Зов реликвий

Все по новому и по старому...

Однажды Бог сотворил еще один мир, где поднял из бескрайних вод острова и материки, цепи гор и зажег сердца вулканов. На равнинах посеял траву и ростки первородных деревьев. Под землей, в камне разрыл неведанные полости, полные полезных ископаемых, ещё не знавшие рук кузнеца. Над поверхностью он, вобрав в свои легкие свежесть пустоты, дунул на свой мир. Это событие ознаменовало появление направленных ветров. На этом первый день создания завершился. Сидя в пространстве между мирами и временем, Бог создавал жизнь, которую переселит в новую среду. С момента сотворения прошло тысячи лет. Результатом стали шесть первичных рас: люди, эльфы, дворфы, зверолюды, монстры и демоны. Бог был доволен своей кропотливой работой. Каждой из рас он даровал свои способности и отличительные черты. Разумными были все, кроме монстров. Ими владела жажда убийства и инстинкты, чтобы сохранить свой род и потомство. Бог создал людей по своему подобию, поэтому для них не было границ, что изучать и практиковать, однако все же они были ограничены, дабы не нарушить баланс сил в мире. Эльфам же даровал тонкую чувствительность к мане. Дворфы получили от Бога крепкое телосложение и навыки кузнечного дела и строительства. Он даровал демонам власть над иллюзией, искажение воли других существ и способность питаться энергией страха и боли.

На второй день Бог решил сделать мир подобно сфере, чтобы впоследствии не нашелся какой-нибудь дурак, что поплывет на край света. Ведь попадание таких за пределы существующего пространства повергнет в шок, или того хуже, убьет. Бог поместил все представителей рас в некое пространство, которому дал название «Поля Сирафии». Позже обитатели мира будут слагать легенды об этом месте, говоря о нем, как о божественной колыбели тех, кто прожил праведную, честную и доблестную жизнь. Творец продолжил создавать условия для развития планеты. Смотря на другой мир, который по меркам его сознания и воли уже во всю старался перейти в индустриальную эпоху, с уклоном использования в качестве источника энергии магические кристаллы, он всерьез задумался над метрической системой и структуризацией сил. Бог выпустил в мир первых монстров и зверей, что расселились по плодородным почвам, и лесам. Так он оставил планету на пол века, желая узнать, каков будет виток развития. Так и закончился второй день создания нового мира, а сам Творец, завершив работу, улегся на кровать, чтобы вновь смотреть на белый безликий потолок, который напоминал ему об одиночестве.

Третий день начался с прибытия на поля Сирафии и знакомством с представителями рас. Чтобы не раскрыть истинного лица, Бог перевоплотился в могучую рептилию неизведанного оттенка, градиентно переливающуюся, которая вселила страх в обитателей. Он спустился с золотистых небес, освещавшие мирные поля, взмахивая крыльями. Перед ним явились представители рас, склонив голову перед величием Создателя. Бог осмотрел внешние черты каждого из них и промолвил: «Мои дети, вы являетесь первопроходцами, которым уготована великая честь начать свой путь в новом мире!»

— Да, ваше превосходительство! — ответили представители хором.

Бог остановился на мгновение, вновь осмотрев всех и продолжил: «Однако, тот мир полон опасностей и возможностей. Поэтому мною было принято решение передать вам один из моих даров. Вы должны бережно охранять и оберегать реликвии от чужих рук!»

— Ваша милость не знает границ! — ответил человек, эльф и дворф, преклоняя колено перед великодушным божественным существом.

Лишь зверолюд и демоны промолчали. Бог заметил, но это его не разгневало, а лишь заинтересовало. Человек подошел к последним двум представителям и громко спросил: «Почему вы не благодарите того, кто создал для нас такое место, дал жизнь и смысл существования?»

— Я признаю лишь сильного, а ты ничтожен. Создатель я вызываю вас на бой! — показал своим пальцем на большую рептилию зверолюд.

— Мне же просто дела нет до охраны какой-то безделушки… — с пренебрежением ответил демон.

Бог наблюдал за этим конфликтом. Ему было интересно, как зарождались противоречия и дуализм добра и зла. Он лишь громко посмеялся, привлекая внимание. Создатель посмотрел на зверолюда и ответил: «Если ты желаешь схлестнуться силами, тогда я принимаю твое предложение. Представитель дворфов, можешь ли ты предоставить нам снаряжение, которое я у тебя заказал?»

— Ваше превосходительство, я надеюсь, что ваша задумка приобрела идеальное воплощение с помощью моих возможностей! — ответил низкорослый мужчина, почесывая затылок.

Бог трансформировался из могущественной рептилии в человека, состоящего из густой тьмы. Дворф попросил человека помочь с переносом снаряжения. Они спустя минут 5 принесли медное снаряжение. Бог взял в руки меч и направил лезвие в сторону зверя: «Выбирай, что твоей душе угодно! Ограничений на эту дуэль нет! Человек выступит судьей».

Зверолюд лишь оскалился и схватил в лапищу большой боевой молот.

Человек, назначенный судьёй, отступил на безопасное расстояние и произнёс: «По воле Создателя да начнётся схватка. Победа определит истину!»

В следующий миг пространство содрогнулось. Ветер загудел, как трубы врат иных миров. В глазах зверолюда пылала ярость, смешанная с первобытным азартом, ведь он бросил вызов самому Богу. Он ринулся вперёд, с ревом, подобным грохоту обрушивающихся гор.

Бог не двинулся. Он стоял, как воплощённый закон мироздания, не поддающийся времени и сомнению. Когда молот зверолюда опустился с неистовой силой, чтобы расколоть землю, фигура Бога рассыпалась на теневые фрагменты, исчезнув с места удара. И в ту же секунду меч вонзился в бок противника, как будто вышел из самой пустоты.

— Первая ошибка, — прошептал Бог. — Ты ударяешь в ярости. Я же есть порядок.

Зверолюд отшатнулся, из его бока хлынула тёмная кровь, он зарычал и начал вращать молот, создавая смертоносную вихревую защиту. Но Бог, облачённый в тень, исчез вновь. Его шаги были неслышны, движения за гранью восприятия. Он возник за спиной зверолюда и нанёс три молниеносных удара: в затылок, в спину, в пятку.

— Вторая ошибка. Ты слишком медленен. Я воплощение вечности, сжимающая момент в точку.

Казалось, воздух стал гуще, земля прогнулась под весом чьего-то неотвратимого присутствия. Зверолюд, пошатываясь, упал на одно колено, но с отчаянным ревом снова поднялся, поднимая молот двумя руками. Его глаза пылали гордостью.

— Даже умирая, ты хочешь противиться? — спросил Бог спокойно. — Третья ошибка. Сопротивление Божественной воле есть проступок. И его ценой является страдание.

И тогда Творец поднял меч к небу, и клинок наполнился светом столь ярким, что даже судья отвёл взгляд. Этот свет был не сиянием добра, но воплощением Божественного превосходства: без эмоций, чистого, как сама структура вселенной. Он опустил клинок.

Зверолюд тяжело дышал, стоя на коленях. Его тело было изранено, но ещё дышало. Бог же стоял над ним, меч опущен, тень его фигуры простиралась на целое поле. Молчание давило, как свод небес.

— Почему… ты не добиваешь? — прохрипел зверолюд, едва поднимая голову. — Разве не в этом твоя победа?

Бог смотрел на него с безграничным спокойствием.

— Победа? Я не сражаюсь ради побед. Я сама причина, по которой победа возможна, — Его голос разнёсся эхом по земле

Он сделал шаг вперёд. Земля под его ногами покрылась сетью светящихся линий, словно сама ткань мира откликалась на присутствие своего первоисточника.

— Ты ошибся, считая меня противником. Я не враг. Я есть ЗАКОН. — Но… я хотел свободы… — выдохнул зверолюд, кровь струилась из его рта.

— Свобода, нарушающая гармонию, не есть свобода. Она станет безумием. И вот ты стоишь передо Мной, и ты жив. Это есть мое милосердие.

Зверолюд поднял взгляд. В нём уже не было ярости. Только осознание. Осознание масштаба того, кому он бросил вызов.

Бог обернулся к судье и дворфу: «Да будет это уроком для всех, кто помыслит встать выше структуры. Мир подчиняется волнам, формуле, пульсу. И Я есть это все.

Он вновь взглянул на зверолюда: «Ты не умрёшь. Ты понесёшь это знание в себе. Живи с мыслью: попытка превзойти Бога — не смерть, а бесконечное осознание ничтожности и стремление к приближении к моим силам».

С этими словами Бог коснулся его лба пальцем, и в глазах зверолюда зажглось внутреннее пламя. Его раны затянулись, но осталась боль: душевная, словно груз истины, придавивший сердце.

Создатель, оставаясь в человеческой форме огласил: «Дети мои, сегодня вы хорошо показали мне, на что способны, пора вам дать имена, которые войдут в историю! Вы продемонстрировали возможность разумно мыслить и желать свободу!»

Он подал свою руку зверолюду, чтобы тот мог подняться. Последний принял помощь и встал рядом с остальными. Бог сказал следующее: «Настанет время, когда не смогу быть рядом, но знайте, что никто не скроется от моего взора! Вы можете менять любить и боготворить, или ненавидеть и бранить, однако в час мольбы вы услышите мой голос!»

— Да, ваше превосходительство! — ответили все.

— Первый на очереди человек, твое имя будет Эйран, тот кто дышит мыслью, — огласил Создатель, приложив длань над головою человека. — Вторым эльф. Теперь ты Сиэль, дитя Звезд…

После ритуала все получили нечто уникальное от божественной сущности. Каждое имя имело уникальное значение. Представители посмотрели на него с благодарностью. Варгон же, передал Богу свой медный молот, как признак того, что зверолюд признает его самым сильным существом в мире. Мордан с насмешкой посмотрел на бредовую идею зверолюда. Создатель лишь глянул на демона, который во всю начал хохотать. Эльфу такое не понравилось, он собрал всю волю в кулак и хотел было уже ударить. Однако перед Сиэлем встал Эйран, который остудил пыл своего товарища.

Создатель обронил фразу и растворился: «Только не перебейте тут друг друга и ждите, когда к каждому из вас я приду, чтобы передать реликвию!»

Так и закончился третий день создания нового мира, после которого Бог познал, какие будущие конфликты могут образоваться. Вернувшись в корневое измерение, он сел в кресло и задумался над созданием сверхъестественных сил. В его голове была идея, которая поражала его сознание. Создатель рассматривал новую концепцию взгляда на магию, которая опиралась не на источник сжигаемого топлива, названную в книжках, а на довольно непростом вычислении. При этом реализация осталась бы той же, просто немного изменились бы возможные техники применения и последствие использования сверхъестественных сил. Мысль была близка, но ему захотелось принять пищу и лечь в свою колыбель, что смотреть на мириады далеких звезд из окна.

Четвертый день начался не с самого лучше: реализации сверхъестественных сил. Создатель не желал идти по уже известным концепциям, поэтому он зашел в мастерскую и начал кумекать. Присев за массивный стол из бука, он пошарился по шкафчикам и нашел книжку, описывающая мистические изображения, которые объясняли воздействие волн на различные объекты. Бог создал шесть первичных элементов из первородного: огонь, воду, землю, воздух, свет и тьму. Для удержания их от рассеивания или смешения, он заключил субстанции в полые кубы с функцией зацикленного времени. Дальше Бог достал чистую книгу и карандаш с ластиком, что начать проводить первые эксперименты.

Создатель перестал уповать в чудеса. Всё, что именовалось новой концепцией магии, в его глазах подчинялось не духам и не богам, а формулам. Он вычерчивал первые круги на бумаге, что не являлись в привычным понимании пентаграммами, а волновыми графиками. Грубые линии означали не заклинания, а частоты. Так родилась новая мысль: магия — это колебание, а вся материя лишь отклик на эти волны.

Каждый из шести элементов не был стихией в старом понимании, но представлял собой определённый диапазон частот. Огонь колебался стремительно, яростно, напоминая пульсацию сверхновой. Вода была мягкой, с ритмом приливов. Воздух вибрировал высоко, подрагивая, как музыка флейты. Земля была низкой, устойчивой, гулкой, словно подземные токи планеты. Свет столь чистый и прямолинейный, резонировал на высоких уровнях порядка. Тьма же являлась фрактальная, разбросанная, как шум космоса, охватывала всё и ничего одновременно.

Он заметил: элементы не уничтожают друг друга, они влияют через интерференцию, накладываясь, создают новые формы. Пар, рождающийся при столкновении частот огня и воды, был не просто физическим явлением, а волной с новой, модулированной природой. Значит, все заклинания — это композиции волн, выстроенные по законам симфонии, а не хаоса.

Созидание же, седьмой элемент, не имело частоты. Оно было той пустотой, в которой вибрации впервые обретают форму, базовым уровнем бытия, волной вне диапазона. Только Творец мог управлять этим. Только он способен называть частоты по имени.

Создание всех элементов было завершено, начался второй этап исследований. Спустя некоторое время Бог завершил эксперименты и подумал об реализации системы, которая могла бы при определенных условиях даровать носителю возможность пользоваться магией или аурой, а также повышать мастерство, открывая новые атрибуты или эффекты.

Так и завершился четвертый день создания нового мира, однако Бог решил взглянуть на метаморфозы планеты. Он переместил всех представителей рас в мир, расселяя по разным уголкам. Первые люди появились в равнинах, окруженными горами. Эльфы же проснулись в широколиственных лесах на северо-востоке континента.

Пятый день начался в тишине. В корневом измерении Творец сидел в кресле из черного обсидиана и наблюдал за миром сквозь проекцию из тысяч переплетающихся волн. Каждая точка Ферии пульсировала, как сердце новорожденного. Он провёл рукой над столом, и перед ним возникли шесть полых кубов, внутри которых бушевали элементы.

— Время дать им свободу, — подумал он.

Сначала он вложил в первый куб ярость и жар. Из пламени вырвалась сущность, обретая форму гиганта в горящем кузнечном фартуке с молотом из звёзд. Так появился Великий Кузнец, страж огня и силы созидания.

Второй куб заполнился тихим ритмом приливов. Из серебристых волн вынырнули две фигуры, переплетённые, как отражение друг друга. Это были Сёстры Равновесия, хранительницы потоков и циклов жизни.

Третий куб дрожал гулко и низко. Из кристаллизованного ядра вышел колосс с телом, словно из горных пород и мха. Он стал Големом, Держащим Твердь, символом стойкости.

Четвёртый куб наполнился вихрями, и из них появился юноша с крыльями из чистого воздуха. Лёгкий и свободный, он стал Свободным Юнцом, чьё дыхание меняло ветра.

Пятый куб вспыхнул ослепительно. Из света возник страж в сверкающих доспехах — Часовой, наблюдающий за гармонией и порядком.

Шестой куб затрепетал холодом пустоты. Из тьмы выросла фигура в оковах, из глаз которой капали слёзы крови. Это был Потерянный Мученик, носитель тайных знаний и боли.

Творец начертал для них кодекс шести: как вмешиваться в судьбы рас, как удерживать элементы от смешения, и что делать, если Ферия погрузится в хаос. Каждый страж получил собственную сферу и обязанности.

— Вы — не боги, вы — хранители баланса, — проговорил он, глядя на них.

Закончив распределение ролей, Творец устало откинулся в кресле. На экране перед ним разворачивались сцены: зверолюды впервые поднимали оружие, эльфы возводили свои храмы, люди вспахивали поля. Демоны же, в глубинах мира, шептались о свободе.

Он наблюдал. Пятый день Ферии прошёл в размышлениях и молчании. Мир начал жить своей жизнью, и Творец понял, что он лишь смотритель…