Сны, словно прощальные письма

Глава 1. О смерти теорий нет

Вечер, ночь — тогда есть силы,

Силы жить и повторять:

Пусть я не вижу, звёзды живы,

А значит, я могу мечтать.

—Держи дверь!

Зомби буквально вгрызались в гнилые доски, а парни не только не успевали заделывать эти дырки, но и совсем отчаялись делать это. Они находились в каком-то сарае с инструментами. Зомби их окружили, и напарник Артена уже совсем было сдался и слушался своего брата только потому, что не хотел в последние мгновенья своей жизни сидеть, опустив руки и не веря в собственное будущее. Артен прекрасно его понимал, но от этого не становилось легче. Рано или поздно эти мерзкие чудовища проникнут сюда и братьям лучше умереть, чем становиться такими же, как они. Но чёрт! Как же не хочется умирать! Но, разумеется, надежда была. Она всегда есть, даже сейчас. Спасатели должны были находиться совсем недалеко!

Ужасный скрежет доносился отовсюду, братья уже не успевали вилами отваживать зомби от их убежища.

—Артен… — тот тут же повернулся к брату, — давай просто присядем… я больше не могу. Не хочу. Будь, что будет!

—Что ты творишь, Кирис!? — воскликнул парень, видя, как брат уже сел на землю, — они же сейчас прорвутся!

Кирис улыбнулся и с края его улыбки тут же стекла капля крови. Артен в ужасе пригляделся и заметил у брата рану на животе. И как же он раньше этого не заметил?!

—О нет…

Парень резко опустился. Грохот повсюду только нарастал, а глаза брата становились темнее от отчаяния и заразы. «Точно не выберемся» — осознал Артен.

Дверь не выдержала и сорвалась с петель. Помещение тут же наполнилось омерзительным воем.

*

*

*

Парень открыл глаза. Порядок. Полнейший порядок. Именно так: сердце билось спокойно. Дело в том, что он уже давно привык к таким снам, ведь они снились ему каждую ночь. Правда, не в каждом принимали участие зомби, обычно всё происходило совсем банально: упал с крыши, сбила машина, отравился чем-то. Прошлой зимой его загрыз медведь-шатун, а однажды даже разрезало на куски винтом вертолёта. Собственно, над ним он оказался, потому что его столкнули с крыши. Опять-таки.

—Что ж.

Он постарался произнести эти слова иронично. Так начиналось каждое его утро. Вот сейчас уже, например, пора идти в школу. Точно, через пару минут в комнату зайдёт мама, чтобы разбудить и снова удивится, что он проснулся раньше.

—Артен!

*

*

*

В школе юноша встретился с другом.

—Что приснилось сегодня? — спросил он, здороваясь.

—Зомби.

—Ух ты, хоть какое-то разнообразие, — сказал Дирек, — хотя, кажется, они снились тебе на прошлой неделе?

—Не, там были довольно кровожадные психопаты.

—А, точно.

Ничего нового от этого дня Артен больше не ждал, поэтому идею отсидеть все уроки он отмёл с самого начала. Действительно, ну кому нужна эта ваша физика?

Дома мамы не оказалось: как всегда на работе.

Комната Артена представляла собой «абсолютный бардак», как постоянно называла его мама. Она много раз хотела здесь прибраться, но разве парень позволит притрагиваться к его творческому беспорядку? В конце концов, она перестала настаивать, лишь изредка намекая на мусорное ведро, в которую по её мнению стоило бы переместить большую часть вещей непослушного подростка. Но всё-таки, сколько же можно упрекать в беспорядке человека, который всегда избавляется от пыли и грязи, оставляя только необходимые вещи? Да, пожалуй, различные блокноты с записями его снов, рисунки, а также барахло в виде одежды, книг и проводов, которые он сдавал на медь действительно создавали ощущение беспорядка. Но Артену было комфортно.

—Где же он… — тихо произнёс парень, отыскивая в своих ящиках свежий блокнот. Ему нужно записать свой сон, пусть он даже и не знал зачем. Он ведь помнил все свои видения, все до единого! Забыть столько смертей, как ему казалось, было нельзя.

Наконец найдя нужную вещь, парень принялся всё подробно расписывать. «Погоня в лесу… Обследование подвалов… Последнее убежище…». Самой яркой деталью во сне всегда являлась смерть, поэтому чем дальше событие было от неё, тем сложнее Артену было его вспомнить.

Закинув блокнот обратно в ящик, парень плюхнулся на кровать. Он уже устал думать, почему это происходит. Почему он умирает в каждом сне?! Ну ладно, допустим, это связано с психикой, но тогда как объяснить реалистичность сна? Все, кого Артен спрашивал об этом, отвечали, что они вообще сны редко видят и ещё реже запоминают.

Ему нравилась теория о том, что сны являются окном в параллельную вселенную, что через сны мы видим себя в другом мире. Вот только все Артены во всех вселенных похоже решили вымереть. В особо тяжёлые дни парень даже мимолётом думал о том, чтобы поскорее это случилось, может быть, тогда ему прекратят сниться сны.

Сегодня во сне ему снился брат… Но его у Артена нет. Есть только мама и старший брат, который давно ушёл из дома и скрывался неведомо где. Мама же пыталась как-то выжить в этом мире, поэтому постоянно работала. Понятное дело, денег хватало не на всё, тем более на психолога. Именно поэтому Артен старался не тревожить свою мать этими снами, а она, будучи всегда занятая, не успевала понять, что к чему. Впрочем, сам Артен тоже понимал далеко не всё…

*

*

*

За счёт того, что мама с работы приходила поздно и сразу же ложилась спать, Артену всегда выпадала возможность свободно погулять по ночному городу. Возможно, было глупо переносить время своего сна, но это уже вошло в привычку, а посему менять это незачем.

Он попытался разглядеть в небе Луну, но та была либо спрятана за одной из высоток, либо банально не видна из-за туч. Осень уже давно вступила в свои права, поэтому на улице было довольно холодно. Изо рта клубами вырывался пар, особенно заметный в оранжевом свете фонарей. Но стоило лишь завернуть в какой-нибудь переулок, как вся магия вечернего города бесследно пропадала. Артена плотно окутала тьма, и только взобравшись на какой-нибудь холм можно было увидеть за окружавшими тёмными стенами гаражей яркие квадраты окон. Да, возможно, это не самый удачный вид на ночной город, но разве есть много вариантов? Ночью можно гулять по пустынным улицам, встречая редких прохожих и вздрагивая иногда от внезапного шума двигателя проезжающего автомобиля, можно залезть на крышу заброшки на окраине города и наблюдать за вечерними огнями оттуда, а можно просто пройтись по пустым коридорам неспящего торгового центра. Но всё это давно наскучило, впрочем, как наскучили Артену и бессмысленные прогулки в тёмных и никому неизвестных закоулках. Но сегодня парень и не собирался задерживаться, ведь в этот раз стоит выспаться из-за предстоящей контрольной работы в школе.

«Зимой так просто погулять не получится» — понял Артен, в очередной раз потирая руки, чтобы согреться. Неужели осенняя депрессия? Как же надоело это всё…

Дальнейшее парень пытался описать себе всю жизнь. Под ногами неожиданно ничего не оказалось, и, отчаянно размахивая руками, Артен полетел вниз. Удар, снова удар… Жёсткое приземление. Резкая боль, стремительно утихающая вместе с сознанием. Последние мысли улетали в тёмное ночное небо… О звёздах, которых не видно.

Глава 2. Совпадение вселенского масштаба

Почему я не такой же?

Почему же я другой?

Я знаю — многое возможно,

Невозможен лишь покой.

—Очнулся? Отлично…

Голос Артену был незнаком, но и не нужно было быть гением, чтобы понять, кто задал вопрос. Парень находился в медицинской палате, голова его была обмотана бинтом, а у кровати что-то записывал на бумажке доктор. Всё это Артен увидел, когда открыл глаза. Сделать это было нелегко, да и свет на несколько секунд ослепил парня, но ему хотелось поскорее убедиться, что с мамой всё было в порядке. Страшно было представить, как она перепугалась, когда узнала, что произошло. «А что, собственно, произошло?» — задал вопрос Артен, и уже через секунду понял, что проговорил его про себя. Что ж, это неудивительно, ведь голова просто раскалывалась.

—Что… Что произошло? — с трудом проговорил он.

—Ты сильно стукнулся головой. Настолько сильно, что умер бы, если бы тебя вовремя не обнаружили в какой-то яме… Подробностей не припомню, но, кажется, тебя сюда притащил парень твоего возраста, молчаливый такой, сразу приказал отправить тебя в операционную, — задумчиво проговорил доктор, — впрочем, остального тебе знать пока и не нужно, незачем напрягать больную голову. Между прочим, трещина! Лучше отдыхай.

«Офигеть, я теперь буду ходить с трещиной в башке?» — вяло подумал Артен, прикрывая глаза.

*

*

*

—Свежий воздух, всё такое… Да и перед контрольной мозги неплохо было бы проветрить…

—Вот как? Теперь-то уж точно проветришь, с трещиной-то в голове! — воскликнула мама, затем попыталась спокойно вздохнуть и продолжила, — ты её всё равно пропустил, это уже и не важно. Придётся тебе пока полежать тут, а мне в школе ещё объясняться…

—Да ладно тебе, — смущённо проговорил Артен, — кстати, а сколько мне ещё здесь лежать? У меня голова уже почти не болит.

—Врач говорит, что никак не меньше трёх недель. Двух, в лучшем случае.

—Что?!

Парень вздохнул. Три недели безделья… Хотя нет, наверняка придётся выполнять домашние задания. Но от этого только хуже!

—Ну хорошо, — мама поднялась со стула около кровати, — я тебя буду навещать, а пока не умудрись как-нибудь опять напортачить.

—Постараюсь, — кивнул парень с облегчением. Он предполагал, что разговор с матерью выйдет гораздо тяжелее.

Она лишь покачала головой в ответ и вышла. Было очевидно, что ей хотелось остаться с сыном, но пора было идти на работу.

Буквально через минуту в палату вошёл доктор и сообщил о новом посетителе. «Неужели Дирек удосужился заглянуть?» — удивился Артен.

—Ну привет.

Пара мгновений, но в них уместились десяток морганий, сотня мыслей и тысяча эмоций. Перед Артеном стоял не просто похожий на него человек, перед ним стоял… Он сам! Те же тёмно-каштановые волосы, вечно спадающие на лоб, и зелёные глаза, те же выразительные брови и острый подбородок!

Может быть, всё-таки совпадение?

—Кто ты? — вместо приветствия ляпнул Артен.

—Зависит от того, как резко ты хочешь оторвать этот пластырь.

На секунду Артен засомневался. Что вообще происходит, и сможет ли он лучше во всём разобраться, если решит всё узнать резко и без всяких смягчающих слов?

—Максимально резко.

—Я бы тоже выбрал это, — улыбнулся незнакомец.

Он подошёл ближе и достал откуда-то небольшой лист. Артен взял протянутый рисунок и увидел на нём… Себя? Тут карандашом было запечатлено падение парня в огромную чёрную яму, которую он тогда в абсолютной темноте не увидел. Всё настолько было проработано в этом изображении и учтены все детали, о которых даже не догадывался Артен, что он даже представил, как незнакомец стоял и смотрел на всё это со стороны. Теперь осталось выяснить, с какой конкретно стороны…

—Ты был там?

Казалось, двойник на секунду задумался.

—Не думаю. Хотя можно и так сказать, — пожал он плечами, — да ты и сам понимаешь, как я об этом узнал.

—Не пон…

—Догадываешься, — резко перебил двойник.

Артен и правда догадывался. Но просто не мог поверить, что тот намекает именно на это.

—Докажи.

—Позже. Пока расскажу, что к чему, а потом решишь, верить мне или нет.

—Договор, — неуверенно кивнул юноша.

—Начнём с того, что меня зовут Артен, — начал он и, несмотря на скептический взгляд собеседника, продолжил, — и это именно я спас тебя той ночью.

—Ты? — сказал парень, впрочем, уже знавший, что это так. А кто же ещё?

—Ну а как меня, по-твоему, вообще сюда пустили? Так, теперь перейдём к более сложной теме…

—Ну давай, — сглотнул Артен.

—Я уверен, ты часто обдумываешь теорию о других мирах и снах, которые являются окнами в них… Каждый Артен в каждой вселенной думал об этом. И я хочу, чтобы ты был полностью уверен — это правда. И обычно она является лишь гипотезой, которую никто не может проверить… точнее, не мог. Потому что так было до того, как в каждом мире родился ребёнок, который оказался настолько чувствительным к другим мирам, что сны буквально переносили его в сознание своего двойника из другой вселенной. И если ему везёт родиться в плюс-минус прогрессивном мире, где уже изобрели телепортацию, то он сможет путешествовать по своим снам.

—Как ты.

—Точно.

—Но тогда почему же все Артены, которые мне снились, умирали?

—Чувствительность имеет и обратную сторону: в конце концов все умирают… — сказал двойник и продолжил, стараясь не обращать внимания на чуть вытянувшееся лицо Артена, — именно поэтому я вдвойне везунчик, потому что дожил до того момента, когда всё понял и решил попытаться влезть в эту нескончаемую цепочку смертей.

—А что?..

—Что касается тебя, то твоя смерть уже позади. Ты должен был умереть той ночью.

—Фух… — с облегчением выдохнул Артен, но его двойник в сомнении покачал головой.

—Я не уверен, что с тобой будет дальше. На самом деле, я вообще без понятия. Возможно, я просто дал тебе немного лишнего времени…

Пару минут они провели молча. Артен из этого мира смотрел в окно и всё тщательно обдумывал, а Артен из другого мира — копался в каком-то маленьком устройстве.

—А как же ты? — резко произнёс первый, — ты сказал, что тебе повезло дожить до этого момента, как ты это сделал?

—Никак, — спокойно ответил второй, — просто повезло. Понимаешь, мой час смерти ещё не наступил. Как раз хотел об этом сказать. Я наверняка умру, но не знаю, когда. Именно поэтому мне и нужна твоя помощь.

Артен этого ожидал. Но и помочь был не против, на кону не только его жизнь… Хотя в этом случае, похоже, только его.

—Нужно узнать, что это за особая чувствительность к другим мирам. Для начала просто пытаться пробовать спасти как можно больше Артенов и подключить их к работе. Если та моя ночная вылазка не окажется напрасной, и ты… хм, останешься жив, можно пробовать спасать так остальных.

—А если нет?

Тот лишь пожал плечами.

—Ты первый, с кем мне удалось провернуть этот трюк. Скажу тебе честно, я так рад, что мне это удалось! Я ведь совсем отчаялся, начал думать, что против судьбы не попрёшь!

А ведь этот пришелец из другой вселенной точно такой же подросток, как и сам Артен. Смог ли он продвинуться настолько же, насколько продвинулся в спасении остальных его двойник? Смог бы не сдаться? Было видно, что пришельцу это стоило огромного труда — вид серьёзней человеческое лицо изобразить просто-напросто не могло.

—Согласен.

—Иного и не думал услышать, — впервые улыбнулся Артен-2.

Неожиданно дверь приоткрылась и в палату заглянул врач.

—Мальчик мой, тебе нужно отдыхать, с братом своим позже пообщаешься, — заявил он лежащему Артену.

—Ещё минуту, — попросил тот, и доктор, закатив глаза, захлопнул дверь.

—Что ж, братишка, похоже пришло время доказательств, — произнёс второй Артен, наконец перестав копаться в этом маленьком устройстве.

—Я уже верю…

—А я всё-таки продемонстрирую. Поверь, тебе это будет интересно, — подмигнул двойник, — смотри внимательно… Кстати, жди от меня на день рождения подарочек!

«Откуда он знает, что у меня скоро день рождения? Ох, чёрт, какая же глупая мысль, ведь он — это я!».

—Какой подарочек? — успел произнести Артен, прежде чем его двойник исчез. Это было похоже на выключение очень старого телевизора, когда в одно мгновение всё изображение превращается в точку, та растворяется, будто и не существовала, либо была слишком мала, чтобы её увидеть. Но она всегда оставляла после себя чёрный экран. Этот пришелец не оставил после себя абсолютно ничего. Разве что обещание…

Глава 3. Другая жизнь

Глаза мои неяркие

Светиться перестали.

Но знаю я, что всё-таки —

То не моя вина.

Ведь все такими стали,

Не видят ни черта.

—С днём рож-день-я! — крикнули все: мама, Дирек, Рослин (ещё один друг со школы) и дядя Кепе, родной дядя по отцовской линии.

Так рано — спустя две недели — Артена выписали из больницы просто чудом. Сегодня утром маме с огромным трудом удалось убедить слишком заботливого доктора, который до последнего выступал за постельный режим ещё хотя бы на неделю. Но день рождения был уже сегодня, 25 октября! Так что, в конце концов, врачу пришлось уступить.

—С днём рож-день-я!! — крикнули все во второй раз.

Артен этого дня ждал очень сильно, ведь его двойник из параллельной вселенной обещал что-то передать ему сегодня, какую-то важную вещь.

—С днём рож-день-я!!!

Парень задул все свечи на торте и все восторженно его поддержали. Сегодня был чудесный день! Всё-таки ему исполнялось восемнадцать. Но и очень странный… Этой ночью ему не снились сны, а этого не происходило уже восемь лет! Это одновременно радовало и настораживало. Может быть, всё это прекратилось, и ему не придётся пытаться всем помочь? Возможно, его спасение помогло избавиться от этой межвселеннской чувствительности, как называл её другой Артен.

—Ну что, пойдём сыграем в настольную игру? — отвлёк его от мыслей Дирек. Именно он подарил её другу на день рождения.

—Уже не терпится? — ухмыльнулся Рослин.

Дирек даже не ответил, зажевав нетерпение куском торта. Глядя на непутёвых друзей, Артен снова улыбнулся. Всё будет хорошо.

*

*

*

У их троицы давно была такая традиция — после каждого дня рождения провожать друг друга до дома. Разумеется, делать это должен именинник.

Было уже совсем темно. На небе стали появляться первые звёзды. Каждая из них словно олицетворяла две противоположные друг другу вещи: новый необъятный мир, недостижимый, но прекрасный, и маленькую холодную точку, иногда служащую путеводителем, но в большинстве случаев используемую как повод помечтать.

Луна. Белый диск был едва различим за невидимыми ночными облаками. Артен слишком часто мучил себя размышлениями, и, возможно, именно поэтому при ходьбе он всегда смотрел себе под ноги и не замечал ничего вокруг. Но этот день отличался от других, потому парень смотрел вверх, на звёзды. Да, может они и недостижимы, но это не имеет значения, если тебе к ним и не нужно, верно? А просто любоваться ими может любой…

*

*

*

Наконец зайдя к себе в комнату и включив в ней свет, Артен заметил на постели свёрток. Он и не сомневался, что это тот самый «подарочек» от двойника. Торопливо избавившись от подарочной бумаги, и предварительно убедившись, что в коробке что-то есть — посредством встряхивания её же — юноша открыл подарок.

«Боже, что это?» — была первая мысль Артена. В коробке лежало какое-то серое металлическое устройство, формой и размерами напоминающее простой MP3-плеер. Затем до него дошло, что, скорее всего, это и есть тот телепортатор из другой вселенной, о котором говорил его двойник. «Да, точно, он держал в руке такой же» — вспомнил парень. Неужели Артен номер два решил вот так просто подарить эту вещь абсолютно незнакомому человеку? «Хотя тут, похоже, всё дело только в том, насколько он доверяет себе» — ухмыльнулся про себя парень. Только после тщательного осмотра странного устройства Артен заметил на дне коробки письмо. «Он же вроде из мира будущего, разве он не должен пользоваться более современными способами передачи информации?».

«Привет, Артен, и с днём рождения! Это устройство, как ты, возможно, уже догадался, называется телепортатором. Для обычного человека оно служит только для перемещения в пространстве только своего мира. Он представляет себе место, куда ему нужно (либо забивает координаты, что обычно не делают из-за некоторых сложностей) и перемещается. Артены достаточно ясно видят сны, чтобы использовать телепортатор для перемещения в них. Делать это нужно сразу же после пробуждения, когда отпечаток сна ещё на тебе. И помни: ты притягиваешься только к своему миру, то есть из любой вселенной ты можешь переместиться в свою без всяких проблем. Но чтобы возвратиться в чужой, — например, мне нужно оказаться в твоём мире, хотя я здесь уже и побывал — нужно прихватить из этого мира любую вещь. Она тоже будет притягиваться к родному измерению и прихватит тебя с собой. Что-нибудь небольшое, чтобы не мешало. Теперь объясню, как им пользоваться, это совсем не сложно. Панель ввода координат тебе не пригодится, не вздумай там ничего трогать! Ты должен нажать на самую большую кнопку посередине, затем тщательно представить место из своего сна и нажать на кнопку с боку. Если всё сделаешь правильно, то тут же окажешься в совершенно другом мире. Советую испробовать устройство как можно скорее, первое путешествие откладывать не стоит».

Что?! То есть он должен переместиться один непонятно куда? А если этот мир окажется совсем не дружелюбный? Стоило только вспомнить, что творилось в его снах, Артену становилось не по себе. Хотя… Сегодня даже не понятно, приснится ли ему что-то! Юноша снова опустил глаза на письмо:

«P.S. Серьёзно, переместись в свой сон сегодня же!»

Парень лишь судорожно вздохнул.

*

*

*

—Артен!

Парень с трудом приоткрыл глаза. Неужели утро?

—Сын, ты проснулся? — в комнату зашёл отец, как всегда бодрый и весёлый. Он в шутку потормошил Артена, и оба они рассмеялись.

—Пап, мне вообще-то уже восемнадцать!

—А мне тридцать пять. У меня всё ещё преимущество! — сказал он, посмеиваясь, и вышел из комнаты. Артен на секунду закрыл глаза. Да, отец каждое утро буквально выкрадывал его из лап депрессии, ведь ничто так не омрачает день, как очередная смерть во сне.

—Эй! — воскликнул Артен за завтраком. Кирис, гогоча во всё горло, удирал с его книгой.

—Артен, за столом либо читают, либо едят, — улыбнулась мама.

—Ладно, но книгу мне всё равно надо вернуть, — ответил парень.

Спустя некоторое время ему всё-таки удалось выловить брата в коридоре. На этом игра и закончилась. Такие забеги часто устраивались в этом доме: сначала Артен играл со старшим братом, который теперь учился в вузе, потом с младшим.

—Мам, — сказал Артен уже на пороге, — сегодня буду поздно: с друзьями хотел погулять.

—Хорошо, но ты же помнишь, что к девяти должен быть дома?

—Конечно, — улыбнулся парень.

*

*

*

—Сколько сейчас?

Росёлан посмотрел на часы.

—Почти девять.

—Оу, тогда всё, пацаны, мне домой надо, — произнёс Артен.

Друзья переглянулись. Для них было непривычно возвращаться домой так рано, хотя темнота давно опустилась на землю. Но гулять вдвоём им, похоже, не очень-то и хотелось, так что по старой традиции они начали провожать друг друга до дома. Ближе всех жил Дирек, поэтому они направились в сторону его «убежища на ночь», как тот в шутку называл свой дом.

Гуляли они всегда весело, поэтому и были лучшими друзьями. Сегодня им где только не удалось побывать, хотя, казалось, все заброшки и таинственные уголки в глубине городского парка, плавно переходящего в лес, были давно изучены.

—Ну, бывай, — одновременно произнесли Артен и Рослин.

—Пока, — ответил Дирек и скрылся в подъезде.

Дальнейший путь два друга пытались поддержать разговор, но Артен постоянно отвлекался на звуки. Почему размеренный, но тихий щебет птиц, доносившийся словно из ниоткуда, стал для него столь важным? Или постоянный гул автомобилей? Парень вздрогнул, когда услышал позади голос.

—Эй, парниши! Курить есть?

Хриплый голос принадлежал мужчине, похожему на повзрослевшего, но ничему не научившегося гопника. Позади него оказался точно такой же, только лысый.

—Вот оно, — понял Артен. Он не собирался произносить это вслух, но так вышло, что понимание пришло только сейчас. Всю свою жизнь он не думал о своих снах, утопая в радостях дня, воспоминания обо всех тех смертях стирались под натиском приятных воспоминаний из реальной жизни.

Да, это реальная жизнь. Но, может быть, реальными были и все те смерти…

Дальше всё произошло слишком стремительно. Вероятно, Рослин понял, что просто так сбежать у них не получится, ведь перед ними появился третий член этой банды, перекрывая последний путь к отступлению: с трёх сторон подростков окружали «гопники», а с четвёртой — стена дома. Рослин давно занимался единоборством, поэтому кинулся сразу же на самого главного. Но единоборство называется единоборством только если в битве принимают участие двое. Здесь же исход был ясен. Друга Артена оглушили и откинули в сторону, решив, похоже, обчистить потом. Но парень услышал, что друг тихо застонал, значит, ещё есть надежда на более равный бой.

Всё это время Артен не мог сдвинуться с места. Ведь именно в этот момент его накрыло волной мыслей. С огромным трудом он встряхнулся и огляделся. Впрочем, зря он это сделал, потому что в эту секунду кулак врага рассёк ему скулу. Юноша свалился на землю и застонал: вероятно, стоило больше заниматься физкультурой. Неожиданно парень присмотрелся и обнаружил на земле небольшой осколок. Похоже, не так давно какие-то бомжи здесь разбили стеклянную бутылку. Четыре руки схватили Артена за куртку, но прежде чем они подняли его, парень успел прихватить с собой осколок. Подняв несносного подростка на уровень лица, главный бандит прищурился и грозно произнёс:

—Ну-ка, что интересного ты прячешь?.. Ааааа! — это стекло рассекло ему щёку, сразу брызнула кровь, а Артен снова грохнулся на землю. Он осмотрел свою ладонь: она была в крови, но не только врага, но и его. Похоже, Артен случайно и себя порезал. Не обращая внимания на резкую боль, он на четвереньках попытался отползти от злодеев.

—А куда это ты собрался? — ухмыльнулся третий гопник. И парень почувствовал удар под дых. Задыхаясь от боли, он перевернулся на спину.

—Ах ты щенок! — проревел главный, — сейчас ты у меня получишь!

Послышался щелчок. Но Артен не услышал его из-за перекрывающей весь шум боли. Краем глаза он посмотрел на Рослина, но того не оказалось на месте. «Где же он?».

Удар. Боль. Отчаяние. Крик. Крик! Последний…

«Он не мог меня бросить… Он же мой друг…». Эта мысль затухала с каждым новым ударом, и под конец Артен уже не чувствовал боли.

*

*

*

С судорожным вздохом проснулся Артен из другой вселенной. В ужасе оглядев комнату, он остановил свой взгляд на совсем недавно подаренном устройстве. Спустя секунду оно оказалось в его руке…

Глава 4. Кровь на снегу

Об одном я всегда буду помнить:

О том, что краски-то есть,

Проблема в том, что раскрасить

Можно саму только кисть.

Честно говоря, Артен своё перемещение в другой мир представлял совершенно иначе. Ему казалось, что оно получится куда более болезненным. Ведь это его первый раз! К счастью, пронесло. После нажатия на вторую кнопку, парень почувствовал лёгкое головокружение и услышал глухой хлопок.

Прикрыв глаза буквально на секунду, Артен и сам не понял, как оказался в каком-то тёмном переулке. В растерянности он огляделся, но взгляду не за что было зацепиться. Обычный ночной город. Напряжение внутри Артена нарастало, поэтому, не раздумывая, он направился наугад.

Со временем он начинал понимать, что просто теряет время. Его двойник из этого мира истекает кровью, и, возможно, уже умер! Артен перешёл на бег. Отчаянно выдыхая клубы пара, он сворачивал с одного тёмного переулка на другой и, в конце концов, оказался на более широкой улице. Смутно припоминая что-то из сна, парень двинулся по ней. Он был совсем рядом! Но сколько времени Артен потратил, петляя по каким-то закоулкам? Почему он вообще оказался именно там? Почему бы телепорту не переместить его прямиком к двойнику?

Артен увидел знакомый двор спустя минуту. Неподвижное тело на тонком слое снега, местами окрасившегося в красный, лежало у стены дома. Парень в отчаянии упал на колени рядом и растерянно огляделся. «Не успел!» — подумал он. Факт очевидный, но в него просто не хотелось верить.

—Внучок, ты чегойто на снегу-то сидишь? — донёсся совсем рядом старушечий голос.

Парень испуганно вздрогнул. Его ведь могут не так понять, он к этому миру вообще отношения не имеет… Теперь не имеет.

Он резко встал и стал отходить в сторону, ближе к тёмным переулкам, где можно безопасно скрыться и телепортироваться в свой мир. Но стоило ему сделать ещё пару шагов, как старушка заметила тело.

—Убили… Убили!

Кажется, она кричала Артену «стой!» и «убийца!», но парень со всех ног бежал всё дальше от места преступления.

Пошёл снег. Пушистыми хлопьями он ложился на землю, облепляя собой всё, что только можно. Снежинки в полёте искрились, отражая свет фонарей, и теперь город не казался таким же тёмным, как прежде. «Наверное, того Артена уже и не видно под этим снегом» — подумал он. Артен не мог перестать представлять, как волнуются родители этого простого с виду парня, как ужаснутся они чуть позже, когда узнают, что случилось. Дирек и Рослин теперь будут дружить вдвоём, и оттого, что один из них предатель, становилось неудобно. Может быть, стоит всё рассказать хотя бы Диреку? Глупая мысль, друг же потом сойдёт с ума. Так поступать нельзя.

Неожиданно Артен заметил впереди знакомый силуэт. «Или можно…» — задумчиво продолжил мысль он.

—Погоди! — крикнул парень и поспешил догнать старого друга. Когда тот удивлённо повернулся лицом, Артен понял, что не ошибся.

—Всё в порядке? — смущённо спросил Рослин.

Артену хотелось хотя бы разок врезать ему по лицу, но… Рослин действительно сожалел о том, что сбежал. По глазам было видно, что тот просто струсил. Можно ли за это наказывать? Но друзей в беде не бросают, а значит, кое-что Артен всё-таки был обязан сделать.

—Извинись за то, что сбежал, — резко произнёс он.

—Да брось, как будто ты бы…

—Нет, не брошу, и нет, не бросил бы.

Парень удручённо вздохнул, но всё же протянул своё:

—Ладно, прости.

Артен неуверенно кивнул.

—Пообещай, что больше не оставишь друга в беде.

—Ну хорошо, обещаю…

—Просто учти, что если такое повторится, я приду к тебе и заставлю пообещать ещё раз.

С этими словами Артен прошёл мимо, оставив Рослина позади себя недоумевать. Парень уже представлял, как тот узнаёт утром о произошедшем, и слова «мертвеца» приобретают другой, куда более жуткий смысл.

Артену хотелось ещё немного пройтись по едва видимым из-за хлопьев снега улицам, но вскоре придётся возвращаться домой.

*

*

*

—Ты же знал, что ничего не получится.

—Да, — Артен-2 ещё раз с сочувствием взглянул на парня, — но ты должен был хотя бы попытаться. Иначе какой смысл?

—За всё это время тебе удалось спасти только меня. Но как?! — Артен нервно вцепился в железные перила моста.

Они вдвоём находились прямо над замёрзшей рекой, где постоянно на коньках катались взрослые и дети. Двойник назначил эту встречу ещё утром — опять посредством записки, — поэтому Артен сразу после школы направился сюда. Небо будто смеялось над ним и его несчастьем, освободив свою яркую голубизну от туч и открыв солнцу их грешную смертями землю.

—Я не знаю как, но знаю зачем, — ответил ему новый друг, и заметив заинтересованный взгляд, продолжил, — затем, чтобы ты мне наконец помог разобраться во всём этом. Один я не справлюсь, а на кону много жизней. Я говорю много, потому что не знаю бесконечное нас сейчас количество по числу параллельных вселенных, или уже гораздо меньше. Это и не важно. Надо бороться до тех пор, пока снятся сны.

—Да, пожалуй, ты прав. С этим нужно разобраться. Но, — тут Артен отвернулся, — неясно, с чего начать.

—С самого начала, — твёрдо сказал Артен-второй ему в спину.

Глава 5. Война и миры

Себя свободным ощущаю

Под дождём и в снегопад,

А промокнув, уже знаю:

Мне больше нечего терять.

Он не помнил, как давно они находятся в этом бункере. Время здесь текло медленно, особенно, для маленького мальчика. Война, опустошающая всё на своём пути, кипела где-то на поверхности. Там, где был разрушен их дом, где погибла мама. Слёзы то и дело наворачивались на глаза, однако Артен знал, что нельзя отчаиваться. Отец часто шептал себе это под нос, только скорее не для того, что поддержать других, а чтобы самому вконец не отчаяться. Он и ещё несколько учёных пытались сотворить чудо — построить портал. В этом им помогали те немногие волшебники, которые пережили геноцид в самом начале войны. А ведь раньше те были очень важной частью общества… Сейчас маги чертили на огромном металлическом сооружении в виде арки странные символы. Иногда мальчика мучило любопытство узнать, что каждый из них означает, но вот спросить у вечно хмурых и молчаливых магов не хватало духу.

Бункер находился достаточно глубоко под землёй, чтобы защититься от постоянно сбрасываемых бомб, но запасов еды и воды становилось всё меньше. Следовало торопиться. Портал позволил бы переместиться в любую точку планеты… Только вот война повсюду и от неё никуда не деться.

Под землёй день и ночь ничем не отличались, в такой напряжённой атмосфере в сон клонило слабо, а если кто и захотел бы поспать, то вздремнуть он мог в любое время. Артен спать старался как можно больше. Все эти ужасные обстоятельства почему-то не влияли на его сны, которые предпочитали показывать ему иную жизнь, пусть несбыточную и заставляющую жалеть себя, но такую яркую и простую: вот он гуляет с друзьями после школы, а вот катается на лошади и весело махает игрушечной шпагой, сон снился даже про то, как он в самый обычный солнечный день чистит зубы и выходит на улицу, вдыхая свежий весенний аромат тающего снега. Мальчик старался не тосковать по этим жизням, но это было сложно.

Однажды утром Артен проснулся от криков. Люди предпочитали спать в противоположной части бункера от портала: там было тише. Но сейчас даже здесь был отчётливо слышен шум: видимо, какое-то собрание. Артен поспешил узнать, в чём дело.

Люди в каком-то странном порыве прижимали руки ко рту и с надеждой смотрели на искрящийся портал. Исходящий от него белый свет был ослепительным до боли в глазах, хотя возможно здешние люди просто отвыкли от яркого света.

—Слушайте! — прокричал толпе отец, — слушайте! У нас получилось! Мы построили портал и теперь можем сбежать отсюда!

Толпа порядком истощённых людей ответила ему радостным возгласом, прозвучавшим здесь, должно быть, впервые.

—Но нам нужен доброволец, — продолжил он, — он нужен, чтобы проверить портал.

Руки подняли сразу несколько человек. Даже сам мальчик тоже непроизвольно дёрнул рукой: так сильно ему хотелось наконец отсюда сбежать. Но разве отец позволит? Вскоре с добровольцем определились: им оказался пусть и истощённый, но рослый мужчина, куда больше подходящий на эту роль, чем ни на что не способный ребёнок. Несколько долгих минут его готовили и объясняли, что нужно сделать, когда тот окажется на другой стороне. Так как портал вёл в один конец, мужчина не мог просто вернуться и сообщить, что всё хорошо. Ему выдали рацию и сказали, что переместят его не так далеко: на поверхность. Это было рискованно, но иначе рация просто не смогла бы прислать сигнал.

Наконец мужчина оказался готов и встал перед порталом. Выглядел он уверенно, хоть и знал, что, фактически, идёт на смерть. Не факт, что он сможет добраться до тайного входа в убежище до того, как на землю в очередной раз сбросят бомбы.

Артен заметил, что никто не вышел попрощаться с добровольцем, только несколько учёных — в том числе отец — пожали ему руку. «У него совсем нет родных?» — подумал мальчик. Может, именно из-за того, что ему нечего терять, он и ведёт себя так уверенно?

Теперь одно мгновение отделяло всех людей от возможного спасения или полнейшего отчаяния. Мужчина шагнул в этот белый свет и тот мгновенно поглотил его. Впрочем, показалось Артену, или свет портала действительно стал темнее?

Люди ещё долго не расходились, они ждали ответа. Однако рация на столе, находившаяся у всех на виду, молчала. Оставалась надежда, что проблема заключается в технике — так с надеждой говорили самые оптимистичные жители этой невольной тюрьмы, остальные же стали постепенно разбредаться. Артен же смотрел на своего отца, который в полнейшем отчаянии сидел в углу и что-то втолковывал своим коллегам. Маги держались обособленно, но и они помрачнели ещё больше, когда поняли, что не достигнули желаемого результата.

Артен не хотел спать. Но успокоиться мог только во сне. Бросив последний взгляд на отца, который наконец-то заметил его и даже попытался поддержать едва заметным кивком, мальчик отправился обратно в кровать.

*

*

*

—Арт, ты цел?

—Да, всё супер, — улыбнулся в ответ он.

Мама тоже улыбнулась, и, успокоенная, отошла к подруге, следящей за мангалом. Вскочив, Арт как ни в чём ни бывало помчался в атаку. Футбольный мяч, об который он ещё секунду назад так неудачно споткнулся, теперь буквально мелькал прямо перед ним.

—Ну держись! — весело закричал он.

—Держусь, — радостным и будто бы даже детским криком поддержал его папа, стоящий на вратах и внимательно следящий за мячом.

Последний рывок… Удар! Папа как будто бы дёрнулся в сторону, но всё равно не успел схватить чёрно-белый мяч.

—Ура! Гол! — Арт, разумеется, знал, что тот просто поддался, но значения это не имело абсолютно никакого.

—Эй, спортсмены! Кто хочет жареные сосиски?— спросила мама.

—Я! — в один голос воскликнули отец и сын.

*

*

*

Артен проснулся в тишине. В подземелье вообще-то редко было шумно, и это неудивительно, учитывая всеобщее подавленное настроение. Однако сейчас мальчику хотелось услышать хоть чей-то голос. Он встал с кровати отправился на поиски своего отца. Впрочем, можно ли назвать это поисками, если всегда известно, где тот находится?

Про себя Артен называл эту часть бункера холлом, ведь дверь на свободу была здесь — пробирающая до мурашек арка, техническое чудо и чудо магическое. И даже непонятно, настоящей ли была тёмная дымка, стелящаяся у подножия, или это такая магическая иллюзия. Полупрозрачное, но теперь уже совсем тёмное полотно внутри арки, просвечивалось красноватыми символами, которых мальчик до этого момента не замечал. Непонятные знаки на металле переливались и отсвечивали испускаемый тёплый свет от множественных лампочек. В каком-то смысле это творение можно было даже назвать прекрасным, но факт оставался фактом: пугало оно до дрожи.

Артен ещё долго стоял, рассматривая «Путь куда угодно», как называли арку учёные. Теперь же люди между собой называли это путём в никуда.

—Ты веришь в то, что все мы спасёмся?

Мальчик вздрогнул: он даже не заметил, как сзади к нему подошёл отец. Но вопрос его озадачил: как о таком можно спрашивать его, восьмилетнего мальчика?

—Я верю в тебя.

Отец хмуро глянул сыну в глаза, но промолчал. Что происходит?

—Я уже не знаю, что делать, — устало вздохнув, учёный присел прямо на пол, — столько проблем, которые мы не можем решить и ещё больше тех, о которых не знаем…

—Но… Портал ведь работает?

—Да, — усмехнулся отец, — самая большая проблема — координаты. Просто-напросто не можем их правильно ввести.

—Если техника этого не позволяет…

—Намекаешь на магию? Хех, молодец, но это не решает проблему. Она может обеспечить перемещение только если ты можешь отчётливо представить место, в которое тебе нужно переместиться.

—Так почему бы просто не сделать этого? — недоумённо спросил Артен.

—Ты давно был на поверхности?

Мальчик в целом пробыл там не так много, здесь же находился уже четыре года.

—Там уже ничего не сохранилось в первозданном виде, даже угадать нельзя, насколько изменились привычные нам места, — не стал ждать ответа учёный, — поэтому представлять их — последнее, что нужно делать при входе в портал. Они уничтожены, их нет.

Казалось, разговор, который отец ради сына надеялся повернуть в обнадёживающее русло, его самого отбросил назад. Не проронив больше ни слова, он встал и направился к компьютерам, с которых велось управление порталом. Мальчик же так и остался стоять, не зная о чём думать. Неужели поверхность теперь так сильно отличается от прежнего своего вида?

*

*

*

—Ну скорее, мы опаздываем!

—Бегу!

Листис действительно бежал, ведь как можно пропустить его любимое занятие по физкультуре?! Говорили, что сегодня у них лазание по канатам…

—Ну наконец-то, — проворчал папа, — урок через пару минут, надеюсь, успеешь подготовиться?

—А я уже, — усмехнулся мальчик, продемонстрировав свою новенькую спортивную форму.

—И ведь не скажешь, что в будущем тебя ждёт нудная работа эколога! — рассмеялась вошедшая в помещение мама.

—Эй, не нудная она вовсе! Я буду изучать экологическую обстановку на других планетах! — гордо произнёс Листис, — и физическая подготовка тут не помешает, ведь эколог и разведчик — это почти одно и то же.

—Ну да, ну да, убедил, — улыбнулся отец, — мы действительно нуждаемся в таких, как ты.

Он сам был космонавтом, возможно, поэтому сын и решил вновь и вновь пробовать покорять другие миры, желая идти по стопам отца. Хотя вдохновляло на космические подвиги не только это. Листис видел сны и давно уже свыкся с их необычайной яркостью, но это не умаляло его желание проверить, являются ли они правдой.

—Чего задумался? Дуй в школу!

Листис понял, что и правда задержался, поэтому поспешил к двери. Весело попрощавшись с родителями, он нажал вовсе не на дверную ручку, а на кнопку рядом с ней. Послышался едва слышный хлопок — и мальчик оказался прямо у дверей огромного здания из железа и пластика, именуемого школой. «Скорее!» — промелькнула в голове мысль, и Листис сорвался на бег.

*

*

*

Иногда Артен просыпался со слезами. Но сейчас горечь от несправедливости выдавила из него всё. Кто присылает ему все эти сны?! Почему именно такой, именно сейчас?! Мальчику всегда казалось, что всё творившееся во снах происходит где-то на самом деле… Только вот получается, что тот, мир, в котором он живёт — самый худший из существующих!

Артен постарался успокоиться, но если раньше была надежда — портал, то после слов отца уже не хотелось верить в хорошее. К тому же, прошло несколько дней, но ни один доброволец не вернулся. Они отправляют людей на верную смерть.

Что странно, так это то, что желающих войти в портал с каждым днём становилось всё больше. Люди хотят испытать судьбу, надеясь всё-таки на положительный исход, или же надежда давно оставила их сердца и от отчаяния те просто хотят покончить с собой?

Артен с усилием встал с кровати и направился к порталу, где скорее всего был его отец. Они не говорили уже несколько дней, тот постоянно работал, пытался как-то починить портал, но в устройстве с каждым смертником только свет становился темнее, и как убедился сейчас мальчик, выйдя на пустое пространство перед ним, тот был уже тёмно-серого цвета. Ещё одна странность заключалась в том, что менялся только цвет, даже будучи тёмным, световые лучи каким-то образом обладали той же силой, что и прежде.

Прав Артен оказался и в том, что отец тоже был здесь. Но тот не заметил сына, ведь стоял к нему спиной… И лицом к порталу. От ужаса мальчик застыл на пару секунд, но за это время отец успел сделать последние шаги. И даже нет уверенности в том, что перед тем, как исчезнуть, тот успел услышать отчаянный крик своего сына. На пути в ставший уже чёрным портал Артен ещё думал о том, что не может потерять единственного родного человека, что это несправедливо! Они должны были жить так, как показал его сон. Сон, в котором они были счастливы!

Вблизи чёрные лучи казались осязаемыми, они одновременно ослепляли и обволакивали, в какой-то момент Артен потерялся в пространстве. Чёрная дымка не хотела отпускать его, но, с усилием сделав последний шаг, мальчик оказался по другую сторону.

Первые пару секунд Артен боялся открывать глаза, ведь солнечный свет слепил его даже сквозь веки. Открыв глаза и осмотревшись, мальчик понял две вещи: здесь нет его отца и это не его мир.

То место, где находился Артен, было похоже на пригород. Вдали виднелись огромные стеклянные здания, будто скребущие небо и отражающие его. Здесь же пели птицы. Птицы? Артен их видел только на картинках… Деревья! Зелёная листва словно нашёптывала о том, что всё хорошо. Но это не так. Артен не верил в это. С трудом поднявшись на ноги, он направился в город, по пути осматриваясь и всё больше удивляясь всему, что видел. Мир, в котором нет войны, прекрасен!