Шестерёнка

Глава 1

Я стоял на краю стены, оперевшись на бортик и сверху наблюдая за облаками.

Эх, люблю свою работу. «Не пыльная», что говорится, и платят хорошо. Нужно лишь привыкнуть к холоду, да низкому давлению, вот и всё. Ходи себе по стене, да следи, чтобы огни не гасли.

Помню, как-то читал дочке сказку перед сном про одинокого парня, поселившегося на старом маяке и разводящего там каждую ночь костёр, дабы уберечь проплывающие суда от скал.

− Так это же ты! – с восхищением воскликнула дочка. – Смотритель маяка!

− Ну, почти, − засмеялся я, потрепав малышку по голове.

Пришлось читать ей ещё одну сказку, потому как после этой, сон у неё отрезало напрочь.

Я действительно был похож на того смотрителя маяка, разве что в качестве моего маяка выступала стена, огораживающая наш город. Когда-то давно, во время страшной войны, унёсшей множество жизней, люди стали сооружать вокруг городов огромные прочные стены для защиты. И это действительно помогло, война вскоре завершилась. А стены так и остались стоять и напоминать о том ужасном времени.

Вскоре, с резко возросшей популярностью паровых дирижаблей, мы столкнулись с новой проблемой. В тёмное время или непогоду, дирижабли часто не успевали среагировать и врезались в такие высоченные, уходящие за облака, стены. Пришлось выкручиваться: в стены встраивались специальные газовые светильники. К ним по трубам, с помощью паровых насосов, подавался газ, и там он воспламенялся. Не хитрая система, но она работала, и спасала многие жизни. Мне оставалось лишь следить, чтобы всё это работало.

Раз в неделю я обязательно проводил осмотр и техобслуживание всей системы. Благодаря этому, ещё ни разу за пять лет ни один огонёк не угас, всё работало как часы. И я этим очень гордился.

Вдохнув полной грудью холодный воздух, я довольно поёжился и собрался уже идти дальше, как вдруг заметил очередной подлетающий дирижабль. Поднёс к глазам бинокль и всмотрелся.

Ага, грузовой летит, типа «Буревестник».

Из-за большой закрывающей оболочки, я не мог понять, что он везёт, но по скорости передвижения предположил, что нагружен до предела.

Только почему он летит так низко? Неужели действительно так загружен, что не хватает тяги подняться выше? Странно это.

То убирая бинокль, то вновь поднося его к глазам, я продолжал следить. Внутри разрасталось волнение.

Вот чего он не поднимается? До стены пара километров осталось. Хоть он и движется сквозь облака, но должен же огни заметить.

Наплевав на безопасность, я наполовину перевалился через стену, чтобы своими глазами удостовериться в работе светильников. И обомлел. Они не горели.

Но… как так… пять минут назад же всё работало…

Рывком перевалившись обратно, я начал судорожно соображать. Что я мог не проверить? Позавчера ведь техобслуживание проводил. Что могло сломаться? Стена-то огромная, где может быть неисправность?

Так, стоп, паники мне ещё не хватало. Если огни не работают с этой стороны, значит и поломка где-то тут.

Ещё раз высунувшись за стену, я определил, что светильники не работают лишь на последних пяти этажах стены. Если газ подаётся последовательно, то значит, что-то случилось именно пятью этажами ниже.

Не теряя времени, я бросился к лифту. Он недовольно запыхтел и потащил меня вниз.

Стоило мне ворваться в комнату распределения, в лицо тут же ударил жгучий пар. Да, я оказался прав, дефект здесь. В глубине комнаты, за лабиринтом труб, раздавался неприятный треск вперемешку со щелчками. Закрывая лицо от едкого пара, я поспешил туда. По моим расчетам, до столкновения дирижабля со стеной оставалось меньше минуты.

Вся проблема оказалась в том, что одна из шестерней, отвечающая за работу газового насоса, непонятным мне образом вылетела из общей цепочки, тем самым застопорив всю работу. Саму шестерню я нашел быстро - она валялась на полу неподалёку. Но загвоздка оставалась в том, как поставит её на место? Сейчас соседние шестерни щелкали и бешено прокручивались под напором уже скопившегося газа. Если вернуть недостающую деталь на место, весь механизм стартует настолько резко, что я даже руки не успею обратно выдернуть - её перемелет за долю секунды. По-хорошему, стоило спуститься вниз, остановить работу всей системы, вернуть шестерню, а уже потом запускать вновь. Но времени на это не было. Либо жертвовать рукой, либо жизнями людей.

Сжав пальцами шестерню, я вздохнул и быстрым движением запустил руку в самое сердце механизма, умудрившись с первой попытки установить деталь на место. Пар взвизгнул раненным вепрем, шестерни закрутились подобно вихрю, зарычал насос. Все эти звуки оказались настолько громкими, что заглушили даже хруст ломающихся костей.

Сказать, что было больно – ничего не сказать. Хорошо хоть рукав не зажевало, а то ведь могло и полностью меня утащить в пасть механического зверя.

Выглянув в окошко, я облегченно улыбнулся. Дирижабль устремился вверх. Вот и хорошо. Вот и славно. Спас столько жизней сегодня… Когда ещё подвёрнется такой случай? Дочка будет гордиться теперь ещё больше. А я... только посижу тут маленько… отдохну… сил наберусь… и… потом… как-нибудь… вернусь…