Новая земля: Лира Юмото. книга 2-я

Пролог

Новая земля: Лира Юмото

Пролог. Наследница

Огонь в камине плясал всегда.

Лира помнила это с того самого момента, с которого вообще начинается память: тёплое, большое, надёжное — руки отца, мамино плечо, уютная ниша между ними, и перед глазами — танец искр. Они взлетали вверх, кружились в причудливом хороводе и гасли, чтобы уступить место новым.

Тогда ей было пять.

— Мам, пап, я вас очень люблю, — сказала она, забравшись к ним посреди ночи.

Они ответили в один голос. Они всегда отвечали в один голос.

А потом она смотрела на огонь, и ей казалось, что эти искры — маленькие звёзды, которые залетели в гости, чтобы согреть их своим светом. Она ещё не знала тогда, что звёзды станут её судьбой.

Шесть лет.

— Деда, а это правда, что вы с папой на войне были?

Мордок посадил её на колено, и его крылья — огромные, белые, с лёгкой сединой у оснований — укрыли их обоих, как шатёр.

— Правда, маленькая. Но это было давно. И не столько война, сколько... недоразумение.

— А папа убивал кого-нибудь?

Мордок задумался. Ответил честно:

— Твой папа делал то, что должен был, чтобы защитить нас. Но главное его оружие было не в руках, а вот здесь. — Он коснулся её груди, там, где сердце. — Умение прощать. Запомни это.

Она запомнила. Пока что не понимая до конца.

---

Восемь лет.

— Не подходи к ней! Она половинка! У неё крылья, как у птицы, но она же почти человек! Это неправильно!

Детский сад для смешанных детей был новым экспериментом республики. Не все родители были готовы. Не все дети — тоже.

Лира пришла домой с разбитой губой и ссадиной на коленке, но с гордо поднятой головой.

— Я её стукнула, — заявила она Матери. — Ту девочку, которая обзывалась.

Мари вздохнула, усадила дочь на кухонную скамью и начала обрабатывать ссадины.

— Знаешь, что сказал однажды мой папа, когда я была маленькой?

— Что?

— Что драка — это всегда проигрыш. Даже если ты победила.

Лира нахмурилась:

— А что мне надо было делать?

— Объяснять. Снова и снова. Идти к учителям. Идти к их родителям. А если не помогает — быть настолько сильной, чтобы их слова тебя не задевали.

— А если всё равно задевают?

Мари обняла её крепко-крепко.

— Тогда приходи домой. Мы здесь. Мы всегда будем здесь.

---

Десять лет.

Карл впервые взял её с собой на космодром.

Она стояла у смотрового окна, прижавшись носом к стеклу, и смотрела, как взлетает грузовой корабль. Гул двигателей проходил сквозь тело, заставляя сердце биться чаще.

— Красиво, правда? — спросил Карл, положив руку ей на плечо.

— Пап, а ты был в космосе?

— Я родился в космосе, малышка. На корабле, который называется «Блек Стар». Он там стоит, видишь? — он показал на ангар вдалеке. — Его собрали заново. Теперь там музей.

— Расскажи! — потребовала Лира.

И он рассказал. О бесконечных перелётах, о родителях, которые никогда не видели Земли, о Яши — своём деде, который готовил еду для всего экипажа, об Алексе Фоксе — человеке, который мечтал о доме и построил город.

Лира слушала, затаив дыхание. А потом спросила:

— А ты хочешь обратно? В космос?

Карл посмотрел на неё долгим, внимательным взглядом.

— Иногда — да. Но потом я смотрю на вашу маму, на тебя, на наш дом... и понимаю: я уже там, где должен быть. А вот тебе, — он улыбнулся, — может быть, суждено полететь дальше.

В тот вечер Лира впервые заснула и увидела во сне звёзды. Они были рядом. Совсем близко. Протяни руку — и дотронешься.

---

Двенадцать лет.

Она узнала историю Гарри.

Это был тихий, неразговорчивый мужчина, который иногда приходил к ним в замок. Он работал в училище — не лётным инструктором, а наземным персоналом, что-то ремонтировал, налаживал. Лира знала его с детства, но никогда не задумывалась, кто он такой.

— Это он убил Хаббла, — сказал однажды Мордок, когда они смотрели, как Гарри возится с генератором.

Лира замерла.

— Тот самый?..

— Тот самый. Он был солдатом Хаббла. Обманутым, как многие. А когда понял правду — перешёл на нашу сторону. И в последний день войны, на поле, я дал ему свой клинок. Им он и заколол тирана.

— И ты ему доверяешь? — спросила Лира. — Он же предал один раз. Мог бы предать и второй.

Мордок улыбнулся своей мудрой, уставшей улыбкой.

— Детка, иногда самый верный союзник — это тот, кто однажды уже сделал выбор. Особенно если этот выбор стоил ему дорого.

Лира смотрела на Гарри и думала. О выборе. О прошлом, которое не отпускает. О том, что даже из самой тёмной истории можно выйти к свету — если хватит смелости.

---

Четырнадцать лет.

— Я поступаю в лётное училище.

Тишина за столом была оглушительной. Карл замер с вилкой в руке. Мари медленно поставила чашку.

— Лира... — начала Мари.

— Мам, я всё решила. Я хочу летать. Не как пассажир. Я хочу сама.

— Ты же принцесса, — тихо сказала Лора. — У тебя есть обязанности...

— У меня есть крылья, — перебила Лира. — И я хочу понять, зачем они мне даны.

Она перевела взгляд на Карла. В его глазах боролись отец, который боялся за дочь, и человек, который понимал её как никто другой.

— Ты знаешь, что поблажек не будет, — сказал он наконец. — Я лично прослежу, чтобы к тебе относились как ко всем.

— Я и не прошу поблажек.

— И даже если ты провалишь экзамены — я не буду ничего менять.

— Я не провалю.

Он посмотрел на неё долгим взглядом, потом кивнул:

— Тогда — дерзай.

Мари молчала весь вечер. А ночью пришла в комнату Лиры, села на край кровати и долго гладила её по волосам.

— Я горжусь тобой, — сказала она тихо. — И я боюсь за тебя. Это нормально?

— Нормально, — ответила Лира, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Я ведь тоже боюсь. Но если не попробую — буду жалеть всю жизнь.

Мари кивнула. В темноте блеснули слёзы, которые она не стала скрывать.

— Ты очень похожа на отца, — прошептала она. — И на меня. Самое лучшее в нас — в тебе.

---

Пятнадцать лет. Выпускной из средней школы.

Она стояла в саду замка — том самом, где когда-то, маленькой девочкой, убегала от бабушек, а мать ловила её и поднимала высоко-высоко. Теперь она была почти одного роста с Мари.

Вокруг суетились родные: Анна поправляла ей воротник, Лора принесла какие-то пирожки, Юрий молча стоял в стороне и улыбался, а Мордок, расправив крылья, фотографировал её на допотопный аппарат, который где-то раздобыл специально для этого дня.

— Улыбнись, внучка! Это история!

— Деда, ты меня уже сто раз сфотографировал!

— Мало! Для истории мало!

Карл подошёл последним. Обнял её, притянул к себе, и Лира на мгновение снова стала маленькой девочкой, спрятавшейся в его руках.

— Ты готова? — спросил он тихо.

— Да.

— Помни: если будет трудно...

— Я знаю. Вы всегда здесь.

Он отстранился, заглянул ей в глаза.

— Мы всегда здесь. Но ты справишься сама. Я знаю.

Она кивнула и посмотрела в небо. Где-то там, за горизонтом, ждало училище. Ждали новые люди. Ждала судьба.

И в её груди, как те искры из детства, уже начинал разгораться собственный, личный огонь. Огонь, которому предстояло стать звездой.

Конец пролога.

Глава 1

Глава 1. Утро первого дня

Солнце только поднялось над восточным крылом замка Фоксбург, когда Лира открыла глаза.

Она лежала неподвижно, вслушиваясь в тишину. Всё было привычным: знакомый скрип половицы у двери, мягкий свет, пробивающийся сквозь неплотно задёрнутые шторы, лёгкий запах дерева и камня, которым всегда пахло в замке. Но сегодня даже воздух был другим — чуть более плотным, что ли. Или это у неё в груди что-то сгустилось?

Она села на кровати и оглядела комнату.

Детство уходило неохотно, оставляя следы. В углу всё ещё стоял тот самый плюшевый дракон, с которым она когда-то забиралась в родительскую кровать. На стене висели рисунки — её первые попытки изобразить звёздный корабль. Рядом — уже более серьёзные чертежи, схемы, карты. Полка с книгами: от детских сказок до учебников по аэродинамике. Крылья за спиной дрогнули, расправились сами собой, будто тоже чувствовали — сегодня особенный день.

Лира встала, подошла к окну и отдёрнула штору.

Замок просыпался. Внизу, в саду, уже кто-то ходил — кажется, садовники. Дальше, за стеной, начинался город, а ещё дальше — горизонт, за которым её ждало будущее. Она не видела его отсюда, но знала: оно там.

— Ну что, — сказала она своему отражению в стекле. — Готова?

Отражение не ответило. Только смотрело на неё огромными карими глазами — такими же, как у отца.

---

В коридоре уже пахло едой.

Лира спустилась по лестнице и замерла на пороге большой столовой. Стол ломился. Там были пироги Анны, её фирменные булочки с корицей, которые она пекла только по самым важным поводам. Были фрукты, привезённые Мордоком с какого-то южного склона. Был свежезаваренный травяной чай, который любила Лора. И было... слишком много народа для обычного завтрака.

Все были здесь.

Карл сидел во главе стола и делал вид, что читает какой-то документ, но Лира видела — он не читает. Он смотрит на неё поверх бумаги, и в его взгляде было столько всего сразу, что у неё защипало в носу.

Мари хлопотала у стола, хотя хлопотать было уже нечего — всё стояло. Она просто не могла сидеть спокойно.

Мордок, как всегда величественный, занимал целый угол своими крыльями. Рядом с ним сидела Лора, спокойная и тёплая, как летний вечер. Анна и Юрий — бабушка и дедушка со стороны отца — уже заняли места и явно ждали только её.

И у двери, немного в стороне, стоял Гарри.

Тот самый Гарри.

Лира встретилась с ним взглядом и вдруг поняла: это Мари его позвала. Чтобы он отвёз её. Чтобы первым человеком, который поведёт её в новую жизнь, был не просто провожатый, а кто-то... важный. Кто-то, кто тоже когда-то сделал выбор.

— Доброе утро, — сказала Лира, и голос её прозвучал на удивление твёрдо.

Все зашевелились, заговорили, зашумели. И начался этот завтрак — долгий, шумный, полный слов, которые говорили все одновременно, и слов, которые оставались невысказанными.

Карл почти не ел. Он просто сидел рядом и иногда клал руку ей на плечо — словно проверял, что она ещё здесь.

Мари подкладывала ей еду, пока Лира не засмеялась:

— Мам, я лопну!

— Пусть лучше лопнешь, чем будешь голодной в этом училище! — отрезала Мари, и в её голосе дрожали слёзы, которые она мужественно прятала за улыбкой.

Мордок рассказывал какую-то длинную историю про свои первые полёты, путая даты и имена, но никто его не поправлял. Анна в сотый раз переспрашивала, взяла ли она тёплые вещи («там, в горах, знаешь, какие ветры!»). Юрий молча кивнул и протянул ей маленький свёрток — оказалось, тот самый нож, который когда-то принадлежал Яши.

— Это передаётся по мужской линии, — сказал он смущённо. — Но ты у нас... особенная.

Лора обняла её так крепко, что у Лиры перехватило дыхание, и прошептала на ухо:

— Ты справишься. Ты наша.

А потом пришло время.

Гарри кашлянул у двери, деликатно напоминая, что пора. И сразу стало тихо.

Лира встала. Обвела взглядом всех — каждого по очереди, стараясь запомнить эту минуту навсегда. Карл подошёл первым. Обнял — крепко, по-мужски, без лишних слов. Но когда отстранился, Лира увидела в его глазах то, что он никогда не показывал при посторонних: страх. Страх отпускать.

— Ты справишься, — сказал он хрипло. — Ты мой лучший полёт.

Мари не стала сдерживаться. Она обняла дочь, прижала к себе и плакала — тихо, чтобы никто не слышал, но Лира слышала.

— Береги себя, — шепнула Мари. — Пожалуйста.

— Я буду, мам. Я буду писать каждый день.

— Каждый день не надо, — Мари всхлипнула и засмеялась одновременно. — Раз в неделю достаточно. Но честно!

Мордок коснулся губами её лба — жест, которым он благословлял только самых близких. Анна и Юрий обняли её вдвоём, как делали всегда, с тех пор как она была маленькой. Лора перекрестила её по старой земной привычке, от которой никак не могла отказаться.

И всё.

Лира вышла из замка.

У крыльца, перебирая мощными когтистыми лапами и изредка всхрапывая, стояла карета, запряжённая парой мохнатых ездовых зверей с крыльями. Тех самых, на которых когда-то, в войну с Севером, её отец ходил в разведку, — сильные, выносливые, с умными глазами и длинной, почти лоснящейся шерстью, которая сейчас поблёскивала в лучах утреннего солнца, их крылья сложенные по бокам туловища были вороньего цвета с синим переливом. Кучер, старый знакомый ещё по тем временам, подмигнул Лире и откинул ступеньку.

Гарри уже ждал внутри — он должен был сопровождать её до самого училища. Он протянул руку, помогая забраться, и коротко бросил кучеру:

— Трогай.

Лира устроилась на мягком сиденье, прижала к себе рюкзак с самым необходимым — и ножом Яши в отделении — и обернулась.

Вся семья стояла на крыльце. Карл обнимал Мари за плечи. Мордок, несмотря на возраст, вытянулся по стойке смирно, крылья его торжественно лежали за спиной. Анна махала рукой, не переставая. Лора прижимала платок к глазам. Юрий просто стоял, но Лира знала — он тоже машет, только внутри.

Карета качнулась и тронулась, мягко покачиваясь на рессорах. Лапы зверей мягко ступали по камню, вывозя её со двора, за ворота, прочь от всего, что было домом.

Замок начал медленно уплывать назад. Лира смотрела не отрываясь, как уменьшаются фигурки на крыльце, как тают в утреннем воздухе очертания знакомых стен. Она знала каждую трещину в этих стенах, каждую башенку, каждое окно. Там, за этим окном, была её комната. Там, в саду, она бегала от бабушек. Там, у ворот, её впервые посадили на лошадь.

Гарри молчал, давая ей время.

Замок становился всё меньше и меньше. Сначала исчезли лица — просто невозможно стало разглядеть. Потом дом превратился в игрушечный. Потом — в точку на горизонте.

Лира смотрела, пока точка не исчезла совсем.

Она отвернулась и посмотрела вперёд, туда, где за спиной кучера угадывалась длинная лента большой дороги. Дороги к космодрому. Дороги к «Блек Стару». Дороги к небу.

— Гарри, — спросила она тихо. — А тебе было страшно, когда ты уходил?

Он помолчал, глядя куда-то вбок, в окно кареты, за которым проплывали знакомые с детства поля.

— Страшно, — ответил он наконец. — Но это был мой выбор.

— И ты не жалеешь?

Гарри чуть заметно улыбнулся в усы — Лира увидела это краем глаза.

— Посмотри на меня. Я живу в замке. Сопровождаю дочку президента в училище. У меня есть работа, дом, уважение. Если бы я не сделал тот выбор — где бы я был сейчас?

Лира кивнула. Она знала эту историю. Историю человека, который убил тирана и выбрал свет.

— Я тоже не буду жалеть, — сказала она твёрдо.

Гарри взглянул на неё — быстро, но цепко.

— Знаю. Ты — Юмото.

Карета мерно покачивалась, унося её всё дальше от замка. Скрип рессор кареты мягко отмерял дорогу, как метроном. Впереди, за очередным поворотом, уже угадывались очертания космодрома, а над ним — бескрайнее небо, полное обещаний.

Лира положила руку на рюкзак, туда, где в специальном отделении лежал нож Яши, и улыбнулась.

Прощай, замок.

Здравствуй, жизнь.

Глава 2

Глава 2. Прибытие

Дорога заняла почти полдня.

Лира потеряла счёт времени, глядя, как за окном кареты сменяют друг друга знакомые с детства пейзажи: сначала поля, где работали фермеры, потом редкие деревни, потом лес, потом снова поля. Гарри молчал большую часть пути, и Лира была ему за это благодарна — внутри неё всё равно не было слов, только глухое, вязкое волнение, которое с каждой милей становилось всё гуще.

Она пыталась читать, но буквы расплывались. Пыталась дремать — не получалось. В конце концов она просто смотрела в окно и думала.

О том, как там сейчас мама. Наверняка уже раз сто подошла к окну её комнаты. О том, что папа, скорее всего, ушёл в кабинет и делает вид, что работает, но на самом деле просто смотрит в одну точку. О том, что Мордок наверняка уже успел поссориться с кем-нибудь из прислуги от нервов.

Она улыбнулась этим мыслям. Хорошо, что они есть. Хорошо, что они там, за спиной, даже если их уже не видно.

— Подъезжаем, — сказал Гарри.

Лира вздрогнула и прильнула к окну.

Сначала она увидела его издалека — огромный серебристый купол, возвышающийся над горизонтом. Космодром. Тот самый, который построили, когда ей было лет шесть. Она помнила, как отец брал её на открытие, как она смотрела на взлетающие корабли и не могла отвести глаз.

А рядом с космодромом, чуть в стороне, стояло здание училища.

Оно не было красивым в привычном смысле. Никаких башенок и витражей, как в замке. Всё строго, функционально, по-военному: длинные серые корпуса, ровные линии, большие окна. И над всем этим — небо. Огромное, бескрайнее, такое близкое, что, казалось, протяни руку — и дотронешься.

— Красиво, — выдохнула Лира.

Гарри хмыкнул:

— Это не замок твоего деда. Тут всё по-другому.

— Я не за красивым ехала.

Он кивнул, и в этом кивке было что-то похожее на одобрение.

Карета свернула с основной дороги и покатила по широкой аллее, обсаженной молодыми деревьями. Справа и слева потянулись учебные корпуса, спортивные площадки, какие-то технические постройки. Всюду сновали люди — молодые, чуть старше Лиры, с такими же сосредоточенными лицами. Кто-то нёс форму, кто-то тащил тяжёлые сумки с инструментами, кто-то просто стоял группами и курил, провожая карету любопытными взглядами.

Лира вдруг остро ощутила, как неуместно здесь выглядит её карета. Среди этих строгих линий, среди этой деловой суеты — старомодный экипаж, запряжённый мохнатыми зверьми, словно привет из другой эпохи.

— Приехали, — сказал Гарри, когда карета остановилась у главного входа.

Лира глубоко вздохнула. Крылья за спиной дрогнули, расправились и снова сложились — нервный тик, который она никак не могла контролировать.

— Я провожу, — Гарри открыл дверцу и первым вышел наружу.

Лира выбралась следом и на мгновение зажмурилась — солнце здесь, у космодрома, казалось ярче, чем в замке. И ветер был другим — резче, свободнее, пахнущий не травой и цветами, а металлом и горючим.

Гарри достал из кареты её вещи — один большой чемодан и рюкзак, с которым она не расставалась. Взял чемодан сам, рюкзак повесил ей на плечо.

— Идём.

Они вошли в главный корпус.

Внутри училище оказалось таким же строгим, как и снаружи. Длинные коридоры, крашеные стены, таблички с номерами аудиторий. Пахло почему-то машинным маслом и свежей краской. Где-то гудели механизмы, где-то хлопали двери, где-то громко смеялись — жизнь здесь шла своим чередом, не обращая на неё никакого внимания.

Лира ловила на себе взгляды. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то равнодушно скользил глазами и отворачивался, кто-то — она успела заметить — смотрел с тем особенным выражением, которое она знала с детства. Выражением «а, ну понятно, принцесса пожаловала».

Она заставила себя идти прямо, не опуская глаз.

Гарри привёл её к двери с табличкой «Приёмная комиссия. Заселение». Остановился, поставил чемодан и посмотрел на неё.

— Дальше сама.

— Ты не пойдёшь со мной?

— Нельзя. Я провожатый, а не родитель. Здесь свои правила.

Лира кивнула. К горлу снова подступил ком, но она сглотнула его.

— Спасибо, Гарри.

Он помолчал, потом протянул руку и чуть сжал её плечо — жест, которого она от него никогда не видела.

— Ты справишься, — сказал он. — Я же справился.

И развернулся, чтобы уйти.

— Гарри! — окликнула она.

Он обернулся.

— Ты... ты приедешь меня навестить? Когда-нибудь?

Он чуть заметно улыбнулся — для него это было равносильно взрыву эмоций.

— Если разрешат.

И ушёл.

Лира смотрела ему вслед, пока его фигура не скрылась за поворотом. Потом глубоко вздохнула, поправила лямку рюкзака, взялась за ручку чемодана и толкнула дверь приёмной.

Внутри было шумно и тесно. Человек десять — пятнадцать таких же, как она, новичков толпились у длинной стойки, за которой сидела усталая женщина с идеально гладкой причёской и неидеально гладким выражением лица. Она что-то выкрикивала, раздавала бумаги, тыкала пальцем в схемы, и все послушно двигались в указанном направлении.

Лира встала в конец очереди. Впереди неё маячил широкоплечий парень с рыжим затылком и огромным рюкзаком, из которого торчал свёрнутый шланг. Сзади тут же кто-то пристроился, и Лира оказалась зажата со всех сторон.

Она уже почти привыкла к своей участи, когда услышала голос — негромкий, но такой, что пробивался сквозь любой шум:

— Так, курсанты, внимание! Быстро и весело! Кто не успел — тот опоздал! У нас тут не курорт, а лётное училище! Живее, живее!

Лира привстала на цыпочки, пытаясь разглядеть говорившего. Сквозь толпу пробирался мужчина лет пятидесяти, подтянутый, с жёсткой седой щетиной на подбородке и такими цепкими глазами, что, казалось, он видит каждого насквозь. Форма сидела на нём как влитая, а на груди поблёскивали какие-то знаки отличия.

Он прошёл мимо, и вдруг его взгляд остановился на ней.

Всего на секунду. Меньше чем на секунду.

Но в эту секунду Лире показалось, что её не просто увидели — её узнали. Не как «дочку президента». Как-то иначе.

Мужчина чуть заметно кивнул — ей, лично ей — и пошёл дальше, продолжая раздавать указания.

— Лира Юмото? — вырвал её из задумчивости голос женщины за стойкой. — Давай документы, не задерживай очередь.

Лира вздрогнула, быстро вытащила бумаги и протянула их через голову рыжего парня.

Женщина пролистала, поставила где-то печать, черкнула что-то в журнале и сунула ей обратно вместе с ключом и сложенным листом.

— Комната 214. Корпус Б. Карта — в листе. Следующий!

Лира отступила, пытаясь разобрать каракули на карте. Корпус Б... где это? Она огляделась, надеясь увидеть указатели, но в этой толчее ничего не было видно.

— Потерялась? — раздалось сбоку.

Она обернулась. Рядом стояла девушка примерно её возраста, чуть выше ростом, с короткой стрижкой и весёлыми, чуть раскосыми глазами. На плече у неё висела потрёпанная спортивная сумка, а в руке она держала точно такой же листок с картой.

— Вроде того, — призналась Лира.

— Я тоже. — Девушка усмехнулась и ткнула пальцем в карту Лиры. — Смотри, корпус Б — это вон туда, за столовую. А столовая — это где желтая крыша. Видишь?

Лира посмотрела в указанном направлении и действительно увидела сквозь окно угол жёлтой крыши.

— Спасибо.

— Не за что. Я Зоя, кстати. — Девушка протянула руку. — Ты тоже первокурсница?

Лира пожала руку. Ладонь у Зои была тёплая и крепкая, с мозолями — явно не из тех, кто боится работы.

— Лира.

— Красивое имя. — Зоя окинула её быстрым взглядом — Лира успела заметить, как он скользнул по её крыльям и тут же ушёл, без всякого любопытства или осуждения. — Слушай, а давай вместе пойдём? А то одной как-то... ну, сама понимаешь.

Лира вдруг почувствовала, как от сердца отлегло. Первый человек здесь, первый нормальный разговор.

— Пошли.

Они вышли из приёмной и зашагали по коридору к выходу во внутренний двор. Зоя болтала без умолку — о том, как она сдавала экзамены, как ей здесь нравится, какие у них, говорят, строгие инструкторы, и что она слышала, что в этом году будет какой-то особенный курс.

Лира слушала вполуха, но это было приятно — просто идти и слушать чей-то голос, не думая о том, что там, дома.

Они вышли во двор. Жёлтая крыша столовой была прямо перед ними. Лира уже собралась повернуть к корпусу Б, как вдруг услышала голос — резкий, насмешливый, раздавшийся откуда-то сбоку:

— О, смотрите, птичка прилетела. И даже с чемоданом.

Лира замерла.

Группа парней стояла у входа в соседний корпус, облокотившись на перила. Тот, кто говорил, был чуть старше остальных — высокий, с тёмными волосами и холодными серыми глазами. Он смотрел прямо на неё, и в его взгляде не было ни капли дружелюбия.

— Крылышки-то настоящие? — продолжил он, не дожидаясь ответа. — Или так, бутафория для папочкиного парада?

Зоя рядом напряглась:

— Слышь, умник, иди мимо.

Парень перевёл взгляд на Зою, усмехнулся ещё шире:

— А это кто? Охрана? Принцессам теперь охрану выделяют?

Лира молчала. Внутри неё боролись два чувства: привычная, заученная с детства сдержанность и острая, жгучая обида, которая требовала ответить.

Она вспомнила маму. Вспомнила её слова: «Объясняй. Снова и снова. А если не помогает — будь настолько сильной, чтобы их слова тебя не задевали».

— Пошли, Зоя, — сказала она спокойно. — Нам в другой корпус.

Она развернулась и пошла, не оглядываясь.

— Правильно, лети, птичка! — донеслось вслед. — А то вдруг клетку забыли открыть!

Зоя догнала её, заглянула в лицо:

— Ты как?

— Нормально.

— А чего не ответила? Я бы ему...

— А смысл? — Лира пожала плечами, хотя внутри всё кипело. — Он хотел, чтобы я завелась. Не дождётся.

Зоя посмотрела на неё с новым интересом.

— А ты ничего. Я думала, принцессы сразу в слёзы или жаловаться бегут.

Лира усмехнулась:

— Я не совсем принцесса. Или совсем не принцесса. Не знаю уже.

— Ладно, — Зоя хлопнула её по плечу. — Забудем. Пошли искать твою комнату. А то этот твой чемодан, кажется, скоро прорастёт корнями в асфальт.

Они засмея

лись и пошли дальше.

Но Лира запомнила этот взгляд. Холодные серые глаза и голос, полный презрения.

Маркус.

Она ещё не знала его имени. Но уже знала, что это не последняя их встреча.

Глава 3

Глава 3. Первый вечер

Корпус Б оказался дальше, чем выглядело на карте.

Лира и Зоя петляли по мощёным дорожкам, минуя спортивные площадки, какие-то технические постройки и длинное приземистое здание, из которого пахло свежим хлебом — столовая, как объяснила Зоя. Наконец они упёрлись в трёхэтажное серое здание с цифрой «Б» над входом.

— Приплыли, — выдохнула Зоя, оглядывая фасад. — Красота, конечно, не замок твоего дедушки.

— Я не за красотой ехала, — автоматически повторила Лира ту же фразу, что говорила Гарри в карете.

— Угу. Ты за романтикой неба и звёздными далями, — хмыкнула Зоя. — Я тоже так думала, пока не увидела эту серую коробку. Ладно, пошли искать твою двести четырнадцатую.

Внутри общежитие пахло так, как пахнут все общежития мира — смесью старой мебели, свежей краски, чужих духов и неуловимого запаха молодости. Стены здесь были выкрашены в бледно-зелёный, пол покрыт линолеумом в мелкую шашечку, а по коридорам сновали такие же первокурсники с вещами, картами и растерянными лицами.

— Второй этаж, — прочитала Зоя на табличке у лестницы. — Пошли.

Они поднялись. Коридор второго этажа оказался длинным и, к счастью, почти пустым. Лира прошлась по нему, сверяя номера на дверях: 208, 210, 212...

— 214, — объявила она, останавливаясь перед дверью с медной цифрой.

Зоя присвистнула:

— Крайняя. У окна, наверное, вид хороший. Давай, открывай.

Лира вставила ключ, повернула. Замок щёлкнул, дверь открылась, и они вошли.

Комната оказалась небольшой, но чистой и светлой. Две кровати, два стола, два шкафа — всё строго, просто, без излишеств. Окно действительно выходило на внутренний двор, где уже собирались группки курсантов. Солнце клонилось к закату, заливая комнату тёплым золотистым светом.

— Красиво, — сказала Лира, подходя к окну.

— Ага, — согласилась Зоя. — Только ты тут не одна. Вон, вторая кровать, значит, соседка будет.

Лира оглядела комнату и вдруг заметила, что на одном из столов уже лежат какие-то вещи. Не много — стопка книг, расчёска, небольшой свёрток. Значит, соседка уже была и куда-то ушла.

— Интересно, кто это, — пробормотала она.

— Скоро узнаешь, — философски заметила Зоя. — Ладно, я тоже пойду искать своё логово. Я в 108, первый этаж. Если что — приходи, стучи. Или кричи в окно, я услышу.

Она протянула руку, и Лира пожала её с благодарностью.

— Спасибо тебе, Зоя. Правда.

— За что? Я просто шла мимо. — Зоя усмехнулась, махнула рукой и выскользнула за дверь, оставив Лиру одну.

И в комнате сразу стало тихо.

Очень тихо.

Лира постояла посреди комнаты, прислушиваясь к этой тишине. Где-то за стеной шумела вода — видимо, душ. Где-то смеялись. Где-то хлопнула дверь. Но здесь, в её личном пространстве, было пусто и безлюдно.

Она села на кровать. Пружины скрипнули. Матрас оказался жёстче, чем дома, но это было даже хорошо — никаких намёков на поблажки.

Крылья за спиной дрогнули, расправились сами собой — она давно заметила, что в моменты сильных эмоций они живут своей жизнью. Лира сняла рюкзак, расстегнула и осторожно достала нож Яши в холщовой обёртке. Положила на стол, развернула.

Клинок тускло блеснул в закатном свете.

Она смотрела на него и думала о том, сколько рук его держали. Яши, потом Юрий, потом она. Сколько историй он видел. И теперь он здесь, в этой серой комнате, на краю новой жизни.

— Ну что, — шепнула она ножу. — Будем знакомы.

Нож, конечно, не ответил. Но от его присутствия стало чуть спокойнее.

Лира аккуратно завернула его обратно и убрала в ящик стола. Потом принялась разбирать вещи — методично, стараясь не думать ни о чём. Форма, бельё, книги, тетради, тот самый плюшевый дракон, который она всё-таки взяла с собой — спрятала на дне чемодана, чтобы никто не видел. Увидит Зоя или соседка — засмеют.

Когда чемодан опустел, Лира легла на кровать и уставилась в потолок.

Мысли лезли в голову сами. О маме, которая сейчас, наверное, сидит в гостиной и смотрит на огонь. О папе, который делает вид, что работает, но на самом деле думает о ней. О Мордоке, который наверняка уже успел поругаться с кем-то из-за плохого настроения.

И о том парне с серыми глазами. Маркусе.

«Птичка прилетела».

Она сжала кулаки. Нет, не сейчас. Не думать об этом.

В дверь постучали.

Лира вскочила, одёрнула форму и открыла. На пороге стояла девушка чуть старше неё, с тёмными волосами, собранными в хвост, и спокойным, немного уставшим лицом. В руках она держала поднос с двумя тарелками.

— Привет, — сказала она просто. — Ты, наверное, соседка? Я ужин принесла, пока столовая не закрылась. Не знала, что ты любишь, взяла стандартное. — Она поставила поднос на свободный стол и повернулась. — Я Мира. С третьего курса. Староста этажа. Велено встретить, показать, объяснить.

Лира растерянно моргнула:

— Я... спасибо. А почему ты?

— Потому что твоя соседка ещё не приехала, — Мира пожала плечами. — Задерживается кто-то. А ты одна, голодная, с картой, которую ни черта не понимаешь. Я права?

Лира невольно улыбнулась:

— Права.

— Вот. — Мира кивнула на тарелки. — Ешь давай. А я пока расскажу, что к чему.

Она уселась на соседнюю кровать, скрестив ноги, и принялась перечислять, загибая пальцы:

— Подъём в шесть, отбой в десять. Столовая работает с семи до девяти, с двенадцати до двух и с шести до восьми. Если опоздал — сам виноват. Душевые в конце коридора, горячая вода бывает не всегда, но чаще да, чем нет. Прачечная в подвале, но лучше стирать руками, если не хочешь, чтобы твои вещи перепутали с чужими носками.

Лира слушала вполуха, жуя картошку с котлетой. Еда оказалась простой, но сытной.

— Инструкторы у нас строгие, но справедливые, — продолжала Мира. — Главный у первокурсников — Ветров. Илья Ветров. Легенда, между прочим. Говорят, ещё на «Блек Старе» летал, с первыми переселенцами. Если он тебя похвалит — считай, ты уже пилот. Если поругает — тоже считай, что тебе повезло, потому что он ругает только тех, в кого верит.

Лира замерла с вилкой в руке.

— Ветров?

— А что, знаешь его?

— Нет... но я слышала. Он... он знал моего прадеда. Яши Юмото.

Мира присвистнула:

— Ого. Так ты та самая Лира? Дочь президента?

Лира внутренне сжалась, ожидая привычной реакции — или заискивания, или пренебрежения.

Но Мира просто кивнула:

— Понятно. Тогда Ветров точно к тебе присмотрится. Он таких, как ты, за версту чует.

— Каких «таких»?

— С историей. — Мира пожала плечами. — Он вообще старый друг вашей семьи, если верить слухам. Так что не удивляйся, если позовёт поговорить.

Лира отложила вилку. Есть расхотелось.

— А что он за человек?

Мира задумалась, подбирая слова:

— Тяжёлый. Но справедливый. С ним не забалуешь. Зато если он тебя примет — будешь за ним как за каменной стеной. Главное — не ври ему. Он враньё за километр чует.

Она встала, поправила форму:

— Ладно, я побежала. У меня ещё обход. Завтра в семь утра построение во дворе, опоздавших штрафуют. Не проспи.

— Спасибо, — искренне сказала Лира.

— Не за что. — Мира уже взялась за дверную ручку, но обернулась: — И забей на того придурка, что сегодня у корпуса кривлялся. Маркус. Он ко всем новеньким цепляется, у него пунктик на тему... ну, всякого такого. Просто держись подальше.

Дверь закрылась.

Лира осталась одна.

Маркус. Теперь у него было имя.

Она посмотрела в окно. Солнце почти село, двор погружался в сиреневые сумерки. Где-то зажглись фонари, и их свет разбивался на сотни мелких искр в стёклах учебных корпусов.

Лира подошла к окну, прижалась лбом к прохладному стеклу.

Где-то там, за горизонтом, остался замок. А здесь, в этой серой комнате, начиналась новая жизнь. С Мирой, которая принесла ужин. С Зоей, которая просто взяла и пошла рядом. С Ветровым, который знал её прадеда. И с Маркусом, который смотрел на неё с таким презрением, будто она была не человеком, а ошибкой природы.

— Ну что, — сказала она своему отражению в стекле. — Дожили.

Отражение, как всегда, молчало.

Она отошла от окна, разобрала постель, переоделась в ночное. Погасила свет и легла, глядя в темноту.

Мысли кружились, не желая успокаиваться. Мама. Папа. Замок. Гарри. Маркус. Ветров. Зоя. Мира. Небо. Космос. «Блек Стар».

Лира закрыла глаза.

И сквозь сон, уже на грани забытья, ей показалось, что в темноте кто-то шепнул:

«Ты справишься. Ты — Юмото».

Она улыбнулась и провалилась в сон.

Первый сон в новой жизни.

Глава 4

Глава 4. Первое утро новой жизни

Будильник прозвенел ровно в шесть.

Лира открыла глаза и несколько секунд не понимала, где находится. Потолок был слишком низким, свет — слишком серым, а кровать — слишком жёсткой. А потом память вернулась: училище, комната 214, первый день.

Она села, растирая лицо ладонями. Крылья за спиной ныли после непривычно жёсткого матраса — видимо, во сне она неудачно легла. За окном едва брезжил рассвет, но в коридоре уже слышались шаги, хлопали двери, кто-то громко смеялся.

На соседней кровати было пусто. Соседка так и не появилась.

Лира встала, подошла к окну. Внутренний двор уже оживал: фигурки в форме торопливо пересекали пространство между корпусами, кто-то бежал, на ходу застёгивая куртку, кто-то стоял группой и о чём-то спорил. Над всем этим висело огромное небо — чистое, холодное, бесконечное.

— Первый день, — сказала она вслух. — Поехали.

---

А в замке Фоксбург в этот самый час было тихо.

Карл не спал. Он сидел в своём кабинете с чашкой давно остывшего чая и смотрел на фотографию на столе: Лира верхом на лошади, смеётся, крылья расправлены, волосы развеваются на ветру. Три года назад. Ещё ребёнок.

В дверь постучали, и вошла Мари. Она была уже одета, но глаза выдавали бессонную ночь.

— Ты не ложился? — спросила она тихо.

— Не мог.

Она подошла, села на подлокотник его кресла, положила голову ему на плечо.

— Я тоже.

— Думаешь, она уже встала?

— В шесть подъём, — Мари усмехнулась. — Значит, сейчас орёт на неё какой-нибудь инструктор, чтобы строилась быстрее.

— Бедный инструктор, — Карл улыбнулся уголком губ. — Она же упрямая, как я.

— Как мы оба. — Мари вздохнула. — Я уже хочу ей написать. Прямо сейчас.

— Напишешь. После завтрака. А пока... — Он посмотрел на дверь. — Там, кажется, Мордок уже час ходит по гостиной и ждёт, когда кто-нибудь выйдет, чтобы начать разговор.

Мари улыбнулась сквозь усталость:

— Пойдём. А то он разнесёт замок.

Они вышли в коридор, и снизу действительно донеслось раздражённое:

— Да сколько можно! Уже полседьмого! Она там завтракает хоть? В этих училищах кормят только баландой!

Лора что-то успокаивающе гудела в ответ, но Мордок не унимался.

Карл и Мари переглянулись. Дом без Лиры был другим. Пустым. Но жизнь продолжалась.

---

В училище тем временем жизнь шла полным ходом.

Лира выскочила в коридор и чуть не столкнулась с Мирой, которая быстрым шагом направлялась к лестнице.

— О, проснулась! — Мира окинула её взглядом. — Форма на месте, пуговицы застёгнуты, волосы... ну, сойдёт. Давай за мной, построение через десять минут, опоздавших Ветров лично отчитывает.

— Ветров? — Лира прибавила шагу, стараясь не отставать. — Он будет на построении?

— Он везде будет. — Мира хмыкнула. — У него глаз алмаз. Если кто-то не доспал, не доел или не доделал — он увидит. Готовься.

Они выбежали во двор. Там уже выстроились шеренги первокурсников — человек пятьдесят, не меньше. Лира втиснулась в ближайшую, оказавшись между каким-то высоким парнем и девушкой с веснушками.

— Ты новенькая? — шепнула девушка.

— Ага.

— Я Вика. С четвёртого потока. А ты?

— Лира.

— Красивое имя. Слушай, а это правда, что ты...

— Тихо! — рявкнул кто-то спереди.

На импровизированную трибуну — обычный деревянный ящик — поднялся мужчина.

Лира узнала его сразу. Тот самый, что мелькнул вчера в приёмной. Седой, подтянутый, с лицом, которое, казалось, высечено из камня. Форма сидела на нём безупречно, а взгляд скользил по шеренгам, выцепляя каждого.

Илья Ветров.

— Первокурсники! — Голос у него оказался негромким, но каким-то образом его слышали все. — Поздравляю, вы дожили до первого утра. Кто не дожил — тех не берём.

По рядам пробежал сдержанный смешок.

— Сегодня у вас первый день настоящей жизни. Забудьте всё, что вам говорили дома. Забудьте, кто вы там были — принцы, принцессы, дети героев или дети никто. Здесь вы все — курсанты. Здесь вы все — на равных. Здесь вы все — никто, пока не докажете, что вы — кто-то.

Его взгляд на секунду задержался на Лире. Всего на секунду. Но ей показалось, что он увидел всё: и замок, и отца, и нож Яши в ящике стола.

— Ваши инструкторы сейчас подойдут и разберут вас по группам. Слушаться беспрекословно. Вопросы задавать, только когда разрешат. Жалобы не принимать. Всё понятно?

— Да, инструктор Ветров! — грянуло несколько десятков голосов.

— Не слышу!

— ДА, ИНСТРУКТОР ВЕТРОВ!

— Лучше. — Он спрыгнул с ящика и растворился в толпе так же быстро, как появился.

К Лире тут же подошёл молодой инструктор с нашивками и принялся распределять по группам. Она попала в третью, вместе с Викой и ещё десятком незнакомых лиц.

Зои нигде не было видно — видимо, в другой группе.

— Так, третья группа, за мной! — скомандовал инструктор. — Первая лекция через полчаса в корпусе А. Кто опоздает — будет бегать до обеда.

Лира послушно двинулась за всеми, но на мгновение задержалась, оглянувшись на трибуну. Ветров стоял в стороне и смотрел на неё. Не прячась, не отводя взгляда.

Он чуть заметно кивнул.

Она кивнула в ответ и пошла дальше.

---

В замке завтрак тянулся бесконечно.

Мордок ковырял вилкой в тарелке, но не ел. Лора наливала чай, хотя чашки у всех были полны. Анна в сотый раз переставляла салфетки. Юрий просто сидел и смотрел в окно.

— Я позвоню ей вечером, — сказала Мари, нарушая тягостное молчание. — Она сказала, что будет писать.

— А если не будет писать? — мрачно спросил Мордок.

— Будет. Она обещала.

— Мало ли что она обещала. Она ребёнок. А там... — Он махнул рукой в сторону окна, где за горизонтом пряталось училище. — Там всякое может случиться.

— Мордок, — мягко сказала Лора. — Ты сам в её возрасте уже войсками командовал.

— То я! А она...

— Она — твоя внучка, — перебил Карл. — Она справится.

Мордок хотел что-то возразить, но передумал. Только вздохнул и отодвинул тарелку.

— Ладно. Пойду проверю, как там мои соколы без меня. — Он встал и вышел из-за стола, шурша крыльями.

Мари посмотрела на Карла.

— Он переживает.

— Мы все переживаем. — Карл взял её руку в свою. — Но мы обещали ей, что будем держаться. Помнишь?

— Помню. — Мари сжала его пальцы. — Просто... это трудно.

— Знаю.

Они сидели молча, глядя на пустой стул Лиры. Им обоим казалось, что она сейчас вбежит, запыхавшаяся, сядет и начнёт рассказывать что-то весёлое.

Но стул оставался пустым.

---

Лекция оказалась невероятно скучной.

Теория полёта, аэродинамика, какие-то формулы, которые Лира уже учила, но здесь они звучали иначе — суше, официальнее, без души. Преподаватель — пожилой мужчина с вечно прищуренными глазами — бубнил что-то про подъёмную силу, и у Лиры слипались глаза.

Она заставляла себя писать, но мысли улетали то к замку, то к вчерашней встрече с Маркусом, то к странному взгляду Ветрова.

— Юмото! — вдруг рявкнул преподаватель.

Лира подскочила.

— Я здесь!

— А где ваши мысли? Повторите, что я сейчас сказал.

В аудитории повисла тишина. Кто-то сзади хихикнул.

Лира лихорадочно прокрутила в голове последние минуты. Формулы... подъёмная сила... что-то про угол атаки...

— Подъёмная сила зависит от угла атаки крыла, — выдала она первое, что пришло в голову. — При критическом угле атаки поток срывается, и машина теряет управление.

Преподаватель прищурился ещё сильнее.

— Хотя бы это запомнили. Садитесь. И слушайте дальше.

Лира выдохнула и поймала на себе взгляд с первого ряда. Маркус обернулся и смотрел на неё с кривой усмешкой. Мол, повезло, птичка.

Она отвернулась и сделала вид, что не заметила.

---

После обеда — который Лира проглотила на бегу, потому что группа бежала на тренажёры — она наконец-то нашла Зою.

— Ну как ты? — Зоя плюхнулась рядом на скамейку во внутреннем дворе. — Не убили ещё?

— Пока нет. — Лира улыбнулась. — Но лекции — это жесть.

— Это ты ещё на тренажёры не ходила. Там этот... Маркус, говорят, вчера кому-то чуть руку не сломал, показывал, как правильно катапультироваться.

Лира поморщилась.

— Он везде?

— Ага. Звезда курса. — Зоя закатила глаза. — Сын того самого... ну, ты знаешь. Из северян. Комплексов у него — вагон, вот и выпендривается. Ты его не бойся.

— Я и не боюсь.

— Ну и правильно. — Зоя хлопнула её по плечу. — Ладно, я побежала, у меня ещё допы. Вечером увидимся.

Она умчалась, а Лира осталась сидеть на скамейке, глядя на запад, туда, где за горизонтом прятался замок.

Где-то там сейчас, наверное, ужинают. Мама наверняка опять не ест, только смотрит на её пустой стул. Папа делает вид, что читает газету, но на самом деле думает о ней. Мордок ворчит на всех подряд, потому что не знает, куда деть своё беспокойство.

— Я справлюсь, — сказала она тихо, обращаясь к ним. — Честно.

Ветер донёс запах горючего и далёкий гул двигателей. Где-то на космодроме готовился к взлёту корабль.

Лира встала и пошла в общежитие. Впереди был ещё один длинный день. И ещё один. И ещё много-много.

А потом — небо.

В замке зажглись огни.

Карл стоял у окна в спальне и смотрел на запад. Мари подошла и встала рядом.

— Думаешь о ней? — спросила она.

— Всегда.

— Я отправила письмо. С курьером. Утром будет.

— Хорошо.

Она взяла его за руку.

— Знаешь, когда я была в её возрасте, я тоже ушла из дома. Не в училище, правда... но я помню это чувство. Когда ты одна, а они далеко. Это страшно.

— Но ты справилась.

— Я справилась. — Мари улы

бнулась. — Потому что знала: они ждут. Они верят. Это помогает.

Карл обнял её, и они стояли так, глядя на затухающий закат.

Где-то там, за горизонтом, их дочь начинала свою новую жизнь.

А здесь, в замке, её ждали.

Всегда.

Глава 5

Глава 5. Разговор о прошлом

Три дня пролетели как один.

Лира почти привыкла к расписанию: подъём в шесть, завтрак, лекции, обед, тренажёры, ужин, отбой. Почти привыкла к жёсткому матрасу, к запаху машинного масла в коридорах, к постоянному гулу голосов и шагов. Почти привыкла к тому, что засыпает одна в комнате — соседка так и не появилась, и Мира сказала, что, видимо, она вообще не приедет, перераспределят кого-то позже.

Почти привыкла.

Но каждый вечер, ложась в кровать, она ловила себя на том, что смотрит в потолок и думает о доме. О маме. О папе. О том, как Мордок сейчас наверняка ворчит на прислугу, потому что не знает, куда деть своё беспокойство.

Писем из дома пока не было — курьерская птица летела долго, да и родители, наверное, не хотели дёргать её раньше времени. Она сама ещё не писала — всё не могла собраться с мыслями.

А потом её вызвал Ветров.

---

— Курсант Юмото? — Мира просунула голову в аудиторию, где Лира корпела над конспектом после обеда. — Ветров тебя хочет. В шестнадцать часов, его кабинет.

Лира почувствовала, как сердце ёкнуло.

— А зачем?

— Не знаю. — Мира пожала плечами. — Но если зовёт — значит, надо. Не бойся, он не кусается. Почти.

Она подмигнула и исчезла.

Лира посмотрела на часы. До шестнадцати оставалось полчаса. Конспект летел в пропасть — мысли разбежались.

---

Кабинет Ветрова находился в самом конце длинного коридора административного корпуса. Лира шла и считала шаги, чтобы успокоиться. Сто двадцать три. Сто двадцать четыре. Дверь с табличкой «И.Г. Ветров, старший инструктор».

Она постучала.

— Войдите.

Голос у него был именно такой, как она запомнила на построении: низкий, спокойный, без лишних эмоций.

Лира открыла дверь и вошла.

Кабинет оказался маленьким и очень личным. Стол, заваленный бумагами, стул для посетителей, стеллаж с книгами и какими-то моделями кораблей. На стене — старая фотография, чуть выцветшая, в деревянной рамке. Лира не сразу поняла, что на ней, но через секунду у неё перехватило дыхание.

«Блек Стар».

Настоящий «Блек Стар». Не тот, что стоял в музее у космодрома, а живой — в полёте, с огнями, с людьми на палубе. И надпись внизу: «Экипаж. Год 23-й полёта».

Лира знала эти цифры. Отец рассказывал, когда они стояли у того самого музея, глядя на восстановленный корабль. Ширина «Блек Стара» — два футбольных поля. Длина — пятнадцать. Высота — двадцать ярусов, и каждый ярус разделён на три этажа. Шестьдесят этажей металла, техники и людей, запертых в нём на десятилетия. Там были свои улицы, свои парки — искусственные, под лампами. Там были школы, больницы, мастерские. Целый мир, который никогда не касался твёрдой земли.

И где-то в этом мире жил её прадед.

Ветров сидел за столом и смотрел на неё. Ждал, когда она насмотрится.

— Это они? — спросила Лира тихо. — Ваши?

— Мои. — Он кивнул. — Там и я есть. Вон, с краю.

Она подошла ближе, вглядываясь в лица. Молодые, усталые, но с каким-то особенным светом в глазах. Люди, которые не видели Земли, но несли её в себе. Которые родились в металлическом чреве и считали звёзды за иллюминаторами своим единственным небом.

— А где... — Она запнулась. — Где мой прадед? Яши Юмото?

Ветров чуть заметно улыбнулся — впервые за всё время.

— А ты найди.

Лира всматривалась в лица. Молодые парни, девушки в комбинезонах, кто-то с бородой, кто-то без. Она знала, что Яши был не пилотом и не инженером. Просто повар. Один из многих. Но на корабле размером с город повар — это не просто человек у плиты. Это тот, кто кормит тысячи ртов, кто знает, у кого аллергия, кто любит сладкое, а кто — острое. Кто приходит в камбуз затемно и уходит заполночь. Кто своим трудом держит целый мир в тонусе.

И вдруг — сердце пропустило удар.

Вон он. Стоит чуть поодаль, в фартуке поверх формы, и улыбается в объектив так, будто знает какую-то смешную тайну. Молодой, совсем молодой, с такими же глазами, как у неё. С такими же, как у отца. С такими же, как у неё самой.

— Яши, — выдохнула она.

— Он самый. — Ветров встал и подошёл к ней. Остановился рядом, глядя на ту же точку на фотографии. — Мы с ним дружили. Он был... особенный. Не пилот, не инженер, просто повар. Но без него корабль развалился бы. Он умел собирать людей. Кормить их не только едой, но и... теплом, что ли. На таком корабле, как «Блек Стар», это важнее любой техники.

Лира молчала, боясь спугнуть этот момент.

— Садись, — Ветров кивнул на стул. — Я не просто так тебя позвал.

Она села, чувствуя, как колотится сердце.

Ветров вернулся за стол, сложил руки перед собой.

— Ты знаешь, кто я такой?

— Инструктор. Легенда. — Лира чуть улыбнулась. — Так говорят.

— Легенда, — он хмыкнул. — Слишком громко. Я просто человек, который помнит. И я помню твоего прадеда. Помню, как он мечтал, чтобы его внуки жили на твёрдой земле. Чтобы у них был дом. Чтобы они не летали вечно, как мы. Он говорил: «Илья, я хочу, чтобы мои дети знали, как пахнет трава. Настоящая, не синтетическая. Чтобы они могли выйти во двор и просто... лечь на землю. Ты понимаешь?»

Ветров замолчал на секунду, глядя куда-то в прошлое.

— Тогда я не понимал. Для меня «Блек Стар» был всем миром. А теперь — понимаю.

— Но я как раз хочу летать, — тихо сказала Лира.

— Я знаю. — Ветров посмотрел на неё внимательно, изучающе. — И это правильно. Мечты редко повторяются точь-в-точь. Яши хотел для своих дома. А ты хочешь для себя неба. Это не противоречие. Это продолжение. Он дал вам корни. А вы теперь растите крону.

Лира задумалась над его словами. Корни и крона. Она слышала эту фразу от мамы, когда та рассказывала о первой книге.

— Я слышал, ты уже успела с кем-то поцарапаться, — перевёл он тему. — Маркус, кажется?

Лира напряглась.

— Он первый начал.

— Я знаю. — Ветров ничуть не удивился. — Я знаю его отца. Тот был на стороне Хаббла. Обманутый, как многие. После войны остался здесь, начал новую жизнь. Но дети... дети носят то, что не выбирали.

— Он меня ненавидит, — сказала Лира. — За то, кто я.

— Нет. — Ветров покачал головой. — Он ненавидит себя. А ты просто оказалась рядом. Удобная мишень. Ты — внучка короля, дочь президента. Ты — всё, чем он не стал и, как ему кажется, никогда не станет.

Лира молчала, переваривая.

— Ты не обязана его любить, — продолжил Ветров. — Но если хочешь стать хорошим пилотом — придётся научиться с ним работать. В небе неважно, кто чей сын и кто кому должен. В небе важна слаженность. Если ты не сможешь довериться напарнику — вы оба разобьётесь.

— Я не знаю, смогу ли я ему доверять.

— Пока — нет. — Ветров кивнул. — И не надо. Но присмотрись к нему. Увидь не врага, а человека. Иногда это единственный способ выжить.

Он помолчал, потом добавил:

— Яши так делал. Со всеми. Даже с теми, кто его не любил. Он умел видеть людей. Этому можно научиться.

Лира снова посмотрела на фотографию. Молодой Яши улыбался ей с выцветшего снимка. Шестьдесят этажей металла, тысячи людей, бесконечный полёт сквозь звёзды — и посреди всего этого человек в фартуке, который просто умел согревать других.

— Я попробую, — сказала она.

— Хорошо. — Ветров откинулся на спинку стула. — А теперь иди. У тебя ещё тренажёры сегодня. И запомни: если что-то понадобится — моя дверь открыта. Для тебя — всегда.

Лира встала, чувствуя, как в груди разливается что-то тёплое. Она уже почти вышла, когда Ветров окликнул её:

— Лира.

Она обернулась.

— Яши гордился бы тобой. Я это точно знаю.

У неё защипало в глазах. Она кивнула и вышла, быстро, чтобы он не увидел.

---

В коридоре она остановилась, прислонилась спиной к стене и перевела дух.

Разговор о прошлом оказался разговором о будущем. О том, как быть. О том, как видеть. О том, как жить дальше.

Корни и крона.

Она глубоко вздохнула, поправила форму и пошла на тренажёры.

Впереди был ещё один обычный день.

Но теперь она знала: она не одна. У неё есть Ветров. Есть Яши на старой фотографии. Есть дед, который верит в неё. И есть цель — стать той, кем бы он гордился.

---

А в замке в этот самый час Мари наконец-то села писать письмо.

«Дорогая Лира», — вывела она первое слово. И задумалась.

Что пишут детям, которые улетели в свою первую взрослую жизнь? Что пишут, когда так много хочется сказать, а слова кажутся слишком маленькими?

Она написала о погоде. О том, что Мордок всё ворчит. О том, что Анна испекла пирог, и все вспоминали, как ты любишь корицу. О том, что папа каждый вечер смотрит в ту сторону, где училище.

А в конце приписала:

«Мы ждём тебя. Не торопись, но помни: здесь твой дом. Всегда».

Она свернула письмо, запечатала и отдала курьеру.

За окном садилось солнце.

Где-то там, за горизонтом, её дочь училась летать.

Глава 6

Глава 6. Письмо с юга

Утро началось как обычно — с противного звона будильника, который Лира ненавидела всей душой.

Она протянула руку, хлопнула по кнопке и заставила себя сесть. Глаза слипались, крылья за спиной ныли — во сне она опять умудрилась лечь на них. В комнате было серо и тихо. На соседней кровати по-прежнему пусто.

— Когда-нибудь ты появишься, — буркнула Лира в сторону пустой кровати. — Или нет. Уже и не знаю, чего хотеть.

Она встала, умылась, оделась и уже собралась выходить, когда в дверь постучали.

— Курьер! — раздалось из коридора.

Лира открыла. На пороге стоял парень в форме службы доставки с небольшим свёртком в руках.

— Лира Юмото?

— Да.

— Распишитесь.

Она черкнула подпись, забрала свёрток и закрыла дверь. Развернула — и сердце пропустило удар.

Письмо.

С юга. Из замка.

Она узнала мамин почерк на конверте. Аккуратный, чуть округлый, с завитушками на буквах — Мари всегда говорила, что это привычка с детства, когда её учили каллиграфии при дворе.

Лира села на кровать и вскрыла конверт так осторожно, будто внутри была не бумага, а взрывчатка.

«Дорогая Лира», — прочитала она.

И дальше поплыли строчки. Про погоду. Про то, что Мордок всё ворчит. Про то, что Анна испекла пирог с корицей, и все вспоминали, как ты его любишь. Про то, что папа каждый вечер смотрит в ту сторону, где училище.

А в конце:

«Мы ждём тебя. Не торопись, но помни: здесь твой дом. Всегда».

У Лиры защипало в глазах. Она быстро смахнула слезу, чтобы не успеть разреветься, и прижала письмо к груди.

На секунду ей показалось, что она снова в замке. Слышит мамин голос, чувствует запах пирогов Анны, видит, как Мордок ходит по гостиной и ворчит на всех подряд.

— Спасибо, мам, — шепнула она.

В дверь снова постучали.

Лира вздрогнула, быстро сунула письмо в ящик стола и крикнула:

— Войдите!

Дверь открылась, и на пороге появилась девушка. Чуть старше Лиры, с тёмными волосами, стриженными коротко и небрежно, с большим рюкзаком за плечами и чемоданом в руке. У неё было открытое, чуть усталое лицо и внимательные серые глаза.

— Привет, — сказала она просто. — Я, кажется, твоя соседка. Можно войти?

Лира моргнула.

— Эм... да, конечно. Заходи.

Девушка втащила чемодан, скинула рюкзак на пол и оглядела комнату.

— Ничего так. Тесновато, но жить можно. Я Кайра. С опозданием, потому что транспорт с севера задержали — погода, видите ли. — Она хмыкнула. — Тут всегда так? Серо и уныло?

— Не всегда, — Лира улыбнулась. — Иногда ещё и дождь идёт.

Кайра усмехнулась в ответ — и в этот момент Лира поняла, что они поладят.

— А ты Лира, да? — Кайра уже раскладывала вещи, не спрашивая, куда что класть, просто заполняя свободное пространство. — Я слышала про тебя.

— Плохое или хорошее?

— Разное. — Кайра бросила на неё быстрый взгляд. — Но я привыкла составлять своё мнение. Не парься.

Лира кивнула. Почему-то ей стало спокойно от того, что соседка наконец-то появилась. И даже хорошо, что она не спрашивает про статус и не лезет с расспросами.

— Слушай, — Кайра вдруг остановилась с носками в руках. — А что там за тип у входа стоит? Смотрит на наше окно уже минуты три.

Лира подошла к окну и выглянула.

Во дворе, прислонившись к фонарному столбу, стоял Маркус. Руки в карманах, взгляд — прямо на её окно. Увидел её, усмехнулся и не отвернулся.

— Это Маркус, — сказала Лира сквозь зубы. — Местный... ну, не друг точно.

— Враг?

— Пока не знаю.

— Понятно. — Кайра подошла и встала рядом, тоже глядя вниз. — Красивый, гад.

— Ты только это в нём видишь?

— Нет. — Кайра прищурилась. — Я ещё вижу, что он специально тут стоит, чтобы тебя бесить. И что у него внутри что-то болит. Такие взгляды просто так не бывают.

Лира удивлённо посмотрела на новую соседку.

— Ты психолог?

— Я старшая сестра. — Кайра усмехнулась. — Это почти одно и то же.

---

После обеда была лекция по навигации.

Лира сидела и старательно писала, но мысли то и дело улетали то к маминому письму, лежащему в ящике стола, то к Маркусу, который сидел через два ряда и, кажется, даже не слушал преподавателя — просто смотрел в окно.

А после лекции случилось то, что должно было случиться.

Лира вышла в коридор и нос к носу столкнулась с Маркусом.

Он стоял, перегородив проход, и смотрел на неё сверху вниз с той же кривой усмешкой, что и в первый день.

— О, птичка, — протянул он. — А я смотрю, ты всё летаешь? Или уже приземлилась?

Лира остановилась. Внутри всё кипело, но она вспомнила слова Ветрова: «Увидь не врага, а человека».

— Маркус, — сказала она спокойно. — Ты каждый раз находишь возможность меня задеть. Это уже не смешно, это скучно.

Он удивился. Всего на секунду, но Лира заметила.

— Ого, — он приподнял бровь. — Умеешь говорить не только «ой, всё»?

— Умею. — Лира сделала шаг вперёд, сокращая расстояние. — И ещё я умею учиться. И летать. И не обращать внимание на тех, кто пытается самоутвердиться за мой счёт. Тебе не кажется, что ты уже перерос это?

В коридоре повисла тишина. Кто-то из проходящих остановился, понял, что назревает, и замер.

Маркус смотрел на неё. Усмешка сползла с его лица, сменившись чем-то другим. То ли уважением, то ли злостью — Лира не могла разобрать.

— Думаешь, ты меня раскусила? — спросил он тихо.

— Не думаю. — Лира покачала головой. — Я просто не собираюсь быть твоей боксёрской грушей. Если тебе есть что мне сказать — скажи прямо. Если нет — отойди. Мне на тренажёры.

Она обошла его и пошла по коридору, чувствуя спиной его взгляд.

— Юмото! — окликнул он.

Она обернулась.

Маркус стоял на том же месте, но в его лице что-то изменилось. Он словно впервые увидел её по-настоящему.

— Ты... — Он запнулся. — Ладно. Забудь.

И ушёл в другую сторону.

Лира выдохнула, поняла, что всё это время задерживала дыхание, и пошла дальше.

---

Вечером, лёжа в кровати, она рассказывала Кайре про сегодняшнее.

— ...и он просто ушёл. Ничего не сказал. Странно.

Кайра, успевшая уже разобрать все вещи и теперь листавшая какой-то потрёпанный журнал, хмыкнула:

— Не странно. Ты его сделала.

— В смысле?

— В прямом. Ты не повелась, не заплакала, не побежала жаловаться. Ты показала, что он тебя не достанет. Для таких, как он, это самое страшное.

Лира задумалась.

— А какие — такие?

Кайра отложила журнал, повернулась к ней.

— У него что-то случилось. Когда-то. И теперь он всю злость выплёскивает на других. А ты не даёшься. Это его бесит, но ещё — заставляет уважать. Он теперь будет по-другому на тебя смотреть.

— Хорошо или плохо?

— Посмотрим. — Кайра усмехнулась. — Но скучно точно не будет.

Она погасила свет, и комната погрузилась в темноту.

Лира лежала, глядя в потолок, и думала о мамином письме, о Кайре, о Маркусе, о сегодняшнем разговоре.

Где-то там, на юге, в замке, мама сейчас, наверное, смотрит на огонь в камине и думает о ней.

А здесь, на севере, начиналась настоящая жизнь.

И она была готова.

Глава 7

Глава 7. Первый полёт в паре

Следующие две недели пролетели как один длинный, изматывающий день.

Лира втянулась. Подъём в шесть больше не казался пыткой, лекции — китайской грамотой, а тренажёры — издевательством. Она уже знала, где столовая работает быстрее, в какой душевой всегда есть горячая вода и как обходить стороной компанию Маркуса, когда он не в духе.

А он, кстати, после той стычки в коридоре вёл себя странно. Не цеплялся. Не кривлялся. Просто... смотрел. Иногда ловил её взгляд в аудитории и отворачивался первым. Лира не знала, что это значит, но Кайра советовала не дёргаться.

— Переваривает, — сказала она как-то вечером, когда они сидели в комнате и учили навигацию. — Ты его удивила. Такие, как он, не любят сюрпризов.

— Я не сюрприз, я человек, — буркнула Лира.

— Для него — сюрприз. Привыкнет.

Лира вздохнула и вернулась к звёздным картам.

---

Кайра оказалась отличной соседкой. Не лезла в душу, но всегда была рядом, если надо. Рассказывала смешные истории про свой северный городок, где она жила с родителями и тремя младшими братьями. Показывала фотографии — на одной из них Кайра стояла по пояс в снегу с огромной рыбиной в руках и улыбалась во весь рот.

— Это я на зимней рыбалке, — объяснила она. — У нас на севере это норма.

— А здесь не скучаешь? — спросила Лира.

— Скучаю. Но здесь небо. — Кайра пожала плечами. — Ради неба можно потерпеть.

Лира понимала её как никто другой.

Сама она летать умела с детства. Крылья — не бутафория, не украшение, а часть её самой. В детстве она часами кружила над замком, пугая прислугу и доводя Мари до сердечных приступов. Мордок сам учил её ловить восходящие потоки, чувствовать ветер, планировать так, чтобы не уставать часами.

Но с возрастом полёты становились всё реже. То учёба, то дела, то просто... не до того. Крылья не атрофировались, нет — они всегда были с ней, живые, тёплые, готовые раскрыться в любой момент. Но Лира почти забыла то чувство — чистой, ничем не ограниченной свободы.

И сейчас, глядя на небо за окном, она вдруг остро осознала: первый полёт на самолёте — это не про полёт вообще. Это про другое. Про то, чтобы стать частью машины. Чтобы доверить свою жизнь не крыльям, а технике. Чтобы научиться быть пилотом, а не просто птицей.

— О чём задумалась? — спросила Кайра.

— О небе, — честно ответила Лира. — О том, какое оно разное.

Кайра понимающе кивнула и не стала расспрашивать дальше.

---

И вот настал день, когда Ветров объявил:

— Завтра — первый учебный полёт в паре. Список экипажей на доске.

Сердце у Лиры ушло в пятки, потом вернулось и забилось где-то в горле.

Она подбежала к доске вместе с толпой таких же взволнованных первокурсников. Протиснулась, вглядываясь в строки.

Третья группа. Экипаж 7.

Пилот: Лира Юмото.

Штурман: Маркус Стоун.

— Нет, — выдохнула она.

— Да, — раздалось за спиной.

Она обернулась. Маркус стоял прямо за ней, засунув руки в карманы, и смотрел на доску поверх её головы. Лицо у него было непроницаемое.

— Совпадение? — спросила она холодно.

— Вряд ли. — Он усмехнулся — впервые за долгое время. — Ветров любит такие штучки.

— Какие?

— Испытательные.

Он развернулся и ушёл, не добавив больше ни слова.

Лира осталась стоять у доски, чувствуя, как внутри закипает смесь страха, злости и непонятного азарта.

---

Вечером она пришла к Ветрову.

Дверь была открыта, словно он ждал её.

— Заходи, — сказал он, не оборачиваясь. Стоял у окна и смотрел на закат.

Лира вошла, закрыла за собой дверь.

— Это вы? Экипаж?

— Я.

— Зачем?

Ветров повернулся. В его взгляде не было ни капли насмешки — только спокойная, твёрдая уверенность.

— Затем, что пора.

— Мы ненавидим друг друга.

— Нет. — Он покачал головой. — Вы не ненавидите. Вы боитесь. Он боится, что ты лучше. Ты боишься, что он тебя подведёт. Это разное.

Лира молчала.

— В небе, — продолжил Ветров, — неважно, кто кого любит или ненавидит. Важно только одно: доверие. Если вы не научитесь доверять друг другу сейчас, на тренажёре, в учебном полёте — вы разобьётесь в настоящем. И я не хочу терять хороших пилотов из-за того, что они не смогли переступить через свою гордость.

Он подошёл к столу, взял какую-то бумагу, протянул ей.

— Это его личное дело. Прочитай.

Лира взяла, пробежала глазами. Маркус Стоун. Отец — Эрик Стоун, бывший северянин, участник войны на стороне Хаббла. После войны остался на юге, работает механиком в порту. Мать умерла, когда Маркусу было десять. Воспитывался отцом и старшей сестрой, которая уехала на север пять лет назад и не вернулась.

— Он вырос с клеймом, — тихо сказал Ветров. — Сын предателя. Ему приходилось доказывать, что он имеет право здесь жить, в десять раз больше, чем другим. И теперь он видит тебя — ту, кому всё даётся просто так. По праву рождения.

— Ничего мне не даётся просто так, — огрызнулась Лира.

— Я знаю. — Ветров кивнул. — Но он — нет. Так что твоя задача — не победить его. Твоя задача — доказать, что ты не враг. Что вы в одной команде.

Лира сжала бумагу в руке.

— Это трудно.

— Легко только дуракам. — Ветров чуть улыбнулся. — А ты не дура.

Он сел за стол, давая понять, что разговор окончен.

— Завтра в восемь. Не опоздайте.

---

Утро было ясным и холодным.

Лира стояла у учебного истребителя — маленькой юркой машины с двумя кабинами, пилотской и штурманской, — и ждала. Рядом переминался с ноги на ногу инструктор, поглядывая на часы.

Маркус появился ровно в восемь. Ни минутой раньше, ни минутой позже.

Подошёл, коротко кивнул инструктору, мельком взглянул на Лиру и полез в штурманскую кабину.

— Экипаж на месте, — констатировал инструктор. — Проверка систем. У вас двадцать минут, потом взлёт.

Лира забралась в пилотское кресло. Привычные приборы, привычные рычаги — только сердце колотилось, как сумасшедшее. Она летала тысячи раз. Своими крыльями, на восходящих потоках, над замком и над горами. Но это было другое. Это значило стать частью машины. Доверить свою жизнь не ветру, а двигателям.

— Связь проверь, — раздалось в наушниках. Голос Маркуса звучал сухо и деловито.

— Проверяю. — Она щёлкнула тумблерами. — Слышу.

— Отлично. Тогда полетели.

Она оглянулась. Сквозь перегородку почти ничего не видно, только силуэт. Но почему-то от его спокойного голоса стало чуть легче.

— Запуск двигателей, — скомандовал инструктор с земли.

Лира перевела тумблеры. Машина вздрогнула, загудела, наполняясь жизнью.

— Параметры в норме, — сказал Маркус. — Давление, температура, топливо.

— Поняла.

— Взлёт разрешаю, — голос инструктора.

Лира глубоко вздохнула, взялась за штурвал и дала газ.

Машина рванула вперёд, покатилась по полосе, и через несколько секунд земля провалилась вниз.

Они взлетели.

---

Первые минуты Лира просто наслаждалась.

Небо было чистым, бескрайним. Она знала это небо — знала, как пахнет ветер на высоте, как щиплет кожу холод, как можно поймать поток и парить без усилий. Но сейчас всё было иначе. Она сидела в тесной кабине, пристёгнутая ремнями, отделённая от неба стеклом и металлом. И всё равно — это было прекрасно.

— Курс двести двадцать, — раздался в наушниках голос Маркуса. — Набирай высоту до трёх тысяч.

— Поняла.

Она потянула штурвал на себя, и машина послушно полезла вверх.

— Хорошо идёшь, — неожиданно сказал Маркус. — Для первого раза.

— Это не первый. Я на тренажёре сто раз летала.

— Тренажёр — не небо.

— Знаю. — Она помолчала. — Я вообще-то летаю. Сама. С рождения.

Пауза.

— Точно, — сказал Маркус. — Крылья же. Я и забыл.

— Ты не один. Многие забывают. — Лира усмехнулась. — Но это другое. Совсем.

— И как? — спросил он неожиданно. — Что лучше?

Лира задумалась.

— По-разному. Своими крыльями — это свобода. Ты чувствуешь каждую струйку ветра, ты часть неба. А здесь... здесь ты — пилот. Ты управляешь машиной, ты отвечаешь за неё. Это... ответственность, что ли. Тоже круто, но иначе.

Маркус ничего не ответил. Но в наушниках повисла тишина — не напряжённая, а задумчивая.

Внизу проплывали горы, покрытые снегом, редкие посёлки, ленты рек. Красота была неописуемая.

— Смотри, — вдруг сказал Маркус. — Вон там, слева. Видишь?

Лира повернула голову. Вдалеке, у самого горизонта, что-то блестело.

— Что это?

— Озеро Мёртвое. На картах есть. Говорят, там когда-то упал метеорит и вода стала ядовитой. Даже рыбы нет.

— Красивое, — сказала Лира.

— Ага.

И в этот момент двигатель чихнул.

Один раз. Второй.

— Что это? — Лира вцепилась в штурвал.

— Не знаю. — Голос Маркуса стал напряжённым. — Давление падает. Быстро садись.

— Куда? Там горы!

— Ищи площадку!

Лира лихорадочно оглядывалась. Внизу — скалы, лес, никакой ровной поверхности.

— Я ничего не вижу!

— Там, — голос Маркуса вдруг стал твёрдым, как камень. — Левее, видишь? Поляна.

— Не успею.

— Успеешь. Я считаю. Давай!

И она повела машину вниз, доверившись его голосу, его счёту, его уверенности.

— Сто метров... пятьдесят... тридцать... выравнивай... десять...

Удар.

Треск.

Тишина.

Лира открыла глаза. Вокруг был лес. Машина стояла, накренившись на бок, но целая. Живая. Они были живы.

Она отстегнула ремни, выбралась из кабины и спрыгнула на землю. Крылья за спиной сами расправились — нервное, детское ещё движение, от которого она никак не могла избавиться.

Маркус уже стоял рядом, потирая ушибленное плечо.

Они посмотрели друг на друга.

— Спасибо, — сказала Лира. — Ты спас нас.

— Ты посадила. Я только считал.

— Но если бы не ты...

Он махнул рукой, перебивая:

— Потом. Сначала надо понять, где мы и как нас искать.

Он уже деловито осматривал машину, проверял, что уцелело. Лира смотрела на него и вдруг поняла, что видит его впервые по-настоящему. Не врага. Не задиру. Просто парня, который в критический момент оказался надёжным.

— Что? — спросил он, поймав её взгляд.

— Ничего. — Она улыбнулась. — Просто... мы справимся.

Он чуть заметно кивнул.

И в этот момент где-то далеко загудел спасательный маяк — сигнал, что их уже ищут.

Лира посмотрела на небо. Скоро там появятся спасатели. А пока — она стояла на твёрдой земле, рядом с тем, кого ещё вчера считала врагом, и чувствовала, как внутри разгорается что-то новое. То ли уважение, то ли странное, непонятное тепло.

Крылья за спиной дрогнули и сложились.

— Эй, — позвал Маркус. — Ты как?

— Нормально.

— Сильно испугалась?

— Есть немного. — Она усмехнулась. — Но ты не рассказывай никому.

— А что мне будет?

— Не знаю. — Лира посмотрела на него. — Но я тебя найду.

Он вдруг улыбнулся — впервые по-настоящему, открыто.

— Договорились.

---

А в замке Мари вдруг остановилась посреди комнаты, прижала руку к сердцу.

— Что с тобой? — спросил Карл, подходя.

— Не знаю. — Она нахмурилась. — Просто...

показалось.

— Что?

— Что с ней что-то случилось.

Карл обнял её за плечи.

— С ней всё в порядке. Я знаю.

Мари вздохнула и прижалась к нему.

Где-то там, за горами, их дочь стояла в лесу, целая и невредимая, и смотрела, как с неба спускается спасательный бот.

Новая жизнь начиналась.

Глава 8

Глава 8. После полёта

Спасательный бот сел на поляну через сорок минут.

Лира всё это время просидела на поваленном дереве, глядя, как Маркус деловито осматривает машину, достаёт аварийный комплект, проверяет, не течёт ли топливо. Он работал молча, сосредоточенно, и в какой-то момент Лира поймала себя на мысли, что просто наблюдает за ним. За его движениями, чёткими и уверенными. За тем, как он морщит лоб, прикидывая что-то. За тем, как ветер ерошит его тёмные волосы.

Странно. Ещё вчера она ненавидела сам звук его голоса.

— Что? — спросил он, не оборачиваясь, но явно чувствуя её взгляд.

— Ничего. — Она быстро отвела глаза. — Ты всегда такой... спокойный? В таких ситуациях?

Он выпрямился, отряхнул руки от коры и пыли.

— В критических? Да. А в обычной жизни — нет. Там я психую по мелочам. — Он усмехнулся, но как-то беззлобно. — Глупо, да?

— Не знаю. — Лира пожала плечами. — Наверное, у каждого свой способ справляться.

Он помолчал, потом подошёл и сел рядом на то же бревно. Ближе, чем обычно. Не враждебно. Просто — рядом.

— Слушай, — начал он, глядя куда-то в лес, в темноту между деревьями. — Я, наверное, должен извиниться. За то, что вёл себя как...

— Как козёл? — подсказала Лира, и в её голосе проскользнула улыбка.

Он фыркнул.

— Типа того. Но я хотел сказать — как идиот. Как маленький обиженный мальчишка, который не умеет по-другому.

Лира промолчала, давая ему договорить.

— Ты не такая, как я думал, — сказал он тихо. — Я привык, что все эти... принцессы, дети героев — они смотрят свысока. Думают, что им всё должны. А ты... ты просто делаешь. Не жалуешься. Не бегаешь жаловаться папочке. Садишь машину, когда движки горят, и не орёшь, не паникуешь. — Он повернулся и посмотрел ей в глаза. В серых глазах не было привычной насмешки — только усталость и что-то похожее на уважение. — Ты настоящая. Я такого не ожидал.

Лира не знала, что ответить. В груди шевельнулось что-то тёплое и странное.

— Ты тоже неплохо справился, — сказала она наконец. — Спасибо тебе. Если бы не ты...

— Если бы не я, ты бы всё равно посадила, — перебил он. — Может, чуть жёстче, но посадила бы. Я просто считал.

— Но считал ты хорошо.

Он усмехнулся уголком губ.

— Стараюсь.

Где-то вдалеке нарастал гул. Спасательный бот уже был близко.

— Мир? — спросила Лира и протянула руку.

Маркус посмотрел на её ладонь, потом снова в глаза. Помедлил секунду — и пожал.

— Мир, — сказал он. — Но учти: на тренажёрах я всё равно буду стараться тебя обойти.

— Посмотрим, — ответила она с вызовом. — Я тоже не люблю проигрывать.

Он засмеялся — впервые при ней открыто, громко. И Лира вдруг поняла, что этот смех ей нравится.

---

В училище их встретили как героев.

Когда бот приземлился на лётном поле, там уже собралась толпа. Курсанты, инструкторы, какие-то люди в форме, которых Лира раньше не видела. Все смотрели на них, все перешёптывались.

Кайра прорвалась сквозь оцепление первой.

— Живая! — заорала она, повисая у Лиры на шее. — Дурёха! Я чуть не поседела! Там такие новости разносятся — думала, вы разбились!

— Не разбились, — прохрипела Лира, пытаясь высвободиться из медвежьих объятий. — Как видишь.

— Вижу! — Кайра отстранилась, оглядела её с ног до головы и удовлетворённо кивнула. — Цела. И даже красивее, чем была. Авария тебе к лицу.

— Ага, — Лира усмехнулась. — Буду теперь каждые выходные падать, чтоб не дурнеть.

Зоя тоже подбежала, но держалась чуть поодаль, явно не решаясь вмешиваться в бурную встречу. Лира поймала её взгляд и улыбнулась. Зоя улыбнулась в ответ и показала большой палец.

Маркуса тем временем обступили свои — какие-то парни с его курса, пара знакомых лиц. Он отвечал коротко, но без обычной колючести. А один раз даже оглянулся на Лиру — словно проверяя, тут ли она ещё.

Ветров появился бесшумно, как всегда. Просто возник из толпы, и все расступились сами собой.

— Живы, — констатировал он, оглядев их с ног до головы цепким, профессиональным взглядом. — Молодцы. Завтра в девять — разбор полётов. Подготовьте отчёты. Оба. Подробно. Каждое действие, каждая секунда. Вопросы?

— Никак нет, — ответили они в один голос.

Ветров чуть заметно кивнул. И тут — Лира готова была поклясться — уголок его рта дрогнул. Совсем чуть-чуть. На миллиметр.

Он развернулся и ушёл так же бесшумно, как появился.

— Он что, улыбнулся? — тихо спросил Маркус, подойдя ближе.

— Не уверена, — честно ответила Лира. — Но, кажется, да.

— Тогда мы точно молодцы. — Он посмотрел на неё с каким-то новым выражением. — Ладно, Юмото. До завтра.

— До завтра, Стоун.

Он ушёл в одну сторону, Лира — в другую, провожаемая Кайрой и Зоей, которые наперебой тараторили, перебивая друг друга.

---

А в замке в этот момент Мари металась по гостиной.

Она уже час ходила из угла в угол, и Мордок, сидевший в кресле с газетой, которую не читал, уже начинал раздражаться.

— Мари, сядь, — сказал он в который раз. — Ты мне всю координацию сбиваешь.

— Пап, я не могу сидеть! — Мари заломила руки. — Там было крушение! Учебный самолёт упал в горах! А мы до сих пор не знаем, жива она или нет!

— Жива, — спокойно ответил Карл, стоя у окна. Он не двигался с того места уже час, просто смотрел на запад, туда, где за горизонтом пряталось училище. — Я знаю.

— Откуда ты можешь знать?! — воскликнула Мари. — Ты там не был, ты не видел!

— Я отец. — Он обернулся, и в его глазах была такая твёрдая уверенность, что Мари замерла. — Я бы почувствовал, если бы с ней что-то случилось. Мы связаны. Я просто... знаю.

Лора, сидевшая рядом с Мордоком, тихо сказала:

— Дорогая, сядь. Выпей чаю. Твоя дочь — Юмото. Они не разбиваются просто так.

— И Мордоки, — буркнул Мордок из-за газеты. — У неё ещё и моя кровь. Мы живучие.

Анна, появившаяся в дверях с полотенцем в руках (она, как всегда в стрессовых ситуациях, ушла на кухню месить тесто), добавила:

— Я сейчас пирог допеку. С корицей, как она любит. К её возвращению будет готов.

— К её возвращению? — Мари всхлипнула. — Она же только уехала...

— Тем более. — Анна кивнула с философским спокойствием. — Пирог подождёт. И мы подождём.

И в этот момент в комнату вбежал запыхавшийся посыльный.

— С сообщением из училища! — выпалил он, протягивая сложенный лист.

Карл шагнул к нему быстрее, чем кто-либо успел моргнуть. Развернул, пробежал глазами — и выдохнул. Выдохнул так, будто держал воздух в лёгких все эти часы.

— Жива, — сказал он вслух. — Цела. Посадила машину в горах. С ней всё хорошо.

Мари осела в кресло, прижала руки к лицу и разрыдалась — наконец-то, впервые за весь вечер позволив себе это.

Мордок отложил газету и крякнул:

— Ну я же говорил. Живучие.

Лора обняла дочь. Анна улыбнулась и ушла допекать пирог. А Карл снова повернулся к окну.

— Молодец, дочка, — шепнул он. — Молодец.

---

Ночью Лира лежала в кровати и смотрела в потолок.

Кайра уже спала — вырубилась через пять минут после того, как голова коснулась подушки, и теперь тихо посапывала, подложив ладонь под щёку. За окном шумел ветер, где-то далеко гудел космодром, готовя корабли к ночным рейсам.

Лира прокручивала в голове сегодняшний день. Полёт. Аварию. Посадку. Лес. Разговор с Маркусом.

— Мир, — прошептала она одними губами.

Странно. Ещё неделю назад она ненавидела его. А теперь... теперь не знала, что чувствовать. Что-то тёплое шевелилось в груди, но она боялась назвать это чувство по имени. Слишком рано. Слишком непонятно.

Она повернула голову и посмотрела в окно. Две луны висела высоко, заливая комнату бледным серебристым светом. Где-то там, за горами, спал замок. Спали мама, папа, деды, бабушки. Наверное, мама опять не спит, думает о ней. Наверное, папа смотрит на на одну из лун и думает как я там...

— Я жива, мам, со мной всё хорошо папа. — прошептала Лира. — У меня всё хорошо.

Она закрыла глаза. Крылья за спиной дрогнули и расслабились, прижимаясь к телу.

Завтра будет разбор полётов. Завтра она снова увидит Маркуса. Завтра продолжится учёба.

А сегодня — сегодня можно просто уснуть.

И она уснула.

Первый спокойный сон за последние дни.

Глава 9

Глава 9. Разбор полётов

Утро началось с противного звона будильника, который Лира ненавидела с первого дня в училище.

Она протянула руку, хлопнула по кнопке и заставила себя сесть. Голова гудела — спала она мало, всё прокручивала вчерашнее. Полёт. Авария. Лес. Маркус.

— Ты чего не спишь? — сонно пробормотала Кайра с соседней кровати. — Рано же.

— Разбор полётов в девять.

— А-а-а... — Кайра зевнула и перевернулась на другой бок. — Ну, удачи. Доложишь вечером.

Лира встала, умылась, оделась и вышла в коридор. В столовую не хотелось — кусок в горло не лез. Она просто выпила воды и направилась в административный корпус.

---

Кабинет Ветрова она уже знала. Дверь с табличкой, длинный коридор, сто двадцать три шага от входа. Сегодня она не считала — просто шла и думала.

Маркус ждал у двери.

Прислонившись к стене, засунув руки в карманы, он смотрел куда-то в окно и, кажется, тоже не выспался. Услышал шаги, повернул голову.

— Пришла, — сказал он просто.

— Пришла.

— Волнуешься?

— Есть немного. А ты?

— Тоже. — Он усмехнулся. — Ветров умеет пугать.

— Заходите, — раздалось из-за двери.

Они переглянулись и вошли.

---

Ветров сидел за столом, заваленным бумагами. Перед ним лежал какой-то отчёт — судя по всему, уже готовый разбор их полёта. На стене за его спиной висела та самая фотография «Блек Стара». Лира снова поймала себя на том, что ищет глазами Яши.

— Садитесь, — кивнул Ветров на два стула перед столом.

Они сели. Рядом. Локоть к локтю почти.

— Хорошо, — начал Ветров без предисловий. — Вы живы. Машина, хоть и помята, подлежит восстановлению. Это главное. Теперь давайте разбирать, что пошло не так.

Он разложил перед ними схему, испещрённую пометками.

— Двигатель отказал из-за производственного брака. Не ваша вина. Это уже выяснили. Но! — Он поднял палец. — Если бы вы не прошли предполётную проверку как положено, вы бы этого брака не заметили. А вы заметили. Кто вёл проверку?

— Я, — сказал Маркус. — Штурман отвечает за технический осмотр.

Ветров кивнул:

— Молодец. Не пропустил. А теперь главное. Посадка. — Он перевёл взгляд на Лиру. — Ты вела машину. Рассказывай.

Лира глубоко вздохнула и начала рассказывать. Как услышала хлопок, как почувствовала падение тяги, как Маркус заорал «Давление падает!», как искала площадку, как он считал, как она сажала.

Ветров слушал молча, не перебивая, только изредка кивал и делал пометки.

— Хорошо, — сказал он, когда она закончила. — Теперь ты, — он посмотрел на Маркуса.

Маркус рассказал свою часть. Спокойно, чётко, без лишних слов. Как увидел показания, как понял, что тянуть нельзя, как начал считать, как ориентировал Лиру.

— Высоту замерял по памяти? — уточнил Ветров.

— По приборам, — ответил Маркус. — Но когда они отказали — по карте и по визуальным ориентирам.

Ветров откинулся на спинку стула и посмотрел на них обоих. Долго, изучающе.

— Знаете, что самое ценное в этой истории? — спросил он.

Они переглянулись и синхронно покачали головами.

— Вы не запаниковали. Вы работали как команда. — Он по очереди обвёл их взглядом. — Ты ему доверилась, — кивок Лире. — Ты её не бросил, — кивок Маркусу. — Это важнее любых теоретических знаний. Этому не учат по учебникам.

Он встал, подошёл к окну, повернулся к ним спиной.

— Я видел много экипажей. Хороших пилотов, отличных штурманов. Но настоящая команда — это когда двое становятся одним целым. Когда ты знаешь, что напарник тебя не подведёт, даже если весь мир рушится. — Он помолчал. — У вас это есть. Не знаю, как и почему, но есть. Берегите.

Он повернулся к ним.

— Свободны. Зачёт вы сдали. Оба.

Они вышли из кабинета, и только в коридоре Лира поняла, что всё это время задерживала дыхание.

— Это был комплимент? — спросила она у Маркуса.

— Кажется, да. — Он выглядел ошарашенным не меньше её. — От Ветрова. Это почти как орден получить.

Они постояли молча, переваривая.

— Слушай, — вдруг сказал Маркус. — Ты сегодня ужинаешь?

— Ну... да. Наверное.

— Я не в том смысле... — Он вдруг смутился, чего Лира за ним раньше не замечала. — Я хотел сказать... может, вместе? Ну, поужинаем. В смысле, в столовой. Вместе.

Лира смотрела на него и чувствовала, как внутри разгорается что-то тёплое и смешное.

— Ты меня приглашаешь? — уточнила она.

— Ага. — Он засунул руки в карманы и смотрел куда-то в стену. — Если хочешь, конечно.

— Хочу, — сказала Лира. — В шесть?

— В шесть. Я зайду.

Он кивнул и быстро ушёл, почти сбежал.

Лира смотрела ему вслед и улыбалась.

---

Вечером они сидели в столовой, за обычным пластиковым столом, с обычными подносами с обычной едой. Вокруг гудели курсанты, кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то просто жевал в тишине.

А они говорили.

Оказалось, Маркус умеет рассказывать смешные истории. Про свою первую рыбалку, где он чуть не утонул. Про отца, который работает механиком и вечно приходит домой в масле. Про сестру, которая уехала на север и теперь шлёт открытки с видами гор.

А Лира рассказывала про замок. Про Мордока, который ворчит на всех подряд. Про мамины пироги. Про то, как дед учил её летать — по-настоящему, на крыльях.

— Это, наверное, круто, — сказал Маркус задумчиво. — Просто взять и полететь. Без машин, без ничего.

— Круто, — согласилась Лира. — Дед говорил, что у нас в крови небо. Но я всё равно хочу в космос. Там крылья не помогут.

— А там что поможет?

— Голова. И команда. — Она посмотрела на него. — И хороший штурман.

Он улыбнулся — открыто, по-настоящему.

— Буду иметь в виду.

Они вышли из столовой, когда уже стемнело. Над училищем висели две луны — большая и чуть поменьше, обе заливали двор серебристым светом.

— Красиво, — сказала Лира, глядя вверх.

— Ага.

Она повернулась к нему. Он смотрел не на луны — на неё.

— Что? — спросила она.

— Ничего. — Он улыбнулся. — Просто... рад, что мы не разбились.

— Я тоже.

Они постояли ещё немного, а потом разошлись по своим корпусам.

---

В замке в этот час Мари сидела на подоконнике в комнате Лиры и смотрела на две луны.

— Как ты там, дочка? — шепнула она.

Где-то далеко, в училище, Лира засыпала, и ей снились две луны и чья-то улыбка.

Глава 10

Глава 10. Первое письмо Лиры

После разбора полётов прошло три дня.

Три дня обычной учёбы, лекций, тренажёров, столовой и коротких встреч в коридорах. Маркус теперь не избегал её, не кривился, не цеплялся. Иногда даже кивал при встрече. А один раз — Лира готова была поклясться — он улыбнулся ей через всю столовую, и у неё почему-то вспыхнули щёки.

— Ты чего краснеешь? — подколола Кайра, сидевшая напротив.

— Ничего. — Лира уткнулась в тарелку. — Ешь давай.

— Ага, конечно. — Кайра перевела взгляд туда, где сидел Маркус со своими, и понимающе хмыкнула. — Так-так.

— Замолчи.

— Я молчу. Я просто смотрю. И делаю выводы.

— Кайра!

— Ладно-ладно. — Кайра подняла руки в примирительном жесте. — Но если что — я первая буду говорить «я же говорила».

Лира закатила глаза, но улыбнулась.

---

А вечером, когда Кайра ушла в душ, Лира наконец села писать письмо домой.

Она достала лист бумаги, конверт, ручку. Посмотрела на чистое белое поле и задумалась.

С чего начать?

«Дорогие мама и папа» — вывела она первое слово. И замерла.

Что писать? Что у неё всё хорошо? Что она чуть не разбилась, но жива? Что она поужинала с Маркусом и теперь не знает, куда деваться от странного чувства в груди?

Она вздохнула и начала писать.

---

«Дорогие мама и папа, дедушки и бабушки, и все-все-все!

Спасибо за письмо, мам. Я перечитывала его каждый вечер. Оно лежит у меня в ящике стола, и когда становится грустно, я достаю его и читаю. Особенно конец. Про то, что дом всегда ждёт.

У меня тут всё... по-разному. Учёба тяжёлая, но интересная. Инструкторы строгие, особенно Ветров. Но он хороший. Он знал прадеда Яши, у него в кабинете висит фотография «Блек Стара», и я каждый раз её рассматриваю.

Я нашла друзей. Зоя — она с первого дня ко мне подошла, мы сразу подружились. И Кайра — моя соседка, она с севера, очень смешная и всё время надо мной подшучивает. Но по-доброму.

А ещё...»

Лира задумалась. Писать про Маркуса или нет? Про то, как они поссорились, потом чуть не разбились, потом помирились, а теперь он на неё странно смотрит?

Она решила написать, но осторожно.

«А ещё тут есть один парень. Маркус. Мы сначала очень плохо ладили, он ко мне придирался, а я на него злилась. Но потом случился учебный полёт, и у нас отказал двигатель. Мы сели в горах. И он... он вёл себя как настоящий штурман. Не растерялся, не бросил, помог. Теперь мы... ну, не враги точно. Может, даже друзья. Не знаю пока.

Мама, не волнуйся. Я жива, цела, даже не поцарапалась. Машину посадила, нас быстро нашли. Ветров сказал, что мы молодцы. Так что у меня всё хорошо.

Я скучаю. По замку, по саду, по нашим завтракам. По тому, как папа делает вид, что читает газету, а сам следит за мной. По тому, как дед Мордок ворчит на всех подряд. По бабушкиным пирогам.

Передайте всем привет. Я напишу ещё.

Ваша Лира.

P.S. Две луны здесь очень красивые. Я часто смотрю на них перед сном и думаю, что вы, наверное, смотрите на те же самые».

---

Она свернула письмо, запечатала конверт и надписала: «Замок Фоксбург, семье Юмото».

Завтра отдаст курьеру. А сегодня — можно лечь спать с чистой совестью.

---

Через три дня письмо доставили в замок.

Мари вскрыла конверт дрожащими руками и читала вслух, собрав всех в гостиной. Карл сидел рядом и слушал, не перебивая. Мордок делал вид, что читает газету, но газета не шевелилась. Лора и Анна переглядывались и улыбались. Юрий молча кивал, когда слышал что-то важное.

— Пишет, что у неё всё хорошо, — голос Мари чуть дрожал от счастья. — Что учёба тяжёлая, но интересная. Что Ветров знал Яши. Что она нашла друзей — Зою и Кайру.

— Это хорошо, — сказала Лора. — Друзья — это важно.

— А ещё... — Мари запнулась, перечитала про себя и улыбнулась. — А ещё тут какой-то Маркус. Сначала они не ладили, а потом он помог ей при аварии. Она пишет, что теперь они не враги.

Карл приподнял бровь:

— Маркус? Не сын ли Эрика Стоуна?

— Того самого? — уточнил Мордок, откладывая газету. — Северянина?

— Его. — Карл кивнул. — Хороший механик. Я с ним пару раз встречался в порту. Честный мужик. Жалко, что война его так потрепала.

— Значит, и сын может быть ничего, — философски заметил Мордок. — Яблоко от яблони...

— Посмотрим, — сказала Мари, пряча письмо у сердца. — Главное, что она жива. И счастлива.

Они посидели ещё немного, обсуждая Лирины новости, а потом разошлись по своим делам.

А письмо легло в шкатулку, где Мари хранила всё самое дорогое.

---

В училище в этот вечер Лира стояла у окна и смотрела на две луны.

Кайра уже спала, накрутившись за день. За стеной кто-то тихо играл на гитаре. Где-то смеялись.

Лира думала о том, что письмо уже, наверное, близко к замку. Что мама сейчас, возможно, читает его и плачет от счастья. Что папа делает вид, что спокоен, но на самом деле рад.

И ещё она думала о Маркусе.

О том, как он улыбнулся сегодня в столовой. О том, как они сидели рядом на разборе полётов. О том, что завтра снова увидятся.

— Глупости, — сказала она себе. — Рано ещё.

Но сердце не слушалось.

Она улыбнулась своим мыслям, задернула штору и легла спать.

Новая жизнь продолжалась.

Глава 11

Глава 11. Кайра, учёба, дом

Неделя пролетела незаметно.

Лира уже перестала считать дни с момента приезда — они слились в один бесконечный поток лекций, тренажёров, коротких перерывов в столовой и вечерних разговоров с Кайрой перед сном.

Именно эти разговоры стали для Лиры неожиданным открытием.

— А ты почему вообще решила стать пилотом? — спросила она как-то вечером, когда они валялись на кроватях и смотрели в потолок.

Кайра хмыкнула:

— Хочешь честно?

— А то.

— Из-за брата.

Лира повернула голову:

— У тебя же три брата. Младших.

— Три, — подтвердила Кайра. — И все мечтают летать. А у нас в семье денег только на одного. Я пошла первая, чтобы потом... ну, ты понимаешь. Пробить дорогу. А они подтянутся.

Лира молчала, переваривая.

— Ты ради них это делаешь?

— Ага. — Кайра говорила просто, без пафоса, будто это само собой разумелось. — Они пацаны хорошие. Один вообще гений, сам собирает модели кораблей из мусора. Если кто и полетит к звёздам — так это он. А я просто... первая ступенька.

— Это не просто, — тихо сказала Лира. — Это круто.

— Да ладно. — Кайра махнула рукой. — Ты вот ради чего летаешь?

Лира задумалась.

— Сама не знаю. Наверное, потому что не могу иначе. С детства смотрела на небо и думала: там моё место. Глупо?

— Не глупо. — Кайра зевнула. — У каждого своё небо. У тебя — вон, ещё и крылья есть. Так что тебе сам бог велел.

— Крылья — это не для космоса, — вздохнула Лира. — Там они бесполезны.

— А ты не знаешь. — Кайра хитро прищурилась. — Вдруг пригодятся. Кто вообще знает, что там, в космосе?

Лира улыбнулась.

— Ты странная.

— Я северная. Это одно и то же.

Они засмеялись и замолчали. За окном светили две луны.

---

Учёба тем временем становилась всё серьёзнее.

После аварии Ветров словно взял их с Маркусом под особый контроль. На тренажёрах теперь гонял так, что к концу дня у Лиры дрожали руки. Маркус держался молодцом, но пару раз Лира замечала, как он трёт плечо — видимо, тоже выкладывался по полной.

— Стоун! Юмото! — рявкнул инструктор в конце очередной тренировки. — Завтра в восемь на полигоне. Проверка навигации в условиях ограниченной видимости. Не опоздать.

— Есть, — ответили они хором.

Когда Ветров ушёл, Маркус повернулся к Лире:

— Он нас убить решил?

— Похоже на то. — Лира усмехнулась. — Но мы же команда. Справимся.

— Справимся, — повторил он, и в его голосе вдруг не было ни капли привычной колкости. Только усталость и... благодарность?

Они разошлись по корпусам, но Лира ещё долго думала о том, как это прозвучало.

«Мы же команда».

---

А в замке в этот вечер случился переполох.

Мари сидела в гостиной с письмом от Лиры — уже третьим по счёту — и перечитывала его в сотый раз.

— Пишет, что учёба тяжёлая, — сообщила она вошедшему Карлу. — Что Ветров их гоняет. Что у неё появилась подруга Кайра, с севера. И что Маркус... ну, этот парень, про которого она писала... они теперь работают в паре.

Карл сел рядом, заглянул в письмо.

— Она выглядит счастливой?

— Выглядит. — Мари улыбнулась. — Пишет, что скучает, но что у неё всё хорошо.

— Значит, всё хорошо. — Карл обнял жену. — Отпустило?

— Не совсем. — Мари вздохнула. — Но легче. Когда знаешь, что она не одна... там, среди чужих... что у неё есть друзья... это помогает.

— А этот Маркус? — осторожно спросил Карл. — Тебя не беспокоит?

Мари задумалась.

— Не знаю. Он ей помог. Вёл себя достойно. Но... он же сын того северянина?

— Эрика Стоуна. Я узнавал. — Карл говорил спокойно, без осуждения. — Мужик после войны взял себя в руки, работает, сына поднял один. Не суди по отцу.

— Я и не сужу. — Мари отложила письмо. — Просто... она моя девочка. Я хочу, чтобы рядом с ней были хорошие люди.

— Может, он и есть хороший. — Карл улыбнулся. — Время покажет.

Они сидели молча, глядя на огонь в камине. Тот самый, на который когда-то смотрела маленькая Лира.

---

В училище в этот час Лира стояла у окна и смотрела на две луны.

Кайра уже спала, накрутившись за день. За стеной было тихо — даже гитара сегодня молчала.

Лира думала о доме. О маме, которая сейчас, наверное, сидит в гостиной и перечитывает её письмо. О папе, который делает вид, что спокоен. О деде Мордоке, который ворчит, но на самом деле скучает.

— Я скоро приеду, — шепнула она в темноту. — На каникулы. Потерпите.

Она уже собралась ложиться, когда в дверь тихо постучали.

Лира нахмурилась — кто в такой час? Подошла, приоткрыла.

На пороге стоял Маркус.

— Ты чего? — удивилась она шёпотом.

— Не спалось, — так же тихо ответил он. — Увидел свет в окне. Подумал... может, ты тоже не спишь.

— Не сплю. — Лира поколебалась секунду и вышла в коридор, прикрыв дверь, чтобы не разбудить Кайру. — Что-то случилось?

— Нет. — Он засунул руки в карманы, как всегда делал, когда волновался. — Просто... думал о завтрашнем.

— О проверке?

— О нас.

Лира замерла.

— О нас? — переспросила она осторожно.

— О команде, — поправился он быстро. Но как-то неуверенно. — О том, что Ветров сказал. Что мы одно целое. Я раньше не думал об этом. А теперь думаю.

Они стояли в пустом коридоре, освещённом тусклым ночным светом. Две луны заглядывали в окно.

— Я тоже думаю, — сказала Лира. — Странно всё. Ещё месяц назад мы ненавидели друг друга.

— Я не ненавидел. — Маркус смотрел куда-то в пол. — Я боялся.

— Чего?

— Что ты окажешься лучше. Что я буду выглядеть ничтожеством рядом с тобой. Дочкой президента, внучкой короля, принцессой... — Он усмехнулся горько. — А ты оказалась просто человеком. Который тоже боится. Который тоже ошибается. И который... не смотрит свысока.

Лира молчала, чувствуя, как в груди разливается тепло.

— Ты не ничтожество, — сказала она тихо. — Ты — Маркус. Который спас нас в горах. Который считал высоту, когда я готова была запаниковать. Который... — Она запнулась. — Который мне нравится. Таким, какой есть.

Он поднял глаза. В них было что-то, от чего у Лиры перехватило дыхание.

— Правда? — спросил он.

— Правда.

Они стояли друг напротив друга в пустом коридоре, и между ними было всего полшага.

— Завтра проверка, — сказал Маркус хрипло. — Нам надо выспаться.

— Надо.

— Я пойду.

— Иди.

Он не двинулся с места.

— Лира...

— Что?

— Ничего. — Он улыбнулся — по-настоящему, открыто. — Просто... спасибо.

Он развернулся и ушёл, растворившись в полумраке коридора.

Лира стояла и смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом.

Потом вернулась в комнату, легла на кровать и уставилась в потолок.

Кайра заворочалась и сонно пробормотала:

— Кто приходил?

— Никто. — Лира улыбнулась в темноте. — Спи.

— Угу...

Через минуту Кайра снова засопела.

А Лира ещё долго лежала с открытыми глазами, глядя, как лунный свет рисует узоры на потолке.

Две луны. Два человека. Одна команда.

И что-то ещё, чему она пока боялась дать имя.

Глава 12

Глава 12. Первый серьёзный экзамен

До экзамена оставалась неделя, и училище гудело как растревоженный улей.

В столовой обсуждали только это. В коридорах шептались. На тренажёрах народ зависал до ночи, отрабатывая манёвры. Даже Ветров, обычно невозмутимый, ходил с каким-то особенным выражением лица — будто ждал, кто выживет, а кто нет.

— Он специально нагнетает, — сказала Кайра за ужином, глядя, как Лира в сотый раз перечитывает конспекты. — Чтобы в стрессоустойчивости потренировать.

— У меня уже стрессоустойчивость на нуле, — простонала Лира, закрывая тетрадь. — Я ничего не помню. Всё вылетело из головы.

— У тебя вылетело, у меня вылетело, у всех вылетело. — Кайра беспечно махнула вилкой. — На экзамене вспомнится. Организм сам включит режим выживания.

— Ты философ.

— Я северная. Это одно и то же.

Лира улыбнулась, но конспект всё же отложила. Глаза уже слипались.

---

В ночь перед экзаменом она почти не спала.

Ворочалась, считала две луны за окном, думала о доме, о маме, о папе, о Маркусе. О том, что завтра всё решится. Либо она докажет, что чего-то стоит, либо...

— Не думай о плохом, — раздалось в темноте.

Лира вздрогнула:

— Кайра? Ты не спишь?

— Ты так ворочаешься, что тут уснёшь. — Кайра села на кровати. — Хочешь, расскажу, как я перед вступительными боялась?

— Расскажи.

— Я тогда три дня не ела. Думала, провалюсь — и всё, братья без будущего останутся. А отец сказал: «Дура, если ты с голодухи сознание потеряешь, ты точно провалишься. Жри давай». И я поела. И сдала. — Кайра зевнула. — Мораль: жрать надо. И спать. Всё остальное — ерунда.

Лира фыркнула.

— Ты умеешь утешить.

— Я умею вправлять мозги. Спи давай.

Лира закрыла глаза. И, как ни странно, уснула.

---

Утром она стояла на лётном поле вместе с десятком таких же бледных первокурсников.

Ветров обходил строй, заглядывая в лица. Остановился напротив Лиры, задержал взгляд.

— Выспалась?

— Так точно.

— Врёшь. — Он усмехнулся. — Но хоть не падаешь. Уже хорошо.

Он двинулся дальше.

Маркус стоял через два человека от неё. Поймал её взгляд и чуть заметно кивнул. Мол, всё будет хорошо.

Лира кивнула в ответ.

---

Первым вызывали парня с параллельного потока. Он сел в машину, взлетел, сделал круг над полигоном — и сел обратно. Жёстко, с хлопком, но сел.

— Три с минусом, — объявил Ветров. — Техника хромает. Следующий.

Потом была девушка, потом ещё один парень. Кто-то справлялся лучше, кто-то хуже. Один чуть не завалил посадку — Ветров заставил его повторить, и тот повторил, уже аккуратнее.

— Юмото, — вызвал Ветров. — Готова?

— Готова.

Она пошла к машине, чувствуя спиной взгляды. Маркус смотрел особенно пристально.

В кабине пахло привычным — металлом, маслом, страхом предыдущих курсантов. Лира глубоко вздохнула, проверила приборы, связалась с землёй.

— Юмото, взлёт разрешаю.

Она дала газ.

Машина рванула вперёд, оторвалась от земли, и через секунду Лира уже была в небе.

И там, наверху, всё стало просто.

Ни страха, ни сомнений. Только она, машина и бескрайнее небо. Она чувствовала каждый поворот штурвала, каждое движение воздуха за стеклом кабины. Крылья за спиной дрожали в такт полёту — своё, родное, но сейчас не нужное. Сейчас она была пилотом.

Она выполнила все фигуры, которые требовались. Сделала круг над полигоном, поймала сигнал на посадку и пошла вниз.

Земля приближалась. Мягко. Плавно. Идеально.

Шасси коснулись полосы с лёгким шорохом.

Лира выдохнула.

В наушниках раздался голос Ветрова — спокойный, но с какими-то новыми нотками:

— Хорошо. Очень хорошо. Освобождай машину.

Она выбралась из кабины на ватных ногах и увидела, как Ветров что-то черкаёт в планшете. Поднял голову, посмотрел на неё.

— Пять, — сказал коротко. — Свободна.

У Лиры подкосились колени. Она отошла в сторону и только там позволила себе улыбнуться.

---

Маркус подошёл, когда она уже пришла в себя и стояла, наблюдая за следующим курсантом.

— Слышал, — сказал он тихо. — Пять. Поздравляю.

— Спасибо. У тебя ещё всё впереди.

— Знаю. — Он усмехнулся. — Буду стараться не опозориться.

— Не опозоришься. Ты же Маркус.

Он посмотрел на неё с каким-то новым выражением.

— Ты правда так думаешь?

— Правда.

Он кивнул и пошёл готовиться. А Лира осталась стоять, глядя ему вслед.

---

Маркус сдал на твёрдую четвёрку.

Ветров, отпуская его, буркнул:

— Мог бы и на пять, если бы не нервничал. Работай над собой.

— Есть, — ответил Маркус и, проходя мимо Лиры, чуть заметно подмигнул.

Вечером в столовой Кайра устроила мини-праздник — стащила откуда-то пирожные и торжественно вручила Лире и Маркусу по одному.

— За отличную сдачу! — провозгласила она. — И за то, что живы остались!

— Спасибо, — рассмеялась Лира. — Ты наша главная поддержка.

— Ага. Я — северный тыл. — Кайра откусила своё пирожное и довольно зажмурилась.

Маркус сидел рядом и молчал, но Лира чувствовала его присутствие кожей. Иногда их взгляды встречались, и оба отводили глаза.

---

Ночью, лёжа в кровати, Лира смотрела на две луны и думала.

Она сдала. Она справилась. Она доказала — себе, Ветрову, всем — что чего-то стоит.

А ещё она думала о Маркусе. О том, как он на неё смотрит. О том, что будет дальше.

— Эй, — позвала Кайра из темноты. — Ты чего не спишь?

— Думаю.

— О чём?

— О разном.

— О Маркусе?

Лира покраснела даже в темноте:

— С чего ты взяла?

— Я же северная. — Кайра хмыкнула. — Мы всё видим. Ладно, не парься. Всё путём.

— Что значит «путём»?

— То и значит. Спи давай. Завтра самостоятельный вылет.

Лира вздохнула. Самостоятельный вылет. Это уже не экзамен, это — настоящее.

Она закрыла глаза.

Завтра будет новый день.

Глава 13

Глава 13. Самостоятельный вылет

После экзамена прошло три дня. Три дня обычной учёбы, лекций и тренажёров, но воздух в училище был другим. Те, кто сдал, ходили с чуть более гордой осанкой. Те, кто не дотянул, с удвоенным рвением корпели над конспектами.

Лира поймала себя на том, что чаще обычного смотрит в небо.

— Ждёшь? — спросила Кайра, застав её у окна в коридоре.

— Просто смотрю.

— Ага. Я тоже просто смотрю на пирожные, когда худею. — Кайра усмехнулась и потащила её на лекцию.

Но Лира действительно ждала. Завтра должен был состояться первый самостоятельный вылет — без инструктора, без поддержки, только она и небо.

И почему-то она боялась этого сильнее, чем экзамена.

---

Вечером она не выдержала и пошла к Ветрову.

Дверь была приоткрыта, как всегда. Лира постучала и вошла.

Ветров сидел за столом и что-то писал. Поднял голову, увидел её, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

— Не спится?

— Не спится, — призналась Лира.

— Садись. — Он кивнул на стул. — Рассказывай.

Она села, покрутила в руках край рукава.

— Завтра самостоятельный. Я... не знаю, готова ли.

Ветров отложил ручку, посмотрел на неё внимательно.

— Экзамен ты сдала лучше всех. Техника у тебя отличная. Голова варит. Чего боишься?

— Не знаю. — Лира помолчала. — Наверное, того, что я одна. Без напарника, без вас... только я и машина.

— А это и есть главное, — сказал Ветров. — Понять, что ты не одна. Машина — это продолжение тебя. Небо — твой дом. Ты уже летала тысячи раз. Своими крыльями. Помнишь то чувство?

Лира кивнула.

— Перенеси его в кабину. Закрой глаза и представь, что ты не в самолёте, а просто паришь. А потом открой — и делай.

Она смотрела на него и чувствовала, как страх понемногу отпускает.

— Спасибо, — сказала она.

— Не за что. — Ветров чуть улыбнулся. — Иди спать. Завтра в семь.

Она встала, уже у двери обернулась:

— Илья Григорьевич?

— М?

— А вы боялись? Когда первый раз сами вылетели?

Ветров задумался. Потом ответил:

— Боялся. До дрожи. Но потом понял: страх — это не враг. Это топливо. Главное — не дать ему захлестнуть тебя с головой.

Лира кивнула и вышла.

---

Утро было ясным и холодным.

Над полигоном висели редкие облака, ветер слабый, видимость отличная. Лучшие условия для первого самостоятельного.

Лира стояла у своей машины и ждала. Рядом суетились механики, проверяя последний раз системы. Кто-то хлопнул её по плечу — Маркус.

— Не дрейфь, — сказал он коротко. — Ты справишься.

— Откуда знаешь?

— Знаю. — Он посмотрел ей в глаза. — Я в тебя верю.

У неё перехватило дыхание. Она хотела что-то ответить, но Ветров уже звал:

— Юмото! Пора!

Лира глубоко вздохнула, забралась в кабину и закрыла фонарь.

В наушниках раздался голос Ветрова:

— Юмото, взлёт разрешаю. Удачи.

Она дала газ.

Машина побежала по полосе, оторвалась — и небо приняло её.

---

Первые минуты она просто летела.

Без заданий, без фигур, без контроля. Просто набирала высоту и смотрела, как внизу уплывают корпуса училища, полигон, лес, горы на горизонте.

Солнце било в глаза, но она не щурилась — пилотская маска защищала. Ветер свистел за стеклом. Двигатель гудел ровно, уверенно.

Лира закрыла глаза на секунду и представила, что она просто парит. Как в детстве, когда дед Мордок учил её ловить восходящие потоки. Тепло, ветер, свобода.

— Я лечу, — сказала она вслух. — Сама.

И в этот момент она поняла, что страх ушёл. Осталась только радость.

Она сделала круг над полигоном, потом ещё один. Выполнила все положенные манёвры, проверила машину в разных режимах. И только когда топливо начало подходить к критической отметке, пошла на посадку.

Земля приближалась. Медленно, плавно.

Шасси коснулись полосы так мягко, что Лира сначала не поверила — села?

— Юмото, — раздалось в наушниках. Голос Ветрова звучал как-то странно. — Ты вообще понимаешь, что ты сейчас сделала?

— Посадила машину? — неуверенно ответила она.

— Идеально. Абсолютно идеально. Я таких посадок от первокурсников не видел лет десять. Поздравляю. Ты — пилот.

Лира выключила двигатель и просто сидела в кабине, чувствуя, как по щекам текут слёзы.

Счастье. Настоящее, чистое счастье.

---

Когда она выбралась наружу, её уже ждали.

Кайра подбежала первой и повисла на шее:

— Дурёха! Ты чо творишь! Я чуть не поседела там, на земле! Идеальная посадка, серьёзно?! Это вообще законно?!

— Не знаю, — смеялась Лира сквозь слёзы. — Наверное.

Подошёл Маркус. Остановился в двух шагах, смотрел на неё, и в его глазах было столько всего, что у Лиры снова перехватило дыхание.

— Ты чудо, — сказал он тихо. — Просто чудо.

И, прежде чем она успела что-то ответить, шагнул вперёд и обнял её.

Коротко. Крепко. По-настоящему.

Лира замерла, а потом обняла его в ответ.

Кайра рядом присвистнула, но деликатно отвернулась.

Ветров, наблюдавший эту сцену со стороны, хмыкнул, покачал головой и ушёл, на ходу записывая что-то в планшет.

---

Вечером Лира сидела в комнате и смотрела на две луны.

Кайра уже спала, утомлённая днём. За стеной было тихо.

Лира держала в руках письмо, которое написала домой сразу после полёта:

«Мама, папа, дедушки, бабушки! Я сегодня первый раз вылетела сама. Совсем одна. Это было... не передать словами. Я летела и думала о вас. О том, как вы меня учили. О том, как дед Мордок впервые поднял меня в небо на своих крыльях. О том, как мама волновалась. О том, как папа всегда верил.

Я справилась. Я — пилот. Настоящий.

Скоро каникулы. Я приеду. Дождитесь».

Она свернула письмо, запечатала и положила на тумбочку — завтра отправить.

А потом легла и долго смотрела в потолок, где две луны рисовали серебряные узоры.

Где-то в соседнем корпусе, в такой же комнате, Маркус тоже смотрел на луны и думал о ней.

Новая жизнь начиналась по-настоящему.

Глава 14

Глава 14. Зоя

После самостоятельного вылета жизнь в училище вошла в спокойное русло. Экзамены позади, впереди — обычные будни, тренировки, лекции и редкие выходные, когда можно было просто валяться на кровати и ничего не делать.

Лира поймала себя на том, что в этой новой, налаженной жизни почти не видит Зою.

Они сталкивались в столовой, перебрасывались парой фраз в коридорах, но прежней близости не было. Кайра заняла всё свободное время Лиры, а Зоя... Зоя как-то осталась за кадром.

— Ты чего задумалась? — спросила Кайра, застав её за странным занятием — Лира просто сидела на кровати и смотрела в одну точку.

— О Зое, — призналась Лира. — Мы с ней не виделись нормально уже недели две.

— А кто это?

— Подруга. С первого дня. Она... — Лира запнулась. — Она была первой, кто со мной заговорил.

Кайра присвистнула:

— Ого. А я и не знала. Ты про неё не рассказывала.

— Вот и я о том же. — Лира встала. — Пойду найду её.

---

Зою она обнаружила в библиотеке.

Та сидела в самом дальнем углу, заваленная книгами, и что-то яростно писала в тетради. Увидев Лиру, удивлённо моргнула:

— Ты чего тут?

— Тебя ищу. — Лира плюхнулась на соседний стул. — Ты пропала. Мы не виделись сто лет.

— Не сто, а две недели, — поправила Зоя, но в её голосе слышалась улыбка. — Я тут завал с теорией. Если не сдам зачёт по навигации, меня отчислят.

— Что? — Лира опешила. — Ты же всегда была отличницей!

— Была. — Зоя вздохнула и отложила ручку. — А потом... ну, в общем, проблемы дома.

Лира молча ждала.

Зоя помялась, но всё же решилась:

— Отец заболел. Мать пишет, что дела совсем плохи. Я тут места себе не нахожу, а ещё эта учёба... голова не варит совсем.

— Почему ты сразу не сказала?

— А что толку? — Зоя усмехнулась горько. — Ты со своей Кайрой, с Маркусом этим... я думала, тебе не до меня.

Лира почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Зоя, ты дура. — Она сказала это мягко, но твёрдо. — Ты первая, кто со мной заговорил. Ты меня в коридоре подобрала, помнишь? С картой этой дурацкой. Ты — моя подруга. Самая настоящая. А я... я просто увлеклась новой жизнью и забыла про тебя. Прости.

Зоя смотрела на неё, и в глазах у неё блестели слёзы.

— Правда?

— Правда. — Лира взяла её за руку. — Давай сюда свои конспекты. Разбираем навигацию вместе. А потом идём ужинать. И ты мне всё расскажешь про отца. Договорились?

Зоя кивнула и вдруг улыбнулась — той самой открытой улыбкой, которая была у неё в первый день знакомства.

— Договорились.

---

Они просидели в библиотеке до самого закрытия.

Лира гоняла Зою по формулам, объясняла сложные моменты, заставляла пересчитывать одно и то же, пока та не начинала щёлкать задачи как орешки. К концу вечера Зоя выглядела уставшей, но довольной.

— Я думала, ты меня бросила, — сказала она, когда они вышли на улицу.

— Глупости. — Лира замотала шарф плотнее — вечера уже становились холодными. — Я просто... сама запуталась. Новая жизнь, новые люди. Но старые друзья — это старые друзья. Ты меня не выгонишь так просто.

— Не выгоню, — пообещала Зоя.

Они шли по тёмной аллее, и над ними висели две луны — большая и чуть поменьше.

— А знаешь, — вдруг сказала Зоя. — Я ведь сначала тебя невзлюбила.

— За что?

— За статус. Думала, принцесса, дочка президента — будет нос воротить. А ты взяла и пошла со мной, с картой этой разбираться. Просто так. Я тогда и подумала: а может, не все принцессы одинаковые?

Лира усмехнулась:

— А теперь?

— А теперь ты моя лучшая подруга. — Зоя толкнула её плечом. — И не вздумай больше пропадать.

— Не пропаду, — пообещала Лира.

---

В столовой их ждал сюрприз.

Кайра сидела за их обычным столом и делала вид, что читает книгу, но на самом деле откровенно подглядывала за ними. Рядом с ней сидел Маркус — с независимым видом, но тоже явно ждал.

— О, явились, — сказала Кайра, когда они подошли. — Мы уж думали, вы там в библиотеке ночевать остались.

— Почти, — рассмеялась Зоя. — Лира меня гоняла как сидорову козу.

— А ты сдавайся! — Маркус пододвинул к Лире тарелку с супом — её любимым. — Ты же у нас теперь звезда курса.

Лира удивлённо посмотрела на него:

— Ты что, за мной следишь?

— Ага. — Он усмехнулся. — Личную службу безопасности организовал. Кайра в дозоре, я на подхвате.

— А я? — обиженно спросила Зоя.

— А ты — объект. — Кайра подмигнула. — Самый ценный. Раз уж тебя нашли.

Зоя фыркнула, но было видно, что ей приятно.

Они сидели вчетвером, болтали, смеялись, спорили о пустяках. Обычный вечер, обычная столовая, обычные курсанты.

Но для Лиры это было необычно.

Впервые за долгое время она чувствовала, что у неё есть не просто друзья, а своя команда. Свои люди. Своё место в этом мире.

---

Поздно ночью, лёжа в кровати, она улыбалась в темноту.

— Чего лыбишься? — сонно спросила Кайра.

— Просто так, — ответила Лира. — Хорошо.

— Ага, — согласилась Кайра и через минуту уже спала.

Лира смотрела на две луны за окном и думала о том, как всё странно устроено. Ещё месяц назад она была одна в этом огромном училище. А теперь у неё есть Кайра, Зоя, Маркус... и даже Ветров, кажется, на её стороне.

— Спасибо, — прошептала она неизвестно кому. То ли маме, то ли судьбе, то ли двум лунам.

И уснула.

Спокойно. Впервые за долгое время.

Глава 15

Глава 15. Помощь

После того вечера в библиотеке Лира и Зоя стали неразлучны.

Кайра, ревниво наблюдавшая за этим со стороны, сначала дулась, но потом смирилась — места в Лирином сердце хватало на всех. Тем более что Зоя оказалась отличной компанией: острая на язык, смешливая, но при этом умеющая слушать и понимать с полуслова.

— У вас там что, клуб по интересам? — ворчала Кайра, когда они втроём сидели в столовой и хохотали над какой-то глупостью. — Меня одну на навигацию бросили!

— Ты и так всё знаешь, — отмахивалась Лира. — Тебе не навигация нужна, а компания.

— Ага. — Кайра надулась, но глаза её смеялись. — Я тут страдаю, а им весело.

Маркус, сидевший рядом, только качал головой и делал вид, что читает учебник. Но Лира видела — он тоже улыбается.

---

Но за весельем Лира замечала, что с Зоей что-то не так.

Она смеялась, шутила, спорила с Кайрой, но иногда в её глазах появлялась такая тоска, что у Лиры сердце сжималось.

И однажды вечером, когда они остались вдвоём на скамейке у общежития, Зоя не выдержала.

— Ты чего молчишь? — спросила Лира, глядя, как подруга задумчиво смотрит на две луны.

— Думаю.

— О чём?

Зоя помолчала, потом заговорила — глухо, с трудом подбирая слова:

— Отец у меня... ну, я говорила. Он болеет. Сильно. Мать пишет, что врачи ничего не могут. Лекарства дорогие, а у нас денег нет. Я тут учусь, а он там... — Голос её дрогнул. — Если с ним что случится, я себе не прощу.

Лира молча слушала, не перебивая.

— Я думала бросить учёбу, — сказала Зоя тихо. — Поехать домой, работать, помогать. Но мать запрещает. Говорит, это его убьёт быстрее — если я вернусь ни с чем. — Она усмехнулась горько. — Вот и сижу тут, учу звёзды, а думаю только о том, что там, внизу.

— Зоя... — начала Лира.

— Не надо, — перебила та. — Я не за этим рассказала. Просто... ты спросила. Иногда легче, когда кто-то знает.

Она встала и ушла в общежитие, оставив Лиру одну.

Лира долго сидела на скамейке, глядя на луны, и думала.

---

В ту же ночь она написала письмо домой.

Не то, обычное, про учёбу и друзей. Другое. Очень личное, очень важное.

«Папа,

Я знаю, что ты всегда говорил: не проси помощи для себя, но для других — можно. Я сейчас прошу для других.

У моей подруги Зои отец тяжело болен. У них нет денег на лекарства и хороших врачей. Она моя самая первая подруга здесь, в училище. Она приняла меня, когда я была совсем одна. Она не смотрела на мой статус, не завидовала, не льстила. Она просто была рядом.

Пап, я прошу тебя — помоги ей. Найди врачей, лекарства, сделай что-нибудь. Я не знаю, как это работает, но ты же можешь всё. Ты же президент. Если не для меня, то для неё. Она хороший человек, пап. Она заслуживает, чтобы её отец жил.

Я очень тебя люблю и очень скучаю.

Твоя дочь Лира».

Она запечатала письмо и отдала курьеру рано утром, до того, как проснулась Зоя.

---

Через неделю в училище пришло сообщение для Зои.

Её вызвали в канцелярию, и она ушла бледная, думая, что случилось что-то страшное. Вернулась через час — красная, взволнованная, с мокрыми глазами.

— Лира! — закричала она с порога, врываясь в комнату. — Лира, ты где?!

Лира выскочила из-за шкафа, где пыталась спрятаться от Кайры, которая гоняла её за съеденный без спроса пирожок.

— Что случилось?

— Ты! — Зоя налетела на неё и обняла так крепко, что у Лиры хрустнули рёбра. — Ты это сделала! Ты!

— Я ничего... — попыталась отмазаться Лира.

— Не ври! — Зоя отстранилась, глядя на неё сквозь слёзы. — Мне только что сообщили. Отца забрали в лучшую клинику столицы. Нашли каких-то врачей, профессоров. Лекарства оплачены. Всё! Всё сделано! Мать написала, что они не знают, кто это организовал, но я знаю! — Она трясла Лиру за плечи. — Это ты! Твой отец!

Лира покраснела до корней волос.

— Ну... я попросила. Всего лишь.

— Всего лишь?! — Зоя снова обняла её. — Ты спасла ему жизнь, понимаешь? Врачи сказали, если бы не сейчас, через месяц было бы поздно. Ты спасла моего отца!

Кайра, наблюдавшая эту сцену из угла, шмыгнула носом и демонстративно отвернулась, делая вид, что у неё что-то попало в глаз.

— Ладно вам, — пробормотала она. — Распустили тут сырость.

— Заткнись, — всхлипнула Зоя. — Иди сюда.

Она схватила Кайру и притянула в общие объятия. Через секунду они уже втроём стояли посреди комнаты, обнявшись, и ревели в три ручья.

— Ненавижу вас, — бормотала Кайра сквозь слёзы. — Довели северную женщину до слабости. Позор.

— Сама такая, — смеялась Лира. — Северная женщина...

---

Вечером они сидели в столовой вчетвером — пришёл даже Маркус, которого Кайра силком притащила, заявив, что "это исторический момент, надо зафиксировать".

Зоя была сама не своя от счастья. Она то смеялась, то снова плакала, то благодарила Лиру, то замолкала и смотрела на неё с таким обожанием, что Маркус начал ревновать.

— Эй, — сказал он тихо Лире, когда Зоя отошла за чаем. — Ты это... молодец.

— Я просто письмо написала.

— Ага. Просто. — Он посмотрел на неё долгим взглядом. — Ты вообще понимаешь, какая ты?

— Какая?

— Хорошая. — Он сказал это просто, без всяких подколов. — Настоящая.

Лира смутилась и уткнулась в чашку.

— Иди ты, — буркнула она.

— Не пойду. — Он улыбнулся. — Я тут с вами. Надолго.

---

А в замке в этот вечер Мари застала Карла за странным занятием.

Он сидел в кабинете и перечитывал Лирино письмо — уже, наверное, в десятый раз.

— Ты чего? — спросила она, садясь рядом.

— Думаю, — ответил он. — Какая у нас дочь выросла.

— Хорошая?

— Лучше. — Он поднял глаза. — Она не для себя просила. Для подруги. Совсем чужого человека. Просто потому, что это правильно.

Мари улыбнулась и положила голову ему на плечо.

— В кого бы это?

— В нас обоих, — ответил Карл. — В самое лучшее, что в нас есть.

Они сидели молча, глядя на огонь в камине.

Где-то далеко их дочь праздновала маленькую победу добра с друзьями.

Всё было правильно.

Глава 16

Глава 16. Нежданные гости

После истории с отцом Зои прошло ещё две недели.

Всё это время Лира ловила на себе странные взгляды. Зоя смотрела на неё с обожанием. Кайра — с гордостью, будто это она сама всё организовала. А Маркус... Маркус смотрел так, что у Лиры внутри всё переворачивалось.

— Ты чего на меня всё время пялишься? — не выдержала она однажды, когда они остались вдвоём на тренажёрах.

— Не пялюсь, — ответил он, но тут же покраснел. — Наблюдаю.

— За чем?

— За тобой. — Он вздохнул и отложил шлем. — Лира, я... ну, в общем, ты мне нравишься. Сильно.

Лира замерла.

Она знала это. Чувствовала кожей каждую его улыбку, каждый взгляд. Но слышать это вслух было... по-другому.

— Маркус... — начала она.

— Не говори ничего, — перебил он быстро. — Просто... я хотел, чтобы ты знала. А там как будет.

Он развернулся и пошёл к выходу, но Лира окликнула его:

— Стой!

Он обернулся.

Она подошла ближе. Ближе. Ещё ближе.

— Ты дурак, — сказала она тихо. — Думаешь, я не видела? Не чувствовала?

— И что? — спросил он хрипло.

— А то. — Лира взяла его за руку. — Ты мне тоже нравишься. Уже давно. Просто боялась признаться.

Он смотрел на неё, не веря.

— Правда?

— Правда.

И тогда он улыбнулся — так, как она ещё ни разу не видела. Светло, открыто, счастливо.

— Можно я тебя поцелую? — спросил он шёпотом.

— Можно, — ответила она.

Их первый поцелуй был коротким и неловким — оба волновались, оба не знали, куда деть руки. Но когда они отстранились, Лира поняла, что это был самый лучший поцелуй в её жизни.

— Офигеть, — выдохнул Маркус. — Я теперь, кажется, вообще ничего не соображаю.

— Я тоже, — призналась Лира и засмеялась.

Они стояли посреди пустого тренажёрного зала, держались за руки и глупо улыбались.

---

В общежитие Лира влетела как на крыльях.

Кайра подняла голову от учебника и сразу всё поняла.

— О, — сказала она. — Свершилось.

— Что? — попыталась сделать непонимающее лицо Лира.

— Ты сияешь как новогодняя ёлка. Не надо тут. — Кайра отложила книгу. — Рассказывай.

Лира плюхнулась на кровать и уставилась в потолок.

— Мы поцеловались.

— Ура! — заорала Кайра. — Зоя! Иди сюда!

Зоя, которая как раз проходила мимо, заглянула в комнату:

— Чего орёшь?

— Лира с Маркусом поцеловались!

Зоя завизжала и бросилась обнимать подругу. Через минуту они уже втроём сидели на кровати, болтали ногами и строили планы.

— Свадьба летом, — тараторила Зоя. — Я буду подружкой невесты.

— Я тоже, — встряла Кайра.

— Вы обе будете, — смеялась Лира. — Только дайте сначала доучиться.

— Мелочи, — отмахнулась Кайра. — Главное — план есть.

Они хохотали, пока в дверь не постучали.

— Курсант Юмото? — заглянул дежурный. — Там к вам приехали. Сказали, родственники.

Лира замерла.

— Родственники? Кто?

— Двое. Один пожилой, с крыльями. И ещё один, помоложе.

У Лиры сердце ушло в пятки, потом подскочило к горлу.

— Дед! — заорала она и вылетела в коридор быстрее, чем Кайра успела сказать "осторожно".

---

Мордок стоял посреди вестибюля, расправив свои величественные крылья так, что занимал полпомещения. Рядом с ним, чуть смущённо улыбаясь, стоял Гарри.

— Деда! — Лира повисла у него на шее, едва не сбив с ног.

— Осторожно, осторожно! — Мордок поймал её, прижал к себе. Крылья сомкнулись вокруг них, скрывая от посторонних глаз. — Задушишь старого воина!

— Ты не старый! — всхлипнула Лира. — Вы чего приехали?

— Соскучились, — просто ответил Мордок, выпуская её из объятий. — Я устал скучать, внучка. Сидеть в замке и ждать писем — не для меня. Решил лично проверить, как ты тут.

Лира перевела взгляд на Гарри.

— И ты приехал?

Гарри кивнул:

— Присматриваю. За вами обоими.

Он говорил спокойно, но в его глазах Лира увидела тепло. Для него эта поездка значила не меньше, чем для Мордока.

— Пойдёмте, — спохватилась она. — Я вас познакомлю с друзьями. У меня тут... ну, в общем, есть кого показать.

Мордок хитро прищурился:

— Это случайно не тот парень, про которого ты маме писала?

Лира покраснела до корней волос.

— Деда!

— Ладно-ладно, — засмеялся он. — Веди.

---

В комнату они ввалились всей толпой.

Кайра, увидев Мордока с крыльями, присвистнула и прошептала Зое:

— Ничего себе у неё дедушка.

Зоя толкнула её локтем, но сама смотрела во все глаза.

— Знакомьтесь, — сказала Лира, всё ещё красная. — Мой дед, Мордок. И Гарри, наш... ну, друг семьи.

— Очень приятно, — Кайра встала и поклонилась с такой серьёзностью, что Лира прыснула. — Я Кайра. Северная.

Мордок окинул её одобрительным взглядом:

— Северная? Хорошая школа. Уважаю.

Зоя представилась скромнее, но Мордок и ей кивнул тепло.

— А где этот... Маркус? — спросил он, оглядываясь.

— Я здесь, — раздалось от двери.

Маркус стоял на пороге, бледный, но с гордо поднятой головой. Видимо, уже успели доложить.

Мордок посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. Крылья его чуть приподнялись — то ли от любопытства, то ли для острастки.

— Тот самый Маркус? — спросил он.

— Тот самый, — ответил Маркус, глядя ему прямо в глаза.

Мордок шагнул к нему. Обошёл кругом, разглядывая со всех сторон. Маркус стоял не шелохнувшись.

— Сын Эрика Стоуна? — уточнил дед.

— Да.

— Отец твой — мужик хороший. Я его знаю. После войны себя нашёл. — Мордок остановился напротив. — А ты?

— Я тоже ищу, — ответил Маркус. — Кажется, нашёл.

Мордок перевёл взгляд на Лиру. Та замерла, боясь дышать.

— Ну, — сказал дед наконец. — Посмотрим. Но если обидишь — я лично с неба достану. У меня крылья, сам понимаешь.

Маркус выдохнул с облегчением:

— Понимаю. Не обижу.

Мордок кивнул и вдруг улыбнулся — широко, по-родственному:

— Ладно, веди в столовую. Кормить гостей положено.

---

Вечер прошёл удивительно тепло.

Мордок рассказывал истории из своей молодости, Кайра хохотала до слёз, Зоя слушала разинув рот, а Гарри молча сидел в углу, но по его лицу было видно — он доволен.

Маркус держал Лиру за руку под столом, и никто не делал вид, что не замечает. Даже Мордок только хитро щурился, но молчал.

— Хорошие у тебя друзья, внучка, — сказал он на прощание, когда они с Гарри уже собирались уезжать. — И парень... ничего. Держись за них.

— Буду, деда.

Он обнял её крепко, по-медвежьи, и шепнул на ухо:

— Мать плачет без тебя. Приезжай скорее.

— Приеду, — пообещала Лира. — Скоро каникулы.

Мордок кивнул, расправил крылья и вышел.

Гарри задержался на секунду, посмотрел на неё своим спокойным, тёплым взглядом:

— Хорошая ты, Лира. Правильная. Я твоим дедом горжусь.

И ушёл, не дожидаясь ответа.

---

Ночью Лира стояла у окна и смотрела на две луны.

Маркус подошёл сзади, обнял, положил подбородок ей на плечо.

— Хороший у тебя дед, — сказал он.

— Хороший.

— И Гарри этот... молчун твой. Тоже хороший.

— Ага.

— А ты... — Он повернул её к себе. — Ты самая лучшая.

Лира улыбнулась и поцеловала его сама.

Две луны смотрели на них с неба, и им было тепло.

Глава 17

Глава 17. Каникулы

Последняя неделя перед каникулами тянулась невыносимо долго.

Лира считала дни, часы, минуты. На лекциях мысли улетали в замок, на тренировках она путала манёвры, за что получала нагоняи от Ветрова. Даже Кайра, обычно невозмутимая, нервничала — она тоже собиралась домой, на север, к своим братьям.

— Ты чего трясёшься? — спросила она Лиру за завтраком в последний день. — Как на экзамене.

— Соскучилась, — призналась Лира. — Очень.

— А Маркус?

— Что Маркус?

— Он с тобой едет?

Лира покраснела:

— Нет. Он к отцу. У них там свои дела.

— А-а-а. — Кайра понимающе кивнула. — Две недели разлуки. Выдержишь?

— Придётся.

— Ну-ну.

Маркус подошёл к их столу, поставил поднос и сел рядом. Под столом его рука нашла Лирину и сжала.

— Проводить тебя? — спросил он тихо.

— Не надо. Там за мной приедут. И вообще... — Она запнулась. — Я потом расплачусь, а при всех не хочется.

Он понимающе кивнул.

— Я буду писать, — сказал он. — Каждый день.

— Я тоже.

Они смотрели друг на друга, и Кайра с Зоей переглянулись с выражением "какие же они милые, сил нет".

---

Утром Лира стояла у ворот училища с небольшой сумкой.

Кайра уехала ночью — её транспорт на север отправлялся затемно. Зоя была рядом, тоже с вещами, и заметно нервничала.

— Ты чего? — спросила Лира.

— Да так... — Зоя мялась. — Сказали, что за нами кто-то приедет. Но не сказали кто. Я переживаю.

— Не переживай, — успокоила Лира. — Сейчас разберёмся.

Из-за поворота показался серебристый автомобиль на воздушной подушке — президентский транспорт, который Лира узнала бы из тысячи. Он бесшумно скользил над дорогой, оставляя за собой лёгкое облачко пыли.

— Ого, — выдохнула Зоя. — Это кто?

Лира прищурилась, вглядываясь в лобовое стекло. За рулём сидел мужчина — немолодой, с усталыми, но добрыми глазами. И вдруг Зоя рядом с ней издала такой звук, будто её ударили.

— Папа? — выдохнула она.

Машина остановилась. Дверца открылась, и оттуда выбрался мужчина — чуть сгорбленный, но с широкой улыбкой на лице.

— Зоя! — крикнул он и раскрыл объятия.

Зоя сорвалась с места и повисла у него на шее. Они обнимались, плакали, смеялись, и Лира стояла в стороне, чувствуя, как у неё самой защипало в глазах.

— Как? — донёсся до неё Зоин всхлип. — Как ты здесь? Ты же... ты же болел!

— Вылечили, — ответил отец, гладя её по голове. — Врачи, которых нашёл президент. А потом он предложил мне работу. Личным водителем. Сказал, что хороший механик всегда пригодится. И что дочь моя — подруга его дочери, так что... — Он развёл руками. — Вот я и здесь.

Зоя обернулась к Лире. В её глазах стояли слёзы, но смотрела она так, будто Лира была божеством.

— Это ты, — сказала она тихо. — Ты и твой отец.

— Я только попросила, — смутилась Лира. — Всё остальное — папа.

— Не важно. — Зоя подошла и обняла её крепко-крепко. — Ты спасла его. Я никогда этого не забуду.

— Ладно вам, — пробормотала Лира, утыкаясь ей в плечо. — Поехали уже. Я тоже домой хочу.

Отец Зои улыбнулся и открыл заднюю дверцу:

— Прошу, ваше высочество. Сначала замок, потом мы с Зоей домой. Президент дал мне три дня отгула.

— Три дня! — Зоя захлопала в ладоши. — Пап, это же целая вечность!

— Ага, — засмеялся он. — Будем тебя откармливать. А то вон какая худая.

Зоя закатила глаза, но было видно, как она счастлива.

Они сели в машину. Салон оказался просторным и мягким, пахло кожей и ещё чем-то неуловимо родным.

— Отправляемся, — сказал отец Зои и нажал на педаль.

Машина плавно поднялась выше, зашуршала воздушной подушкой и помчалась вперёд, оставляя училище позади.

---

Лира смотрела в окно, как проплывают знакомые пейзажи. Сначала горы, потом леса, потом поля, потом редкие деревни. И с каждым часом сердце билось всё сильнее.

Она уже почти забыла, как пахнет дом. Как выглядят стены замка в лучах заката. Как мама улыбается. Как папа обнимает.

— Скоро, — шептала она. — Скоро.

Отец Зои вёл машину уверенно, но неторопливо. Временами они останавливались — то заправиться, то просто размять ноги. Зоя всё время крутилась рядом с отцом, не в силах отойти ни на шаг.

— Боишься, что исчезнет? — тихо спросила Лира, когда они остановились у придорожного кафе.

— Ага, — честно призналась Зоя. — Глупо, да?

— Нормально. Я тоже боюсь, что они там... ну, что время пройдёт, а я не успею.

— Успеешь. — Зоя посмотрела на неё. — Мы всё успеем.

---

Машина подъехала к замку, когда уже темнело.

Лира увидела знакомые стены, и сердце её подпрыгнуло. А когда разглядела на крыльце фигуры — все, все до одного! — она чуть не разбила стекло, пытаясь открыть дверцу раньше, чем машина остановится.

— Спокойно, — усмехнулся отец Зои. — Дай хоть припарковаться.

Но Лира уже не слушала. Как только машина замерла, она вылетела наружу и побежала.

Мари — в своём любимом платье, с мокрыми глазами и счастливой улыбкой. Карл — чуть поодаль, но с таким выражением лица, будто только что выиграл войну. Мордок — расправив крылья, величественный, как скала. Лора — рядом с ним, прижимая платок к глазам. Анна и Юрий — чуть сзади, но тоже улыбающиеся.

— Мама! — заорала Лира и бросилась вперёд.

Они столкнулись где-то на середине лестницы, и Мари обняла её так крепко, что у Лиры хрустнули рёбра.

— Доченька, — шептала Мари сквозь слёзы. — Доченька моя...

— Я приехала, мам. Я здесь.

Подошёл Карл. Молча обнял обеих сразу. И только по тому, как дрожали его руки, Лира поняла, как сильно он скучал.

— Пап, — сказала она в его плечо. — Я так скучала.

— Я знаю, — ответил он хрипло. — Я тоже.

Мордок подошёл последним, отодвинул всех и подхватил Лиру на руки, как маленькую.

— Ну, покажись, внучка! — Он оглядел её с ног до головы. — Худая! Кормят там плохо? Я разберусь!

— Деда, поставь! — смеялась Лира. — Меня кормят нормально!

— Не верю! — Мордок поставил её на землю, но руку с плеча не убрал. — Дома откормим.

Анна и Юрий обняли её вдвоём, как делали всегда. Лора поцеловала в лоб и долго гладила по голове.

Потом Лира вспомнила:

— А где Зоя? И её папа?

Она обернулась. Зоя стояла у машины, не решаясь подойти ближе. Рядом с ней — отец, который смотрел на замок с благоговением.

— Идите сюда! — крикнула Лира и побежала к ним.

Она схватила Зою за руку и потащила к семье.

— Мам, пап, это Зоя. Моя подруга. Самая первая здесь. А это её папа. Он теперь у папы работает.

Карл шагнул вперёд и протянул руку:

— Рад видеть вас в добром здравии. Как себя чувствуете?

Отец Зои пожал руку, слегка растерянно:

— Благодаря вам... президент... я... — Он запнулся. — Спасибо. Я век не забуду.

— Не надо век, — улыбнулся Карл. — Работайте хорошо, и будем в расчёте. А сейчас — проходите в дом. Ужин, я думаю, уже готов.

Мари подхватила:

— Да-да, проходите! Зоя, дорогая, как я рада с тобой познакомиться. Лира столько о тебе писала!

Зоя покраснела и позволила увести себя в замок.

---

Ужин удался на славу.

Анна наготовила столько, что стол ломился. Мордок рассказывал истории, от которых Кайра (если бы она была здесь) лопнула бы от смеха. Лора подкладывала Зое еду и расспрашивала про учёбу. Юрий молча кивал и улыбался.

А Карл сидел рядом с Лирой и просто держал её за руку.

— Как он? — спросил он тихо, когда все отвлеклись. — Маркус?

Лира покраснела:

— Хороший. Пап, он правда хороший.

— Верю. — Карл улыбнулся. — Если ты выбрала — значит, хороший.

---

Поздно ночью, когда гости разошлись, Лира стояла у окна в своей комнате и смотрела на две луны.

Те же самые луны, что и в училище. Те же, что и здесь.

Она думала о Маркусе. О том, как они прощались на перроне, о его обещании писать каждый день. Письма будут идти долго — курьерская птица летит почти три дня. Но это ничего. Главное, что они есть. Главное, что он есть.

В дверь тихо постучали.

— Можно? — заглянула Мари.

— Мам? Ты не спишь?

— Не спится. — Мари подошла, села на край кровати. — Всё думаю, как ты там. Расскажи ещё раз про Маркуса. Просто чтобы я знала.

Лира улыбнулась и забралась к матери под бок, как в детстве.

— Он хороший, мам. Правда. Сначала мы ссорились, а потом... потом он стал самым близким.

— Ты счастлива?

— Да. Очень.

Мари поцеловала её в макушку.

— Тогда я спокойна.

Они сидели молча, глядя на две луны за окном.

Где-то далеко, в маленьком доме на окраине города, Зоя обнимала отца и не верила своему счастью. Где-то на севере Кайра уже спала, утомлённая дорогой. А где-то в своём городе Маркус сидел у окна и смотрел на те же две луны, думая о ней.

— Спокойной ночи, — шепнула Лира.

И луны мигнули ей в ответ.

Глава 18

Глава 18. Первое письмо

Каникулы летели незаметно.

Лира просыпалась поздно, завтракала в компании всей семьи, гуляла по замку, каталась верхом, помогала Анне на кухне и слушала бесконечные истории Мордока о его молодости. Всё было так, как она помнила — и в то же время по-другому. Она словно смотрела на родные стены чуть иными глазами, замечая детали, на которые раньше не обращала внимания.

Но больше всего она ждала писем.

— Ты сегодня уже к воротам бегала? — подшучивала Кайра в редких письмах, которые долетали с севера. — Я своему брату сказала, что у подруги роман, так он теперь требует подробностей. Приеду — расскажешь.

Зоя, успевшая отписаться дважды, просто поздравляла и желала счастья.

А от Маркуса не было ничего.

Прошло пять дней. Потом семь. Потом девять.

— Может, письмо потерялось? — осторожно спросила Мари, видя, как дочь с каждым днём всё чаще смотрит на дорогу.

— Не знаю, мам. — Лира старалась не подавать виду, но у неё плохо получалось. — Он обещал писать каждый день.

— Птицы — они такие, — философски заметил Мордок. — Могут и заблудиться, и в гнездо чужое залететь. Ты не переживай раньше времени.

Лира кивала, но внутри всё сжималось.

---

А потом случилось то, чего никто не ожидал.

На десятый день каникул Лира сидела в своей комнате и пыталась читать, когда в дверь постучали.

— Лира! — голос Мари звучал взволнованно. — Выйди на крыльцо! Там такое!

Лира выбежала и замерла.

К замку подъезжал небольшой крытый фургон — ярко-синий, с эмблемой на боку, которой она раньше не видела: стилизованное перо и колесо. За рулём сидел молодой парень в аккуратной форме.

Фургон остановился у крыльца. Парень выпрыгнул, открыл заднюю дверцу и достал большую сумку.

— Почта! — объявил он с улыбкой. — Новая служба. Теперь не птицами, а на колёсах. Быстрее, надёжнее, и ничего не теряется.

— А как же... — начала Мари.

— Президентский указ, — пояснил почтальон. — На прошлой неделе подписали. Теперь у нас регулярное почтовое сообщение между всеми крупными городами и поселениями. В столице уже неделю работает, а теперь и до вас добрались.

Он порылся в сумке и протянул Мари небольшую стопку конвертов.

— Вам из столицы, из Фоксбурга и... — Он хитро посмотрел на Лиру. — А это, кажется, для вас, барышня.

Он протянул ей плотный конверт, на котором знакомым почерком было выведено: «Лире Юмото, замок Фоксбург. Лично в руки».

У Лиры подкосились колени.

— Спасибо, — выдохнула она, прижимая конверт к груди.

Почтальон козырнул, забрал ответные письма, которые Мари быстро собрала, и уехал.

А Лира уже летела в свою комнату.

---

Она села на кровать, разорвала конверт дрожащими руками и вытащила несколько листов, исписанных аккуратным, чуть угловатым почерком.

«Лира, здравствуй!

Не знаю, с чего начать. Наверное, с главного: я скучаю. Очень. Так, что сам от себя не ожидал.

Прости, что пишу только сейчас. Обещал каждый день, но в городе такое творится! Отец устроил мне настоящую проверку — заставил помогать в мастерской. Я чинил двигатели, менял масло, разбирал старые моторы. Руки до сих пор в мазуте, хотя уже третий день отмываю.

Но это даже хорошо. Когда я работаю, меньше думаю о тебе. А когда останавливаюсь — думаю постоянно.

Расскажу про отца. Он... он изменился. Ты не представляешь. Раньше он всегда был мрачным, молчаливым. А тут вдруг разговорился. Про войну рассказал. Про то, как ему было страшно. Про то, как он ненавидел себя за то, что пошёл за Хабблом. И про то, как ваша семья дала ему второй шанс.

Он сказал: «Ты береги эту девочку, сын. Такие люди — редкость».

Я и так берегу. Даже если ты далеко.

А ещё я хочу тебе кое-что рассказать. То, чего никому не говорил. Помнишь, я говорил, что сестра уехала на север и не вернулась? Так вот... я нашёл её. Через старых знакомых отца, через каких-то торговцев, через всех, кого мог. Она живёт в маленьком городке у Мёртвого озера. Вышла замуж, родила дочку. И она... она не хотела меня знать. Сказала, что прошлое должно оставаться прошлым.

Я сначала обиделся. А потом подумал: а может, она права? Может, не надо тащить за собой всё, что было? Может, можно просто жить дальше?

Ты научила меня этому. Сама того не зная. Когда мы сидели в лесу после аварии, когда ты сказала «мы справимся» — я вдруг понял, что прошлое не важно. Важно только то, что сейчас. И кто рядом.

Ты рядом. Даже когда далеко.

Пиши мне. Пожалуйста. Я буду ждать каждое письмо.

Твой Маркус.

P.S. Когда вернёшься — у меня для тебя сюрприз. Не спрашивай какой — не скажу».

---

Лира перечитала письмо три раза.

Первый — просто глазами, впитывая каждое слово.

Второй — вслух, смакуя фразы.

Третий — снова про себя, чтобы запомнить навсегда.

Потом прижала листы к груди и закрыла глаза.

— Маркус, — шепнула она. — Глупый. Как же я по тебе скучаю.

В дверь осторожно постучали.

— Можно? — заглянула Мари.

Лира кивнула, не в силах говорить.

Мари подошла, села рядом, обняла за плечи.

— От него?

— Ага.

— Хорошее?

— Самое лучшее.

Мари улыбнулась и поцеловала её в макушку.

— Тогда читай ещё. А я пойду, скажу всем, что ты занята.

Она вышла, прикрыв дверь.

А Лира осталась. С письмом. С мыслями о Маркусе. С ощущением, что мир вдруг стал чуточку лучше.

Потом она встала, подошла к столу, достала бумагу и ручку.

«Маркус, здравствуй!

Твоё письмо получила. Новая почта работает отлично — быстрее птиц. Представляешь, теперь мы сможем писать друг другу часто-часто...»

Она писала долго, не замечая времени. Рассказывала про замок, про семью, про то, как Мордок ворчит, а Анна печёт пироги. Про то, как скучает по училищу, по Кайре, по Зое. И по нему.

А в конце приписала:

«Я тоже тебя берегу. Даже когда ты далеко.

Жду твоего сюрприза.

Твоя Лира».

Она запечатала конверт и вышла на крыльцо.

Почты уже не было. Но завтра она придёт снова. И Лира отдаст письмо.

А потом будет ждать ответ.

И это ожидание теперь не было мучительным. Потому что она знала: письма доходят. И Маркус есть. И всё будет хорошо.

Две луны подмигнули ей с неба.

Лира улыбнулась и пошла спать.

Глава 19

Глава 19. Возвращение

Последние дни каникул пролетели как один миг.

Лира просыпалась, завтракала, гуляла, читала, писала письма Маркусу и снова гуляла. Она ловила каждое мгновение, каждый взгляд, каждую улыбку родных, зная, что скоро всё это снова останется за горизонтом.

— Ты опять убегаешь? — спросил Карл, застав её в саду за рассматриванием старых яблонь.

— Не убегаю, — улыбнулась Лира. — Просто запоминаю.

— Запомнишь. — Он обнял её за плечи. — Мы никуда не денемся.

— Я знаю, пап.

Они стояли молча, глядя на небо, где уже начинали бледнеть звёзды.

---

Утро отъезда выдалось хлопотным.

Анна напихала Лире с собой столько еды, что хватило бы на месяц. Мордок вручил какой-то амулет — «от всех бед, проверено». Лора плакала, но старалась делать это незаметно. Юрий просто обнял и долго не отпускал.

— Готова? — спросила Мари, когда вещи были уже погружены.

— Нет, — честно ответила Лира. — Но пора.

Они обнялись. Крепко, долго, как в первый раз.

— Береги себя, — шепнула Мари. — И того парня своего береги.

— Обязательно.

Карл подошёл последним. Поцеловал в лоб, заглянул в глаза.

— Ты — моя гордость. Помни это.

— Помню, пап.

Она села в машину. Отец Зои уже ждал за рулём. Рядом с ним сидела счастливая Зоя — она приехала накануне, чтобы ехать вместе.

— Ну что, девчата, — сказал он, когда Лира устроилась на заднем сиденье. — По коням?

— По коням, — подтвердила Лира.

Машина плавно поднялась на воздушной подушке и двинулась вперёд.

Лира обернулась. Вся семья стояла на крыльце, как в первый раз. Только теперь она знала: это не прощание. Это — «до скорого».

---

Дорога пролетела незаметно.

Зоя без умолку рассказывала про дом, про то, как отец учил её чинить двигатели, про соседей, которые заходили в гости. Лира слушала и улыбалась.

— А ты как? — спросила Зоя наконец. — С Маркусом переписывалась?

— Каждый день, — призналась Лира. — Он мне столько всего рассказал... про сестру, про отца, про то, как скучал.

— И ты скучала?

— Очень.

Зоя мечтательно вздохнула:

— Вот бы и у меня так...

— Найдётся, — пообещала Лира. — Обязательно.

---

Училище встретило их привычной суетой.

Корпуса, аллеи, знакомые лица. Лира выскочила из машины и замерла, втягивая воздух. Пахло машинным маслом, свежей краской и... домом. Странно, но это место тоже стало домом.

— Лира! — раздался знакомый вопль.

Кайра неслась на неё со всех ног, размахивая сумкой.

— Ты! — заорала она, повисая у Лиры на шее. — Живая! Я тут без вас с ума сошла! Зоя! И ты здесь! — Она схватила Зою и притянула в общие объятия. — Ненавижу вас обеих, чтоб вы знали!

— За что? — смеялась Лира.

— За то, что вы есть! И за то, что вас не было!

Они стояли втроём, обнявшись, и им было хорошо.

— А где... — начала Лира, но Кайра перебила:

— Ждёт. Вон там, за углом. Сказал, что будет ждать, пока ты не появишься. Я ему говорю: «Маркус, иди уже, чего стоишь?», а он: «Нет, я должен увидеть её первой». В общем, беги уже!

Лира покраснела и побежала.

---

Маркус стоял за углом, прислонившись к стене, и смотрел куда-то в небо. Услышал шаги, обернулся — и замер.

— Привет, — выдохнула Лира, останавливаясь в двух шагах.

— Привет, — ответил он хрипло.

Секунду они просто смотрели друг на друга. А потом Лира бросилась вперёд, и он поймал её, прижал к себе, зарылся лицом в волосы.

— Скучала, — шепнула она.

— Я тоже. Очень.

Они стояли обнявшись, и весь мир вокруг перестал существовать.

— Я же говорил, что у меня сюрприз, — сказал он, когда они наконец отстранились.

— Говорил.

— Так вот. — Он достал из кармана маленькую коробочку. — Это тебе.

Лира открыла. Внутри лежал тоненький браслет с двумя маленькими подвесками — две луны.

— Сам сделал, — сказал Маркус смущённо. — В мастерской отца. Долго думал, что бы такое придумать, чтобы ты всегда помнила... ну, о нас. О том, что мы есть друг у друга. Даже когда далеко.

— Маркус... — у Лиры защипало в глазах. — Оно прекрасно.

Она протянула руку, и он надел браслет ей на запястье. Подвески тихо звякнули, касаясь друг друга.

— Теперь я всегда буду с тобой, — сказал он. — Даже когда далеко.

Лира посмотрела на две луны на своей руке, потом на него.

— Ты дурак, — сказала она.

— Знаю.

— Самый лучший дурак на свете.

Он улыбнулся и поцеловал её.

---

Вечером они сидели в столовой впятером.

Кайра, Зоя, Маркус, Лира и неожиданно присоединившийся к ним парень с параллельного потока, который всю дорогу строил глазки Кайре. Та делала вид, что не замечает, но щёки у неё подозрительно розовели.

— Представляете, — рассказывала Кайра, — я на севере чуть не замёрзла! Там такие холода, что птицы на лету замерзают!

— Врёшь, — лениво сказал Маркус.

— Ни капли!

— Врёшь, потому что птицы на севере не летают. Они там сидят по гнёздам.

— Откуда ты знаешь?

— Я северный.

Все засмеялись.

Лира смотрела на них и чувствовала, как сердце переполняется счастьем. Друзья. Любимый. Учёба. Небо.

Всё было правильно.

---

Поздно вечером они с Маркусом стояли на крыльце общежития.

Над ними висели две луны — большая и чуть поменьше, обе уже яркие в темнеющем небе. Лира машинально коснулась браслета на запястье.

— Спасибо, — сказала она тихо.

— За что?

— За то, что ты есть. За то, что ждал. За браслет. За всё.

Маркус взял её за руку, провёл пальцем по подвескам.

— Я рад, что тебе понравилось. Боялся, что глупость какая-то.

— Не глупость. — Лира посмотрела на него. — Это самое лучшее, что мне дарили.

— Правда?

— Правда.

Он улыбнулся и поцеловал её в лоб.

— Завтра учёба, — сказал он. — Опять тренажёры, лекции, Ветров...

— Скучаешь по каникулам?

— Нет. — Он посмотрел на неё. — Я по тебе скучал. А ты здесь. Значит, всё хорошо.

— Иди спать, — сказала Лира. — Завтра тяжёлый день.

— Иди ты.

— Не уходи первый.

Он засмеялся:

— Ладно. Тогда вместе.

Они постояли ещё немного, глядя на две луны.

— Знаешь, — сказала Лира тихо. — Я думала, первая часть жизни в училище будет самой трудной. А она оказалась самой лучшей.

— Это только начало, — ответил Маркус. — Дальше будет ещё лучше.

— Откуда знаешь?

— Знаю. — Он сжал её руку. — Потому что мы вместе.

Они поцеловались на прощание и разошлись по своим комнатам.

---

Лира вошла в свою комнату. Кайра уже спала, утомлённая дорогой. На столе лежало письмо от матери — Мари успела отправить его с новой почтой, чтобы оно ждало дочь по приезде.

Лира развернула:

«Доченька,

Ты уехала, а в замке сразу стало тихо. Мордок уже два раза поругался с прислугой — скучает. Анна печёт пироги и всё время смотрит на твой пустой стул. Папа делает вид, что работает, но я знаю — он думает о тебе.

Мы ждём тебя. Всегда ждём.

Но пока ты там — живи. Учись. Люби. Дружись. Не бойся быть счастливой.

Твоя мама».

Лира прижала письмо к груди, посмотрела на две луны за окном, на браслет с двумя лунами на запястье.

— Спасибо, — шепнула она. — За всё.

И уснула.

Спокойно. Счастливо. Дома.

Потому что дом был там, где её ждали.

А её ждали всегда.

Глава 20

Глава 20. Первый день новой части

Утро началось как обычно — с противного звона будильника.

Лира протянула руку, хлопнула по кнопке и заставила себя сесть. Кайра на соседней кровати уже не спала — сидела, обложившись учебниками, и что-то яростно писала.

— Ты чего так рано? — спросила Лира, протирая глаза.

— Не выспалась, — буркнула Кайра. — Всю ночь думала о том парне.

— О каком?

— Да который вчера глазки строил. — Кайра отложила ручку и вздохнула. — Дура я, дура.

— Почему?

— Потому что он мне нравится, а я делаю вид, что мне всё равно. А вдруг он думает, что я правда равнодушная, и отстанет?

Лира улыбнулась:

— Не отстанет. Ты просто будь собой.

— А если я собой — это вечно ворчу и придираюсь?

— Значит, ему такая и нужна.

Кайра посмотрела на неё с подозрением:

— Ты чего это такая мудрая с утра?

— Любовь, — усмехнулась Лира и показала браслет на запястье.

— Ах ты... — Кайра запустила в неё подушкой.

Они посмеялись и пошли умываться.

---

В столовой было многолюдно.

Все вернулись с каникул, все обсуждали, кто где был, кто что видел. Зоя уже заняла столик и махала им рукой. Рядом с ней сидел Маркус — и вид у него был такой, будто он здесь уже час сидит и ждёт.

— Привет, — сказал он, когда Лира села рядом. Под столом его рука нашла её и сжала.

— Привет, — улыбнулась она.

— Я скучал.

— Мы виделись вчера.

— И сегодня утром тоже скучал.

Кайра закатила глаза:

— Боги, дайте мне сил. Два сахарных голубка. Зоя, спасай!

— А я тут при чём? — засмеялась Зоя. — Я за них радуюсь.

— Предательница.

Они болтали, ели, спорили о пустяках. А потом в столовую вошёл Ветров.

Он не просто вошёл — он появился в дверях, и в зале сразу стало тише. Все обернулись. Ветров обвёл взглядом столовую и остановился на их столике.

— Юмото, Стоун, — позвал он. — Ко мне после завтрака.

— Есть, — ответили они хором.

Ветров кивнул и вышел.

— Что это значит? — прошептала Зоя.

— Не знаю, — честно ответила Лира. — Но чувствую, что-то серьёзное.

Маркус сжал её руку под столом.

— Разберёмся.

---

Ветров встретил их в своём кабинете.

На столе лежала карта — не учебная, а настоящая, с пометками, стрелками и какими-то значками.

— Проходите, садитесь, — сказал он без предисловий.

Они сели. Лира заметила, что на стене появилась новая фотография — ещё один снимок «Блек Стара», но с другой стороны.

— Вы уже не первокурсники, — начал Ветров. — Экзамены сдали, самостоятельный вылет за плечами. Дальше будет сложнее.

Он развернул карту.

— Через месяц — первые учения в горах. Реальные условия. Вы двое идёте в одной связке. Пилот и штурман.

Лира и Маркус переглянулись.

— Это не тренажёры, — продолжил Ветров. — Там всё по-настоящему. Погода, рельеф, нештатные ситуации. Если ошибётесь — последствия будут настоящие.

— Мы справимся, — сказал Маркус.

Ветров посмотрел на него долгим взглядом.

— Посмотрим. Готовьтесь. Через две недели — первый предварительный этап. Если не сдадите — отстраним.

Он кивнул на дверь:

— Свободны.

Они вышли и только в коридоре выдохнули.

— Учения в горах, — сказала Лира. — Это серьёзно.

— Серьёзно, — согласился Маркус. — Но мы справимся. Помнишь, что он говорил? Мы — команда.

— Помню.

Он взял её за руку.

— Значит, справимся.

---

Вечером они сидели на крыльце общежития.

Над ними висели две луны. Лира смотрела на них, потом на браслет на запястье.

— О чём думаешь? — спросил Маркус.

— О том, что всё только начинается, — ответила она. — Учёба, учения, потом ещё что-то. И я почему-то не боюсь.

— А чего бояться? — Он улыбнулся. — Мы вместе.

— Вместе, — повторила она.

Они помолчали.

— Слушай, — вдруг сказал Маркус. — Я тут подумал... может, после учений... ну, если всё будет хорошо... съездим куда-нибудь? Вдвоём?

— Куда?

— Не знаю. К Мёртвому озеру, например. Там красиво. И тихо.

Лира посмотрела на него.

— Ты меня в гости к сестре зовёшь?

Он смутился:

— Ну... типа того. Если ты не против.

— Не против. — Она взяла его за руку. — Очень даже за.

Он улыбнулся и поцеловал её.

Две луны смотрели на них сверху, и им было спокойно.

Впереди были испытания. Но они были вместе.

А значит, всё будет хорошо.

Глава 21

Глава 21. Подготовка

После разговора с Ветровым жизнь в училище словно ускорилась.

Лекции, тренажёры, дополнительные занятия — всё теперь крутилось вокруг предстоящих учений. Ветров гонял их так, что к вечеру у Лиры дрожали руки, а Маркус пару раз признавался, что засыпает над учебниками.

— Он нас убить решил? — простонал Маркус, когда они вышли после очередной тренировки.

— Не убить, — ответила Лира, растирая затёкшую шею. — Подготовить. Чтобы в горах не убились.

— Тоже вариант.

Они сидели на скамейке во дворе, глядя на две луны. Лира машинально крутила браслет на запястье.

— Не боишься? — спросил Маркус тихо.

— Немного. — Она честно посмотрела на него. — А ты?

— Тоже. Но... знаешь, когда ты рядом, как-то спокойнее.

— Это хорошо или плохо?

— Хорошо. — Он взял её за руку. — Значит, мы правда команда.

Они сидели молча, и это молчание было тёплым и нужным.

---

В училище готовились все.

Кайра носилась по коридорам с какими-то списками — её выбрали помощником по организации снабжения. Она ворчала, но было видно, что ей нравится.

— Вы представляете, — возмущалась она за ужином, — эти придурки из хозяйственной части забыли заказать тёплые куртки! Я им говорю: в горах холодно, а они мне: «успеем». Успеют они, как же!

— Ты прямо начальник штаба, — усмехнулась Зоя.

— Я ответственный человек! — Кайра гордо вскинула подбородок. — А вы, между прочим, будете мёрзнуть без меня.

— Будем, — согласилась Лира. — Ты наша героиня.

— То-то же.

Все засмеялись.

---

Зоя, кстати, тоже готовилась — но по-своему. Она сидела в библиотеке до поздней ночи, штудируя карты горной местности.

— Хочу быть полезной, — объяснила она Лире. — Вдруг что-то случится, а я буду знать, где какие тропы.

— Ты же не идёшь с нами.

— Но я могу быть на связи. Координировать. — Зоя пожала плечами. — Кайра будет куртки таскать, я — карты читать. А вы там летайте, герои.

Лира обняла её.

— Ты самая лучшая.

— Знаю. — Зоя улыбнулась. — Иди уже, тренируйся.

---

А Маркус тем временем готовился по-своему.

Лира застала его в мастерской, когда зашла за забытой тетрадью. Он сидел над каким-то прибором, сосредоточенно ковыряясь в его внутренностях.

— Что это? — спросила она.

— Аварийный маяк, — ответил он, не оборачиваясь. — Старый образец. Хочу доработать, чтобы сигнал был мощнее. В горах связь плохая, сами знаете.

— Ты это сам?

— Ага. Отец научил. — Он наконец обернулся, и в его глазах был тот самый огонь, который Лира так любила. — Если что-то случится, нас найдут быстрее.

— Ничего не случится.

— Знаю. Но лучше перестраховаться.

Она подошла и обняла его со спины, положив подбородок на плечо.

— Ты у меня гений.

— Я у тебя штурман, — поправил он. — А гении — это те, кто летает.

Она чмокнула его в щёку.

— Летать без тебя нельзя. Так что мы команда.

Он улыбнулся и вернулся к маяку.

Глава 22

Глава 22. Новые испытания

До учений оставалось три дня, когда Ветров вызвал их снова.

Лира и Маркус вошли в кабинет и сразу поняли: что-то случилось. Ветров сидел за столом, перед ним лежали какие-то бумаги, и вид у него был такой, будто он не спал всю ночь.

— Садитесь, — сказал он без обычного приветствия.

Они сели. Лира почувствовала, как Маркус под столом сжал её руку.

— Есть изменения, — продолжил Ветров. — Учения переносятся. В горах прогнозируют сильный циклон. Будете работать в сложных погодных условиях.

Лира и Маркус переглянулись.

— Это... — начал Маркус.

— Это испытание, — перебил Ветров. — Настоящее. Не учебное. Если справитесь — станете лучшими на курсе. Если нет... ну, вы понимаете.

— Мы справимся, — сказала Лира твёрдо.

Ветров посмотрел на неё долгим взглядом.

— Верю. Идите готовьтесь.

Они вышли из кабинета, и только за дверью Лира выдохнула.

— Циклон, — сказала она. — Это серьёзно.

— Серьёзно, — согласился Маркус. — Но мы справимся. Помнишь, что я говорил?

— Что?

— Когда ты рядом — спокойнее.

Она улыбнулась сквозь волнение:

— Тогда держись рядом.

— Куда ж я денусь.

---

Следующие три дня пролетели в бешеном ритме.

Лира почти не спала — всё прокручивала в голове возможные сценарии. Она знала теорию, знала, как вести машину в сложных условиях, но знать и сделать — разные вещи.

Маркус, кажется, жил в мастерской. Он доводил свой маяк до совершенства, проверял его снова и снова, пока тот не начинал работать безупречно.

— Ты бы хоть поел, — сказала Лира, застав его за очередной проверкой.

— Успею. — Он поднял на неё уставшие, но горящие глаза. — Лучше посмотри.

Он включил маяк. Тот замигал ровным, мощным сигналом.

— Красиво, — улыбнулась Лира.

— Работает, — поправил он. — Это главное.

---

Кайра тем временем достала всех тёплыми вещами.

— Я вам как мать родная, — ворчала она, впихивая Лире дополнительный свитер. — В горах знаете какой холод? У меня на севере братья чуть носы не отморозили!

— У тебя братья на севере, а мы в горах, — заметила Лира.

— А какая разница? Холод везде холод!

Спорить с ней было бесполезно. Лира взяла свитер.

Зоя сидела в библиотеке. Она выучила карты горной местности так, что могла нарисовать их с закрытыми глазами. Каждую тропу, каждую расщелину, каждую возможную площадку для посадки.

— Ты чего так убиваешься? — спросила её Лира, зайдя проведать подругу.

— Я должна быть полезной, — ответила Зоя, не отрываясь от карт. — Вы там будете рисковать, а я тут... просто сидеть? Нет. Я буду знать всё. Чтобы если что — помочь.

Лира обняла её.

— Ты уже помогаешь. Тем, что ты есть.

Зоя шмыгнула носом и уткнулась в карту.

---

А потом наступило утро учений.

Рассвет был серым и холодным.

Ветер уже начинал усиливаться, когда Лира и Маркус подошли к машине. Она стояла на взлётной полосе — маленькая, юркая, готовая к бою с непогодой.

Лира проверила приборы. Маркус — аварийный комплект и свой доработанный маяк.

— Всё в порядке? — спросила Лира.

— Всё отлично. — Он улыбнулся. — Маяк работает, куртки тёплые, карты в голове. Летим?

— Летим.

К ним подошёл Ветров. Посмотрел на них долгим, изучающим взглядом.

— Готовы? — спросил он.

— Готовы, — ответили они в один голос.

— Тогда взлетайте. И помните: я в вас верю.

Лира удивлённо посмотрела на него. Ветров не говорил таких слов. Никогда.

Он чуть заметно кивнул и отошёл.

— Слышала? — спросил Маркус, забираясь в кабину.

— Слышала. — Лира улыбнулась. — Теперь мы просто обязаны не опозориться.

— Легко.

Двигатели взревели. Машина рванула вперёд и через несколько секунд оторвалась от земли.

---

В горах действительно было тяжело.

Ветер швырял машину, как щепку. Видимость упала почти до нуля — снег, перемешанный с дождём, залеплял стёкла, и даже дворники не справлялись. Приборы сходили с ума — показания скакали, высотомер врал, связь с землёй прерывалась каждые несколько секунд.

Лира вцепилась в штурвал, чувствуя, как мышцы сводит от напряжения. Она слышала собственное дыхание — частое, сбивчивое.

— Выше! — крикнул Маркус в наушниках. Голос его пробивался сквозь треск помех. — Уходи выше, там спокойнее!

— Не могу! — ответила она. — Нас прижмёт к скалам!

— Я вижу! Держись левее!

Она доверилась его голосу, как тогда, в первый раз. Повернула штурвал, чувствуя, как машина нехотя подчиняется.

— Ещё левее! — крикнул Маркус. — Есть площадка! Садись!

— Где? Я ничего не вижу!

— Прямо по курсу! Сто метров! Я считаю!

И она пошла вниз, доверившись его счёту, его уверенности, его голосу.

— Пятьдесят... тридцать... десять... пять... касание!

Удар был мягче, чем она ожидала. Машина тряхнула, подпрыгнула и встала.

Лира открыла глаза. Вокруг была серая мгла, но они стояли на земле. Целые.

— Маркус? — позвала она дрожащим голосом.

— Здесь, — отозвался он. — Жив.

— Мы сели?

— Сели. — В его голосе послышалась улыбка. — Ты села. Идеально, между прочим.

Она откинулась на спинку кресла и выдохнула. Руки тряслись, сердце колотилось где-то в горле.

— Нужно включать маяк, — сказала она. — Пока циклон не усилился.

— Уже, — ответил Маркус. — Работает.

Они сидели в тишине, приходя в себя. А потом Лира засмеялась.

— Ты чего? — спросил Маркус.

— Мы сделали это. Мы реально сделали это!

— А ты сомневалась? — услышала она в его голосе улыбку.

— Ни секунды.

Она выбралась из кабины и спрыгнула на снег. Маркус уже стоял рядом, осматривая машину.

— Цела, — сказал он. — Даже шасси не подвели.

— Ты гений.

— Я штурман.

Они посмотрели друг на друга и вдруг обнялись прямо посреди снежной мглы.

— Спасибо, — шепнула Лира. — Ты снова спас нас.

— Мы спасли, — поправил он. — Мы команда.

Где-то вдалеке загудел спасательный маяк — сигнал, что их уже засекли.

А через полчаса из облаков показался спасательный бот.

---

В училище их встречали как героев.

Ветров лично вышел на лётное поле. Он молча оглядел их с ног до головы, потом кивнул:

— Молодцы.

Для него это было выше всяких похвал.

Кайра налетела на них с объятиями, едва не сбив с ног. Зоя плакала от радости и ругалась одновременно. Тим стоял рядом и улыбался.

— Я же говорила! — кричала Кайра. — Я же говорила, что вы справитесь! А вы мне не верили!

— Мы верили, — смеялась Лира. — Просто ты громче всех.

Вечером они сидели в столовой всей компанией. Было шумно, весело, и казалось, что все проблемы позади.

Но Лира заметила, что Ветров, проходя мимо, посмотрел на неё как-то странно. Словно хотел что-то сказать, но не решался.

— Ты чего? — спросил Маркус, заметив её взгляд.

— Не знаю. — Лира нахмурилась. — Кажется, это ещё не всё.

— Что не всё?

— Не знаю. — Она посмотрела на две луны за окном. — Но чувствую.

Маркус взял её за руку под столом.

— Что бы ни было — мы вместе.

— Вместе, — повторила она.

И это было главное.

Глава 23

Глава 23. Новая угроза

Возвращение в училище было триумфальным.

Ветров встретил их на лётном поле. Лицо у него было непроницаемое, но когда они выбрались из машины, он сказал только одно слово:

— Молодцы.

Для него это было выше всяких похвал.

Кайра налетела на них с объятиями, Зоя плакала от радости, а Тим, который последние дни неотлучно крутился возле их компании, просто стоял рядом и улыбался, но в глазах у него читалось неподдельное облегчение.

— Я же говорила, — бормотала Кайра сквозь слёзы, — я же говорила, что вы справитесь...

— Ты говорила, — подтвердила Лира, обнимая её. — Ты всегда говоришь.

Тим кашлянул и протянул им два яблока — "собственноручно выращенных".

— Ты что, в общежитии яблоню посадил? — спросил Маркус, принимая угощение.

— Нет, — серьёзно ответил Тим. — Но у меня знакомые в теплицах. Для героев не жалко.

Кайра фыркнула, но было видно, что ей приятно.

Вечером они сидели в столовой всей компанией. Было шумно, весело, и казалось, что все проблемы позади.

Но Ветров знал то, чего не знали они.

---

На следующее утро Лиру вызвали в кабинет.

Одну.

— Садись, — сказал Ветров. Лицо у него было серьёзнее обычного.

— Что-то случилось?

— Случилось. — Он помолчал. — У меня есть информация, которой я обязан с тобой поделиться. Но сначала спрошу: ты готова?

Лира почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Да.

— Твой отец в курсе. Мы связались с ним ночью. Речь идёт о... старых врагах.

— О ком?

— О двоюродном брате Хаббла.

У Лиры перехватило дыхание. Хаббл. Человек, который развязал войну. Которого убил Гарри клинком, подаренным Мордоком.

— Он объявился? — спросила она тихо.

— Пока нет. Но есть сведения, что он собирает людей. Готовит что-то. Мы не знаем, где и когда, но знаем, что цель — ваша семья. И, возможно, училище.

— Почему училище?

— Потому что ты здесь. — Ветров смотрел ей прямо в глаза. — Ты — наследница. Символ всего, что они ненавидят.

Лира молчала, переваривая.

— Что мне делать?

— Пока — ничего. Просто будь осторожна. Не ходи одна. Держись друзей. И Маркуса. — Ветров чуть смягчил голос. — Вы хорошо работаете в паре. Это может пригодиться.

— Я скажу ему?

— Решай сама. Но если скажешь — он будет в опасности тоже.

Лира кивнула.

— Иди, — сказал Ветров. — Думай.

Она вышла из кабинета на ватных ногах.

---

Вечером она сидела на крыльце одна, глядя на две луны.

Маркус нашёл её сам.

— Ты чего здесь? Я обыскался. — Он сел рядом. — Что случилось?

Она посмотрела на него. На его тёмные волосы, на серые глаза, в которых всегда было столько тепла. На браслет с двумя лунами на своём запястье.

— Маркус... — начала она. — Мне нужно тебе кое-что рассказать.

— Я слушаю.

И она рассказала. Всё. Про Хаббла, про его брата, про угрозу.

Он слушал молча, не перебивая. А когда она закончила, взял её за руку.

— Я с тобой, — сказал он просто. — Что бы ни случилось.

— Ты понимаешь, что это опасно?

— Понимаю. — Он улыбнулся. — Но ты же знаешь: когда ты рядом — мне спокойнее.

У неё защипало в глазах.

— Ты дурак.

— Знаю. Самый лучший дурак на свете.

Они обнялись, глядя на две луны.

Впереди была опасность. Но они были вместе.

---

Из-за угла вдруг донеслось какое-то шевеление.

— Выходи, — сказал Маркус, не оборачиваясь. — Мы всё равно знаем, что ты там.

Из темноты показалась Кайра. Следом за ней — смущённый Тим и виноватая Зоя.

— Мы не подслушивали, — начала Кайра. — То есть подслушивали, но не специально. Мы за тебя волнуемся, дурында!

Лира посмотрела на них и вдруг рассмеялась. Сквозь слёзы, сквозь страх, но рассмеялась.

— Вы что, весь вечер за мной следите?

— Ага, — кивнула Зоя. — По очереди. Кайра сказала, что одной тебе оставлять нельзя, а Тим предложил график дежурств.

— У меня сестра есть, — пояснил Тим, пожимая плечами. — Я привык за младшими приглядывать. Хотя вы вроде старше...

— Тим! — шикнула на него Кайра.

— Что? Я просто объясняю.

Лира смотрела на них — на Кайру, которая пыталась делать строгое лицо, но у неё плохо получалось; на Зою, которая кусала губы, чтобы не разреветься; на Тима, который стоял чуть поодаль, но было видно, что он готов ввязаться в любую драку ради них.

— Вы... — начала Лира и осеклась. — Вы самые лучшие.

— Знаем, — буркнула Кайра. — Ладно, иди сюда.

Они обнялись все вместе — Лира, Кайра, Зоя и даже Маркус, которого втянули силой. Тим остался стоять в стороне, но Лира поймала его взгляд и махнула рукой:

— Иди сюда, герой с яблоками.

Тим смущённо подошёл и оказался в общих объятиях.

— Теперь ты наш, — сказала Лира. — Навсегда. Предупреждаю.

— Я не против, — ответил он тихо.

Кайра рядом с ним покраснела, но ничего не сказала.

---

Поздно ночью, лёжа в кровати, Лира смотрела на две луны.

Кайра уже спала, утомлённая переживаниями. За стеной было тихо.

— Я справлюсь, — шепнула Лира неизвестно кому. — Потому что вы есть.

И луны, казалось, мигнули ей в ответ.

Глава 24

Глава 24. Отношения с друзьями

После того вечера на крыльце, когда Кайра, Зоя и Тим случайно подслушали разговор Лиры с Маркусом, в их компании словно что-то изменилось.

Не то чтобы они стали по-другому относиться друг к другу. Скорее — стали ближе. Настоящее.

Утром Кайра, как ни в чём не бывало, притащила Лире завтрак в комнату.

— Ешь, — коротко приказала она. — Худая совсем.

— Ты же всегда говорила, что я нормальная, — удивилась Лира.

— Говорила. А теперь буду следить, чтоб ты ела. — Кайра упёрла руки в бока. — Возражать будешь?

— Нет, — быстро ответила Лира, потому что спорить с Кайрой в таком настроении было себе дороже.

Зоя появилась через полчаса с блокнотом в руках.

— Так, — деловито сказала она, усаживаясь на кровать Кайры. — Давайте составлять график.

— Какой график? — насторожилась Лира.

— Дежурств. Чтобы никто никуда не ходил один. Кайра будет утром, я днём, Тим вечером, Маркус ночью.

— А я? — спросила Лира.

— Ты будешь под наблюдением, — отрезала Зоя. — Объект.

— Я не объект, я...

— Объект, объект, — перебила Кайра. — Самый ценный. Так что не спорь.

Лира открыла рот, закрыла и махнула рукой. Спорить с ними обеими было бесполезно.

---

Тим появился в компании как-то незаметно, но прочно.

Он приносил чай, таскал тяжёлые сумки, помогал с учебниками и вообще вёл себя так, будто всю жизнь только и делал, что заботился о кучке странных курсантов.

— Тим, — спросила его однажды Зоя, — а ты вообще спишь когда-нибудь?

— Спал, — серьёзно ответил он. — В прошлом году. Хватило.

Кайра фыркнула, но в этот раз как-то тепло.

А однажды Лира заметила, как Тим протянул Кайре маленькую коробочку. Та открыла, посмотрела и вдруг покраснела так, что даже уши загорелись.

— Что это? — спросила Лира позже.

— Ничего, — буркнула Кайра. — Браслет. Сам сплёл, представляешь? Из каких-то верёвочек. Глупость.

— А почему ты красная?

— Я не красная! Это... погода такая!

Лира улыбнулась и ничего не сказала.

---

Маркус всё это время был рядом.

Он носил свой доработанный маяк даже в столовую. Проверял его каждое утро и каждый вечер. Иногда Лира замечала, что он смотрит на неё как-то особенно — словно боится, что она исчезнет.

— Я никуда не денусь, — сказала она ему однажды вечером, когда они сидели на крыльце.

— Знаю. — Он взял её за руку. — Но легче не становится.

— Почему?

— Потому что я люблю тебя. И боюсь за тебя. Это нормально?

Она посмотрела на него. На две луны, отражающиеся в его глазах. На браслет с двумя лунами на своём запястье.

— Нормально, — сказала она. — Я тоже люблю тебя. И тоже боюсь. Но вместе мы справимся.

Он улыбнулся и поцеловал её.

---

Однажды вечером они сидели в столовой всей компанией.

За окном темнело, две луны уже поднимались над горизонтом. Было шумно, весело, и даже мысль об угрозе казалась где-то далёкой и нереальной.

— Слушайте, — вдруг сказала Кайра. — А давайте, когда всё это кончится... ну, с этой угрозой... съездим куда-нибудь все вместе?

— Куда? — спросила Зоя.

— Ну, не знаю. К Мёртвому озеру, например. Маркус рассказывал, там красиво.

Маркус удивлённо поднял бровь:

— Ты хочешь к моей сестре?

— А что? Познакомишь?

Он посмотрел на Лиру. Та улыбнулась.

— Познакомим, — сказала она. — Обязательно.

Тим кашлянул:

— А меня возьмёте?

— Посмотрим, — фыркнула Кайра. — Если будешь хорошо себя вести.

Он улыбнулся, и все поняли, что он будет.

— Я, между прочим, тоже хочу, — вдруг сказала Зоя. — А то вы все парами, а я одна?

— Ты найдёшь, — утешила её Лира. — Обязательно.

— Когда? — трагически спросила Зоя.

— Когда перестанешь искать, — философски заметил Маркус.

Все засмеялись.

---

Ночью Лира лежала в кровати и смотрела на две луны.

Кайра уже спала. За стеной было тихо. В руке Лира сжимала браслет с двумя лунами.

Она думала о сегодняшнем дне. О друзьях, которые стали её семьёй. О Маркусе, который был рядом. Об угрозе, которая маячила где-то впереди.

— Всё будет хорошо, — шепнула она. — Потому что мы вместе.

И луны, казалось, мигнули ей в ответ.

Глава 25

Глава 25. Вести с юга и первые признаки

Неделя после разговора об угрозе пролетела спокойно.

Настолько спокойно, что Лира начала ловить себя на мысли: а может, всё обойдётся? Может, Ветров ошибся, и никакой опасности нет?

Но она знала — Ветров не ошибается.

— Ты опять задумалась, — сказал Маркус, когда они сидели в столовой. — Хватит уже. Мы начеку, друзья рядом, маяк работает. Всё будет хорошо.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. — Он улыбнулся. — Потому что ты со мной.

Лира фыркнула, но улыбнулась в ответ.

---

А вечером её вызвал Ветров.

— Письмо, — сказал он коротко, протягивая конверт. — С юга. От отца.

Лира взяла письмо дрожащими руками. Почерк Карла был торопливым, чуть нервным — она сразу это заметила.

«Доченька,

У нас неспокойно. Появились слухи, что люди Хаббла активизировались на севере. Пока это только слухи, но я хочу, чтобы ты была осторожна. Ветров в курсе, он присмотрит.

Я горжусь тобой. Ты справишься с любыми испытаниями. Помни: мы всегда рядом, даже когда далеко.

Папа».

Лира перечитала письмо три раза. Потом подняла глаза на Ветрова.

— Это правда? Они действительно активизировались?

— Правда. — Ветров кивнул. — Пока только на севере, далеко от вас. Но такие вещи имеют привычку расползаться.

— Что нам делать?

— То же, что и раньше. Быть осторожными. Держаться вместе. И готовиться.

— К чему?

Ветров посмотрел на неё долгим взглядом.

— Ко всему.

---

В ту же ночь случилось первое происшествие.

Лира проснулась от странного шума. Кто-то ходил под окнами. Не один — несколько человек. Она выглянула — тёмные фигуры мелькнули в кустах и исчезли.

— Кайра, — позвала она шёпотом. — Проснись.

— М-м-м? — Кайра заворочалась.

— Там кто-то был. Под окнами.

Кайра мгновенно села. Сон как рукой сняло.

— Где?

— Уже ушли. Но я видела.

Они выглянули вместе. Пусто. Только две луны освещали пустой двор.

— Может, показалось? — неуверенно спросила Кайра.

— Не показалось.

Утром выяснилось, что не показалось не только Лире.

В столовой было шумно — все обсуждали ночное происшествие. Кто-то видел тени, кто-то слышал шаги, а у хозяйственного корпуса нашли следы — будто кто-то пытался взломать дверь.

— Это они, — тихо сказал Маркус, когда они сели завтракать. — Началось.

— Мы не знаем точно, — ответила Лира, но в голосе её не было уверенности.

— Знаем. — Он взял её за руку под столом. — Но мы готовы.

Тим, сидевший рядом с Кайрой, нахмурился:

— Я сегодня ночью тоже не спал. Видел какие-то огни в лесу. Думал, показалось.

— Не показалось, — сказала Зоя, подходя с подносом. Она была бледнее обычного. — Я карты смотрела. От леса до училища — час пешком. Если они там, то близко.

Все замолчали.

— Значит так, — сказала Кайра, вставая. — С сегодняшнего дня — никаких одиночных выходов. Вообще. В столовую — вместе, на занятия — вместе, в туалет — и то по двое.

— В туалет? — переспросил Тим.

— И в туалет! — отрезала Кайра. — Я серьёзно.

Никто не спорил.

---

Вечером Лира и Маркус сидели на крыльце, глядя на две луны.

— Страшно? — спросил он.

— Немного. — Она честно посмотрела на него. — А тебе?

— Мне — нет. Потому что ты рядом.

— Ты это уже говорил.

— И ещё скажу. Привыкай.

Она улыбнулась и положила голову ему на плечо.

— Знаешь, о чём я думаю?

— О чём?

— О том, что даже если будет трудно — у меня есть вы. Кайра, Зоя, Тим, ты. И семья там, далеко. И Ветров. — Она помолчала. — Я не одна.

— Не одна, — подтвердил он. — И никогда не будешь.

Где-то вдалеке снова мелькнули огни. На этот раз оба их видели.

— Они там, — сказала Лира.

— Знаю. — Маркус сжал её руку. — Но мы здесь. И мы готовы.

Они сидели молча, глядя в темноту.

Впереди было неизвестно что. Но они были вместе.

А значит, всё будет хорошо.

Глава 26

Глава 26. Слежка

После ночных огней в лесу прошло три дня.

Три дня напряжённого ожидания. Три дня, когда каждый шорох заставлял вздрагивать, а любой незнакомый человек в коридоре казался подозрительным.

Кайра довела режим безопасности до абсолюта. Она составляла графики дежурств, проверяла, все ли на месте, и лично сопровождала каждого в столовую.

— Ты скоро будешь спать с нами в одной комнате, — сказала она Зое, когда заглянула к ней посреди ночи проверить, всё ли в порядке.

— С вами — это с тобой и Лирой? — уточнила Зоя сонно.

— Ага. Придётся потесниться.

— Я не против, — зевнула Зоя. — У вас хоть весело.

Кайра довольно кивнула и отправилась дальше — проверять, все ли на местах.

Лира, которой Кайра пересказала этот разговор утром, улыбнулась, но внутри было тревожно.

---

Тим оказался самым наблюдательным.

Он вообще был тихим, незаметным, но видел всё. И однажды вечером, когда они возвращались с ужина, он вдруг остановился.

— Там, — сказал он тихо, кивнув в сторону кустов. — Кто-то есть.

Все замерли. Маркус инстинктивно придвинулся к Лире.

— Где? — шепнула Кайра.

— Вон там. За старой скамейкой. Видите?

Лира присмотрелась. Сначала ничего не было видно. А потом — тень. Короткое движение, и снова тишина.

— Я проверю, — сказал Тим.

— С ума сошёл? — Кайра схватила его за руку. — Один?

— Я тихо. — Он высвободился и, прежде чем кто-то успел возразить, скользнул в темноту.

Они ждали. Минута. Две. Пять.

Кайра кусала губы. Маркус сжимал в кармане свой маяк — единственное оружие, которое у него было.

— Если он не вернётся через минуту, я иду за ним, — сказала Кайра.

— Идём все вместе, — поправила Лира.

Но Тим вернулся сам. Вынырнул из темноты так же бесшумно, как исчез.

— Никого, — сказал он. — Ушёл. Но я видел следы. Их было трое, может, четверо.

— Куда они пошли?

— К лесу. — Тим помялся. — Там, за лесом, старая дорога. Она ведёт к заброшенному посёлку. Если они там прячутся...

— Надо сказать Ветрову, — перебил Маркус.

— Надо, — согласилась Лира. — Идём сейчас.

---

Ветров выслушал их молча.

Сидел за столом, смотрел куда-то в стену и молчал. А когда они закончили, сказал только одно слово:

— Хорошо.

— Хорошо? — не выдержала Кайра. — Там какие-то люди вокруг училища шныряют, а вы говорите «хорошо»?

— Хорошо, что вы заметили, — поправил Ветров. — Хорошо, что Тим сходил и вернулся живым. Хорошо, что мы теперь знаем, где они.

Он встал, подошёл к карте на стене.

— Заброшенный посёлок. — Он ткнул пальцем. — Здесь. До него час пешком. Если они там, значит, готовятся.

— К чему? — спросила Лира.

Ветров посмотрел на неё.

— К тому, что мы и сами знаем.

Он помолчал, потом добавил:

— С завтрашнего дня — комендантский час. Никто не выходит после заката. Вход в училище только через главные ворота. Охрана усилена.

— А мы? — спросил Маркус.

— А вы — молодцы. Продолжайте в том же духе. И держитесь вместе.

---

Ночью Лира не спала.

Она сидела на подоконнике в своей комнате, глядя на две луны, и думала. О том, что будет завтра. О том, что где-то в лесу сидят люди, которые хотят причинить вред её семье. О том, что она здесь, а родители там, далеко.

— Не спишь? — тихо спросила Кайра с соседней кровати.

— Не сплю.

Кайра подошла, села рядом на подоконник.

— Я тоже. Думаю о Тимe.

— О чём именно?

— О том, какой он... — Кайра запнулась. — Смешной. И надёжный. И... ну, ты поняла.

Лира улыбнулась:

— Поняла.

— Не смейся.

— Не смеюсь. Я рада за тебя.

Кайра фыркнула, но в темноте было видно, что она улыбается.

— Страшно, — вдруг сказала она. — Не за себя. За вас. За Тима. За Маркуса. За Зою. За тебя.

— Мне тоже страшно, — призналась Лира. — Но когда мы вместе — легче.

— Ага. — Кайра помолчала. — Ладно, спать иди. Завтра новый день.

— Ты иди. Я ещё посижу.

Кайра кивнула и вернулась в кровать.

Лира осталась одна. С двумя лунами. С мыслями. С надеждой.

Где-то в лесу горели костры.

Где-то рядом была опасность.

Но здесь, в этой комнате, были друзья.

И это было главное.

Глава 27

Глава 27. Исчезновение

После разговора с Ветровым прошло два дня.

Комендантский час, усиленная охрана, постоянные дежурства — всё это создавало ощущение, что училище превратилось в крепость. Но Лире почему-то было неспокойно. Слишком тихо. Слишком спокойно.

— Ты опять задумалась, — сказал Маркус, когда они сидели в столовой.

— Не знаю. — Лира крутила в руках ложку. — Мне кажется, что это затишье перед бурей.

— Согласен. — Он взял её за руку. — Но мы готовы.

— Готовы ли?

Вместо ответа он показал на Тима, который сидел рядом с Кайрой и что-то увлечённо рассказывал. Кайра делала вид, что ей неинтересно, но слушала внимательно.

— Смотри, — улыбнулся Маркус. — Даже здесь любовь расцветает.

— Ты про них?

— Про нас тоже.

Лира улыбнулась и чмокнула его в щёку.

---

А ночью случилось то, чего все боялись.

Лира проснулась от того, что кто-то тряс её за плечо. Кайра стояла над ней с белым лицом.

— Лира, вставай. Тим пропал.

— Что? — Лира села мгновенно, сон как рукой сняло.

— Он пошёл в туалет и не вернулся. Я ждала, ждала... уже полчаса прошло. Его нет.

— Где Маркус?

— Я уже послала Зою за ним. Они сейчас придут.

Через пять минут все были в сборе. Маркус, Зоя, Кайра, Лира. Тима не было.

— Надо идти к Ветрову, — сказал Маркус.

— Идём.

---

Ветров выслушал их и сразу поднял тревогу.

Обыскали всё училище — от чердаков до подвалов. Тима нигде не было. Нашли только его куртку у запасного выхода, ведущего в лес.

— Они его взяли, — сказала Кайра. Голос у неё дрожал, но она держалась. — Это мы виноваты. Надо было лучше следить.

— Это не вы виноваты, — твёрдо сказал Ветров. — Это они. А наша задача — вернуть его.

Он посмотрел на карту.

— Заброшенный посёлок. Если они там, то Тим сейчас там.

— Мы пойдём, — сказал Маркус.

— Вы никуда не пойдёте. — Ветров покачал головой. — Это дело профессионалов.

— Он наш друг! — Кайра повысила голос. — Я не буду сидеть сложа руки!

— Будешь. — Ветров посмотрел на неё так, что Кайра замолчала. — Потому что если вы пойдёте и попадётесь, спасать придётся уже всех.

Он помолчал.

— Я сам пойду. С группой. А вы будете ждать здесь и молиться, чтобы мы успели.

---

Утро тянулось бесконечно.

Лира не могла сидеть на месте. Она ходила по комнате, глядя то на дверь, то в окно. Кайра сидела на кровати, обхватив колени руками, и молчала. Зоя принесла чай, но никто его не пил.

— Он вернётся, — сказала Лира. — Обязательно.

— Откуда ты знаешь? — тихо спросила Кайра.

— Знаю. — Лира села рядом. — Он же тебя любит. Такие просто так не исчезают.

Кайра всхлипнула и уткнулась ей в плечо.

— Я дура, — прошептала она. — Я ему ничего не сказала. А он... он такой хороший. А если...

— Не если. — Лира обняла её крепче. — Он вернётся, и ты всё скажешь.

Маркус стоял у окна и смотрел на лес.

— Они уже там, — сказал он. — Надо верить.

---

К вечеру вернулся Ветров.

Не один. С ним был Тим — грязный, уставший, с синяком под глазом, но живой.

Кайра вскочила и замерла, не веря своим глазам.

— Живой? — спросила она шёпотом.

— Живой, — ответил Тим и улыбнулся разбитыми губами. — Обещал же вернуться.

Она бросилась к нему, обняла так, что он охнул.

— Осторожнее, — простонал он. — У меня рёбра, кажется, целы, но не факт.

— Молчи, дурак, — бормотала Кайра сквозь слёзы. — Молчи и живи.

Все стояли вокруг и улыбались. Даже Ветров, кажется, чуть заметно кивнул.

— Потом наобнимаетесь, — сказал он. — Сейчас Тима — в лазарет. А завтра — подробный разговор. Он многое видел.

Тим кивнул и, поддерживаемый Кайрой, пошёл к выходу.

— Я же говорила, — сказала Лира Маркусу, когда они остались одни. — Он вернулся.

— Ты говорила. — Он обнял её. — Ты всегда говоришь правильные вещи.

— Не всегда.

— Всегда. — Он поцеловал её в лоб. — Иди спать. Завтра новый день.

Лира кивнула и посмотрела на две луны за окном.

Опасность была рядом. Но они были вместе.

А значит, всё будет хорошо.

Глава 28

Глава 28. Совет

Утро после возвращения Тима выдалось хмурым.

Небо затянуло тучами, ветер гнал по двору сухие листья, и настроение у всех было под стать погоде. Тим лежал в лазарете, Кайра не отходила от него ни на шаг, а остальные ждали, когда Ветров соберёт их на разговор.

— Идём, — сказал Маркус, заглядывая в комнату Лиры. — Ветров зовёт. Всех.

— Кайру тоже?

— Кайра уже там. С Тимом.

— Тим же в лазарете?

— Ветров сказал, принесут носилки, если надо, но Тим должен быть на совете.

Лира кивнула и пошла за ним.

---

Ветров ждал их в малом зале совещаний — обычно здесь собирались только инструкторы, но сегодня пустили всех.

Тим сидел в углу на стуле, бледный, с забинтованной головой, но живой. Кайра стояла рядом, готовая в любой момент подхватить его, если он упадёт.

— Все в сборе, — сказал Ветров, оглядев присутствующих. Лира, Маркус, Кайра, Зоя, Тим. — Начинаем.

Он подошёл к карте.

— Тим, рассказывай. Что ты видел?

Тим глубоко вздохнул, поморщился от боли и заговорил:

— Их около двадцати человек. Может, чуть больше. Командир — высокий, с седой бородой. Говорят, он двоюродный брат Хаббла. Все называют его полковник.

— Полковник? — переспросил Маркус.

— Да. Он был военным, как и Хаббл. После войны прятался на севере, а теперь вернулся. Они говорили при мне — не прятались особо. Думали, я не жилец.

Тим помолчал, собираясь с силами.

— Они готовят удар. Не только по училищу. По всему югу. Хотят захватить космодром, замок, порты. У них есть оружие, припасы и люди, которые ждут сигнала в разных городах.

— Откуда столько людей? — спросила Зоя.

— Те, кто после войны остался не у дел. Кого жизнь не задалась. Кто до сих пор ненавидит южан. — Тим покачал головой. — Хаббл мёртв, но его идеи живы.

В комнате повисла тишина.

— Когда удар? — спросил Ветров.

— Не знаю точно. Скоро. Они ждут подкрепления. Ещё человек двадцать должны подойти.

Ветров кивнул и повернулся к карте.

— Значит, у нас есть время. Неделя, может, две.

— Что мы будем делать? — спросила Лира.

Ветров посмотрел на неё долгим взглядом.

— Готовиться. Училище — крепость. У нас есть запасы, есть оружие, есть люди. Мы выстоим.

— А моя семья? — тихо спросила Лира. — Замок?

— Я уже связался с твоим отцом. Они в курсе. Мордок собирает своих людей. Если что — придут на помощь.

Лира выдохнула. Хоть что-то.

---

После совета они вышли во двор.

— Двадцать человек, — сказала Кайра. — А скоро будет сорок. Это не банда, это армия.

— Армия, с которой мы справимся, — твёрдо сказал Маркус. — Мы не одни.

— А кто с нами? — спросила Зоя. — Курсанты? Инструкторы? Они не солдаты.

— Будут солдатами, — ответила Лира. — Когда придёт время.

Она посмотрела на своих друзей. На Кайру, которая сжимала руку Тима. На Зою, которая кусала губы. На Маркуса, который смотрел на неё с такой верой, что у неё самой появлялись силы.

— Мы справимся, — сказала она. — Потому что мы вместе.

---

Ночью они сидели в комнате Лиры и Кайры.

Тима оставили в лазарете, но Кайра то и дело порывалась сбегать к нему.

— Сиди, — сказала Зоя. — Он спит. Ему нужен отдых.

— Я знаю. — Кайра вздохнула. — Но я боюсь, что он исчезнет снова.

— Не исчезнет. — Лира обняла её. — Он теперь наш. И мы его не отдадим.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. — Лира улыбнулась. — Потому что я тебя люблю. И его люблю. И Маркуса. И Зою. И всех. А любовь — это сила.

Кайра посмотрела на неё мокрыми глазами.

— Ты у нас философ.

— Я у вас подруга. Это главное.

Они сидели вчетвером — Лира, Кайра, Зоя и Маркус, который пришёл чуть позже и теперь молча держал Лиру за руку.

— Завтра новый день, — сказал он. — А сегодня — просто будем вместе.

— Вместе, — повторили все.

И две луны за окном светили им, как маленькие надежды в тёмном небе.

Глава 29

Глава 29. Первая стычка

Три дня после совета пролетели в бешеном ритме.

Училище готовилось к обороне. Ветров лично проводил тренировки, курсантов учили обращаться с оружием, рыли окопы, укрепляли ворота. Даже те, кто никогда не держал в руках ничего серьёзнее учебника, теперь маршировали по двору с винтовками.

Кайра была в своей стихии. Она носилась по территории, раздавала указания, проверяла посты и умудрялась ещё трижды в день навещать Тима в лазарете.

— Она его залюбит до смерти, — усмехнулся Маркус, глядя, как Кайра в очередной раз влетает в здание с коробкой каких-то припасов.

— Пусть, — улыбнулась Лира. — Ему полезно.

Тим действительно шёл на поправку. Синяки бледнели, голова больше не кружилась, и он уже рвался в строй.

— Я с вами, — заявил он на четвёртый день, появляясь на тренировке.

— Ветров сказал: ещё неделя отдыха, — возразила Кайра.

— Ветров сказал, а я решил. — Тим взял винтовку и встал в строй.

Кайра хотела поспорить, но передумала и только покачала головой.

---

А на пятый день случилось то, чего все ждали.

Это произошло ночью.

Лира проснулась от странного звука. Сначала она подумала, что показалось. Но звук повторился — глухой удар, потом ещё один.

— Кайра! — позвала она шёпотом.

— Слышу. — Кайра уже стояла у окна. — Там, у западной стены. Они идут.

Через минуту они уже бежали по коридору. Навстречу попался Маркус, за ним — Тим и Зоя.

— Ветров поднял всех, — коротко сказал Маркус. — Прорыв у западных ворот.

— Сколько их? — спросила Лира.

— Не знаю. Много.

Они выбежали во двор. Ночь разрывали крики, выстрелы, вспышки. Люди в тёмной форме лезли на стены, другие уже были внутри, схватившись с курсантами в рукопашную.

— Держитесь вместе! — крикнул Маркус. — Не рассыпаться!

Лира увидела Ветрова. Он стоял в центре двора, отдавая команды, и казался совершенно спокойным среди этого хаоса.

— Лира! — крикнул он. — На южную стену! Там нужны люди!

— Есть!

Она побежала, Маркус за ней. Кайра, Тим и Зоя остались у главных ворот — там тоже было жарко.

---

Южная стена встретила их криками и лязгом металла.

Человек пять курсантов сдерживали нападающих, лезущих по приставным лестницам. Лира схватила брошенную кем-то палку — оружия на всех не хватало — и бросилась вперёд.

Рядом с ней оказался Маркус. Они сражались плечом к плечу, как на тренажёрах, только теперь всё было по-настоящему.

— Слева! — крикнул он, и Лира увернулась от удара.

— Спасибо!

— Не за что!

Кто-то схватил её сзади. Лира рванулась, ударила локтем, услышала хруст и крик. Крылья за спиной раскрылись сами собой — от страха, от ярости, от всего сразу. Она взлетела на метр, ударила нападавшего ногой в грудь и снова опустилась на стену.

— Красиво! — крикнул Маркус.

— Не до красоты!

Вокруг творилось что-то невообразимое. Люди дрались, падали, поднимались снова. Где-то внизу Кайра орала так, что заглушала выстрелы. Тим рядом с ней работал винтовкой как дубиной — патроны кончились быстро.

А потом всё кончилось так же внезапно, как началось.

Кто-то крикнул: «Отходим!» — и нападающие начали отступать, унося раненых, исчезая в темноте.

Лира стояла на стене, тяжело дыша, и смотрела им вслед. Маркус был рядом, весь в чужой крови, но живой.

— Жива? — спросил он хрипло.

— Жива. Ты?

— Жив.

Они обнялись прямо там, на стене, под двумя лунами.

Внизу Кайра обнимала Тима и ревела в голос. Зоя сидела на земле, прижимая к груди чью-то куртку, и тряслась. Кто-то стонал, кто-то звал на помощь.

— Это только начало, — сказал Маркус.

— Знаю. — Лира посмотрела на него. — Но мы справимся.

Он кивнул и поцеловал её.

---

Утром Ветров собрал всех во дворе.

Потери были, но меньше, чем могло бы быть. Трое погибших, десяток раненых. Нападавших — вдвое больше.

— Они проверяли нас, — сказал Ветров. — Смотрели, на что мы способны. Теперь будут готовиться серьёзнее.

— Что нам делать? — спросил кто-то из курсантов.

— Готовиться. — Ветров обвёл взглядом собравшихся. — И помнить: мы не одни. Помощь идёт.

Лира переглянулась с Маркусом.

Помощь идёт. Значит, отец уже в пути.

— Выстоим, — сказала она тихо, но твёрдо.

И рядом с ней были те, кто верил в это так же сильно.

Глава 30

Глава 30. После боя

Утро после первой стычки выдалось тяжёлым.

Солнце вставало над училищем, но никто не радовался новому дню. Двор был усеян следами ночного боя — пятна крови на камнях, брошенное оружие, обломки лестниц. И тишина. Та особенная тишина, которая бывает только после битвы.

Лира сидела на крыльце общежития, глядя, как санитары уносят раненых. Маркус был рядом, молчаливый и бледный. Они не разговаривали — слова были не нужны.

К ним подошла Кайра. Глаза красные, под глазами тёмные круги, но держится.

— Тим в лазарете, — сказала она. — Царапина, не серьёзно. Скоро выпишут.

— А ты? — спросила Лира.

— Я? — Кайра усмехнулась. — Я северная. Меня не возьмёшь.

— Садись.

Кайра села рядом. Они сидели втроём, глядя на то, как училище приходит в себя после ночного кошмара.

— Я никогда не думала, что это будет так, — тихо сказала Кайра. — Страшно.

— Страшно, — согласилась Лира. — Но мы справились.

— Справились ли? Они ведь вернутся.

— Вернутся. — Маркус заговорил впервые за утро. — Но мы будем готовы.

---

В лазарете было шумно и тесно.

Раненые лежали на койках, на полу, на носилках. Врачи и курсанты-добровольцы метались между ними, делая перевязки, вливая лекарства, успокаивая.

Тима они нашли в углу. Он сидел на койке с забинтованной рукой, но в остальном выглядел целым.

— Живой, — выдохнула Кайра и бросилась к нему.

— Осторожнее! — охнул Тим. — Рука!

— Прости, прости! — Кайра отстранилась, но глаз с него не сводила. — Больно?

— Терпимо. — Он улыбнулся. — Ты как?

— Я? — Кайра фыркнула. — Я вообще не царапнулась. Я же северная.

— Знаю. — Он взял её здоровую руку в свою. — Потому и люблю.

Кайра замерла.

— Что?

— Люблю, — повторил Тим. — Давно уже. Сказать всё не решался, а теперь... после этой ночи... вдруг завтра не наступит?

— Наступит, — твёрдо сказала Кайра. — Обязательно наступит. И ты мне это ещё сто раз скажешь.

— Сто раз — мало.

— Тогда тысячу.

Они смотрели друг на друга, и вокруг них словно затихло всё — даже шум лазарета отступил куда-то.

Лира дёрнула Маркуса за рукав, и они тихо вышли, оставив их вдвоём.

---

В коридоре было прохладно и тихо.

— Хорошо, что они наконец, — сказала Лира. — Я уж думала, никогда не решатся.

— Решились, — улыбнулся Маркус. — Война вообще многое ускоряет.

— Не хочу, чтобы война что-то ускоряла. — Лира прислонилась к стене. — Хочу просто жить. Учиться. Летать. Быть с тобой.

— Будем. — Он взял её за руку. — Обязательно будем.

Они пошли к выходу, но на пороге столкнулись с Ветровым.

— Вы где? — спросил он. — Нужна помощь.

— Где? — Лира мгновенно собралась.

— В столовой. Там раненых много. Нужно кормить, поить, успокаивать. Вы справитесь?

— Справимся.

— Тогда идите.

Они побежали в столовую, забыв об усталости.

---

День тянулся бесконечно.

Лира разносила воду, помогала раненым есть, успокаивала тех, кто плакал. Маркус таскал носилки, менял повязки, делал всё, что скажут.

К вечеру они валились с ног.

— Идём, — сказал Маркус, беря Лиру за руку. — Надо поесть.

— Не хочу.

— Надо.

Они сели в углу столовой с тарелками, но еда не лезла.

— Как там Кайра? — спросила Лира.

— С Тимом. Сидят в лазарете, не выходят. Зоя с ними.

— Хорошо. — Лира вздохнула. — Хоть у них всё хорошо.

— У нас тоже всё хорошо, — сказал Маркус. — Мы живы, мы вместе, мы справились.

— Это только начало.

— Знаю. — Он сжал её руку. — Но начало мы прошли. Дальше будет легче.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. — Он улыбнулся. — Потому что ты со мной.

Лира посмотрела на него и вдруг почувствовала, что силы возвращаются.

— Ты у меня самый лучший, — сказала она.

— Знаю. — Он улыбнулся шире. — Ты уже говорила.

— Повторю ещё раз.

И она повторила.

---

Ночью, лёжа в кровати, Лира смотрела на две луны.

Кайра не пришла ночевать — осталась в лазарете с Тимом. В комнате было пусто и тихо.

Лира думала о сегодняшнем дне. О страхе, который был, но не сломал её. О людях, которые погибли. О тех, кто выжил. О Маркусе. О друзьях. О семье.

Где-то там, на юге, мама и папа, наверное, не спят. Думают о ней.

— Я справлюсь, — шепнула она им. — Я обещаю.

Глава 31

Глава 31. Вести с юга — 2

После ночного боя прошло три дня.

Училище медленно приходило в себя. Раненых перевезли в городской госпиталь, погибших похоронили на маленьком кладбище за восточной стеной. Ветров приказал усилить патрули и не расслабляться — все понимали, что это было только начало.

Лира почти не спала. Она дежурила на стенах, помогала в лазарете, носилась с поручениями. Маркус был рядом, но они почти не разговаривали — сил не оставалось даже на слова.

Крылья за спиной ныли от постоянного напряжения. Лира давно заметила: когда она уставала, они начинали жить своей жизнью — то расправлялись сами собой, то мелко дрожали, выдавая её состояние с головой.

— Ты себя угробишь, — сказала Кайра, застав её за очередной проверкой постов. — Иди поешь.

— Потом.

— Сейчас. — Кайра схватила её за руку и потащила в столовую. — Я северная, я упрямая, спорить бесполезно.

Лира не спорила. На ходу она машинально сложила крылья плотнее к спине — чтобы не задеть кого-нибудь в узком коридоре. Движение вышло таким естественным, будто она всю жизнь только и делала, что управляла ими.

В столовой было пусто и тихо. Только Зоя сидела в углу с какой-то книгой и Тим дремал рядом, положив голову ей на плечо.

— Тише, — шепнула Зоя. — Он только уснул.

— Пусть спит, — кивнула Кайра. — Наш герой.

Они сели за стол, и Кайра насильно впихнула в Лиру тарелку супа.

— Ешь. Это приказ.

— Ты мне не командир.

— Я твой друг. Это хуже.

Лира улыбнулась и начала есть. Крылья за спиной чуть расслабились, опустились ниже — словно тоже разрешили себе отдых.

Кайра покосилась на них:

— Ты даже не замечаешь, да?

— Что?

— Как ты ими управляешь. Вот сейчас — сложила, чтобы в дверь пройти. Потом расправила, когда села. Ты это делаешь как дышишь.

Лира задумалась. А ведь правда. Она уже не помнила, когда в последний раз думала о крыльях как о чём-то отдельном. Они были частью её — как руки, как ноги.

— Дед учил, — сказала она. — Мордок. С детства. Говорил: «Крылья — это не украшение, внучка. Это твоя вторая пара рук, твоя защита, твоя свобода. Научишься владеть ими — никто тебя не достанет».

— Научилась, — констатировала Кайра. — Я вон смотрю и завидую.

— Чему?

— Тому, как ты в прошлый раз на стене... взлетела. На полметра всего, но как! Я так не умею.

— Ты северная, — улыбнулась Лира. — У тебя другие таланты.

— Ага. Ворчать и приказывать.

— Это тоже талант.

Они засмеялись. Тим заворочался, но не проснулся.

---

А вечером пришло письмо.

Курьер в синей форме почтовой службы вручил Лире плотный конверт и козырнул.

— С юга, — сказал он. — Срочное.

Лира разорвала конверт дрожащими руками.

Почерк отца.

«Доченька,

Мы знаем, что у вас происходит. Ветров держит нас в курсе. Я горжусь тобой. Ты держишься так, как держатся настоящие Юмото.

Мы выдвинулись. Я, Мордок, Гарри и ещё два десятка наших людей. Будем через три дня, может, раньше. Держись.

Я люблю тебя. Мы все тебя любим.

Папа».

Лира перечитала письмо дважды, потом трижды. А потом подняла глаза на Маркуса, который стоял рядом и ждал.

— Они едут, — сказала она. — Папа, дед, Гарри. С людьми.

— Это хорошо, — выдохнул Маркус. — Это очень хорошо.

— Через три дня.

— Мы продержимся.

Она обняла его, прижалась изо всех сил. Крылья за спиной сами раскрылись и накрыли их обоих — словно защищая, укрывая от всего мира.

Маркус замер, потом осторожно провёл рукой по перьям.

— Тёплые, — сказал он удивлённо. — Я думал, они холодные.

— Живые, — ответила Лира. — Они часть меня.

— Красивая часть.

Она улыбнулась и поцеловала его.

---

Новость разлетелась мгновенно.

Кайра хлопала в ладоши, Тим улыбался, Зоя всплакнула от радости. Даже Ветров, узнав, чуть заметно кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Значит, продержимся.

— А если они нападут раньше? — спросила Лира.

— Значит, встретим.

Он посмотрел на неё своим тяжёлым, но тёплым взглядом.

— Ты — молодец. Твой отец будет гордиться.

Лира покраснела и опустила глаза. Крылья за спиной дрогнули — смущение выдавало её с головой.

— Ими тоже управляешь, — заметил Ветров. — Раньше ты краснела, а теперь ещё и крылья тебя выдают. Учись скрывать эмоции.

— Попробуй тут, — буркнула Лира.

Ветров усмехнулся и ушёл.

---

Ночью она стояла на стене, глядя на две луны.

Маркус был рядом. Они не разговаривали — просто стояли, держась за руки, и смотрели в сторону юга, откуда должны были прийти её родные.

Лира расправила крылья во всю ширь. Ветер подхватил их, заиграл перьями, и на секунду ей показалось, что она может взлететь прямо сейчас — высоко-высоко, к самым лунам.

— Полетишь? — спросил Маркус.

— Не сейчас. — Она покачала головой. — Когда всё кончится.

— Держу в уме.

— Ты всё держишь в уме.

— Ага. — Он улыбнулся. — Штурман.

Она прижалась к нему, сложив крылья за спиной.

— Смотри, — сказал он вдруг.

Вдалеке, на горизонте, мелькнули огни. Не те, тревожные, из леса. Другие. Ровные, спокойные.

— Это они? — прошептала Лира.

— Рано. — Маркус покачал головой. — Через три дня, помнишь?

— Помню. Но хочется верить.

Он обнял её, и крылья снова накрыли их обоих.

— Верь. Скоро всё кончится.

— А потом?

— А потом будем жить. Просто жить. Учиться, летать, любить. Всё как мы хотели.

Лира улыбнулась и поцеловала его.

— Всё как мы хотели, — повторила она.

И две луны светили им, как два маленьких солнца в ночи.

А крылья за спиной тихо подрагивали в такт ветру — живые, тёплые, настоящие.

Часть её. Часть неба. Часть свободы.

Глава 32

Глава 32. Финальная битва (начало)

Три дня ожидания растянулись в вечность.

Лира почти не спала. Она дежурила на стенах, всматриваясь в горизонт, откуда должны были прийти и враги, и свои. Дважды за ночь ей казалось, что она видит огни, но это были только звёзды.

— Ты себя сгонишь, — сказал Маркус, застав её на посту в четвёртый раз за сутки.

— Не могу иначе. — Она не отрывала взгляда от леса. — Они где-то там. Ждут.

— Знаю. — Он встал рядом, взял за руку. — Но если ты упадёшь от усталости, толку от тебя не будет.

— Я не упаду.

— Упадёшь. — Он повернул её к себе. — Иди поспи хоть пару часов. Я подежурю. Если что — разбужу.

Лира хотела возразить, но вдруг поняла, что ноги подкашиваются, а глаза слипаются сами собой.

— Ладно, — сдалась она. — Два часа. Не больше.

— Иди.

Она ушла в комнату, упала на кровать и провалилась в сон без сновидений.

---

Разбудил её гул.

Сначала Лира подумала, что это во сне. Но звук нарастал, становился громче, реальнее — тяжёлый топот множества лап, смешанный с хлопаньем крыльев.

— Лира! — Кайра влетела в комнату. — Они идут!

Она вскочила мгновенно, крылья сами расправились за спиной, готовые к бою.

— Сколько?

— Много. Ветров сказал — все на стены!

Она выбежала во двор. Там уже было шумно — курсанты бежали к позициям, инструкторы раздавали оружие, кто-то кричал, кто-то плакал.

Маркус ждал её у западной стены.

— Сорок, может, пятьдесят человек, — сказал он без предисловий. — Идут со стороны леса. Минут через двадцать будут здесь. И звери с ними.

— Какие звери?

— Всякие. — Он помрачнел. — Я таких только на картинках видел. Боевые.

Лира стиснула зубы. Три дня прошло. Где же свои?

— Держимся, — сказала она. — Как бы ни было.

— Держимся.

---

Они появились ровно через двадцать минут.

Из леса выходили всадники на зверях, каких Лира никогда не видела вживую. В центре колонны — огромные, тяжёлые твари, похожие на помесь черепахи с носорогом: мощные панцири, массивные головы с небольшим рогом на морде, а на концах хвостов — шипы, которыми они угрожающе хлестали по воздуху. На их спинах сидели вооружённые люди.

По краям двигались более быстрые всадники на зверях с телом коня, волчьей головой и длинными, хищными лапами. За их спинами хлопали огромные орлиные крылья, позволяя им то бежать, то взлетать на несколько метров, оглядывая местность сверху.

А впереди, на огромном ездовом звере, похожем на тех, на которых когда-то ездил Хаббл — нечто среднее между кабаном и бронированным ящером, — сидел человек с седой бородой. Двоюродный брат Хаббла. Полковник.

— Не прячьтесь! — заорал он, поднимаясь на стременах. — Всё равно всех найдём!

Звери под ним заревел — низко, угрожающе, и этот звук пробрал Лиру до костей.

Ветров вышел на стену.

— Чего тебе надо? — крикнул он. Голос его звучал спокойно, будто он спрашивал дорогу.

— Справедливости! — заорал полковник. — Ваши убили моего брата! Ваши отобрали нашу землю! Ваши...

— Твой брат был безумцем, который развязал войну, — перебил Ветров. — А земля — общая. Для всех.

— Заткнись!

Полковник махнул рукой, и вся эта армия — люди и звери — двинулась вперёд.

— Приготовиться! — крикнул Ветров.

Лира взяла винтовку. Маркус встал рядом. Кайра, Тим и Зоя были чуть левее, у главных ворот.

— Страшно? — спросил Маркус, глядя на приближающихся крылатых волков.

— Очень.

— Я рядом.

Она кивнула, сжала его руку и отпустила.

Первые выстрелы грянули, когда всадники подлетели к стенам.

---

Бой был страшным.

Лира стреляла, пока были патроны, потом схватила дубину и била ею по головам лезущих на стены. Крылья работали сами — они помогали держать равновесие, уворачиваться, взлетать на полметра, чтобы достать врага сверху.

Внизу крылатые волки рвали воздух когтями, пытаясь достать защитников стен. Их всадники метали копья, целясь в тех, кто не успевал пригнуться.

Огромные панцирные твари подбирались к воротам, тараня их своими тяжёлыми головами. От каждого удара ворота вздрагивали, и Лира слышала, как где-то внутри трещит дерево.

— Лира! — заорал кто-то. — Сзади!

Она обернулась. Крылатый волк взлетел прямо на стену, сбрасывая всадника. Тварь скалила волчью пасть, хищно щуря жёлтые глаза.

Лира взлетела — выше, чем обычно, перехватила дубину поудобнее и обрушила удар на голову зверя. Тот взвизгнул и рухнул вниз, увлекая за собой всадника.

— Красиво! — крикнул Маркус.

— Не до красоты!

Внизу Кайра билась с двумя сразу. Тим прикрывал её, размахивая дубиной как цепом. Зоя оттаскивала раненых в укрытие.

А враги всё лезли и лезли. Ворота трещали. Ещё пара ударов — и они рухнут.

— Долго не продержимся! — крикнул кто-то.

— Держаться! — рявкнул Ветров.

И вдруг вдалеке раздался другой звук.

Рёв моторов. Много моторов.

Лира обернулась на юг.

К училищу мчались машины. Много машин. А впереди, на огромном вездеходе, стоял Мордок с расправленными крыльями.

— Деда! — заорала Лира во весь голос.

— Держись, внучка! — донёсся его голос сквозь шум боя.

Подмога пришла.

Глава 33

Глава 33. Финальная битва (развязка)

Машины врезались в ряды нападающих, как нож в масло.

Мордок спрыгнул с вездехода прямо в гущу боя, распахнув крылья во всю ширь. В руках у него сверкнул клинок — тот самый, которым когда-то Гарри убил Хаббла. Теперь он сверкал в свете двух лун, рубя врагов направо и налево.

— За мной! — ревел он, и его голос перекрывал даже рёв зверей. — За дом Юмото!

Гарри был рядом с ним. Молчаливый, страшный в своей сосредоточенности, он работал коротким мечом, не тратя лишних движений. Каждый удар находил цель.

А из машин уже выскакивали люди — те, кого прислал Карл. Курсанты, увидев подмогу, воспрянули духом и удвоили усилия.

Лира смотрела на это сверху, со стены, и сердце её разрывалось от гордости и страха одновременно.

— Деда! — крикнула она, но он не слышал.

— Лира! — Маркус дёрнул её за руку. — Вон туда смотри!

Полковник, видя, что дело плохо, разворачивал своего бронированного зверя. Он пытался уйти, прорваться к лесу, пока его армия погибала.

— Не уйдёшь! — рявкнула Лира.

Она взлетела.

Крылья несли её быстро, как никогда. Ветер свистел в ушах, луны мелькали где-то сбоку, а внизу проплывали крыши, стены, люди, звери — всё смешалось в один огромный клубок.

Она догнала полковника у самого леса.

— Стоять! — крикнула она, приземляясь прямо перед его зверем.

Тот замер, кося на неё жёлтым глазом. Полковник выругался, натягивая поводья.

— Девчонка, — прошипел он. — Прочь с дороги.

— Не прочь.

— Убью.

— Попробуй.

Он спрыгнул со зверя. В руках у него блеснул меч — длинный, тяжёлый, явно не раз видавший кровь.

— Ты чья будешь? — спросил он, медленно приближаясь.

— Юмото, — ответила Лира. — Внучка Мордока. Дочь Карла.

Полковник остановился. В его глазах мелькнуло что-то — то ли узнавание, то ли злорадство.

— А-а-а, — протянул он. — Та самая девочка-полукровка. Крылатая выскочка. — Он усмехнулся. — Думаешь, ты мне ровня?

— Не думаю. — Лира расправила крылья, готовясь к прыжку. — Я лучше.

Она взлетела, уходя от его выпада, и обрушилась сверху, целя ногами ему в плечи. Полковник покачнулся, но устоял, взмахнул мечом, целя ей в крыло.

Лира ушла в сторону, но недостаточно быстро — лезвие полоснуло по перьям. Боль обожгла, но она не закричала. Только зубы стиснула.

— Лира! — раздался отчаянный крик.

Маркус. Он бежал к ним, размахивая каким-то обломком.

— Стоять! — крикнула она. — Сам справлюсь!

Полковник засмеялся:

— Самоуверенная девчонка. Прямо как твой дед.

— Спасибо, — ответила Лира и снова взлетела.

На этот раз она не стала атаковать сверху. Она сделала обманное движение, заставив его замахнуться, и в тот момент, когда его рука пошла вперёд, резко ушла вниз, подсекла его ноги крылом.

Он рухнул.

Меч отлетел в сторону.

Лира приземлилась рядом, прижала его к земле коленом.

— Всё, — сказала она тяжело дыша. — Кончилась твоя война.

Он смотрел на неё снизу вверх с ненавистью и неверием.

— Ты... — прохрипел он. — Девчонка...

— Я — Юмото, — сказала Лира. — Запомни это.

Подбежал Маркус. За ним — Гарри, Мордок и ещё несколько человек.

— Жива? — выдохнул Маркус, ощупывая её окровавленное крыло.

— Жива. — Она улыбнулась сквозь боль. — А он — нет.

Мордок подошёл, посмотрел на поверженного врага, потом на внучку.

— Моя кровь, — сказал он с гордостью. — Настоящая.

Лира хотела ответить, но вдруг ноги подкосились, и она осела на землю.

— Лира! — Маркус подхватил её.

— Всё хорошо, — прошептала она. — Просто... устала.

Две луны светили ей в лицо.

Бой стихал.

Они победили.

Глава 34

Часть вторая. Испытание

Глава 34.

Очнулась Лира в знакомой обстановке.

Белый потолок, запах лекарств, тихие голоса где-то рядом. Лазарет. Она была в лазарете.

Попробовала пошевелиться — и зашипела от боли. Крыло. Крыло горело огнём.

— Тише, тише, — раздался знакомый голос. — Лежи смирно.

Она повернула голову. Рядом сидел Маркус. Уставший, с тёмными кругами под глазами, но живой.

— Ты... — начала Лира.

— Я здесь. — Он взял её за руку. — Третий день здесь сижу. Думал, никогда не очнёшься.

— Третий день?

— Ага. Ветров сказал, что ты молодец, но дура. Крыло чуть не потеряла.

— Потеряла?

— Нет, цело. — Он улыбнулся. — Врачи сказали, заживёт. Только шрам останется.

— Шрам? — Лира попыталась рассмотреть крыло, но не смогла.

— Красивый шрам, — заверил Маркус. — Боевой.

Она улыбнулась и закрыла глаза.

— Поспи, — сказал он. — Я рядом.

---

Во второй раз она проснулась от шума.

Кто-то громко спорил в коридоре, и голоса были до боли знакомыми.

— Я сказал, я сам! — это был Мордок.

— Дедушка, она спит! — это Кайра?

— А я тихо! Я умею тихо!

— Ты? Тихо? — второй голос, насмешливый, — Карл.

Лира засмеялась и тут же поморщилась от боли.

Дверь распахнулась, и в палату ввалились все.

Карл — с тёмными кругами под глазами, небритый, но счастливый. Мордок — величественный, несмотря на усталость. Мари — да, Мари тоже была здесь, с мокрыми глазами и дрожащими губами.

— Мама? — удивилась Лира. — Ты тоже приехала?

— Думала, я дома усижу? — Мари подошла, села на край кровати, осторожно обняла. — Глупенькая. Как я могла усидеть?

— А бабушки?

— Дома. Ждут. Сказали, чтоб без тебя не возвращалась.

Лира улыбнулась и вдруг расплакалась. От облегчения, от боли, от счастья.

Мари обняла её крепче.

— Всё хорошо, — шептала она. — Всё хорошо. Мы здесь.

Карл подошёл, погладил по голове, поцеловал в лоб.

— Молодец, дочка, — сказал он тихо. — Настоящий воин.

— Я же говорил, — вставил Мордок. — Моя кровь.

— Наша, — поправила Мари. — Наша кровь.

Мордок хмыкнул, но спорить не стал.

---

Через неделю Лиру выписали.

Крыло ещё болело, но уже можно было двигаться. Шрам действительно оказался красивым — длинная белая полоса через перья, которая придавала ей особый, воинственный вид.

— Теперь ты как настоящий боевой сокол, — сказал Маркус, разглядывая его.

— Я и так настоящая.

— Знаю.

День выдался солнечным и тёплым. Они сидели на скамейке во дворе, наблюдая, как курсанты возвращаются к обычной жизни. Кто-то тащил учебники, кто-то чинил повреждённые стены, кто-то просто бродил по двору, наслаждаясь покоем.

Многие не выжили. В том числе несколько курсантов, с которыми Лира училась, с которыми сидела в столовой, с которыми смеялась. Это было больно. Но это была правда.

— Я буду помнить их, — сказала Лира. — Всех.

— Мы все будем, — ответил Маркус.

Сзади раздались шаги.

— Сидите, герои? — Кайра плюхнулась рядом, за ней Тим и Зоя.

— Сидим, — подтвердила Лира.

— А мы думали, вы тут без нас скучаете.

— Скучали, — улыбнулся Маркус.

Они сидели впятером, как много раз до этого. Смотрели на восстанавливающееся училище, молчали, иногда перебрасывались ничего не значащими фразами.

— Знаете, — вдруг сказала Зоя. — А ведь всё могло быть иначе. Если бы не мы... не вы...

— Не думай об этом, — перебила Кайра. — Мы есть. И это главное.

— Главное, — согласилась Лира.

Она посмотрела на Маркуса, на его руку, сжимающую её. На браслет с двумя лунами на своём запястье. На друзей, ставших семьёй.

— Что дальше? — спросил Тим.

— Дальше? — Лира задумалась. — Дальше — учёба. Полёты. Небо.

— И космос? — подмигнул Маркус.

— И космос. — Она улыбнулась. — Обязательно.

— Мы с тобой, — сказала Кайра. — Куда бы ты ни полетела.

— Мы с тобой, — повторили остальные.

Лира посмотрела на них, и сердце её переполнилось теплом.

— Спасибо, — сказала она. — За всё.

— Не за что, — ответила Кайра. — Мы же друзья.

— Мы — семья, — поправила Лира.

Глава 35

Глава 35. Выпуск

После битвы прошло полгода.

Училище восстановили, раны зажили, погибших почтили памятью. Жизнь вошла в своё русло — лекции, тренировки, экзамены. Но всё было иначе. Те, кто пережил ту ночь, стали ближе друг к другу. И взрослее.

Лира стояла у окна в своей комнате и смотрела на утреннее небо. Крылья за спиной давно зажили, только белый шрам напоминал о том бое. Она проводила по нему рукой, когда задумывалась.

— Опять мечтаешь? — Кайра зашла без стука, как всегда.

— Думаю.

— О чём?

— О том, что скоро выпуск. А потом... — Лира запнулась. — Не знаю.

Кайра села на кровать.

— Я знаю. Ты хочешь в космос.

— Хочу.

— И полетишь.

— Откуда такая уверенность?

— Ты Лира. — Кайра улыбнулась. — Если ты чего-то хочешь — ты это делаешь. Я за полгода научилась.

Лира улыбнулась в ответ.

---

Выпускной был торжественным и немного грустным.

Все надели парадную форму, Ветров сказал речь, даже Мордок прилетел — расправил крылья на всю площадь, чтобы все видели, чья внучка выпускается.

— Горжусь, — сказал он коротко, обнимая Лиру.

Карл и Мари тоже были здесь. Мари плакала, Карл сдерживался, но по глазам было видно — тоже на грани.

— Ты стала такой взрослой, — шепнула Мари.

— Я стала собой, — ответила Лира. — Благодаря вам.

Маркус стоял рядом в такой же форме. Они с Лирой теперь были не просто парой — они были экипажем, и все это знали.

— Ну что, штурман? — спросила Лира. — К звёздам?

— К звёздам, — ответил он. — Но сначала — поесть. Я голодный.

Она засмеялась и поцеловала его.

---

Вечером они сидели в столовой — уже не как курсанты, а как выпускники.

Кайра, Тим, Зоя, Лира, Маркус. Пятеро, прошедших через всё.

— И что дальше? — спросила Зоя.

— Дальше — распределение, — ответил Тим. — Кого куда пошлют.

— А хочется — самим выбрать, — вздохнула Кайра.

Лира молчала. Она знала, чего хочет. Знала, к чему готовилась все эти годы.

— Я подала заявку, — сказала она тихо. — В космическую программу.

Все замолчали.

— Это же... — начала Зоя.

— Да. Первый пилотируемый полёт к другим планетам. Отбор жёсткий, но я попробую.

— Ты справишься, — сказал Маркус просто.

— А ты?

— Я — штурман. Куда ты, туда и я.

Кайра присвистнула:

— Ну вы даёте. А мы?

— А вы — наша группа поддержки, — улыбнулась Лира. — Самые лучшие.

— Ладно, — Кайра махнула рукой. — Уговорила. Будем поддерживать.

Они засмеялись, но в глазах у всех было что-то большее. Гордость. За неё. За себя. За то, что они есть друг у друга.

---

Ночью Лира стояла на крыльце общежития в последний раз.

Завтра они разъедутся. Кто-то — домой, кто-то — к новому месту службы. А она — на отбор.

— Не спится? — Маркус подошёл сзади, обнял.

— Не спится.

— Боишься?

— Немного. А ты?

— Тоже. Но знаешь... когда ты рядом — легче.

Она повернулась к нему.

— Мы справимся, — сказала она. — Мы всегда справлялись.

— Справимся, — согласился он.

Где-то в небе зажглись первые звёзды.

Совсем скоро они станут к ним ближе.

Глава 36

Глава 36. Отбор

Три месяца после выпуска пролетели как один миг.

Лира почти не бывала дома — сначала подготовка к отбору, потом экзамены, потом снова подготовка. Она жила в столице, в специальном центре для кандидатов, и видела Маркуса только урывками — он проходил свой отбор, параллельный, штурманский.

— Ты как? — спросил он во время редкого видеозвонка. Лицо у него было уставшее, но глаза горели.

— Жива, — ответила Лира. — Тренировки каждый день, теории — море, врачи замучили проверками. А ты?

— То же самое. — Он улыбнулся. — Но я справляюсь.

— Я знаю. Ты же мой штурман.

— Твой, — подтвердил он. — Держись. Скоро увидимся.

Звонок прервался, и Лира снова осталась одна в своей маленькой комнате при центре.

Крылья за спиной ныли — сегодня был особенно тяжёлый день на тренажёрах. Она машинально расправила их, размяла, сложила обратно. За полгода она научилась управлять ими ещё лучше — шрам не мешал, даже наоборот, напоминал о том, что она выжила.

— Юмото! — крикнули из коридора. — На выход!

Она вздохнула и пошла на очередное испытание.

---

В коридоре было многолюдно. Десятки кандидатов — пилоты, штурманы, инженеры, врачи — все толпились у расписания, пытаясь узнать результаты.

Лира протиснулась к доске и замерла.

Её имя было в списке.

Лира Юмото — допущена к следующему этапу.

Она выдохнула так, будто всё это время не дышала.

— Поздравляю, — раздалось сбоку.

Она обернулась. Рядом стоял незнакомый парень — чуть старше неё, с нашивками штурмана.

— Спасибо, — ответила она. — А вы?

— Тоже прошёл. — Он улыбнулся. — Марк. Штурман.

— Лира. Пилот.

— Я знаю. — Он смотрел на неё с каким-то странным выражением. — Про вас много говорят.

— Хорошее или плохое?

— Разное. — Он пожал плечами. — Но я привык составлять своё мнение.

Лира насторожилась, но ответить не успела — её окликнули из толпы.

— Лира!

Маркус пробивался сквозь толпу, расталкивая локтями кандидатов. Увидев её, расплылся в улыбке.

— Прошла?

— Прошла.

— И я прошёл! — Он подбежал, обнял, подхватил на руки, закружил. Крылья Лиры сами расправились, чтобы не мешаться, и со стороны это выглядело так, будто они танцуют.

— Поставь! — смеялась Лира. — Люди смотрят!

— Пусть смотрят! Мы прошли!

Марк, стоявший рядом, кашлянул:

— Вы, кажется, знакомы?

— Знакомы, — подтвердил Маркус, ставя Лиру на землю. — А вы?

— Марк. Штурман. — Он протянул руку.

— Маркус. Тоже штурман. — Они обменялись рукопожатием, и Лира почувствовала какое-то напряжение между ними. Словно два самца померились силой.

— Ладно, — сказала она, чтобы разрядить обстановку. — Надо отметить. Есть тут где-нибудь нормальная еда?

— Я знаю одно место, — оживился Марк. — Недалеко. Если хотите, покажу.

Лира посмотрела на Маркуса. Тот чуть заметно пожал плечами — мол, решай сама.

— Пошли, — сказала она. — Вместе.

---

В кафе было уютно и тихо.

Они сидели втроём — Лира, Маркус и Марк. За соседними столиками тоже сидели кандидаты, обсуждали испытания, спорили, смеялись.

— Откуда ты? — спросила Лира Марка.

— С севера. Маленький городок у подножия гор. Там небо чистое, звёзды видно как нигде.

— Поэтому в штурманы?

— Поэтому. — Он улыбнулся. — Я с детства карты звёздного неба рисовал. А вы?

— Я с юга. — Лира запнулась. — Дочь президента, внучка короля и всё такое. Но это не важно.

— Важно, — серьёзно сказал Марк. — Это часть тебя. Как крылья.

— Ты про крылья знаешь?

— Видел. Красивые.

Маркус за столом напрягся, но промолчал.

— Слушай, — вдруг сказал Марк. — Я понимаю, что мы только познакомились, но... если вам нужен будет третий в экипаж, я готов. Мы с Маркусом оба штурманы, конечно, но... ну, вдруг?

Лира переглянулась с Маркусом.

— Мы подумаем, — ответила она. — Спасибо.

Марк кивнул и допил свой чай.

---

Вечером они с Маркусом гуляли по набережной.

— Он мне не нравится, — сказал Маркус.

— Кто?

— Марк этот. Слишком... правильный.

— Ты ревнуешь?

— Нет. — Он помолчал. — Ладно, да. Немного.

Лира остановилась, взяла его за руку.

— Дурак. Ты — мой штурман. Ты — мой мужчина. А он... просто кандидат. Может, полезный.

— Полезный?

— В экипаже третий не помешает. Особенно если он такой же одержимый звёздами, как мы.

Маркус вздохнул.

— Ладно. Посмотрим.

Они пошли дальше, и Лира чувствовала, как его рука сжимает её чуть крепче обычного.

— Я люблю тебя, — сказала она просто.

— Я тоже.

Над ними зажигались звёзды.

Скоро они станут к ним ближе.

Глава 37

Глава 37. Экипаж

На следующий день списки вывесили в холле.

Лира пробилась сквозь толпу и замерла.

Экипаж «Орион»:

Пилот — Лира Юмото

Штурман-навигатор — Маркус Стоун

Штурман-связист — Марк Вебер

Бортинженер — Кайра Кортес

Врач-исследователь — Зоя Крайнова

— Что? — выдохнула Лира. — Зоя?!

Она обернулась и увидела всю свою компанию в сборе.

Кайра стояла с Тимом, сияя как начищенный самовар. Маркус улыбался, глядя на Лиру. Марк скромно держался чуть поодаль. А Зоя... Зоя просто плакала от счастья, размахивая распечаткой списка.

— Я прошла! — заорала она, бросаясь к Лире. — Я прошла! Врачом-исследователем!

— Ты?! — Лира обняла её, не веря своим ушам. — Ты же говорила, что не поступала!

— Соврала! — Зоя смеялась сквозь слёзы. — Хотела сюрприз сделать! Думала, не возьмут, а меня взяли!

— А Тим? — спросила Лира, переводя взгляд на друга.

— Тим остаётся в училище, — ответила Кайра. — Инструктором. Будет новых пилотов готовить. Мы решили — так лучше.

— Вы поженились? — догадалась Лира, глядя на счастливое лицо Кайры.

— Ага, — скромно подтвердил Тим. — Неделю назад. Ты была на тренировках, мы не стали отвлекать.

Лира смотрела на них и чувствовала, как глаза защипало.

— Вы... — Она обняла их всех сразу — Кайру, Тима, Зою, Маркуса. — Я вас убью. Потом. Но сначала — обниму.

Марк подошёл чуть ближе, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.

— Я, кажется, лишний тут? — спросил он тихо.

Лира отстранилась от друзей, посмотрела на него и решительно протянула руку:

— Иди сюда, штурман. Ты теперь наш.

Марк шагнул в общие объятия, смущённо улыбаясь.

— Пятеро, — сказала Кайра, оглядывая их всех. — Пять имён. Одна команда.

— Один экипаж, — поправила Лира. — Экипаж «Орион».

— Звучит, — одобрил Маркус.

Тим, стоявший чуть в стороне, кашлянул:

— Шестой, но на земле. Буду вас отсюда прикрывать.

— Лучшая поддержка, — улыбнулась Кайра и чмокнула его в щёку.

Лира посмотрела на список, на имена своих друзей: Лира Юмото, Маркус Стоун, Марк Вебер, Кайра Кортес, Зоя Крайнова. Пять имён. Пять судеб. Одна цель.

— К звёздам, — сказала она.

— К звёздам, — ответили все.

Глава 38

Глава 38. Дом

После объявления состава экипажа дали три дня отдыха — впервые за долгие месяцы.

— Поехали ко мне, — сказала Лира Маркусу. — Познакомишься с семьёй по-настоящему. А то виделись только мельком, на выпускном.

Маркус побледнел:

— К Мордоку? В замок? Я?

— Ты. — Лира улыбнулась. — Не бойся, они не кусаются. Почти.

— А если я не понравлюсь?

— Понравишься. — Она взяла его за руку. — Ты же мой.

Он глубоко вздохнул и кивнул.

---

Дорога до замка заняла полдня.

Маркус всю дорогу молчал и смотрел в окно. Лира чувствовала его напряжение, но не лезла с расспросами — понимала.

— Красиво, — сказал он наконец, когда вдали показались башни замка Фоксбург.

— Это мой дом, — ответила Лира. — Теперь и твой тоже.

Он посмотрел на неё с благодарностью.

---

У ворот их уже ждали.

Вся семья высыпала на крыльцо. Карл, Мари, Мордок, Лора, Анна, Юрий — все до единого.

— Приехали! — закричала Мари и бросилась обнимать дочь.

— Мам, задушишь, — смеялась Лира, но от объятий не уклонялась.

Карл подошёл к Маркусу, протянул руку:

— Сынок, рад видеть. Заходи, не стой на пороге.

Маркус пожал руку, чувствуя, как колотится сердце.

Мордок стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, и буравил его взглядом.

— Тот самый Маркус? — спросил он громогласно.

— Тот самый, — ответил Маркус, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Мордок подошёл, обошёл его кругом, оглядел с ног до головы. Потом неожиданно хлопнул по плечу так, что Маркус чуть не упал.

— Крепкий, — одобрительно кивнул дед. — Ладно, проходи. За столом поговорим.

---

Ужин удался на славу.

Анна наготовила столько, что стол ломился. Лора подкладывала Маркусу еду и приговаривала: «Худой какой, кормят вас там плохо». Юрий молча улыбался и кивал. Карл расспрашивал про отбор, про планы, про космос.

Маркус отвечал, стараясь не ударить в грязь лицом. Рядом с ним сидела Лира и незаметно сжимала его руку под столом.

— А скажи-ка, парень, — вдруг громыхнул Мордок, откладывая вилку. — Ты мою внучку любишь?

В комнате повисла тишина.

— Люблю, — ответил Маркус, глядя ему прямо в глаза. — Больше жизни.

— И что дальше?

Маркус глубоко вздохнул, встал из-за стола и — неожиданно для всех, включая Лиру, — опустился на одно колено прямо посреди столовой.

— Лира, — сказал он, и голос его дрогнул. — Я знаю, что мы молоды. Знаю, что у нас впереди космос, полёты, неизвестность. Но я не хочу ждать. Я хочу, чтобы ты была моей. Всегда. Выходи за меня?

Он достал из кармана маленькую коробочку и открыл. Внутри лежало кольцо — простое, но очень красивое, с двумя маленькими камнями, похожими на две луны.

Лира замерла. Потом закрыла лицо руками.

— Ты... — прошептала она. — Ты с ума сошёл?

— Сошёл, — согласился он. — От любви к тебе. Так выйдешь?

Она убрала руки. Глаза её блестели от слёз.

— Да, — сказала она. — Да, да, да!

Маркус надел кольцо ей на палец, встал, и они поцеловались под восхищённые вздохи собравшихся.

Мари ахнула и прижала руки к груди. Лора заплакала. Анна захлопала в ладоши. Юрий одобрительно крякнул.

— Ну надо же, — пробормотал Карл, но по лицу его было видно — он доволен.

— А я говорил! — заревел Мордок, вскакивая. — Я говорил, что парень с характером! Надо срочно свадьбу играть! Пока мы все здесь! Пока молодые не улетели!

— Папа, — попыталась возразить Мари, — но они же только что... может, рано? Им бы сначала...

Мордок посмотрел на дочь таким взглядом, что Мари мгновенно замолчала.

— Рано? — переспросил он. — Ты сама в их возрасте уже замужем была. И ничего, не жаловалась.

Мари открыла рот, закрыла и махнула рукой.

Карл подошёл к Маркусу, положил руку ему на плечо:

— Раз моя дочь выходит замуж, а она выходит, потому что негоже ей в девках ходить, раз она тебя любит, — значит, всё должно быть оформлено по-человечески. Это будет лучшая свадьба для моей дочери. Я позабочусь.

Маркус кивнул, чувствуя, как от облегчения подкашиваются ноги.

Карл вдруг посмотрел на него строго:

— Но запомни, сынок. Обидишь мою дочь хоть раз — не посмотрю на то, что она тебя любит. Лично закопаю.

В комнате повисла напряжённая тишина.

А потом Карл расхохотался и хлопнул Маркуса по плечу так, что тот чуть не упал.

— Шучу! — засмеялся он. — Но присматривать буду. Ты уж прости.

— Я понимаю, — выдохнул Маркус. — Я бы тоже...

— Вот и ладно. — Карл обнял его. — Добро пожаловать в семью, сынок.

Все вокруг заулыбались, зашумели, заговорили разом. Мордок уже кричал, что сам займётся организацией, Лора пыталась его утихомирить, Анна побежала на кухню за новым пирогом — по такому случаю.

Лира смотрела на своё кольцо, на Маркуса, на свою шумную, любящую семью — и чувствовала, что счастлива так, как никогда в жизни.

— Я люблю тебя, — шепнула она Маркусу.

— Я тебя больше, — ответил он.

— Спорим?

— Спорим.

— Всю жизнь будем спорить?

— Всю жизнь.

Они поцеловались, и две луны за окном улыбнулись им.

Глава 39

Глава 39. Свадьба и прощание

Свадьбу решили играть через три дня — дольше ждать не позволяла подготовка к полёту.

Замок Фоксбург преобразился. Вся прислуга — те, кто служил ещё Яши, кто помнил маленькую Лиру на руках, кто видел, как росла эта семья, — суетилась с утра до ночи. Старая Эмма, заведовавшая кухней ещё при Алексе Фоксе, лично руководила приготовлениями, покрикивая на молодых поварят. Дворецкий Томас, чья седина уже давно стала белее его воротничков, раздавал указания с таким важным видом, будто готовил приём для коронованных особ.

— Тётя Эмма, — окликнула её Лира, заглянув на кухню, — вы бы отдохнули.

— Отдохну, когда внучку замуж выдам! — отрезала старушка, но тут же смягчилась и обняла Лиру. — Выросла-то как... Я помню, ты вот такой крохой была, на руках носила...

— Помню, — улыбнулась Лира. — Вы меня пирожками тайком кормили, когда мама запрещала.

— А то! Детей кормить надо, а не диетами мучить. — Эмма шмыгнула носом и махнула полотенцем. — Иди уже, не мешай. Успеем ещё наговориться.

---

Анна и Лора украшали зал цветами. Мордок носился по замку, раздавая указания, и вся прислуга пряталась по углам. Карл лично проверял, всё ли готово для торжества.

— Ты как? — спросил он Лиру, застав её в саду за час до церемонии.

— Волнуюсь, — призналась она. — Очень.

— Это нормально. — Он обнял её за плечи. — Я тоже волновался перед свадьбой с твоей мамой.

— Правда?

— Конечно. Думал, сбегу.

Лира засмеялась:

— И не сбежал?

— Посмотри на неё. — Карл кивнул в сторону замка, где Мари суетилась с цветами. — Разве от такой сбежишь?

— Не сбежишь, — согласилась Лира.

— Вот и ты не сбегай. — Он поцеловал её в лоб. — Твой Маркус — хороший парень. Я в нём не ошибся.

— Спасибо, пап.

---

А за час до церемонии у ворот замка остановился президентский экипаж.

Из него вышел немолодой уже мужчина, чуть сгорбленный, с мозолистыми руками механика и глазами, в которых застыла вечная усталость. Эрик Стоун. Отец Маркуса.

— Папа! — Маркус выбежал ему навстречу. — Ты приехал!

— Велено было доставить, — смущённо ответил Эрик. — Сам президент распорядился. Я думал, ошибка, а они говорят — нет, садитесь, велено отвезти.

— Это Карл, — объяснил Маркус. — Отец Лиры.

— Знаю я Карла, — кивнул Эрик. — Давно ещё, после войны, когда они с Мордоком на севере космодром строили. Я тогда к нему приезжал, помощи просил. На ферму деньги нужны были. Карл распорядился — и помог. Хороший человек.

— Ты мне рассказывал, пап. — Маркус улыбнулся. — Пойдём, тебя уже заждались.

— А с Гарри я уже виделся, — добавил Эрик. — Он меня с Максом познакомил когда-то. Макс здесь?

— Здесь. И Гарри здесь. Все тебя ждут.

— Хорошо. — Эрик оглядел замок, прислугу, суету. Потом перевёл взгляд на сына и с лёгкой улыбкой спросил: — Значит, женишься, сынок?

— Женюсь, пап. — Маркус сиял.

— Счастлив?

— Очень.

— Тогда я рад. — Эрик обнял сына, и в этом объятии было всё: и годы разлуки, и гордость, и тихая отцовская радость.

---

В замке Эрика встретили как старого знакомого.

Карл, увидев его, расплылся в улыбке и протянул руку:

— Эрик! Рад видеть! Помню, как ты ко мне на севере подошёл, на стройке. Дело говорил, по делу и уехал. Как ферма?

— Продал, — усмехнулся Эрик, пожимая руку. — В механики ушёл. Всегда мечтал в двигателях ковыряться.

— Дело хорошее, — одобрил Карл.

Подошёл Мордок, расправив крылья, и оглядел Эрика с ног до головы:

— Стоун? Помню тебя. Недолго ты тогда на стройке пробыл, но запомнился.

— Дела были, — ответил Эрик. — Деньги получил и уехал хозяйство поднимать.

— А теперь вон оно как, — Мордок кивнул на Маркуса. — Сын твой на моей внучке женится.

— Выходит, теперь родня, — улыбнулся Эрик.

— Выходит, так. — Мордок хлопнул его по плечу. — Проходи, родня. За столом поговорим.

Гарри, стоявший чуть поодаль, шагнул вперёд и протянул руку:

— Сосед.

— Сосед, — Эрик пожал её с чувством. — Сколько лет...

— Много. — Гарри чуть заметно улыбнулся. — Хорошо, что ты здесь.

Макс, появившийся следом, хлопнул Эрика по спине:

— Эрик! Помнишь меня? Макс. Гарри нас знакомил когда-то.

— Помню, конечно. — Эрик улыбнулся. — Рад видеть.

— А я тебя ещё больше! — Макс засмеялся. — Пойдём, выпьем за молодых. Только чур потом, после церемонии. А то я ещё хочу успеть на неё посмотреть.

Карл, стоявший рядом, усмехнулся:

— Ты всегда успеваешь, Макс. Помнишь, как на нашу свадьбу чуть не опоздал?

— Я не опоздал, я задержался! — возразил Макс. — И вообще, это было по делу.

— По делу он, — Карл покачал головой. — Двадцать лет прошло, а ты всё такой же.

— А ты всё такой же ворчливый, — парировал Макс, и они рассмеялись.

Лира, наблюдавшая эту сцену со стороны, улыбнулась. Хорошо, когда старые друзья рядом.

---

Церемония проходила в большом зале, где когда-то собирались на совет, а теперь стояли ряды стульев, украшенных цветами.

Лира вошла под руку с Карлом. На ней было простое, но очень красивое белое платье — Мари настояла, чтобы сшить специально к этому дню. Крылья за спиной были убраны специальными лентами, чтобы не мешались, но всё равно виднелись из-под кружева.

Маркус ждал её у алтаря. Рядом стояли Кайра — подружка невесты, Тим — свидетель, Зоя и Марк — просто счастливые гости. Чуть поодаль, скромно пристроившись в углу, стоял Эрик Стоун, всё ещё не верящий, что его сын женится в этом замке.

Макс сидел в первом ряду, рядом с Карлом. Когда Лира проходила мимо, он поймал её взгляд и подмигнул. Она улыбнулась в ответ.

---

Церемония была недолгой, но очень трогательной. Когда прозвучало «объявляю вас мужем и женой», и Маркус поцеловал Лиру, в зале раздались аплодисменты.

Мордок рыдал в углу, делая вид, что у него просто аллергия.

— Деда, ты чего? — подбежала к нему Лира после церемонии.

— Я? Ничего! — Мордок утёр слезу кулаком. — Это у меня... в глаз попало.

— Тут нет пыли.

— Значит, есть! — рявкнул он и обнял её так, что у Лиры хрустнули рёбра. — Счастья тебе, внучка. Настоящего.

— Спасибо, деда.

Карл подошёл к Маркусу, протянул руку:

— Ну, зять. Береги её.

— Буду, — твёрдо сказал Маркус. — Обещаю.

— Знаю. — Карл улыбнулся. — Потому и отпускаю.

Макс подошёл следом, оглядел Маркуса с ног до головы.

— Смотри, парень. Мы с Карлом знаешь сколько лет дружим? Если что — вдвоём найдём. В любой галактике.

— Найдёте, — согласился Маркус. — Но не придётся.

— Это правильно. — Макс хлопнул его по плечу и повернулся к Карлу: — А помнишь, Карл, как мы с тобой в молодости... — Он запнулся, посмотрел на Лиру. — Хотя, наверное, не при детях.

— Не при детях, — усмехнулся Карл. — Потом расскажешь.

Эрик Стоун, стоявший чуть поодаль, наконец решился подойти к сыну. Рядом с ним держались Гарри и Макс.

— Сынок, — начал Эрик.

— Пап, — Маркус обнял его. — Спасибо, что приехал.

— Я бы и пешком пришёл, если б знал, — ответил Эрик. — Невеста у тебя... красивая. И семья у неё... настоящая.

— Теперь и ваша семья, — сказал подошедший Карл. — Проходите к столу, Эрик. Сегодня вы — самый почётный гость.

Гарри молча кивнул, и в этом кивке было всё — и старая дружба, и радость, и обещание, что теперь они будут видеться чаще.

---

Пир длился до поздней ночи.

Кайра отплясывала так, что Тим едва успевал за ней. Зоя украдкой вытирала слёзы счастья. Марк познакомился с родителями и, кажется, понравился всем. Мордок рассказывал бесконечные истории из своей молодости, и никто его не останавливал.

Макс и Карл сидели в углу, пили за молодых и вспоминали старые времена.

— А помнишь, — говорил Макс, — как мы в ту ночь перед подписанием договора...

— Помню, — перебил Карл. — Ты тогда чуть всё не сорвал.

— Я? Это ты чуть не сорвал! Я просто хотел, чтобы всё было по-честному.

— По-честному у него. — Карл покачал головой. — Ладно, давай лучше выпьем.

Они чокнулись и выпили.

Лира, проходя мимо, остановилась:

— О чём это вы?

— О старом, малышка, — ответил Макс. — Тебе это не интересно.

— Мне интересно всё, что касается папы.

— Тогда потом расскажу. — Макс подмигнул. — Когда-нибудь.

Эрик Стоун поначалу держался скромно, но старая Эмма быстро пристроила его к столу, накормила и даже заставила улыбнуться. Гарри сидел рядом с ним, и они о чём-то тихо говорили, словно навёрстывая годы разлуки.

— Хороший у тебя отец, — сказала Лира Маркусу, наблюдая за этой сценой.

— Хороший, — согласился он. — Жаль, что мы столько лет были порознь.

— Теперь будете вместе. — Она сжала его руку. — Я обещаю.

А под утро, когда гости разошлись, Лира и Маркус стояли на башне замка и смотрели на горизонт.

— Завтра улетаем, — сказала Лира.

— Знаю.

— Страшно?

— Немного. — Он взял её за руку. — Но с тобой — не страшно.

— Мы справимся?

— Обязательно. Мы же команда.

— Мы семья, — поправила Лира.

Он улыбнулся и поцеловал её.

---

Утром у ворот замка собрались все.

Мари плакала, не скрывая слёз. Карл обнимал дочь и никак не мог отпустить. Мордок держался молодцом, но было видно — тоже на грани. Лора и Анна стояли рядом, вытирая глаза. Юрий молча кивал, словно благословляя.

Макс подошёл к Карлу, хлопнул друга по плечу:

— Отпускай. Вырастил — гордись.

— Легко сказать, — вздохнул Карл, но Лиру отпустил.

Макс повернулся к ней:

— Лети, малышка. Мы с твоим отцом тут присмотрим за всем. Если что — сигналь.

— Спасибо, Макс. — Лира обняла его.

Эрик Стоун обнял сына:

— Горжусь тобой, сынок. Очень.

— Я вернусь, пап.

— Знаю.

Гарри молча кивнул Лире, и в этом кивке было всё — и гордость, и вера, и тихое обещание, что за ними присмотрят.

Кайра, Зоя и Марк уже ждали в машине.

Лира и Маркус сели следом.

— Поехали, — сказал водитель.

Машина тронулась.

Лира обернулась. Вся семья стояла на крыльце — и старая Эмма с кухонным полотенцем, и дворецкий Томас, и все, кто служил этому дому долгие годы. Карл стоял рядом с Максом, и они о чём-то говорили, глядя вслед уезжающей машине.

— Я вернусь, — шепнула Лира. — Обязательно.

Машина набирала скорость, и замок медленно исчезал за горизонтом.

— Грустно? — спросил Маркус.

— Немного. — Она сжала его руку. — Но они всегда со мной. В сердце.

— И я.

— И ты.

Впереди было небо.

Впереди были звёзды.

Впереди была новая жизнь.

Глава 40

Глава 40. Подготовка

Две недели после свадьбы пролетели как один миг.

Экипаж «Ориона» поселили в закрытом центре подготовки на территории космодрома. Те же коридоры, те же расписания, те же тренировки — но всё было иначе. Раньше они учились летать. Теперь готовились улететь.

— Третья проверка систем за сегодня, — простонал Марк, падая на стул в общем зале. — Если я ещё раз увижу этот телеметрический блок, я его съем.

— Не драматизируй, — усмехнулась Кайра, листая какой-то технический журнал. — Настоящий полёт будет длиться гораздо дольше. Привыкай.

— Ага, — поддакнул Маркус. — Там телеметрия будет тебе сниться.

— Она мне уже снится, — мрачно ответил Марк. — И знаете что? Во сне она работает без сбоев. А наяву…

— Наяву она тоже работает, — перебила Лира, входя в зал с планшетом в руках. — Я только что с проверки. Всё в норме.

— Слышали? — Марк вскинул руки. — Всё в норме! Можно я пойду посплю?

— Можно, — разрешила Лира. — Но завтра в шесть утра последняя полная симуляция полёта.

Марк застонал и уткнулся головой в стол.

Зоя, сидевшая в углу с медицинскими отчётами, подняла глаза:

— Оставьте его. Он вообще спал последние дни?

— А кто спал? — огрызнулся Марк, не поднимая головы.

— Вот я и говорю, — вздохнула Зоя. — Ладно, сейчас всех проверю. Давление, пульс, рефлексы. Чтобы перед стартом никто не свалился.

— Мамочка наша, — улыбнулась Кайра.

— Я ваш врач, — строго поправила Зоя. — А врача надо слушаться.

Все засмеялись, но спорить не стали.

---

Вечером Лира и Маркус сидели на смотровой площадке космодрома.

Перед ними, в лучах заходящего солнца, возвышался корабль. «Орион». Красавец, созданный для дальних полётов. Он ещё не был заправлен, не был загружен, но уже сейчас выглядел как живое существо, готовое расправить крылья.

— Смотри, — сказала Лира. — Наш дом на ближайшие… сколько там?

— Полгода минимум, — ответил Маркус. — Если повезёт.

— Если повезёт, — повторила она. — Странно думать, что мы там будем жить. Работать. Есть. Спать. Ссориться, наверное.

— Будем, — согласился он. — Но мириться тоже будем.

Она улыбнулась и прижалась к нему.

— Не верится, — сказала она тихо. — Что мы действительно летим. Что всё это — правда.

— Правда, — он поцеловал её в макушку. — И это только начало.

---

На следующее утро симуляция длилась восемь часов.

Восемь часов в тесной кабине тренажёра, полностью повторяющего интерьер «Ориона». Восемь часов нештатных ситуаций, отказов оборудования, метеоритных дождей, потери связи с Землёй. Восемь часов, когда каждый должен был делать своё дело и доверять остальным.

К концу симуляции все вымотались так, будто действительно слетали к другой планете и обратно.

— Я падаю, — объявил Марк, выбираясь из тренажёра. — Если кто-то скажет мне ещё хоть слово о телеметрии, я убью. Прямо здесь. Без оружия.

— Держу в уме, — улыбнулся Маркус.

Кайра потянулась, хрустнув суставами:

— Неплохо. Для первого раза.

— Это было последнее испытание, — сказала Лира, сверяясь с планшетом. — Завтра — заправка и загрузка. Послезавтра — старт.

Все замолчали.

— Послезавтра, — повторила Зоя. — Как-то… страшно звучит.

— Страшно, — согласилась Лира. — Но мы готовы.

— Готовы, — эхом отозвались остальные.

---

Ночью Лира не спала.

Она вышла на смотровую площадку и долго смотрела на корабль. Теперь он был подсвечен прожекторами, и вокруг него суетились люди — заправщики, техники, инженеры. Последние приготовления.

— Тоже не спится? — раздалось сзади.

Лира обернулась. Подошёл Маркус с двумя кружками горячего чая.

— Не спится, — призналась она, принимая кружку. — Думаю.

— О чём?

— О доме. О родителях. О том, что завтра в это же время мы будем уже там. — Она кивнула на корабль.

— Будешь скучать?

— Буду. — Она помолчала. — Но иначе нельзя. Я всегда хотела к звёздам. А теперь… теперь они рядом.

— Не рядом, — поправил Маркус. — Мы сами к ним летим.

— Это да.

Они стояли молча, глядя на корабль. Две луны светили им в спину.

— Знаешь, — сказала Лира. — Я никогда не думала, что всё будет так. Что у меня будут друзья, команда, ты… и этот полёт. Раньше я просто мечтала. А теперь…

— А теперь это реальность, — закончил за неё Маркус. — И она прекрасна.

— Прекрасна, — согласилась Лира. — И страшна. Но по-хорошему страшна.

— По-хорошему, — улыбнулся он. — Как всё, что мы делаем вместе.

---

Утром началась погрузка.

Грузовые платформы одну за другой доставляли на борт контейнеры с припасами, оборудованием, личными вещами экипажа. Кайра носилась по космодрому, сверяясь со списками и покрикивая на грузчиков. Зоя проверяла медицинский отсек. Марк с головой ушёл в настройку связи.

Лира и Маркус сидели в кабине, в последний раз проверяя системы.

— Всё готово, — сказала Лира. — Завтра в восемь утра.

— В восемь, — повторил Маркус. — Ровно.

— Ты волнуешься?

— Есть немного. А ты?

— Тоже. — Она взяла его за руку. — Но знаешь…

— Что?

— Я почему-то уверена, что всё будет хорошо. Потому что мы вместе.

Он улыбнулся и поцеловал её.

— Вместе, — сказал он. — Навсегда.

Глава 41

Глава 41. Старт

Утро старта выдалось ясным и холодным.

Лира проснулась за два часа до подъёма. Лежала, глядя в потолок, и слушала, как за стеной тихо посапывает Кайра. Потом встала, умылась, оделась и вышла на смотровую площадку.

«Орион» стоял на стартовой позиции, окружённый облаками пара от заправочных систем. В лучах восходящего солнца он казался живым — серебристый, огромный, прекрасный.

— Красиво, да? — раздалось сзади.

Лира обернулась. Подошёл Маркус, уже одетый по форме.

— Ты тоже не спишь?

— Не сплю. — Он встал рядом, обнял за плечи. — Волнуюсь.

— Я тоже.

Они стояли молча, глядя на корабль. Рядом с ними постепенно собирались остальные. Кайра, Зоя, Марк — все пришли проводить взгляд, запомнить этот момент.

— Пора, — сказала Лира.

Они пошли к кораблю.

---

Перед входом в трап их ждали, все родные и близкие. Все, кто был дорог, все, кто хотел проводить их в этот путь.

— Доченька, — Мари обняла Лиру так крепко, что у той перехватило дыхание. — Ты только… ты обязательно…

— Вернусь, мам, — перебила Лира, вытирая её слёзы. — Обязательно вернусь.

— Я знаю. — Мари улыбнулась сквозь слёзы. — Но ты там… береги себя. И их береги. — Она кивнула на остальных.

— Буду.

Карл подошёл следом. Долго смотрел на дочь, потом обнял — крепко, по-мужски.

— Горжусь тобой, — сказал он хрипло. — Всегда гордился. И всегда буду.

— Спасибо, пап.

Мордок подошёл последним. Расправил крылья, обнял их обоих — Лиру и Маркуса сразу.

— Ну, летите, — сказал он. — К звёздам. А мы тут присмотрим. — Он посмотрел на Маркуса. — Ты смотри мне, зять. Если что — я хоть в космос за тобой полечу. У меня крылья, понял?

— Понял, — улыбнулся Маркус.

Кайра прощалась с Тимом. Они стояли чуть поодаль, и она уже не скрывала слёз.

— Я буду ждать, — говорил Тим. — Каждый день. Каждую минуту.

— Буду возвращаться, — обещала Кайра. — Обязательно.

Зоя обнимала своих родителей. Марк — каких-то дальних родственников, что приехали проводить.

А потом прозвучала команда:

— Экипажу «Ориона» подняться на борт. До старта пятьдесят минут.

Лира глубоко вздохнула. Посмотрела на Маркуса. На Кайру, Зою, Марка. На всех, кто оставался на земле.

— Пора, — сказала она.

Они поднялись по трапу. Внутри корабля было тесно, пахло металлом и чем-то новым, незнакомым. Но это был их дом. На ближайшие полгода — их единственный дом.

Лира села в кресло пилота. Маркус занял место рядом. Кайра, Зоя и Марк — свои позиции.

— Проверка систем, — скомандовала Лира.

— Системы в норме, — отозвался Марк.

— Связь есть, — добавила Кайра.

— Медицина в норме, — Зоя.

— К взлёту готовы, — Маркус.

Лира включила общую связь.

— Всем, кто нас слышит. Говорит экипаж «Ориона». Мы готовы к старту. Спасибо за всё. До встречи.

В наушниках раздался голос диспетчера:

— «Орион», взлёт разрешаю. Счастливого пути.

Лира перевела взгляд на мониторы, где были видны провожающие. Карл махал рукой. Мари плакала. Мордок стоял с расправленными крыльями, как статуя.

— Начинаем обратный отсчёт, — сказала Лира. — Десять. Девять. Восемь…

Она чувствовала, как вибрирует корабль, как нарастает гул двигателей.

— Пять. Четыре. Три…

Маркус взял её за руку.

— Два. Один. Пуск!

Корабль вздрогнул и начал подниматься.

Земля уходила вниз. Замок, космодром, горы, леса — всё становилось маленьким, игрушечным, далёким.

— Смотрите, — сказала Зоя, показывая на экран.

Две луны висели в небе, провожая их в путь.

— Прощайте, — шепнула Лира.

— До встречи, — поправил Маркус.

Они улыбнулись друг другу.

Впереди были звёзды.

Впереди была новая жизнь.

Глава 42

Глава 42. Жизнь на корабле

Первые три дня в космосе пролетели как один.

«Орион» был оснащён по последнему слову техники — искусственная гравитация работала безупречно, создавая на борту привычную земную тяжесть. Никакой невесомости, никаких парений в воздухе. Только лёгкий, едва уловимый гул генераторов где-то в недрах корабля.

— А я-то думала, будем летать, — разочарованно протянула Кайра за завтраком в первый день.

— На «Блек Старе» тоже была гравитация, — ответила Лира. — Иначе как люди могли бы жить там десятилетиями? Представь, пятьдесят лет в невесомости — кости бы в труху превратились.

— Знаю, — вздохнула Кайра. — Но хотелось хоть немного… поневесомостить.

— Будут тебе внеплановые выходы в открытый космос, — пообещал Маркус. — Там на невисомишся вдоволь.

— Спасибо, утешил.

Все засмеялись.

---

На четвёртый день случилось первое маленькое открытие.

Маркус сидел за пультом навигации, когда приборы зафиксировали что-то необычное.

— Лира, посмотри-ка сюда, — позвал он.

Она подошла, вгляделась в монитор.

— Что это?

— Не знаю. Аномалия какая-то. Гравитационная. Слабая, но… необычная. Наши генераторы её чуть-чуть ощущают.

— Курс меняется?

— Нет. Мы проходим мимо. Но я засёк координаты. Если захотим вернуться когда-нибудь…

— Отмечай, — решила Лира. — Вдруг пригодится.

Маркус кивнул и внёс данные в бортовой журнал.

Кайра, проходившая мимо с чашкой кофе, хмыкнула:

— Уже открытия делаете? А мы ещё до места не долетели.

— Это разведка, — важно сказал Маркус. — Мы первопроходцы.

— Первопроходцы, — фыркнула Кайра. — Я пока первопроходец в том, как не пролить кофе при искусственной гравитации. Спойлер: никак. Всё равно проливаю.

— Это потому что ты неуклюжая, — заметил Марк, высовываясь из своего отсека.

— Кто? Я? — Кайра возмущённо обернулась. — Да я на севере…

— Знаем мы твой север, — перебил Марк. — Там гравитация такая же, как везде.

— Но холоднее!

— Это да, — согласился Маркус. — Холоднее — факт.

Все засмеялись.

---

А на седьмой день Зоя сделала своё открытие.

Она возилась с анализатором проб воздуха, которые брали снаружи корабля через специальные шлюзы, и вдруг замерла.

— Ребята… — позвала она не своим голосом. — Идите сюда. Быстро.

Все собрались в лабораторном отсеке.

— Что там? — спросила Лира.

— Микроорганизмы, — выдохнула Зоя. — В пробах. Живые.

— Снаружи корабля?

— Да. В космосе. Споры какие-то. Они путешествуют в вакууме. И они… они живые.

Все молчали, переваривая.

— Ты уверена? — спросил Марк.

— Абсолютно. Я трижды перепроверила.

— Это… — Кайра не договорила.

— Это открытие, — сказала Лира. — Настоящее. Первое в этом полёте.

Зоя смотрела на экран, и в глазах у неё стояли слёзы.

— Я всегда мечтала, — прошептала она. — Всегда… найти что-то новое. Но чтобы вот так…

— Ты молодец, — Лира обняла её. — Мы все молодцы. Мы — команда.

— Команда, — эхом отозвались остальные.

Маркус подошёл, заглянул в монитор:

— Надо передать на Землю. Пусть знают.

— Уже, — отозвался Марк. — Я отправил предварительные данные. Сказали, ждут подробностей.

---

Вечером они собрались в общем отсеке.

За иллюминатором проплывали звёзды. Бесконечные, холодные, прекрасные. Корабль мягко вибрировал от работы гравитационных генераторов, создавая привычный, почти домашний уют.

— Знаете, — сказал Марк. — Я тут подумал. Мы летим в неизвестность. Ищем новое. А оно уже здесь. Прямо за бортом.

— Это только начало, — ответила Лира. — Впереди ещё много открытий.

— Думаешь, встретим там что-то… ну, разумное? — спросила Кайра.

— Не знаю. — Лира покачала головой. — Но если встретим — мы готовы.

— Готовы ли? — усомнилась Зоя.

— А кто знает? — Маркус взял Лиру за руку. — Главное, что мы вместе.

— Вместе, — повторили все.

Кайра подошла к иллюминатору, всматриваясь в звёздную россыпь:

— Красиво. Знаете, я всегда думала, что в космосе страшно. А тут… спокойно как-то.

— Это гравитация, — улыбнулся Марк. — Она и успокаивает. Как дома.

— Как дома, — согласилась Лира. — Потому что дом теперь здесь. Вместе с нами.

Корабль летел вперёд, в темноту, к неизведанным мирам.

А в иллюминаторе горели звёзды.

Тысячи звёзд.

И все они ждали.

Глава 43

Глава 43. Сигнал и прибытие

На десятый день полёта Марк проснулся оттого, что его пульт связи орал как резаный.

— Что за… — пробормотал он, скатываясь с койки и на ходу натягивая комбинезон. — Тихо, тихо, я уже здесь…

Он подбежал к пульту и замер.

— Ребята! — заорал он через секунду так, что, наверное, разбудил всех на корабле. — Идите сюда! Быстро!

Через минуту в отсеке связи собрались все. Сонные, взъерошенные, но мгновенно проснувшиеся от его голоса.

— Что случилось? — Лира протирала глаза.

— Сигнал, — выдохнул Марк. — Я поймал сигнал.

— С Земли?

— Нет. — Он покачал головой. — Не с Земли. Из той системы, куда мы летим. Кто-то там передаёт. Искусственный сигнал.

Тишина повисла такая, что было слышно, как гудит гравитационный генератор.

— Ты уверен? — спросил Маркус.

— Абсолютно. Я трижды проверил. Это не помехи, не отражение наших сигналов. Это… кто-то другой.

Лира подошла к пульту, вгляделась в данные.

— Что это?

— Пока не разобрал. Сигнал зашифрован. Но он повторяется, цикличный. Значит, искусственный.

— Разумные? — тихо спросила Зоя.

— Похоже на то.

Они переглянулись. Никто не знал, что говорить.

— Передаём на Землю, — решила Лира. — Пусть знают. И готовимся. Мы уже близко.

— Два дня, — подтвердил Маркус, сверившись с навигацией. — Через два дня будем на орбите.

---

Эти два дня пролетели в напряжённой подготовке.

Марк не отходил от пульта, пытаясь расшифровать сигнал. Зоя готовила медицинский отсек к любым неожиданностям. Кайра проверяла оборудование и запасы. Лира и Маркус снова и снова прокладывали курс, рассматривая возможные варианты.

— Боишься? — спросил Маркус, когда они остались вдвоём в кабине.

— Немного, — призналась Лира. — Но и интересно. Вдруг мы первые, кто встретит… других?

— Первые, — согласился он. — Страшно и почётно.

— Если они враждебны?

— Если враждебны — будем защищаться. У нас есть оружие.

— А если нет?

— Если нет — будем знакомиться. — Он улыбнулся. — Ты же умеешь знакомиться.

— Не знаю, — она улыбнулась в ответ. — С тобой как-то само получилось.

— Вот видишь.

---

На двенадцатый день «Орион» вышел на орбиту неизвестной планеты.

Она висела в иллюминаторе — голубовато-зелёная, с облаками и океанами, похожая на Землю, но иная. Две луны — как дома, только чуть меньше — светили ей с разных сторон.

— Красиво, — выдохнула Кайра.

— Сигнал идёт отсюда, — доложил Марк. — С поверхности. Сильный, чёткий. Кто-то там есть.

— Садимся? — спросил Маркус.

Лира смотрела на планету. На две луны, такие родные. На облака, за которыми скрывалась тайна.

— Не торопись, — сказала Кайра. — Нам нужно проверить.

— Что проверить?

— Сможем ли мы взлететь обратно. — Кайра подошла к иллюминатору. — Планета неизвестная. Мы не знаем состав атмосферы, гравитацию, плотность. Если сядем, а двигатели не потянут взлёт… мы там останемся навсегда.

— Она права, — поддержал Маркус. — Нужен анализ. Хотя бы предварительный.

Лира кивнула.

— Марк, запускай зонды. Атмосфера, гравитация, состав поверхности. Всё, что можем узнать с орбиты.

— Есть, — отозвался Марк и нырнул в свои приборы.

---

Зонды ушли вниз и через час вернулись с данными.

— Атмосфера пригодна для дыхания, — докладывал Марк. — Кислорода чуть меньше земного, но в пределах нормы. Гравитация — девяносто пять процентов от нашей. Поверхность твёрдая, есть вода.

— А взлёт? — спросила Кайра.

— Двигатели потянут. — Марк показал расчёты. — Запас прохода есть. Если ничего не случится на поверхности, взлетим без проблем.

— Если ничего не случится, — повторила Кайра. — Это «если» меня и беспокоит.

— Предлагаешь не садиться? — спросила Лира.

— Предлагаю садиться, но осторожно. — Кайра посмотрела на неё. — Первая группа — ты, Маркус и я. Зоя и Марк остаются на орбите. Если с нами что-то случится — они уйдут на Землю за подмогой. Или прикроют сверху.

— Логично, — согласился Маркус.

Лира подумала секунду, потом кивнула:

— Принимается. Зоя, Марк — вы на орбите. Связь держать постоянно. Если пропадём — уходите.

— А если вы просто связь потеряете? — возразила Зоя.

— Значит, ждите двадцать четыре часа. Потом принимайте решение сами. — Лира посмотрела на неё. — Но мы вернёмся. Обещаю.

Зоя хотела спорить, но передумала.

— Ладно, — вздохнула она. — Но если вы там задержитесь, я сама спущусь и вытащу вас.

— Договорились, — улыбнулась Лира.

---

Посадочный модуль отделился от «Ориона» и начал спуск.

В иллюминаторах проплывали облака, потом показалась поверхность — леса, равнины, что-то похожее на города вдалеке.

— Вижу строения, — доложила Кайра. — Цивилизация точно есть.

— Сигнал усиливается, — добавил Маркус. — Они знают, что мы здесь.

— Садимся на равнину, — решила Лира. — Подальше от городов. На всякий случай.

Модуль мягко коснулся земли.

Тишина. Только шум ветра снаружи и гул утихающих двигателей.

— Мы на месте, — сказала Лира в эфир. — Зоя, Марк, приём.

— Слышим вас, — отозвался Марк. — Поздравляю с посадкой. Данные в норме.

— Ждите. Мы выйдем через час.

— Счастливо.

Лира посмотрела на Маркуса, на Кайру.

— Ну что, команда? Встретим неизвестное?

— Встретим, — ответили они.

Люк открылся.

Впереди был новый мир.

Глава 44

Глава 44. Встреча

Люк открылся, и тёплый влажный воздух планеты ворвался в модуль.

Лира сделала первый шаг по трапу и ступила на твёрдую почву. Трава была похожа на земную, но с синеватым отливом. Вдалеке виднелись леса, чуть дальше — очертания каких-то построек.

— Красиво, — выдохнула Кайра, спускаясь следом.

— Атмосфера пригодная, — добавил Маркус, сверяясь с анализатором. — Можно дышать как дома.

Они стояли втроём, оглядываясь по сторонам.

— Куда пойдём? — спросила Кайра.

— К строениям, — решила Лира. — Сигнал идёт оттуда.

Они двинулись вперёд, держась настороженно, но без оружия.

---

Их заметили на полпути.

Из-за холма к ним вышли несколько человек. Высокие, стройные, с бронзовой кожей. Одежда их напоминала земную, но была сшита из других материалов. В руках у них были какие-то серебристые палки.

— Стоп, — скомандовала Лира. — Ждём.

Фигуры приблизились. Один из них, видимо старший, поднял руку, приветствуя их. Он заговорил на языке, непонятном для Лиры и её спутников.

— Не понимаем, — сказала Лира, разведя руками.

Мужчина словно понял их, кивнул и пригласил жестом следовать за ним.

— Идём? — спросила Кайра.

— Идём, — решила Лира.

---

Их привели в поселение.

Дома из местного камня и древесины. Аккуратные улицы, сады, дети играли на улице. Обычная мирная жизнь. Люди выходили на улицу, с любопытством смотрели на пришельцев, но без злобы.

— Они не боятся нас, — заметил Маркус.

— Значит, они мирные, либо знают, кто мы.

— Откуда им знать?

— Понятия не имею.

Их привели к большому дому в центре поселения. Внутри было прохладно и тихо. У окна в кресле сидела пожилая женщина с седыми волосами и удивительно добрыми глазами. Рядом с ней стояло несколько человек.

Тот, кто привёл пришельцев, заговорил на своём языке, указывая рукой на них. Старейшина что-то ответила ему, потом встала и подошла к троице.

Она долго всматривалась в лицо Лиры, затем заговорила на ломаном, но понятном языке:

— Откуда вы? Кто вы такие? Ты мне кого-то напоминаешь, — обратилась она к Лире.

— Мы с «Ориона», — ответила Лира. — Мы прилетели с планеты, которую называют Новая Земля.

— Новая Земля, — повторила старейшина.

— Вы знаете про «Блек Стар»?

— Конечно, — женщина кивнула.

— Мой отец был рождён на «Блек Старе».

— Кто твой отец, дитя?

— Карл Юмото, сын Анны Болдуин и Юрия Юмото, внук Яши Юмото. Яши Юмото — мой прадед.

Женщина сделала удивлённые глаза, потом сказала:

— Яши — твой прадед? Яши — старший брат моей матери. Значит, твои родители с «Блек Стара».

Лира замерла.

— Когда-то, когда погибала старая Земля, наши родители бежали в поисках новой планеты, — продолжила старейшина. — Судьба разделила мою мать и её брата. Они оказались на разных кораблях. Моя мать — на «Ред Голд», а её брат, мой родной дядя, — на «Блек Стар». Мать говорила, что они долго искали «Блек Стар», потому что потерялись в туманности. Думали, что «Блек Стар» погиб. Потом они нашли эту планету и построили тут новую жизнь.

Она снова вгляделась в Лиру.

— А я смотрю, ты не чистокровная землянка. У тебя имеются крылья.

— Верно. Я наполовину аэрианка. У нас крылья.

— Значит, ты правнучка Яши Юмото. — Глаза старейшины наполнились слезами. — Выходит, ты моя двоюродная внучка.

— Я Ирма, — добавила она и раскрыла объятия.

— Бабушка, — выдохнула Лира, шагнув к ней. — Можно я буду вас так называть?

— Не просто можно, а нужно, — ответила Ирма, и слёзы сами собой потекли по её щекам.

Они обнялись крепко и по-родному.

Кайра отвернулась и шмыгнула носом. Маркус молчал, но по его лицу было видно — он тронут.

---

Вечером все сидели за большим столом.

За столом были долгие разговоры о «Ред Голд» и «Блек Стар», о том, как их родные разлучились и потерялись, и как теперь их потомки нашли друг друга.

— Скажи, дитя, а как там дома? — спросила Ирма. — Как там Карл, отец твой?

— Мой отец — президент Фоксбурга, — ответила Лира. — А мои дед и бабушка — король и королева клана Ястребов республики Шаркар-кинг. Я дочь президента и внучка короля.

— Ого, вот это да! — воскликнула Ирма.

Потом её взгляд перевёлся на Маркуса.

— А он на тебя так смотрит, дитя, словно боится потерять.

— И я боюсь его потерять, — улыбнулась Лира. — Он мой муж.

Ирма улыбнулась и кивнула с довольным видом.

Две луны светили в окно. Такие же, как дома.

Новый мир оказался не таким уж чужим.

В нём жила семья.

Глава 45

Глава 45. Ред Голд

Утро после первой встречи началось с яркого солнца и птичьего щебета.

Лира проснулась в небольшой комнате, которую им выделили в доме старейшины. Рядом на соседней лежанке уже возилась Кайра, а Маркус сидел у окна и смотрел на незнакомый пейзаж.

— Доброе утро, — улыбнулась Лира, потягиваясь.

— Доброе, — отозвался Маркус. — Выспалась?

— Угу. А ты?

— Я рано проснулся. Всё смотрю. Не верится, что мы здесь.

Кайра села, взлохмаченная и сонная:

— А есть тут завтрак? Я есть хочу.

— Узнаем, — усмехнулась Лира.

Они вышли в общую комнату, и их встретила Ирма. Она уже хлопотала у стола, накрывая завтрак.

— Доброе утро, дети мои, — улыбнулась она. — Проходите, садитесь. Сейчас мой сын придёт, познакомитесь.

— Ваш сын? — переспросила Лира.

— Да. Тот, кто вчера вас привёл. Его зовут Данай.

Через несколько минут в дом вошёл тот самый мужчина. Высокий, с бронзовой кожей и спокойными глазами. Он улыбнулся гостям и поклонился.

— Мать рассказала мне, кто вы, — сказал он на более чистом земном языке, чем Ирма. — Я рад приветствовать родню. Моя бабушка была сестрой твоего прадеда. Значит, мы с тобой...

— Троюродные? — предположила Лира.

— Наверное, — засмеялся Данай. — Я в этих родственных связях путаюсь. Но главное — мы семья.

— Семья, — согласилась Лира.

---

За завтраком Данай рассказывал о жизни поселения.

— Нас здесь почти три тысячи, — говорил он. — Живём в мире, охотимся, выращиваем плоды. Связались с местными племенами, они тоже мирные. Помогаем друг другу.

— А техника? — спросил Маркус. — Корабли, связь?

— Корабль давно разобрали на запчасти, — вздохнул Данай. — Но связь поддерживаем. Сигнал, который вы поймали, мы передаём уже много лет. Надеялись, что кто-то услышит.

— Мы услышали, — улыбнулась Лира.

После завтрака Данай предложил показать им поселение.

---

Три дня пролетели как один миг.

Данай водил их по посёлку, знакомил с жителями, показывал мастерские, где работали кузнецы, сады, где росли незнакомые фрукты, школу, где дети учились читать и писать на языке, который помнили ещё с корабля.

— Мы стараемся сохранить знания, — объяснял он. — Чтобы не одичать совсем.

Вечерами они сидели с Ирмой и слушали её рассказы о старом корабле, о матери, которая всю жизнь тосковала по брату, о первых годах на этой планете.

— Тяжело было, — говорила Ирма. — Но мы выжили. А теперь вы здесь. Значит, не зря.

На третий день Данай позвал Лиру прогуляться к холму, откуда открывался вид на всё поселение.

— Красиво у вас, — сказала Лира.

— У вас, — поправил Данай. — Ты теперь часть этого. Если захочешь.

— Захочу, — ответила она. — Обязательно вернусь. С родителями. С дедом. Они должны знать, что у них здесь семья.

— Мы будем ждать, — улыбнулся Данай. — А ты... ты правда похожа на прадеда. Мать рассказывала, у него были такие же глаза. Добрые.

— Мне часто говорят, — улыбнулась Лира. — Наверное, это правда.

Они стояли молча, глядя на закат. Две луны уже начинали подниматься на небе.

Вечером был прощальный ужин. Ирма плакала, Данай обнимал новых родственников, жители приносили подарки — фрукты, ткани, маленькие фигурки из местного камня.

— Возвращайтесь, — говорили они. — Мы будем ждать.

— Вернёмся, — обещала Лира. — Обязательно.

---

Утром они улетели.

Модуль поднялся в небо, и в иллюминаторах было видно, как внизу стоят люди, машут им руками. Ирма и Данай — впереди всех.

— Мы ещё вернёмся, — повторила Лира.

— Знаю, — ответил Маркус.

— Теперь у меня две семьи, — тихо сказала она. — Одна там, на Новой Земле. Другая здесь.

— А у меня — одна, — улыбнулся Маркус. — Та, что с тобой.

— И я с тобой, — она сжала его руку.

Кайра смотрела в иллюминатор и молчала. На глазах у неё блестели слёзы.

— Тим бы это оценил, — сказала она. — Жаль, что его нет.

— Он увидит, — ответила Лира. — Мы всё ему расскажем.

Корабль набирал высоту, и планета становилась всё меньше и меньше.

Но в сердце Лиры она осталась навсегда.

Глава 46

Глава 46. Возвращение домой

Обратный полёт пролетел незаметно.

Лира, Маркус и Кайра только и делали, что обсуждали увиденное. Каждый день приносил новые воспоминания, новые детали, которыми хотелось поделиться.

— А помнишь, как Данай показывал нам те фрукты? — говорила Кайра. — Я такой кислятины в жизни не ела!

— Зато полезно, — улыбалась Лира.

— Ирма обещала научить меня печь их хлеб, — добавила она. — Говорит, рецепт ещё с «Ред Голд» сохранился.

Марк и Зоя, оставшиеся на орбите, слушали их рассказы по связи и засыпали вопросами.

— Вы хоть понимаете, какое это открытие? — твердил Марк. — Две ветви одной цивилизации, воссоединившиеся через полвека! Да это же...

— Мы поняли, Марк, — улыбался Маркус. — Тысячу раз уже сказал.

— А я ещё раз скажу! — не унимался тот. — Это историческое событие!

Зоя только качала головой и улыбалась.

---

«Орион» вышел на орбиту Новой Земли ровно через две недели после старта с планеты Ирмы и Даная.

Лира смотрела на знакомые очертания материков и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Дом. Она вернулась домой.

— Волнуешься? — спросил Маркус.

— Очень. — Она взяла его за руку. — Столько всего рассказать...

— Расскажем. Всё расскажем.

---

На космодроме их ждали.

Лира ещё с неба увидела знакомые фигуры. Карл, Мари, Мордок, Лора, Анна, Юрий, Гарри, Макс, Эрик Стоун, Тим, и даже старая Эмма, заведующая кухней в замке, — все пришли встречать.

Когда трап опустился, Лира сбежала по нему быстрее, чем положено по инструкции.

— Мама! Папа!

Мари обняла её так, что у Лиры перехватило дыхание. Карл обнимал обеих сразу, и по его лицу было видно — он с трудом сдерживает слёзы.

— Жива, — шептал он. — Цела. Вернулась.

— Вернулась, пап. И не одна.

Она отстранилась и посмотрела на собравшихся.

— Нам есть что рассказать.

---

Вечером в замке собрались все.

Лира сидела во главе стола, рядом с Маркусом, и рассказывала. О сигнале, о посадке, о встрече с жителями. О том, как их привели к старейшине. О том, как Ирма, всматриваясь в её лицо, спросила, кто её отец.

— А когда я сказала «Карл Юмото, внук Яши», она... — Лира запнулась. — Она заплакала. И сказала, что Яши — старший брат её матери. Что они потерялись в туманности, когда корабли разошлись. Что её мать всю жизнь искала «Блек Стар» и умерла, так и не узнав, что с братом.

Тишина повисла в зале.

— Ирма, — продолжила Лира. — Её зовут Ирма. Она старейшина поселения. И у неё есть сын. Данай. Тот самый, который нас встретил. Они ждут нас. Всех.

Мари закрыла лицо руками. Карл сидел бледный, сжимая край стола.

— У меня есть тётя, — сказал он тихо. — Двоюродная бабушка. И двоюродный брат.

— Есть, — подтвердила Лира. — И они хотят с тобой познакомиться.

Мордок, до этого молчавший, вдруг громыхнул кулаком по столу:

— Значит, надо лететь! Чего ждём? Собираем экспедицию!

— Папа, — мягко сказала Мари. — Дай хоть осознать.

— Осознаем в полёте! — не унимался Мордок. — Я сам полечу! Хочу посмотреть на эту планету и на родню!

Карл поднял глаза на Лиру:

— Они правда нас ждут?

— Правда, пап. — Лира подошла к нему, обняла. — Они сорок лет ждали. Подождут ещё немного.

Карл обнял её в ответ и вдруг — впервые на памяти Лиры — заплакал.

Все в зале молчали, давая ему эту минуту.

Потом подошёл Маркус. Положил руку на плечо тестю.

— Мы организуем новую экспедицию. Самую лучшую. Вместе полетим.

Карл кивнул, вытирая слёзы:

— Вместе. Обязательно вместе.

Кайра, стоявшая рядом с Тимом, шепнула ему:

— А ты со мной полетишь?

— Куда ж я денусь? — улыбнулся Тим.

— А мы с Марком на связи будем, — добавила Зоя. — Без нас не справитесь.

— Это точно, — усмехнулся Марк.

Старая Эмма, сидевшая в углу, промокнула глаза краем фартука:

— Дожила, — прошептала она. — Ещё одну семью нашли. Яши бы радовался.

Лора обняла её за плечи.

Две луны за окном светили всем одинаково.

И старым, и молодым.

И тем, кто был далеко, и тем, кто был рядом.

Глава 47

Глава 47. Эпилог

Три месяца спустя.

«Орион» снова стоял на космодроме, готовый к старту. Но теперь это был не просто исследовательский корабль. Это был корабль-посланник.

Вокруг него суетились люди. Грузили припасы, проверяли системы, укладывали подарки — всё, что могло пригодиться для новой жизни и для тех, кого собирались навестить.

— Волнуешься? — спросил Маркус, подходя к Лире.

— Уже нет, — улыбнулась она. — Всё, что могло случиться, уже случилось. Теперь только радость.

— А я волнуюсь, — признался он. — Всё-таки везти столько народу... ответственность.

— Справишься. Ты же мой штурман.

— Твой, — согласился он.

К ним подошла Кайра, ведя за руку Тима.

— Готовы? — спросила она.

— Готовы, — ответила Лира. — А вы?

— Ещё как. Тим обещал вести бортовой журнал. Будет летописцем.

— Я не обещал, я предложил, — поправил Тим. — Но да, буду.

Зоя и Марк уже были на борту, проверяли оборудование. Марк ворчал, что связисты на Земле ничего не понимают в настоящей работе, Зоя закатывала глаза и улыбалась.

— Ну что, летим? — раздался знакомый голос.

Лира обернулась. Карл стоял рядом с Мари. Чуть поодаль — Мордок, Лора, Анна, Юрий, Гарри, Макс, Эрик Стоун. Все, кто хотел увидеть новую родню.

— Все собрались, — сказала Лира. — Пора.

---

Подъём по трапу, знакомые лица в иллюминаторах, гул двигателей — и вот Земля снова уходит вниз.

Лира смотрела на удаляющийся замок, на две луны, которые оставались на месте, и чувствовала, как сердце переполняется благодарностью.

— О чём думаешь? — спросил Маркус.

— О том, как всё сложилось, — ответила она. — Если бы я тогда не решила поступать в лётное училище, ничего бы этого не было. Ни нас, ни друзей, ни полётов, ни новой семьи.

— Было бы, — уверенно сказал Маркус. — Просто по-другому. А так — как надо.

— Как надо, — согласилась Лира.

---

Они летели трое суток.

Когда планета Ирмы и Даная показалась на экранах, в рубке собрались все. Карл смотрел на неё с таким выражением, будто видел чудо.

— Там моя тётя, — сказал он тихо. — Кровная родня. Я никогда не думал...

— Теперь есть, — Мари взяла его за руку.

Посадка была мягкой. Когда трап опустился, навстречу уже бежали люди.

Ирма стояла впереди всех. Увидев Карла, она покачнулась и шагнула вперёд.

— Сынок, — прошептала она. — Сынок моего дяди...

— Тётя, — ответил Карл, обнимая её.

Они стояли обнявшись, и никто не мешал. Рядом улыбался Данай, знакомясь с новыми родственниками. Мордок уже что-то увлечённо рассказывал местным жителям про свои подвиги. Гарри молча стоял в стороне, но по его лицу было видно — он доволен.

Лира смотрела на всё это и чувствовала, как внутри разливается тепло.

— Ну что, — сказал Маркус, обнимая её. — Сделала?

— Сделала, — улыбнулась она. — Мы сделали.

Две луны висели над ними.

Такие же, как дома.

Потому что дом теперь был везде.

Конец второй книги.