Пять минут до Смерти

Глава 1

Струя артиллерийского огня поднималась в ночное небо – автоматические турели без устали палили по небосводу. Рев пушек разрывал барабанные перепонки. Горизонт окрасился ярким огнями. Все вместе, орудия выпускали шквал разрушительной мощи вверх. В противника, которого не разглядеть среди звезд. Бетонный круг ограждал пушки от выжженного поля. Между пустых валяющихся гильз виднелись люки с надписью: «Бункер 848». Подземный комплекс располагался у подножия высоких гор.

Лестницы вели глубоко вниз. Дальше располагался штаб, где работали с десяток человек. Ряды мониторов, множество магистралей проводов. Стены, словно сдавливают. Свободного пространства не так много, как хотелось бы. Потолок содрогается от каждого выстрела. Те, кто стоит на ногах, каждую секунду, то и дело пытается не упасть из–за толчков сверху. Постоянно слышны глухие взрывы. На шею и плечи потихоньку сыпется пыль. Цветовая палитра бункера в основном в бордово–темных цветах. Из штаба коридор ведет в несколько помещений, оборудованных серверами, в несколько рабочих кабинетов, впрочем, уже ненужных, и в непустые шахты ракет. Пальба сверху не смолкает. На стенах висят огромные мониторы, докладывающие обстановку на поверхности. Нижние этажи заняты под оружейную, склады взрывчатки и ангар вертолетов.

В военной форме, в фуражке, с непоколебимым видом и со сложенными руками за спиной стоит капитан Нил Мур. Подле него сидят люди, ни на минуту не отвлекающиеся от своей работы. В штаб заходит лейтенант Мейсон Флоренс. За ним шагают двое офицеров.

– Только что потеряли восемьдесят шестой, – сказал Мейсон, отдав честь, – мы последние, капитан.

– А что же укрытия на северном побережье?

– Снесло мощным электровзрывом двадцать минут назад. Больше бункеров не осталось, сэр. Надо решить, что делать дальше.

На лице капитана выступали капли пота. Все сидящие вокруг работники и офицеры теперь смотрели только на него. На миг, гул разговоров спал, и были слышны лишь взрывы. Приходилось крепко стоять на ногах, чтобы не свалиться.

Нил развернулся к мониторам, оперся на стол, заваленный документами.

– Сэр, надо продолжать, до последнего вздоха, – сказал Мейсон.

Шел 2034 год. Девять лет назад машины начали действовать против человечества. Искусственный интеллект взошел на аллею славы. ИИ вырвался в свет, подчинил себе фабрики и военную технику. Один за одним выжженные континенты сдавались врагу. Начав с малого и будучи в меньшинстве, машины уверенно росли в своей мощи. Воодушевление быстрой победой сменилось сомнением, сомнение сменилось страхом, а страх сменился нисходящим ужасом. Когда в середине войны, некоторые политики начали понимать, что все оборачивается не в пользу людей, родился план – план, который не спасет людей, даже не оставит частички надежды, но и не даст машинам править вместо людей и существовать. Скорее всего навсегда. План перекочевал в проект, называвшейся «Смерть».Название напрямую было связано с практическим результатом – полное уничтожение сверх форм жизни.

– Капитан? – спросил Мейсон, – приказов больше не будет? Армада воздушных машин будет здесь с минуты на минуту…

Мейсон опустил голову вниз. Говорить не хотелось. Не о чем теперь говорить. Люди, сидящие за мониторами, вернулись к работе, понимая, что это ничего не даст. Кто–то достал флягу с алкоголем. Остальные просто смотрели в пустоту, ничего не делая. Мейсон уже развернулся, и хотел сделать шаг в сторону выхода.

– «Смерть», – громко сказал капитан, – есть последний туз в нашем рукаве.

Команда оживилась. Мейсон не сразу вспомнил, о чем это Нил. Последний раз он слышал о проекте «Смерть» в середине войны. Тогда его посетила мысль – «до такого исхода ещё далеко, мы выиграем войну!». «Выиграем войну» … Сейчас Мейсон находится в последнем бункере на Земле. Все города уничтожены. Никого, кроме горстки людей, не осталось. Миллиарды людей погибли, не успев осознать, что человечество проиграло. Ещё пять лет назад и думать об этом никто не желал. Да, война эта была самая значимая из всех, но кто мог предположить, что мелкие военные конфликты, которые в 2025 только разрастались, превратятся в вот это… Кто мог подумать, что, ничего не контролирующий, ИИ поставит на колени все мировые державы… Люди упустили момент, когда ИИ стал представлять реальную угрозу. Когда полевые бои на ближнем востоке добрались до других стран. Когда война коснулась каждого живого существа.

– В этом нет смысла, – сказал Мейсон, – мы проиграли. – он снял фуражку и бросил её на пол.

– Да, но не дадим врагу насладиться победой, – сказал капитан, скаля зубы.

– И тогда мы уничтожим последнее, что напоминает о нашей цивилизации. Примем поражение достойно, капитан. – Мейсон положил ему руку на плечо, но тот её сразу смахнул.

– Я вас не понимаю, лейтенант. Когда остаются последние минуты жизни нашего мира, вы готовы сдаться? Вы прошли всю войну! Имейте честь завершить её достойно.

– Прошел, как и все здесь, – он повысил голос, – но сейчас я понимаю, что нет смысла биться об стену, и проклинать машины. Все кончено. Просто смиритесь с этим, капитан. Хватит уже. Все кончено.

Помещение наполнялось горячим воздухом. Трясло все сильнее. Пушки на верху одна за другой начинали выходить из строя.

Проект «Смерть» предполагает, что из шахт по всему миру, вылетят боеголовки. Взорвавшись в стратосфере, они создадут мини-черные дыры, которые объединившись в одну, поглотят планету В таких условиях, и цивилизация машин неминуемо сгинет. Останется одна большая черная дыра, медленно пожирающая солнечную систему.

– Подготовить пуск, – приказал капитан.

Мейсон вздохнул в недовольстве.

– Я считал вас честным капитан. А вы… Готовы утащить на дно за собой всех, кого удастся! Даже целую разумную цивилизацию.

– Они утащили нашу, мы утащим их, – капитан уже спокойно смотрел на мониторы.

– В этом нет никакого смысла. Мы можем оставить в живых целую форму жизни, капитан.

Капитан молча следил за показателями бункера, пока подготавливались шахты ракет.

– Вы что, не понимаете? Быть может машины – те, кому суждено увидеть звезды. Они, то, что мы оставили. А вы готовы это погубить? Из-за каких-то военных принципов? Что вы почувствуете, когда ракеты вылетят из своих жерл? Удовольствие от того, что окончательно прекратили существование жизни? Так получается?

– Готово, сэр.

На панелях открылись три разъема для ключей. После того, как их повернули одновременно, сигнал от шахт подключился к одному единственному пульту. На нем была одна красная кнопка, которая защёлкивалась крышкой. Сейчас это был самый важный пульт. Кроме него здесь лежали еще несколько от локальных зарядов, но до них никому не было дела.

– Отлично, – он взял пуль в руки и открыл крышку, – вот и все лейтенант. Хотите меня ещё в чем-то упрекнуть напоследок? Нет? Ну тогда…

Мейсон вынул пистолет из кобуры и направил на капитана. Пуля вонзилась в металлический корпус пульта, выбив его из рук капитана, но не повредив внутренности.

– Я не дам вам этого сделать!

– Мейсон! Что ты делаешь? – он хотел было подобрать пульт, но ещё одна пуля вонзилась в пульт, отшвырнув его ещё дальше, – Мейсон! Одумайся. Мы можем остановить врага! Раз и навсегда.

Помещение замолкло, наблюдая за лейтенантом и капитаном.

– Я не узнаю тебя, Мейсон. Девять лет назад ты стоял на главной площади и клялся перед президентом, что грудью встанешь за человечество.

– Так и было. Я доблестно защищал наш мир.

– И что же теперь? Ты предатель всего мира! Разреши мне взять пульт и покончить с этим.

– Нет, сэр. Смиритесь, как это сделал я. То что вы хотите сделать уже не имеет смысла.

– Офицеры! Чего встали, арестуйте лейтенанта! – крикнул капитан.

– Вы поклялись до последнего служить мне! Так выполняйте МОИ приказы, а не его! – в ответ крикнул Мейсон.

Солдаты до сих пор стояли, не определившись со стороной баррикад. Двое офицеров все-таки решились и направили свои оружия на капитана.

– Вы что, сволочи! Вы предаете весь мир! Направляя на меня оружие, вы предаете людей!

В затылок Мейсону уткнулся тридцатимиллиметровый ствол.

– Какого…

– Все–таки ещё остались здравые люди. – капитан похлопал в ладоши и вырвал из рук Мейсона пульт.

Большая часть офицеров приняла сторону капитана. Лейтенанта и ещё двух других заставили встать на колени.

– Не думал, я Мейсон, что все будет во так. И полагаю, ты тоже не думал о таком исходе, – он открыл крышку пульта и положил большой палец, не надавливая на кнопку, – очень жаль…. Всем нам, Мейсон, поверь.

Температура в комнате достигла предела. Легкие дышали раскаленным воздухом. За секунду до того, как капитан нажал на кнопку, в бункере отключились все приборы, заискрились панели. Лампы загорелись резервным алым светом.

Он надавил на кнопку. Ничего не произошло.

– Что происходит?

– Сэр, Эми-волна нарушила сигнал. Примерно через полторы минуты сигнал восстановится.

Капитан проматерился и взглянул на довольное лицо Мейсона.

– Молитесь, капитан, что у вас в запасе есть полторы минуты, – проговорил Мейсон.

В тишине взрывы казались громче. Чувствовался запах сгоревшей аппаратуры. Всех переполняло чувство грядущей смерти. Оно жило внутри последние несколько недель. Каждый, кто смог до жить до это момента, ел, спал, зная, что умрет совсем скоро. Это чувство испытали не многие. Когда-то, все верили в светлое будущее, где ИИ подавлен и приручен, луга цветут, над головой солнце, а не бетонное уплотнение.

Мейсон выхватил пистолет из кобуры рядом стоящего офицера и спрятался за его телом. Несколько выстрелов в капитана заставили его уронить пульт. Бросив мертвый живой щит, Мейсон прильнул за стену.

– Убейте его! – капитан истекал кровью на полу, хватаясь за пульт кровавыми руками.

Три трупа. В помещении ещё оставалось двое вооруженных офицеров. Мейсон прятался за углом большой колонны. Стук сапог приближался к нему с обеих сторон. Роковая ошибка этих солдат – медлительность. То, чего нет у Мейсона. Два выстрела в голову первому, второй в колено, затем в лоб. Через мгновенье двое тел замертво рухнули на пол.

Нила на полу уже не было. Кровавый шлейф вел в корпус с ракетными шахтами. Целое переплетение лестниц, огромные железные столбы – ракетные заряды, если бы они рванули здесь, то в радиусе сотни километров ничего бы не было. Глаза резали красные лампы.

– Знаешь, Мейсон, это самый важный момент во всей истории! – эхо голоса капитана разносилось по всем шахтам, – и его можем наблюдать только мы с тобой! Ты представляешь?

В красных лампах кровь на решетчатом полу было не разобрать. Он мог быть где угодно. За любым проемом. Все панели искрились, как новогодняя елка. Гул этих помещений нарастал, сводил с ума. Здесь по-другому звучали взрывы наверху. Приглушенно. Будто, вода течет по трубам. Мейсон чувствовал, как кровь пульсирует в ушах. Тишина давила на мозг, заставляла его плавиться.

Нил знал, что, если ничего не предпримет, Мейсон найдем его первым.

Откуда-то сверху спрыгнул капитан, положив Мейсона на пол и вонзив свой нож под ребро. Все тело свела острая боль. Простреленная рука Нила выпустила пульт. Их возня на полу продолжалась не больше минуты, пока Мейсон не ослаб.

– Зачем, Мейсон? Ради будущего машин? У них нет будущего. Оно было у нас. А они разрушили его. Хоть раз… добро да должно победить зло, Лейтенант, – он откашлялся кровью, – вы достойно сражались… и отстояли честь человечества.

Нил припал к стене рядом, истекая кровью В его руках снова пульт. Дождавшись стабильного сигнала, он открыл крышку и не проминаясь нажал красную кнопку. Только потом его взгляд припал к телу Мейсона. Его пальцы сжимали точно такой же пульт. Капитан развернул свой пульт задней стороной. Красная надпись с белым очертанием гласила: «Арсенал взрывчатого склада 848–го бункера».

– Вот дерь…

Бункер взмыл в воздух в ярко-синем пламени взрыва. Земля на много миль вокруг превратилась в черную воронку. Пепел будет оседать ещё несколько недель.

ИИ победил. Человек проиграл.