Безымянный

Ознакомительный фрагмент

Он позволил моей руке стать крепкой, а моему разуму наконец-то просветлеть, после чего велел мне начать вести летопись событий, которые произойдут вскоре, потому как они будут иметь огромнейшее значение для всех миров. Не имея возможности воспротивиться Его непреодолимой воле, я берусь за это поручение.

Не счесть того времени, в течение которого я испытываю жуткие страдания. Ни смерти предаться не могу, ни освобождения получить. Проклят за то, что вёл нечестивый образ жизни. И теперь мой удел – быть безмолвным свидетелем Его величия и величия Его сынов и дочерей. Невесть, сколько раз я пытался взмолиться к Нему, прося освобождения от этих оков, признаваясь в своих грехах и умоляя обратить меня в одного из своих слуг. Но Его ответ был дан в самом начале и остаётся неизменным и поныне: «Достаточно того милосердия, что я к тебе проявил». О, если же Он называет это «милосердием», то чем знаменуется тогда Его гнев?

Для Него неважно положение – у Него ко всем одинаково строгие мерки. И даже я, потомственный правитель Лордиалеха, потомок досточтимого Ло́рингера, для Него был просто человеком, который грешил, за что и получил своё унижение.

Шизаши, Тактуку и Хаак

Для укрепления могущества самих драконов, а также впечатления, которое они произведут на своих новых подопечных, они войдут в симбиоз с тремя огромными страйдерами механического легиона. Так как сами страйдеры внутри наполнены всевозможными устройствами, необходимыми для их функционирования, то, став внешней оболочкой, они увеличивались в размерах и вместо изящных кибер существ становились громоздкими и неповоротливыми скалами. Тогда механический легион разработал новое устройство, основанное на других разработках: пространственного искажения Анклава и сжатого пространства сариномов. Таким образом им удалось добиться обратного результата: устройства становились менее габаритными снаружи, когда как внутри оставались обычных размеров и функционировали без сбоев и ошибок. Теперь же объём страйдеров был приемлем, и оболочка не мешала живому существу, а даже наоборот, помогала.

Тактика у всех трёх драконов была одинакова: явиться во всём своём могуществе, продемонстрировать свои способности, опровергнуть ложь Врага, при необходимости подавить любое волнение, а после установить свою диктатуру.

Хахормес

«Ревностный Валион, рассудительный Дэмпер, внемлите мне, мои верные служители. Ко мне было слово Победоносца. Власть безумного бога распространилась повсюду. И потому на наши плечи легло ещё одно бремя – позаботиться о благополучии тех из хорганов, на кого не хватило силы Думаха.»

Валирдалы

Из разных измерений приходили сведения, что были замечены непонятные движения глубоко под землёй. Зентеры пытались проникнуть своими взорами и разумами в эти происшествия, но ничего не получалось, как будто эти подземные движения защищены какой-то ещё силой. Что-то приближается к поверхности – это понимал каждый. И вот под конец второго дня тоугвары поднялись из своего заточения.

Тоугвары

«Внемлите, мои сыновья, что грядёт миг высвобождения нашего Врага из заточения. И мы сразимся с ним. Но только если великие будут сражаться, чтобы сокрушить Врага, вы, мои служители, будете бороться с его слугами с другой целью – чтобы не дать им свободы. Ни в коем случае не убивайте ни людей, ни варилотов. Эти существа – лишь марионетки в руках искусного кукловода – в руках Сутуна.

Поэтому услышьте меня, мои тоугвары. Вам нужно сражаться с ними, но не нужно предавать смерти. Они совсем не виноваты в том, что их господин осквернился и осквернил также их. Поэтому, прошу, не наносите им смертельные раны. Не убивайте их. Свяжите их бесконечной битвой и удерживайте. Удерживайте, пока истинный враг не будет побеждён.»

Хаос

В каких-то областях хаос в одно мгновение среагировал на постороннее присутствие, потому что некоторые части сущности Врага вышли за пределы Кальдебараса и проникли сюда, в межпространство.

Боргерон распорядился, чтобы никто не пытался взаимодействовать с этими частями противника, потому что может статься так, что его безумие, словно зараза, передастся также им, ведь пока что противник не изучен досконально. Потребуется время, чтобы выявить его слабости и преимущества, чтобы построить тактику борьбы с ним. Поэтому повелитель межпространства не стал понапрасну растрачивать обретённую возможность, а принялся осторожно изучать то, что он видит.

Лорд хаоса постоянно отвлекался на частые волнения в хаосе. Источника не было видно, однако это точно был не великий. Всякое эхо, производимое присутствием его сущности, они гасили сразу же. Поэтому Боргерон считал, что эти непонятные всплески – продукт его присутствия и отголосков прошлой войны с тремя лжебогами. Возможно, искусственно созданные пустоты в межпространстве где-то образовывали нестабильности, которые изредка вызывали лёгкую рябь в океане бесконечного движения. А сейчас, когда некоторые части Врага прорвались сюда, эти нестабильности вызывают более серьёзную рябь.

Механический легион

«Развития и процветания вам, механический легион. Салим, Клай и Лар убеждены в том, что вы полностью подготовлены к тому, чтобы принять результаты исследований квазичастиц. И я горжусь тем, кем вы стали.

В измерение Кальдебарас стягиваются все силы, чтобы положить конец неблагородству и отстоять старый миропорядок. Я знаю, что вам не терпится внедрить в себя технологию квазичастиц, но, по всей видимости, вам, как всегда, придётся завершать тринадцатое обновление в бою. Однако может статься и так, что бой как раз таки подскажет вам, в каком направлении двинуть прогресс, чтобы он был наиболее эффективным. Поэтому не сомневайтесь и стремитесь в бой.»

Поступь Рока

Было и ещё кое-что в жизни Лагреза, чего он пока что понять не мог, но чего с нетерпением ждал. С определённого времени в его голове начали разрастаться непонятные для него обрывки мыслей. А, закрывая глаза, он так вовсе лицезрел их как видение.

Всё сошлось. Это был Кальдебарас. И его видение показывало последнюю битву. Но теперь оно ожило. Оно показывало, как на поле битвы приходят разные народы: Атрак, Элунея, урункроки, хахормес, сатллармы, рахчаны, соктуки и даджурги. Все стекаются туда. Потом он видел, как приходит и его гильдия. Что было затем, он знал уже наизусть: много слов, потоки силы, война. И потому, немедля ни мгновения, Лагрез завершает все миссии, которые проводились сейчас его гильдией, и велит всем собраться на тренировочной площадке.

Карлензур-обр-Золину

И вот, однажды, склонившись в покорной молитве перед своей крепостью, он услышал голос, который раздался в его голове, словно раскат грома:

- Шагнар-обр-Золину, великий вождь истинных урункроков. Миг настал. Гургаламан наступит с новым восходом Арраха. Посоветуйся со своим шаманом, подготовь своё сердце и сердца своих воинов. И не страшись. Урункроки сумели доказать свою надёжность и сумели отвоевать своё место в великом предназначении.

Как только голос замолк, Шагнар тут же явился перед Карлензуром и пересказал всё, что услышал от бога войны.

Сатллармы и нимкары

В тот день Сакраарх находится в одном из миров, подвластных башне Гаман, и выступал перед будущими сакр’слуками с утренней речью. В отличие от дневной речи эта не была долгой. Но даже несмотря на это, ему пришлось оборвать её.

Дух владыки встревожился очень сильно, ведь в свет Вен Алик Нора проникла тьма Бэйна. Пустота устремилась к Сакраарху, но остановилась рядом, так что из подпространственного разлома вышел Лорнеис. Тёмный нимкар не дал времени собраться с мыслями, а лишь сказал:

- Час настал. Сакраарх, ты должен явиться в мир Кальдебарас и приготовиться к свершению великого предназначения.

Моран и драконы

Так были утеряны три пирамиды, хранящие в себе силы трёх даргов. И теперь великое предназначение требовало, чтобы Моран отправился на их поиски, ведь преддверие завершения последних дней предназначения неумолимо наступало, и теперь пришла пора подготовить драконов к этому дню.

Моран позвал к себе своего сына, Моран’даида, и тот, покинув Дракалеса, прибыл к нему. Но прежде, чем появляться на местах нахождения своих сыновей, Моран разыскал каждого из даргов, чтобы, во-первых, получить разрешение на правление его драконами и, во-вторых, дополнить пирамиду силой, необходимой для воскрешения мёртвого дракона. А уже после этого они с Моран’даидом принялись взывать к драконам, чтобы те предстали перед даргом света.

Атрак

В очах бога войны вспыхнул рыжий пламень, и, приведя в движение весь тартоб, который сейчас витал над Атраком, он сложил из этого высказывания боевой клич, который тут же прокричал: «Дат ан та Ат!» Основания Атрака даже содрогнулись от той мощи, которую таил в себе истинный боевой клич. И ответ не заставил себя ждать. Тут же весь мир наполнился сущностью другого бога войны – Датарол ответил на зов.

Флаксизо

Кселай нашёл тот самый раздел под названием «Ксар-000», который он подметил во время изучения ММХД. Но обнаружил он там лишь 384 руны.

Он отправился в лабораторию иэтэспилио, ведь именно там располагалась капсула многомерного пространства. Сейчас глава Флаксизо начал синтез тессеракта из комбидного модукса с изначально начертанными на нём рунами. Когда процесс был завершён, Кселай прикоснулся к нему, и тот засиял, завертелся, начал расширяться во все стороны. Учёные испугались, что он разнесёт всю лабораторию, но, к счастью, тессеракт к тому времени стал нематериальным, и просто прошёл сквозь все объекты в лаборатории. Когда он ушёл за пределы города, рядом с Кселаем оказался кто-то… и это был сам Ксариор.

Элунея

С ними заговорил Йор:

- Как же стремительно летит время. Бессмертные уже объявили сбор на Кальдебарасе.

Он немного помолчал, призывая Тарагона. А пока владыка времени шёл сюда, заговорил Йимир:

- Но как же я? Всё это время я отсутствовал на Элунее. И мои друзья не получили должного руководства.

Когда пришёл трогдалод, Йор сказал:

- Не беспокойся. Я тебе даю второй шанс.

Разорад

Наш неусыпный взор продолжал рассматривать то, что происходило в разных мирах. Провокаторы не вмешивались в дела тоугваров и варилотов. Также не приходили они к другим участникам великого предназначения: ни к Шизаши, Тактуку и Хааку, ни к Валиону с Дэмпером. Они только лишь изредка пытались возвращаться в пустующие миры, чтобы вновь постараться погрузить их в пучину межпространства. Но разорад в тот же миг образовывался там и рушил все планы. Рабы либо освобождались от влияния Врага, либо оставались под его влиянием добровольно, погибали, а после перерождались в бессмертных.

Зорага и Соорам в это время находились в одном из некрополисов, а именно в том, где пролегала сущность Безымянного. Йимир извлёк из этого мира эфир для своих целей, а потому сущность Врага поспешила заполнить это пространство. В этом измерении всякая работа с Пустотой прекратилась, и все бессмертные, населявшие этот мир, принялись жечь эту часть сущности Врага зелёным пламенем.

Сквозь многочисленные пространства меня уносит непреодолимая сила. Я никак не могу ей воспротивиться. Совершенно никак. Мои ноги и руки… Да чего уж там говорить? Мой разум больше не подчиняются мне! Я не просто не могу направить свою поступь в нужном направлении – я не могу даже понять, даже осознать, что иду в направлении к погибели. Было ли мне страшно? Увы, нет. Сила Безымянного настолько овладела мною, что я не мог даже этого. Но, интересно, даже сейчас, всё то, что я пережил, невозможно назвать кошмаром.

Мой разум был при мне. Я всё видела, осознавала и понимала. Но вот тело… Оно перестало подчиняться моим указаниям. Это было ужасно. Я не просто не могла воспротивиться этому – я даже была не в силах как-то оповестить об этом окружающих, ведь он забрал у меня и возможность говорить. Я даже, наверное, не могла поменять выражение моего лица.

Но вдруг настал миг, и разум наполнило сияние лазурной мерзости, той самой, которой пользовались наши враги. Я в тот же миг прекратил всякое сражение, остановился и пытался понять, что сейчас происходит. Я ощущал, как мой разум постепенно исчезает. Он стремительно уменьшался в размерах. И не успел опомниться, как уже сделался крошечным подобием себя самого. Я настолько умалился, что больше не мог управлять своим телом. Я пытался сопротивляться. Но что может сделать одна капля против целого океана? А потому мои ноги послушно проследовали туда, в этот самый проход.

Когда настало время, испытание началось. Дух врага разлился по воздуху, словно океан, словно грозовая туча, приносящая тьму. Так и наша надежда угасла, когда могущество Безымянного наползло на нас и проникло внутрь наших тел, разумов и сердец, подчинив своей воле всё наше естество, всю нашу сущность, не оставив нам даже крошечной частицы духа, чтобы у нас была возможность сопротивляться. Как же это было неблагородно. Мы не могли повернуть назад, мы не хотели ослушаться приказа неблагородного божества, мы даже не могли задуматься над тем, куда уходим.

Смог бы я противостоять злой магии безымянного божества, если бы остался послушен Сакраарху и нашёл в себе силы обратиться за помощью к нимкару? Ведь в тот бы миг меня наполняли только лишь светлые чары. И то, что я остался бы светлым, могло бы защитить меня? А, быть может, мне нужно было продолжать изучать разрушительные и тёмные стороны чар, чтобы ещё точнее понять принцип их действия и научиться противостоять этой лазури? Или же всё было напрасно, и ничто не спасло бы меня от его руки?

Каждый почувствовал, что начал как будто бы весить меньше. Что бы это могло значить? Сражение начало менять физические законы этого мира? Гравитация начала ослаблять своё действие? Нет. Наш противник тут же понял, в чём дело. Его взор и взор тысяч его прислужников устремились в другую сторону – вверх, туда, где сейчас находилось космическое пространство. К нашей планете приближались союзники – никхаллы.

Твёрдая земля начала смешиваться с воздухом, и всё это стало превращаться в одну сплошную мешанину, какой-то бульон, в который Безымянный повар набросал всего. Да, теперь Кальдебарас начал напоминать что-то вроде Айзинда. Но только там смешивалось пространство. А здесь мешается всё.

Враг уже начал воздействовать на разумы гехаалов. И хоть пока что первая сотня ментальных воителей не была готова, как планировали Кстарион, Ядро и Гех’анул, было решено пустить в бой тех, кого удалось клонировать. Их число составило 71 гахаал. Покинув базу неуязвимых, они тут же вступили в систему Ксариора и принялись направлять свои ментальные удары на Безымянного.

Все сатллармы терялись в догадках, что сейчас произошло. Двое могущественных существ уничтожили третьего, потом пришли ещё четыре, сотканных из тьмы, и образовали этот прекрасный свет. Этим они стали делиться друг с другом, но никто ничего ответить не мог. И вдруг заговорил свет:

- Я – Вен Алик Нор, воплощение света и святости.

«Они стали выбираться из-под земли по всей планете, а затем даригерироваться в город. Их так много! Если бы Ксариор не сказал, что это союзники, мы бы точно напали и проиграли. Они собираются на анимантодоксе. Скорее всего, великий созывает их к себе, и они сейчас всем скопом переместятся к вам. В общем, ждите, аританды идут к вам.»

Кальдебарас начал наполняться душами истинных сариномов. Никто, конечно, из присутствующих тут не мог лицезреть их или хоть как-нибудь седагировать. Но они там были.

Вот стоит существо, человеческого телосложения: две руки, две ноги, одна голова, два фиолетовых глаза. Казалось бы, он ничем не отличается от его более младших братьев. Однако всё его тело было пронизано всевозможными кибернетическими вставками, из-за которых он мог увеличить количество своих конечностей в два раза. И они были бы явно металлическими.

Спутник Технополиса. Связной отдел. Оператор Солиртекс сообщает всем неуязвимым о том, что кастадул седагировал искажения даритегарата, в результате которых появился мердальный детектераль асилот-1 на расстоянии (с учётом поправок в условиях нового миропорядка) 396 миоров непосредственно от их базы. На детектерале не обнаружены орудия, броня, щиты и другие средства нападения или защиты. С возрастающей на 2,3% в кварту скоростью он направляется к их позиции. Однако в связной отдел явился Егерь, утверждая, что этот человек никто иной, как Нотий Бал, его создатель.

Однако ж самым ожидаемым событием в этой войне было завершение 13 обновления механического легиона. И неуязвимые не подвели нас.

Журнал событий отдела испытаний Полигона Технополиса.

Все запланированные исправления были совершены успешно.

Необязательных улучшений в ходе фангальных испытаний обнаружено не было.

Абсолютное оружие дисфункции готов к применению.

Нужно было что-то мгновенно решать, пока не стало всё совсем плохо. Здесь как раз таки настало время для Славы королей.

«Внимание! Внимание! Кастадулы седагируют аномальное движение! Внимание! Внимание! Системы Кальдебараса перестают отвечать на команды и одна за другой выходят из строя!»

- Куда подевался Бэйн?

- Он ушёл в Пустоту. Отсюда невозможно прознать, что он собирается делать там. Но мы не можем отступить. Мы будем продолжать удерживать прочность темницы Безымянного своими сущностями.

- Тогда нам нужно спросить у разорада, что задумал их господин.

- Но они тоже покинули Кальдебарас.

- Ты хочешь сказать, владыка Пустоты и его бессмертные предали нас?