Негражданин

Глава 1

– Пап, а ты скоро вернёшься?

– Нет, сынок, – как всегда честно ответил папа. – Мне предстоит тяжёлое путешествие.

– Но я люблю путешествовать, возьми меня с собой.

– Ты слишком мал. К тому же, у меня будет много работы, и совсем не будет времени за тобой приглядывать. Просто поверь, один я справлюсь быстрее.

– Тогда я не хочу, чтобы ты уезжал!

– Я должен. Ради нас, – отец сжал в руках мягкие ладошки, сердце разрывалось, но перед сыном он должен был оставаться сильным. – Обещаю, мой хороший, когда я вернусь, мы больше не расстанемся.

Мальчик вдруг обнаружил, что не знает, как ещё задержать отца, и от избытка чувств прильнул и крепко обнял единственного человека, стоявшего между ним и холодной Вселенной.

Выскочка или герой?

Старший инженер Отто, высушенный годами и фанатичной любовью к механике и электронике третьего поколения, выпрямился, наконец, над ремонтным верстаком. Свет моно очков для глубокой диагностики погас, и за прозрачным стеклом проступили воспалённые от долгого недосыпания глаза. Отложив щуп, проводки от которого тянулись к блоку-анализатору, старик обречённо произнёс:

– Боюсь, коллеги, случилось худшее из возможного. Повреждена нейронная среда. В миллионе проверенных мной операций найдено девятьсот семьдесят четыре ошибки. А теперь представьте, сколько их будет, если проверять всё.

– Для особо одарённых, господин Отто, поясните конкретней, – среди тех, кто затаив дыхание собрался вокруг ремонтного верстака, присутствовал старший менеджер Варгус Макглас. Для всех сотрудников, трудящихся в боксах, старший менеджер Solar Twin Team Engineering всегда был проявлением неведомых высших сил, только он имел возможность напрямую общаться с руководством, и за ним всегда оставалось право решающего голоса во всех вопросах функционирования команды, в том числе стратегий на забег и технических тонкостях. В последних Макглас разбирался поверхностно и всегда полагался на авторитетное мнение старшего инженера. – Каковы шансы, что в ближайшем забеге наш дроид доберётся до финиша?

Глядя в пространство перед собой, Отто стягивал перчатки последовательно за каждый палец.

– Мой вердикт прозвучит неутешительно: до финиша с таким количеством ошибок 523-й не добежит.

Все в боксах напряжённо молчали. Кровью и потом завоевав место в Золотой Лиге Межгалактического Турнира по Супер Забегам, подопечные Варгуса застряли в ней на несколько сезонов, в шаге от заветной цели – Платиновой Лиги, куда стремились все уважающие себя команды. Лишь в последние два сезона дела Solar Twin пошли в гору. И вот, оказавшись в шаге от заветной победы, дроид получил на треке критические повреждения. Если инженеры не найдут способ поставить бегуна на ноги, то дальнейшее существование команды окажется под вопросом.

– Уважаемый господин Отто, но вы не включили в свои расчёты нашего прекрасного пилота Крэйга. Где он? – Варгус пытался взглядом отыскать восходящую звезду супер забегов.

– Я здесь, – Крэйг стоял рядом; двадцатитрёхлетний талантливый пилот беговых дроидов растерянно смотрел на разобранное нутро своего эксплойта. Прежде парень ловко управлялся со скоростной конструкцией 523-го, когда тот испытывал трудности на треке, но брать управление над подопечным с повреждённой нейронной средой Крэйг не горел желанием. Каждый из находившихся сейчас в мастерской мог прочесть это по его глазам.

Если ошибки пробились так глубоко в ядро среды, то аппарат не способен держать план на забег, это означает, что всю дистанцию Крэйг будет должен сам вести дроида. Без отдыха. К тому же время незначительных гонок, где можно дать слабину, прошло, сезон приблизился к фееричному финалу. Оставался последний забег, в котором решится будущее Solar Twin Team Engineering на грядущий сезон: будет ли она купаться в спонсорских бонусах или низринется вниз, к отборочным забегам нового сезона в Золотую Лигу, но уже с новым дроидом и с другим составом. Юный пилот не был готов взвалить на себя такую ответственность.

– Господин Варгус, – Крэйг облизнул пересохшие губы, – финальный забег пройдёт на Вулкано Ридж. Пятнадцати мильный трек, 75% – подъёмы. 80% – красная зона. Я не вытяну.

Старший менеджер хлопнул паренька по мускулистой спине.

– Конечно, вытянешь! Ты наша надежда, ты звезда! Сама судьба даёт тебе возможность засиять ярче.

– Господин Варгус, – вмешалась как всегда серьёзная Сара Штайер – медик Solar Twin, дама сорока лет с лицом тюремного надзирателя, – опираясь на биометрические данные Крэйга, скажу без всяких дополнительных обследований, я его на всю дистанцию не допущу. Не забывайте, что он человек, а не кибер.

– Как только парень вымотается, 523-го выбьют из гонки конкуренты, – добавил со знанием дела Отто. – Если это произойдёт на открытом участке, над кипящей магмой, мы потеряем дроида. А ведь болельщики его полюбили. Да и мы тоже.

Варгус вытер ладонью бегущую по шее каплю пота. Осмотрел всех присутствующих электротехников, сотрудников тактического отдела, инженеров, проскользнул взглядом мимо Сары, которую побаивался за её прямоту, и остановился в поиске поддержки на главном инженере.

– И что вы предлагаете? Вовсе не участвовать? Да вы хоть понимаете, как высоко мы забрались? Ещё шаг, понимаете, один только шаг, и мы наверху. Если 523-й не пересечёт финальную черту, это будет величайший провал для каждого из нас и для компании. Каждый, кто здесь находится, лишится работы, а команда откатится в такую задницу, откуда её уже никто не вытащит. Все труды, всё, что вы делали последние годы – будет напрасной тратой времени. А ты, – разгорячённый Макглас ткнул в грудь Крэйга, – загубишь карьеру. Мы не можем сейчас отступить. Нужно выйти на трек и добежать до чёртовой линии.

– Я могу пробежать, – сказал кто-то из-за спин ближайших к столу сотрудников.

Все обернулись на голос. Вперёд вышел мужчина в заляпанном маслами комбинезоне механика. Среднего роста, худощавый, с лицом и взглядом хоть и молодого, но повидавшего жизнь человека.

– Вы кто? – в тишине спросил Варгус.

– Артур, второй электротехник, сэр.

Услышав обращение «сэр», к какому прибегают лишь представители отдалённых звёздных конгломератов, не имевших права на гражданство в Центральном Галактическом Содружестве, Макглас поспешил уточнить важный момент:

– Вы гражданин Содружества?

– Нет, сэр.

– Понятно, – кивнул менеджер и обратился к инженеру. – Ну и что, Отто, хороший ли он техник?

– Нормальный, – прежде чем ответить, тот с подозрением осмотрел парня с ног до головы. Кажется, раньше он упустил в нём что-то важное.

Варгус повернулся к неожиданному смельчаку и кивнул на беговой станок, откуда во время гонки пилот брал управление дроидом.

– Ты знаешь, как с этим обращаться?

– Нет, сэр. Но я могу выйти на трек вместо 523-го, – спокойно говорил техник, стараясь не замечать потрясённых взглядов коллег.

– Постой, – быстро заморгал Варгус. – Ты электротехник. Ты не гражданин, а значит, не кибер. Ты ведь не кибер?

Старшему менеджеру было чем обеспокоиться. Да, он неплохо экономил в свою пользу на фонде зарплат, принимая в команду специалистов из «неграждан», но по закону Содружества никто, кроме граждан, не имел права на самомодификацию. И вот этот парень только что заявил, будто готов выйти на смертельно опасную гонку наравне с дроидами и модифицированными атлетами, где простому человеку просто нечего делать.

– Да, сэр, я не кибер.

– Тогда какой смысл в этой браваде? – через встроенный в глаз исполнительный интерфейс Варгус открыл личное дело второго электротехника Артура, другим глазом он приметил миловидную черноволосую девушку из тактического офиса, стоявшую слишком близко к храбрецу. Может, перед ней решил покрасоваться? Если так, то сейчас не лучший момент. В личном деле Варгус не нашёл ничего примечательного, прозаическая анкета человека без расширенных прав: ни образования, ни рекомендаций. И как только прошёл отбор в Solar Twin?

Артур расправил затёкшие плечи, покосился по сторонам, будто собирался говорить о чём-то неловком.

– Сэр, я служил в спецвойсках. Там была... особая подготовка.

– «Неграждане» не допускаются к военной службе, – отрезал Варгус. – В твоём личном деле об этом нет никаких пометок.

– Сэр, я бы хотел объясниться с глазу на глаз.

– Если команда не возражает против секретов, – для порядка уточнил начальник.

Никто не возражал, напротив, каждый горел желанием поскорее коснуться хоть каких-то слухов, что обязательно просочатся через сито приватной беседы.

– Раз так, зайди в мой кабинет через десять минут, – Варгус пошёл к двери, по пути раздавая указания сотрудникам. У команды оставалось не более двух часов на сборы. Межзвёздный лайнер, переправлявший участников чемпионата от планеты к планете, где проходили забеги, не будет ждать опоздавших.

Как только Варгус и Отто покинули боксы, а остальные сотрудники занялись своими делами, к Артуру подошёл Крэйг.

– Чувак, ты это серьёзно? Какой на хрен выход на трек? Кем ты себя возомнил?

– Я знаю, о чём говорю, – невозмутимо ответил Артур, глядя на юного пилота сверху вниз.

Тот нахмурился и покачал головой, блеснув драгоценным камешком в левом ухе.

– Дело твоё, чувак. Просто ты оттуда не вернёшься. Подумай хорошенько, ладно.

И Крэйг направился к беговому станку. Механики уже принялись за разбор сложной конструкции, и пилот, как обычно, желал убедиться, что всё будет сделано правильно.

– Артур, он прав, выходить на трек – это безумие, – рядом со вторым электротехником осталась только Таня, младший тактик. Девушка очень хотела коснуться руки возлюбленного, но в присутствии коллег она старалась держаться отстранённо. – Почему ты никогда не рассказывал мне о службе?

Артур прямо взглянул на девушку и тихо сказал:

– В том не было нужды. Я расскажу тебе всё на корабле. Хорошо?

Она смотрела на него с тревогой.

– Даже если ты действительно способен бежать, я не хочу, чтобы ты это делал. Успех команды не стоит твоей жизни.

Откровение страшного человека

– Входи, присаживайся, – не вставая с кресла Варгус указал вошедшему Артуру на стул за продолговатым столом, напротив себя, Отто и Сары. – Впереди долгий полёт. Тебе чего-нибудь налить, чтобы расслабить нервы после минувшей гонки?

– Не стоит, благодарю, – сухо ответил техник.

– Нет так нет, – Варгус взял со стола бутылку без этикетки и плеснул в свой стакан прозрачную жидкость. – Знаешь, Артур, если бы не бедственное положение, я не стал бы тебя слушать. Но раз уж судьбе захотелось над всеми нами подшутить, разломав нашего дроида, то давай рассказывай, почему ты считаешь, что способен выйти на трек, и не то что дойти до финиша, а хотя бы выжить.

Под пристальным взглядом Сары и Отто, желавших понять, что же задумал ничем не примечательный техник, Артур держался невозмутимо.

– Всё, что я сейчас скажу, не подлежит огласке ещё 89 лет, но есть обстоятельства, вынуждающие меня рассказать всё как есть. Сэр Варгус, я буду вам признателен, если для разговора мы останемся наедине.

Все трое переглянулись. Варгус покашлял, собираясь с мыслями, глотнул из стакана. Бывалому управляющему не нравилось, как этот молодой человек спокойно разговаривал в кругу полноправных граждан, а заодно и прямого начальства.

– Нет, Артур. Никто не уйдёт. Здесь находятся те, без чьего мнения я не смогу принять решения.

– Как угодно, – Артур свободней откинулся на кресле, демонстрируя абсолютную невозмутимость. – Одиннадцать лет назад я состоял на службе в засекреченном военном подразделении. В интересах Федерации мы занимались диверсиями на промышленных планетах наших тогдашних звёздных соседей, а ныне полноправных членов Содружества.

– Погоди-ка, но ведь ты не гражданин. Ты не мог служить в войсках Федерации, – рассуждала Сара. – Я десять лет работала военным медиком. Неграждане в принципе не способны к службе ни физически, ни по личным качествам.

– Я был гражданином с рождения. Но меня лишили этого статуса.

Отто сложил руки на груди и впился взглядом в своего подопечного, открывшегося с неожиданной стороны.

– Гражданства лишают за тяжкие преступления, парень. Что такого ты натворил?

– Не в том месте и не в то время родился, – сохраняя непроницаемое выражение на лице, ответил Артур. – Если вы позволите, я расскажу обо всём по порядку.

Все молчали.

– Как я уже говорил, мы саботировали работу на планетарных фабриках. Вы знаете, что из себя представляет подобные производственные комплексы?

– В общих чертах, – ответил за остальных Отто. – Планета, сплошь превращённая в самообслуживающее производство.

– Совершенно верно. Бригада дроидов с первоначальным оборудованием за двести-триста лет выстраивала там мегакомплекс, развивавшийся исключительно на ресурсах небесного тела. До тех пор, пока они собственными силами не преодолевали порог четвёртого поколения технологий. После этого планета становилась неисчерпаемым источником любых известных ресурсов. Сами понимаете, что наличие у конкурентов подобных преимуществ сильно осложняло жизнь Федерации. В зависимости от политической обстановки наш отряд отправлялся на одну из таких планет и делал так, чтобы заводы переставали функционировать.

Макглас хмыкнул с усмешкой:

– Ну и что, вы всем скопом гоняли по поверхности и выключали рубильники?

– Они взрывали заводы, – сказал Сара, глядя на менеджера, как на ребёнка.

– Нет, это заняло бы целую вечность, – Артур внимательно наблюдал за реакцией собеседников. – Мы взрывали планеты.

– Исчезающие небесные тела... – Отто вспомнил фразу, звучавшую в новостях десятилетней давности. – Эффект естественного коллапсирования – так, кажется, говорили тогда эксперты.

– Лапша для ушей общественности, – сказал Артур. – Все мегакомплексы, в силу их важности, были строго засекреченными объектами, и для новостей придумали сказку, в которую охотно поверили. Но скрыть от учёных коллегий изменение соотношения масс в звёздных системах, где исчезала планета, было невозможно. К счастью, учёные тоже поверили в сказку и даже сами придумали для неё все обоснования.

– Если всё сказанное – правда, ты, Артур, страшный человек, – покачал головой Отто.

– Это не так, – сказал Артур. – За свою жизнь я не убил ни одного живого существа.

По кабинету пронёсся тяжёлый вздох Варгуса:

– Очень интересная и невероятная история, в которую мы не в силах проверить. Но какое отношения она имеет к предстоящему забегу?

– Мне пришлось её рассказать, чтобы вы поняли, кто я и почему могу бежать.

– Но мы всё ещё этого не поняли.

Артур подался вперёд и заговорил чуть тише.

– Планеты-фабрики оснащались хорошей защитой от любого современного оружия, даже от прямого вторжения. На поверхности и под ней, всюду осуществлялся тотальный контроль пространства, где любой квадратный ярд мог быть изолирован и обесточен от любых типов энергий. Другими словами, на планетах-фабриках без команды мозгового центра не работал ни один, даже самый современный прибор. Если там высаживался вражеский кибер, все его импланты и оружие переходили в полный контроль фабрики. Не учли проектировщики только одного, что на непригодном для биологической жизни космическом теле могут оказаться обычные люди, чистые от любых, даже простейших технических улучшений. Согласитесь, в эпоху, когда младенцы рождаются с нанороботами в крови, это трудно представить. Но мы были именно такими людьми. Для техногенной среды планеты нашего отряда просто не существовало. Мы пробирались к ближайшему лифту, взламывали систему и спускались к ядру, где закладывали заряд на механическом таймере.

Отто спросил:

– Чем вы взламывали замки? Оборудование по взлому привлекло бы к вам внимание системы безопасности.

– Нашими знаниями и взрывчаткой.

– Итак, Артур, ты бывший диверсант, – скрестил пальцы перед лицом Варгус. – Тогда, может, лучше взорвёшь боксы наших конкурентов?

Артур проигнорировал шутку начальника, прозвучавшую совсем неуместно, и продолжил:

– На планету мы спускались без какой-либо техники, всё оборудование, кроме бомб, должно было стать частью нас самих. Ещё до моего рождения моё тело спроектировали наилучшим образом для долгого скоростного бега, чтобы я мог быстро перемещаться по обширным фабричным комплексам и складам в поисках лифта. У меня отличные от ваших кровеносная, лимфатическая, нервная и мышечная системы, сердце другого устройства, иные лёгкие.

Огонь профессионального интереса загорелся в глазах Сары, она даже придвинулась на стуле ближе к столу.

– То есть твой организм изменён на генном уровне?

– Получается так, – кивнул Артур. – Благодаря генным инженерам я умею чувствовать все виды электромагнитных волн, их напряжённость и длину. Это качество было необходимо для ориентирования в техногенном пространстве. Поэтому мне не страшны ловушки на треке.

– Зато соперники могут убить тебя в красных зонах, – сказал Отто.

– Это единственный риск, – согласился Артур.

– Парень, а что ты забыл здесь, в моей команде? – только что Варгус пришёл к мысли, что в поломке 523-го мог быть виноватый, один очень конкретный человек, имевший достаточно знаний и допуск к подготовке дроида, но с непонятной пока мотивацией.

– Одиннадцать лет назад наш проект был закрыт. Федерация добилась объединения с конкурентами и стала Содружеством. А от нас открестились. Позже сменилось управление сначала в высшем комитете, а потом и в военном. К власти пришли люди новых взглядов на мир. Всех диверсантов признали военными преступниками, лишили гражданства и свободы. Так я попал в тюрьму. Через год под давлением Ветеранского Братства и правозащитников нам объявили тайную амнистию. Кого-то завербовали назад в армию, восстановили в правах. Мне не повезло.

– Вот как, – задумчиво кивал Варгус, – то есть, если я правильно тебя понял, ты готов рисковать ради гражданства. Одно из правил регламента действительно подразумевает пребывание в Платиновой Лиге Суперзабегов только граждан и потому в награду дарует гражданство любому члену команды, сумевшей пробиться на вершину из низших лиг.

– Да, я намерен вернуть себе этот статус. Но я в нём не нуждаюсь, а вот моему сыну он необходим. Если я вновь не стану гражданином, у него не будет прав, не будет образования. Не будет будущего. Ради него я готов на всё.

– В твоём деле написано, что мальчику сейчас девять лет, но ни слова о его матери, – Сара листала через исполнительный интерфейс в своём глазу вкладки личного дела второго электротехника. – У нас ты трудишься уже два года. Без отпусков. Остался, даже когда было урезано финансирование. С кем сейчас твой сын?

– Матери у него нет. За ним присматривает мой хороший друг, – говорить о матери не имело смысла, о её существовании знали всего несколько человек в Содружестве.

– На твоём месте, – вдруг заговорил Отто, – я бы сразу пошёл в бегуны. Если всё так, как ты рассказал, тебя бы ждал успех.

– К сожалению, этот путь передо мной был закрыт, – сказал Артур. – Я опасался публичности из-за договоров о неразглашении. Хотя со временем я понял, что это было ошибкой. Но тогда я отдал всего себя той команде, которая меня приняла по специальности. Мои знания спасли меня и дали шанс нашей команде добраться до финала. Я готов довести дело до конца.

– Громкие слова: «мои знания помогли добраться до финала...», – не сдержался Отто, но только сейчас он сопоставил подъём в рейтингах с появлением Артура.

– Мне всё равно, кому достанутся лавры, меня интересует только результат, – громче, чем хотел, сказал Артур.

Варгус хмыкнул:

– Говоришь, прямо как глава компании. Нам всем нужен результат, но я очень сомневаюсь, что ты сможешь...

– Послушай, Варгус, а ведь для забегов немодифицированные не в новинку, – Отто облизнул пересохшие губы и заговорил, не отводя взгляда от механика. – В Золотой Лиге около дюжины таких бегунов, и они не самые худшие.

– Но и звёзд не хватают, – фыркнул управляющий.

– Нам не нужны звёзды, нам нужен финиш.

– Отто, о каких немодифицированных ты говоришь? – закатила глаза медик. – О генетически выведенных элитных чемпионах по бегу? Или о бывших Разрушителях тверди с двумя сердцами и тремя лёгкими?

– Сара, девочка моя, но и перед нами не обычный человек.

Варгус хлопнул ладонями по столу и сказал:

– Довольно споров, друзья мои, мы всё равно никогда не сможем проверить историю, что поведал нам этот парнишка.

– Её проверять не нужно, – сказал Артур. – Проверяйте мои возможности. По прибытии зарегистрируйте меня на тестовый забег, и сами всё поймёте.

– Я очень признателен тебе за предложение, но прежде я обязан посоветоваться с руководством компании. Ты можешь идти. Не забывай в боксах инструмент, – напоследок Варгус напомнил парню о его месте.

– Артур, подожди меня, – сказал Сара вслед уходящему механику. – Пока осталось время до отлёта, я хочу провести осмотр твоего организма на пригодность к длительным аэробным нагрузкам.

Когда дверь за бывшим диверсантом и медиком закрылось, Отто обратился к главному менеджеру.

– Что-то здесь нечисто. Не стало бы правительство так разбрасываться ценными военными кадрами.

– Ну, не знаю...

– Только не говори, что ты ему поверил.

– Если он пробежит тестовый забег на Вулкано Ридж, я ему поверю. Более того, сегодня же доложу начальству, что у нас есть непроверенный бегун на замену дроиду, но нам нужен запасной вариант. Воспользуйся своими связями, возможно, нам удастся приобрести другую нейронную среду для 523-го...

Варгус ещё недоговорил, но Отто уже мотал головой:

– Не буду я этого делать! Если даже и найдём подходящую, то об этом могут прознать организаторы чемпионата, и тогда нам всем крышка! Я не собираюсь рисковать своей репутацией.

– Ты просто поспрашивай, приценись, проведи, так сказать, разведку. Окончательное решение всё равно будут принимать не здесь и не мы.

Безмятежный приют

Маленькую каюту тускло подсвечивали две встроенные в пол светоленты. Углы комнаты занимали чемоданы и сумки с оборудованием. Квантовый экран на стене дремал в режиме ожидания, транслируя межзвёздную карту перемещения лайнера. В тишине, нарушаемой лишь жужжанием вентиляционной системы в потолке, обнажённые на кровати лежали Артур и Таня.

Как только между ними утих жар страсти, Артур поведал девушке о своём военном прошлом, и теперь она, прижавшись к его груди, пыталась осмыслить невероятную историю.

– Арт, ты сказал, что на бомбах стояла механическая детонация. А что, если бы вы не успели добраться до точки эвакуации?

Он ответил, с неохотой погружаясь в воспоминания:

– Как только механизм детонатора приходил в движение, пути назад не было. Время зависело от размеров небесного тела, – тихим голосом говорил Артур, глядя в пустоту перед собой. – Чтобы выбраться, нам всегда приходилось действовать на пределе сил. Командование давало нам дополнительный заряд на уничтожение оборонительных комплексов, чтобы мы могли расчистить площадь для десантного судна. Если мы успевали, то нас забирали. Мой отряд был единственным, кто выполнил все задания. Обычно для бойцов нашего подразделения первая же миссия была путешествием в один конец.

– Это бесчеловечно.

– Чем выше ставки, тем меньше человечности. Так было и так будет, – вспомнил он слова начальника учебного корпуса. – В то время никто из нас не думал о человечности, в штабе готовили так, чтобы выполнение миссии для солдата значило больше собственной жизни.

Девушка гладили Артура по груди и слушала, как медленно и размеренно бьётся его сердце.

– Я рада, что ты больше не часть военной системы. Согласись, здесь, на гражданке, куда лучше. Летать по вселенной, бывать в разных мирах, трудиться на благо команды и, главное, не нужно рисковать жизнью.

– Да, пожалуй, ты права, это куда приятней, – он зарылся лицом в её волосы и вдохнул запах, успевший стать родным. – И всё же иногда мне кажется, что моя жизнь пуста из-за того что я не выполняю своего прямого назначения. Мне не хватает моментов полной концентрации, когда от каждого шага зависит, вернёшься ли ты домой или сгинешь навсегда.

Девушка задумалась, а потом спросила:

– Что сказала Сара после осмотра?

– А что она могла сказать? – чуть заметно улыбнулся Артур. – Удивлялась мне, как невероятному открытию. Она даже представить не могла, что человеческое тело можно так изменять. Она назвала это «искусством».

– Тогда ты мог бы сделать карьеру бегуна. Ты не думал об этом?

– Не всё так просто, Таня. Забеги подразумевают работу на износ. Сколько гонок без поддержки учёных из военной лаборатории я смогу выдержать? Десять, может, чуть больше. Это всего половина сезона, а до Платиновой Лиги, сама знаешь, путь неблизкий. Могу лишь сказать, что те возможности, которыми я обладал в девятнадцать лет, для меня более недостижимы. Наверное, будь у меня та скорость и выносливость, даже самые быстрые дроиды глотали бы за мной пыль, но, увы. Ради Санни мне пришлось выбрать другой, долгий, но более надёжный путь.

– Ты принял верное решение, ведь иначе мы бы с тобой не встретились, – сказала она, впиваясь ноготками в его кожу, словно боясь выпустить. – Ты никогда не рассказывал о матери Санни. Кем она была?

– Я не могу о ней рассказывать, это военная тайна, которая надолго меня переживёт. Могу лишь сказать, что она была боевым офицером, героем Содружества. Благодаря ей я сейчас свободный человек.

– Она ведь ещё жива?

– Нет.

Они лежали молча, наслаждаясь каждым мгновением, проведённым вдвоём. Во время сезона возможность побыть вот так вместе выдавалась редко, особенно ближе к финалу. Спустя два года совместной работы в STTE никто из коллег не подозревал о том, что у безродного второго электротехника роман с полноправной гражданкой, сотрудницей тактического отдела.

Таня закрыла глаза, вдохнула поглубже и сказала то, на что не решилась бы ещё несколько часов назад:

– Когда мы выйдем в Платину, давай вместе полетим к Санни. Я очень хочу с ним познакомиться.

– Ну, не знаю, захочу ли я тебя с собой брать... – потешно нахмурил брови Артур.

– Придётся. Иначе я от тебя не отстану.

Он крепче прижал возлюбленную к себе и поцеловал в плечо.

– Ты чудо, Таня.

– Я знаю, – она серьёзно посмотрела на него. – Прошу тебя, на треке сделай так, чтобы Санни тебя дождался.

Вулкано Ридж

Укрытый искусственным воздушным куполом, у подножия гигантского стратовулкана раскинулся спортивный стадион. Многоярусные трибуны под чёрными от пепла небесами пока пустовали, зато в боксах команд кипела работа. Инженеры и механики настраивали дроидов для тестовых забегов. Жужжали шуруповёрты, гудели воздушные компрессоры, перекрикивались люди.

По правилам соревнований все материалы и техника, используемые для создания и обслуживания дроидов, не должны были выходить за границы третьего технологического периода. Применение продуктов постэлектронной эпохи каралось вечной дисквалификацией команды. В лучших спортивных традициях старины в состав команд не могли входить современные андроиды. Даже опасные роли стюардов и маршалов трека исполняли только люди, что по задумке организаторов добавляло забегам жизни и драматизма.

Впервые за всю историю участия в гонках STTE вошла в список команд, первыми допущенных к треку для тестовых забегов. Так учредители соревнований отдавали честь отваге бегунов из плоти и крови, будь то генномодифицированные спортсмены или киберы, изменявшие свои тела ради наивысших результатов. Однако на этом привилегии заканчивались: на треке дроиды и люди тягались на равных.

Вулкано Ридж брал начало у каменистого основания Олимпа, как прозвали вулкан первые колонисты, и постепенно поднимался по склону к самому жерлу, где бегунов ожидала парящая над раскалёнными массами платформа – Зал Чемпионов. Добраться туда могли только самые тренированные и укомплектованные бегуны.

Почти всю дистанцию атлетам предстояло преодолевать сплошной подъём, лишь изредка переходящий в короткие прямые участки. Иногда беговые дорожки ныряли в тело горы, иногда пролегали над бездной. Каждую милю, с разрывом в двести ярдов, участников поджидали красные зоны, на которых разрешались схватки. Прекращение движения там каралось штрафами и дисквалификацией.

Но главной опасностью финальных треков всегда считались ловушки: движущиеся платформы, ямы, дымовые завесы и лазерные коридоры, где без труда по невнимательности многие оставляли конечности, а порой и жизни.

В день тестовых забегов красные зоны и ловушки не работали, а на трибуны не пускали зрителей и новостных обозревателей. У бегунов появлялась возможность побыть с трассой наедине. Боксы STTE перед забегом пребывали в глубоком покое. Команда наблюдала на квантовых экранах пробную попытку Артура добраться до вершины Олимпа.

Над треком, похожие с земли на птичьи стайки, парили сотни мини-дронов, передающих командам видеосигнал. Организаторы забега выделили STTE десяток летающих камер, и теперь ровный бег второго техника транслировался со всех сторон.

Отто стоял посередине помещения и смотрел то на экраны, то в планшет сидевшей рядом Сары. Медик внимательно следила за параметрами бегуна.

– Ну, как он? – спросил инженер, в очередной раз заглядывая в планшет, где непрестанно менялись цифровые показатели.

– Прекрасно держится, пульс ровный, рабочий. Сердце качает уверенно. Он пробежит эту трассу.

– Похоже на то. Хорошие скоростные показатели, вот, взгляни, – старший инженер указал на статистический дисплей. – Скорость колеблется от девяти до тринадцати миль в час. И это на подъёмах. На прямой он бежал свыше двадцати миль в час. Но давай посмотрим, как он взберётся на Пик Дьявола – миля тридцатиградусного подъёма.

С мрачным видом в боксы вошёл Варгус. Белая рубашка прилипла к спине, а лицо, как всегда, лоснилось от пота.

Отто пододвинул начальнику стул. Медик с подозрением взглянула на менеджера.

– Варгус, ты, часом, не приболел? Плохо выглядишь.

– Лучше б приболел, – буркнул он. – Я только что разговаривал с руководством о нашем бегуне и о запасном варианте...

– Каком ещё запасном варианте? – изогнула бровь Сара, обычно знавшая обо всём, что творится в команде.

– Есть один, – Варгус решил, что медику о махинациях знать необязательно. – В общем, мне сказали, что я свободен принимать окончательное решение.

– Разве это плохо? – удивился Отто.

– Для меня – не очень хорошо. Я ведь могу ошибиться. Тогда мне и голову на плаху возлагать.

– Это нормально, ты ведь полевой менеджер, а не уборщик, – Сару всегда забавило малодушие начальника и она не упускала возможность нажать на больную мозоль.

Варгус невесело вздохнул и обратился к Отто:

– Я заказал тот вариант, что ты подобрал. Час назад посылку доставили через мой почтовый телепорт. Коробка в моём кабинете, надо сходить проверить, всё ли там соответствует описанию.

– Ты поторопился, Варгус. Артур хорошо держится, – инженеру очень не хотелось связываться с нейронной средой, добытой на чёрном рынке. Как добропорядочный человек и фанат честной игры, он всегда избегал мухлежа и обходных путей. – Можешь смело выставлять его на забег.

– Да? – менеджер без интереса поднял взгляд на мониторы. – А я ведь до конца сомневался... И что, ты готов за него поручиться?

– Готов, – твёрдо ответил Отто. – Хоть я и не специалист по таким бегунам.

– Зато я специалист, – сказала Сара. – И я тоже в нём уверена. Он должен бежать.

Вызов

По небесам, вечно затянутым пепельными тучами, невозможно было понять – день сейчас или поздний вечер. Вокруг Олимпа, под воздушным куполом, надёжно укрывавшим древний вулкан и стадион под ним от агрессивной среды планеты, всегда светили прожекторы. Свет горел и в многочисленных боксах команд, расположенных вдоль стартовой линии трека. Там, позабыв о сне, готовились к предстоящей гонке: обрабатывались данные тестовых забегов, составлялись тактические графики на каждый участок трассы. И конечно же, работали электротехники, выбирали и устанавливали на беговых дроидов подходящее снаряжение. Споры разгорались из-за всего: от выбора правильной аккумуляторной батареи до оптимального рисунка протектора на стопах. Сотни параметров следовало откалибровать за ближайшие тридцать часов.

У STTE сегодня трудились только тактики. Инженеры и электротехники получили неожиданную передышку перед самым важным событием сезона. Такого никогда прежде не случалось. Тем не менее Варгус запретил кому-либо покидать боксы. Может, боялся утечки информации, а может, хотел уберечь командный дух от выветривания.

Управленческие вопросы Артура не касались. Оставшиеся до забега часы он собирался провести в покое и молчании. Так обучали в армии, и такой подход помогал ему на каждой миссии действовать с максимальной сосредоточенностью. План на забег он получит за два часа до старта, а за пять часов у него уже должна быть скроенная по его меркам беговая защитная экипировка и, главное, обувь, доставленные через телепортационный канал из главного офиса Solar Twin.

Сидя на постели в своей миниатюрной комнате, Артур убирал в пакет разбитые во время тестового забега кроссовки. Обычная обувь не подходила для запредельных нагрузок Золотой Лиги.

Лёгкая дрожь ещё тревожила мышцы ног, а дыхание оставалось сиплым. Артур давно не бегал так интенсивно и долго, но умел управлять некоторыми процессами своего тела, чтобы обеспечивать быстрое восстановление. Гонку он должен пробежать на десять процентов быстрее теста. Двухлетний опыт наблюдения за бегунами подсказывал, что на такой скорости он сможет эффективнее всего избегать столкновений в красных зонах.

Прихватив пакет со старой обувью, Артур вышел из комнаты. В боксах горел свет, но никто не работал. Инструментальные ящики пылились на полках, лишь двое электротехников что-то вяло обсуждали, стоя у подвешенного на цепях 523-го. Голова дроида безвольно поникла, словно тот смирился с плачевной участью.

Техники кивнули Артуру и продолжили разговор. Недавно они втроём были в одном ряду, вместе находили интересные решения на каждый забег, подбирали настройки под разные условия. Но теперь этим двоим придётся справляться самим. Очень скоро они поймут, что без второго электротехника у них уже не получается обслуживать все узлы и системы бегуна также безупречно, как прежде. Какое-то время они будут использовать уже найденные в прошлом решения, но их знаний и чутья не хватит, чтобы выжимать из дроида максимум на любом треке.

Для образованных граждан это будет болезненным открытием, ведь им не суждено узнать, с кем на самом деле они работали. Для них Артур останется соображалистым «негражданином», человеком низкого класса, которому просто не повезло родиться не там и не тогда.

Беговой станок на всякий случай выгрузили и собрали; он так и стоял не подключённым у стены. Вокруг него не устанавливали видеокамеры, как это обычно бывает. Пилот, берущий управление машиной во время забега – зрелище впечатляющее, особенно в критические моменты, когда, например, у дроида отказывают какие-то датчики и он более не способен выживать на красных зонах и становится беззащитен перед ловушками. Зрителям нравится наблюдать, как человек подстраивается под тяжёлые условия трека, когда он вынужден дистанционно выводить дроида из сложных ситуаций, а иногда вести его большую часть гонки, отдавая все силы на беговом станке.

Ворота боксов STTE держали открытыми. С появлением атлета, не требующего механической и электронной настройки, прятать от посторонних глаз стало нечего. Из-за близости к бурлящему вулкану стадион тонул в густой духоте. Не спасал ни защитный купол, ни погодные генераторы. Хотя последние, судя по нагретому воздуху, включить сегодня не удосужились.

Чувствуя под подошвами шлёпанцев горячую землю, Артур шёл между оградой трибун и задней стеной боксов в сторону мусорной пресс-машины. Рядом гудели кондиционеры, а с чёрного склона Олимпа доносился приглушённый расстоянием шум строительных гравитонов, паривших вдоль освещённой трассы, обвившей вулкан, подобно змее. В отличие от команд-участниц, организаторы пользовались всеми благами современных технологий. С помощью генераторов первоматерии и роботизированных строительных бригад они могли за ночь собрать и отладить весь трек, ловушки, освещение и парящие VIP-трибуны.

Выкинув в бездонную пасть пресса пакет с кроссовками, Артур легко перемахнул через невысокое, по пояс, ограждение и оказался на стартовой решётке. Гравийный трек, по ширине не уступавший автопроспекту, растянулся на две мили и поднимался вверх у подножия вулкана. Разогревочная прямая – зелёная зона, где даже случайное прикосновение к сопернику карается штрафным временем. Здесь атлеты будут бежать не спеша, подготавливая мышцы и сердце, сервомоторы и масляные смеси к настоящему испытанию.

По итогам набранных за сезон очков STTE стартовала с одиннадцатой позиции из ста двадцати. Артур нашёл свою белую клетку на решётке. Через тридцать шесть часов, стоя на этом же месте, он будет окружён соперниками и тысячами взглядов с трибун. К такому невозможно привыкнуть, и всё же он попытался представить, что гонка вот-вот начнётся. Ещё в годы службы солдат его отряда учили в подробностях визуализировать смертельно опасные ситуации, чтобы подготовить психику к любым испытаниям. Так почему бы не воспользоваться военной наукой в мирных целях. Артур закрыл глаза.

– Настраиваешься? – низкий голос вернул Артура к действительности. Облокотившись на ограду, неподалёку стоял один из бегунов – Михаил по прозвищу Голем, ветеран Разрушителей тверди, самого жуткого отряда космических штурмовиков, когда-либо созданных военной машиной Федерации. Как и от генномодифицированных диверсантов, власти под давлением общественности отказались от услуг универсальных солдат, и те были вынуждены искать себя в других сферах. За успехами Михаила Артур наблюдал все два года работы электротехником и хорошо успел изучить его манеру выступлений. Атлеты и дроиды в красных зонах держались от него подальше.

Комментаторы забегов, когда речь заходила о росте ветерана штурмовиков, называли цифру семь футов девять дюймов. Над остальными бегунами Михаил возвышался, как осадная башня на древнем поле боя. Его внушительное мышечное строение не сочеталось с умением быстро и долго бежать, и полностью оправдывало прозвище, которое дали ему комментаторы, когда Голем впервые появился на больших соревнованиях.

Артур честно ответил:

– Привыкаю к новой роли.

Искажённая светом далёкого прожектора улыбка хищно пересекла грубое лицо бывшего вояки:

– Если выживешь после первого раза, уже не сможешь променять забеги ни на что другое. Я видел, как ты бегал утром, – Михаил выпрямился и перешагнул через ограду. На широкой стартовой решётке Артуру сразу стало тесновато. – Призового места тебе не занять, но у твоей команды другая цель. Так что, если повезёт, то на неё у тебя сил хватит.

– Посмотрим, – Артур напрягся всем телом, когда гигант приблизился и занял соседнее место на решётке.

– Тебя представили, как фаната бега, как электротехника, вышедшего на замену дроиду. Для толпы такой поворот в радость. Но я-то сразу понял, что ты один из наших. Это видно по глазам. Где ты служил?

– Ты ошибся. Я не солдат, – лицо Артура осталось бесстрастным, это была единственная ложь, к которой он привык. Но проницательность Михаила заставила его насторожиться.

Ветеран отмахнулся.

– Ладно, можешь не говорить. Секретность, все дела. Понимаю. Сам не обо всём могу рассказывать. Хотя обозреватели пытают уже седьмой год.

– Сочувствую, – Артур прекрасно понимал, что Михаил просто пытается подкапнуть под него и побольше узнать о неизвестном сопернике.

– Ты, парень неразговорчивый, – вояка повёл круглыми, как ядра, плечами, потянулся так, что через тонкую футболку проступили пластины грудных мышц. – Все наши, бывшие солдаты, кто попадал на забеги, тоже поначалу блюли молчание, но когда у тебя столько внимания, и по условиям контракта, ты не имеешь права избегать встреч с поклонниками, волей-неволей разболтаешься.

– Буду держать это в уме. Но я всего на одну гонку.

– На одну, так на одну, – не удивился Михаил. – Впечатлений получишь на всю жизнь. Я тоже готовлюсь уходить. Сам понимаешь, возраст. Но пободаться пока надо. В Платине пенсия у бегуна раз в десять больше, чем в Золоте.

– Да, я в курсе, твоя команда в этом сезоне тоже набрала много очков.

– Именно. Поэтому для меня это будет не просто забег, а главная битва жизни, – Михаил добавил в голос пафоса, но прозвучало это так достоверно, что Артур представил себе те реальные битвы, в которых штурмовику приходилось участвовать. Ветеран знал толк в схватках насмерть.

Одно из покрытых толстыми венами предплечий Михаила, с внутренней стороны, украшала татуировка Разрушителей тверди: меч с красным лезвием, вонзающийся в чёрную планету. От клинка по испещрённой кратерами поверхности расползались трещины и разлетались куски породы. Так на самом деле выглядело приземление десантной капсулы с отрядом штурмовиков на борту.

Однажды, в передаче о путешествиях по заброшенным мирам, Артур видел, как ведущие наткнулись на одну такую капсулу среди безжизненных скал, неподалёку от покинутой военной базы. При падении титано-осмиевый каркас сокрушил камень, а тормозные двигатели оплавили всё в округе на сорок ярдов. Что происходило после того, как штурмовики выбирались наружу и принимались за работу, в современном антимилитаристском обществе обсуждать не любили.

Михаил выжидательно смотрел на Артура, но тот молчал. У каждого на предстоящей гонке будет свой стимул для смертельной схватки, но рассказывать о нём кому-либо необязательно и даже нежелательно. Артур запомнил это ещё со времён службы. Он не знал, как работает безотказный механизм, но рассказывая о себе, всегда становишься слабее. В том и крылся смысл засекреченных отрядов и миссий. Военное командование лучше всех использовала силу, таящуюся в тени тайны.

Шальной огонь вспыхнул в глазах ветерана. Неожиданно он заговорил с разбойничьим задором, будто давно знал собеседника:

– Да, правильно ты помалкиваешь. В словах мало силы. Согласен?

Очередная попытка разговорить. Артур улыбался про себя.

– Я не силён в абстрактных вопросах.

– К чертям абстракции. С каждым годом тягаться с дроидами и этими кибернетическими чудаками всё трудней. Нужно держать себя в форме. Давай пробежимся до конца разогревочной. На полную, кто быстрей. Телу надлежит быть в тонусе, когда начнётся реальный забег.

– В шлёпанцах? – тут уж Артур не сдержал улыбку.

– Пф, если дело в этом... – Михаил наступил носком одной ноги на пятку другой и стянул ботинок, затем повторил процедуру с другой ногой. Нагретый гравий не тревожил каменных стоп Голема.

– Мне бы так, – с завистью покачал головой Артур.

– Ну давай, погнали! Или робеешь?

– Нет. Я настраиваюсь по-другому. Греться буду перед гонкой.

– Так бы сразу и сказал. А то шлёпанцы, – самодовольно смотрел с высоты своего роста Михаил. – Вот тебе совет, фанат бега: даже если ты хорошо держишь ритм, то едва ли ты уцелеешь, кода в красной зоне тебя нагонит кто-то из дроидов с превалирующими боевыми директивами. Так что, если хочешь добраться до финиша, держись поближе ко мне. Солдат солдата прикроет.

Михаил кивнул на прощанье и сорвался с места в галоп. Через полминуты его широченная спина едва различалась на фоне уходящей вверх трассы.

Войдя в боксы, Артур встретил скучающего у бегового станка Крэйга. Невостребованный в финале первый пилот энергично поднялся навстречу, словно специально ждал появления нового бегуна.

– Ох, чувак, ты не перестаёшь меня удивлять! – тренировочный термокостюм плотно облегал рельефную фигуру парня, на лице у Крэйга застыло неподдельное волнение.

– Ты о чём вообще?

Крэйг смотрел на Артура, как на безумца.

– Выхожу я такой на пробежку, думаю: «Дай-ка туда-сюда разминочную померяю в среднем темпе». И тут вижу, как ты с Големом посреди решётки беседы водишь. Ты совсем рехнулся, чувак!

– Он сам ко мне подошёл, – спокойно пояснил Артур. – Общительный парень, помощь предлагал.

– Конкуренту, – весомо кивнул пилот дроидов. – А ты видел, как он в красных зонах тем, кто помедленней, руки отрывает?

– Видел. Слушай, Крэйг, взгляни через свой интерфейс статистику этого Голема. Я хочу знать о нём больше, чем успевал видеть на трансляциях.

– Фееричная статистика, чувак, – на ходу просматривал вкладки Крэйг. – 90% атак в красных зонах, в тридцати из которых оппоненты не могли продолжать бег. Отвечаю, чувак, даже не приближайся к нему на треке. Да и в жизни. Если он тебя покалечит, как сказал Макглас, считай мы в заднице.

– Спасибо за заботу, – Артур похлопал парня по плечу, – я буду осторожен.

Крэйг протянул руку. Они обменялись рукопожатиями.

– Держись, чувак. Финал – это всегда пекло. Половина не добежит. Если хватит скорости, держись поближе к скоростным и подальше от жирдяев, они всегда лезут в драку на красных фонарях. Если что, я на тебя поставил кучу кредитов.

– Я это учту, – кивнул Артур и направился к себе. – Ты, кажется, собирался на пробежку.

Крэйг с опаской вытянул шею в сторону выхода и присмотрелся к треку.

– Ща, этот демон свалит. Я с ним бегать не хочу.

Дверь в комнату открылась без стука. Артур нехотя повернулся ко входу. Нежданный гость выбрал не лучшее время для визита, процесс настройки на забег требовал строгого уединения.

Он узнал Таню по еле различимому в темноте силуэту и неповторимому звуку шагов.

– Арт, ты спишь?

– Нет. Что случилось? – он сел на кровати и включил свет.

– Я знаю, что ты настраиваешься, и что должна отдать тебе тактический план не ранее, чем за два часа до гонки, но я не могла удержаться. Взгляни сейчас, это поможет тебе лучше подготовиться.

Девушка выглядела усталой. Последние несколько часов вместе со статистами и экспертами команды они составляли для бегуна подробный гайд по выживанию на треке. Протяжённость каждого отрезка, градусы наклонов, перечень возможных ловушек и, главное, список всех участников с подробным прогнозом их вероятных тактик. В первую очередь Артур заглянул в красный столбик, куда тактики занесли имена самых опасных бегунов с учётом сложившегося расклада по очкам. Третью строчку после двух особо прытких киберов занимал Михаил Голем.

У черты

Стадион гудел в предвкушении забега. Маршалы расставляли бегунов на стартовой решётке в соответствии с набранными очками. Сто двадцать атлетов готовились показать зрителям грандиозное шоу. Дроиды, облачённые в защитные обтекатели поверх прочных каркасов, находились пока под управлением пилотов, чтобы безошибочно занимать указанные стюардами места.

Огромные корпорации и частные инженерные мастерские использовали дроидов для забегов в качестве саморекламы, чтобы показать потенциальным клиентам, на что способны их разработки и техники. И если большие команды могли себе позволить выступать под собственными цветами, то малые и средние всегда искали дополнительную финансовую поддержку у сторонних компаний и с радостью за дополнительную плату украшали своих бегунов логотипами партнёров.

Совсем иначе дело обстояло среди киберов. Богатые граждане Содружества по каким-то личным причинам вступившие в опасный спорт, модифицировали себя механо-электронными конечностями и аналогами внутренних органов, чтобы легче переносить нагрузки на треке. Внешне они ничем не отличались от обычных людей, но под кожей у них хранилось много секретов. Их никто не спонсировал, они выступали ради собственного удовольствия. Обслуживанием занимались нанятые ими специалисты, обладающие достаточными познаниями в кибер-технологиях. Модифицированные атлеты бегали быстро и берегли себя, потому в красных зонах старались избегать столкновений.

Те немногие бегуны, прозванные в народе настоящими, что не подвергали своё тело механическим изменениям, ограничиваясь генной и хирургической модификациями, обычно помещались в конце списка всех участников и бегали не столько ради результата, сколько за идею и для пущего развлечения толпы.

Спортсмены из элитных беговых дивизионов, реже – бывшие военные, представляли в гонках различные организации, спортклубы и прочие некоммерческие сборища. Организаторы забегов даже не брали с таких команд вступительных взносов, нужно было лишь предоставить квалифицированного бегуна. Тот же Михаил Голем неизменно выходил на трек с гербом Ветеранского Братства и полностью им спонсировался.

Команда Артура ничем не могла ему помочь. Одна лишь Сара за час до гонки сделала тонизирующий массаж ног. А Варгус пообещал большую премию в случае успеха. Остальные просто подбодрили, кто словом, кто рукопожатием, а кто и приобнял несмотря на классовую разность.

Таня тайком поцеловала и, крепко сжав его ладонь, сказала: «Я знаю, какой ты сильный, я в тебя верю. Но если будет совсем тяжело, прошу, сойди с дистанции».

С этими словами в мыслях Артур выходил на трек. Таня прекрасная, заботливая женщина, но у неё просто не было возможности хорошо его узнать. Бывший диверсант отступит только в одном случае – в случае гибели. Хотя ради сына он приготовился нарушить этот принцип. Ради Тани он этого никогда бы не сделал.

В окружении опытных бегунов Артур занял не по праву высокое, одиннадцатое место на стартовой решётке. Впереди всего десять спин, а значит, если поддерживать их темп, то удастся избежать толкучки в первой красной зоне. Вот только едва ли ему под силу так разогнаться. Семь скоростных дроидов и трое киберов, ждавших сигнала в первой десятке, бегали очень быстро. Потянись за ними на разминочной прямой, и потом всю трассу будешь плестись в конце, пытаясь восстановиться. Но отставание всё же хуже. В боях первой красной зоны из забега выходят 20% участников: одни сразу, другие чуть позже, когда схлынет адреналин или когда в боксах сообразят, что даже пилоту не справится с управлением повреждённой машиной.

Значит, бежать быстро со старта – лучший вариант. План на забег давал те же рекомендации.

Десять ближайших бегунов позади представляли для Артура наибольшую опасность. Тактики подсчитали, что каждому для выхода в Платину, нужен всего лишь финиш. Но из-за ограничения в двенадцать проходящих команд, туда попадут те, у кого больше очков за сезон. Никто из стоящих позади уже не успеет перегнать STTE по очкам. Единственная их надежда в том, чтобы не добежали те, кто набрал больше.

Артур обернулся и оценил своих главных конкурентов. Так и есть, дроиды второго десятка все в утяжелённых алюминиевых обтекателях. Они готовы променять скорость на защиту. На кистях спец пластины для жёстких атак. Это дополнительный вес, но и прирост к урону. Один удар по голове гарантирует человеку глубокий нокаут, дроиду – повреждение корпуса или сбой в работе датчиков.

На четырнадцатой позиции возвышался над всеми Михаил. Штурмовик кивнул Артуру. Как и на любую другую гонку он оделся легко и без затей, в облегающий беговой термокостюм. Знал, что едва ли найдётся кто-то готовый испытать себя в бою с ветераном Разрушителей тверди.

К своей форме в жёлто-чёрных цветах Solar Twin и с номером 523 на спине Артур ещё не привык: слишком обтягивающая, слишком мягкая – не то, что военная экипировка. Зато обувь... В такой можно пробежать тысячу миль и не вспотеть. Кроссовки сидели идеально.

Громче загудели болельщики на трибунах. Висевший над треком циферблат показал тридцати секундную готовность. Стюарды бегом покидали гравийное полотно. В громкоговорителе зазвучал строгий голос старшего судьи:

– Внимание! Приготовиться к старту!

– Как-то сильно наш Артур волнуется, пульс девяносто пять, – Сара с планшетом стояла у ограды между треком и боксами. Рядом вся Solar Twin ждала сигнала: старт в забегах – зрелище завораживающее, особенно для тех, кто успел занять место у разогревочной прямой или у первой красной. После стартового гудка десятки спортсменов, каждый со своей стратегией, разом начнут гонку: одни сразу пойдут на обгон, другие отстанут, экономя силы, третьи пристроятся позади ведущих бегунов и будут выжидать момент для обгона. Или для атаки. Независимые статисты, аналитики, букмекеры и комментаторы начнут строить прогнозы уже со старта. А после за гонкой останется наблюдать только с личных устройств и с больших экранов.

Отто включил двустороннюю связь с бегуном.

– Артур, ты как себя чувствуешь?

– Зрителей очень много, волнуюсь. А так, всё в порядке.

– Сейчас ты о них забудешь. Приглядывай за CX 4-м и за тем, красным, из Arcturus Energy за твоей спиной. Они тяжело одеты, будут атаковать. И вон с тем здоровяком с эмблемой Ветеранского Братства аккуратней. Удачи, – Отто отключил связь. – Волнуется с непривычки.

Сара подняла глаза на табло с отсчётом. Оставалось десять секунд.

– Я и сама, если честно, волнуюсь так, будто самой надо бежать.

Первая красная

На разогревочной прямой первая десятка шла ожидаемо споро. Артур бежал за одним из киберов. К счастью механика, Алый Кардинал из Arcturus Energy и облачённый в хромовые латы CX 4-й отстали, экономя заряд батарей для более важных отрезков трассы. Их обошли Михаил и ещё двое киберов, вырвавшихся с дальних позиций. Они тоже не желали толкаться в первой красной. Бывший штурмовик нагнетал напряжение в десяти ярдах позади Артура.

– Держись рядом, если хочешь уцелеть! – крикнул вдогонку Михаил, и от его слов у Артура по спине пробежали мурашки. Ну уж нет, добровольно свою голову под удар он не подставит.

За двести ярдов до красной Михаил приотстал, наверное, почувствовал, что в таком темпе у него не останется сил на атаку, тем более что его самого поджимали бронированные дроиды.

В наушнике раздался голос Отто:

– Красная зона. Смотри в оба.

Трек плавно забирал вверх. Могучая, необъятная для взгляда плоть стратовулкана уходила к небесам, и чтобы увидеть подсвеченную огнями макушку, приходилось запрокидывать голову. С краю от трека, держа скорость лидирующей группы, парила гравиплатформа с важными гостями. Артур не смотрел в их сторону, но знал, что именно за ним, за тёмной лошадкой, пристально следят.

Бежавший перед Артуром кибер начал взвинчивать темп, чтобы не отставать от рвущегося вперёд Короля Скорости – дроида в золочёном углепластиковом скелете, почти без защиты. Король шёл первым и продолжал увеличивать отрыв от основной колонны. Сияющий золотом дроид бесстрашно приближался к мини-стенам – первому препятствию трека: нескольким десяткам невысоких барьеров, окутанных полем низкого электрического напряжения. Если их коснётся человек, то непременно потеряет и ритм, и силы от электроудара. Дроид же лишится небольшой части заряда. Неудачная схватка или падение на этом стоярдовом отрезке может загубить весь забег.

– Из хвоста выбывают первые участники, там жуткая толкотня, будь осторожен, – предупредил Отто.

Краем глаза Артур видел, как из доков в сторону трека спешно вылетают гравитоны стюардов и медиков. Зрители за спиной восторженно ревели. Возможно, в забеге появились первые жертвы.

– Кто сзади? – коротко, чтобы не сбить дыхания, спросил в микрофон Артур. Гражданин на его месте воспользовался бы исполнительным интерфейсом в глазу, но бесправному эмигранту действовать приходилось по старинке.

– Нагоняют двое киберов из третьего десятка, – донёсся из наушника сосредоточенный голос Отто. – Дроиды снижают скорость, для них мини-стены опасны.

– Артур, – вкралась в эфир Сара, – замедляйся на 10%, у тебя зашкаливает пульс. Смело отдавай позиции, лучше береги силы.

– Где Голем?

– Между девятнадцатым и двадцать четвёртым местом, – ответил главный инженер.

Перед стенами Артур чуть ускорился и без труда перескочил первое препятствие, за ним так же легко и второе. Более опытные и бесстрашные киберы с каменными физиономиями пошли на обгон, прижимаясь к дальнему от диверсанта краю трассы. Прыгали парни ловко, двигались на зависть быстро и сноровисто, будто у каждого полыхал мотор меж ягодиц. Вскоре впереди маячили только их спины.

Наэлектризованные преграды были обманчиво простым препятствием. За три стены до конца участка Артур снизил темп настолько, что его обгоняли даже осторожные дроиды, потому что сам он вдруг ощутил всю тяжесть своего тела. Он так низко пронёсся над последней стеной, что его пятой точки коснулось колкое электрическое поле.

Наконец, появилась возможность восстановить дыхание. Артур выбрал удобный темп и побежал вверх по склону.

– Ты шестнадцатый, – оповестил Отто.

– Снизь скорость, – строго попросила Сара.

Артур наблюдал, как увеличивается отрыв между ним и лидерами. Снижать темп пока рано. Впереди двенадцать миль трека, а за спиной сотня голодных до победы претендентов. Нет, пока есть силы и уверенность, он будет идти в своём ритме.

Позади что-то лязгнуло, как если бы сталь ударилась о сталь. Пронзительно затрещали разряды электричества. Тысячи человек на трибунах выдохнули в едином порыве.

– Что там? – спросить было проще, чем обернуться.

– Двое упали на мини-стенах, одного из них толкнул Михаил, – быстро говорил инженер. – Скорее всего, оба не смогут продолжать. Занимали 19-е и 31-е места на решётке. Дроиды.

Артур сосредоточился на дыхании, сейчас ничего не должно мешать придерживаться плана. Пусть хоть Олимп начнёт извергаться. До выхода из первой красной осталось немного.

– Триста ярдов до зелёной, – предупредил Отто. – Две мини-стены сломаны, те, кто идут в последних десятках этим воспользуются, выиграют время и сэкономят силы. Будь готов.

Раскалённое нутро Олимпа

STTE всем немалым составом кричала от радости, когда их бегун целёхоньким ворвался в 500-ярдовую зелёную зону. Позади остался один из самых рискованных участков.

Вдали от соратников следила за гонкой взволнованная Таня. Ей не хватало воздуха, будто это она сама бежала по горячим камням. Конечно, девушка понимала, что Артур пробьётся дальше первой боевой зоны, но в то же время опыт подсказывал, чем дальше пробежит он, тем серьёзней будет борьба. Впереди ждали смертельные ловушки и продолжительные участки под красными фонарями. Каким бы ни был Арт хорошим бегуном, неизвестно, сможет ли он выстоять в прямых столкновениях.

Из боксов пошатываясь вышел главный менеджер: ворот рубахи небрежно расстёгнут, взгляд плавает. Вместе с главой команды под открытое небо выплыло и облако резкого запаха алкоголя.

Завидев отбившуюся от коллектива младшего тактика, подошёл к ней, попутно сверяясь через интерфейс с её личным делом, чтобы вспомнить имя девушки. Проследил, на какой экран направлен её тревожный взгляд.

– Напрасно ты так о нём переживаешь, – непослушный язык с трудом произносил простые слова, – этот твой электротехник крепкий парень… Наверное.

Таня вздрогнула даже не столько из-за незаметного появления начальника, сколько из-за того, что тот назвал Арта «её электротехником». Она не сразу нашла что ответить.

– Я, как и все, не хочу, чтобы мы откатились назад. Артур – наша надежда.

Варгус поморщился, словно откусил лимон.

– Ой, да ладно, всем видно, что для тебя он больше, чем надежда команды. Ничего, если добежит, то получит гражданство, и вам больше не придётся делать вид, что вы почти незнакомы.

Таня отвернулась, ей не нравилось, что все знали то, что она хотела держать в секрете, не нравилось скрываться, не нравилось стыдиться. Она ничего не сказала Макгласу, просто молча смотрела на экран. Возможно, и вправду будет лучше, если Артур пройдёт всю дистанцию. Да, так будет лучше и легче. Таня уже твёрдо решила, что обнимет его на глазах команды, как только он вернётся с вершины. Пусть все узнают. Главное, чтобы он добрался до верха невредимым.

Варгус немного постоял рядом, понаблюдал за гонкой, сделал было шаг к команде, но вдруг передумал и вернулся в боксы. Тане показалось, что начальник не шибко верит в успех и уже готовится оставить свой пост.

К восьмой миле Артур побывал в пяти красных зонах и трижды ему приходилось уклоняться от схватки с Алым Кардиналом. Выручала лишь безупречная военная подготовка: когда дроид сближался, Артур резко менял траекторию и замедлялся, пропуская противника вперёд, но тот не спешил отвоёвывать места, его интересовал только тот, кто одним лишь финишем, мог перечеркнуть успех Arcturus Energy.

Дроид продолжал тяжело громыхать в двадцати шагах позади и выжидал удачного момента для новой атаки. А тем временем другие бегуны, кто боролся за очки, шли на обгон. За последние четыре мили Артур сместился на двадцать восьмую позицию, а из хвоста тянулись всё новые желающие вырваться вперёд. К счастью, Михаил совсем отстал и, судя по докладам Отто, плёлся где-то в четвёртой десятке.

– Артур, за тобой выстраивается длинный хвост, все готовятся к Вратам Олимпа, – заблаговременно предупредил Отто. – Смотри в оба, впереди ещё одна «красная миля» и лазерные вспышки. Четверо из первых двадцати уже потеряли там конечности. Будь осторожен.

Тут же с советом подоспела и Сара:

– Артур, советую сбавить обороты! Твоё сердце работает на пределе.

От её беспокойств бывший диверсант уже подустал и решил, наконец, ответить:

– Оно было создано для работы на пределе, – и он немного прибавил ход.

Трек сужался и поворачивал в сторону каменного массива, прямиком к зияющей в горе пещере. При необходимости в огромный зев можно было протащить межзвёздный шаттл. В недрах вулкана непрестанно вспыхивал зловещий красный свет, воздух раскалился, затрудняя и без того тяжёлое дыхание.

Края пещеры обрамляла стальная рама с толстыми прутьями решётки, перекрывающими проход. Преодолеть их и не получить штрафных очков за излишнее замедление можно было только прыгнув через одну из секций, словно дикая кошка через обруч дрессировщика. Бежавшие впереди Артура так и поступали, ныряли в ячейки и, перекатившись, продолжали бег.

У решётки Артур замедлился и перешагнул через прутья. Датчик на руке тут же завибрировал, на табло высветились красные цифры штрафного времени за остановку. Артур даже не посмотрел, для него время не играло никакой роли. Он должен войти в сотню и дойти до финиша. Остальное неважно.

Пока восстанавливался, его обошли ещё несколько бегунов, в том числе один из немодифицированных профи. Парень дышал тяжело, но нашёл в себе силы поприветствовать Артура взмахом руки.

Приближалась секция с лазерными вспышками. Из множества встроенных в стену концентраторов энергии вырывались в случайном порядке алые лучи, и если на их пути оказывался бегун, забег для него заканчивался на носилках. Благо врачи приращивали конечности даже лучше, чем те крепились к туловищу по умолчанию, от рождения. Хуже, если луч попадал в голову, но тут уж, как говорится, хочешь жить – умей вертеться.

Сосредоточившись, Артур ворвался в опасную секцию и побежал быстрее. В ушах знакомо загудело, это означало, что рядом замыкалась электросеть. Ближайший концентратор вспыхнул. После вспышки у бегуна оставалось не более секунды, чтобы уйти с линии выстрела. Артур нырнул под раскалённый лазерный луч и сразу прыгнул вперёд, уходя от следующего залпа. Чутьё подсказывало, что это не всё.

Накалился один из нижних концентраторов, Артур прыгнул вверх и вперёд, как раз когда луч пронзил пространство. Сзади грохнулся подкошенный дроид, обугленный торс искрился в том месте, где раньше соединялся с ногами. В штабе бедолаги уже, должно быть, пилот судорожно брал управление под контроль, чтобы хоть на руках вытянуть подопечного из лазерной ловушки. Команды не жалели скелеты и комплектующие, всё это легко заменялось в ремонтных мастерских. Совсем иначе обстояло дело с чёрной коробкой нейронной среды, хранилищем накопленного дроидом опыта. Потеря среды приравнивалась к смерти электронной личности бегуна.

Теперь трек пролегал по раскачивающейся металлической платформе. Отрезок всего в сто ярдов над пропастью с беснующейся магмой внизу пророчил страшную гибель любому неосторожному.

– Не забывай, мост входит в красную зону, – предупредил Отто, перед тем как Артур забежал на шаткую платформу.

Раскалённый воздух над глубокой ямой беспокойно дрожал. Узкая переправа, на которой едва ли разошлись бы плечом к плечу три бегуна, загудела под ногами и опасно качнулась. Выручила обувь: подошва надёжно держала на рифлёной поверхности моста. Артур осторожничал лишь первые десять шагов, а после ускорился. Не такое уж и страшное это препятствие, если только не...

– Берегись! – закричал в наушнике Отто. – Кардинал идёт на сближение! Будет атаковать!

Ускоряющийся топот за спиной нарастал. В отличие от механизированных бегунов, у Артура не было кругового обзора для лучшей оценки ситуации. Он полагался на свои чувства. Шаги, дрожание платформы, так он сопоставлял сокращающуюся дистанцию.

За мгновение до контакта Артур отпрыгнул в сторону, обернулся, снижая скорость, но проскочивший по инерции вперёд дроид и не думал бежать дальше. Кардинал развернулся и пошёл наперерез. На узком мосту больше некуда было уворачиваться, и Артур приготовился к бою.

Тренированные чувства обострились, Артур видел каждое движение оппонента, видел и замедлившихся у моста бегунов, испугавшихся смертельного риска. Сейчас их браслеты, должно быть, сходят с ума от посыпавшихся штрафных секунд.

Алый Кардинал зажал человека у самого края и начал молотить тяжёлыми кулачищами. Бил дроид размашисто, Артур легко уклонялся, подныривал и крутился вокруг неуклюжей машины. Тогда Кардинал набросился на человека, ухватил рукой за прочную одежду и потащил к краю. Жёсткие пальцы с прорезиненной ладонью пассатижами впились в кожу.

Скалясь от боли, Артур обхватил руку дроида и заученным с армейских времён движением швырнул через бедро. Плечевые и локтевые сервомоторы Кардинала, не предназначенные для такой нагрузки, заскрежетали и отключились, чтобы избежать поломки. Хватка ослабла. Дроид врезался головой в металлический настил, нелепо заболтал конечностями, подыскивая из миллиардов доступных операций хоть одну, способную помочь, но тут пилот взял управление под контроль. Артур не ждал, пока опасный противник вновь примет вертикальное положение. Уперевшись ногой в алый скелет, второй электротехник спихнул дроида с моста. Парящие камеры стаей низринулись вниз, чтобы каждый зритель мог рассмотреть последние секунды жизни прославленного бегуна.

Артуру показалось, что даже в пещере он услышал восторженный гомон трибун. В то же время нарастал топот приближающихся конкурентов. Сразу два десятка бегунов ворвались на мост. Промедление грозило бывшему диверсанту новыми проблемами.

– Беги оттуда! – кричал в наушнике Отто.

Несмотря на сбитое напрочь дыхание, Артур побежал. Плечо нестерпимо жгло от недавнего захвата. Артур попытался покрутить рукой, но лишь сморщился от боли. Кажется, дроид напоследок повредил ему дельтовидные мышцы. Браслет монотонно подавал сигнал о штрафном времени. Пусть пищит. Это всё равно лучше тишины, которая наверняка сейчас заполнила боксы Arcturus Energy.

Когда Артур покинул мост, Таня вдруг поняла, что не дышит. Сердце безумно колотилось в груди, руки дрожали, и как она не старалась их унять – всё без толку. Когда дроид схватил Арта, она решила, что это конец. Тягаться в силе с машиной – это уже фантастика. Девушка даже не могла подумать, что схватка может закончиться падением Алого Кардинала. Да и никто не мог подумать. Никто не верил в простого электротехника.

Девушка опустила голову, волосы закрыли лицо и раскрасневшиеся не к месту глаза. «Никто не верил, даже она, хотя знала его лучше, чем кто-либо». Грудь распирало изнутри, жгучий стыд подступал к горлу тугим комом, и его не проглотить, не выплюнуть. Она стыдилась себя, своего страха, нет, не за жизнь возлюбленного, а за то, что боялась на людях стоять с ним рядом.

А сейчас она не могла больше находиться в стороне, пока он там, на этом жутком треке. Таня отвернулась от экранов и пошла к команде. Коллеги радостно кричали, махали руками, подбадривали Артура по рации. В общем поддерживали, как могли. Таня не знала, способна ли она ему помочь, но точно знала, как помочь самой себе.

Она нашла в толпе первого пилота Крэйга, тот от восторга не замечал ничего вокруг и не сразу узнал девчонку из тактического, которую даже не помнил, как зовут.

– Крэйг, послушай, – хоть на стадионе шумели так, что и себя-то не каждый услышит, Таня отвела пилота в сторонку от посторонних ушей. Тот, видя её взволнованное лицо, просто шёл следом. – Я знаю, что ты умеешь управлять гравитоном. Так?

– Типа того. А что?

– Мне очень нужна твоя помощь.

Неприступная вершина

Всё тело, от шеи до стоп, изнывало от усталости. Дыхание вырывалось с сипом. В ушах гудело так, что порой в этом гуле тонул голос Отто. Разогретый жаром Олимпа воздух назойливо окутывал душным коконом, но так нехотя наполнял лёгкие, что надышаться им было невозможно.

Всё выше Артур взбирался на гору. Трибуны при взгляде вниз походили на безликие геометрические фигуры, зато всё отчётливей доносился шум зрителей в Зале Чемпионов.

Все препятствия преодолены. Где-то в хвосте колонны плелись прославленные чемпионы по бегу и молодые ветераны минувших войн, дроиды малобюджетных команд и плохо откалиброванные киберы. Остались позади три схватки, в одной из которых бывшему диверсанту чуть не сломали ногу. Но он продолжал бежать, усилием воли давя боль в коленях и на коже, где цепкие пальцы соперников разорвали-таки термокостюм. Именно благодаря умению терпеть Артур бежал, в то время как дроиды безмолвно падали, а киберы искали спасения у медицинских постов.

Многие не выдерживали испытания Вулкано Ридж. Артур и сам держался на одной лишь воле. Но разве может сдаться тот, кто рождён, чтобы бежать? Впереди угрожающе вздымалось последнее испытание – Пик Дьявола. Миля тридцатиградусного подъёма под светом беспощадных красных фонарей. После всех испытаний изнурительного трека пробежать её сумеют лишь лучшие из лучших.

Отто подсказывал, что уже более дюжины бегунов праздновали победу на вершине, ещё несколько десятков растянулись по склону вялотекущим потоком. Кто-то падал от бессилия, кто-то – из-за разряженных батарей. Одни шли пешком, получая с избытком штрафное время. Другие, самые сильные, бежали.

– Восемьдесят восьмой, – напомнил текущую позицию главный инженер. – Держись, Артур, ты у цели.

– Ему нужно сойти, он бежит на пределе сил слишком долго... – донёсся утихающий голос Сары. Связь прервалась. Кажется, она осталась одной из немногих, кого жизнь бегуна волновала больше победы.

Артур прекрасно знал свои возможности и опирался на личный опыт. Да, было тяжело, тяжелее, чем когда-либо. Но он умел преодолевать себя. Оставался последний рывок.

Он вбежал под свет красных прожекторов. Трек сразу пошёл вверх, навстречу далёким пока огням Зала Чемпионов. Пришлось ещё замедлиться, почти переходя на шаг. «И как только люди могут по собственному желанию участвовать в этом аду», – изнемогая подумал Артур, как вдруг снова зашумел наушник голосом Отто.

– Тебя нагоняет Михаил! Он единственный, кто ещё может отобрать наше место в Платине. Ну а ты, соответственно, можешь вытолкнуть его. Так, слушай внимательно. Его скорость на три мили в час выше твоей. Через минуту-две он будет дышать тебе в затылок. Тактики подсказывают, что за всю гонку он ни разу ни с кем всерьёз не сцепился. Экономил силы на финал. С вероятностью 90% он будет тебя атаковать. Если поймёшь, что дело худо... Впрочем, решение за тобой.

Заслышав о тактиках, Артур захотел спросить, где сейчас Таня, чтобы услышать её голос, но тратить крупицы оставшейся энергии на разговоры счёл неразумным шагом.

Если Михаил догонит, то перехитрить его в схватке не получится: боевой опыт будет для штурмовика серьёзным подспорьем. К тому же разница в весе и силе поставит точку на любых потугах сопротивляться. В нынешнем состоянии не приходилось рассчитывать даже на скорость.

Сквозь грохот водопадов в ушах Артур слышал гулкую поступь за спиной. Всё ближе и ближе. Склон полз навстречу куда медленнее, чем сближался Голем.

Натренированная воля сжала ослабшую плоть и заставила ускориться. Он будет бежать, пока несут ноги. Ради Санни. Дать себе слабину сейчас, значит смириться с незавидной судьбой сына. Думая так, Артур постепенно набирал ход.

– Не серчай, фанат бега, но пыжить поздно, – Михаил поравнялся с Артуром. Штурмовик тоже выглядел измотанным, осунувшимся, но дышал и работал ногами бодрей. И на слова находил силы. – В знак воинской солидарности позволю тебе добежать. Бывай.

Штурмовик пошёл на обгон. Стискивая зубы, Артур встал за ним и держал темп в пяти шагах позади. Так они прошли сотню ярдов и обогнали двух дроидов, до дна осушивших свои батареи. Ещё через пятьдесят ярдов они оббежали растянувшегося на камне кибера с вывернутым в обратную сторону коленом. Даже современные разработки не выдерживали напряжения финала.

Голем коротко оглянулся и, не поверив увиденному, обернулся ещё раз.

– Если вздумаешь обгонять, я тебе шею сверну! – сквозь хриплое дыхание честно предупредил Михаил, и ещё немного взвинтил темп.

Артур взвинчивать уже не мог. Шаг за шагом он отставал. Ноги не слушались, не в силах более выполнять приказы неуёмного разума. Бывший диверсант глубоко вдыхал, наполняя воздухом одновременно и лёгкие, и бронхи, но этого уже не хватало, чтобы в достаточной мере обогащать кровь кислородом. Стук сердца слился в сплошное эхо, отдававшееся во всём теле. Приближался свет победных огней, а в глазах темнело. Не сразу Артур услышал, как надрывается в наушник Сара:

– Останавливайся! Стой, дурак! Сейчас сердце откажет!

«Что ж, ей-то с её опытом виднее, – успел подумать Артур. – Но я должен добежать до черты».

Его тающее внимание привлекло что-то большое, мерцающее, неожиданно вынырнувшее из-за обрыва. Бегун повернулся на свет, стряхивая с ресниц жгучие капли пота.

За штурвалом открытого гравитона технической службы стоял знакомый силуэт первого пилота STTE. Парень сосредоточенно правил судном, поддерживая скорость бегунов. А у края, вцепившись в поручни, замерла Таня.

Её тёмные волосы трепал ветер, а снизу гравитон подсвечивали зелёные огни нагоняющих маршальских судов. Хрупкая девушка, которую привычней было видеть в тишине тактического офиса за таблицами и расчётами, бесстрашно стояла в полный рост и смотрела на Артура и только на него.

Он махнул ей рукой, на большее уже не хватало сил. Девушка закричала, с трудом перекрикивая встречные потоки воздуха и стрекотание двигателей:

– Арти, ты лучший! Я тебя люблю!

Рядом кружили во множестве съёмочные дроны. Девушку увидели и услышали все в Содружестве: её друзья, коллеги и, главное, родители. Она долго держала в тайне свои отношения с «негражданином». Артур её хорошо понимал.

Но то, что случилось сейчас, всё перевернуло. Россыпи мурашек покрыли спину и ноги Артура, пробежали по щекам, пробуждая неведомо откуда взявшиеся силы. Он почувствовал, что может ускориться и сделал это.

– Немедленно остановитесь! – кричали в громкоговоритель маршалы, зажимая в клещи служебный гравитон.

Артур принял это на свой счёт и еле слышно ответил:

– Никогда.

Крэйг снизил скорость и сместился вниз. Что происходило дальше, Артур не видел. Он бежал вперёд. Обогнал Михаила, и тот уже ничего не мог сделать. Позади остались сразу несколько соперников, а он всё бежал и бежал. Бежал до тех пор, пока его сердце не остановилось. И только тогда он упал.

До финиша оставалось двести ярдов, но Артур этого не знал. Он не видел, как его обгоняют, как стюарды огораживают часть трека для гравитона медиков. Не видел, как хватались за головы коллеги в боксах команды, не видел и помрачневшую Сару. Не слышал, как ревела довольная толпа. В один миг он вспорхнул над вулканом и умчался в темноту космоса, безразличный ко всему, что осталось внизу.

Четыре гостя

– Ну, здравствуй! Что, не ожидал нас увидеть?

– Напротив, очень надеялся, что заглянете.

– И вот мы здесь. Как ты? – Отто пододвинул стул Саре, а сам сел на соседний. – Врачи говорят, что через месяц ты будешь, как новенький. Хоть снова на трек.

– Странно, мне они говорят иное. Что о беге мне лучше забыть, – прикрытый белоснежным больничным одеялом, Артур лежал на кушетке в окружении мигающих огоньков медицинских приборов, отслеживающих каждый параметр жизнедеятельности измождённого тела.

– Артур, ты перенёс сложную операцию, но у тебя очень крепкое сердце, не по-человечески выносливое, – внимательно разглядывая исхудавшее лицо электротехника говорил Сара. – Конечно, если ты продолжишь с нами работать, я лично прослежу, чтобы ты держался подальше от беговых дорожек, но можешь не сомневаться, бег трусцой останется тебе доступен.

– Это обнадёживает, – кивнул Артур. После того как три дня назад он пришёл в сознание, с ним разговаривал лишь доктор, который, к слову, совсем не увлекался забегами дроидов. – Скажите мне главное: я добежал? Команда перешла в Платиновую Лигу?

Ответ взял инженер:

– Ты упал за двести ярдов до финиша. Но не всё так плохо. Вдохновившись твоей самоотверженностью организаторы забегов учредили новую награду и назвали её «Герой Забега». А так как это был последний забег, то тебе сразу вручили «Героя Сезона». Кубок стоит в зале славы Solar Twin. Награда почётная, потому что благодаря таким, как ты, зрелищность забегов возрастает в разы, – Отто открыто улыбнулся, чего Артур раньше никогда не видел. – Нам позволили быть в числе тех, кто попадёт в Платину. На равных правах с остальными. Со всеми привилегиями. Понимаешь, о чём я?

Сара добавила:

– Готовься учиться управлять исполнительным интерфейсом.

– Это прекрасно. Значит, всё было не зря, – Артур с облегчением откинулся на подушку. – Вы знаете, когда я войду в Права?

– Не беспокойся об этом. Руководство компании обо всём позаботится, – Сара по-матерински погладила Артура по руке. – Мы рассказали о твоей ситуации начальству. Они прониклись и обещали быстро подготовить все необходимые документы.

– Представляешь, сразу после забега Варгус подал в отставку. Какого же ему было узнать, когда мы всё-таки прошли дальше.

Судьба надутого старшего менеджера Артура интересовала меньше всего.

– Как там Таня? Где она сейчас?

Отто и Сара переглянулись и встали. Отто сказал:

– Она ждёт за дверью. Хотела поговорить с тобой наедине.

Артур выпрямился и тут же упал на подушку от приступа боли в груди. Врач пока запрещал садиться.

– Мы не будем заставлять её и тебя ждать, – сказал Отто и вдруг посерьёзнел. – Артур, ты всем нам очень помог, и мы тебе благодарны. Поправляйся и возвращайся в строй. Герой команды промолчал, пряча за улыбкой борьбу с подступившей болью.

Как только неожиданные гости вышли, дверь тихо приоткрылась. В палату заглянула Таня.

– К тебе можно?

– Ты единственная, кто может входить без стука. К сожалению, не могу встать и обнять.

Девушка аккуратно прикрыла за собой дверь и подошла вплотную к койке.

– Зато я могу, – она наклонилась и прижалась к его груди.

Артур с удовольствием втянул запах её волос.

– Хорошо выглядишь, – сказал он.

– А ты пока не очень, – улыбнулась она и села на стул.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, как смотрят друг на друга после долгой разлуки близкие люди. Таня заговорила первой:

– Во время гонки я поняла, что мне плевать на всё, лишь бы ты выбрался оттуда живым. Будешь ли ты гражданином или не станешь им, это перестало иметь для меня значение.

– Если бы ты тогда не появилась над треком, я бы сдался, – сказал он, чувствуя, как внутри всё сжимается от одной лишь мысли о подобном исходе. – Спасибо тебе.

– Не благодари. Сегодня ты герой, – она поцеловала его в губы и нежно провела рукой по небритой щеке. – Я тобой горжусь.

– Хоть я и не добежал?

– Для меня ты добежал.

Артур коснулся её ладоней.

– Что ж, значит, как только я восстановлюсь, ты полетишь со мной за сыном. Я очень хочу вас познакомить и показать ему свою работу.

– Прости, Арти, – она загадочно опустила ресницы, – надеюсь, ты меня поймёшь...

– Ты не сможешь лететь? У тебя будут какие-то дела?

– Нет, – замялась она. – Просто я решила, что это не дело, когда мальчику приходится так долго ждать папу. Я привезла его и уже показал ему твою работу.

– Ты это серьёзно? – Артур не мог поверить в услышанное. Не может быть, чтобы Санни мог находиться где-то неподалёку. – Где он сейчас?

Девушка ничего не говорила, просто смотрела на возлюбленного и наслаждалась его просветлевшим лицом. Лучшее лекарство для израненного сердца нетерпеливо ожидало за дверью. Таня знала, что как только мальчик войдёт, она расплачется, и потому заранее достала из сумочки носовой платок.