати двух. Он был встревожен, в походке читалась решительность.

– Ты чё делаешь? – крикнул он, ещё издали, увидев незнакомца около своего автомобиля.

Илья подождал пока владелец машины приблизится. Протянул руку и сказал:

– Давай ключи.

Парень покорно вложил ключи в ладонь мага, свирепо глядя на него.

Илья пошарил в кармане и, достав двухрублёвую монету, отдал её пареньку.

– Ты её продал. – сказал он.

Паренёк кивнул и, повернувшись, ушёл обратно в ресторан. Илья сел в джип и поехал домой. Экспроприированный автомобиль был весьма и весьма удобен. Было ли Илье стыдно за свой поступок? Лишь отчасти. В 90-е, он вдоволь насмотрелся на быстро разбогатевших сволочей, укравших у Родины прошлое и будущее одновременно. А потом появились вот такие вот сыночки этих сволочей, которые в двадцать лет разъезжают на машинах представительского класса стоимостью в пару квартир. От того паренька воняло тщеславием и властолюбием. Ничего, папаша купит ему ещё один джип. Или подарит ещё один бизнес или ещё одно кресло в каком-нибудь министерстве. Наворуют, не переломятся. Илья усмехнулся сам себе. И впрямь, у богатеев нужно не экспроприировать авто, а национализировать их бизнес, чтобы они не могли с помощью него вышибать из работяг последний дух, оставляя львиную долю дохода, добытого руками этих работяг, себе. Но это уже совсем другая история и другая битва. А у Ильи сейчас была битва своя и была она в самом разгаре.

Ехал он аккуратно. Был внимателен, не хватало ещё повторной аварии. Конечно, если упырь не дурак, он не станет нападать снова в той же манере, но, а если дурак? Илья сбавил скорость, проезжая мимо своего бывшего автомобиля, стоящего в поле. Кажется, на нём уже не было колёс…Поглядел и умчал прочь. В конце концов эта машина принадлежала ему так же, как и новенький джип. Тася не одобряла его методы. Называя их «цыганскими штучками», но Илья считал, что зажиточные вполне могут пожертвовать немного своего богатства в пользу скромного мага. В конце концов он не живëт полностью паразитируя на обществе, он ходит на работу, как все, а мог бы иметь всë, что захочет за счëт магии и не дуть в ус.

Вскоре он добрался до дома. Едва он захлопнул дверь джипа. Как сзади раздался громогласный хлопок выстрела. Илья пригнулся к земле и нырнул за автомобиль. Звук был действительно громким, не похожим ни на пистолет, ни на автомат, ни на ружьё. Эхо понесло этот звук ввысь и вдаль. Присев у переднего бампера, Илья вызвал в памяти несколько боевых заклинаний, поймал Поток, накинул на себя заклинание «сорочка», выставил барьер, который отведëт от него пули рикошетом и вынырнул с другой стороны автомобиля.

Илья сделал несколько широких шагов. Двигался он прямо, чтобы иметь хороший обзор, он знал, что «сорочка» делает его как бы размытым в чужих глазах, словно смотришь на что-то сквозь льющуюся воду или матовое стекло. Обычного человека «сорочка» гарантированно сбила бы с толку (а это, вероятно, и был обычный человек, ибо маги используют куда более действенное оружие…), но чëрт его знает какие сюрпризы ещë могут подстерегать его.

Взглянув на дорогу, которая, изогнувшись, вела от трассы к дому мага, он не нашёл на ней никаких следов чьего-либо присутствия. Тогда он, поднырнув под низкие ветки черёмухи, развесившей крону у дороги, спустился в кювет, который переходил в заросшее травой поле, с редкими колками берёз.

В полусотне шагов от дороги, в высокой траве стоял человек. Илья напрягся, приподняв руки, готовый применить боевое заклинание, но услышал хриплый голос ведьмака:

– Расслабься, Илья, свои…

Илья опустил руки, убрал «сорочку» и пошёл на силуэт ведьмака.

Подобравшись ближе, он увидел, что в траве перед ведьмаком лежит человек в сером плаще, с капюшоном, накинутым на голову. Находясь на животе, он раскинул руки, одна нога была закинута на другую. На затылке, там где сходился позвоночник с черепом, краснело внушительное входное пулевое отверстие. Илья понял, что лица у этого человека, вероятно, уже не было. Пуля, оставляющая на входе дырищу размером с пятирублёвую монету, на выходе гарантированно забрала его лицо с собой. Строго говоря, это был и не человек.

– Упырь? – спросил Илья хмуро.

– Он. – прохрипел ведьмак – Следил за тобой. А я за ним.

– На живца, значит, ловил. – Илья захмурел ещё сильнее.

– Да какой же ты живец? – весело заметил ведьмак – Воно какую сорочку на себя нацепил.

Илья качнул головой. Вечно ведьмак всё переводит в шутку. И вечно разгадывает уловки, словно видит всё насквозь.

– Зря ты его сразу. – сказал он – Допросили бы.

– Э, не-ет, брат. – возразил ведьмак, закидывая винтовку на плечо – этого зверя лучше сразу и наверняка, его если не сразу, с ним потом греха не оберёшься. Себе дороже.

Илья снова взглянул на труп. Он не разделял мнение ведьмака. Слишком велико было желание узнать причину такого интереса к собственной персоне со стороны сербского бестиария.

– Это трёхлинейка что ли? – спросил он.

– Узнал? – с довольным видом отозвался тот – моя личная модификация. Мощь! Система уж больно надёжная, да и рукам привычнее.

– Пойдём чаем угощу. – предложил Илья, кивнув в сторону дома.

– Благодарствую, но не сегодня. Мне ещё этого убирать. – ведьмак пнул по ботинку упыря, нога, закинутая на другую, свалилась в траву.

– Давай помогу. – вызвался Илья, но ведьмак отмахнулся.

– Ступай, я сам. Это моё дело.

– А чего с голосом-то? – спросил Илья напоследок.

– Сорвал. – мрачно отозвался ведьмак – крест твой Амиамов очищал.

Глава 7

Как бы там ни обстояло дело с ответами на вопрос о сербском бестиарии, покушающимся на Илью, надо признать – одной заботой в его жизни стало меньше и это вызывало некоторое облегчение. Впрочем, нельзя было сказать уверенно – нет ли где-нибудь в городе ещё одной группы из Сербии, жаждущей его крови.

Дома Илья подготовился к мероприятию, которое планировал провести, а потом наведался к одному знакомому. Это был бледный, болезненного вида подросток, с поблекшими глазами и медлительностью в жестах и разговоре. Он сидел в комнате с зашторенными окнами. В углу на тумбочке дымилась ароматическая палочка – это почти перебивало запах хитрости, жадности и лени.

– Нужно отыскать кое-кого, – заявил Илья, после короткого приветствия.

Подросток медленно поднял брови.

– Давно он там? – Спросил он, раскладывая пасьянс на столике перед собой.

– Пара недель.

Подросток понимающе кивнул, поджав губу.

– Что спросить?

– Не спросить. Привести.

Брови подростка снова поползли вверх. А вместе с ними, так же медлительно поползла вверх улыбка.

– Чем платишь? – Спросил он. В полумраке его лицо казалось загадочным.

– Деньгами, чем же ещё? – Ответил Илья.

– Гха-гха-гха…, – лениво засмеялся подросток. – Деньгами пусть простые платят, а ты плати чем-нибудь полезным.

Илья улыбнулся своей попытке.

– Ладно, – сказал он и выложил перед подростком, прямо на его пасьянс, длинный коричневый мелок и пузырёк с прозрачной жидкостью.

Подросток широко улыбнулся. Открыв пузырёк, он поднёс его к носу, удовлетворённо хмыкнул и закрыл обратно. Все его движения были настолько флегматичными, что это раздражало.

– Куда вести? – спросил он, наконец – И когда?

– Сегодня ночью. К его родителям.

– В сон что ли? – вяло уточнил подросток.

Илья кивнул.

– Имя?

– Женя Тополь. – Илья выложил на столик десятирублёвую монету и пояснил – Отцовская.

После визита к неприятному, но иногда очень полезному подростку, Илья отправился к Тасе. Девушка радостно встретила его, сразу усадив его ужинать. Она спрашивала о синяках Ильи, говорила об упыре, которого, наконец, изловил ведьмак, рассуждала об Амиамовом кресте, что доставил ведьмаку столько хлопот, болтала ещё много о чём, но что-то скрывала. Потаённый вопрос застрял в её горле, мешая говорить, он придавал словам зажатость, словно им приходилось протискиваться через этот вопрос, они деформировались и теряли естественность.

Илья чувствовал это, но не подавал вида. Тася умная и опытная ведьма. Лучше не давать ей повод узнать слишком много. Так ему будет спокойнее. Дела, которые ему предстоит осуществить слишком опасны, ведь он собирался перейти дорогу самому Леонтию и если Тася об этом узнает, то, не сумев отговорить его (а она не сумеет), захочет помочь, а значит может пострадать.

Поужинав, Илья решил остаток дня провести с этой чудесной девушкой, которая умела так наклонить голову, так взглянуть и улыбнуться, что Илья терял все мысли, кроме одной.

Ох уж эти ведьмы…

В сумерках комнаты послышался звук. Почти слившийся с тишиной, он был едва уловим – открылась и закрылась дверь. Можно было бы подумать, что вошедший остался стоять на месте, но Илья чувствовал его присутствие и, даже лёжа на диване, он знал, где находится незваный гость. Однако, гость и не желал скрывать своего присутствия. Он прошёл в центр комнаты, огляделся и, увидев Илью, удобно втиснутого в мягкую поверхность дивана, обратился к нему с укором в голосе:

– Ты не сказал, что он был одержим! – бледный подросток резко нахмурился, заторможенности его и след простыл.

Илья молча и с интересом глядел на подростка.

– О таких вещах всегда надо упоминать! – подросток гневно ткнул пальцем в сторону Ильи – Ты должен доплатить!

– Серьёзное заявление. – заметил Илья и улыбнулся, продолжая лежать – У тебя были какие-то трудности?

Возможно подросток бы заметил нечто необычное в своём заказчике, если бы гнев не переполнял его.

– Трудности? – переспросил он – Там и половины не осталось от его личности!

– Неужели демоны так калечат? – Илья сел. Его лицо выражало интерес и насмешку одновременно.

– Ты! – подросток снова ткнул пальцем – Я всегда знал, что с тобой лучше не иметь дел!

– Чего ж ты их тогда имел? – Илья подался вперёд и, понизив голос, спросил – Жадность?

Подросток злобно уставился на Илью.

– Пошёл ты! – вскричал он – Я этого полудурка кое-как утихомирил, чтобы он сумел со своими мамулькой и папулькой повидаться, а ты издеваешься?! Завтра жду тебя с оплатой!

Илья усмехнулся. Он встал, возвысившись над подростком на целую голову.

– Я, – он указал на себя пальцем – Тебе, – он перевёл палец на подростка – Ничего не должен. – он покачал пальцем в отрицании.

Подросток побледнел ещё сильнее, что стало заметно даже в полумраке. Он расширил глаза и снова обвёл взглядом комнату.

– Странный сон, не правда ли? – озвучил его мысли Илья, шагнув ближе.

Подросток попятился, не отрывая взгляда от Ильи.

– Ты был так зол, что не смог отличить сон от подсознания. – объяснял Илья, шагнув ещё.

Подросток вторил его движению, отступая к двери.

– Конечно, ты и подумать не мог, что можешь так промахнуться, – Илья улыбался, медленно приближаясь к подростку – ведь я не обычный человек, у меня всё устроено несколько иначе. Тебе не нравятся одержимые? Дурачок. Не их нужно избегать – они предсказуемы. Избегать надо самых простых людей, особенно если подозреваешь, что с ними не нужно иметь дел. От таких никогда не знаешь, чего ожидать. Скажи, ты ожидал от меня чего-то подобного? – Илья развёл руками, намекая на комнату, в которой они находились. Он всё наступал, пока подросток не уткнулся спиной в дверь – И что ты будешь делать теперь? - спросил его Илья.

Подросток нащупал ручку двери и резко толкнул её, выскакивая в проём спиной вперёд. Илья протянул руку, усмехаясь. Подросток захлопнул за собой дверь и, развернувшись, ощутил на горле цепкую руку Ильи. Он снова стоял спиной к той двери, внутри той же комнаты, словно и не выходил. Он оцепенел от ужаса.

–Увы, – сказал Илья с искренним сожалением – Я и сам отсюда выйти не могу.

Подросток обмяк, не способный сказать и слова. Он только смотрел на Илью застывшим взглядом загнанной жертвы.

Илья перестал улыбаться. Он всегда был серьёзен, когда убивал.

Проводя время с Тасей, Илья всегда напитывался её потрясающей женской энергией. Вот и сегодня, проснувшись рано утром, он чувствовал себя превосходно. Теперь его положение не казалось ему столь серьёзным, всё выглядело просто. Он сделал свои каждодневные упражнения, принял душ, приготовил завтрак и долго стоял, любуясь спящей девушкой, прежде чем разбудить её поцелуем. Тася улыбнулась и нехотя открыла глаза. Вдруг, она взвизгнула, отпрянув от Ильи, который от неожиданности, отступил назад.

– Ты чего? – спросил он.

Тася долго смотрела ему в глаза, недоверчиво сдвинув брови, словно опасаясь его. Потом сказала:

– В тебе что-то есть.

Голос её был холодным. Илья почувствовал провал в желудке.

– Будь тут. – сказал он и направился в другую комнату. Он запер дверь, уселся на диван и, закрыв глаза, погрузился в себя.

Выбив дверь ногой, разъярённый Илья ворвался в комнату. Он сразу направился к себе, сидящему у окна, и с ходу ударил того в лицо. Илья не защищался, он просто зажал рукой кровоточащий нос.

– Кого ты убил? – закричал Илья, нависая над собой.

Илья поднял на себя взгляд, полный злости и презрения, его ладонь наполнялась тягучей теплотой.

– Мальчишка сам ко мне пришёл. – улыбнулся он – Узнал про нас. Нельзя же было его так просто отпустить.

– Какой мальчишка? – жестяным голосом спросил Илья.

– Бледный юноша, которого ты не предупредил, что его клиент из Нави был одержим. – Илья отнял руку от лица и улыбнулся окровавленным ртом – Досадная ошибка. Пацан пришёл за премией, а нашёл погибель. Кто виноват?

Илья побагровел от злости и начал наносить себе тяжелые удары. Один за другим, он обрушивал их, пока ярость не сменилась усталостью. Тяжело дыша, он разогнулся над лежащим собой и, медленно отойдя, упал в кресло, положив окровавленные руки на высокие подлокотники.

Илья лежал на полу не двигаясь. Его лицо распухло и потемнело от гематом, нос был вплюснут в череп, губы разошлись на торчащие лоскуты, он лишился нескольких зубов, глаза ничего не видели.

– Добро должно быть с кулаками… – хохотнул он, едва выговаривая слова.

Илья посмотрел на свои руки. Разбитые казанки кровоточили, рубаха по локоть в красных брызгах. Не были похожи эти руки на руки добра. Илья встал и вышел из комнаты.

Открыв глаза, он увидел Тасю, стоящую в дверях. У неё был встревоженный взгляд. Страха не было.

– Ты как? – спросила она.

– Пока не знаю. – ответил Илья. Его утренний настрой улетучился, оставив после себя только дурные мысли и тяжесть.

– Объяснишь мне? – попросила Тася, присаживаясь на диван.

Илья вздохнул.

– Когда моя прабабка была беременна моим дедом в неё вселился бес. Его изгнали, но мальчик родился с чёрными белками глаз. В хуторе все не на шутку перепугались. Хотели убить и мать, и ребёнка, но прадед был хорошим казаком, он отбил семью, и они сбежали. Долго скитались, осели в Сибири. Жили кое-как, особняком. Дед вырос, прабабка с прадедом дожили свой век, а он украл дочь мельника и сбежал с ней на Урал. Моя бабка, родив ему сына, сама скоро тоже умерла. У ребёнка были обычные глаза. Дед этому радовался. Но и в нём, и в его сыне сидело что-то тёмное, страшное и злое. Тот бес оставил отпечаток на всём нашем роду. У деда бывали страшные срывы. Отец рассказывал, как приходилось запирать его в амбаре. Когда дед умер, отец долго не хотел жениться, но влюбился. И родился я. Я сразу, как осознал себя, ощутил внутри некую двойственность. Причинять вред, доставлять боль…мне это нравилось. Когда я подрос и освоил драку, то стал искать её везде. Я был жесток. Если бы не казацкое обучение, которое спустилось ко мне от прадеда через деда и отца, меня б, наверное, убили в одной из этих стычек. Но меня научили не только побеждать, но и владеть собой. К тому же я однажды понял, что способен прикасаться к Потокам. Догадайся из каких Потоков мне больше всего нравилось брать энергию? Когда родители умерли, я начал скитаться. Примкнул к шайке одного негодяя и долго пробыл с ними. Однажды мне велели отправиться в тайгу, отыскать там одну знахарку и убить её. Я едва не погиб, заплутав, а когда нашёл её хижину, понял, что не могу навредить ей. Я жил у неё три года. Она научила меня как побороть свою бесовскую печать, но уничтожить её я не в силах. Я много лет собираю артефакты, изучаю историю и магию, в поисках способа излечиться, но пока безуспешно. На какое-то время тишина поглотила комнату. Тася вложила в руку Ильи свою нежную ладонь и так они сидели в задумчивости, пока девушка не взглянула на мага своими очаровательными глазами и не сказала:

– Это то, что увидела в тебе моя мама. Она никогда не говорила мне ничего конкретного, только «с ним не найдёшь добра» да «у него дурные тайны». Почему ты не рассказал мне раньше?

Илья посмотрел на неё пристально.

– И ты бы приняла это? – наконец спросил он.

– А что, ложь лучше? – Тася произнесла это с какой-то тоской.

– Иногда – да. – ответил Илья.

– Никогда. – твёрдо возразила Тася.

Снова повисло безмолвие. Они смотрели друг другу в глаза. Илья знал, что сейчас она не применяет своих ведьмовских чар, но он чувствовал потребность в ней. Он ловил движение её зрачков, окаймлённых серебристо-серыми кольцами радужных оболочек, которые переливались едва заметно, как туман у реки.

– Я люблю тебя. – произнесла она совсем тихо, будто для себя.

Илья испытал большое облегчение. Он знал множество женщин за свою долгую жизнь, но только Тася давала ему спокойствие, которого так не хватало его душе, и он боялся, что она откажется от него, если узнает всю правду. Илья притянул девушку к себе. Ему снова стало легко, как утром…

Днëм Илье позвонил Сергей Тополь. Он был восторженно благодарен. Ночью они с супругой видели один и тот же сон, в котором был их сын. Они говорили с ним, словно наяву. Сергей уверял, что теперь его жена будет в порядке, что Илья хорошо всё устроил и может просить всё что угодно, потому что сделал для них больше, чем он надеялся.

Радоваться ли? Илья вздохнул, положив трубку. Тот, кто сделал эту пару счастливой теперь мёртв. Его душа никогда не вернётся в тело. Большую цену заплатил Илья за помощь Сергею – он убил человека. Пусть не преднамеренно, но ведь от этого не легче.

Вечер Илья провёл в приготовлениях. Он упражнялся в заклинаниях, продумывал план действий, готовил некоторые вещи, медитировал, а убедившись, что всё готово, лёг спать.

Сон был крепким, спокойным. Илья приучил себя к глубокому сну, перед важными делами.

Глава 8

Сумерки набросили на местность свою бледную вуаль и, хоть солнце ещё горело заревом из-за дальнего леса, вокруг становилось уже довольно серо. Илья собрался и вышел из дома. Он поехал в один из коттеджных посëлков, окруживших город со всех сторон. Заезжать через КПП он не стал, а объехал постройки сзади, остановив машину между лесом и высоким бетонным забором, за которым высились дома. Илья вышел из авто, осмотрелся и шагнул в Навь. Мир стал чëрно-белым. Илья прошëл сквозь забор и очутился в дымчато-серых декорациях коттеджного посëлка. Он направился по адресу, где должен был проживать генерал Возняков. По словам лже Леонтия, Бумат находится в его особняке. План Ильи был довольно прост – выкрасть артефакт до того, как будет совершена сделка. Затем, его следовало спрятать так, чтобы ни Леонтий, ни кто-то ещë не нашëл это страшное оружие. Лучше всего было бы уничтожить Бумат, но сделать этого нельзя. Во всяком случае, Илья такого способа не знал. Сам артефакт имеет чудовищную силу и чтобы его уничтожить нужна сила сравнимая с ней.

Когда Илья нашëл нужный адрес, то долго ходил вокруг, вглядываясь в дымчатые конструкции двухэтажного особняка. Он прикидывал где именно генерал хранит свою коллекцию. А ещë его не покидало назойливое чувство тревоги, слово что-то было не так, но он никак не мог понять что именно. Изучив планировку здания и найдя галерею, которая излучала особенную ауру скопившихся там предметов, Илья начал действовать. Он прошëл сквозь несколько помещений особняка, где белесые силуэты жили свою Явью жизнь и очутился в галерее. Здесь было несколько предметов с сильно выраженной аурой, но лишь один излучал нечто особенное – это и был Бумат. Илья приблизился к нему и огляделся. Ему предстояло выйти из Нави, взять артефакт и снова уйти в Навь. Возможно, при его появлении, сработает какая-нибудь мудрëная сигнализация. Возможно он попадëт на запись какой-нибудь камеры слежения. Первое было не страшно, а вот второго следовало избежать, ибо в таком случае, Леонтий быстро возьмëт след мага. Тревога усиливалась и стала накатывать как волна, которая бьëт о борт судна и окатывает палубу студëной водой. Илья стал озираться. Оберег, висящий на его шее, сигнализировал о некой опасности. В помещении появились двое. И появились они в Нави. Чëрные одеяния, маски на лицах и трости. Плохо дело.

Илья поймал Поток и веером послал в неприятелей простецкие заклинания-хлопушки. Отвлекающий манëвр заставил две фигуры потратить полторы секунды, чтобы отсечь две дюжины жужжащих как трансформатор искрящихся шариков. На большее Илья и не рассчитывал. Ему нужно было время и он его получил. За эти полторы секунды Илья успел выйти из Нави, поймать Поток, создать портал, прыгнуть на несколько метров назад и опять уйти в Навь. Так он оказался за спинами бойцов "Чëрной трости". Это спецбригада магов, служащих в ордене, который возглавляет лже Леонтий. Матëрые ребята. Илья это знал потому, что сам когда-то был одним из них. "Трости", бросившиеся было вдогонку, развернулись, разгадав уловку мага, но им снова пришлось обороняться, потому что к этому моменту Илья уже бросил в них новые заклинания. На этот раз боевые. Они без труда отразили и эти, но время снова было не на их на стороне. Илья послал ещë две пары боевых заклинаний, пытаясь оттеснить "трости" от артефакта, который они очень умело прикрывали с двух сторон. Наверное, для этого они и были приставлены Леонтием к галерее генерала. Они охраняли Бумат от всякого рода неожиданностей. "Трости" отразили третий удар и четвëртый и пятый, а потом Илья потерял преимущество. Потому, что позади него возникли ещë две фигуры. Значит пришло подкрепление. Это уже проблема. Илья почувствовал их присутствие за несколько секунд до того, как они приблизились на расстояние прицельного метания заклинаний. В этом ему помог всë тот же оберег. Илья молниеносно бросился вбок, чтобы не быть окружëнным и стал отчаянно обороняться, когда в него полетело сразу несколько смертельно опасных сгустков направленной энергии. Он выставил барьер в метре от себя. Эта преграда не останавливала заклинания, но замедляла их настолько, что магу было легче перехватывать их на подлëте защитными ударами энергии, взятыми из Потока. После нескольких безуспешных атак, "трости" начали расходиться, образовывая полукруг. Решили-таки окружить. Илья выжидал, отражая летящие в него боевые заклинания, из которых, брызгали тусклые искры, когда маг сбивал их своими блоками. Отбитые заклинания отлетали и вязли в дымчатой материи, теряя инерцию. "Трости" почувствовали превосходство и, в погоне за победой над противником, забыли из-за чего весь сыр-бор. Ведь их первоочередная задача была сберечь артефакт. Когда оба бойца, до этого обороняющие Бумат, оказались от него на приличном расстоянии, пытаясь взять мага в кольцо, Илья рванул вперëд. Пока "трости" окружали его, он, черпая энергию из Потока, часть использовал для отражения атак, а часть оставлял себе. Таким образом к моменту броска в его распоряжении оказалось накоплено достаточно много энергии, чтобы с помощью специального заклинания, ускорить своë тело. Отразив ближайшие заклинания, он рванулся прямо к артефакту с такой скоростью, что "трости", между которыми он оказался через полсекунды, не успели среагировать. Илья вышел из Нави, схватил артефакт, лежавший на одноногой деревянной подставке с покрытой бархатом блюдечком-столешницей и получил сокрушительный удар в грудь... Среагировать всë-таки успели. Один из "тростей", выйдя из Нави, ударил его ногой. Удар, усиленный каким-то заклинанием, был таких мощным, что Илья выпустил схваченный артефакт из руки и, задохнувшись, полетел через комнату, сшибая весь антиквариат, который оказался у него на пути. Уже в полëте он понял, что его миссия провалена - теперь "трости" имеют и численное и тактическое превосходство и осознание того, что их цель - не подпускать его к Бумату. Больше никакие манëвры не помогут, "трости" опытные бойцы, они не допустят похищения охраняемого ими объекта, вдобавок, скорее всего, они запросили помощь и скоро сюда явится ещë одно или два звена "тростей". Илья больно упал недалеко от дверей, сразу перекатился вбок и провалился, в открытый им на полу, портал. Когда он уходил сквозь толщу пола, краем зрения, он видел, как в то место, откуда он совершил перекат, ударило сразу несколько заклинаний, взрывая половую плитку керамической крошкой.

Илья вывалился из портала около своего авто. Это первое, что пришло ему в голову из тех точек, куда можно было прыгруть, но не слишком далеко. Далëкие прыжки отнимают слишком много энергии - это истощает нервную систему и производит огромную нагрузку на организм. Проще сделать несколько коротких прыжков, хотя и в таком случае энергия тратится быстро. Но зато так можно запутать следы. Опытный маг может вычислить куда устремлëн прыжок. Фактически прыжок через портал - это перемещение вдоль Потока. Маг берëт из Потока энергию и открывает в пространстве сразу два отверстия, оба из которых питаются от одного и того же исходного потока. Можно сказать Поток является кабелем-проводником, по которому маг перетекает из одной его точки в другую. Поэтому, опытные маги могут почувствовать по какому Потоку совершëн прыжок и понять направление этого прыжка и даже его расстояние. Догоняющему останется только прыгнуть куда-то в предполагаемую точку выхода убегающего, а там, на месте, отыскать кого-то вблизи не самая сложная задача. Нельзя было давать "тростям" лишние секунды на попытку догнать его. Возможно они видели как он приехал и где оставил транспорт, а значит догадались, что прыжок Ильи мог быть именно сюда. Илья упал в траву, снова открыл портал рядом с собой и снова сделал перекат, провалившись в зияющее отверстие в пространстве. Он снова вывалился из портала, упав на траву, но на этот раз в километре от своего авто. Он выбрал точкой выхода место около автобусной остановки на дороге по пути в коттеджный посëлок, из которого бежал. Илья вскочил на ноги, открыл портал в третий раз и шагнул в него. Теперь он оказался около заправки в паре километров от остановки. Прыгать снова он уже не мог. Ощущал он себя так, словно копал землю несколько часов подряд. Лоб покрылся горошинами пота, спина и подмышки стали сырыми. Илья сел в один из отъезжающих с заправки автомобилей и велел ошарашенному водителю везти его по озвученному адресу. Под воздействием магии, водитель покорно выполнил приказ.

Илья поехал к Тасе. Во-первых, ехать домой он не мог. Кто-то из тех "тростей" мог оказаться его бывшим сослуживцем, а если и нет, то он мог попасть на камеры слежения в помещении галереи генерала, а значит с большой долей вероятности он узнан и у него дома вскоре появятся люди Леонтия. Во-вторых, его идиотский и оглушительный провал означал, что Илье придëтся вступить в прямое противостояние с орденом, чтобы выцарапать артефакт из рук Леонтия любой ценой, а значит Тася, которая попытается, но не сможет отговорить его от этой затеи, решит ему помогать, чем подвергнет себя опасности. Таким образом, Илье предстояло самое сложное - уговорить упрямую ведьму уехать из города.

– Пойми, – Илья взял Тасю за руку – Леонтий сделает всë, чтобы заполучить Бумат. Рано или поздно он узнает кто ставит ему в колëса палки, а узнать про тебя ему не составит большой сложности. Возможно он уже роет землю в поисках меня. А значит информация о тебе - это только вопрос времени. Ты должна спрятаться, исчезнуть. И забрать свою мать.

– Бросить тебя? - грустно рассуждала девушка – Оставить одного в такой беде? Илья! Разве могу я так поступить?

– Ты должна так поступить. – Илья нажал на второе слово - Ты обязана. Я должен быть уверен в твоей безопасности. Я не смогу действовать эффективно, если придëтся тревожиться за тебя. Это моя битва. Тебе ни к чему в неë ввязываться. К тому же я знаю их, знаю как они действуют и на что способны, у меня преимущество. Ты - единственное моë слабое место.

– Звучит как комплимент. – после часа рассказов и обсуждений Тася сдалась. Она успокаивалась, слова Ильи подействовали на неë и дилемма, вставшая в еë сердце, разрешилась.

Ближе к утру, достаточно отдохнув после изнурительных прыжков, Илья отправился домой. Нужно было кое-что взять. Опасаясь засады, он не поехал к дому на авто и не прыгнул порталом. Достаточно хороший маг всегда чувствует колебания энергии, когда поблизости используются Потоки, особенно, если он ждëт этих колебаний. Если "трости" там, то они ждут. Прыгать домой сразу было бы ошибкой. Илья ушëл в Навь в паре километров от дома. В Нави колебания энергии Потоков почти невозможно почувствовать. Маг приблизился к своему жилищу метров на двести и внимательно осмотрел окрестности. Вокруг дома и внутри него находилось три звена "чëрных тростей". Двое несли караул в Нави. У обоих входов дежурило по человеку, внутри расположились ещë двое. Что ж, если незамеченным пройти не выходит, значит придëтся прорываться с боем. Илья вышел из Нави, открыл портал, но не шагнул в него. Ему не понравилось как пульсирует тот Поток, к которому он привязал вход и выход. Ясно. Они устроили хитроумную ловушку, которую он видел прежде: скорее всего его дом сейчас представлял собой этакий передаточный центр – любой выход из портала внутри него мгновенно перепривязывается к заранее выбранному Потоку и ведëт в то место, откуда Илье будет уже не вырваться. План перехват по-магически – ты выходишь из портала не там, где собирался, а там куда тебя перенаправили. Ну что ж. Тогда придëтся действовать дерзко. Прошла всего пара секунд, но он уже был обнаружен. "Трости" зашевелились, но пока ещë не поняли где находится маг. Сделав несколько шагов, Илья поймал Поток и произнëс заклинание. Краски смазались, картинка окружающего мира растеклась, оставив лишь узкий тоннель, в центре которого находилась приближающаяся стена дома. Слева, в размытой массе движущегося пространства шевельнулось что-то тëмное. Оно шло поперëк Потока, вдоль которого двигался маг. Один из "тростей" обнаружил его и спешил наперерез. Илья бросил вперëд мощное заклинание и на необычайной скорости прошëл сквозь разлетающуюся в клочья стену дома. Чувство полëта исчезло, книги, стоявшие на полках разлетелись от резкого изменения давления. Разлетелись почти все и лишь одна не сдвинулась с места. Илья взялся за корешок, потянул и исчез в потае прежде, чем в библиотеку забежал человек в чëрном, в маске и с тростью. Минута на то, чтобы понять куда он пропал. Ещë минуты две-три на то, чтобы вскрыть потай, подумал Илья и бросил на пол томик Гоголя. Он набил, лежащую здесь на случай экстренной эвакуации, сумку самым ценным и необходимым. Камень в рукояти меча, который питал потай энергией был создан когда-то искусным магом. Он сумел поместить в него энергию из Потока и удержать еë там, чтобы потом, с помощью специального заклинания, черпать из него энергию, не прибегая к использованию Потоков. Так делают, чтобы получить автономный бесперебойный источник энергии, который не нужно постоянно контролировать, как это бывает с Потоками. Так работают амулеты и обереги. И некоторые артефакты. В камень из рукояти меча поместили огромное количество энергии. Оно давало возможность, в сражении, привязывать к этому оружию разные заклинания, меняя его характеристики. Камень долго служил источником для поддержания потая в открытом состоянии, но в нëм до сих пор оставалось ещë очень много энергии. Илья поймал Поток и произнëс заклинание, которое должно было дестабилизировать камень. В него теперь поступала энергия из Потока и, когда еë накопится столько, что камень не сможет выдержать такого количества, произойдëт примерно то же, что бывает, когда пытаешься заполнить баллон слишком большим объëмом газа. Только разрыв камня будет немного масштабнее. Сделав это, Илья мысленно попрощался со своим жилищем, не малой коллекцией всевозможных артефактов и других нужных и дорогих ему вещей и шагнул в Навь. Он рванул кратчайшим путëм через стену, а оказавшись снаружи, вышел из Нави, открыл портал и шагнул в свой кабинет в центре города.

Он опечатал дверь, чтобы никто не сумел открыть еë, сел в своë кресло и поставил сумку на стол перед собой. Его силы снова истощились от столь далëкого перехода сквозь пространство. Он откинулся на спинку кресла и попытался расслабиться. До чего оно удобное, почему-то он раньше не замечал этого. Наверное, его дом уже взлетел на воздух, вместе с шестью "тростями". Было бы хорошо. Сколько у Леонтия звеньев? Когда Илья служил в ордене, звеньев было двенадцать. Сколько их теперь? Отборных головорезов не так-то и много. А если туда стали набирать кого попало, то им же хуже. В лучшем случае шестеро выбыли из игры. Остальные, надо думать, рыщут по городу, как гончие выискивая след бывшего сослуживца. Возможно они уже приглядывают и за этим кабинетом. Чëрт возьми! Тася! Успела ли она покинуть город? Уж слишком быстро "трости" сработали, оцепив его жилище. Могли уже выйти и на Тасю. Илья достал было телефон, но почувствовал сразу несколько всплесков энергии и колебаний материи неподалëку. Порталы. Илья бросился к окну. Внизу, переходя дорогу к зданию издательства, шагало шестеро в чëрном. Колясочник у входа двинулся им навстречу.

– Федя, не надо... – попросил в полголоса Илья – Не надо, я сам...

Фëдор не слышал. Да он и не послушал бы. Он был обязан Илье жизнью.

Коляска отлетела в сторону. На тротуаре, преграждая путь звену "тростей" стоял огромный серый волк без задних лап. Он был размером с небольшой автомобиль. Широко расставив культи, он опирался на мощные передние лапы и басовито рычал на каждое движение оторопевших бойцов Леонтия.

– Зря... – прошептал Илья. Он поймал Поток, но не успел открыть портал, как внизу, за спинами шестерых, появилось ещë четверо. Прямо из пустоты, из спëртого летнего воздуха. Десять магов "чëрной трости" – это уже серьëзно. Его сердце сжалось, но он не мог себе позволить погибнуть вот так, на полпути, не завершив дело. Не теперь. Не так. Прости, Федя...

"Трости" атаковали. Волк двигался проворно, не смотря на увечья. Не ожидая от него такой прыти, один из бойцов в чëрном в первые же секунды лишился головы, которая треснула как орех в пасти зверя. Больше ему никого не удалось зацепить, его быстро окружили и закидали боевыми заклинаниями так, что он превратился в окровавленное месиво из шерсти, мяса и костей. Если бы "трости" знали где именно находится кабинет Ильи, они бы, вероятно, не ввязывались в драку с Фëдором, а сразу пришли к нему, но они не знали и Фëдор отдал свой долг, сумев навязать им бой, чем выиграл для мага время. Илья открыл портал, взял сумку и шагнул в квартиру Таси.

В квартире никого не было. В прихожей валялась вырванная с петель входная дверь, на стене было разбито зеркало, дальше – обугленный шкаф и пятна крови на полу. Илья помрачнел. Остальная квартира была не тронута. Видимо, Тася не захотела открывать незваным гостям и они ворвались силой. Что было дальше и чья это кровь, Илья не желал думать. Телефон еë лежал на столике в комнате. Она могла быть убита или взята в плен. Чëртов Бумат! Чëртов Леонтий! Бедная моя девочка. Илья сел на диван, обессиленный горем. Пусть за ним придут. Пусть отведут туда, где Тася. Увидеть еë ещë раз, попросить у неë прощения.

– Ты что это, а?! Мразь! Тряпка! – Знакомый голос в голове ругался последними словами – Вставай! Уходи! Или отдай мне тело, я сам! Хочешь сдохнуть? Подыхай здесь, внутри, а я поживу там!

Илья встряхнул головой. А ведь он прав. Злоба зародилась где-то в глубине и поднималась всë выше, растекаясь по всему телу. Она горячила кровь, обжигала сердце. Злоба! Ярость! Илья встал с дивана, открыл портал и исчез в нëм.

Глава 9

Он запутал следы, прыгнув через пять разных мест, пока не оказался так, куда хотел попасть. Все эти переходы сквозь пространство выматывают, поэтому порталами пользуются не часто и только сильные маги. У "тростей" для этого есть специальные артефакты – собственно, их трости. В них заключена энергия Потоков так же как в том камне у рукояти меча, который разнëс дом Ильи в щепки. С помощью тростей они и в Нави могут находиться подолгу. Энергия его амулета, из которого он черпал еë для побега, почти иссякла, сам он чувствовал ужасную усталость. Маг оказался в своей старой квартите. Окна были задраены плотными шторами, он улëгся на диван, сохранивший запахи прошлого. Квартира была маленьким уютным убежищем для подобных случаев. Он законсервировал еë и за последние девять лет она понадобилась ему второй раз. От первого на ковре осталось выцвевшее бурое пятно. Квартира находилась в соседнем городке. Илья закрыл глаза и на пару часов забылся тревожным сном. Проснувшись, он отыскал в ящике стола запасной телефон(свой он выбросил в реку по пути сюда). Его номер знал Ваня, а значит по нему орден мог отследить мага. Ресурсов у ордена хватало. Илья набрал по памяти номер ведьмака.

– Слушаю. – голос Валеры был грубым и серьëзным.

– Это Илья. Есть разговор. – сказал маг.

– О! – голос ведьмака приобрëл добродушные нотки – На ловца и зверь! Поговори-ка сперва с Тасей.

– Илюша! – послышалось в трубке через секунду.

– Тася, ты как?! – с души мага упала тяжëлая ноша.

– Всë нормально, ко мне пришли, но я в обиду не далась. – ответила ведьма.

– Умничка моя. – Илья испытал такое облегчение, что всë его сложившееся положение показалось сущим пустяком.

– А ты как?

– Я в надëжном месте. Но меня ищут. Кое-что придумал, посмотрим что выйдет. Вам с Валерой лучше бы куда-то деться.

– На ведьмачий орден напасть не посмеют, а я под его защитой. – рассудила ведьма – к тому же никуда я деваться не собираюсь, по крайней мере без тебя.

Илья лишь вздохнул. Снова убедить еë исчезнуть невозможно, какие бы слова он ни подбирал.

– Никуда из его дома не выходи. Без моего согласия ничего не предпринимай. – скомандовал он.

– Хорошо. – покорно согласилась Тася – Ты тоже будь осторожным! И подожди, Валера тебе интересного расскажет.

Трубка перешла к ведьмаку.

– Лихой ты казачок, Илья. – сказал ведьмак не очень весело – В общем, из Сербии весточка прилетела. Есть там одна прорицательница Владана. Сильная ведьма, хорошо в будущее смотрит, хотя и не часто. Так вот недели две тому назад она что-то такое увидала, что уговорила кое-кого послать к тебе душегубов. Уж не знаю что она там узрела, но переполошилась не на шутку. Не нравится мне этот твой Бумат. Что-то вокруг него нехорошее назревает. С тобой в главной роли.

Илья молчал. Интересная вырисовывалась картина, хотя и не понятная до конца.

– Ты раньше о нëм не слышал? – спросил маг.

– Ни разу. – ответил ведьмак.

– Потому и не слышал. Слишком опасная вещь. Нельзя ей оказаться в руках Леонтия. – пояснил Илья.

– А в твоих можно? – неожиданно спросил ведьмак.

– В моих он не сработает. Не та у меня позиция. – ответил Илья мрачно.

– Могу своих в помощь позвать, но учти, они этот Бумат у тебя изымут.

– Лучше бы ему снова исчезнуть. Добрых рук для такой вещи в принципе нет. Это как ядерное оружие. – Да понимаю я. Потоки... – ведьмак помолчал – Ладно. Делай своë дело. Тасю я прикрою.

– Спасибо. Ждите звонка. До скорого.

Илья положил трубку. Значит Валера понимал величину угрозы Бумата, раз не доверял его владение даже своему ордену. А Илье он, получается, доверял? Сомнительно, конечно, но главное, что он защищает Тасю, с остальным придëтся разбираться по ходу действий. А что насчëт прорицательницы? Что она видела? Буматом Илья воспользоваться не мог. Не в нëм была опасность. Возможно она видела разоблачение Леонтия, которое может принести не малый ущерб хрупкому равновесию в мире магии, а значит и в остальном мире. Леонтий влиятельная фигура и другие влиятельные фигуры постоянно хотят его опрокинуть. Что ж, попробую сделать всë, чего так испугалась эта Владана, подумал Илья.

Близился вечер. Маг достал из сумки "воронье сердце" и через пару минут отправился в полëт. В конце пути его ожидало нечто странное. Подсознание Леонтия представляло собой некий лабиринт, составленный из смежных помещений, в которых происходило какое-то действие. Илья оказался в небольшой комнате, где царила тьма, лишь немного подсвеченная пламенем слабо горящей свечи на деревянном столе без скатерти. В углу, на лавочке лежал ребëнок. Кто это? Леонтий? Или, точнее Бакай? А может быть кто-то из его воспоминаний. Илья прошëл мимо стола и открыл дверь. За дверью оказалось светлое помещение, отделанное пëстрой мозаикой, знакомых Илье древних узоров. Здесь было пусто, только слышалось тихое женское пение на не знакомом магу языке. За следующей дверью несколько птиц клевало разбитое о камни тело человека. Происходило это в каком-то ущелье. За следующей было купе поезда, мчащегося куда-то сквозь зимний пейзаж. Илья велел камню показать комнату с намерениями Леонтия и вошëл в следующую дверь. Там был старый кабинет Леонтия, в котором маг сам не единожды бывал, когда служил в ордене. Длинный стол из белого мрамора с широкой серой прожилиной, тëмный паркет, большие окна, массивные портьеры. Просторное и в общем-то приятное на вид помещение. За столом, под двумя, висящими на стене скрещенными мечами, в удобном кресле с высокой спинкой, восседал сам Леонтий. Он улыбался.

Что-то не так, подумал Илья.

– Что-то не так? – спросил Леонтий, глядя Илье в глаза.

Илья молчал.

– Да, Илья... – Леонтий вынул себя из объятий кресла и положил локти на стол – Ты меня впечатлил.

Он был старым. Нет, не стариком, но старым. Его лицо породило ни один десяток морщин, с тех пор как Илья встречался с ним в последний раз. Но дело было не в морщинах. И не в пепле седины на его голове. Его выдавал взгляд. Глаза плохо скрывают. Глаза худшие лжецы. Глаза Леонтия говорили – я стар. Они говорили об усталости, которая бывает только в глазах отжившего много лет человека. А задорная улыбка придавала его лицу немного безумный вид.

– Ты меня действительно впечатлил. – Леонтий смотрел в упор, с интересом – Впечатлил и рассердил. Я всегда считал тебя магом средней руки. Нет, ты был отличным бойцом. Одним из лучших. Но в остальном...ты же был пассивным, тебя интересовала только схватка, ты не показывал никаких других стремлений.

Илья слушал.

– Что же случилось? Ты так изменился за эти годы? Или я ошибся насчëт тебя ещë тогда? Неужели я мог ошибиться? Откуда тебе известно о Бумате? Ведь за ним ты приходил, верно? Как ТЫ мог узнать о нëм? Ты – боевое быдло.

– Я хорошо умею скрывать свою истинную сущность. – наконец ответил Илья – Не хуже тебя, Бакай.

Глаза Леонтия расширились. Они наполнились яростью. Воцарилось молчание. Тяжëлый взгляд лëг на Илью. Но в том взгляде он увидел не только ненависть, но и страх. Страх разоблачения. Должное – свершается. То, чего испугалась сербская прорицательница начинает сбываться.

– Я знаю кто ты. – сказал Илья – Настоящий Леонтий мëртв. Но не ты убил его. Я сделал это пару дней назад.

– Как?! – прорычал Леонтий. Он свирепел с каждым услышанным словом.

– Леонтий поместил себя в предмет, прежде, чем ты обрушил на него смертельное заклинание. – ответил маг – Покажи своë истинное лицо, Бакай.

Леонтий некоторое время молчал. Потом усмехнулся и опустил голову, а подняв еë как-то враз стал Бакаем. Этому лицу уставшие глаза шли больше. У него были угловатые обрюзглые скулы, тонкие губы и две глубокие морщины на блу. Лицо старика, которое лишь призрачно угадывалось в лице более молодого Леонтия.

– Что ж. – сказал Бакай. Его голос также отличался от голоса Леонтия. Он был более грубым, басистым – Ты меня раскусил. И что ты собираешься делать с этим?

Хороший вопрос. Илья и сам не знал, что он будет делать дальше. Он собирался проникнуть в подсознание Леонтия, разузнать его планы и отталкиваться от них, но разведка провалилась. Каким-то образом Леонтий узнал о вторжении.

– Ты же был одним из старших в ордене, боровшемся за светлые идеи. – Илья решил потянуть время и, если удастся, выкрутить Бакаю нервы. Злоба притупляет ясность разума, а это прямой путь к совершению ошибок – Убивая Леонтия, ты говорил о справедливом суде над негодяем и его подчинëнными, а сам встал вместо него и творишь вещи, против которых выступали твои прежние соратники. Ты предал товарищей, ты предал самого себя. Ты слабовольный, поддавшийся искушению подонок, дорвавшийся до власти.

Бакай засмеялся.

– Ты что, думаешь те, кто делал в этой стране революцию, сплошь исповедовали светлые идеи? – спросил он – Да половина из них желала власти и ничего кроме неë! Ты дурак! Я, может быть, мягче большинства из тех, кого ты назвал преданными мной соратниками. Они бы творили ещë худшие вещи, окажись они в этом кресле – бакай постучал кулаком по подлокотнику – Да, я поддался искушению властью, но сделал это не из малодушия, а потому что прекрасно знал, что нет никаких светлых идей, есть люди, играющие в светлые идеи. Я вступил в эту игру в новом статусе и выиграл!

– Пока ещë нет. – сказал Илья – О том, что ты подменëнный глава ордена узнают все. И я не позволю тебе завладеть Буматом. Одно поможет другому.

– Щенок. – брезгливо фыркнул Бакай – Я десятилетиями искал его. Думаешь теперь, когда я так близок, я позволю тебе как-то мне помешать?

– Я четыре года служил в твоëм ордене, я знаю о нëм всë. – улыбнулся Илья – А ты, за все эти годы не смог понять обо мне ничего. Думаешь теперь ты сможешь меня остановить?

– Ооо... – Бакай улыбнулся – Кое-что я о тебе знаю. Ты – самоуверенный глупыш, добывший "воронье сердце", но не умеющий им пользоваться. Скоро мы с тобой увидимся лично.

Илья велел камню отправить его назад. Он открыл глаза. Камень в его руках нагрелся и пульсировал. Что он имел в виду?! Возможно он прав насчëт "вороньего сердца" и знает о нëм гораздо больше. Ведь он отследил вторжение в свой разум, мог отследить и местонахождение вторгшегося. Илья бросил "воронье сердце" обратно в сумку и прислушался. Внутренний глаз уловил колебания Потоков. Порталы. Близко. Много. Всюду. Илья поймал Поток, собираясь открыть портал, но Поток странно себя вëл. Они уже блокировали его. Отлично работают, суки. Илья бросился в туалет, ушëл в Навь и стал падать сквозь дымчатые плиты перекрытия вниз, на первый этаж. Вокруг его квартиры и внутри неë стали появляться молочно-белые силуэты. Некоторые из них тут же перешли в Навь, вроде бы никто из них не успел заметить скользящего в дымке декораций мага. Он тоже перестал их видеть. Приближаясь к первому этажу, Илья оттолкнулся от стены, она моментально стала твëрдой под усилием его ноги и, отлетев в сторону, приземлился на пол в чьей-то квартире, сделав кувырок по дымчатому, но нисколько не мягкому ленолеуму. Вскочив, он бросился вон. Скорее всего весь дом был блокирован "тростями" ещë на подходе, поэтому порталом лучше воспользоваться снаружи. Маг вырвался на улицу с торца здания. Его, конечно же ждали. Ждали в обоих мирах. По углам здания расставили по звену – один караулил в Яви, другой в Нави. Илья выскочил ближе к одному из звеньев. Он слишком быстро среагировал и успел сбежать перед самым штурмом квартиры, наверное поэтому караулившие не ожидали, что он выпрыгнет из дымчатой стены так скоро. Эта секунда замешательства дала магу преимущество. Он Поймал поток и бросил в, стоявшего дальше бойца заклинание. Тот едва успел отразить белый шар, рассыпавшийся острыми иголками искр, втыкаясь в маску и прожигая одежду. Илья же, не тратя ни мгновения настиг только что заметившего его, ближнего противника. Его смерть была мгновенной. Илья развернулся и бросил в первого ещë одно заклинание. Он ещë не успел опомниться от предыдущей атаки и вторая, хоть и была так же им блокирована, но сбила его с ног. Илья бросился бежать. Выходить из Нави, чтобы вступить в схватку ещë с двумя бойцами было глупо. Он уходил Навью по знакомым дворам. "Трости", провалившие штурм, уже спустились вниз и неслись вдогонку. Несколько человек преследовало его в Нави, остальные двигались в Верхнем мире, корректируемые первыми, которые периодически выныривали туда, чтобы указать им направление погони. Илья нëсся со всех ног, прорезая мутную среду Навьего мира. Пока что он действовал так, чтобы враг почувствовал превосходство и действовал по инструкции. Десять секунд, пятнадцать, команды розданы, построение закончивалось, самое время сломать шаблон. Илья развернулся, вынырнул из Нави и атаковал ближайших преследователей. Один успел прикрыться, второго сложило и отбросило куда-то под припаркованнаю машину. Илья тут же вернулся, обратно. Двое из его преследователей вынырнули за ним наружу и ещë не успели вернуться, а те четверо, что остались в Яви не ожидали, что он вернëтся через секунду и так же замешкались, как и их товарищи наверху. Илья атаковал. Он посылал в них один за другим самые мощные из простых заклинаний. В Нави не стоило растрачивать много энергии на сложные заклинания, навья среда всë равно ослабляет их, в сущности нивелируя их преимущество перед простыми. "Трости" закрылись. Они не пропустили ни одного удара, однако защита отнимает больше энергии, чем нападение, а значит Илье удалось истощить их не безграничный запас. Это Илья, благодаря своей крови, в которой была некая примесь бесовщины, мог находиться в Нави сколь угодно долго, а вот простым "тростям" приходилось черпать энергию из своих тростей. Ослабить их запас означало избавиться от преследования в Нави. В Навь вернулись остальные двое. Илья бросился наутëк. Он видел как молочно-белые фигуры снаружи расходятся, постепенно расширяя окружность, в центре которой находился маг. Отражая заклинания, летящие ему вдогонку, он менял направление движения, заставляя двух бойцов, бегущих позади часто выныривать наверх, чтобы скорректировать окружение. Скоро они возьмут его в широкое кольцо в обоих мирах. Правда снаружи их около десяти, а в Нави всего шестеро. И сейчас станет поменьше. Илья круто завернул влево и стал не только отражать долетающие до него заклинания, но и атаковать в ответ. Когда один из "тростей" вышел в Явь, чтобы указать новое направление, Илья тут же последовал за ним и атаковал его очень быстро и точно. Корректировщик, появлявшийся всегда позади остальных, не ожидал, что мишенью убегающего будет именно он и не успел среагировать. Один из "тростей" пытался перехватить это заклинание, но не успел. Корректировщик только поднял руку, но ему не хватило времени вытянуть из Потока достаточно энергии для защиты, а его постоянный барьер, питающийся от амулета не был рассчитан на такое мощное боевое заклинание, запущенное умелой рукой в Яви. Оно вспороло воздух с особым визгом и поразило корректировщика. Это была "решëтка" – безжалостно убойное заклинание, расщепившее человека в чëрном на множество красных брызг. Он взорвался фонтаном, лишь ноги в берцах остались валяться на асфальте. Илья мог уничтожить его менее зловещим способом, но ему нужно было произвести эмоциональный эффект. Опытные "трости" этого не испугаются, скорее даже станут ещë злее, но молодняк, который среди них определëнно присутствовал, обязательно испытает нужные Илье чувства тревоги и опасности от того какого жестокого зверя им нужно изловить. Бросив то заклинание, Илья тут же использовал ускорение, как тогда, около своего дома, чтобы быстро переместиться в сторону метра на три и сразу нырнул в Навь. Так он ушëл с траектории атаки тех, что гнались за ним в Нижнем мире. Они видели его молочно-белый силуэт и могли встретить его здесь убойными заклинаниями. Второй раз взять их на неожиданность не вышло бы. Сбив их с толку, Илья тут же атаковал второго корректировщика. Он успел выставить защиту, но три подряд "молота" пробили еë и опрокинули его навзничь. Судя по тому, как он стал медленно тонуть в дымчатом асфальте, его оглушило до потери сознания. Итак, второй шаблон сломан. Что вы будете делать без самых опытных бойцов, умеющих быстро пересекать границу между мирами. Кто-то должен занять место корректировщика, ослабив при этом загонные качества Навьей группы, которая, кстати, стала состоять всего из четырëх бойцов. Те, что наверху, похоже, не умеют проникать сюда, иначе уже давно бы это сделали. Илья отбил несколько заклинаний и снова побежал. Он вышел из близящегося окружения, новый корректировщик не справлялся так хорошо, как прежние двое. Маг вынырнул из Нави там, где Явья группа не ожидала его появления и срезал "саблей" одного из преследователей. Кажется, не насмерть, но из игры он точно выбыл. Илья повторил трюк с ускорением и переместился, укрывшись за автомобилем, который разорвало взрывом, ударивших по нему заклинаний. Прежде чем маг ушëл в Навь, его лицо обожгло осколками стекла. В Нави он тут же выставил защиту, ожидая, что и этот трюк больше не приведëт Навью группу в замешательство. Так и вышло. Они среагировали быстро и в его барьер ударило несколько глухо жужжащих в Нави заклинаний. Порезанное лицо обожгло ударом энергии заклинания в энергию барьера. Руки тоже зудели от нагрева, спина покрылась потом, дыхание было частым и тяжëлым. Но азарт от схватки, звуки секущих воздух заклинаний, опасность, щекочущая нервы – всë это с лихвой перекрывало полученные травмы и физические неудобства. Илья так давно не воевал, что упивался этой маленькой войной. За 9 лет городок сильно изменился и знакомые дворы быстро перешли в незнакомые. Илья сумел посеять в рядах противника немного хаоса, но погоня продолжалась и по тому, как они ожесточëнно пытались достать его, среди них чувствовалось несколько матëрых бойцов. Илья зарычал как зверь и атаковал погоню "вспышкой". Заклинание было простым как пряник – пучок энергии взрывается, высвобождая большое количество света, ослепляя противника. Главное самому успеть зажмуриться. Илья бросил его и рванул вправо, закрыв глаза. Сзади послышался хлопок и через мгновение он снова смотрел вперëд, летя как вепрь через чащу, сквозь чьи-то квартиры на другую сторону жилого дома. Выскочив на улицу, Илья вышел из Нави и сразу нырнул в портал. Затем ещë и ещë, каждый раз удаляясь от погони всего на километр-другой. На более длинный переход сил уже не осталось. Он был вымотан до предела. После пятого перехода, он оказался за городом, в полузаброшенном частном секторе. Он ушëл в Навь, забрëл в первый попавшийся двор и вышел из Нави. Хозяином дома оказался древний старик, он не понял кто пожаловал к нему в гости в вечернюю пору. Илья почти машинально приказал дедуле спать. Дедуля покорно поддался магии и вскоре засопел, сидя в кресле. Маг устало сел на табурет около двери и его вырвало. Голова раскалывалась и по трещинам этого раскола протекала свербящая боль. Посидев, он прошëл на кухню, умылся, выпил немного воды и его снова вырвало. Тогда он добрался до кровати и погрузился в еë пахнущую старостью мягкость. Его лицо горело и болело от ожогов и порезов, тело саднило от ударов по нему неприятельских заклинаний, которые через барьер, ощущались как разной силы удары кувалдой. Он был вспотевший, в грязной и даже немного обгоревшей одежде. Его организм был настолько истащëн битвой и портальными переходами, что ему было тяжело поднять руку, чтобы утереть, раздражающую, медленно ползущую со лба в ухо, каплю воды. Сейчас Тасины заживляющие и тонизирующие травы были бы очень кстати. Усталость придавила его, обездвижиев и незаметно для себя он уснул. А проснулся, когда за окнами было уже совсем темно. Ему заметно полегчало, головная боль и тошнота отступила, а вот мышцы отдохнуть не успели и гудели, отдаваясь тянущей болью от каждого движения. Илья набрал номер ведьмака.

– Илья! – голос Таси расслабляющим теплом разлился по телу мага. И никаких снадобий не надо – Где ты? Как ты?

– Я в порядке. – ответил Илья – "Трости" к вам не наведывались?

– Нет. Но есть подозрения, что они следят за домом. – брезгливо ответила ведьма.

– Будьте начеку. И лучше бы вам вызвать орден. – сказал Илья встревоженно – Они упустили меня и могут наведаться к вам.

– Тася, похоже началось. – послышался в трубке голос ведьмака.

– Что началось? – спросил Илья.

– Они ломают защиту. – голос ведьмака имел нотки удивления – Не знаю как, но ломают.

– Это Леонтий. – сказал Илья ледяным голосом – Опечатайтесь и ждите меня. Я скоро. Извини, что так вышло, Тась.

– Это дом ведьмака, Ильюш, не переживай. – Тася была непозволительно спокойна.

– Не надо недооценивать противника. – ответил Илья – Опечатайтесь как только сумеете и ждите. Я скоро.

Он положил трубку.

Глава 10

Насчëт дома ведьмака Тася была отчасти права. Дом ведьмака может стать неприступной крепостью – в его устройство вплетена сложная магия и он способен обороняться сам, словно живой. Однако, орден Леонтия не так прост, чтобы не смочь расколоть даже такой орех, тем более, если сам предводитель явится на штурм. Нужно было срочно отправиться на помощь Тасе. Сказать легче, чем сделать. Как ему прыгнуть так далеко, в таком ослабленном состоянии и без дополнительных источников энергии? Все свои нужные для противостояния ордену вещи он оставил в сумке при скоропостижном отступлении. Добираться же до них простым человеческим способом было бы слишком долго. Если орден начал действовать, значит он уверен что ему под силу взломать защиту дома ведьмака, а значит так оно и есть.

– Старик.

Старик? Илья посмотрел на спящего в кресле владельца дома.

– Используй его как донора. – снова в голове зазвучал знакомый и ненавистный голос.

– Отнять его жизнь? – спросил Илья мрачно.

– Либо его жизнь, либо жизнь Таси. – голос был ехидным. Ему нравилась такая дилема.

Илья задумался.

– Посмотри как он сладко спит, – голос звучал безмятежно, словно речь шла не об убийстве – Он прожил долгую жизнь. И посмотри какую он влачит старость. Отпусти его. Пусть его нежный сон перейдëт в вечность.

Стало тохо, но через несколько секунд голос добавил:

– Ему скоро помирать, а тебе больше негде взять энергию. Просто негде.

Илья стоял, с нарастающей злостью и сожалением понимая, что голос прав. Выбор был действительно пугающим: либо ни в чем неповинный старик, либо его любимая женщина. И выбор был сделан.

Илья нашëл на тумбочке ручку и написал на запястьях и лице старика специальные руны, затем произнëс древние слова, поймал исходящий из старика Поток и, привязав его к себе, открыл портал. Старик стал живой батарейкой. Скорее всего он отдаст все свои жизненные силы и уже никогда не проснëтся.

– Прости, дед. – произнëс маг и шагнул в мерцающее зеркало портала.

Он очутился неподалëку от дома Валеры – в переулке дальше по улице. Светиться перед "тростями" раньше времени было бы глупо. Раз они напали на дом, значит считают, что он внутри. Илья собирался ударить с тыла. Уйдя в Навь, маг стал медленно приближаться к дому ведьмака. Он ожидал увидеть осаду, но орден уже взломал защиту и проник в дом. Около него во дворе и на улице сновали бойцы Бакая. Их было немало. Может быть десятка полтора и это только со стороны улицы. Правда у них уже были потери. Раненых и убитых вытаскивали из дома. Илья наблюдал за ними некоторое время. Судя по обстановке, Тася с Валерой где-то в глубине жилища и до них пока ещë не добрались. Удивительным было то, что дом ведьмака не был привычно белесо-дымчатым, он был серо-дымчатым, мрачным и пугающим. Видимо та магия, которую Валера использовал при строительстве была такой зловещей, что даже в Нави сквозь эти стены никто не рисковал проникать. Бойцы в чëрных одеяниях просто караулили не появится ли кто-нибудь изнутри. Они стояли по углам здания. Маг затаился неподалëку, спрятавшись за дымчатым кирпичным столбом забора. Ударить нужно было неожиданно и сильно. Время на разработку какого-нибудь вразумительного плана просто не было.

Илья вышел из Нави и обрушил на бойцов Леонтия лавину всевозможных самых смертоносных и опасных заклинаний, какие только сумел произвести в короткие пять-шесть секунд. В темноте никто из них не понял, что произошло. Заклинания сбивали их с ног, рвали и поджигали их тела. Илья ушëл в Навь и ударил смертельным заклинанием караульного, поразив его со спины и сразу же атаковал другого. Первый упал замертво, второй успел среагировать. Завязалась драка. Сначала Илья теснил противника, явно уступающего ему в боевом опыте, но затем из-за угла дома, возле которого уходил в дымчатую почву труп первого бойца, появился ещë один, а за спиной у того, который оборонялся – третий. С двух сторон они стали закидывать мага заклинаниями, которые с глухим визгом неслись по мутноватому пространству Нави и с электрическим треском лопались, ударяясь о защиту, выставленную Илтëй. Становилось жарковато. Ай, была-не была, всë равно эффект неожиданности уже использован, подумал маг. Он отразил последние атаки, выскочил из Нави, швырнул в окно дома "булаву", которая высадила окно вместе с косяком и утащила их внутрь и запрыгнул в образрвавшуюся зияющую темнотой дыру в стене. Маг окружил себя самой мощной защитой, какую только мог соорудить изъятой из Потока энергии в своëм нынешнем состоянии, когда пересекал границу между двором и комнотой. Он не знал наверняка как отреагирует на него защита ведьмачьего жилища. Кажется дом распознал его как условного своего, потому что никаких воздействий он не почувствовал, кувыркнувшись по полу и отскочив подальше от оконного проëма. Он поймал Поток, готовясь ударить по тому, кто ворвëтся в комнату вслед за ним, но заклинание не потребовалось. Боец ордена, запрыгнув в комнату, сразу обмяк и повалился на пол ничком. Больше никто из "тростей" не отважился преследовать мага через окно. Видимо по периметру здания был установлен защитный контур, который атаковал всякого, кто пересекал его. Скорее всего Валера исключил Илью из списка нежелательный гостей, ожидая, что он скоро придëт им с Тасей в подмогу. Контур этот был взломан орденом в районе входных дверей, потому что когда Илья осуществлял разведку, он видел как в двери заходили и выходили бойцы ордена. Илья осмотрелся. Он запрыгнул в комнату, в которой не бывал прежде. Куда идти? В незнакомом месте, да ещë и в темноте было совсем не ясно куда податься, учитывая, что он и не знал где сейчас ведьмак с Тасей находятся. За стенкой шумели какие-то страсти. Орден продирался сквозь магию дома и магия эта была очень тëмной. Чтобы эффективно бороться с нечистью, нужно немного быть ею, подумал Илья. Он приоткрыл дверь – в соседней комнате сверкали заклинания. Вспышки на мгновение освещали зал, увешанный картинами и уставленный горшками с растениями. Надо полагать, это не был цветочный сад, это были какие-то нужные растения для варения снадобий, элексиров и ядов. Теперь часть их валялась на полу, часть была испорчена попавшими в них сгустками энергии заклинаний. У другого входа в комнату стоял боец из ордена. Не из отряда "тростей", а рядовой, так сказать, сотрудник. Позади него в коридоре стоял ещë один вместе они колдовали какие-то взламывающие оборону дома заклинания. Да, штурм у них получался весьма вязким. С наскока дом ведьмака не взять. Однако, упорством и умением орден всë-равно доберëтся до любой точки этого здания. Телепортация, естественно, была заблаговременно блокирована. Все Потоки, проходящие через дом ведьмака были взяты орденом под контроль и любой переход порталом привëл бы беглецов в лапы неприятеля. Оставалось только дать ему отпор. Тот боец, что стоял впереди, периодически посылал в пространство зала заклинания, которые то отскакивали от невидимых препятствий в казалось бы пустом месте зала, то гасли. При одной из вспышек, Илья заметил на полу в центре нечто странное – это были две руки человека, торчавшие прямо из паркета, словно его засосало внутрь плиты перекрытия и он застыл в его толще как муха в янтаре. Илья замер, решая стоит ли вступить с ними в драку или оставаться незамечанным. Сзади, в проëме окна уже суетились, взламывая контур защиты. Вариантов было не так уж много. Эти в зале хотя бы не имеют понятия о его присутствии, а значит могут стать лëгкой мишенью. Илья поймал Поток и зашептал заклинание, но, вдруг, ощутил стойкое желание посмотреть направо в темноту комнаты, в которой находился, словно кто-то позвал его или даже коснулся. Только коснулся не тела, а сознания. Илья отпустил Поток и прикрыл дверь. Он прокрался вправо, туда откуда исходил зов. Там, в углу комнаты, вместо привычного стыка двух стен, имелось неширокое пространство. Такое, словно одна стена отделилась от другой, образовав щель-лаз. Ведьмаковская магия не переставала удивлять. Дом приглашал его. Илья втиснулся в проход боком и, надеясь, что стены не съедутся обратно, замуровав его, стал пробираться куда-то в тëмную глубь. Метра через три лаз выпустил его в другую комнату. Большая кованая кровать с высоким изголовьем, свидетельствовала, что это спальная. Илья чуть отодвинул штору и глянул в окно. Там, по грядкам топталось несколько бойцов ордена, осуществлявших по видимому, какую нибудь осадную магию, ослабляющую защиту дома. Маг снова почувствовал зов. На этот раз он исходил снизу. Илья обратил своë внимание на пол и обнаружил в нëм тëмный квадратный проëм, в который немедленно и полез. Он опустил в него ноги, сел на край и заглянул вниз. Там было темно и тихо. Никаких намëков на глубину. Что ж, не проверишь – не узнаешь, как говорится, подумал маг и спрыгнул, приготовившись в любой момент приземляться. Момент настал совсем скоро. Метра через два с половиной. Илья грохнулся на пол на согнутых ногах, присел, упал на бок и перекатился. Нормальное приземление, с учëтом обволакивающей его защитной магии, совсем не больно. Он поднялся на ноги и увидел удивлëнную Тасю и чуть менее удивлëнного ведьмака.

– Илюша! – воскликнула девушка и бросилась обниматься.

– Привëл, значит... – ухмыльнулся Валера.

Илья посмотрел наверх – обычный потолок подвала.

– Как вы? – спросил он Тасю.

– Нормально. – отозвалась она – А ты как?

Она осматривала его лицо, испещрëнное мелкими порезами.

– Да всë хорошо. – успокоил он еë.

– Орден вызвал. – сообщил ведьмак – Но мужики прибудут не скоро. Далековато, однако. Как там? – ведьмак показал наверх.

– Медленно, но основательно. – ответил Илья – Думаю скоро защита посыпится.

– Это да. – согласился ведьмак – Не на такой натиск она рассчитана.

– Ну, им уже неплохо досталось. – рассудил Илья – Они человек восемь уже потеряли, из тех, что я видел, плюс я пятерых или шестерых успел вывести из строя.

– Сколько их всего в ордене? – спросил ведьмак.

Илья пожал плечами.

– Достаточно. – сказал он мрачно – Раньше было около ста плюс-минус по разным городам. Кто знает сколько их теперь? Кто знает сколько их в черте города и скольким приказано прибыть? В последние дни их ряды сократились человек на десять-двенадцать. Снаружи я насчитал навскидку человек пятнадцать, плюс те, которые с другой стороны дома и в самом доме. Не знаю какие силы брошены. Могу только сказать, что Леонтий очень зол и наверное притащит сюда максимум.

– Он там? – спросил ведьмак, снова показывая наверх.

– Не видел. – ответил маг.

– Что будем делать? – поинтересовалась Тася.

– Воевать. – сказал Илья.

Он осмотрелся. В этом помещении подвала он не бывал. Оно напоминало склад: здесь находилось множество всяких предметов от мебели до кухонной утвари.

– Мы сейчас где? В какой части твоих хорóм? – спросил он – Если заманивать их малыми группами в тот коридор, по которому мы с улицы спускались, можно их хорошо перемалывать.

– Да погоди ты! – усмехнулся ведьмак – Спартанец! Дай-ка взвесить. Что ты сразу в бой?

– Валер, некогда взвешивать. – маг посмотрел на ведьмака очень серьëзно – Надо инициативу забирать, пока защита ещë крепкая.

– Ну минута-другая же у нас есть? – ответил ведьмак – Это в тебе тревога за неë говорит. – ведьмак кивнул на Тасю – Не спеши, дай покумекать. Я пока что за нас с ней рассуждал, а с тобой воевать дело другое. Можно и по-другому.

– Ну кумекай. – сдался Илья.

– Иди сюда. – позвола его Тася – Я тебя полечу.

Маг сел на табурет около столика с какими-то банками. В банках, в серой жидкости, квасились не то семена, не то личинки. Тася встала рядом, он обнял еë за талию, прижавшись лбом к груди. Она положила ему ладони на голову и зашептала что-то. Илье сразу стало хорошо и спокойно. По телу потекли ручейки тепла – от макушки к ногам. Моя ты ведьма, подумал маг. Как его угораздило втянуть эту прекрасную девушку в такую опасную ситуацию. Дурак!

– В общем так. – сказал ведьмак – Давай за мной. Тася будь тут.

Илья нехотя отлип от тëплого тасиного тела , поднялся, поцеловал еë и сказал, улыбнувшись:

– Спасибо.

Девушка улыбнулась в ответ.

Илья действительно чувствовал себя лучше. Ведьмины чары каким-то образом вернули его мышцам тонус, сняли усталость и почти уняли боль от всевозможных травм, которые он получил накануне. Теперь ему, наполненному энергией, захотелось поскорее вступить в бой с неприятелем.

Ведьмак отворил дверь и пригласил Илью следовать за ним. Они прошли через короткий коридор и попали в помещение, в котором не было вообще ничего – ни мебели, ни каких-либо вещей. Только одна лампочка свисала с низкого потолка. Она тускло светила, не в силах достать светом до стен.

– Мы сейчас кое-кого погулять выпустим. – сказал ведьмак.

Илья молча ждал пояснений.

– Там, в Нави у меня кое-кто сидит. – сказал ведьмак – Нужно их немного шевельнуть.

– Здесь вообще в Навь можно ходить? – уточнил Илья – Снаружи выглядит очень странно. Я не решился заходить через стену.

– И правильно не решился! – хохотнул ведьмак.

– Ладно. Что делать-то?

– Отойди вон туда к стеночке. – велел ведьмак, а сам отошëл к проитивоположной – Сейчас пойдëм в Навь, там делай как я. Ну, пошли!

Илья ушëл в Навь. Материя жилища была мутно серой и настолько непривычной, что угнетающе действовала на нервы. Но это было не самым странным. В центре подвала в том диапазоне пространства, котрый выхватывала слабая лампочка, свисающая с потолка, клубилось что-то похожее на червей. Они заполняли всë пространство от потолка до пола и медленно двигались, съëживая свои кольчатые тела. Каждый из них имел круглую форму и диаметр размером с покрышку от легковушки. Какой они были длины и сколько их было здесь, Илья не понял. Ведьмак создал заклинание "искру" и бросил его на пол, рядом с одним из червей. "Искра", ударившись о белесую дымку пола, рассыпалась снопом искр, похожих на капельки раскалëнного металла, какие бывают при сварке. Червь дëрнулся, весь клубок пришëл в движение. Ведьмак бросил ещë одну "искру", черви взбудоражились. Они стали нервно переплетаться, не выходя, однако, за пределы света лампы, которая в этом мире светила ещë более тускло, но при этом давала не обычный для Нави бледно-белый свет, а с каким-то синеватым оттенком. Илья принялся пугать червей так же, как это делал ведьмак. Черви явно хотели сбежать, но что-то не давало им вылезти за пределы светового пятна. Что за чуднáя магия, подумал Илья. В конце концов они заставили червей прижаться к дымчатому потолку. Черви съëживались, копашились, перекатывались в своем плотном клубке.

– Выйди-ка и погаси свет! – сказал ведьмак.

Илья вышел из Нави и щëлкнул клавишу выключателя на стене. Лампа потухла. Илья ушëл в Навь и увидел как черви, подгоняемые ведьмаком, проникают вверх, сквозь дымчатый потолок и исчезают.

– Они что, в Явь вышли? – спросил Илья.

– Ага. – подтвердил ведьмак – Они тут вроде как в банке сидели, а мы им кпышечку открыли.

– Опасные? – с сомнением поинтересовался Илья.

– Достаточно, чтобы отвлечь орденских. – ответил ведьмак – Пойдëм-ка.

Илья вышел из Нави вслед за ведьмаком и зашагал, догоняя его. Ведьмак открыл ещë одну дверь и они снова попали в недлинный коридор, с потолка в котором свисало человеческое тело. Илья понял, что это тот, чьи руки он видел в зале-оранжерее. Здесь он торчал из бетонной плиты перекрытия примерно от кадыка.

Ведьмак молча протиснулся между трупом и стеной, Илья тоже оставил без это комментариев. Миновав коридорчик, они оказались в том самом помещении, где у ведьмака на цепи сидел вампир.

– Помнишь как к нам с Тасей в подвал попал? – спросил ведьмак – Сейчас дом нам такие же ходы откроет. Будем партизанить. Вышел – ударил – ушëл.

Илья молча кивнул.

– Ты туда, я сюда. – ведьмак показал на два угла помещения, в которых уже образовались неширокие тëмные проëмы – И смотри с червями аккуратнее. Они животина дикая, им без разницы кого жрать.

Илья снова кивнул и шагнул в щель между бетонными стенами. Щель была чуть шире той, по которой дом вëл его в прошлый раз, но и не такой уж широкой – маг как раз помещался в ней от плеча до плеча. Темнота была непроглядной и Илья едва не споткнулся о какой-то выступ, а пошарив ногой, понял, что это ступенька. Он поднялся по лестнице и упëршись в стену, повернул налево. Пройдя метра два, он увидел как темнота впереди преобретает очертания комнаты, в которой сверкают огни и слышится ругань. Он аккуратно приблизился к выходу и понял, что стоит в углу комнаты, стены которой немного разъехались, образовав узкий проход. В комнате, незнакомой магу, происходила бойня. Два бойца ордена пытались справиться с огромным червëм, который заполнял большýю часть помещения своим кольчатым телом и жутко скользил во мраке, освещаемый вспышками от заклинаний. Червь был длиной метров шесть и на одном из его концов имелось отверстие, в котором при вспышках можно было различить некоторое количество мелких зубов. Удары боевых заклинаний, казалось, не доставляли ему большого урона, он съëживался, получая их, но продолдал атаковать. Илья оказался сбоку от одного из бойцов, который швырнул в морду червя очередной "кистень". Червь дëрнулся и отполз с полметра. Илья поймал Поток и смертельно ударил орденца в голову боевым заклинанием. Его напарник заметил это и успел закрыться от сильного заклинания Ильи, которое сбило его с ног. Червь тут же пополз к нему, роняя мебель и впился в тело бойца до того, как тот успел что-то предпринять. Человек завопил и стал брыкаться. Илья скрылся обратно в темноту прохода. Он вернулся к лестнице, ведущей из подвала и обнаружил ещë один проход, ведущий в противоположную сторону от того, где он только что был. Дом предлагал ему новый ход. Илья прошëл пару метров и снова оказался в углу комнаты. На этот раз он попал в гостиную, где ведьмак угощал его чаем. В помещении происходила бойня помасштабнее. Один червь бездвижно разпластался на полу, другого загнали в угол и закидывали мощными заклинаниями, которые рвали толстую шкуру диковинной "животины". Здесь работали не рядовые бойцы ордена, а "чëрные трости", поэтому и результат был другим. " Тростей" было трое и ещë один рядовой маячил рядом, не участвуя в избиении червя. Илья оказался за их спинами. Он отметил про себя насколько выгодные позиции предоставляет ему дом. Маг поймал Поток и атаковал сначала одну пару бойцов, а затем другую зажигательными заклинаниями. Все четверо взревели, но двое из "тростей" быстро сориентировались и предприняли контрмеры, заставившие огонь, охвативший их, быстро затухать. Их-то Илья и атаковал ударными заклинаниями. Оба повалились на пол, продолжая не сильно гореть. Остальные двое горели как факел. За них принялся недобитый червь, когда Илья двинулся назад по тëмному коридорчику. Когда он вернулся к лестнице, то отправился снова в левое ответвление и через два метра оказался уже не в той комнате, куда выходил в первый раз, а совсем в другой. Это был большой зал, напоминающий зону отдыха, с диваном, креслами и круглым столом, который лежал завалившись набок. В зале происходила вакханалия. Здесь было несколько червей и пять-шесть бойцов. В полумраке, который неизменно царил во всëм доме, сверкали разнообразные заклинания, жужжа и посвистывая. Слышались выкрики команд, мат и стоны боли. Илья поймал Поток и ударил мощным заклинанием того из "тростей", что показался ему наиболее опытным и опасным. Вдруг, по бойцам ордена прилетело откуда-то из противоположного угла. Илья разглядел в темноте мутный силуэт ведьмака. Вдвоëм они атаковали орденцев, пока те не поняли откуда им достаëтся. Удалось вывести из строя троих, потом в них посыпались ответные боевые заклинания и партизанам пришлось втянуться обратно в свои лазы. В этот момент дом сотрясся, завибрировав. С полок посыпались предметы, окно лопнуло, осыпавшись осколками. Через секунду удар повторился. Третий удар , с треском рвущейся древесины, буквально сорвал крышу, обнажив звëздное небо. Защита дома была взломана. Кажется, за дело взялся сам Леонтий. Илья увидел как из противоположного угла ведьмак маячит ему возвращаться и, бросив ещë несколько заклинаний, для острастки тех, кто мог приблизиться к щели, побежал назад. Вынырнув в помещение с вампиром, он увидел ведьмака.

– Кажись всë, защита сдохла. – сказал он с досадой – Не совсем, но почти.

– Что теперь? – спросил Илья.

– Пойдëм к Тасе. – ответил ведьмак.

По пути, он сказал, что ему удалось достать девятерых.

– У меня семеро.

– Неплохо. – подытожил ведьмак – Уже легче.

– Главное выбить тех, что в чëрном, – пояснял Илья – это элита, остальные менее опасны.

– Да, я заметил. – отозвался ведьмак, открывая последнюю дверь – У них и защита лучше и реакция и атаки тоже.

Тася была встревожена.

– Что это было? – спросила она.

– Они сломали защиту. – сказал ведьмак – Скоро пробъются сюда.

– Что будем делать? – спросила она без единой нотки страха в голосе. Она была решительна и зла. Такой Илья еë, пожалуй, ещë не видел.

Ответить никто не успел. Подвал сотрëсся, а где-то сверху послышался грохот.

– Они дом рушат. – сказал ведьмак, сдвинув брови.

Ещë один удар и снова грохот, уже прямо над их головами. Следующий удар пришëлся уже по плите перекрытия и по потолку подвала пошла трещина.

– За мной! – скомандовал ведьмак, бросившись к двери, но едва успел еë открыть, как подвал снова затрясся и потолок обрушился на пол кусками бетона.

В появившемся широком отверстии сразу же замаячили фигуры бойцов ордена и зажужжали светлячки заклинаний. Илья выставил защиту, Ведьмак утащил Тасю за спину и втолкнул в коридор, а сам атаковал из-за спины мага. В отверстие в потолке ушло с десяток заклинаний и Илья почувствовал, как ведьмак затягивает его за шиворот в коридор. Илья попятился, ведьмак закрыл дверь и рявкнул на неë древним словом, опечатывая, а потом заторопил всех к следующей двери. Коридорчик был всего метра полтора и напоминал тамбур в поезде. Тася шла первой. Она отворила дверь и ввалившись в помещение подсела на корточки, затем выпрямилась и обернулась к Илье. Маг подскочил к ней и помог удержаться на ногах.

– Задело? – встревоженно спросил он. Тася закатила глаза и, обмякнув, свалилась ему в объятия. Они оказались в мастерской с инструментами, Илья уложил девушку на столешницу верстака и стал еë осматривать.

Удар пришëлся под левую ключицу. Синяк размером с кулак окаймлял красный ожог как от кипятка. Пульс у неë был, дышала она ровно и Илья выдохнул, ожидая, что это обморок и через минуту она очнëтся. Прилив нежности накатил на мага. Тася была такой безмятежной и прекрасной в своëм спокойствии. Сверху доносился слышен шум разрушений. За дверью в коридоре тоже грохотало. Враг пытался сломать печать ведьмака. Илья легонько пошлëпал Тасю по щекам. Она не очнулась. Она приковывала взгляд и, кажется, никогда не была такой красивой как сейчас. Ведьмак положил руку Илье на плечо. Илья взглянул на него.

– Илья, ты похоже не понимаешь... – сказал он.

Илья не ответил, но ему очень не понравился тон ведьмака.

– Она умирает. – сказал ведьмак.

Илье захотелось ударить его в лицо за такие слова.

– Ты ведь чувствуешь как она прекрасна? – продолжал ведьмак.

Илья хотел крикнуть, чтобы он заткнулся. Мага пугала его настойчивая серьëзность.

– Так бывает когда ведьма умирает. – ведьмак посмотрел на девушку и маска скорби проступила сквозь суровые черты его лица – Ты никогда этого не видел. Я видел. Она умирает, Илья. Еë достало чем-то серьëзным. Она уже не очнëтся.

Илья похолодел. Он протëр лицо руками и снова взглянул на любимую. Она была совсем ни к месту в этом мрачном подвале. Она должна была лежать в тëплой и светлой постели, облитая золотом солнца, под любящим взглядом еë мужчины. Но она лежала здесь. Илья отрицал еë смерть, отрицал саму возможность еë смерти, но рассудок цинично и неумолимо наполнялся этой тяжëлой и холодной фразой "она уже не очнëтся".

Глава 11

Вскоре Тася перестала дышать.

Илья присел на табурет около стены. Он безучастно наблюдал как ведьмак снимает с шеи амулет и вкладывает его в руку Тасе. Как он открывает "потай" и прячет туда тело девушки. Как закрывается пространственный карман, пряча еë от глаз мага.

– Пойдëм. – голос ведьмака сломался. Он был такой же басовитый, но с каким-то дефектом, словно что-то в нëм надорвалось.

– Пойдëм. – снова сказал ведьмак, поднимая мага с табурета и ведя за собой.

Илья бежал через коридоры и комнаты, следуя за широкой спиной ведьмака, как за светом маяка – единственной связью с реальностью. Он не замечал шума, не замечал запаха плесени, пыли, смешавшейся с потом на его лице и шее и щипающих его через раны, ожоги и ссадины. Илья не заметил, как спина ведьмака превратилось в лицо.

– Очнись! – крикнули губы этого лица. Затем правая рука ведьмака пришла в движение и его огромный кулак стал увеличиваться, приближаясь.

Илья дëрнулся и, отшагнув вбок, твëрдой рукой отвëл удар в сторону.

– Я здесь. – сказал он.

Ведьмак присмотрелся к нему с недоверием, кивнул и, указав на коридор позади себя, объяснил:

– Там выход. Поднимемся и сразу в Навь.

Илья кивнул и последовал за пустившимся вверх по лестнице ведьмаком. Ступени привели их на небольшую площадку.

– Мы выйдем в конце участка, за огородом. – сказал ведьмак, остановившись у ржавой железной двери – Ударим с тыла, если, конечно они нас уже там не ждут. Готов?

В этот момент снаружи что-то громко хлопнуло и дверь с треском влетела внутрь, загребая с собой сначала ведьмака, а потом и Илью. Защита дома окончательно разрушена, понял он и сразу ушëл в Навь избежав катиться по ступенькам вместе с массивной дверью. Ведьмак сделал то же самое. Они упали, на дымчатые ступени, кувыркнулись и сумели остановиться раньше, чем в Навь пришли "трости" и атаковали их. Илья выругался, выставил защиту и принял первый удар. Их атаковали трое бойцов ордена. Ведьмак рычал рядом, избивая противника мощными заклинаниями. Одного он сумел достать чем-то зажигательным, второго ранил Илья, а третий подставился и упал замертво, поражëнный сразу несколькими заклинаниями обоих обороняющихся. Стало тихо и ведьмак, взбежав по ступеням, выглянул наружу. Илья осторожно послеловал за ним. Ведьмак, очевидно, не увидел ничего опасного и вышел на поверхность. Там его и повалил на землю чей-то мощный удар. Ведьмак кувыркнулся по белесо-дымчатой земле, вскочил на ноги и отбил два прилетевших в него подряд заклинания. Илья выскочил на поверхность, предварительно окутав себя самой сильной защитой, какую мог себе сейчас позволить и с хода атаковал фигуру, стоявшую метрах в тридцати от того места, где они вылезли из подвала. Фигура без труда отправила оба заклинания в сторону. Это был глава ордена. Вокруг них рассредоточилась масса молочно-белых силуэтов. Илья с удовольствием отметил, что бойцов, способных ходить в Навь у ордена, видимо, не осталось совсем. Намечалась тройная дуэль. Никто из простых бойцов уже не мог помешать этой дуэли, но выходить из Нави сейчас было бы очень не безопасно. Там бы его просто закидали шапками.

– Уходи! – сказал ведьмак.

– Пропустить такую войнушку? – возмутился Илья, подбирая трость одного из убитых орденцев, которая наполовину ушла в белесую дымку земли.

– Уходи! – рявкнул ведьмак. В него прилетел сгусток энергии и, разбившись о защиту, рассыпался искрами. Ведьмак поморщился и ответил Леонтию тем же.

– Уходи! – повторил ведьмак, взглянув в глаза Илье – Закончи с Буматом.

Лицо Ильи исказилось недовольством.

Леонтий атаковал их обоих. И атаковал мощно. Им пришлось уйти в оборону. Заклинания с огромной частотой жужжали и свистели в густом воздухе Нави. С переменным успехом им удавалось отбиваться и атаковать в ответ. Постепенно Илья вошëл во вкус. Он вспомнил былые времена, когда вот так же, с тростью в руках, он участвовал в смертельных схватках. Его одежда пропотела насквозь, у него болели ушибленный бок и плечо и зудели обожжëнные руки. Лицо саднило от старых порезов и новых ссадин. Он пыхтел как буйвол и смеялся как гиена, уворачиваясь от стремительных атак и упивался этим танцем со смертью. Ведьмак рассвирипел и в какой-то момент в нëм что-то изменилось. Энергия, исходившая от его ауры наполнилась мощью, он взревел и обрушился на Леонтия с таким натиском, что сразу же переломил ход поединка. Он превратился в берсерка, понял Илья. Входить в это состояние опасная затея. Не все выживают после такого. Однако, теперь Илья был ему не помощник в этой битве. Теперь можно было и правда уходить. Илья с досадой наблюдал за дракой двух гигантов с полминуты, а потом плюнул и побежал прочь. Леонтий наверняка видел это и хотел бы остановить мага, но отвлечься сейчас хоть на секунду означало погибнуть. Ведьмак не оставил выбора им обоим. У одного отнял противника, а другого связал боем.

Илья отдалился от разрушенного хозяйства ведьмака на почтенное расстояние, вышел из Нави и исчез в портале.

Он очень устал и чувствовал себя поршиво, однако, трость, которую он затрофеил дала ему энергию для дальнего перехода к стенам дома генерала Вознякова. Илья ушëл в Навь и прошествовал сквозь стены в помещение музея, где на днях произошла схватка с "тростями". Бумат светился среди других по-навьи бледно-дымчатых экспонатов. Илья вышел в Явный мир и взял Бумат с бархатной подушечки. В помещении заверещала сигнализация, а через секунду по углам появилось четверо человек в чëрных одеяниях и масках. Значит Леонтий не снял охрану. Очень предусмотрительно. Илья сунул артефакт в карман одновременно уйдя в Навь прежде чем "трости" нанесли удар. Но в Нави его ждало ещë четверо. Маг едва успел выставить защиту. С двух сторон по нему прошлись заклинаниями, словно четыре молотобойца ударили его по спине и бедру кувалдами. Он скрючился и бросил "вспышку" себе под ноги, крепко зажмурившись. Хлопок и маг кувыркнулся в сторону, акуурат между двумя бойцами. В Навь спустилась вторая четвëрка. Илья вышел из Нави, бросился к двери, предварительно швырнув в неë бронебойное заклинание, чтобы не тратить времени на открывание. Но заклинание ударилось в лакированную поверхность двери и разлетелось снопом искр. Опечатали! Илья бросился вбок и снова ушëл в Навь. Там его ожидаемо атаковали сразу трое. Ещë один ослеп и теперь стоял схватившись за лицо. Вторая четвëрка были в Яви. Обложили по-серьëзному, подумал маг, уводя летящие в него заклинания в сторону. Он сумел сбить их с толку, когда сманеврировал в сторону, однако они видели его из Нави и двое из них сумели попасть в цель. По телу снова прошлись кувалдами. Защита, которую питала трость, была добротной, но удары всë-таки ощущались очень болезненно. Илья вскрикнул. В Явном мире помещение опечатано, ему никак не выбраться, а драться с семерыми в таком состоянии бессмысленно. Их слишком много даже для его опыта. Внезапная мысль поразила его. Становиться берсерком он не умел, но нечто столь же опасное он сделать мог. Другого выхода он не видел, а времени на его поиски уже не было. Илья открыл портал и закатился в него.

Пользоваться порталами в Нави нельзя. Это знает каждый маг. Навь пронизывают Потоки так же как Явный мир, ими можно пользоваться, извлекая из них энергию для создания магии, но вот путешествовать вдоль Потока затея опасная, потому что непредсказуемая. Есть отличия в поведении Потоков у мира живых и мира мëртвых. Мало кто отваживался пользоваться порталом в Нави. Все упоминания о подобных выходках сводились к описанию гибели храбрецов. Шагая в портал, оттуда либо не возвращались, либо на выходе оказывались не живыми. Однако, Илья имел небольшую надежду выбраться из этой авантюры невредимым. Он надеялся на бесовскую часть крови, текущей в нëм. Ведь нечисть как-то перемещается в пространстве. Иногда она может исчезнуть и появиться в другом месте. Илья видел такое и подозревал, что это и есть способ, схожий с тем, что используют маги с порталами.

Переход не был мгновенным, как обычно. Он попал в какое-то пространство без пола и потолка. Вокруг него был тëмно-серый дымчатый туман. Он переливался тончайшими струйками, но был при этом плотным как жидкость. Он сдавливал тело со всех сторон. Запаха и вкуса туман не имел, Илья чувствовал лишь запах своего измождëнного тела. Он стоял некоторое время, прислушиваясь к ощущениям. Туман был прохладным и как будто глухо гудел, слегка подрагивая, словно каждая его частица имела собственную частоту вибрации. Илья попытался сделать шаг, но субстанция не желала так просто пропускать его через себя. Илья поднял руки и стал раздвигать перед собой клубы тумана, которые подавались с трудом, словно тяжелые портьеры. Каждый шаг отнимал у мага часть его последних сил. Энергия, заключëнная в трости быстро таяла, подпитывая истощëнный организм. Шло время. Илья медленно пробирался через вязкую гущу тумана. Он не знал куда, он просто шëл, тупо и упëрто повторяя уже привычные движения – повернувшись плечëм вперëд, он наваливался, раздвигая облакообразную массу и протискивался между клубами дымчатой материи, протыкая еë ногой, а затем втаскивая другую. Бесконечная серая густота. Маг не останавливаясь двигался сквозь вибрирующие тяжëлые клубы. Он смертельно устал, но отчего-то был уверен – остановись он хоть на минуту и больше никогда отсюда не выберется. Тупые одинаковые движения, повторëнные, кажется, бесконечное количество раз, заполнили всю его личность. Он стал этими движениями. Больше не было ничего. Ни единой мысли, только слабый пульсирующий сигнал откуда-то из глубины сознания: "Иди!".

Илья вошëл в комнату, сел в кресло, отëр лицо ладонью и посмотрел на Илью. Тот сидел на краю дивана в той самой позе, в которой застыл, когда понял, что Тася умерла.

– Однако, не вовремя ты сломался, – сказал Илья, – чтоб ты знал, она мне тоже нравилась.

Илья поднял на него взгляд.

– Что там? – спросил он.

– Там наш конец, – ответил Илья, – я выдохся. Давит, знаешь ли. Сжимает так, что ты как будто постепенно исчезаешь. Забавное ощущение. Рекомендую.

Илья промолчал.

– Знаешь, вся наша жизнь вот так прошла, – Илья уселся поудобнее, вытянув ноги, – то я за тобой говно разгребаю, то ты за мной. Весь наш путь – тупая череда неправильных поступков. С моими не согласен ты, с твоими я. Так мы и живëм в непрерывной борьбе. А может это и есть нормальная жизнь? Ни одного я не видел, кто живëт ровно по накатанной. Все живут наугад. Действуем из того, что имеем, а имеем то, что наделали. Я туда не вернусь, – Илья кивнул на дверь. – Не смогу. Оно меня высосало.

Илья молча слушал, потом встал и направился к двери. Проходя мимо Ильи, остановился, положил руку ему на плечо, похлопал, кивнул и вышел.

Тело прибавило ходу. Илья отчаянно протискивался, грëб, толкал проклятый туман. Он злился и ненавидел его серую безвкусную плоть. Прошло много времени. Тело снова истощилось и вошло в прежнюю унылую периодичность движений: плечо, нога, нога, плечо, нога, нога... Маг проваливался в забытие. Словно это не он шëл сквозь туман. Словно кто-то другой делал это, а может быть не делал вообще никто. Может быть ему всë это привиделось. А может и он сам никогда не существовал, а был и есть только этот серый туман, которому снятся сны о том, что через него пробирается какой-то маг. Нет. Нет! Кричал Илья, понимая, в какую ловушку заводят его предательские мысли. Он раздвигал клубы тумана и вонзал в них своë переставшее ощущать что-либо тело. Он закрыл глаза и двигался почти в обмороке, а потом, вдруг, плечо провалилось вперëд, не встретив препятствия и маг, не удержавшись на ногах, повалился, ударившись во что-то непривычно твëрдое.

Илья открыл глаза, было темно. Он понял, что лежит и перевернулся на спину. Зажëгся свет, ошпарив глаза яркостью. Маг зажмурился. Сил на то, чтобы поймать Поток и вынуть из него энергию для защиты просто не было.

– Илья? – послышался мужской голос.

– Серëжа, кто там? – добавился женский.

– Это Илья из издательства, – ответил мужской. – Вставай.

Мага взяли подмышки, он сел и открыл глаза.

– Как он зашëл? – спросила женщина.

– Я потом объясню тебе, – Сергей Тополь встревоженно осматривал окровавленное лицо мага.

– Дело есть, – обессиленно прошептал Илья.

– Серëжа, всë нормально? – голос женщины был испуганный и возмущëнный одновременно.

– Нормально, Лена, – ответил Сергей. – Я объясню, но потом. Помоги.

Они подняли Илью на ноги и повели в комнату.

– А ведь я не сюда открывал портал. – задумчиво произнëс Илья, развалившись в кресле.

– Я изменил точку выхода, – ответил Илья, закрывая за собой дверь.

Он проследовал к дивану и рухнул на него без сил.

– Разве так можно? – удивился Илья.

– В Яви нельзя, там всë мгновенно, – отозвался Илья. – А здесь у нас было полно времени.

Проснулся Илья через несколько часов. Он лежал одетым на диване в дорого обставленной гостиной. В окно заглядывал рассвет. Всë тело Ильи налилось тяжестью и болью.

– Ты как? – позвал его голос Сергея Тополя.

Илья повернул голову.

– Не очень, – ответил он.

– Есть будешь? – спросил Сергей. Он сидел в кресле с чашкой в руке.

– Чай. – ответил Илья.

Сергей поставил чашку на журнальный столик и вышел. Илья с трудом приподнялся и сел. Он вынул из кармана Бумат. Артефакт представлял собой правильный шестиугольник вроде пчелиной соты, помещавшийся на ладони. Он был толщиной сантиметров пять и был изготовлен из какого-то металла похожего на сталь. На лицевой поверхности была гравировка в виде прямых линий, соединяющих все углы шестиугольника и все середины его граней, из которых складывалась многолучевая звезда. Проточенные линии опускались по боковым граням артефакта и соединялись с такой же звездой на другой поверхности металлической соты. Это походило на шестиугольный тортик, разрезанный на двенадцать кусков.

Вернулся Сергей. Он поставил круглый поднос на столик и пододвинул его к дивану, на котором сидел маг, а сам взял свою чашку и вернулся в кресло. Илья положил Бумат на столик, закинул три ложки сахара в свою кружку и стал медленно помешивать.

– Какое у тебя ко мне дело? – Нарушил молчание Сергей.

– Помнишь тот крест? – спросил Илья. Он поднëс трясущимися руками кружку к губам и отхлебнул горячего напитка, почувствовав как ему сразу же стало лучше. – Мы называем такие вещи артефактами, – продолжил он и кивнул на Бумат. – Это тоже артефакт. В том кресте был заточëн демон. А в этом заточено нечто пострашнее. То, что ты видел тогда, всë, что я делал, так называемая магия, всë это возможно если ты можешь использовать Потоки. Потоки пронизывают всë пространство. Их бесконечно много, они везде, – Илья потрогал воздух возле себя, как будто играл с лучиком света. – Мы ловим их и используем их энергию для создания того, что называют магией.

Илья отпил ещë чая.

– Этот артефакт называется Бумат, – он посмотрел на металлическую соту на столике. – Тот, кто им владеет, может запретить любому использовать Потоки. Другими словами он может заблокировать возможность совершать магию. Представь, что будет, если Бумат попадëт в руки к тому, кто захочет власти. Сейчас в мире магии всë примерно так же как в мире без магии – хрупкое равновесие, баланс сил. Но прикинь, если бы какая-нибудь из стран имела ничем не перешибаемый аргумент, безупречный рычаг давления?

Сергей слушал молча.

– Если такой рычаг попадëт кому-то из магов в руки, будет очень плохо.

– Он у тебя в руках, – кивнул на столик Сергей. – Это плохо?

– Я не могу им воспользоваться, – устало ответил Илья. – Им может пользоваться только тот, кому его передали добровольно.

– Тебе он достался не добровольно, как я вижу, – Сергей посмотрел на убогий вид мага, побитого, ободранного, в подтëках запëкшейся крови.

– Пришлось отбить его у одного психа, – согласился Илья. – Для меня он бесполезен и я отдаю его тебе.

– А мне он зачем? – удивился Сергей. – Чтобы псих пришëл за ним ко мне?

– Нет, чтобы воспользоваться им, – ответил Илья.

– Я же не умею...колдовать, – ещë сильнее удивился Сергей.

– Есть один способ, – заверил его маг.

Воцарилось молчание.

– Я ведь могу отдать его тебе обратно, – вдруг, оживился Сергей – И он будет твой добровольно.

– Нет, не сработает. Его так не обманешь. В этом и сложность его применения. Если бы можно было заказать его вору, а потом выкупить, формально получая его добровольно, то мир давно погрузился бы в хаос. Бумат будет знать о намерении того, кто хотел через такую многоходовку завладеть им и не подчинится.

– Ну хорошо, а что ты хочешь, чтобы я сделал? Лишил того психа магии?

– Всех психов, – ответил Илья, ставя пустую кружку на столик.

– И как я узнаю кто псих, а кто не псих?

– Никак.

Сергей надолго замолчал, а потом спросил:

– Ты хочешь, чтобы я лишил магии вообще всех?

– Я не хочу, – ответил Илья. – Ты можешь это сделать, если сам захочешь. Я бы поступил именно так.

– Но ты ведь сам лишишься доступа к этим Потокам, – Сергей повторил движение Ильи, играя пальцами в воздухе.

Маг пожал плечами.

– Тебе решать, – сказал он. – Просто вспомни, что наделал крест. Я со своей стороны могу тебя заверить – без магии мир ничего особо не потеряет. Ты вот жил и не знал о том, что кто-то умеет колдовать. А узнал об этом таким образом, который принëс тебе только горе. Не знаю, может быть способность пользоваться Потоками и неспроста появилась у людей, но она ничего в сущности не решает. Только добавляет некоторой сложности в процессы общественного развития. Но это не фундаментальная вещь. Люди прекрасно живут без всяких Потоков. Зато у магов есть огромное количество возможностей совершать зло. Ты в этом убедился сам.

Сергей был мрачен. Он молчал, глядя на Илью и прикидывая что-то про себя.

– Хорошо, – сказал он некоторое время спустя. – Что нужно делать?

– Возьми его в руки, – Илья передал Сергею артефакт. – А я кое-что сделаю.

Маг поймал Поток и зашептал древние слова. Он ни разу не использовал этот метод. Он нашëл его подробное описание в одном из бесчисленных источников древности, которые изучал многие и многие годы. Не каждый человек мог видеть и использовать Потоки. По какому принципу эта способность распределялась среди людей никто не знал, однако, этот метод позволял на некоторое время дать возможность любому живущему пользоваться Потоками. Илья проделал все необходимые манипуляции ритуала, затем пропустил заговорëнную энергию Потока через Сергея, открывая его внутренний глаз. Тот встрепенулся на своем кресле. Он увидел тысячи, светящихся бледным белым светом, волокон разной толщины и направления, проходящих сквозь пространство вокруг, они заполняли всю комнату и всë небо за окном.

– Господи... – пробормотал он. – Это и есть Потоки?

Илья кивнул.

– И что теперь? Как им управлять?

– Не знаю. Наверное нужно пожелать. В основном артефакты, да и вся магия совершается усилием воли.

Сергей замолчал, сосредоточившись на Бумате. Металлическая сота в его руках светилась каким-то внутренним светом, создающим ореол вокруг себя. Огромная мощь чувствовалась в нëм.

– Как там было? – Нервно улыбнулся Сергей, глянув на Илью. – Счастья всем, даром, и пусть никто не уйдëт обиженным?

Илья улыбнулся в ответ.

– Такое бывает только в хороших книжках, – сказал он и почувствовал, как что-то в нëм изменилось. Потоки стали тускнеть и очень быстро исчезли. Илья попытался их снова увидеть, но не смог. Ему стало жутко. Его внутренний глаз закрылся навсегда.

– Не слишком ли большая цена за одну ведьму? – Услышал он внутренний голос.

– В самый раз, – ответил Илья и засмеялся.