Золотой век: Рыцарь Роз

Пролог. Memento Mori

Конец пути, позади - пекло. Сколько кругов, километров пути, мёртвых тел и времени осталось там? Уже неизвестно. Секунды смешались воедино с веками, орды врагов и невозможная архитектура уже в прошлом навечно.

Каждый должен пройти это. Как минимум, так нам всем говорят, пытаясь успокоить. Никто оттуда не возвращался, и ещё меньше людей такие слова успокаивали. Каждые проводы сопровождались плачем и попытками спрятать тех, кто туда шёл. Тщетно, однако, слишком уж нас много, да и нарушить естественный порядок вещей труднее, чем кажется. Невозможно, если быть точным.

Почти все надеялись на помощь здесь - письма, оружие, да хотя бы компания на время холодных вечеров под открытым небом или блуждания по тёмным коридорам. Не сказать, что мы шли одни - то тут, то там каждый видел проходы на чужие пути. У одних - порталы, у других - странные устройства из невиданных эпох, кто-то даже говорил, что блуждал в тумане, видя чужие судьбы, не в силах помочь. С большинством из них мы так и не увиделись - почти ни у кого не получалось пробиться вживую. Мой способ связи - зеркала. Даже не видел чужого лица, сколько был здесь. Забыл бы, как выглядят люди, но похожих на них кровожадных ублюдков здесь полно.

Названий у этого места много: Башня, Испытание, Лабиринт... Мне понравилось "Путь восхождения" - красиво звучит, да и вовне когда-то им часто пользовались. Неплохо было бы с ними увидеться, тем более сейчас.

Дверь за мной закрылась, и вывела из раздумий перед финалом пути. "Закрытая дверь" здесь буквально срасталась со стеной, так, словно ничего и не было. Порой из-за этого, постоянного передвижения комнат и мистических чудес, Путь казался кошмарным сном - таким же не логичным и жестоким.

Впрочем, комната выглядела вполне знакомо: длинный зал особняка с пустым обеденным столом для десятков человек, огромные окна, обращённые к ночному небу, и серебристые люстры под потолком, свечи на которых играли необычным белым огоньком. Очередное напоминание, что я не у себя дома, а в жутком месте, единственная цель которого - убить всё живое.

Мои руки вжались в меч, что на всём протяжении пути ощущался чужим; таким же в какой-то момент начал казаться и доспех без защиты в сочленениях: защита в жертву мобильности. Последние деньги ушли на то, в чём меня и похоронят. Гибкая стальная лоза потянулась от рукоятки к моим рукам, оплетая их, обхватывая в капкан из ледяных стальных шипов, который захлопнется, стоит лишь клинку быть применённым в бою. Это место губительно повлияло на когда-то обычный полуторный меч с тонким чёрным лезвием. Вместе с этим и страх стал наступать на мой разум, столь же болезненная ловушка, если не хуже.

Последняя дверь из странных кристаллов зияла в дальнем конце комнаты, приглашая посмотреть, что за ней. Она излучала странный свет, казалось, освещавший комнату лучше прочих свеч. Привал окончен, пора встретиться с тем, с чем до меня встречались все, ушедшие сюда.

Последняя комната была... Далеко не тем, что можно ожидать даже от такого места. Огромный тронный зал из чистейшего хрусталя, настолько невероятный, что его потолок был сокрыт безграничной темнотой. Трон из цельного алмаза, выполненный для существа, намного превосходящего всё, что может даже представить человек. Всё отражало свет, исходивший от трона; или, скорее, от того, что на нём сидело.

Это нечто было чистейшим в своей святости - идеальным существом из света, а не грязной плоти. Оно переливалось, переходило из формы в форму: легендарные существа и герои из далёкого прошлого и нечто неописуемое из недостижимого будущего - попытки понять это, зацепиться вниманием хоть за что-то, только раздражали и сводили с ума. Единственное постоянное в этом божественном существе - шесть крыльев, парящие за ним, и нимб, всё доведено до титанических размеров, затмевающих самые большие крепости.

Здесь секунды ощущались, словно проходящие мимо эпохи. Я не понимал, сколько времени прошло, до того как существо хотя бы заметило меня. Оно уменьшилось до размеров человека и снизошло со своего трона. Золотистые молнии начали появляться под потолком, от звука грома закладывало уши; молот из чистого света появился в руках шестикрылого существа. В его движениях не было ни гнева, ни надменности: лишь жалость, которую могло испытывать только существо такой святой чистоты.

Мой меч не мог сравниться с божественной мощью; опыт битв был несравним с мистической силой, выходящей за грани разумного. Молнии били по полу, свет преломлялся хрусталём комнаты, каждый удар молота раздавался эхом внутри стен - гигантское сердце пришло в движение. С каждым моим ударом сияющая плоть перетекала в новую форму, лоза на моих руках сжималась, из-под шипов начали проливаться струйки тёплой крови. Я не мог причинить ему вреда: мои атаки ранили лишь меня самого. Я не мог продолжать бой: каждый его удар достигал своей цели.

Я на коленях, сила моего противника оказалась слишком велика. Кровь стекает беспрерывной струёй с пальцев на хрустальный пол, а существо чистейшего света лишь стоит надо мной. Вновь проносятся целые столетия, пока оно снизошло до первых слов, обращённых ко мне; голос его был подобен тысячам труб и ударам молний.

- Многие были здесь до тебя; лишь один был похож. Ты не впечатлил меня в бою, низший из нижайших, но твоя уверенность меня убедила. Ты не боялся моего присутствия, не боялся своей смерти; лишь того, что ты растворишься без следа, не оставив ничего. Я дарую тебе один вопрос. Обдумай его, ведь после этого мы решим, какова твоя судьба - В чём... Смысл? Пути восхождения, то есть,- выдавил я из себя, пытаясь унять дрожь в окровавленных руках.

- Баланс жизни нарушен. Души путешествовали между мирами свободно, будучи заточёнными в смертных телах, но вы решили вмешаться в этот процесс. Многие миры, многие решения, один результат - смерть всего сущего. Именно потому и существует Путь Покаяния - чтобы вы могли переродиться, не засорять свой мир. - Миров? Получается, наш - не единственный? - пытался я пробубнить, до сих пор не в силах уложить всё это в голове. - И что тогда будет со мной? Я забуду всё? - Тише, нижайший смертный. Все эти ответы ты должен будешь найти сам. А пока у меня есть для тебя предложение Ты станешь спасителем мира, который, даже с Покаянием, застрял в ложной надежде на бессмертие. Мы встретимся вновь, когда ты найдёшь того, кто ответственен за это и убьёшь его. Принеси правосудие от моего имени, Избавитель. Или, если уж ты так пожелаешь - Адам.

В последний раз я оглянул тронный зал и существо из чистого света. Сияние охватило меня, и я оказался в месте, куда более тёмном - не только по сравнению с тронным залом, но даже с самыми извращёнными кошмарами, на которые способен разум человека.

Глава 1. Крепость Разлом (Гнев).

О прожигающей грудь ненависти, толкающей в пропасть

Вязкая темнота встретила меня в новом мире. Словно чернила, липнущие к пальцам, она скрывала в себе всё, к чему прикасалась; лишь тусклый свет луны в ночном небе давал видеть дальше вытянутой руки. Никаких звёзд или признаков жизни, чтобы освещать путь: лишь безбрежная пустошь мёртвой, серой почвы, потрескавшейся, как неумело сделанная фарфоровая утварь.

Казалось, здесь можно бродить вечно без намёка на очевидную тропу, но вдалеке начал мерцать огонёк. Всё сильнее и сильнее, ярко-оранжевое пламя танцевало над землёй где-то в километре, освещая под собой древние кирпичные стены, напоминавшие башню форта.

За неимением вариантов, пришлось пойти туда. Пыль налипала к металлу доспехов, по странному отягощая их, правая кисть сама по себе легла на рукоятку меча. Что бы здесь ни происходило, это явно было ненормально, тем более когда с этим тебя посылает богоподобное существо чистого света, говорящее о балансе жизни.

При приближении огонь становился всё меньше и меньше, пока не исчез совсем. Как оказалось, он светился не просто на башне, а на крепостных воротах, выполненных из кирпичей странноватого чёрного камня. Увядающая лоза и сухие листья давно живших в стенах растений придавали всему какой-то по-особому траурный антураж, будто нечто куда более зловещее и трагическое случилось здесь.

По лёгкому прикосновению руки деревянные ворота с недовольным скрипом открылись сами, едва не вывалившись внутрь. Как оказалось, стены не совсем защищали людей от внешнего врага, а скорее от природы, ведь за каменной кладкой оказалось… Нечто совсем иное для этого мира.

Пожалуй, проще это будет описать как разлом - да, рану в земле, расщелину невероятных размеров. Возможно, даже все башни дворцов, что я видел, сложенные вместе, не покрыли бы это место ни в длину, ни в ширину. Снизу, словно из нор диких зверьков, лился свет и даже проглядывались очертания человеческого города. Снизу, однако, виднелось лишь одно: металлический шпиль узкой башни, высившейся над тьмой, словно маяк в море далеко за полночь. И всё равно, это место было столь же мёртвым, сколь и внешний мир: на окаменевшей почве не росло ни травинки.

Меня скорее пробудило, выдернуло из транса, чем отвлекло. Это был пронзительный крик, непонятно чей, откуда-то со стены. Я пытался было найти лестницу, или хотя бы место, где можно было бы взобраться наверх - всё тщетно. Впрочем, это и не понадобилось: рядом с обломками каменных ступеней развернулась целая сцена, сразу давшая понять, к чему здесь стоит готовиться.

Нежить, ещё вчера, а может и пару столетий назад, в моём привычном мире бывшая лишь выдумкой из легенд и сказок, стояла прямо здесь в количестве где-то дюжины. Отвратительные массы гниющей плоти свисали с побелённых костей, от тошнотворного запаха в воздухе разъедало лицо. Ожившие трупы не были простыми людьми: это явно воины, или, точнее сказать, то что от них осталось. Закованные в кольчугу, они неуклюже дёргались, наполняя воздух звоном железных колец. Обычного человека это всё напугало бы до психоза и паники, но на Пути восхождения было столько нечисти, что пугаться от такого мне пришлось разучиться. Довольно… Болезненным путём.

Не ожившие трупы кричали, не они же собирались стоять здесь просто так. Напротив, мертвецы, вставши в круг, забивали своим оружием кого-то живого. Кто чем попадётся: мечом, копьём, молотом, даже плечом арбалета. Это нельзя было оставить просто так.

Мой свист пронзил вечную тьму; лишь возле стен, но казалось, что содрогнулся весь мир. Нежить обратила внимание. Бойцы из полусгнившей плоти оказались не столь ужасные, как казалось: стоило оторвать голову одному и взять его оружие, как другие пошли заметно быстрее. Упёртые проклятые тела пытались встать даже после ран, которые убили бы человека, но даже они не выдерживали и падали навечно в какой-то момент. Проверять, встанут ли они, и тыкать мечом не было никакого желания - в том числе из-за самого меча, но больше от усталости - холодный пот стекал по лицу, виски начинали гудеть, а душа требовала покоя, никак не очередной битвы.

Всё же, кричавшему бедолаге помочь мне не удалось: он превратился в малоприятное месиво из костей, мяса и металла брони. Кажется, здесь над мёртвыми даже вороны не летают, компанию трупу составляли только его треугольный щит да странное короткое копьё с изогнутым наконечником. Не сломанным, скорее оно изначально было таким. Жестокие же здесь нравы, впрочем, как и сам край.

Как и в прошлый раз, из раздумий вывел крик. Я не совсем уловил мысль, но казалось, он нужен был чтобы просто привлечь внимание. Звук донёсся со стены; ошибки быть не может - кто бы там ни стоял, огонь зажгли они.

Повернув голову, я увидел то, что по сей день изумляет меня: девушку в броне, за которую многие благородные дома отдали бы всё, что у них есть. Каждая пластина металла на ногах и руках покрыта позолотой, кираса украшена серебряным изображением льва, и всё это великолепие ни разу не стесняет движения. В руках она сжимала шлем с гребнем из чёрных волос, по всей видимости, лошадиных, и довольно увесистый взведённый арбалет.

Чтобы разглядеть лицо, пришлось серьёзно прищуриться: всё же стена была выше даже трёх здоровых воинов. Лицо оказалось более скучным: до ужаса правильные черты, короткие русые волосы, а кожа, ровная и бледная, походила на растянутый холст, которого ещё не коснулась кисть художника.

Похоже, она ждала ответа после первого своего обращения ко мне, и крикнула ещё раз:

- Уже разобрался с плотью?

- Этим? - я небрежно махнул в сторону лежавших на земле оживших трупов. - Да, похоже на то. Может, спустишься уже?

- Только подумала об этом!

В её голосе читалась неестественная для такого места радость, словно она не видела кучу мяса, в которую превратился человек внизу. Легко перепрыгивая по тому, что осталось от лестницы к стене, уже через секунду она оказалась возле меня. При ближайшем рассмотрении сказал бы, что девчонке хорошо если чуть меньше двадцати, а доспех, который я так нахваливал, оказался смят и потёрт сразу в нескольких местах.

- А ты действительно не отсюда, раз так уверен.

- Из нас двоих до тошноты весёлая только ты. Позаботишься о том, чтобы объяснить всё?

- А, да, прошу извинить мои манеры, - усмехнулась она. - Эвелин Хиланд, можно просто Эвелин. Мы ждали вас здесь, благородный герой. Позвольте сопроводить в...

Тяжело вздохнув, я оборвал эту девчонку на полуслове. Это ощущалось несколько невежливо, но ведь и мы далеки от дорогих поместий.

- Стоять. А теперь медленно, какой ещё герой, как вы обо мне узнали, и что у вас тут за традиция - посылать нежить на встречу?

- Мы всегда думали, что рыцарь, несущий Розу, будет знать о своей судьбе. Вы ведь появились здесь с падением звезды, не так ли?

- Ну допустим. Всё, что я помню - это бесконечное поле без единого признака жизни и огонёк. Это из того, что приходит в голову.

- Так значит, вам ничего не известно?.. Ну, у нас есть нечто вроде поверья, легенды даже, что рано или поздно извне придёт герой, несущий Розу - оружие невероятной силы. Он и положит конец вечной тьме, дав всей Плоти, проклятой и нет, переродиться. Что ж, позвольте сопроводить героя в нелёгком путешествии, - Эвелин ухмыльнулась и протянула мне руку. Впрочем. сейчас не до таких фамильярностей.

- А ничего подробнее нет? Например, кто вызвал всё, что здесь происходит, или как вернуть всё обратно?

- Эта легенда передаётся целыми поколениями выживших, чистой Плоти, многое утрачено, ещё больше - никогда даже не было написано. Чудо, что вы вообще явились сюда - мы каждый день зажигали сигнальный огонь, но уже теряли надежду.

- Мы - это, я полагаю… - Признаюсь, я замялся, пытаясь не упомянать мёртвого, лежащего рядом, и просто ткнул его сторону пальцем.

- А, он? Нет, не беспокойтесь. Я не знаю его, и, скорее всего, никогда бы не узнала. Жаль, конечно, но бедняга восстанет в виде проклятой плоти, и жить ему теперь, пока ваша судьба не будет исполнена.

- Стоп… Жить?! Этому? От него ничего “живого” не осталось!

- Часто это не мешает людям восставать. Никто здесь не умирает, в конце концов, - грустно пожала плечами Эвелин. Сразу же вспомнились слова существа с Пути о том, что цикл жизни здесь нарушен, и только поэтому меня посылают сюда.

- Это отвратительно. Предлагаю не терять не секунды. Будь добра, проводи меня в самый низ этого места. Полагаю, мне нужно именно туда.

- С удовольствием, милорд.

Что бы ни встало на пути, боги, бессмертные или нечисть, я вернусь домой. Я докажу всем, что не зря ношу свои доспехи, и выберусь к своим родным, даже если к этому моменту они уже мертвы.

Глава 2.1. Рисволь (Любопытство)

О желании окунуться в неизведанное и множественных путях

Глава 1. Призрачный свет надежды

Городок - Рисволь, кстати, как пояснила Эвелин, - оказался довольно мрачный. Живой, но вся жизнь в нём словно застыла. В домах были зажжены огни, но часто там никого не было, или обитатели мало чем отличались от гнилых полумёртвых тел, которых я встретил по пути. Ничего особо не выделялось, кроме зданий - они тянулись от пола до потолка пещер, словно колонны. Вся жизнь здесь происходит лишь в щелях стенок Разлома, а дальше никто и не заходит.

На самом деле даже это выудить из речей девчонки оказалось довольно проблематично - то и дело её внимание перескакивало с жителей на историю, а с истории - на здания. Что здесь толком произошло, как оказалось, никто не знает: одни забыли, другие родились уже позже, а третьи просто не были рядом.

На удивление, целый город нежити - самое нормальное, что мне доводилось видеть за последнее время, то есть со входа на Путь восхождения. За исключением специфического запаха и немного слишком высоких домов - люди здесь ничем не отличались от привычного. Или, как минимум, того “привычного”, которое для меня когда-то существовало…

Мы с Эви (так я договорился называть её), моим внезапно появившимся компаньоном, решили разминуться. Она и город знала лучше, и деньги были при ней. Мне в этом лабиринте оставалось лишь найти “городской паб”, место отдыха тела и души, и ждать её там. Что конкретно девчонка собиралась купить - непонятно, но наверняка она поняла, что в путь нужны еда, вода и хоть какие-то медикаменты. Кстати, о насущном…

Раньше, на Пути, всё складывалось как-то само собой. Голод никогда не наступал, и даже пить никогда не хотелось. Раны, даже причинённые лозой с рукояти меча, излечивались сами. Никаких забот, только вечная резня, только продолжение похода. И всё же, здесь начали подступать жажда (что странно - без голода), а былые раны хоть и не открылись, но напоминали о себе болезненным жжением.

В таких мыслях и прошло личное знакомство с городом. Может даже и городом это называть стыдно - домов, пусть и огромных в высоту, здесь не так много. Настолько немного, что всё обходится хорошо если за пол часа, но может это я уже потерял счёт времени. Но это вширь, в высоту же Рисволь воистину поражал разум масштабами. Что удивительно, на улицах не было ни одного животного, даже голодная исхудалая лошадка нигде не проезжала. Впрочем, с такой землёй это стоило просто принять как данность.

Через паутину дорог, лестниц, мостиков и башен, мне удалось-таки выйти на нечто, отдалённо напоминающее паб. “Жемчужина Рисволя” - над названием, похоже, недолго думали. Впрочем, больше заведений я так и не заметил, кроме довольно-таки крупного собора в дальнем углу города, так что выбора особо не осталось.

Заведение на первом этаже дома-башни было нельзя назвать пабом или баром - как минимум, из того что я помнил. Отель - да, таверна - да, паб - нет. Конечно, здесь подавали спиртное, но и шуму было как-то слишком мало, и, похоже, на втором этаже можно было снять комнату. Впрочем, это неплохо создавало уют, совместно с мерным потрескиванием камина и тихим стуком маятника часов у стены. Похоже, только так здесь время и можно определить.

Вид трупов и более чем живых лиц за столами до сих пор бросал в дрожь. Нежить привычно убивать, а не видеть в качестве своего друга. Даже за стойкой стоял не человек, а нечто. Едва ли похожее на человека нечто. Нечто, которое, кажется, было похоже на древний миф. Словно старик, проживающий не один, не два, а десяток веков подряд без своей вечной юности. Существо за барной стойкой было морщинистым, буквально высохшим, слабым и сгорбившимся подобием старика. Всё его лицо было закрыто длинной седой бородой, которой до состояния ухоженной было как от земли до неба. На какое-то мгновение его стало невероятно жалко, но жажда опять дала о себе вспомнить, прорезаясь сквозь глотку.

- Извините? Не найдётся водички для человека без гроша в кармане?

И так несколько раз. Без толку, видимо. Оно и понятно - у мужчины едва ли сохранился слух. Точнее, скорее всего, он услышал что-то, но его шипение оказалось невозможно разобрать. К чести старика, он старался; в таком возрасте даже это уже достижение. Осталась только одна идея - приложить руку к горлу в надежде, что он поймёт. И сработало ведь. Старичок оказался относительно резвый, и на своих спичечных ножках принёс с полки бутылку вина. Мне, правда, налили всего пару грамм в рюмку, но спорить уже не было никакого желания. Впервые за чёрт его знает сколько дней, а то и месяцев или вовсе лет, довелось поднять забрало и смочить горло. Лучший напиток в моей жизни, с радостью повторил бы ещё.

Вслед за рюмкой на стойку тихо рухнула рука старика, ладонью ко мне. Деньги ведь просит, не иначе, а всё ценное при мне - это Роза, мой меч, но вряд ли кого-то интересует проклятая железка, хоть и легендарная для местных. Похоже, моё замешательство было особо заметно. Под бородой у старика показалась слабая улыбка, и он мирно отошёл, прошептав что-то, столь же неразборчивое, как и в прошлый раз. Пожалуй там, где смерти нет, и время не ценится. Тогда зачем нужны деньги, если цены нет ни в чём?..

На безумные всё-таки мысли наталкивает мир, в котором жизнь вечна. Сидя за столиком у окна, я замечал, как по улицам проходили самые разные люди: мёртвые, если так можно так выразиться, граждане; живые, но уже даже не старые, а древние люди; то тут, то там даже мелькали солдаты в доспехах, похожих на те, что носила Эви. Некоторые, в особо новых и отполированных доспехах, носили на наплечниках гравировку цифры 4.

Проходил час, второй, и только на третий девчонка явилась. К её чести, с увесистой сумкой и целым отрядом из четырёх солдат - времени зря не тратила. Время уже перевалило за полночь и паб опустел, так что, хвала всем богам, никто не напугался внезапному прибытию солдат.

- Как дела, милорд? Не скучали здесь с Харольдом?

- Привет, Эви. Нет, пока ты не пришла - вообще идеально было. Харольд - это, я так понимаю…

- За стойкой, да. Не переживайте, он не слышит.

- Не думаю, что стоит эту тему продолжать. Ладно, давай о насущном. Что это за отряд за тобой? Не по мою душу хоть?

- Нет, что вы, милорд, ни при каких условиях. Вас вообще нынче трогать нельзя, завтра ведь праздник…

Мысли начали протекать в моей голове всё быстрее с каждой секундой. Я здесь что-то вроде героя из мифов, но никто не знает о моём происхождении, кроме девчонки. Как минимум, так было. Может кто и догадался, новое лицо в бессмертном городе всё-таки, но это уже не важно. Она всё разболтала, и теперь придётся это разгребать. Пока ещё что-то не вскрылось, стоит перевести тему, да как можно быстрее.

- Так, ладно, с этим всё поняли, праздник так праздник, потом расскажешь. - Я взглянул на солдат, они на меня. Спокойные, молодые люди, хотя, пожалуй, здесь “молодым” можно посчитать существо, отживающее свой третий век. - Ну, что бойцов привела - молодец, а зачем запасов на очередной военный поход?

- А тут немного совсем, только самое необходимое. Пара пузырьков с лекарствами, вода, ну и по мелочи, чтобы в пути не заскучать. Клянусь, чистые необходимости.

- С этими твоими мелочами мы потом разберёмся, а пока будь добра, одолжи нам комнату ненадолго.

- Милорд, я всё понимаю, но не стоит ли снять сразу две…

- Нет, мне и надо-то на пару минут.

- Хорошо, вы же герой в конце концов, полагаю. Делаете как знаете.

Стоило только кивнуть в нужную сторону - как Эви уже туда скользнула через всё помещение. Шустрая девчонка, ничего не скажешь. Как раз хорошо, что она заправляла нашими запасами. Она помахала руками перед Харольдом, сказав ему, видимо, что-то на языке жестов, и вернулась уже с потёртым ключом.

- Пойдёмте, милорд?

- Да, конечно. - Я кивнул четырём солдатам у входа и подозвал ближайшего к себе, шепнув ему на ухо. - Чтобы ближайшие минут пять в мою комнату никто не заходил. Приказ, думаю, ясен. Кто я - объяснять не надо?

- Никак нет, господин. Приказ будет исполнен.

- Отлично.

Двоих мы оставили у входа в паб, ещё двоих - у двери небольшой комнатушки. Настолько тесной, что помещалось туда человека четыре, а из мебели - только стол со свечкой, стул, очень скромная кровать да шкаф от пола до потолка. Эви пришла намного раньше меня - раздача приказов отняла время.

Девчонка, видимо, времени зря не теряла. Кираса, наплечники и шлем её доспехов уже лежали на стуле, аккуратно сложенные. На Эви осталась только простая и дешёвая льняная рубашка, явно мужская, и столь же незамысловатые штаны, и сидела она на кровати. В голове сразу пробежало около сотни мыслей, все из которых я постарался отбросить - сейчас важнее смотреть ей в лицо, что бы она там себе ни придумала. Особенно если всё-таки что-то придумала.

- Ты зачем броню стянула? Я же сказал, пять минут, не больше.

- Милорд, я могу это понять, но в ней довольно неудобно…

Так, теперь ясно, к чему это ведёт. О времена, о нравы… Впрочем, мирок тёмный, мало ли что тут считают нормальным. Эви незамедлительно получила от меня молчаливый подзатыльник латной перчаткой; сильный, чтобы поняла, но не настолько, чтобы разбить ей череп. Уже заранее устав от этого разговора в частности и мира в целом, я хоть как-то скрасил своё время, присев на свободный стул.

- Ай! За что?

- За всё. Ты за кого меня принимаешь?!

- Ну, мало ли, может вы после долгой дороги хотели бы…

- Нет. Этот разговор окончен, чтобы впредь такого не было. Тем более от тебя, рано ещё. Ясно?

- Будет сделано, милорд. Но зачем вы тогда меня позвали?

- Повод был ещё раз тебя ударить, но ты уже итак настрадалась. Какой ещё к чёрту праздник? Тебя кто-то просил?

- Нет, но нужно же было рассказать всем о появлении Рыцаря Роз, так ведь?

- Повторяю ещё раз: тебя не просили. Мы уходим отсюда так быстро, как можем, ясно? Мне, знаешь ли, не терпится попасть домой, мрачный тут у вас край.

- Ясно, милорд. Можно тогда вопрос?

- Ладно, за провизию и солдат, особенно за солдат, заслужила. Молодец, что привела их, - Надо же хоть иногда хвалить её, даже после того, что она натворила. Впрочем, из этого ещё только предстоит выбраться. - Спрашивай давай.

- А откуда вы пришли? Неужели вы видели солнце и зелёную землю?

- Долгая история, Эвелин. Наверное, в пути стоит рассказать. А теперь отвечать будешь ты. Каким путём будем идти?

- Вообще, у нас нет точной карты, но в целом есть один древний туннель. Его вырыли, судя по рассказам, ещё во времена, когда над Разломом светило солнце. Что там - мало кто знает, большая часть из них - те, кому повезло вернуться.

- Остановись и дай мне подумать. Мы идём неизвестно куда, непонятно зачем и, что самое главное, оттуда вернулись пара калек?

- Всё не настолько плохо. Мы знаем, куда идём: город Вирент, обитель знаний и одно из немногих мест, где сохранились зелёные земли. Если где и знают, как пройти вниз - это там. Да и не возвращались оттуда те, кто недостаточно готовился. Вооружённый отряд, ещё и с вами во главе, должен без проблем дойти.

- За сколько примерно?

- Где-то неделя пути, может две, никто не знает точно. Один из наших говорил, что прошёл туда и обратно за день, но вернулся он седой и какой-то слишком уж странный.

- “Один из наших” - это значит в броне как у тебя, да?

- Да, из четвёртого легиона.

- А с таким названием символика имеет куда больше смысла. Ладно, не суть, остальное по пути решим. Собирайся.

До выхода из бара все поголовно молчали, разве что я пояснил бойцам четвёртого легиона, которых Эви привела с собой, что ничего предосудительного здесь не было. Похоже, они поверили: управились мы быстро, да и кроме того раза, когда я ударил девчонку, громких звуков больше не было. К выходу из паба раны совсем перестали обжигать: похоже, это был сторонний эффект от того, что они затягивались сами по себе с невероятной скоростью. Вскоре даже шрамы на руках от шипов Розы остались лишь в воспоминаниях. Интересно, навсегда ли это? Влияет ли так мир, или то существо с Пути дало мне такие способности? Впрочем, неважно. Пока есть - лучше пользоваться.

Мы (я и Эви, остальные вообще участия не принимали, в основном таская припасы) решили, что лучше всего будет провести празднование в честь явления спасителя сейчас, нежели отнимать время, которого на поход итак мало. Впрочем, здесь время не такое уж и ценное, если подумать, но я уж точно не хотел превращаться в “проклятую плоть” или что-то подобное.

Эвелин, мой уже полноценный оруженосец и провизор нашего небольшого отряда, забралась туда сама и переговорила с парой людей в рясах. Слов не было особо слышно, но видимо никто не был против, так что её пустили к колоколу. Пока по всему городу из-за отличной акустики пещер разливался звон, мне пришлось готовиться: надо же хоть что-то сказать людям. Пришлось войти в роль спасителя народов, хотя я даже не уверен, было ли их пророчество обо мне, или просто так сложилось, что мои руки сплетены стальной лозой.

Пока толпа собиралась в соборе, меня завели в какое-то отдельное помещение вдалеке от посторонних глаз: обеденный зал местных священнослужителей. Эви всё это время следила за основным помещением, и народ, склонив головы в молитвах, занял уже все места. Удивительно, ведь их было уже несколько сотен. Впервые я занервничал; доводилось проводить речи на пирах и перед собственными армиями, но не в качестве святого. Делать нечего, пришлось выходить. Меня вывели к алтарю церкви, давно без икон и реликвий, перед витражом, изображающим белого рыцаря, покрытого красными цветами роз, и окружили солдатами из четвёртого легиона: теми же, с какими мы уже знакомы. Вдох… Выдох.

- Приветствую, о жители прекрасного города Рисволя. Ваши мольбы были услышаны, и спаситель явился к вам! Рыцарь, несущий Розу в своих руках, пришёл положить конец вашим страданиям. Проклятье бессмертия терзает нас всех уже многие поколения; настала пора уничтожить корень всего зла, в глубинах разлома! Обратите свои молитвы; не ко мне, но к тем бравым мужам и девам, что решились помочь мне на пути. До скорых встреч!

- И да пребудет с нами великий Бессмертный Архонт, четвёртый из достойных! - добавил один из священников, встав между мной и толпой молящихся.

Паршивое ощущение. Так драматично и пафосно, и ведь я даже не знаю, кто все эти люди, кто такой Бессмертный Архонт, и как добраться до источника всего местного зла. Дабы прервать нависшее молчание и доказать в глазах сомневающихся свою избранность, я с характерным звуком вынул из ножен свой меч и поднял его над головой. Тут же стальная лоза оплела мои руки. Все присутствующие замерли в благоговейном трепете при виде мрачного блеска чёрного клинка. Все, кроме одного…

- Ложный пророк! Мессия Проклятых! - послышалось из толпы.

Опешили все присутствующие. Моя стража подоставала мечи, я же опустил свой остриём к полу, в тщетных попытках найти того, кто осмелился сказать такое, среди паствы. Сделать это не удалось: ворота разбились в щепки, и те, чьи кожа и мясо начали отпадать, бросились на ещё “живых”; сквозь эту бойню спокойно проходил отряд из полдюжины бойцов четвёртого легиона, выставив копья вперед и закрывшись за щитами. Их утончённая броня, когда-то украшенная золотом и регалиями, начала гнить, ржаветь и распадаться; несущие однажды порядок, они стали теми, кто несёт лишь смерть.

Мы приготовились к бою, шипы Розы стали болезненно щекотать кожу, принося боль от одних воспоминаний. Внезапно, нежить разошлась, словно в унисон, и замолкла. Из-за стройных рядов вышел Он. Он - зловещая фигура, возвышающаяся над всеми прочими; величественный, и в то же время таинственный. Сокрытый в тонкий чёрный плащ от плеч до ног, он носил на голове шлем из тёмной стали, ужасно искажённый и обезображенный до того, что его деформированные выступы стали напоминать корону. Всё Его лицо скрывала лишь одна монолитная пластина с тремя маленькими смотровыми отверстиями меж глаз, единственная невредимая деталь. Он держал рапиру - величественное оружие, бледным блеском затмевавшее оный от витражей собора; клинок лежал в руке, словно её продолжение.

Здравствуй, мессия, - сам Его голос излучал ауру авторитета. - Я вижу, все твои последователи собрались в одном месте. Прекрасно, но я здесь не за ними. Не дадим же таким жалким вещам, как война, разделять нас; пусть это сделает клинок того, кто окажется более достоин. К бою!

Уже с самого начала мы все понимали, к чему это приведёт. Мои стражники начали отходить к алтарю, первым звуком боя был свист болта, выпущенного Эви. Точно в цель; снаряд пробил щит нежити и попал прямо в голову. Ещё бы это их останавливало…

Он приближался ко мне. Я не знал Его имени, статуса, даже того, жив он или уже воскрес. Он шёл вперёд, медленно и величественно, не обращая внимания на остальных, и будто излучал неведомый мрак, поглощающий весь свет. Шипы меча уже впились в мои руки, пустив первые струйки крови по коже.

Удар, ещё один, попытка за попыткой - всё без толку. Ни одна из атак не достигала цели, а Он, словно передразнивая, отражал всё быстрыми взмахами рапиры - настолько быстрыми, что глаз не мог даже на мгновение остановиться, если бы следил за лезвием.

- От такого важного гостя, я ожидал… Большего. Это всё, или покажешь ещё что-то?

- Как банально пытаться вывести меня на необдуманный удар!

Кровь стекала по моим пальцам, окропляя стальную лозу. Тонкими струйками она лилась на пол собора. Весь окружающий мир исчез: только я и мой противник. Уже не волновали крики убегающих прихожан, злобный рык нежити и лязг металла легионеров. Единственное, что вообще происходило - это наша дуэль.

Он перешёл в наступление. Первый удар - промах, второй - промах, третий - промах. Словно танец. Я не пытался блокировать его атаки, ведь за одной отбитой последует две, ещё быстрее. Первый раз по мне попал удар рапиры, сталь доспеха порвалась как шёлковая ткань; лезвие едва коснулось кожи, оставив небольшой порез. С момента такого унижения я не защищаю людей; наш бой - личный.

Зубы стиснулись до скрежета, дрожащие пальцы вжались в рукоять, откармливая меч моей кровью. Мы вновь перешли в наступление, в этот раз заставив Его отойти. Шипы проклятой стали всё глубже впивались в руки, проходя сквозь первые слои кожи. От потери крови начала кружиться голова. Первым делом исчезли сложные мысли: о будущем, доме. Затем всё вокруг погрузилось во мрак.

С прыжком назад я вложил Розу в ножны, оставляя руку на рукояти; теперь остаётся только подождать. Он вновь пошёл вперёд, направляя острие рапиры к моей груди. Я на расстоянии одного удара от гибели, но и Его риск не оправдан.

Выпад рапиры, больше схожий с прыжком змеи, сигнализировал: пора начинать. Я отпрыгнул влево, задев кого-то, но это уже ничего не значило. Шаг вперёд, никаких задержек; чёрное лезвие Розы пронеслось в воздухе и отрубило Его руку; кровь - не важно, чья - хлынула в воздух рекой. В последний раз, я увидел всё и вся в соборе; внезапно, арбалетный болт влетел в броню моего врага, а затем - сплошная тьма.

Глава 2.2. Рисволь (Любопытство)

Часть 2. Пророк-изгнанник

Сколько прошло времени? Наверное, этот вопрос стоило перестать задавать ещё на Пути восхождения. В любом случае, во мне не осталось сил и желания, чтобы спрашивать.

Как можно догадаться, я выжил после той битвы. Моя стража, в свою очередь - не совсем. Один пал замертво; кажется, как раз я отвлёк его от боя. Ещё двое слишком сильно ранены, чтобы идти в путь с нами.

Меня выходили в доме местного врачевателя и знахаря, Горация. Приятный мужчина, хоть в его глазах и читалась печаль. Эви, похоже, была его родственницей; внучкой или племянницей - так и не понял. Всё, что мне предложили - это странноватого вида мази и какая-то горькая настойка. В остальном всё знакомое: тёплая постель, проспиртованные бинты - ничего сверхъестественного.

За мои дни без движения чаще всего приходила Эви. Она рассказала о том, что после того удара меня “понесло”: маниакальный смех, раж, жажда крови… Описания такие красочные, будто я больше своих резал, чем чужих. В остальном она только проведывала меня как оруженосец господина, а при последней встрече обмолвилась, что собрала новый отряд из, цитирую: “Лучших из лучших в четвёртом легионе”. До невозможности позитивная девчонка. Впрочем, если бы не она - можно было бы умереть со скуки, ведь кроме таких разговоров были только книги Горация о травничестве и медицине. Похоже, корешки свои он достал из того самого Вирента; впрочем, в книгах по большей части были рецепты из странных грибов и не менее странных… Камней.

Из остальных посетителей - пара религиозных фанатиков, ещё несколько паломников, молящихся за моё здоровье, благо можно было притвориться спящим, да один священник. Он пришёл с подарком - бутылка красного вина. Радость моя, впрочем, тогда продлилась недолго. Дорогой алкоголь нужен был, чтобы задобрить и задать вопрос по поводу паствы. А ведь действительно, что с ними делать?..

Я тогда сказал то, о чём ещё долго буду жалеть:

Передай им, что спаситель жив и здоров, но пострадал за их грехи. Пусть искупают их своими молитвами за успех нашего путешествия.

Знаю, что это мерзкая мысль - возомнить себя богом вот так сразу. И всё же, я лишу этот мир бессмертия, убив большинство живущих людей. Пусть хотя бы умрут они с чистой душой.

Примерно так и прошли мои дни в горизонтальном положении: мерзко, почти бессмысленно, благо хоть быстро. На последний день я молча поблагодарил Горация; мы пожали друг другу руки, да и расстались, больше не увидевшись. Впрочем, он мне дал маленький бутылёк с красноватой жидкостью, на пробке которой была прикреплена бирка с надписями. Я решил кинуть её в сумку Эви вместе с бутылкой вина, да забыть, пока не выдастся момент почитать.

Слава всем богам, если хоть кто-то слышит, я не наткнулся на благодарных горожан или злобную нежить. В целом после атаки Рисволь опустел. Как мне сказал мой верный оруженосец, это из-за той самой бойни в соборе. “Погибли” более пары десятков человек, ещё больше ранены.

За неприятными разговорами и неловким молчанием мы с Эвелин добрались, видимо, к городским воротам. Признаться честно, грубовато, но постарались на славу: гигантские каменные створки как влитые в арке подземных проходов. Похоже, там было много чего вырезано: целые истории народов в форме барельефов. За рассматриванием архитектурного шедевра, мне как-то даже не довелось заметить, как Эви подвела ко мне одного из солдат четвёртого легиона в украшенной офицерской броне.

- Приветствую, - начал боец, среднего возраста мужчина, испещрённый морщинами и шрамами. - Полагаю, вы - тот самый Рыцарь Роз, наша надежда?

Уже по голосу читались некие надменность и недоверие. Впрочем, его можно понять. Как говорила Эвелин, мой отряд собирали из ветеранов, да и на голове самого офицера уже то тут, то там были заметны седые пряди. Возраст ли, или страх - уже нет разницы.

- Во плоти, - ради доказательства я положил руку на меч в ножнах, и тут же её оплели стальные лианы, и внезапно всякое презрение к моей персоне со стороны солдат исчезло. - Может, сами представитесь?

- Ларс Чельвин. Вам можно просто Ларс. Капитан стражи внутренних врат, первый из Священной Стражи четвёртого легиона. Честь служить вам! - Офицер меня шокировал тем, что преклонил колено, буквально разбив все представления о себе.

- В этом нет необходимости, капитан. Можете встать. Сколько у нас личного состава?

- Включая вас, меня и Эвелин - ровно тринадцать человек. Отборные бойцы, лучшие в легионе, готовы служить вам.

- Полагаю, это у вы здесь - высший по званию офицер?

- Не думаю, что до конца понимаю вас, господин. Вам нужен опытный стратег или тактик?

- Второе.

- Тогда - да. При всей скромности, никого с большим опытом на поле боя вы не найдёте во всём легионе, тем более когда дело доходит до борьбы с проклятой Плотью.

- В таком случае, полагаюсь на вас в выполнении обязанностей капитана Священной Стражи. Вы согласны, Ларс?

- Да, господин. Я сделаю всё, чтобы защитить вас и…

- Нет нужды в этом, я уже убеждён. Заведует припасами Эвелин, она также является моим оруженосцем. Если с её головы по вашей вине упадёт хоть один волос - всех пущу на казнь немедленно, надеюсь это понятно. Что насчёт оружия и запасов? Количество, виды, пригодится всё.

- Да, господин.. Из оружия - моя алебарда, четыре клевца, шесть копий. Щиты - шесть башенных, два треугольных и два круглых. Мы рассчитали всё на определённое построение. Желаете знать?

- Вперёд.

- Шесть копий с башенными щитами стоят стеной в переднем ряду, два клевца с треугольными - по флангам, ещё два с круглыми щитами прикрывают тыл. Я, по всей видимости, теперь отдаю приказы, однако расчёт был на то, чтобы все остальные занимались особо опасными врагами, пока вы были в безопасности.

- Чепуха. Я сам буду говорить о тех, с кем пожелаю сразиться, за себя постоять смогу. Не найдётся ли у вас двух мечей? Полуторный и короткий, для одной руки. Я так полагаю, Эвелин их с собой не носит. -

Короткий взгляд на моего оруженосца дал понять, что до сих пор единственное, чем она пользовалась - это её верный арбалет. В битве с нежитью, тем более той, которая и не умирает толком, это не пойдёт.

- Да, господин, но зачем вам второй? Разве для неё не подойдёт…

- Полуторный - для меня. Что-нибудь попроще, чем уже пользовались, и новее разваливающегося куска металла. Сможете достать?

- Будет сделано, господин.

Остатки этого времени мы провели в приготовлениях. Ларс раздавал бойцам указания, Эви рассортировала в нашей походной сумке все склянки и бутылки, еду брать не пришлось, хоть за что-то этому миру можно сказать спасибо, а я пробовал свой новый меч. Роза рубила сталь как масло, но взамен её шипы питались моей кровью. Так не пойдёт. Клинок, даже такой потёртый и с царапинами, позолота рукояти которого давно не блестела, а крестовина была самым обычным, собственно, крестом, более чем подходил как временная замена для самообороны.

Наше построение было готово. Эви сияла от счастья и нетерпения увидеть мир за воротами, Ларс спокойно сжимал в руках свою серебристую алебарду, хоть его волнение и выдавали бегающие глаза. Я вложил новый меч в ножны. Местные собрались нас провожать, солдаты - потянуть за рычаги, открывающие ворота. Мы все вошли туда: кто-то быстрее, не оборачиваясь назад, кто-то - медленнее, прощаясь с людьми и махая им рукой на прощание. Я был где-то посередине, в размышлениях о том, что ждёт нас дальше.

Глава 3.1. Соляные пустыни (Страх)

О леденящем ужасе перед испытанием, что кажется непреодолимым

Глава 1. Отец легиона

Ворота закрылись за нашим отрядом, очередной раз отрезая путь назад. Наверное, стоило уже привыкнуть, что возвращаться некуда, но всё ещё обидно. С другой стороны, эти люди спасли меня и воздвигли на пост мессии. Да к чёрту, всё равно вернусь домой, как только это кончится. Защитить их - лишь приятный бонус.

Мы шли через пещеру необъятных размеров, которая всё сужалась, пока не стала тесной даже для одного человека. Что меня удивило - так это мёртвый камень всюду. Он был ещё в городе, просто как-то не бросался в глаза; даже мебель из ледяных кусков скал вместо дерева, но здесь… Нечто иное. Совершенно иное. В пещерах, которые я помню - капли стекают с потолка, свисают острые копья сталактитов, да хотя бы грибы какие попадаются на стенах. Здесь жизни нет.

Молча, погрузившись в свои размышления, мы вышли на поверхность. Даже вечно радостная и шумная Эви была, казалось, чем-то озадачена. “Поверхность”здесь - зрелище завораживающее и одновременно пугающее. Огромная пустыня, от ступней ног до самого горизонта, и вся заполнена белым хрустящим песком - раздробленными кристаллами. Каждый бархан - как отдельное произведение искусства, когда обращаешь внимание на то, как он блестит в лунном свете, особенно когда лёгкий ветер поднимает в воздух эти кристаллики.

Почему-то Ларс пошёл первым, несмотря на строй, который он сам же и выставил. Впрочем, никто не был против, а я решил посмотреть в стороне; мало ли, что тут может произойти. Из мешочка на поясе он вытащил горсть какого-то красноватого порошка: похожего на здешний “песок”, но намного более мелко перемолотый. Когда “песок” и красный порошок столкнулись, одиноко прозвучало шипение, отразившееся от стен пещеры; той самой, откуда мы вышли, и вход в которую располагался у подножия маленького холмика. Похоже, меня одного это удивило, а остальные даже не отреагировали.

- Может, проясните, что случилось? Не совсем понял, - начал было я из задних рядов нашей фаланги. Все обратили на меня свой взгляд; не ожидали, похоже. Скорее всего, это что-то, что здесь знает каждый. Стоит прекращать выдавать то, что я из другого мира.

- Альбедо и рубедо, сталкиваясь, испаряются. Я хотел проверить: вдруг лунная соль всё-таки ушла отсюда за годы. Как видите, не особо, - печально пожал плечами Ларс. - Пойдёмте?

- То, что ты сейчас сказал, для меня совершенно не имело смысла. Я настолько издалека, что никогда и не слышал о таких вещах. Проясните?

- Эвелин же внучка нашего алхимика, Горация, она вам расскажет, когда случай будет. На привале, может. Нам стоит спешить, раз уж бури не ожидается.

Я спорить не стал; если эта “лунная соль” ещё и в огромные бури собирается, то обсудить подробности местных материалов можно будет где-нибудь в Виренте, куда мы отправились, а тут ещё мало ли что может ходить.

По пути мы в основном разговаривали с Ларсом по поводу этого места и встреченных руин. Крепости, крепости, форты, ещё раз крепости; неудивительно, что только это и выжило без людей. Он немного рассказал об этой пустыне, или, точнее, о “Соляных Пустошах”. Сюда намело какой-то “лунной соли” с тех пор, как все люди стали бессмертными, и этой самой соли стало в избытке. Пока лежал в постели после битвы - читал что-то об этом, но в памяти так и не всплыло. Всё, что я понял - это то, что такой “песок” смертелен для всего живого если попадёт в кровь, потому бродить во время бури - самоубийство.

Остальное время он рассказывал о службе в легионе. Тут уже подключился каждый со своей историей, но общие у них всех были две: Штурм шпиля Тёмной стали и Оборона крепости Разлом. Каждый потерял друзей, любимых, да хотя бы частичку своей плоти в этих двух битвах. Они рассказывали свои истории, но из этого сложилась более-менее цельная картина…

В какой-то момент, на трон королевства Рисволь пришёл четвёртый Бессмертный Архонт, и приказал отвоевать огромную рану в земле посреди континента - тот самый Разлом. Внизу были чудовища неописуемых форм, но бравые солдаты четвёртого, совсем без чужой помощи, победили. Тогда и начали на дне Разлома строить шпиль Тёмной стали, который стоит по сей день, и в честь которого назвали битву. Всё, что происходило потом - история. Вроде как люди переселялись в Разлом, и в какой-то момент стали бессмертны. Мир угас, а на смену целому королевству пришёл одинокий город Рисволь. Последняя массовая битва четвёртого, на сей раз без чужой помощи - оборона Разлома от нежелательных гостей. Целую стену вокруг него построили, лишь ради этого.

Пока обсуждали чужие подвиги - познакомился с неким Габриэлем. Оказалось, именно он был единственным выжившим после атаки на собор. Выглядел, как смазливый отпрыск из благородной семьи; черноволосый, с правильным, тонким лицом, а бледность я уже давно перестал подмечать. Хороший малый, впрочем: скорбел по товарищам, но понимал, что их смерти - ради высшего блага. Мне бы его уверенность… Неважно, впрочем. Когда дело дошло до моих похождений - я решил скромно умолчать, сказав лишь про Путь Покаяния, выдумав, дословно: “Дальние земли, за морями, наполненными чудовищами, через которые доставил меня давно почивший вместе с экипажем корабль”

За рассказами, смехом и слезами, мы как-то отвлеклись от того, что окружала нас бескрайняя пустошь из смертоносного песка. Но мало того; мы потеряли Эви! Она всё время шла, притихнув, ведь ещё только родилась когда произошли те битвы… Подумать только: человек никогда в жизни не видел света, кроме огня в камине и луны в небе. Сразу же заметив это, мы запаниковали всем отрядом. Ларс отрядил двух бойцов с молотами с флангов, я приказал послать ещё двух копейщиков с ними на всякий случай, один из которых - Габриэль, и пошёл сам, а Ларсу приказал взять оставшихся и устроить привал прямо на этом месте.

Прямо неподалёку, где-то в десяти минутах ходьбы, виднелись древние руины форта на крутом, высоком холме. Мне подумалось, что это - лучшее место для начала поисков. Если девчонка и могла быть где-то - это там.

Как раз вовремя на башне форта засиял одинокий, ярко-рыжий огонёк - тот же, который я видел, когда впервые появился здесь. По испуганному отряду прошёлся шёпот, и Габриэль остановил всю группу:

- Господин, при всём уважении, это сигнальный огонь легиона. Если она там - ей сейчас нужна помощь, и я не думаю, что мы впятером сможем…

- Отставить, - прервал я его, неудачно пытаясь сохранять спокойствие, - Это член Священной Стражи. Мало того, я обязан ей жизнью. Вперёд, чего бы это ни стоило.

- …Как прикажете, господин. Мы верны вам до конца, как вы - народу Разлома.

- Прекрасно. Вперёд!

Весь остальной путь мы не бежали, а буквально устроили марш-бросок в гору. Уже перед обвалившимися стенами форта, мои бойцы держались только на верности Рыцарю Роз. И даже она конечна; взбираясь по обломкам башен, лестниц и стен на самую вершину, мы едва не свалились, когда наконец дошли и увидели её: одинокую девочку с арбалетом в руках и слезами на лице, сидевшую рядом с горящим жёлтым кристаллом.

Я хотел подойти, расспросить, хотя бы успокоить, но не успел. Оно и к лучшему: заидев нас, Эви внезапно подорвалась, забыв свой арбалет, и не знала, куда себя деть. Судорожные жесты и нечленораздельная речь не давали её лучше понять, благо хоть Габриэль вмешался. Из чистого незнания, что с этим делать, я вместе с отрядом решил просто посмотреть.

- Эвелин, успокойся! Заново, что случилось, и по порядку.

- Ладно, ладно, простите. В общем, хорошо, что хоть вы пришли! Пока Ларс о легионе рассказывал, я заметила кое-что вдалеке. Не была уверена, что именно, но вроде пару человек, так?

- Без понятия, никого такого не было, пока поднимались. Точно видела кого-то? И вообще, нам-то почему не сообщила? - На таком обращении с моим оруженосцем, наверное, стоило бы вмешаться, но пока ей ничего не угрожает, можно посмотреть.

- А я… Не знаю, просто не была точно уверена, что там что-то было! Простите, моему проступку нет оправданий.

- Давай ближе к делу, кто там был-то?

- А, точно. Я когда забралась сюда, увидела, что отряд был даже не миражом. Более того, они шли прямо в этот форт. Я на всякий случай зажгла сигнальный огонь, думала, что вы хоть добьёте их, но это вроде… - Тут Эви остановилась по непонятной причине и замялась, явно не желая продолжать, - В общем, если меня глаза не подводят - это наши.

- Наши?

- Да, четвёртый легион. Я вам больше скажу, я красный плащ видела!

На последней фразе вся наша группа опешила. Похоже, мне одному здесь непонятно, почему красный плащ здесь вызвал такой восторг. Впрочем, людей в плащах в легионе не то чтобы много, насколько мне удалось заметить за время прерывания в Рисволе. С моих наблюдений - целых ноль плащей.

Простите, милорд, я поясню. Красный плащ носили генерал-капитаны легионов, а наш, Каин, уже давно как отправился в пустоши, и больше его не видели. Ну, похоже, до этого момента!Не обольщайся, после стольких лет блужданий он вполне мог пасть в бою и ожить в виде проклятой плоти. Стоит быть начеку.И если это всё-таки так, и ваш Каин умер, нам стоило бы спуститься. Башни - так себе место для сражений, - добавил я, изрядно взбодрённый возможностью такой встречи. Если генерал-капитан легиона станет моим попутчиком вместе со своим отрядом, никакая нежить нас не остановит.

Так, между делом - к нам у того, что когда-то было воротами форта, присоединился Ларс. Он не увидел сигнального огня, нет, просто “сердце не выдержало бы нести честь своего господина, Рыцаря Роз, за него.” Перепугался за меня - да, на словах, на деле же сперва он подошёл к Эви. Отчитал её при всех, но пока ждали Каина - удалось заметить, как он успокаивал девчонку. Они уже давно знакомы, видимо, и у всех многие годы есть место в этом мире; своё, не свалившееся на голову, то есть.

Наконец, появилось время почитать, что же там выдал мне алхимик Гораций. Переоценил я в первый раз флакон, который он подарил: всего пара капель. Даже бирка больше была; впрочем, неудивительно, текста на ней оказалось даже слишком много. Я бы даже сказал, что это - записка, прикреплённая к пробке.

Приветствую, Рыцарь Роз. Простите, что не удалось узнать вашего имени. Вы - воистину уникальный случай. Не только из-за своего статуса. Прошу простить за прямоту, но в лечении ваших ран я почти не принимал участия. Феноменально, ведь по самым скромным оценкам вы должны были умереть от кровопотери, но все, даже самые глубокие порезы, затягивались сами собой. В этом сосуде содержится вещество, о котором мне доводилось читать только в легендах - ихор. Он был снят с вашего клинка. Не знаю, где вы его достали, однако знайте: этого достаточно, чтобы уничтожить любое алхимически активное вещество, в том числе кровь в человеческом теле в полном объёме. По неведомой мне причине лезвие вашего меча оно не разъедает. Тем не менее, похоже, что шипы вашего клинка подвержены влиянию ихора, хоть и в намного меньшей степени. Помните это и попытайтесь обойтись без него. Удачи в вашем путешествии.

Ещё больше силы, но за ещё большую цену, да? Пока что мне это не так нужно, Роза и без всяких ядов лучший меч из существующих. Видимо, ихор не имеет на него влияния, но почему-то должен вообще разъедать сталь, так что на полуторник наносить его - не вариант. А впрочем, пригодится. Засуну лучше его обратно в сумку на поясе, от греха подальше.

Подорвался я (а вместе со мной - и весь отряд) вовремя: в нашу сторону маршировали пять… Нет, шесть десятков легионеров в стройной колонне десять на шесть. Броня сияет в лунном свете, копья наточенные, словно бритвы, щиты - нерушимая стена, а из двух задних рядов мерцали позолотой луки. Вёл их солдат, невероятно статный, даже в сравнении с остальными. Красная грива вместо чёрной, красный же и плащ; копьё больше походило на меч на золотистом древке из металла, но выполненный искусно, словно реликвия из более просвещённых времён. Пластины брони сверкали чистым золотом, ослепляя всё вокруг, а в шлеме вместо обычной защиты лица виднелась до ужаса близкая к реальности маска черепа - конечно же, золотая.

Всё это великолепное воинство окружило нас. Дыры в стенах форта были спереди, на месте врат, и по бокам, где раньше была цельная стена; перед нами - где-то 20 копейщиков и десяток лучников, остальные - поровну с флангов. Никто ещё не проронил ни слова, но мы все уже подоставали оружие. Рядом со мной - Габриэль и копейщик, имени которого я так и не запомнил; по флангам - два молотобойца с круглыми щитами, Ларс и Эвелин - позади. Ну, или так я думал.

Вперёд сквозь фалангу вышел воин в золотом, направив копьё в нашу сторону. Полагаю, это Каин и есть. Как низко - устраивать такую засаду. Но, похоже, остальным было не до этого - все стояли, стиснув зубы, ожидая боя или хотя бы первых слов. От нас пошёл Ларс, не удивив таким почти никого; всё же, именно он здесь был высший по должности офицер легиона. Жестом он скомандовал нам ждать позади, а сам, подняв алебарду, пошёл вперёд, пытаясь унять дрожь в руках.

- Генерал-капитан Каин, после стольких лет странствий - неужели это вы? Мы рады приветствовать вас в четвёртом легионе.

- Я не разрешал говорить, капитан Чельвин, - от такой фразы Ларс пошатнулся. Впервые вижу его настолько нервным; даже во время отбытия он сохранял спокойствие. - Мы здесь из-за двух проблем, и обе связаны не с вами. Впрочем, раз уж на то пошло, отчитываться будешь сам. Где в данный момент Клеймо легиона?

- Меч на данный момент находится у Рыцаря Роз, стоящего за мной, господин генерал-капитан! - протараторил Ларс, приложив сжатую в кулак левую руку к груди. Уважения к Каину ему не занимать, но Клеймо легиона? Похоже, тот самый полуторник, что мне отдали, - Совет легиона коллективно посчитал, что меч будет служить ему, пока вы не вернётесь из своего путешествия или не будет выбран новый генерал-капитан.

- Прекрасно. Считайте, что я вернулся. Теперь вы отдадите меч.

- При всём уважении, у Рыцаря Роз есть некоторые затруднения с его оружием. Не могли бы вы дать…

- Это вторая моя проблема, - перебил Каин. - Вы приютили у себя предателя.

- Господин генерал-капитан?..

- Воля Архонта - бессмертие его народа. Вы помните свою клятву, капитан Чельвин? “Служить прежде всего воле Архонта, правителя Рисволя, и защищать народ королевства ценою своей жизни.” Исполнять!

- Господин, я не могу, прошу простить. Если такова воля нашего Архонта - она причиняет лишь страдания.

- Я понимаю это. И всё же, воспротивиться мы ему не можем. Не только из-за клятвы, и не столько из-за неё. Он всемогущ, и мы не можем надеяться победить его, кто бы с нами ни был. Отойдите и дайте нам казнить…

- Меня? Вперёд. Попробуйте, твари дрожащие! - Вскрикнул я от нетерпения.

Не пойму, как мы не убили друг друга сразу, но теперь дороги назад не было. Я обрёк всех своих бойцов на смерть, но и они клялись идти за мной до конца. Клеймо со свистом проследовало в воздух из ножен вслед за моей рукой, и я понёсся, сжимая меч двумя руками, на Каина. Вне себя от ярости, я попытался ударить его в прыжке, но лезвие столкнулось со щитом, не нанося никакого вреда. Клинок, словно живое продолжение руки, направился в сторону моего врага.

- Я дрался с вашим Архонтом на равных. Не думай, что у тебя есть хоть малейший шанс на победу!

- Его высочество - лишь один человек, пусть и близкий к идеалу. Даже он может совершать ошибки.

- Господин, - наш разговор прервал Ларс, вцепившийся свободной рукой в моё плечо. - Священная Стража клялась защищать вас. Позвольте исполнить свой долг и отдать честь генерал-капитану.

Я только кратко кивнул и отошёл к остальным. Если уж Ларс пожелал устроить дуэль с Каином без моего вмешательства - это только на руку. Один человек может совершать ошибки; с фалангой разобраться будет намного труднее.

Капитаны встали друг напротив друга, а я шёпотом раздавал приказы: бойцы под командованием Габриэля - на фланги, чтобы хотя бы выиграть время, Эви - стрелять по копейщикам противника. Сейчас именно их щиты были главной из угроз. Напряжение повисло в воздухе, и все ждали, когда же противоположная сторона начнёт бой.

Первая атака - от врага. Залп стрел со всех сторон по нам совпал с выпадами Каина, но смотреть на их дуэль не было времени. Габриэль и его ребята подняли щиты, приняв на себя выстрелы; вроде даже никто не ранен. Осталось перехватить инициативу… С шестикратным преимуществом у врага в одном лишь числе.

Изо всех сил я рванул в сторону основной фаланги, указывая Клеймом, какие цели должна снять Эви. Мимо дуэлянтов, мимо одиноких промахнувшихся стрел - вот уже и нет дюжины метров между нами. Точные болты из арбалета Эвелин образовали брешь в стене щитов, грех не воспользоваться. Я буквально растолкал двоих вражеских солдат и вонзил лезвие в первого попавшегося лучника. Кольчужная броня мялась с диким лязгом, подпевая свисту коротких мечей, которые подоставали стрелки. Наконец по рукам текла чужая кровь, а не собственная; приятное ощущение.

Удар - и голова живого, дышащего человека уже покатилась по земле, а тело упало на мёртвые камни. Ещё один - кто-то лишился обеих рук и остался с огромным разрезом на животе. Третий - лезвие вонзилось в грудь и прошло через макушку черепа. Но даже так, складывалось преимущество в числе. Четверо убитых мной, ещё трое - из арбалета, но двадцать три вооружены до зубов и жаждут крови.

Сквозь нестройную кучу вражеских солдат, свой пот и чужую кровь на лице едва были заметны дуэль, где Ларс неуверенно, но продвигался вперёд, и отряд Габриэля, которому помогала Эви. Они, похоже, ещё держались, но ненадолго. Вариантов не осталось…

Их оказалось слишком много и слишком близко. Четыре тела одним круговым ударом, ещё двое получили по щитам. Клеймо работало, но недостаточно быстро; пришлось пинком в щит ошеломить случайного прохожего рядом. В его глазах блеснул ужас передо мной, спасителем людей. Ничего не поделаешь, мы просто оказались по разные стороны баррикад, и не могли бы решить это мирно при всём желании. Копьё выпало из его рук в мои, и тут же послужило своей цели. Прокололо череп, широким размахом оставило смертельные порезы ещё на двух, и застряло в щите того самого солдата, которому и принадлежало.

Клеймо скользнуло обратно в ножны. Прекрасный клинок, но несравним с Розой. Шипы снова впились в руки через ткань рукавов, уже готовые прорезаться через плоть. Странное ощущение жизни охватило прямо посреди боя: словно впервые я ощущаю только настоящее, не думая о том, что будет дальше.

Дымка адреналина легла на глаза уже после первых ударов, и войдя в раж, я уже не осознавал, кого там бью, а кого пропускаю. Важен сам процесс. Щиты разлетались в щепки, сталь звенела, то и дело в свободной руке оказывались чужие копья и мечи.

Последний копейщик из фаланги лежал передо мной, в его глазах читалась мольба о пощаде. Вроде даже он что-то сказал, я не слушал. Удар за ударом его кости превращались в пыль, плоть - в фарш, а броня - в куски металлолома. Это не было необходимо, это не было обязательно, это была смесь непреодолимого гнева и желания проверить, сможет ли он подняться после такого.

За резнёй я потерял счёт времени, но, что ещё хуже, выпал из реальности. Даже не услышал взрыв, прогремевший со стороны Эви; только запах крови и сгорающей плоти заставил вернуться. Девчонка стояла позади Габриэля, закрывавшего обоих щитом. Впрочем, уже и не от кого защищаться, все лежали замертво. Все, кроме одного…

Бой Ларса и Каина только набирала обороты. Ларс сломал щит генерал-капитана, а тот стал куда увереннее в своих атаках. На место аккуратных уколов с отходом в оборону пришли размашистые удары странным копьём, но вскоре и оно, и алебарда застряли в земле. Дуэлянты не остановились ни на секунду даже чтобы вернуть себе оружие, а перешли к кулакам. Обменявшись парой ударов, оба уже выдохлись, но сдаваться не собирались; именно тогда Каин вытащил из-за пояса длинный кинжал с позолоченной рукоятью, нарушая все принципы честной битвы. Не то чтобы он их соблюдал, если уж на то пошло.

- Генерал-капитан Каин! - выкрикнул я, не в силах это терпеть, - Вы хотели вернуть Клеймо легиона? Убить меня?! Так вперёд, я прямо здесь!

Удалось ошеломить, но, к сожалению, обоих. Впрочем, оно и к лучшему. Каин обратил на меня внимание, и этого хватит. Собрав оставшиеся силы, я побежал так быстро, как только мог. Снова Роза и Клеймо поменялись местами; один меч - в ножны, второй - в руках перед собой. Элемент неожиданности сделал своё дело. Генерал-капитан пытался заблокировать удар меча руками, но уже поздно. Лезвие сверкнуло в лунном свете и, пробив цельную позолоченную пластину нагрудника, прошло прямо сквозь сердце Каина. Кровь окропила всё вокруг где-то в полуметре от места удара: узоры на вычурной броне, мёртвые камни на земле, даже гарду Клейма. На мне заметно не было - итак уже по шею в ней.

Наконец, битва окончена. Фаланги уничтожены, а Каин пал замертво, пусть даже и на время. Кроме Габриэля, Эви и Ларса не выжил никто. В одном - десятки стрел, в другом - два копья, а третий сгорел заживо, прыгнув в толпу вражеских бойцов с “бомбой” - небольшим железным шаром с фитилём и зажигательной смесью внутри. Как позже выяснилось, у Эви есть ещё одна такая же, и одна “особенная” от Горация. В чём особенная - неизвестно.

Стоило бы собрать оружие с трупов, но нас уже осталось слишком мало. Я пытался дать Ларсу копьё Каина, но он отказался: “Раз уж оно подвело своего хозяина, мне уж точно не поможет.” Зато Габриэль с удовольствием поменял своё копьё, тем более наконечник уже затупился. Никто не был против того, чтобы в знак победы я забрал красный плащ Каина; в конце концов, Клеймо легиона теперь в моих руках, и технически это делает меня генерал-капитаном.

Обратно шли все вместе, даже не соблюдая боевые порядки. Благо, Ларс заранее распорядился устроить привал относительно недалеко от крепости, и по огоньку посреди пустыни мы заметили остальных. Там и будет передышка.

Глава 3.2. Соляные пустыни (Страх)

Глава 2. Наше небольшое солнце

Наконец-то мы добрались. Все остальные, благо, живы и уже зажгли небольшой желтоватый кристалл, парящий над “песками”. Так себе костёр, конечно, но греет - уже хорошо. Как раз прохлада начала давать о себе знать, когда горячка боя пошла на спад.

От новостей о том, что трое из семи погибли в крепости, наши ребята изрядно поникли. Ещё хуже стало, когда мы рассказали историю про Каина и Клеймо легиона. Я хотел было отчитать Ларса за то, что дал мне вместо нормального меча реликвию военных, но с другой стороны - оно спасло как минимум две жизни, грех жаловаться.

Дух отряда - ниже некуда, весь офицерский состав не в состоянии в случае чего даже подняться, а я внезапно вспомнил про то, что только пару минут назад с рук перестала хлестать кровь. Она с громким звуком шипела, капая на песок, пока мы шли. Похоже, никто не заметил, уже радует. Пока раны зажили, но сколько таких боёв хватит, чтобы я остался без крови совсем?..

Не важно. У меня есть Клеймо и верные мне Священные Стражи, это хоть как-то успокаивает. А раз они успокаивают меня, стоит и мне подбодрить их. Я приказал Эви притащить бутылку вина из сумки с нашими запасами и дать каждому хлебнуть из неё, а потом заночевать прямо здесь, посреди пустоши. Место неплохое, а тащиться снова до руин форта я не намерен, тем более там полегла орда элитных солдат, не хотелось бы встретить ночью нежить.

Внезапно, впрочем не так уж и удивительно, весь отряд взбодрился уже через пару глотков. Габриэль отхлебнул сразу, Эви отказалась, а Ларс сперва посмотрел на меня. Я кивнул ему и жестом указал на фляжку с водой на поясе. Такие у всех были, он заслужил сейчас небольшую передышку.

Отряд пытался предложить и мне выпить остаток, но я вежливо отказался. Там хватало-то на один глоток, да и не любитель я алкоголя. Решили отдать герою дня; да, Ларсу. Он, в конце концов, на равных дрался с генерал-капитаном легиона, ему можно. Тем более у меня ещё остались пара разговоров.

Вообще-то сегодня мне хотелось подойти ко всем своим офицерам и “офицерам”. Видимо, в первую когорту кроме Ларса попал ещё и Габриэль, теперь его в крайнем случае хоть можно будет назначить командующим группы. Из вторых же - пока только Эви. Больше квартирмейстер и мой оруженосец, чем кто-либо ещё. К ней сперва я и пошёл.

Девчонка сидела в паре метров от основной группы. Пока остальные весело травили байки и слушали рассказы Ларса и Габриэля, она же перебирала в мешке какие-то склянки, периодически попивая из фляжки. А вот у меня такой не было, и даже не позаботился никто. Впрочем, тут, похоже, необязательно не только есть, но и пить; даже если жажда и голод накроют - всё это временно.

- Эвелин? - Пока я не обратился по имени - она даже и не заметила, что рядом с ней сидел сам Рыцарь Роз. Ну что за неуважение.

- Да, милорд?

- Воруешь из наших запасов, а?

- Да как вы могли такое подумать! После того как…

- Не переживай ты так, это шутка была. А вообще действительно, что ты тут делаешь? Остальные уже давно у того костра сидят.

- Костра?.. Нет, не важно. Я просто проверить хотела, все ли лекарства на месте. К тому же, ваша рука, должно быть, пострадала в бою. Дадите осмотреть?

- Спасибо за беспокойство, я в порядке. Не использовал Розу, вашего меча более чем хватило. - Конечно это была ложь. И в соборе была ложь. Но если их успокаивает - почему нет? Да и в голосе Эви последнее время ощущается некое беспокойство, страх даже. Сейчас не до меня.

- Милорд?

- Да?

- Можете рассказать о своих землях? Там, где вы жили, наверняка просто прекрасное место, раз вы не знаете стольких ужасных вещей о нас.

- А, ну… Это долго. Может, сперва ты расскажешь о своём?

- Обещаете поделиться потом, получается?

- Конечно.

- Ну ладно тогда. Что вас интересует?

- Камешки эти. Песок здесь, лунная соль или как там его. Красный порошок, который Ларс высыпал. Особенно вот эти ваши бомбы и горящие кристаллы. Знаешь что-нибудь?

- А, да, конечно. Я не особо алхимик сама, но мой дедушка - да. Он много объяснял мне, когда работал, на самом-то деле. Ну, давайте тогда я вам вкратце расскажу.

Есть четыре элемента. Первый - альбедо, лунная соль, прямо у нас под ногами. Буквально кристалл, от которого люди умирают. Содержится в камнях, чем реже минерал - тем больше альбедо в нём. Из него, кстати, отменный яд получается. Второй - рубедо. Он во всём живом, потому мы собственно и живы. Корешки, грибы, человеческая плоть - всё, что не камень, содержит в себе рубедо. Эти два получаются, если содержащие их вещь перемолоть, смешать с водой и поставить на медленный огонь, а потом получившуюся смесь выпарить. Ещё есть цетринитас, цетрин если коротко. Это рубедо под воздействием света или нагретый. Ну и последний - нигредо. Если собрать достаточно альбедо и зажечь с помощью цетрина - вы получите камень, поглощающий свет и тепло вокруг себя. Вот, вроде, и всё.

- Не-не-не, погоди-ка. Получается, рубедо в крови, и красный порошок - это оно, да? Почему он так странно шипит?

- А, вы про Ларса? Ну, жизнь и смерть плохо ладят друг с другом, как и свет и тьма. Вот и шипят, понемногу уничтожая друг друга, - последнее девчонка добавила с небольшой усмешкой, будто издеваясь надо мной.

- Получается, яд - это альбедо, огненные камни - это цетрин. А остальные два?

- Ну, тут совсем просто. Из рубедо мы делаем лекарство, а нигредо… На самом деле его особо не применишь. Можно охладить что-нибудь или сделать маскирующий плащ, раз уж он свет поглощает, но всё это дорого и долго.

- Ну, последний тогда. Что это у тебя за бомбы такие, что они способны отряд тяжеловооружённых солдат сжечь?

- А, молотые кристаллы цетрина с фитилём. Такой порошок очень уж хорошо горит. Получается, всё? Расскажете тогда, откуда пришли?

Оставшееся время мы просидели, обсуждая мой мир. Мало чего можно было сказать, на самом деле; он был намного более нормальным, что ли. Никаких огромных домов в пещерах, никакой нежити, всё приземлённо и спокойно. Разве что неприятные детали, вроде политики, резни и парочки историй о гражданских войнах между наследниками трона опустил. Неприятно признавать, но здесь с этим как-то получше будет. Нет смерти - нет и смысла пытаться загрызть брата ради престола; он всё равно вернётся.

Хотел бы я успокоить Эви в тот момент, но случилось как случилось. Разговор не пошёл дальше, а напоминать ей о событиях в крепости я не хотел, перед ней всё-таки сгорел заживо человек из Священной Стражи. К тому же, я и сам был вымотан, даже больше прочих, и никто жалость проявлять даже не собирался.

Следующей “целью” на пути оказался Габриэль. Он как раз дорассказывал Страже историю из форта с Каином, и решил отойти. Случилось это как раз, пока мы с Эви завершали разговор о моём мире. То и дело я отвлекался на своего нового сержанта, но он, словно статуя легионера, неподвижно смотрел куда-то не то в пустоту, не то в сторону форта.

- Габриэль? - От моего обращения он аж вздрогнул. Видимо, как меня в своё время, я вывел его из размышлений.

- Да, господин? Что-то срочное?

- Нет, просто поговорить хотел. Ты, в конце концов, теперь сержант мой.

- Правда что ли?

- Абсолютная.

- Чем достоин такой чести?

- Сам догадаешься, может? Или мне надо объяснять тебе очевидные вещи?

- Ума не приложу, почему вы решили меня повысить. Нет, я, конечно, повёл отряд в бой в тот раз, но вместе с тем потерял их всех прямо на месте… - И тут же сержант поник, а вместе с ним и я. Что тут скажешь? Действительно, потеря прискорбная. Тут остаётся только перевести тему.

- Не совсем. Ты выжил. Уже два раза, кстати, при том в неравном бою, героически отдавая все свои силы ради моей безопасности. Достойно уважения.

- Ну, полагаю, кто-то там меня всё-таки бережёт, - ответил Габриэль, ткнув копьём Каина в небо. - А вас?

- Может, меня бы тут и не было, будь это так…

- В чём дело, господин? Мы недостаточно стараемся, или вы просто не хотите продолжать? Я могу понять, отдайте свой меч кому-нибудь и, пожалуй, можете идти. Поверьте, никто вас не осудит.

- Да нет, просто… Видишь ли, - я снизил голос на пару тонов, чтобы лишние уши не слышали этого разговора, - Меня совершенно внезапно судьба закинула во всё это. Я не знал о вашем бессмертии или пророчестве, прибыв из настолько далёкой страны. Я не знаю, как здесь всё устроено, и тем не менее люди верят в меня. Такое ощущение, что я занял чьё-то место, понимаешь?

- Полагаю, что да, господин. И всё же, я не видел командира лучше, чем вы.

- Да правда что ли?

- Истина, клянусь вам. Не было никого на моей памяти, кто настолько переживал бы за своих людей, чтобы в одиночку пойти против Бессмертного Архонта, генерал-капитана и тридцати солдат в фаланге. Если уж на то пошло, вы для меня пример, господин. Идти против всего, чтобы очистить мир от проклятия - достойно уважения.

- Спасибо, Габриэль. Я правда ценю это. Не возражаешь, если мы закончим этот разговор?

- Ваша воля - закон, господин. Признаться честно, у меня и самого было важное дело. Думаю, вы не против, если я пойду?

- Да, конечно.

Мы кивнули друг другу и разошлись; я просто пошёл куда-то вперёд, вдаль от отряда, он - к Эви. Забавно, как Габриэль считал, что в бой я шёл ради них. Будто иначе можно было бы выжить. Ещё и это “очистить от проклятия” пробрало до дрожи. Будто никто из них не понимает, что я пришёл сюда отобрать их бессмертие. Если так подумать, даже из здесь присутствующих много кто может умереть после нашей победы, ещё больше погибнут в городе. Можно ли такое считать подвигом? Едва ли, но уговор есть уговор - это мой единственный шанс увидеть дом.

Кое-что привлекло моё внимание: их разговор с Эвелин. Габриэль опустился на песок рядом с ней и воткнул копьё наконечником в землю. Не особо вслушивался, о чём они там говорили, но видимо это было важно. На лице Эви к концу были слёзы. Я уж хотел было вмешаться, но заметил, как Габриэль… Обнял её. Воистину, непривычное зрелище, тем более среди солдат. Похоже, он дошёл до темы, которой сам я боялся. Хоть какая-то отдушина будет у девчонки в этом походе, раз уж мы в этом надолго.

Ларса, последнюю цель, пришлось самому вытащить из круга возле догорающего камня цетринитас. Благо хоть удалось, и мы отошли. Он согласился пройтись по пустыне; у него затекли ноги, а мне так просто оказалось удобнее говорить.

- Чего-то хотели, господин? - Спросил Ларс, не прекращая делать небольшие глотки из своей верной чёрной кожаной фляжки.

- Конечно хотел, я бы в другом случае не стал тебя оттуда вытаскивать. Ну что, капитан, как думаешь, справимся хотя бы с дорогой до Вирента? Там уж хоть запасы пополним.

- До него - да, но что-то мне подсказывает, что после города нам придётся идти до самого дна Разлома. Если так - дорога будет длиннее даже не знаю во сколько раз. Просто выдохнемся, пока придём к финалу.

- В каком плане “выдохнемся”?

- С такими потерями не останется ни бойцов, ни запасов на их лечение. За последнее не могу ручаться, может Рыцарю Роз в Виренте и помогут, но только со всяческими склянками и провизией. Никто не станет нам выделять солдат, самим бы рук хватило выжить.

- Получается, у нас не только ограничены медикаменты, но и люди, и нужно как-то донести весь отряд до конца?

- По сути - да. Отвратительная ситуация, понимаю, но постараюсь что-то с этим сделать.

- Ты-то тут причём?

- При всём уважении, господин, я капитан Священной Стражи, и потому ответственен за состояние вашего отряда.

- Моего, да… В общем, с этой поры солдат дороже моей безопасности. Буду брать на себя противника, пока смогу. Вы отвлекаете и организуете побег. План ясен?

- Я не могу его исполнить. Уж лучше у нас кончатся люди в отряде, чем избранные в мире. Рыцарь Роз существует один.

- Да, но нас всё ещё только десять, включая меня, Эвелин и тебя. Это приказ. Он понятен?

- ...Так точно.

- То-то же. Насчёт Каина поговорить не хочешь? Раз уж ты теперь - старший по званию в легионе, я должен вроде как отдать тебе Клеймо и плащ, нет?

- Плащ - это исключительно украшение нашего генерал-капитана, не показатель звания. А Клеймо… Господин, я считаю вас более достойным нести бремя генерал-капитана на данный момент.

- Ай не важно уже, всё равно мы не можем управлять легионом отсюда. Клеймо остаётся у меня, но если пожелаешь забрать - в любое время, я и с обычным мечом обойдусь.- Хорошо. Что-нибудь ещё?

- Свободны, капитан.

Наконец-то разошлись. Трудный же вечерок выдался. Упёртые офицеры, наивные бойцы и разочаровавшиеся оруженосцы - и с каждым надо поговорить, обсудить происходящее, хотя бы попытаться отвлечь от личных проблем и предложить вариант с меньшим числом смертей. Может, Ларс и согласился бы, будь он в курсе, что это всё - не для защиты людей, а для моего собственного выживания.

Глава 4.1. Вирент (праздность)

Об обволакивающем чувстве безопасности и нежелании менять происходящее

Глава 1 “Пожить бы тут, да как нормальному человеку”

Весь следующий наш путь по пустошам можно описать одним словом: уныние. Двумя - крайнее уныние. До самого горизонта - сплошные поля лунной соли, изредка поднимаемой вверх ветром. Единственные мои попутчики кроме солдат - это маленькие облачка пара, вылетающие изо рта от местного холода. Ни солнце не пригреет, ни в карете не посидишь. Только и осталось, что закутаться в едва ли плотный плащ Каина и надеяться на лучшее.

Через пару молчаливых привалов, где мы лишь по привычке выставляли охрану на ночь, там, вдалеке показались сияющие вершины. Не блестящие, как песок под ногами, а буквально светящиеся, прямо как маяки. То были верхушки огромных стеклянных пирамид. Как поспешил объяснить Ларс, это и вправду было нечто похожее на маяки. Кто бы ни оказался в пустоши, по идее его должен был бы привлечь такой свет, а в Виренте люди лишними не бывают.

Вся радость сошла на нет даже быстрее, чем для этого мира было привычно. После пирамид на горизонте выросли гигантские стены из бледно-жёлтого кирпича. Нет, не так. Гигантские. Что к ним осадного ни подкати - всё равно не пробьёшь и не переберёшься. Постарались на славу, что тут сказать, да и времени у них наверняка было в избытке.

Зачем и как мы прошли внутрь - искренне без понятия. Возле главных ворот, на удивление именно деревянных, была небольшая сторожка прямо в стене. Был небольшой спор, кому туда идти: мне, Ларсу или Габриэлю. Решили всё офицерским методом - я достал Клеймо и сказал:

- А ну тихо мать вашу! Кто здесь генерал-капитан легиона? Кому вы в верности клялись, а? Я здесь распоряжаюсь, кто и куда пойдёт, и если говорю, что пойдёт Габриэль - он даже мёртвый должен открыть нам ворота!

Люблю такие привилегии. Можно в любой спор вмешаться и без лишних хлопот единогласно, а точнее мнением одного человека, прийти к выводам. И пусть никто не подумает, что я просто так это сделал, напротив. Ларс довольно прагматичен и склонен к агрессии, если его сорвёт рядом со сторожкой - нас в Вирент не пустят ни за что. Я банально не знаю местных традиций, мало ли, что могу не так сказать. А вот Габриэль - весёлый парень, на подъём лёгкий, местный, даром что звания невысокого.

...Правда, такое решение проблем порой сулит ещё больше головной боли. Казалось бы, Эви мой оруженосец, а от неё я чуть не получил по лицу. Как оказалась, именно к Габриэлю она относится чуть ли не как к брату: они служили в одном отряде уже кто бы знал сколько. Хотелось бы её в городе оставить, пусть поживёт без нас, а мы - без неё, но нельзя. Что бы я ни думал, а Эви уже помогла дважды: с припасами и с фалангами Каина.

Уж не знаю, что там такого наговорил Габриэль, но с диким лязгом, треском и звуком, похожим на стон от боли мифической твари, ворота открылись перед нами. Весь отряд был в восторге, да даже меня это удивило в какой-то мере: зелёные поля. Зелёные поля в мире, где никто даже засохшей травинки не видел веками! Для них, наверное, полнейший шок, но все старались себя сдерживать - солдатская дисциплина даёт о себе знать.

Смысла стоять у порога не было, так что я пошёл внутрь и жестом показал остальным, чтобы следовали за мной. Признаться честно, никогда такого не видел: между полями экзотических зелёных растений сновали пауки. Сначала я подумал, что это огромные вредители, но потом присмотрелся. Оказалось, что они были металлическими - две ножки спереди также служили серпами, а на спинах поставлены сферы с множеством отверстий, из которых вода тонкими струйками течёт повсюду, даже в воздух. Сорта здесь, похоже, особые, и требуют много влаги и мало света.

Меж деревьями и кустами ветвились аккуратно вымощенные серым камнем дорожки. Весь нижний уровень города напоминал больше гигантскую оранжерею: тёплую, влажную, и куда ни глянь - всюду зелень. Приятно, однако. Особенно после долгого путешествия по пустыням, дрожи от холода по ночам и изматывающих битв.

После получаса бесцельного блуждания по ветвистым дорогам, я обнаружил забавный факт: они образовывали стороны квадрата, внутри каждого из которых были те самые стеклянные пирамиды, которые от одного взгляда на вершину вызывали головокружение. Стекло, кстати, было непрозрачное, как минимум извне, да и при ближайшем рассмотрении пирамиды - не чудо. Да, они по большей части были сделаны из тонкой золотой сетки.

На самом деле, здесь было очень мало людей. Проходили медленно, с необычными для этого мира улыбками на лице, даже местные пейзажи не разглядывали. Одеты с иголочки, как не всякий дворянин осмелится. Рай, одним словом. Один из таких встречных нас искал: это была девушка, возрастом примерно схожая с Эвелин, да и внешне как две капли воды. Она, однако, оказалась куда сдержаннее в манерах.

Завязался очень будничный разговор, который даже рассказывать в деталях было бы преступлением. Нас пригласили прогуляться по городу и побеседовать, пока шли. Как раз девушка хотела сопроводить нас в некий “главный зал”, где уже приготовились к нашему прибытию. Пообещали банкет, места для отдыха, и за всё это будет платить некий “совет”. Я спрашивать не стал, и подумал, что это местные руководители, как бы оно ни было устроено.

- Красиво здесь, а, господин? - Габриэль заметил, что я уже заскучал за ленивыми рассказами о жизни города и том, как у них тут прекрасно, и решил хоть как-то отвлечь. Паршиво, но лучше, чем ничего.

- Да, - коротко кивнул я. - Хочешь остаться здесь? Не стану судить, если согласишься.

- Да вы что, господин? Кто же будет приглядывать за Эвелин? К тому же, кого ещё, кроме меня, вы поставите на роль сержанта, хах.

- Найдём кого-нибудь, уж поверь. А что с Эви? Она тебе сестра или кто? Ты, похоже, за неё беспокоишься. Извини, если это личное.

- Нет, господин, всё в порядке. Мы… Скажем так, долго служим вместе. Очень долго, думаю, сами понимаете. Привязался я к ней, у девчонки кроме её деда Горация никого и нет больше.

- И всё? Я думал, там какая-то долгая и трагическая история.

- Господин, при всём уважении… - По лицу Габриэля можно было понять, что он чуть не сорвался. Стоило обдумать этот разговор заранее, но кто же знал. - Этого уже достаточно для меня. Она давала хоть какую-то надежду, что всё поправится. Сами понимаете, проживёшь так долго в Разломе - любая эмоция начинает угасать.

- Неужто у вас там всё было настолько плохо?

- Настолько, и ещё в десять раз хуже. В любой момент кто-нибудь мог одичать на улице, и не всякий солдат решится его останавливать - сами боялись превратиться в проклятую Плоть. Можно один несколько личный вопрос к вам?

- Да, конечно. Как раз будем квиты.

- Откуда вы пришли? Не говорите о дальних землях, этого не может быть. Ещё до того, как мир остался проклят бессмертием, мы не нашли ничего за морями. Вы не знаете о нашей жизни, не знаете о нас. Так откуда вы?

- Поверь, Габриэль, тебе лучше будет не знать. К тому же, здесь слишком много народу, чтобы рассказывать. Может быть, когда-нибудь в другой раз.

На такой неловкой ноте наш разговор и закончился. Я сперва даже не заметил, как отряд остановился перед одной из стеклянных пирамид: единственной, которая была больше прочих. Казалось, что дорожка банально упёрлась в основание, но это не так. По хлопку нашей спутницы, панель стекла разделилась на две створки и открылась, как самая обычная дверь. Не приложу ума, как это работает, но труд в такое, должно быть, вложен титанический.

Помещение, куда мы вошли - простой и скромненький коридор из серого кирпича, ведущий к центру пирамиды. Не берусь за каждое здание, но здесь их было четыре - в центре увидел это. Каждый вёл в комнату с четырьмя винтовыми лестницами вверх.

Наконец-то дошли мы до места, где была подготовлена встреча. Довольно красиво, между прочим: большой круглый зал с потолком-полусферой, весь залитый светом горящих свеч на свисающих над головой люстрах. Прямо по центру стоял простенький трёхъярусный фонтан из белого мрамора. “Простенький”, конечно, по меркам местных изобретений. Снизу всё заставлено столами, в кои-то веки деревянными и даже лакированными, вместо стульев - удобные диванчики, а для тех, кому и этого мало - между полом и потолком есть целая сеть лестниц к висящим беседкам.

Может, мои глаза уже привыкли, но я заметил это последним: всё помещение буквально усеяно растениями. В аккуратных клумбах у стен цвели растения, ненавязчивым запахом создавая даже больший уют, с беседок свисали лианы, на которых уже распустились цветы. Красота, в общем.

Отряд взглянул на меня, я - на них, и где-то секунду было непонятно, что случилось. Благо Эви не настолько сдержанная, девчонка тут же уселась за стол и принялась за местные явства. Я одобрительно кивнул: можно и устроить страже праздник после того, что случилось.

Все разошлись по местам, кому где понравилось, только я найти не мог, где же присесть. Проблема не в еде, нет, здесь были и фрукты с овощами, и даже мясо, и сладости - всё, что я раньше считал нормой. Просто раз уж выдалась возможность побыть одному - стоило ей воспользоваться.

Я присел на диванчик в самой дальней беседке, где даже толком не накрыли стол. Был какой-то стейк странноватого вида, словно немного недожаренный, который я счёл чем-то из местной кухни и решил даже не пробовать. А вот сладости и фрукты были в обилии. Некоторые я в своей жизни даже не видел, какие-то уже знакомы. Один зелёный фрукт по вкусу слегка напоминал мои любимые яблоки, но намного более сладкие.

Не суждено мне было толком поесть, даже пока никто не отвлекал - кусок в горло не лез. Я решил остаться здесь ненадолго, пока мой отряд весело шумел где-то там, внизу. От вина и угощений стало как-то не до дел, и разум ударился в раздумья, во время которых одна тарелка с ирисками была опустошена, а содержимое второй предусмотрительно пошло в мешочек на поясе. Он всё равно без дела болтался ещё со времён Пути, пора бы использовать.

Стоило не думать об этом, конечно, но я начал складывать в голове все произошедшие события. Бессмертный Архонт - уже звучит подозрительно. Каин говорил о какой-то “его воле”, и о том, что я - угроза Архонту. К тому же, кем бы он ни был, он невероятно опасен, раз уж заставил так испугаться даже генерал-капитана легиона. Может ли быть такое, что он - тот, кто атаковал в соборе?

Вполне, наверное. Я так и не понял, кто это был, но он управлял нежитью, при том легионерами. Он был невероятно силён, так, как и говорили об Архонте, и пришёл, похоже, именно за мной. Но если это так, и именно он виновен во всём происходящем, то как его победить? Я смог отрубить его руку, но и сам бы умер без помощи. Быть может, стоит послушать Каина и Ларса? Меня ведь никто не осудит - обоснуюсь в Виренте, отдам Розу и Клеймо кому-нибудь, да заживу тут спокойно до конца дней.

Дом? Уже давно забыт, остался позади, как и Путь Возвышения. Старые лица понемногу стёрлись из памяти, и даже если мне предложат - я вряд ли соглашусь возвращаться. Люди? Они должны быть благодарны за вечную жизнь, пускай и такую. Да и какое мне дело до этих людей…

- Милорд?

Я уже начал забывать этот до ужаса и отвращения радостный голос, но на сей раз что-то было… Иначе. Быстрый осмотр это только подтвердил, и в целом ничего необычного. Улыбка во весь рот, красные щёки и бутылка с жидкостью янтарного цвета внутри - малая просто захотела повеселиться сегодня. Ещё бы меня не втягивала, но, видимо, любые хорошие времена кончаются.

- Да? - выдавил я из себя, пытаясь не слишком показывать навеянную ей скуку.

- А я вас проведать хотела. Вы слишком заняты? - Её язык уже заплетался, а ведь бутылка была пуста лишь на пару глотков. Да ладно язык, даже ноги подрагивали. О времена, о нравы…

- Был занят, пока ты не пришла. Ну, рассказывай, чего хотела.

- Да так, просто поговорить, и вот этим поделиться, - Эви указала на бутылку так, будто я её не видел, - можно присесть?

- Конечно. А то, что внутри… Крепкий наверное?

- Спасибо, - девчонка буквально свалилась на диванчик рядом со мной, - да, есть такое. Но вы же не откажете себе в таком удовольствии?

- Моё удовольствие - пожить бы тут, да как нормальному человеку. Ладно, наливай, попробую. Как называется хоть?

- Вроде “виски” или что-то вроде того, кроме как здесь нигде не видела.

- Не думаю, что ты часто была где-то кроме Рисволя. Давай побыстрее, у меня дела.

- Ой, милорд, вы же сами сказали, что остаться тут хотите, зачем так спешить, только же прибыли…

- Во-первых, я такого не говорил. Во-вторых, “надо” значит “надо”.

- Простите, милорд, но вы порой для рыцаря такой грубый. Избранный же вроде должен быть… Ну, добрым, он же мир спасает.

- Не без этого.

Какая неожиданность, но этот самый виски она мне всё же налила, и даже ничего не разбила. В бокал из-под вина, правда, но в целом итак сойдёт. Я выпил один глоток - вроде не настолько крепко, вкус приятный. Видимо, совсем уж Эвелин к спиртному не привыкла.

- Пошли со мной. Никаких мыслей как в прошлый раз, ясно?

- Так точно, милорд!

- Оруженосец, отчитайтесь, сколько вы выпили за сегодня?

- Три бокала вина, один - виски этого. Вроде и всё.

- Три? Да там пол бутылки нет!

- Ну, с этим не только я старалась.

- Ясно всё с тобой. Поднимайся.

Очевидно, сама она подняться не могла, так что пришлось взять её за руку и помочь встать. Пошла уже вроде сама, но я всё ещё посматривал за девчонкой - упасть могла в любой момент. Особенно пока мы спускались вниз по ступенькам, там её как раз и пришлось поймать разок. Неловко вышло, но в целом внимания на нас не обращали.

Мы спустились к самому нижнему уровню комнаты. Эвелин по моему приказу присела на скамейку рядом с фонтаном, я начал выискивать глазами девушку, которая нас привела. Слава богам, нашлась она довольно быстро, и я попросил её проводить Эвелин до жилых комнат и отправить спать. “Возражений не принимайте, у нас был тяжёлый день, особенно у неё”, закончил я свою речь.

Девушка, как учтиво с её стороны, протянула мне свёрнутую карту пирамиды, разбитую по квадратам. Один квадрат - один этаж, а всего их здесь было ровно 13, и на самом последнем, судя по подписи, восседал “совет”. Меня насторожило отсутствие их комнаты на карте, но имеем что имеем.

Как оказалось, отряд сейчас находился на десятом. Одиннадцатый был прозван “апартаменты”, двенадцатый - “особые апартаменты” с подписью на одной из комнат: РР. Полагаю, туда мне и надо.

Путь до личного номера вышел долгий и мучительный, без гида под рукой пришлось блуждать как слепому котёнку по местным коридорам, но я всё-таки добрался. Ключ уже был вставлен в замок, а на связке висела записка:

Рыцарю Роз. Если вы доберётесь сюда раньше времени/без проводника/всё раннее сказанное, просьба приготовиться к встрече, морально и физически, и отправиться на этаж 13 незамедлительно. С пожеланиями успеха в вашем нелёгком деле, Совет.

Странные люди конечно, этот Совет, но они хотя бы оплатили нам банкет, так что жаловаться вряд ли стоит. К тому же, это едва ли похоже на ловушку, а нежити я тут не видел. Думаю, можно и расслабиться, даже не ожидая за дверью ловушки.

Какая радость: за проходом действительно не было ни одного взведённого арбалета с отравленными болтами, или даже охотничьего капкана. Вообще-то, мои апартаменты оказались очень даже приятными, и, что самое главное, просторными. После тесной комнатушки у Горация, это - буквально дворец.

По центру, прямо за дверью в коридор, была большая круглая комната. Это зал - стол со свечами, искусно сделанные стулья, пара диванчиков рядом со стенами, и гигантские книжные полки. Не берусь даже предполагать, сколько займёт их чтение.

Направо была спальня. Не самая красивая, что я видел, но тоже неплохо. Просторно, уютно и из лакированного дерева - это ли не главное. Я чуть не упал на кровать из самой приятной ткани, которую можно было представить после долгих путешествий… Но пока рано, у меня итак скоро встреча.

Справа - небольшая кухня, где вся мебель либо из белого дерева, либо из бледно-жёлтого металла. Помещение и вправду маленькое, кроме шкафчиков с посудой, печки (решительно непонятно, куда выходила её труба) и шкафа из того самого металла. Последний - очередное чудо инженерии, где холод сохранялся вопреки всему, и еда могла лежать, видимо, вечно. Мясо, фрукты, овощи, напитки - всё здесь, даже тот самый виски. Сразу вспомнились рассказы Эвелин про местные алхимические камешки и охлаждающий нигредо.

Прямо напротив входной двери - развилка в две комнаты. Одна - туалет. Ничего особо интересного, обычный фаянсовый трон, но заставляет задуматься: ставят ли они такое всем или только особым гостям? Если второе - достойно уважения. Вторая комната - гений инженерной мысли. Ванная с краном, проведённым прямо в дом, и ничего даже не надо набирать. Более того, с двух вентилей лили горячая и холодная вода. Удобно, однако. Как просто порадовать человека тем, что раньше он считал нормальным…

Лучше чистой воды было только то, что стояло на бортике ванной. Все возможные виды мыл, ароматические масла, какие-то соли, даже свечи зачем-то. В общем, небольшой рай лично для меня. Наконец-то можно было отмыть все запахи крови, пота и гари, чем я и был занят на ближайший час. Впрочем, признаюсь, большая часть этого времени ушла просто на приятное ничто.

Одежда вернулась на тело как только оно обсохло. Во-первых, здесь прохладно, а во-вторых, ничего другого мне всё равно не дадут. Тёмно-синие рубашка с брюками и чёрные сапоги - просто и приятно, хоть и не то, в чём я привык ходить по гостям. Броня осталась в апартаментах на тумбе возле дивана, но ножны и шлем всё ещё оставались со мной.

Пока ещё не опустилось забрало шлема, я разглядел своё лицо в зеркале, благо в спальне оно было. По спине пробежал неприятный холодок от того, что я не узнал себя самого. Лицо бледное, как луна, взгляд помутнённый, словно после долгой ночи пиров, даже улыбка больше похожа на акулий оскал (хотя это, скорее, из-за скверного освещения и в целом неприятного впечатления)

Стоило отвлечься от всего этого перед встречей. Я прошёлся пальцами по оборотам книг в местной библиотеке, и приглянулись лишь две из огромного множества. Одна - сборник не то рассказов, не то древних легенд, в общем назывался он “Пасть Короля”. Другая - пустая тетрадка с приблудой, похожей на перо. Очередное чудо техники, которое пишет, даже если не окунать его в чернила.

Сборник был не то чтобы интересный: здешние истории давно переплелись с вымыслом, и по большей части не представляли интереса. Единственное, что достойно даже краткого упоминания - это сам рассказ “Пасть Короля”. Нет, к моему удивлению это не притча о прожорливом короле, а о морском змее, названном Король. Он терроризировал морские города и убивал незадачливых моряков пока войско третьего Архонта не заточило его под землёй. И до сих пор эта тварь плавает в подземных морях на глубине, и не снившейся человеку, куда не падает солнечный свет. По какой-то причине “Король” в некоторых местах зачеркнуто и заменено на “Хефарем”, но об этом я не слышал ничего.

За тетрадкой я убил ещё около часа, решив примерно записать свои путешествия. С историями Пути вышла почти половина. Интересно, будет ли она когда-то заполнена до конца. Из того, что не было рассказано, пожалуй пара вещей, которые я по пути узнал у Ларса. Они были довольно скучные, но здесь в аннотации - самое то.

Легионы названы по номеру своих Архонтов, бессмертных правителей Империи Рисволь, ведь имён у них не было. Клеймо было у каждого легиона, и если первое выбрали случайно, то остальные были сделаны подобными оружию Архонтов: штандарт, лук, щит и меч.

Пара забавных фактов об этих самых Архонтах: они бессмертны, но уязвимы. Первый ушёл сам, когда почувствовал, что больше не может править; второй был повешен негодующей толпой на дворцовой площади; третий умер на войне, а четвёртый… Ну, в этом и вся проблема.

Кроме Империи я слышал о ещё паре мест: графство Эспада и аликарские племена. Первые отделились от Империи после пары восстаний, а вторые так и остались гордыми и свободными кочевниками. Кстати про Эспаду, их герои, странствующие рыцари, продавали души и плоть своему богу Амадею за некие “великие артефакты” - вещи, дающие сверхъестественную силу.

Ну и напоследок, полусекретная информация от капитана Ларса. Разлом они захватывали не просто так, а ради Катализатора - древней машины, превращающей воду в любое вещество, стоит лишь принести образец. Именно на её месте была построена Башня Чёрной Стали, из-за которой сам Разлом стал глубже на пару километров. Ну а что прошло за закрытыми вратами Башни - история.

Надеюсь, вышло не слишком скучно, впрочем эти заметки были больше для себя. С чистой душой и такой же совестью я направился из апартаментов на самый верх пирамиды, чтобы встретиться наконец с Советом…

Глава 4.2. Вирент (праздность)

Глава 2 Механическое сердце

То, что я узрел, мгновенно повергло в шок. Небольшая прихожая с позолоченными доспехами, люстрами из прозрачных кристаллов и красными коврами на 13 этаже - это ещё ладно, дворцу позволено быть богатым. Но дальше, за ним… Впрочем, обо всём по порядку.

Я слегка толкнул одну из тяжёлых деревянных дверей, и та податливо открылась. За ней не было роскошных тронных залов, да и в целом залов: одна огромная серая металлическая комната, метров этак 20 в длину и ширину и под 5 - в высоту. Вся стена напротив входа была усеяна паутиной из шипящих труб, тонкой проволоки в странных катушках и прочих изобретений, которые даже описывать страшно. Всё это занимало где-то добрую треть комнаты.

Прямо по центру комнаты на троне восседало нечто. Оно было похоже на человека, да, но лишь внешне. Плоть его была из стали - столь же серой, как и само помещение. Грудь его была раскрыта - вместо сердца внутри лежал бледно-жёлтый камень, и ничего иного там не было. В руки и ноги его впивались тихо потрескивающие нити металлической проволоки.

- Приветствую, - прозвучало откуда-то из чрева существа, ведь губы его не двигались. Оно оглядело меня своими вполне человеческими глазами, и камень в его груди вспыхнул ярким светом, - Я ждал вас. У нас не так много времени

- А… Да, рад встрече, - я пытался хоть как-то сдержать волнение от встречи с таким, но удавалось с переменным успехом, - Вы, полагаю, Совет?

- Нет. Я - машина. Совет - не машина. Я - не Совет. Зачем вы пришли?

- Очевидно, задать вопросы. Если вы не заметили, в мире происходит полнейший ужас, и с этим надо что-то делать. Полагаю, вы можете помочь мне?

- Да, я способен на это. Моя цель - защищать людей Вирента. Ваша цель - спасти всех людей, в том числе людей Вирента. Моя задача - помочь вам. Мои процессы не могут проходить долго. Я дам вам три вопроса. Ваш особый статус даёт вам один вопрос. Ваша цель даёт вам один вопрос. То, что вы избавились от Каина, терроризировавшего наш город, даёт вам один вопрос. Задавайте как можно более конкретные вопросы чтобы получить конкретные ответы.

- Ладно, тогда давай так. Как победить Архонта?

- Я не могу дать ответ. Я знаю, кто может дать ответ. Графство Эспада. Направляйтесь туда, потребуйте здесь транспорт. Приказ машины. Следующий вопрос.

- Незачем так торопить. Если ты не Совет, то кто или что такое вообще Совет и где они?

- Высшее управление Вирента. Не пытайтесь найти их. Следующий вопрос.

- Прекрасные же у тебя ответы, кусок железа, - пробубнил я себе под нос. Кажется, он не услышал или не подал виду, - Что вызвало всё это? Катализатор? Сам Архонт?

- У меня нет исчерпывающей информации. Архонт не мог. Катализатор - маловероятно. Всё, что мы знаем - это вина Уробороса.

- Так, а это ещё что такое? Поясняй сразу, я не всё здесь могу расшифровать.

- Ваш лимит вопросов исчерпан, и мои запасы уже иссякли. К сожалению, механизму нужен перерыв. Просьба вернуться сюда на следующий день. Прощайте.

На этом в комнате повисла гробовая тишина, а камень внутри Машины погас и принял тусклый белый окрас. Да, я назвал его “Машина”, он вроде как сам сказал про свой приказ.

Аудиенция, видимо, не состоялась. Нужно идти на новое место, ничего он не знает, благо хоть здесь будет транспорт. Надеюсь, те самые пауки, а не какие-нибудь лошади, которых нечем кормить и поить.

С этими и многими другими мыслями я направился в свои апартаменты. Путь вышел очень коротким и скучным, так что можно было просто скинуть шлем к оставшимся доспехам, снять сапоги и упасть наконец на кровать. Давно не видел ничего удобнее холодного куска камня. Хотелось бы остаться тут на подольше…

Перед тем, как начать очередное рассуждение, я решил немного подготовиться. Одна ириска была проглочена почти тут же, и тут я обратил внимание на рукава рубашки: они были просто в непотребном виде. Лоскуты свисали, словно руки были когда-то давно прогрызены зубами какого-то животного. Не так уж и далеко от правды, ведь шипы Розы более чем подходили под описание.

Пошарившись по местным тумбочкам, комодам и полкам, я (со стыдом из-за потраченного впустую времени) всё-таки обнаружил здесь аккуратно сложенный костюм из чёрных брюк и белой рубашки. Похож на то, в чём ходят жители города, да и сильно менее пахнет кровью и потом, так что теперь этот костюм будет на мне до самого конца.

Никаких здесь, кстати, окон нет, даже несмотря на огромные пластины стекла, из которых сделаны пирамиды.

За поисками я как-то не заметил, что в главном зале на столе стояла одинокая полуторалитровая бутылка виски с рюмкой и запиской рядом:

Мы обнаружили, что вам и вашим товарищам понравился напиток. Одна бутылка должна стоять на вашем столе, другая уже была сложена в вашу сумку в благодарность за ваши деяния. С наилучшими пожеланиями, Слуги.

Осмелюсь предположить, что та девушка, встретившая нас - как раз из тех самых “слуг”. Не железкам же приносить мне алкоголь, в самом деле. Впрочем, в этом городе - возможно. После пары выпитых рюмок голову начали посещать странные мысли: например о том, что я почему-то понимаю местный язык. Более того, это ровно то же, на чём я всегда говорил, хотя казалось бы - другой мир, другой и язык.

Я потряс головой и попытался скинуть с себя эти мысли. Не то чтобы они ушли, но теперь я хотя бы был готов нормально отдохнуть на кровати под приятные размышления… Которые тут же сменились планами о нашей миссии.

Не дадут мне отдохнуть всё-таки, ну да ладно. Стоит начать с того, чтобы очередной раз мысленно собрать произошедшее в этом мире. Империя Рисволь, единственное здешнее государство, жила под правлением Архонтов: местных полубогов, которые появлялись как-то сами, уже с силой и оружием. Эти Архонты были бессмертны, но не неуязвимы, а потому теперь их четыре, и у каждого своя личная армия - легион.

Четвёртый Архонт ради захвата Катализатора, способного превращать воду в любое вещество, решил пойти на штурм Разлома - необъятных размеров трещины в земле. По непонятной причине, там, внизу Катализатор и был. Вокруг устройства выстроили личный дворец Архонта - Башню Чёрной Стали, и Разлом внезапно стал ещё темнее.

С тех пор неизвестно, что случилось. В один день все перестали умирать, а кто умер не от старости и кости его ещё не стёрлись в пыль - начал восставать из мёртвых. Дети перестали рождаться, а песок понемногу начал превращаться в смертоносную “лунную соль”, альбедо, и покрыл собой все местные территории. Как раз когда я прибыл сюда, оказалось, что у выживших и не сошедших с ума людей есть миф о некоем “Рыцаре Роз”, спасителе человечества, который каким-то чудом подошёл под моё описание с парой корректировок.

Скорее всего я - не их избранный, и не уверен даже, что избранный существует, но вернуться домой мне нужно. Впрочем, неважно. Из всего, что я услышал, здесь есть легенда о божественном змее Хефареме, он же “Король”, похороненном под землёй в гигантском море. Не совсем понимаю, как тогда сама земля не обвалилась, но это дело другое. Почему он вспомнился?

Не совсем уверен, но на Пути от других путешественников во времена когда удавалось просто поговорить тоже были упоминания Уробороса. И это, какое совпадение, тоже змея, только заглотившая собственный язык - символ бесконечного перерождения всего живого. Здесь перерождения нет, но в целом остальное сходится. Если это божество действительно существует, и оно, а не Катализатор, виновато во всём происходящем - вполне понятно, кого и где убивать. Остался один вопрос: как?..

Под такие мысли понемногу мои глаза становились всё тяжелее и тяжелее, пока что-то в голове не щёлкнуло наконец, погасив всякий оставшийся свет разума. Герою можно и поспать.

Глава 4.3. Вирент (праздность)

Часть 3. Инферно

От приятной пустоты сна меня отвлёк лихорадочный стук по входной двери, настолько сильный, что даже я услышал. На всякий случай, я решил всё-таки полностью одеться, и как можно быстрее накинул поверх костюма пластины своего доспеха, но особо резво не вышло: то кольчугу трудно натягивать, благо хоть кольчужных штанов никто не придумал и хватило только пояса, то ремни на пластинах затягиваются слишком туго, то ножны никак на пояс не ложатся.

Десяти минут мне хватило, но стук за это время не прекратился, так что пришлось крикнуть что-то вроде: “Подождите, у меня тут важное дело!” Удивительное упорство - явно талант того, кто стоял у входа в мои апартаменты. Наконец, пришла пора открывать. Там была та самая девушка-служанка, проводившая нас до пирамиды.

- Господин Рыцарь Роз, умоляю вас, нам нужно срочно!..

- Так, тихо, - прервал я её на полуслове, - Чётко и ясно, что происходит?

- На город напали, стены не выдержали, нежить пробилась внутрь и пытается сжечь всё!

- Не кричи так, слышу уже. Стражу вывели? Свои войска у вас есть?

- Только наши машины под экстренные случаи.

- Так Стражу-то вывели?

- А… Да. простите, господин. Стража уже обороняется у входа в здание, умоляю вас, следуйте за мной, вы нужны им!

- Ладно, ладно, раз уж пробиться смогли - проблема воистину серьёзная. Вперёд!

Служанка быстро выдохлась и осталась позади меня, впрочем, до лестниц и выхода я добрался сам. Зрелище воистину ужасное: дым от полей застилал весь город, огонь ревел повсюду, звон стали серпов мелких паучков и оружия легионов нежити раздавался в самых дальних уголках Вирента. Прямо перед раскрытым выходом, в поле из разбитого стекла отбивались мои солдаты; Эвелин расстреливала цели из-за спин товарищей, а где-то в дюжине метров посреди толпы нежити кружил со своей алебардой Ларс, уничтожая с одинаковым усердием броню, оружие и плоть.

Несколько из наших уже полегло, остальные сражались на пределе. Вдалеке виднелись фигуры из золотистого металла - видимо, такие же машины, которые отчаянно пытались защитить своих создателей от орд оживших мертвецов.

- Милорд, - вскрикнула Эви, - Вы живы! Хвала небесам!

- Да, жив, как же ещё. Что здесь чёрт возьми творится? Где твои бомбы?

- Они пробили стены и пришли сжечь всё. Бомбы на поясе, но они мало чем помогут сейчас. Я, кажется, видела их командира. Осталось только…

- Господин! - Внезапно вмешался Габриэль. - Мы должны срочно бежать из города! Забудьте о его спасении, карета уже готова!

- Согласен, как бы ни были важны люди - мы их всех не спасём. Осталось вытащить Ларса. Ждите меня!

Я выхватил из ножен Клеймо и пронёсся сквозь нестройные ряды воскресших лучников и копейщиков из легионов. Не это меня сейчас волновало, и не части тел, резво разлетающиеся по сторонам под лезвием клинка, а безопасность моей Стражи.

Нежить лезла под ноги даже когда должна была уже успокоиться, и в итоге я чуть не упал, но как раз вовремя добежал до Ларса. Удалось развернуться прямо в воздухе, и вот мы уже стояли спина к спине в кольце врагов, благо он только отгонял алебардой подступающих врагов, чтобы дать себе хоть немного места для очередного вздоха. От гордого воина в элегантной броне остались лишь едва дышащий человек в крови и поту и доспех, запятнанный сажей и грязью.

- А вы как всегда вовремя, господин! - Выкрикнул Ларс, пытаясь откашляться от дыма с зажжённых полей.

- Тебе не до жалоб сейчас. И вообще, как мог, так и добежал. Я к тебе по делу.

- Значит, потом. Три… Два… Один… Вперёд!

Мы оба рванули по команде, абсолютно синхронно, и врезались в плотные ряды окруживших нас врагов. Крики утонули в яростном звоне стали и лязге рвущихся колец кольчуги, запах мяса и гнилой плоти смешался с гарью и от него хотелось самому уже кинуться на собственный меч, небольшие ручейки крови подтекали прямо к нашим ногам. Стоило только получить передышку - и мы оба вернулись на исходную, спина к спине, отгоняя оружием окружающую нежить.

- Прямо как в старые добрые времена, господин! Теперь вы хоть поймёте, каково тут было до Архонта.

- Да, конечно… Я же по делу, да? Давай без соревнований, кто больше убьёт нежити, отсюда нужно бежать и быстро.

- И бросить людей Вирента после их тёплого приёма? Бросить на смерть скорее всего единственное живое место в мире?! Ни за что!

- Это приказ, капитан. Я - лидер легиона, вы обязаны подчиниться, если уж забыли клятву Священной Стражи. Бежим, пока нас тут заживо не сожгли!

- Тогда мы будем не лучше тех, с кем сражаемся. Бегите. Я остаюсь здесь и буду драться за это место пока меня не сотрут в мелкую костную пыль. Бегите! Я не опущусь до нежити Архонта.

Мне нечего было ему возразить, да и некогда. Прямо в землю рядом с нами вонзилось копьё одного из мёртвых легионеров, кинутое откуда-то из толпы. Оттуда же внезапно пошёл столп дыма, под которым вовсю ревел огонь, словно охвативший одного из них. Причина происходящего стала ясна очень быстро - это был не легионер.

“Палач пришёл за нами” - прошипел сквозь зубы Ларс. Я посмотрел через левое плечо: в паре метров от нас уже был воин, возвышавшийся над толпой, чуть ли не выше самого Архонта. Он был одет богаче прочих: в сияющую серебристую кольчугу и синий табард поверх неё, с позолоченной каймой. В руках он сжимал двуручный топор, лезвие которого уже было испачкано в чьей-то крови и вселяло ужас, ведь доспехи для такого оружия - ничто. Его шлем был больше похож на клетку с плоским верхом, а внутри горело пламя, яркое как тысячи светил, языки которого вырывались между прутьев.

Гром боя утих, и Палач прошёл через расступающиеся перед ним толпы нежити к нашей фаланге. Все замерли в ожидании, и лишь один удар прервал тишину. Лишь один взмах его топора разрубил нашего копейщика напополам, вызволив из его внутренностей бордовый поток крови. Вместе с Габриэлем наших осталось всего трое, да Эви, помогающая позади. От внутренностей бедняги в воздух пошёл мерзкий пар. Все, кто раньше был с нами, уже стал подобием мостовой.

- Они не справятся в одиночку, - прошептал мне Ларс. Я тут же понял его намерение, но рисковать жизнью от этого приятнее не стало. Выбора всё равно нет, впрочем.

- Тогда ты здесь за главного. Попробуй пробиться к остальным, веди их к выходу, мы догоним. Вперёд!

Ларс начал неуверенно делать шаги навстречуу нежити, дрожь в руках и покачивающиеся ноги безнадёжно выдавали его усталость, и даже взмахи алебардой более не задевали по три человека, да и были какими-то вялыми.

Я сделал рывок в сторону нашего отряда и снёс по пути голову какому-то незадачливому восставшему легионеру. Его копьё упало прямо в мою руку, и я поспешил метнуть его в возвышающуюся фигуру Палача. Оружие просвистело в воздухе и наконечник прозвенел от удара о кольчугу, словно колокол собора, вонзившись глубоко в позвоночник.

Кровь хлынула из его спины, как из бедолаги, которого он разрубил, но Палач выдернул копьё как жалкую занозу, и откинул его почти с тем же презрением. Огонь из-под его шлема загорелся с новой силой, и он наконец обратил внимание на меня. Никогда не забуду это зрелище: огромная, истекающая кровью груда ненависти и металла с буквально горящей головой и топором наперевес несётся прямо на меня с диким рёвом, сбивая всё на своём пути, но в основном своих же солдат.

Не сразу мне удалось заметить, но наперерез ему сквозь океаны восставших легионеров побежал Габриэль - почти сразу, как было кинуто копьё. Сержант словно из-под земли вырос между мной и Палачом, и без тени сомнений вогнал тому лезвие копья-меча между рёбер. Очередной поток крови хлынул по клинку, окрапив лицо Габриэля.

- Сержант, этот на мне. Берите Ларса и уходите! - крикнул я Габриэлю, схватив его за плечо.

- Никак нет, господин. Если я должен буду умереть за вас…

Ему так и не дали договорить. Увесистый кулак Палача промял переднюю часть шлема, ударом Габриэля откинуло куда-то в сторону, и сам Палач столь же легко достал и бросил меч-копьё под руки сержанту. Моему сержанту. С этого момента наш бой стал личным.

Он медленно и неспеша двигался на меня, и стоило ему занести секиру над головой для удара - как я воспользовался моментом и ударил его в бок Клеймом, отпрыгнув вправо. Лезвие лишь отскочило от плотных колец серебристой кольчуги, но этого уже хватило, чтобы приманить гиганта.

Следующие десять, двадцать, а то и тридцать минут я пытался увести Палача как можно дальше от своих солдат. Стараясь не использовать Розу, я лишь изредка позволял шипам клинка вонзиться в мою плоть, чтобы снести голову какому-нибудь очередному латнику, вставшему на пути. Вирентские механизмы сделали легион нежити значительно меньше, сократив чуть ли не на две трети, и пламя на полях начало угасать, отчего уклоняться стало слегка проще.

Мои глаза были покрыты отвратительной смесью гноя, пепла, пота, крови и грязи, а адреналин начал выветриваться из крови. Благо, похоже, Палач тоже выдыхался - пламя в его шлеме стало тускнеть и приобретать всё более красноватый оттенок.

Именно в этот момент я подумал, что можно нанести ему решающий удар. Мы вышли на относительно ровный открытый участок дороги, и я схватился уже было за рукоять Розы, вонзив Клеймо в ножны. Он замахнулся топором справа - идеальная возможность прыгнуть влево и закончить всё это. Я не рассчитал лишь одного: стоило начать атаковать, как Палач перекинул секиру так, чтобы нанести удар слева.

Бритвенно-острое лезвие пронзило мою броню с таким свистом, что заложило уши. Оно вонзилось в мой живот, выпустив обильный поток крови, и от удара я отлетел на пару шагов. Сила Палача была не в грации или умении, не в упорстве или решимости, а в его грубости, ярости. Его ударов было легко избежать, но стоило ошибиться - и ты повержен.

Так случилось и со мной. Последнее, что я увидел тогда - огромный разрез у меня на животе и Машина, марширующая из того, что осталось от главной пирамиды. Свет вокруг погас, глаза закрылись, а время словно остановилось.

Неужели, это ощущается так? Вряд ли, в конце концов я не умру в этом мире, а воскресну даже после смертельных ран. Именно такие мысли приходили в голову в попытке успокоить себя, отвлечься от того, что я истекал кровью на холодной земле, и половина внутренностей была не с той стороны организма.

Нет. Я отказываюсь принимать это. Я слишком далеко зашёл. Мы слишком далеко зашли. Мы уже почти у цели, осталось только сделать последний рывок до финала. Нельзя сейчас бросить всё и сдаться. Нельзя. Ради своего дома, в который я хотел вернуться, ради людей Разлома, ради Священной Стражи и всех, кто погиб на пути сюда.

Я собрал остатки сил, физических и ментальных, и открыл глаза. Ускоренная регенерация вызывала ощущение, что меня сжигают заживо, но оно приглушалось моим праведным гневом. Кровь остановилась, и я попробовал положить руку на Клеймо. Получилось. Легионер-нежить пытался ткнуть меня копьём и, заметив, что я ещё двигаюсь, мгновенно отпрыгнул назад.

Встать вышло удивительно легко. Похоже, отсутствовал я всего пару секунд - нежить только сейчас начала отступать к разрушенным городским стенам через улицы, заваленные трупами и залитые кровью. Клеймо начало необычно ярко сиять в свете луны, ибо огонь на полях уже сжёг всё, что там было. И всё же, клинок остался таким же действенным, как и раньше, резво разрезая мертвецов, головы которых скатывались по прочим телам.

Наконец, между нежитью начал сиять выпачканный табард Палача. Он спиной продвигался назад, попутно отбиваясь сразу от троих: Эви, Габриэля и Машины, и последний более чем мог сравняться по росту с ним. Я был удивлён, как это чудо техники встало на ноги, но теперь оно уверенно вцепилось в руки Палача и не отпускало его.

“Я не смогу убить вас всех; тогда как можно больше пойдёт со мной!” - крикнул гигант, огонь в его шлеме засиял ярче прежнего. Уже через мгновение он ударом ноги повалил Машину на землю и одним ударом топора раскрошил голову металлического правителя, не подпуская остальных к себе взмахами секиры. После меня уже никто не желал нарваться на него в такой ярости.

Я не мог помочь: нежить окружила меня, и я был слишком слаб, чтобы брать Розу в руки. К моменту, когда я разобрался с отрядом врага, было уже поздно. С уничтожением Машины, отключились и все механизмы в Виренте: и пауки с когтями-серпами, и похожие на людей металлические воины в унисон пали замертво. Хорошо хоть, что мертвецы не решились вернуться после своего отступления, и бежали прочь за линию горизонта. Здесь остались лишь мы и Палач.

Я выхватил щит у нежити, которую на время упокоил. Обычный круглый, из дерева, но для меня большего и не надо было. Палач уже замахнулся на Эви и Габриэля, и они явно не успевали уйти из-под атаки. Я бежал вперёд так быстро, как только хватало сил, и всё равно не успел.

Свист лезвия был слышен по всей опустошённой улице. Топор пролетел в воздухе, очертив полукруг. Габриэль встал перед Эви и принял удар на себя. Голова сержанта подлетела в воздух, тело его пало на каменные кирпичи, копьё, не удерживаемое более, устремилось к земле.

Я остановился, не в силах сделать хоть что-то, шокированный этим. Палач лишь громко усмехнулся, и даже не стал заносить секиру. Лишь Эвелин, от которой я ожидал этого меньше всего, атаковала. Она молча выстрелила от бедра и попала прямо в сердце Палача. Всё её тело дрожало, на её глазах блестели капли слёз, но она не издала ни единого звука.

- Милорд. Прошу вас, дайте мне пару секунд. Мы победим.

В её голосе смешались отчаяние и уверенность, особенно в последней фразе, но я не мог выдавить из себя ни вопроса. Девчонка была решительно настроена отправить Палача в такие глубины Ада, куда не всякий демон доберётся.

Я встал между Эви и Палачом, прикрываясь щитом и поглядывая на обоих. Гигант как обычно пытался нанести мне удар, но лишь раскрошил щит в мелкие щепки - на этот раз я успел пригнуться. Эвелин позади меня достала с пояса флакон мутноватой белой жидкости, где-то четверть литра, и вылила всё содержимое на лезвие короткого меча, которое я приказал взять для неё в поход.

Идея была понятна и без слов: белый в этом мире - явный признак яда из альбедо, мощнейшей отравы для людей и животных. Я выхватил Розу из ножен как раз в тот момент, когда Палач занёс секиру над головой, чтобы добить меня. Чёрное лезвие полоснуло по кольчуге, и та с отвратительным визгом порвалась, на сероватой бледной коже остался глубокий разрез. Я проделал так несколько раз, не переставая кружиться рядом с гигантом. Кровь ручейками потекла и с моих рук, и из его ран.

- Давай, Эви, это наш шанс!

Палач тут же обратил внимание на моего оруженосца, ведь я водил его кругами так, чтобы в итоге он встал спиной к ней. Эвелин не стала медлить и запрыгнула на спину Палача, воткнув лезвие клинка туда, куда ранее вонзилось брошенное мной копьё. Кровь хлестала из открытого разреза, а девчонка всё продолжала вынимать меч и вонзать его обратно с леденящей душу яростью в глазах.

Нашего противника свели судороги, из его рук выпала монструозная секира, её лезвие с грохотом вонзилось в остатки каменной дорожки. Эвелин было мало и этого: она достала с пояса бомбу размером чуть меньше её кулака, зажгла фитиль от пламени в шлеме Палача и буквально пропихнула снаряд в открытую рану, по которой она била пару мгновений назад. От такого даже меня парализовало, и я, не в силах пошевелиться, даже не успел отойти от взрыва. Эви соскочила со спины Палача, и спустя секунду тело того буквально разорвало изнутри.

Дымящиеся ошмётки тела усеяли всё где-то в двух метрах от места взрыва, залив кровью наши доспехи. Куски металла разлетелись ещё дальше, одно из сломанных колец кольчуги даже оставило на моей руке порез. Здесь говорить было не о чем, пришла пора уходить.

Осталось лишь последнее дело в этом городе - хоть как-то попрощаться с Габриэлем. Мы нашли тело, вернули на место голову и тут Эви свалилась на колени рядом с трупом. Она сняла шлем и уронила тот на землю, по щекам покатились слёзы, чуть блестящие под луной. Сквозь всхлипы едва можно было разобрать хоть какие-то слова.

- Почему? За что? Зачем ты оставил меня? Кто просил тебя выйти туда? Я должна была принять удар, не ты…

- Эй, - я положил руку ей на плечо, - Иди сюда.

Эви чуть вздрогнула, но всё же поднялась и повисла у меня на шее, будучи на голову ниже. На пару мгновений воцарилось молчание, прерываемое лишь её плачем. Понимая, что ей сейчас нужна поддержка, я решился обнять девчонку, даже несмотря на кровь и слои брони, бывшие на нас обоих.

- Он никогда не хотел бы, чтобы ты забыла обо всём, упиваясь горем.

- Я знаю, но… Его сейчас ведь нет, и что дальше? От “нас” остались пара человек!

- Прости, Эви. Это я виноват. Если бы я только был быстрее.. - Ей нужно было переложить вину с себя, или хотя бы так я думал, а Палач был уже мёртв.

- Нет, милорд, - она сделала шаг назад и вытерла слёзы с лица окровавленной перчаткой, - В этом не виноват никто, кроме меня. Если бы я поторопилась с бомбой, быть может Стража была бы жива в полном составе.

- Ты не могла ничего изменить, их просто было слишком много.

- В том и проблема, - прошептала Эви, - Я не могла, но должна была. Давайте закончим с этим?

- Да, тем более раз уж виновник этого разлетелся на куски.

- Он восстанет. И я буду готова. Я не пожалею никакого яда, никакого оружия, я заставлю его умолять о вечном забвении. Но прошу, Милорд, если я не смогу - возьмите Габриэля на себя.

- Он же не умрёт так просто, не так ли?

- Как и все здесь, да. В один день он, уже одичалый, будет скитаться по этим землям и исполнять волю Архонта.

- Не возражаешь, если я прочитаю над ним похоронную речь своих земель? Он был и моим товарищем.

- Прошу извинить, я хочу… Сама проститься с ним. Вы же понимаете?

- Да, конечно. Можешь делать это так долго, как посчитаешь нужным.

- Благодарю.

Эви склонила голову над телом и сжала руки в замок у груди. Её речь было трудно разобрать, но я старался как мог, и вроде даже понял всё правильно. Похоже, так в легионе прощаются с самыми дорогими.

Посвящается тебе, о павший товарищ. Мы скорбим по твоей душе, прощаясь с тобой последний раз. Да будут милостивы над тобой боги там, где ты окажешься, да будут клинки твои остры и броня крепка. Твой бой окончен, пришла пора забвения. Мы не забудем тебя, память о тебе будет вечно жить в сердце каждого легионера. Твой Архонт улыбается тебе с земли, боги рады тебе на небесах. Знай: наш генерал-капитан доволен тобой. Отпусти же всё мирское и спи спокойно. Прощай.

Мы положили собранное тело Габриэля под чудом уцелевший живой куст - наверное, он был бы рад. Ему в руки положили копьё Каина в знак уважения. Это создаст проблемы, когда он восстанет, но не сделать этого мы не могли.

Признаться честно, за время путешествий я и сам прикипел к Габриэлю. Он излучал странную уверенность в себе и постоянную инициативу для такого мира, особенно когда брал командование на себя. Его постоянное выживание даже в самых трудных ситуациях - не просто удача, а желание жить ради того, чтобы Эвелин не пострадала. Благородная цель, жаль только она уже в прошлом. Не думал никогда, что буду так сильно опечален смертью своего сержанта.

До стен Вирента шли уже в полной тишине. Я не знал, куда конкретно надо было, так что пришлось обойти по периметру весь город, встречая в стенах дыру за дырой. Около одной из таких нас встретила одиноко стоящая повозка с телами и следами боя рядом: трупы легионеров, двое из Стражи, даже механические пауки. Один лишь Ларс остался жив со своей бессменной алебардой.

- А я уже думал, когда же вы придёте, - капитан ударил левой рукой по нагруднику в знак приветствия, - А где Габриэль?

- Там же, где и остатки нашего отряда, полагаю, - я криво улыбнулся, однако никто шутки не оценил; всё равно некрасиво вышло. - Простите.

- Нет, всё в порядке. Они пали, защищая мирных жителей, пока те бежали за стены города. Жаль Габриэля, всё-таки…

- Понимаю ваши чувства, но нам нельзя останавливаться. Есть в повозке что-то?

- Минимум. Бочка воды, бутылка виски, запасы сушёных мяса и фруктов, да мечи на целый отряд. Вроде ничего не забыл.

- Нам хватит в дорогу?

- Смотря куда. Нам до Рисволя?

- Нет, до Эспады.

- Господин, вы шутите? Нам при всём желании не хватит того, что лежит в повозке, даже если мы утащим это до ближайшего города графства. Впрочем, это как раз Антарес, столица их.

- Значит, план таков. Заготавливаем яд, благо альбедо и воды здесь много, отмываем броню, наполняем фляжки и берём по минимуму еды. Всё спиртное выложить. Ларс, сегодня за квартирмейстера ты, Эви не в рабочем состоянии.

- Принято, господин. Будет сделано в кратчайший срок.

- Погоди, пока ты не ушёл. Сколько примерно дорога будет до Антареса?

- С остановками на привал примерно через день-два, чтобы по пути не свалиться - месяц, не меньше.

Дополнительные главы 1

I Раскаяние

Моя работа - убивать людей.

Я - Отто Гейдрих, личный палач его величества четвёртого Бессмертного Архонта. Я одет в синие ткани с позолотой, и моя работа - отнимать жизни в Разломе. Город на дне гигантского шрама в земле - лучшее место для моей работы.

Я убиваю тихо и громко, быстро и после пыток, в подземелье и на площади, на потеху людей и во имя Архонта. Одних я вешаю, других сжигаю. Моя работа - не спрашивать, кто они и зачем я это делаю. Они - отъявленные преступники, худшие люди империи. Моя работа - убивать их.

Особо провинившихся я порой лишаю головы. Это неприятно - их мерзкая кровь брызжет на мои руки, их жир и кожа остаются на моём топоре, но это должно быть сделано. Почему быстрая смерть - высшее наказание?

Я часто задавал себе этот вопрос, но однажды Архонт позвал меня к себе. Он наградил меня особыми шлемом и кольчугой, а когда я спросил, почему обезглавливание - он ответил: “Скоро свершится моё величайшее деяние. Мы превзойдём саму смерть. Лишь обращённые в пепел полностью и безголовые не восстанут”

Сегодня особый день - ко мне не привели никого для казни. Всё было как обычно, но вдруг в полночь луна словно остановилась, и непроглядная тьма накрыла город. Мы все пришли к Архонту, но он заверил нас, что всё хорошо.

Идёт N месяц в этой темноте. Моя голова начинает сгорать от боли, это невыносимо. Моя работа - убивать людей, но я был вынужден их защищать от воцарившегося страха. Я всё ещё рублю головы во благо человечества.

Что-то не так. Головы прирастают к телам, обезглавленные восстают. Шёл N год. Я остался один - последний живой. Жив ради Архонта и цели которую он мне дал - убивать людей.

Раны на мне затягиваются сами, но боли в голове не прекращаются. Я слышу странный шёпот, но должен оставаться маяком во тьме. Я готов воспылать праведным гневом, чтобы исправить всё.

Я вновь пошёл к Архонту, на этот раз мы были одни в тронном зале. Он похвалил меня - пусто и сухо, по-королевски формально - а затем сказал что-то в пустоту и щелчком пальца зажёг мою голову.

Пламя причиняло нестерпимую боль - неужели это чувствовали те, кого я убивал? Но после пары веков страданий я привык. Привык к гневу, который питает это пламя, порождающее больше злости. Не на Архонта, нет - всё идёт по его плану, это знает вся империя. На тех, кто ему противостоит.

Если я должен уничтожить единственный уголок жизни ради того, чтобы воцарился мир - так тому и быть. Я сожгу его дотла во имя моего повелителя. Вся империя подчиняется ему, все знают: Архонт прав.

Я умру за него и восстану вновь. И вновь. И вновь. Чтобы быть убитым за него. Мне плевать на их слёзы, если они предали Архонта. Моя работа - не вдаваться в подробности жизней тех, кого я убиваю.

Моя работа - убивать людей.

II Маяки

Прошло уже около недели - половина нашего пути до Антареса. Мы так и не встретили ни одного отряда нежити, но это не стало удивлением на огромных однообразных пустошах.

Я как-то мимоходом завершил писать о бойне в Виренте, выудив из скудных рассказов Ларса всё полезное, что мог, и решил назвать свою книгу “Путеводитель Разлома и окрестных территорий”. Не лучшее название, но пока сойдёт, как-нибудь потом буду заботиться о мирной жизни.

В аннотации я решил дописать пару фраз о местной нежити - что она восстаёт даже без наличия трупа, просто собираясь по кускам или из пыли, и что восставшие не агрессивны без приказа. Видимо, приказы им дают Архонт и Палач, других объяснений нет.

Насчёт Палача выяснить так и не удалось - Эви расспрашивать было бы жестоко, а Ларс итак уже помог, да и отказался на эту тему распространяться. Всё, что вышло узнать - это его имя: Отто Гейдрих.

По пути мы часто оставались ночевать в фортах, и я всегда вставал на стражу. Иногда Ларс сменял меня, иногда приходила Эви и по большей части спала, закутанная в красный плащ, отобранный у Каина. Это было не только из желания их защитить, но также просто ради того, чтобы ночью дописывать свои заметки об этом мире.

В одну такую ночь я был один. Форт пустой, на километры в округе ни души, а стены более чем целы. Я как раз тогда дописал рассказы о Виренте, и решил прогуляться. Долго бродил, дольше чем до полуночи однозначно - здешняя Луна путешествовала по небу, но когда должен был настать день - она просто ещё раз выглядывала с востока, и так без конца.

Во время прогулки я забредал всё дальше внутрь форта, где уже давно не было признаков жизни, и обнаружил занятный туннель прямо за узкой дверью в кабинете, видимо, местного коменданта. Коридор извивался в причудливые формы, пока не вывел меня к толстым стальным воротам, в человеческий рост в высоту и примерно такие же в ширину.

Услышав шаги позади, я хотел было уже доставать меч, но это оказался Ларс. Ему тоже не спалось, и, когда он поднялся и не увидел меня, то пошёл искать.

- Разглядываете местные красоты?

- Было бы чего разглядывать, благо хоть ворота нормальные делать умеют. Совсем ничего прекрасного нет.

- Это, в конце концов, военный форт, чего вы хотели?

- Да не важно уже. Ты знаешь, что за воротами?

- Вообще-то да. Убежища, в некотором роде. Мы их назвали “Маяки” - они нужны для того, чтобы складировать еду и оружие на случай, если это понадобится. Ну, знаете, если вдруг все перестанут умирать и целые империи обрушатся. Мы-то всё восстановим, но потом пригодится иметь такие склады.

- Может, забрать тогда отсюда чего? Здесь оно мало кому пригодится.

- Никак нет, господин. Слишком ценны эти склады, они остаются на будущее. К тому же, какому-нибудь заплутавшему путнику пригодится обязательно.

- Слишком много ты думаешь об абстрактных путниках в абстрактном будущем, мы ещё не победили.

- Ключевое слово - “ещё”. Пророчество гласило о вас - значит, победим несмотря ни на что. Такова судьба. Впрочем, я не могу вас остановить, если вы возьмёте что-то из Маяка.

- Да пожалуй оставлю уже, знаешь. Это нам есть не обязательно, мало ли, что потом будет. И… Такова судьба?

- Да. Будь у нас выбор - я бы, может, здесь и не был.

- В каком плане?

- Вступление в Священную Стражу было предложением, а не требованием, и я всё же согласился. Я знал о трудностях и бесславной кончине большинства солдат, а может и меня самого. Почему я тогда пошёл, если это было не проявление судьбы?

- Все мы надеемся, что проживём достаточно, чтобы на что-то повлиять, может ты из-за этого пошёл.

Глава 5.1. Антарес (идеал)

О тщетной погоне за недостижимым совершенством

Часть 1 Новый дом?

Мы шли целый месяц без ориентиров, без попутчиков, и даже без надежды хоть когда-то добраться без Антареса. Я уже начал думать, что мы свернули не туда, но старался виду не подавать. Эвелин первое время шла подавленная, но следующие недели три была единственной, кто нас подбадривал. Действительно, Архонта стоит убить если не ради мира во всём мире и упокоения всех мёртвых, то хотя бы чтобы отомстить за Габриэля.

За всё время похода Ларс казался самым странным. Он внезапно стал нервным и замкнутым, и поговорить удавалось лишь во время ночной смены. Даже в первые дни путешествия он подгонял нас обоих, словно командуя, и порой приходилось ставить его на место. Один раз он даже забылся и решил нахамить мне; не остановился, пока я не достал Розу.

Впрочем, если хоть кто-то это видит или слышит - значит, мы добрались, не так ли? Вообще-то да, но не без проблем. На подходах к территориям графства ядовитых песков стало заметно меньше, их сменили трава, деревья и грунтовые дорожки, а вот нежити наоборот, прибавилось. За пару сотен километров от города буквально каждый час омрачался очередной потасовкой с живыми мертвецами. Впрочем, это по большей части были именно крестьяне и их животные, лишь изредка попадались латники, похожие на меня.

Ах да, животные, крестьяне и латники. Я так отвык от этого, но здесь повсюду были привычные лошадки, овцы, ослы и коровы, пусть и порой обглоданные и не самого приятного вида. Наконец-то жители города были одеты по-простому, даже порой в рваньё, а не как аристократы. Даже здешние солдаты навеяли воспоминания о доме, где конные патрули с подобным были всюду.

Удивительно, но чем ближе мы подходили к городу, тем меньше я хотел возвращаться обратно. Да, начали появляться низкие бревенчатые домики около лесных тропинок, похожие на рёбра остатки сожжённых деревень, а вдалеке виднелись самые обычные грязно-серые каменные стены городов, но это всё было таким… Родным?

Да, не существует лучше слова, которым можно было бы описать такую внезапную перемену. Пение птичек, зелёная листва на деревьях - всё это казалось таким далёким в Виренте и Рисволе, что я почти забыл о своей прежней жизни. С этим, впрочем, ещё помогло то, что имение моё, Валлонь, было в скучнейшем застое сколько помню. В какой-то степени я рад, что родился первым в семье - хотя бы не пришлось оставаться там надолго.

Созерцать природу можно долго, но этим я давным-давно занимался в Валлони, и ещё тогда устал от этого. Потому каждый год, кстати, регулярно сбегал на пару месяцев с караванами в качестве наёмника. Прекрасные времена, романтика путешествий всегда влекла. Сейчас, правда, от неё уже тошнит.

Мы без остановок прошли за день пару деревень. Люди засматривались, но когда я клал руку на рукоять Розы и мою кисть охватывали стальные шипы - все вопросы отпадали даже у патрулей. Благо, кровь после Вирента мы постарались отмыть полностью, иначе нас схватили бы мгновенно.

Разве что один раз мы объяснили местному старосте свою историю вкратце. Монро его звали, кажется. Милейшей души человек, на должности успел растолстеть и с розовыми щеками походил даже не на кабана, а на свинку. Он не только выслушал, но ещё и предложил нам еду и бани. Мы вежливо отказались, но попросили послать кого-нибудь быстрее нас в Антарес с письмом, чтобы ворота открыли. Он тут же приказал послать туда личного гонца.

К следующему дню мы уже должны были добраться до Антареса, так что заночевать решили в довольно живописном месте - заброшенной деревеньке у ручья. “Заночевать” - довольно относительное слово здесь, ведь на небе всегда луна. Единственное различие между ночью и днём - это то, что днём наступает какое-то особое полнолуние с жёлтым отблеском, так здесь время и отмеряют, и ещё по часам.

Основательно осмотрев каждый дом, Ларс и Эви пришли к выводу, что деревня покинута всеми: и живыми, и вернувшимися к жизни. После завываний ветра, поднимающего ядовитый песок в воздух - то, что нужно, хоть и пробирает до дрожи от страха. Мертвецкая тишина стала одновременно благом и нечтом жутким, навевающим неприятные воспоминания о тихом и спокойном Виренте.

Мы остановились в двухэтажном доме прямо у ручья. Спокойная, кристально чистая вода служила сразу двум целям: во-первых, она успокаивала мои нервы, а во-вторых, мы могли заново набрать фляжки. Последнее было особенно важно, ведь Эви после той бойни потратила почти все наши запасы на изготовление яда, ведь альбедо у неё было полно прямо под ногами.

Набрав воды во фляжки и напившись за все дни, проведённые в невыносимой жажде, мы разделились. Ларса и Эвелин я отправил спать в дом на второй этаж, просто на всякий случай. Они даже почти не противились, так как и сами хотели передохнуть, но Эвелин решила остаться на пару слов.

- Милорд… Можно узнать ваше имя?

- Адам, а что?

- Да ничего особого, просто вы не сказали при знакомстве, а мне было как-то неудобно спрашивать раньше.

- Ты просто так решила остаться?

- Не совсем. Вы же тут будете совсем одни на ночь, да?

- Раньше тебя это не смущало, но да, в целом так. Поверь, уж кто может за себя постоять, так это я.

- Я понимаю, но раньше мы были рядом, а теперь вы даже не сможете позвать нас, если что-то случиться.

- Ну что худшего может со мной случиться, а? В крайнем случае всегда есть Роза.

- Да, точно… Вы светитесь из-за этого меча

- Это к чему было вообще? Ладно, знаешь, не отвечай. В каком смысле я свечусь? Добрее становлюсь что ли?

- Нет, - Эви тихо посмеялась и поспешила сменить выражение лица на более серьёзное, - Даже наоборот, пожалуй. Вы буквально излучаете какой-то свет, словно ангел, понимаете?

- Да, конечно. Постарайся выспаться за эту ночь, хорошо?

- Будет сделано, милорд. И вам того же, и постарайтесь не умереть. Хотя бы вы должны дойти до конца, до Архонта.

- Мы дойдём все. Клянусь.

Эви кивнула и скрылась в дверном проёме, а я устроился на ночь на качелях у входа, главная и единственная дверь дома как раз выходила в сторону ручья. Между ними было всего пять метров, но какой-то талантливый садовод смог даже разместить пару роскошных клумб. Там было невероятно красиво, до сих пор жалею, что не остался там.

За парой ирисок размышления пошли намного лучше. Я вспомнил свой дом, поместье Валлонь, очень ненадолго. Там было очень похоже - тишь, мир, благодать и никакого движения. Никогда бы не подумал, что стану скучать именно по этой части своего мира. Похоже, меня действительно вымотали все эти приключения.

Похоже, очередной раз кому-то не спалось. Я не удивился тому, как Ларс тихо открыл дверь и вышел на улицу, даже не оборачиваясь на меня - видимо, думал, что я уже спал. На этот раз, однако, он был совершенно без брони, в коротком поддоспешнике и чёрных брюках, только сжимал в руке алебарду, опираясь на неё, словно на трость.

- Капитан? - Где-то минуту я просто пытался наблюдать за ним, но потом не выдержал и решил подозвать к себе.

- Господин? Вы ещё не спите?

- Нет конечно, кто-то же должен за вами присматривать. Опять не спится?

- Никак нет, - в его голосе читались печаль и отстранённость, даже дежурные фразы он произносил с некоей заторможенностью. - Не важно, я могу уйти, если вам так угодно.

- Останься, прошу. У меня на самом деле много вопросов, особенно к тебе.

- Хорошо, господин. Раз уж на то пошло - мне тоже есть что сказать.

- Правда? И что же? Нет, мне интересно, так что ты будешь первым, я подожду.

- Как прикажете, буду краток, значит. Вы же собираетесь убить Архонта, не так ли? Очевидно после атак на Рисволь и Вирент, что он не успокоится, пока хоть один из вас не умрёт.

- Да, к сожалению, без крови здесь не обойтись. Тем более теперь, после того, что мы пережили. А к чему такие расспросы?

- Думаю, вы понимаете, какая роль у Архонта в нашей империи, так ведь?

- Ваш правитель, да.

- И вы собираетесь его убить. Последнего оставшегося из правителей Рисвольской империи. Кто-то должен занять его место.

- Я понимаю, но сам - вряд ли. Да, меня считают святым люди из Разлома, они последуют за мной. Но здесь - цивилизация, которую, похоже, не тронуло бессмертие. Им плевать на меня, их будет трудно захватить. Я не смогу объединить ваши земли.

- Тоже верно. Это решаемо, но, видимо, поговорим о таком как-нибудь в другой раз. Вы что-то хотели спросить?

- Да, если честно. Меня давно интересовали пара вещей. Раз уж ты был со мной так долго, даю выбрать: начнём с простого или с неприятного?

- Дело ваше, - пожал плечами Ларс, не показывая ни капли интереса в разговоре. - Вряд ли меня что-то может действительно выбить из колеи.

- Приму это как вызов. Начнём со сложного тогда. В Виренте, откуда ты знал про Палача? Это один из ваших или просто знакомый?

- Вы не представляете, сколько людей мне приходилось узнавать по службе, даже как-то раз гонялись за бандой аликарских кочевников. Их лидер так и не отплатил за те места, которые они сожгли до нашего прибытия. А Палача… Его я давно знаю. Первое время после того, как всё началось, он регулярно был под нашими воротами со своими легионами нежити.

- Получается, ты уже не первый раз с ним бился?

- И не первый отряд терял… По одной и той же причине.

- Какой же?

- Я бросался вперёд в попытке отвлечь врага на себя и срубить как можно больше голов. Мои бойцы без командования погибали мгновенно. Вы бы взяли меня, зная о таком?

- Сложный вопрос. Кажется, при тебе никто на воротах не жаловался, так что… Да, полагаю.

- Так, получается? - Ларс презрительно хмыкнул, и после в его голосе осталась лишь тихая печаль. - Я не капитан, я квартирмейстер на должности капитана. Я добывал солдатам всё, о чём они просили в разумных пределах. За такого руководителя бойцы готовы умереть. И всё же, я не смог обеспечить их одним: безопасностью в сражении.

- Ты мог впасть в другую крайность, и стать как Каин - эгоистичным командующим, который не представляет, что нужно солдату, а только отдаёт приказы в бою. По крайней мере за тебя были готовы умирать. В глазах тех, кто сражался за Каина, я видел лишь ужас.

- Господин, можно одну просьбу?

- Да, конечно.

- Если вы хотите поговорить по другой теме - давайте сделаем это быстро.

- Хорошо, Ларс. Просто хотел примерно расписать наш маршрут. Мы идём к Архонту, чтобы убить его, желательно на самое дно Разлома. Здесь мы только для того, чтобы узнать, как туда добраться и… В целом всё, свободен.

- Благодарю. Удачи вам.

С этими словами Ларс скрылся за дверью. Я решил не распространяться насчёт божественного змея, ни то Хефарема, ни то Уробороса, или Катализатор, который мог быть даже не причастен. Капитану итак хватило эмоциональной встряски из его прошлого, настолько сильной, что он без вопросов ушёл спать. К тому же, у меня было полно дел на ту ночь.

Давно уже не брался я за тетрадь, ещё с тех пор, как мы нашли один из Маяков. Ручка уже периодически переставала писать, но вроде пока держалась, так что я решил доделать главу о том, что мы повстречали в графстве. Ничего интересного, но знать путнику это стоит. Хотя, пожалуй, есть одна интересная вещь - в графстве были и дети, и старики, и даже на кладбищах кто-то работал. Никогда не видел подобного в двух других городах, которые доводилось посетить.

Я долго думал над тем, стоит ли подписывать свою книгу, и решил всё-таки сделать это. Вполне возможно, что от меня не останется ничего кроме ожившего трупа с двумя мечами, и запомнят все лишь три титула: “милорд”, “господин” и “Рыцарь Роз”. Не хотелось бы войти в историю как безымянный избранный из пророчества, так что теперь автор “Путеводителя Разлома” - Адам Валлонский, что было аккуратно подписано в самом углу.

Давно этого не замечал, но я никогда не распространялся о том, куда конкретно мы идём, ограничившись лишь туманными фразами, вроде: “В графстве Эспада будут все ответы”. Не был бы доволен сам, но почему-то Ларс и Эви не возражали, следуя за мной без всякого понимания цели. Ладно Эви, её разум затуманен местью и обидой, но почему Ларс ни разу не спросил до этого момента - для меня осталось загадкой.

Все эти размышления довольно сильно утомили, да ещё и в небе не было луны - лишь пара тусклых звёзд, так что под томное журчание ручья неподалёку я провалился в сон прямо на качелях, поспешив завернуться в плащ.

Глава 5.2. Антарес (идеал)

Часть 2 Избавитель

Уже на протяжении недели мне снился один и тот же кошмар. Разум возвращался к бойне в Виренте, а я в этом сне был связан по рукам и ногам стальной лозой, не в силах пошевелиться. Видение заставляло меня смотреть, как весь отряд, одного за одним, убивают, даже Ларса с Эвелин.

В этот раз, однако, что-то поменялось. Никто не сковывал меня, не было орд нежити и Палача, вообще никого. Город был пуст, абсолютно мёртв, и даже растения засохли вместо того чтобы сгореть. Я пытался найти хоть одну живую душу, но всё без толку.

Именно в этот момент меня настиг Он. Фигура, возвышающаяся над толпами, бог среди людей. Чёрная мантия и корона из искажённого металла не давали повода думать иначе - передо мной был Архонт. Лишь передняя пластина шлема поменялась: на ней было одно крупное отверстие с идущими от него вертикальными полосами, что напоминало плачущий глаз. Он не приближался ко мне и даже не доставал оружия, но для верности я положил руку на лежащее в ножнах клеймо.

- Наконец я нашёл тебя. Оставим битвы позади, я не желаю сражаться… Пока что. Лишь хочу избавить тебя от осточертевшего благословения.

- Без всяких правил приличия, значит? Ладно, как пожелаете, ваше высочество.

- Прекрати эти фамильярности, Избавитель.

- Хорошо, вы заслужили моё внимание. Кроме одного светящегося существа меня ещё никто так не называл. Откуда ты знаешь об этом?

- Престол? Отвратительно. Он не бог, а мясник, уничтожающий людей. Он послал тебя, чтобы ты принёс столько смертей, сколько здесь никогда не было.

- Даже если вы и правы, у меня нет повода верить этому.

- Резонно. Потому мне и нужно тебя убить, твоё благословение - угроза всем моим трудам.

- Какое ещё благословение?

- Тебе говорили о нём, Избавитель, если бы ты только слушал и не был столь упёрт. Я наблюдал за тобой как только смог почувствовать мерзкую ауру Престола. Ты буквально сияешь светом своего ложного бога, зовущего себя богом богов. И даже это не всё, ведь обычные смертные, как ты сам, не увидят у тебя за спиной его метки: шесть крыльев и нимб.

- Будто лучше прислуживать древней змее, которую похоронили под землёй твои предки.

- Уроборос не обманывает, и дал нам бессмертие в обмен на мои старания по его оживлению. Он даровал мне силу, пронизывающую мой аватар даже в этот момент. Реальную силу, а не обещания!

- Престол, так же его зовут? Ощущение, будто он в какой-то момент предал тебя, и потому ты пытаешься просто навредить ему.

- Он чуть не разрушил всю мою работу, создав из Разлома свой очередной Путь Покаяния и превратив поверхность в покрытые ядовитой солью пустоши. Для меня ощущать желание отомстить ему естественно, как дышать, - параллельно своей гневной речи, Архонт достал из-под плаща руку, до локтя состоявшую из чёрного дыма, и чуть успокоился в голосе. - Было приятно поговорить с понимающим человеком, пусть и Избавителем. Прощай.

В мгновение ока он, не двинувшись с места, оказался в полуметре от меня. Его длань из чистой тьмы сжала мой шлем, и даже через сталь брони ощущалось мучительное пламя. Оно не было похоже на жжение при заживлении ран, нет, это ощущение было в сотни раз хуже адского пекла.

Именно здесь я не мог сдаваться. Малейший звук мог быть расценен, как слабость, а кто знает, как лишают этого благословения. При ближайшем рассмотрении я нашёл дыру сквозь плащ и доспех шириной с арбалетный болт; сразу вспомнилась битва в соборе. Я решил взять его с помощью эффекта неожиданности.

То, как Архонта ранила девчонка с арбалетом, само по себе забавляло, и мне почти не пришлось отыгрывать роль. Я рассмеялся, словно совсем обезумевший, настолько грозно, что всякий демон содрогнулся бы, едва услышав. Архонт в недоумении наклонил голову и, прорычав, ещё сильнее сжал мой шлем.

Боль усилилась, и это был лучший момент для атаки. Я выхватил Клеймо из ножен и описал им дугу; лезвие полоснула мантию Архонта и высекло сноп искр из доспеха. Мой противник больше от удивления покачнулся и исчез на мгновение, тут же появившись в паре метров от меня.

- Уроборос? Хефарем? Вздор! Твой покровитель не может дать тебе ни новую руку, ни целый доспех!

- Замолчи. У тебя нет никакого уважения к честному бою. Это останется только между нами. В следующий раз постарайся биться в полную силу, щадить избранников Престола я не намерен. До следующей встречи. Молись, чтобы она не стала последней для вас.

Архонт исчез в облаке чёрного дыма прежде, чем я смог сказать ему хоть что-то. После его ухода сон продолжился как обычно, будто ничего и не было: горящие райские сады, орды нежити и Палач, убивающий членов Священной Стражи одного за другим. Даже стекло отчего-то осыпалось с пирамид, всё громче и громче; под его грохот мне пришлось очнутся.

Передо мной развернулось несколько необычное зрелище: дюжина трупов и рыцарь в чёрных окровавленных доспехах с позолотой по краям, сияющей в свете едва восшедшей луны. Пластины брони не покрывали всего тела, лишь самые уязвимые части, остальное скрывалось под кольчугой. Он сжимал в одной руке клевец, а на другой висел необычный щит, похожий на стальное зеркало.

Я попытался не издавать ни звука и последить за ним пару секунд; рыцарь ждал чего-то, стоя в окружении сваленных тел. При ближайшем рассмотрении удалось понять, что трупы ещё пару секунд назад были нежитью, при том в доспехах легиона, но по непонятной причине их словно разорвало изнутри.

В голову никак не приходило идей, кто бы это мог быть. С одной стороны, он не убил меня и вроде как даже спас от восставших трупов. С другой, была возможность, что это очередной почитатель дуэлей, желавший сразиться с великим Рыцарем Роз лично. Предсказать не мог никто.

Иные варианты предполагали большой риск, так что я мгновенно вскочил и встал в боевую стойку с Клеймом. Его броня не казалась такой уж крепкой, здесь и пары точных ударов хватит, чтобы разрубить кольца. И тем не менее, он даже не пошевелился, а лишь повернулся в мою сторону с грацией аристократа на балу, словно броня и оружие ничего не весят.

- Крепко же вы спали. Не могли бы сказать своё имя, о великий Рыцарь Роз?

Я, кажется, ошибся из-за доспехов. По голосу было явно слышно, что это девушка, очень активная и весёлая, но уставшая, словно после долгой тренировки. Хотя, “словно” здесь будет лишнее.

- Адам. Надеюсь, вы не очередной претендент на мою голову, но если так - придётся подождать.

- Нет, конечно, - рассмеялась она, - вы ещё нужны нам целым, Адам. Если вы действительно пришли за Архонтом и столь же необычны, как о вас говорили, конечно.

- “Говорили”, значит вам уже доносили, и не раз. Ладно, - я опустил меч в ножны, - полагаю, вам можно доверять, раз я жив. Назовётесь?

- Аделаида Эспада, наследница великого рода, к вашим услугам.

- А эти трупы, полагаю, работа вашего молота?

- Не вижу никого ещё, кто мог бы это сделать.

- Справедливо. Раз уж вы - наследница правящей линии Эспады… - И тут до меня дошло. - Что может наследница престола делать в глуши, посреди трупов, и вооружённая до зубов?

- То же, что и обычно - заниматься спасением мира в отдельно взятых окраинах города. Долг первенца - отдать свою душу Амадею ради силы спасать невиновных.

- Амадею?.. Ладно, давайте присядем, времени вроде много, а у меня ещё предостаточно вопросов.

- Как пожелаете. Я, если честно, изрядно устала.

Я присел обратно на качели, перед этим смахнув осевшую пыль и капли крови со старых досок. Они начали было скрипеть, но вроде как выдержали, так что я предложил Аделаиде жестом сесть рядом. Признаюсь, было страшно, что под весом доспехов всё вот-вот обвалится, но доски не издали даже писка.

- Так какие там у вас были вопросы, сир Адам?

- Может, сами догадаетесь после того, как рассказали тонну всего о своём графстве без объяснений человеку из совсем иных земель? Простите за дерзость, полагаю, я вам должен. Начнём с того, кто такой Амадей. Это ваш покровитель или какой-то местный полубожественный король вроде Архонта?

- Всё и сразу. Наш бог покровительствует всем землям, но только в Эспаде мы смогли заключать с ним сделки. Странствующие рыцари дают свои души после смерти в его пользование, а взамен получают силу и снаряжение таинственных свойств, чтобы защищать людей при жизни.

- И первенцы правящей династии заключают этот контракт с рождения?

- Не совсем, но ваша проницательность меня поражает. За нас его заключили давно, первенцы должны служить Амадею, чтобы он защищал эти земли в случае бед. Вот, например, как ядовитые пески.

- Происходящее делает намного больше смысла, благодарю. Но у вас, полагаю, одна душа, а щит, броня и молот не выглядят такими уж обычными, если так можно сказать.

- А, это? - Аделаида указала на щит и клевец, ранее поставленный рукояткой вниз на землю, - пара подарков от Амадея. В отчаянные времена нужны отчаянные меры, понимаете?

- Да, наверное… Молот и нежить так разрывает?

- Он разрывает так всё, что ударит, так что лучше не попадайтесь под горячую руку.

- И не собирался. Давайте тогда ближе к делу, пожалуй?

- Да, но смотря какое дело. Если вы желаете знать, как победить Архонта - поверьте, я вам не помощник. Могу только посоветовать атаковать, пока не умрёт.

- Нет-нет, мне нужно только понять, как быстро и без проблем добраться до дна Разлома.

- И всего-то? Не скажу, что я могу это обеспечить, но могу провести вас к тому, кто знает, как это сделать.

- Буду благодарен. Может, скажете ещё, кто это?

- Перед встречей с ним, стоит подготовиться. Я проведу вас во дворец. В конце концов, вряд ли у вас есть важнее дела, чем встреча с богом

Глава 5.3. Антарес (идеал)

Часть 3 “Во плоти”

До сих пор мне так и не удавалось пройтись в каком-нибудь чистом, спокойном месте - Антарес стал первым за многие века, сначала на Пути Покаяния, а теперь и в этом мире. На тесных улочках меж каменных домов жизнь текла как-то по-своему, не обращая внимания на окружающий апокалипсис. Сам путь сюда в пару километров от нашего ночлега не был так опасен, как прочие отрезки: ни то патрули постарались, ни то небеса наконец сжалились. Даже сквозь ворота нас пропустили как-то подозрительно быстро, хотя Аделаида всё же была наследницей престола.

Словно в моём старом доме, в далёком прошлом, здесь изредка ездят телеги, гружённые товаром; на улицах играют дети, которых порой окликивают родители, присматривающие из окон домов; где-то с соседней улицы доносится оживлённый гул местного рынка, и через переулки видно, как кто-то пытается выставить склянки с прилавков напоказ толпе.

Я хотел было остаться здесь ещё на пару секунд, просто побродить по улицам, но, видимо, цель не ждёт. Аделаида довела нас (мне всё-таки пришлось будить Эви и Ларса тогда) до дворца - широкой башни из светло-серого камня, с ещё парой башен для стрелков по бокам. Это не был прекрасный шпиль из фантастических романов, нет, скорее низенькое здание, почти одинаковое в ширине и высоте, больше для обороны, чем для красоты.

Внутри оказалось, как ни парадоксально, довольно уютно: первые этажи вели через длинный коридор в пару комнат прислуги и сразу в тронный зал напротив входа. Местным освещением служили желтоватые кристаллы цетринитас в чашах на стенах - дорого, видимо, но красиво и горит долго. Боковые стены были уставлены колоннами, на которых висели флаги графства: герб с двумя скрещёнными мечами на красном полотне. Банально, но я не был в положении спорить.

Путь вперёд по комнате, устланный фиолетовым ковром с золотыми нитями, вёл к величественному трону - простому по форме и без всяких прекрас, но сам масштаб места, где уместились бы целых два короля, впечатлял. Ответственные за это, видимо, постарались на славу.

Весь оставшийся день нам дали побродить по дворцу, и уже через сутки мы договорились встретиться вновь в тронном зале. За одной из дверей по коридору на первом этаже Аделаида показала нам лестницу и приказала одному из молодых слуг сопровождать нас всюду. Тот был одет с иголочки; как нам рассказали, это был паж самой наследницы престола.

Проклятие бессмертия, похоже, не умаляло своего действия и на территориях графства, и никто не ощутил ни капли голода. Впрочем, это не помешало Ларсу первым делом пойти на пышное застолье, проводимое в честь нашего прибытия. Эвелин попросила оставить её одну на какое-то время, так что в итоге и я остался без компании. Видимо, уже не привыкать.

Не знаю, как остальные подумали бы, но я посчитал свои запросы довольно сдержанными: возможность сходить в баню, новый комплект одежды и бутылка виски. Последнюю искали по всему дворцу, но так и не нашли, а жаль. Теперь, когда Вирента нет, уже некому варить этот чудесный напиток. В любом случае, у них оказалась откупоренная бочка вина, а это уже что-то.

Невероятно приятно оказалось хоть один раз за этот месяц отмыть с себя всю грязь. Окружающие, видимо, привыкли к запахам - им ежедневно приходится сталкиваться с нежитью - но носить на себе смесь из запёкшейся чужой крови, пота, грязи и разрезанной плоти - опыт не из того, что хотелось бы повторять. Чистая одежда, идеально подогнанная под мой размер и ещё целая, только дополнила ощущение того, словно змея сбросила свою шкуру и облачилась в новую.

Доспехи я попросил не менять. Некоторые наши враги были живыми и могли ощущать страх, так что пусть они видят все царапины, разрезы и дыры в броне. Только так они поймут, что мы видели нечто, куда как превосходящее их, и выжили.

Местные интерьеры не выделялись чем-то особым, даже спальни были однотипными мелкими комнатушками, а потому я столь скуден на описания. Впрочем, для меня в тот момент в спальне было важно одно: возможность выспаться до утра без всяких помех. Перед сном я увидел своё отражение в лезвии Розы - всё такое же бледное, со следами множества порезов, местами заросшее щетиной. Оскал всё больше стал напоминать акульи зубы, и даже глаза словно расширились, дабы лучше видеть в этом мраке.

Ночь прошла удивительно спокойно для меня, без единого сна, и, когда часы пробили полдень, мы всей компанией надели броню, похватали оружие и собрались в тронном зале. Там, развалившись на своём троне, нас уже ждала Аделаида. Да, именно “развалившись”, словно на диване: голову она положила на один подлокотник, ноги - на противоположный, а рука с щитом на ней свисала без всяких усилий со стороны наследницы престола.

- А я смотрю, кого-то здесь вообще не заботят мирские дела? - Как ни странно, выкрикнул это именно Ларс.

- Да, а должны? Не моё же королевство проклял безумный император.

В этот момент напряжение между двумя можно было разрезать лезвием клинка. Аделаида явно надавила на больное моему капитану, и мне пришлось вмешаться, а Ларса шёпотом попросить отойти.

- Слушай, давай посерьёзнее, у нас вообще-то намечается встреча с богом, как ты сама говорила. Слезай, мы сами не доберёмся.

- Хорошо, хорошо, считайте, что вам повезло. Мы идём в храм Амадея. Считайте, что вам повезло, он не может очищать от ядовитых песков все земли.

Аделаида в своей беззаботной манере спрыгнула с трона, и, кажется, даже не сломала себе ничего. Удивительная особа, раз уж может такое творить в доспехах.

Мы всей компанией направились было к выходу из тронного зала, но тут внутрь вломился тот самый молоденький слуга, который вчера нас провожал. Он был бледнее ночной луны, волосы взъерошенные и отчего-то в саже, а глаза с минуты на минуту могли выпасть из орбит.

- Госпожа Аделаида, на город напали!

Всё сразу встало на свои места: и сны с Архонтом, и нападение легионеров день назад, и даже паникующий слуга не выглядел таким необычным.

Направление осталось то же самое, к выходу, лишь цель сменилась: найти того, кто собрался уничтожить город, и остановить его.

Уже на улице мы увидели очередной пейзаж, который врежется мне в память на долгие годы. Дома горели, по улицам реками растекалась кровь; патрульные, рыцари и даже горожане, похватавшие что было, оборонялись плотным кольцом вокруг дворца. Нежить из рисвольских легионов не могла пробиться, но это едва ли делало обстановку лучше: на каждого живого бойца приходилось по десятку, а то и два оживших трупов.

Аделаида с пронзительным криком врезалась в орды нежити, бросив нас у входа во дворец. Каждый удар её молота раздавался по всему городу оглушительными хлопками, а трупы разлетались на куски мяса и ошмётки металла.

- Я нашёл тебя, Избавитель, - прозвучал чей-то жуткий шёпот одновременно со всех сторон.

Огромное облако чёрного дыма образовалось перед нами, и спустя секунду рассеялось. На его месте появились трое: Палач в окровавленных ранах и сжимающий двуручный тесак вместо секиры, Каин в разбитой броне и с изогнутым кинжалом и… Нечто.

Нечто было похоже на Архонта, но выше - под три метра в высоту. Оно было невероятно худым, словно высушенный скелет, и лишь грязно-серая мантия скрывала немощность. Его голова была одной гигантской пастью, застывшей в отвратительной ухмылке, без носа или даже глаз, с которой слезали куски сгнившей плоти. Прямо сквозь мантию прорывались серповидные рога размером, наверное, не меньше моей руки. Существо сжимало в руках меч, двух метров от рукояти до острия в размерах. Крестовина клинка была деревянной в самом прямом смысле, словно сросшиеся корни или ветви, а лезвие выглядело так, будто было сделано из чьей-то кости.

- Приветствую, посторонний. Ты пришёл мешать мне, вновь погубить все мои труды, и всё же оказался именно в том положении, которое выгодно мне. Позволь представиться: Хефарем, воплощение смерти, змей океана под корой этого мира, бог во плоти. Не бойся, только ты можешь слышать мой шёпот у себя в голове.

Последняя фраза не слишком успокаивала, а Эви и Ларс так вообще стояли на месте и дрожали, вцепившись в своё оружие. От Хефарема исходила нечто, подобное ауре, одновременно ментальной и физической. Он словно поглощал итак немногий свет вокруг себя и подавлял всякую храбрость, всякую надежду на победу в окружающих существах. Даже я не желал атаковать его.

- Милорд, - начала внезапно для меня Эвелин, всё это время усердно поливавшая меч и арбалетные болты ядом, - берите Аделаиду и бегите. Мы справимся.

- Да, господин. Мы клялись, что отдадим жизни за вас, вот и пришла пора для этого.

- Если пешки того желают, - вновь возник голос в моей голове, - мы, существа высшего порядка, можем дать им сразиться. Ты согласен, Избавитель?

Я молча кивнул, спорить с очередным демиургом не было никакого желания. Наполовину это одобрение было обращено к Хефарему, наполовину - к Ларсу и Эвелин.

Со стороны врага первым вперёд вышел Каин. Потрёпанные золотые доспехи, запёкшаяся кровь, грязь и жалкий нож вместо его копья-меча едва давали распознать былую красоту его снаряжения. Да даже самого генерал-капитана я узнал только по маске черепа. Ему навстречу зашагал Ларс, и бойцы остановились в двух метрах друг от друга. Это было даже слишком очевидно.

Дуэль началась тихо, или их слова потонули в грохоте проходящей вокруг битвы. Ларс сделал первые неловкие выпады, и Каин лишь осторожно уходил от атак, сжимая пальцы вокруг рукоятки ножа. Внезапно, Ларс решил начать делать широкие взмахи, пытаясь рубить лезвием топора, но генерал-капитан, судя по всему, только этого и ждал. Он ловким движением подобрался ближе и свободной рукой отклонил удар алебарды в землю, где оружие и застряло, а затем зашёл за спину Ларса и принялся кромсать его плоть в слабых местах брони.

Похожий на крюк изогнутый кинжал Каина рвал и металл, и плоть с одинаковой лёгкостью, и спустя пару ударов Ларс истекал кровью. Его дрожащие руки выпустили алебарду, а генерал-капитан рассмеялся, до того жутко и механически, что даже у меня пробежал холодок по спине. Лезвие кинжала оказалось в сантиметре от горла моего дуэлянта, и я уже подумал, что это конец.

Не тут-то было. Ларс всё это время стоял на месте и принимал удары ради одного момента. Он схватил Каина за запястье и заставил того выронить кинжал, а затем перекинул через себя и повалил на землю. Он втаптывал противника в грязь, ломая шлем и маску черепа под своей пятой до тех пор, пока с отвратительным звуком не лопнули кости и мышцы. “Ты не достоин своего звания,” - прошептал он с таким презрением, что это было трудно не услышать.

Ларс победил, и был более чем готов на ещё один бой, даже схватил уже алебарду, пусть и не без усилий. Я посмотрел в сторону Эвелин, раз уж здесь был Палач; она даже не обратила внимания, а сразу пустила болт в тело своего оппонента. Голова Палача вновь засияла ярким пламенем, и бой начался. Ларс вместе со мной отошёл, чтобы не создавать неудобств.

Эви с холодной точностью стреляла и взводила арбалет снова, успев выпустить так три болта, и все из них настигли свою цель. Палач ревел, как раненый зверь, и рвался вперёд, размахивая перед собой огромным тесаком.

Дуэль прошла даже быстрее, чем предыдущая. Эвелин с кошачьей грацией увернулась от двух ударов, а когда Палач занёс тесак над головой - она вскочила и вонзила отравленный клинок ему прямо между прутьев шлема в голову. Пламя погасло и тело врага сотряслось от концентрации отравы в крови, но девчонка на этом не успокоилась. Она неизвестным мне образом обожжёнными руками вцепилась в уроненный тесак и разрезала палача на две половины с оглушающим лязгом брони и хрустом позвонков.

- Твои пешки оказались сильнее моих, Избавитель, - вновь возник в моей голове уже разозлённый шёпот, - так посмотрим же, насколько ты силён сам. Помолись своему богу о прощении!

Вот здесь-то меня и затрясло, ведь когда бог смерти обещает убить тебя - это стоит воспринять серьёзно. Хефарем тут же подтвердил свои слова и медленно, даже с каким-то усилием поднял титанических размеров меч над головой, и спустя мгновение обрушил клинок на меня.

Я выхватил Розу из ножен почти мгновенно, и впервые за долгое время шипы впились в мои руки. Лезвия наших мечей столкнулись, и земля вокруг покрылась золой, а кровь хлынула из моих рук по новой, с каким-то особым энтузиазмом. Даже боль вернулась, и лечащее жжение в ранах перестало её заглушать.

Пыль разлеталась от меня, иноземное сияние возникло в месте столкновения клинков. Я не мог даже выкрикнуть Ларсу и Эвелин, чтобы те бежали. В месте, где меч Хефарема пронзил бы землю, образовалась огромная трещина: в сантиметрах от моих ног она начиналась, и тянулась до самой вершины дворца Эспада.

- Что это? Я вижу его свет. Чего он усмотрел в тебе, смертный? Я не вижу избранности. Быть может, клинок заинтересовал его?.. Так значит мечу суждено быть стёртым в пепел! Плевать! Если я не могу уничтожить тебя, то я сотру это место с лица земли!

Хефалем вновь поднял клинок и вонзил его в землю, а навершие обратилось небольшой звездой голубоватого цвета. Сам владелец меча исчез не самым элегантным способом: его тело буквально превратилось в пепел, а мантия накрыла кучку осыпавшейся плоти.

Быть может, мы бы и стали размеренно прорываться, но внезапно звезда на клинке извергла из себя молнию. Из нас троих, благо, никого не задело, но сразу пару человек, включая мать с ребёнком на руках, обратило в пепел. Здесь-то я и понял, что надо бежать…

Аделаиду было несложно найти в толпе даже после того, как она скинула шлем с головы, и тот остался висеть на верёвке, продетой через броню. Сквозь толпы летала волна чёрных волос, сквозь которые едва проблёскивали голубые глаза на правильном, аристократическом, но всё столь же бледном лице. Я приказал Ларсу и Эви бежать к воротам и повести как можно больше людей за собой; никто из них не возражал после увиденного зрелища. Наследницу престола Эспады едва удалось оттянуть от важного дела по уничтожению нежити.

Мы все бежали в одном направлении: я и Аделаида, Ларс и Эвелин, гражданские, военные, восставшие трупы легионеров - никто не желал превратиться в пепел по прихоти Хефарема. Как оказалось, окончательной смерти одинаково боятся все, от мала до велика.

Я выдохся где-то на первом километре от города, треск молний в воздухе до сих пор создавали в ушах нечто похожее на биение сердца И всё же, мы выбрались всем составом. Нежить побежала даже дальше, народ остановился одной большой бесформенной толпой, а мы с Аделаидой за пару секунд нашли в ней Эви и Ларса, единственных легионеров.

Все замерли как один в ожидании грядущего, затаив дыхание. Что произойдёт? Из глубин взойдёт сам Хефарем? Или, может, небеса разверзнутся? Нет, всё оказалось куда прозаичнее. В мгновение ока вспышкой света из центра города выжгло большинство зданий, и даже на таком расстоянии было видно, как расплавило дворец. Некоторые люди, только выбегавшие из города, были маленькими точками где-то там, у стен, буквально сгорали заживо, становясь огоньками на горизонте. В одну секунду город был стёрт, уничтожен до состояния руин волей бога смерти. Очередная причина ему отомстить.

Глава 5.4. Антарес (идеал)

Часть 4 Гости из прошлого

Уже неделю мы бесцельно скитались по землям графства Эспада в попытках найти и добить оставшуюся нежить. Да, стоило бы пойти к святилищу Амадея, а оттуда - и к самому Архонту, но сперва обязательно нужно было убедиться, все ли люди в безопасности.

Мы делали это ради Аделаиды. Первое время после разрушения Антареса она почти не разговаривала ни с кем, молча вымещая свою злость на нежити. Удары её молота разрывали тела на куски, на щите не оставалось ни царапины, а доспех, как оказалось, действительно невесомый и отдан ей лично Амадеем. В тот день, когда погиб её город, она произнесла только одну фразу, обращённую ко мне: “Всё это - твоя вина, Адам. Ты не должен был приходить сюда.”

Я знал это с самого начала. Меня не должно было быть здесь вообще, но на то воля Престола, и почему-то он оставил меня именно в самом начале пути, вместо перемещения в тронный зал Архонта или на дно Разлома.

После очередной удачной охоты на нежить у нас наконец-то образовалась спокойная ночь. Мёртвых трупов поблизости не было, оживших - тоже, так что мы выбрали себе неплохую поляну где-то между Антаресом и алтарём, куда нам надо было, и развели костёр. Да, именно костёр, а не зажгли кристалл цетрина. Алебарда Ларса пригодилась в сборе веток, а у Эвелин всегда было с собой огниво для бомб.

Мы раскопали в сумке целых две склянки, остатки вина из Вирента и лечебную настойку. Последнее я сказал прибрать до лучших времён, а вот спиртное - разлить всем по фляжкам. Вечер вышел душевный, с разговорами о наших путешествиях и былых победах. Особенно яро Эвелин и Ларс почему-то расписывали мои заслуги в битве с Каином и Виренте. После обмена подробностями, ребята остались опустошать содержимое бутылки и вспоминать былое, а Аделаида оттащила меня куда-то на одинокую тропу.

- Не возражаешь, если пройдёмся, Адам? Так будет проще поговорить.

- Да, конечно, - я не совсем понимал, к чему разговор, но бежать было уже поздно, - будешь ириски? Как раз две остались.

- Нет, благодарю, - в её голосе появилась некая неуверенность.

- Ну, тебе же хуже. Так зачем ты позвала меня?

- Просто хотела извиниться. Мне жаль за тот случай у стен Антареса, я не смогла совладать с эмоциями.

- Всё в порядке, вряд ли можно было отреагировать по-другому.

- Я слишком поспешила винить именно вас. Вы прибыли не по своей воле из далёких земель, ваша миссия никак не относилась к графству, и тем не менее вы бились против того существа в одиночку.

Наконец-то появился хоть один понимающий человек, я был прямо-таки вне себя от счастья, но постарался сдерживаться и говорить менее эмоционально. Да и “битвой” то посмешище не назовёшь, я всего-то парировал один удар. И всё же, это ей нужна была поддержка.

- Признаюсь честно, я делал это просто для того, чтобы выжить. К тому же, оттуда не было особо вариантов сбежать, а где алтарь Амадея - я не знал, так что бросить вас не мог.

- Не меня. Людей. Вы защитили именно их от того существа. Я могла убежать, но оно легко стёрло бы всех в пыль, не выиграй вы время.

Я не стал больше ни возражать, ни продолжать разговор; а зачем? Если меня видят как героя уже столько человек - видимо, что-то в этом есть. Мы с Аделаидой сделали крюк по тихим, узким тропам, освещённым только белой луной в небе, пробивающейся сквозь листву, и вышли обратно на поляну к Ларсу и Эвелин.

К тому времени, как мы вернулись, эти двое уже вовсю распевали баллады, и предложили нам. Аделаида с огромным энтузиазмом подсела к ним, и даже предложила спеть сама, а я отказался - никакой из меня певец.

Где-то до полуночи над нашим костром тянулись песни. О великих героях, славных подвигах, о битвах давно прошедших дней и доблестных легионерах и рыцарях, а под конец даже меня всё это настолько растрогало, что я предложил спеть кое-что своё, помрачнее. Никто, однако, не отказался.

Это была наёмничья песня, которую я запомнил после того, как ушёл из каравана, проходившего через Валлонь. Её всегда вспоминали под вечер, когда к отряду присоединялись новички, и рассказывалось в ней о капитане наёмничьего отряда, который оказался слишком горд, и оттого умер.

На удивление, никто не подпевал, то ли от навеянной тоски, то ли от уважения. Зато под конец аплодировали все, даже Ларс, изрядно поникший на моменте, где пелось про смерть горделивого капитана. На такой вот ноте мы и улеглись спать; Аделаида осталась на дежурстве, а я отдал свой плащ Эвелин, дабы девчонка не мёрзла ночью.

С утра меня пробудило… Да ничто, по большому счёту. Пара дней здорового сна пошли на пользу: я перестал вскакивать по ночам, хватаясь за меч, и даже теперь не дрожу до утра вопреки прохладе в воздухе. Только вот кошмары никуда не делись, но Архонт больше не навещал, а с чувством беспомощности я уже свыкся.

А вот пробуждение вышло как нельзя нервирующим. У пепелища нашего костра преспокойно сидел неизвестный, весь замотанный в тряпьё, и только где-то там, под тканью, виднелись металлические пластины. У ног его лежала огромная сабля, полуторная, а то и двуручная, а напротив устроился Ларс со своей алебардой. Я уже хотел вскочить с мечом наперевес, да понял, что все живы, и решил ненадолго притвориться спящим.

Ларс и неизвестный, видимо, купились, а девушек нашего отряда поблизости видно не было. Мне удалось расслышать шёпот от костра: они разговаривали о старых временах, каких-то деревнях, как “гоняли” друг друга и не могли поймать. Не расслышал часть разговора, но закончил Ларс на фразе: “Шумно будет, господина будить нельзя”.

Я демонстративно зевнул на этой фразе и привстал, оглядев неизвестного получше. Всё ещё тёмно-зелёная ткань скрывала почти всё его тело (как оказалось, это был просто длинный плащ), но теперь хотя бы можно было увидеть детали брони. Перчатки и сапоги были полностью из металла бронзового цвета, но я не поверил, что кто-то всерьёз стал бы делать доспехи из бронзы. Нагрудник и наплечники в целом были такие же, а колени и локти ничем не были защищены в угоду манёвренности. Только шлем привлёк внимание: маска, усеянная отверстиями и накрытая капюшоном, а нижняя часть ещё и дополнительно завёрнута в ткань.

- Доброго утра, господин.

- Доброго, Ларс. Где Эвелин с Аделаидой и что у нас за гости?

- Девушек я вдвоём отправил прогуляться, тут есть проблема. А гостя нашего зовут Мен’Гха, аликарский чемпион пустынь, так называемое “воплощение Хефара”, их бога-змея, покровителя юга. Я же правильно сказал?

- Да, - вмешался в разговор сам Мен’Гха со своим шипящим голосом и странным акцентом, дольше чем нужно произнося звуки “а” и “о”, - всё верно. Я пришёл сюда в поисках последнего пристанища и решил узнать, что случилось в вашем городе. Как его, ещё раз?

- Антарес, - поправил Ларс. - В общем, господин… Здесь щекотливая ситуация. Это один из тех кочевников, которые успевали разорять деревни перед моим отрядом. Сам он - человек хороший и в рейдах не участвовал, даже я это помню, но долг не позволяет мне оставить всё это просто так…

- Мы желаем устроить дуэль. Ваших правителей здесь нет, и мой собеседник присягнул вам на верность, так что решать вам. Прошу, дайте нам сразиться.

Я посмотрел на Ларса, а тот только пожал плечами. Как обычно, бремя решения остаётся на мне. С одной стороны, я вижу, что Мен’Гха не хочет убивать Ларса, и это взаимно. С другой - нерешённые ссоры могут отвлекать моего товарища от нашей цели.

- Решено. Разрешаю дуэль, но на своих условиях. Ларс использует только алебарду, уважаемый чемпион - только свою саблю. Я прослежу за честностью.

Ларс коротко кивнул мне, а Мен’Гха галантно поклонился и прошипел что-то на своём. Так и не понял, были это благословения, благодарности или ругательства.

Дуэлянты встали друг напротив друга на расстоянии трёх метров. В прошлый раз мы обошлись без прелюдий, зато удалось отыграться в этот: Ларс и Мен’Гха поклонились друг другу и приготовили оружие, взглянув на меня в ожидании приказа начать бой. В моей старой жизни для таких моментов:

- En garde!

Эта дуэль не была затяжной, кровавой или благородной. Сказалось преимущество Ларса в том, что алебарда длиннее сабли. Сначала он неловко пытался уколоть Мен’Гха, но уже не щадил того, когда чемпион пустыни пошёл в атаку. Пара ударов лезвием алебарды лишили противника рук, и оставалось только добить. Ларс ударил по шее, и голова Мен’Гха покатилась по земле, вызвав плеяду не самых приятных воспоминаний.

- Аликарские кочевники ценят сердце больше, чем голову, - пояснил Ларс с печалью в голосе, - так что для них обезглавливание проще принять, чем удар в грудь.

Глава 5.5. Антарес (идеал)

Часть 5 Святилище

После дуэли мы ещё около дня шли до цели, и почти не встречали никакого противодействия со стороны нежити. Было трудно понять, боятся они нас, всех, или просто отступают, но если отходят - это уже хорошо.

Мы прибыли в чащу леса, через которую петляла едва ли ухоженная грунтовая дорога. Прямо над головой висела болезненно-жёлтая луна, освещающая путь, в конце которого расположился небольшой алтарь: пьедестал, в двух метрах от которого кругом расставлены колонны. Всё уже заросло зеленью и лианами, где-то потрескался камень, но, похоже, алтарь был ещё жив.

- Мы точно туда пришли? - Я задал вопрос куда-то в воздух, всё же надеясь, что не придётся идти ещё дальше.

- Да, - совершенно серьёзно и несколько утомлённо ответила Аделаида. - Это место не использовали на протяжении многих лет, конечно оно выглядит именно так. Нам выжить едва удаётся, не то что за алтарями ухаживать.

- Но он ведь создан для молитв вашему основному богу, если не единственному, тем более Амадей посвящает людей в странствующие рыцари, так? Почему тогда хотя бы не прибраться тут?

- Он уже очень давно никого не посвящает. С тех пор, как я живу, а я застала мир ещё незадолго до проклятья бессмертия.

- Получается, ты тоже?..

- Нет, даже не думай о таком. И не просила, мне вечную жизнь дал лично Амадей из-за… Обстоятельств. А теперь предлагаю оставить Адама, невежливо подслушивать чужие разговоры.

Остальные ушли куда-то обратно по тропе, но я всё-таки задал один вопрос Аделаиде перед тем, как подойти к алтарю.

- Что я должен сделать? Помолиться или принести жертву? И как оно будет выглядеть?

- Положи Розу на пьедестал. Он обычно не забирает такие подношения, ты просто показываешь, что готов отдать что-то столь ценное. Не переживай, Амадей будет говорить с тобой без тела. Полагаю, голос в голове - не худшее, что ты испытывал.

На этом мы и разошлись. Аделаида пошла к остальным, а я остался там, у алтаря, поместив Розу на пьедестал. Мне пришлось подождать где-то две минуты, и я уже начал сомневаться, что алтарь работает, но всё же, оно случилось.

Амадей, или его посланник/аватар, явился ко мне во плоти, образовавшись из столба света буквально от самой луны. За время пребывания в графстве я встречаю уже второго бога вживую, возможно оттого не испугался так сильно, как мог, и всё же выхватил на всякий случай Розу. Даже приготовил флакон с ихором, хотя вряд ли это могло хоть чем-то помочь.

Амадей не был похож на прочих богов, он принял тело “обычного”, с позволения сказать, человека. Впрочем, на нём не было ни полоски кожи, лишь оголённые бледно-красные мышцы, а нижняя часть тела была прикрыта изорванным куском ткани на проржавевшей цепи в качестве пояса. Его голос не был схож с громогласными речами, он говорил как выглядел: как человек.

- Здравствуй, Адам.

- Приветствую. Амадей, полагаю?

- Да. Не в лучшей форме, как видишь. Мои алтари разрушены и моя плоть обнажена. Я следил за тобой со времён битвы при Виренте. Ты пришёл сюда, чтобы задать вопросы? Так вперёд.

- Да, конечно… Вопросы. Я хотел сперва узнать, как нам пробраться в Разлом, желательно бы быстро и безопасно. Сами понимаете, думаю, по пещерам проходить так глубоко - не вариант.

- Пещерам?.. А, прости, ты же не мог знать. Все сети пещер, пронизывавшие когда-то Разлом и связывавшие города, давно завалены. Рисволь - единственный город с выходом наружу.

- Но как же остальные? Я ведь видел там свет, есть же кто-то живой.

- Не совсем “живой”, не в твоём привычном понимании. Там находятся люди, не умершие, но давно сгнившие. А насчёт пути на самое дно, в Бездну, к Башне Тёмной Стали - для меня не проблема сделать это.

Амадей щёлкнул пальцами, его кости отвратительно хрустнули, мышцы порвались, а с руки потекла кровь. За его спиной образовался луч красного света, прямо из-под земли, и бивший в небеса. Из осторожности, я даже забрал с пьедестала Розу и сжал её в руках, направив острие на каменную кладку под ногами.

- Не бойся, это лишь портал. Ты был на Пути Покаяния, иначе я не вижу для тебя возможностей встречи с Престолом, так что должен понимать, как они работают.

- Понимание не избавляет от страха, и вообще, мало ли что оттуда может полезть.

- Ты недооцениваешь мою божественность. Тем не менее, я вынужден попросить у тебя кое-что. Твою бессмертную душу.

- Уж это я не собираюсь отдавать, даже не проси. Мне своя воля ещё дорога.

- И вновь, не бойся. Души странствующих рыцарей отсылаются в место, далёкое от Престола, где потом я могу подселить их к следующим поколениям своих, скажем так, “подданных”. К тому же, я не предлагаю один лишь портал как выход отсюда, ты получишь взамен ещё и бессмертие.

- Если это то же самое, что я уже видел - лучше не надо, а тем более за мою душу.

- Не слишком расслабляйся в присутствии бога, Адам. Впрочем, я действительно несколько ослаб. И нет, ты получишь истинное бессмертие и вечную молодость, а потому мне даже не придётся тебя забирать, если всё сложится удачно. И всё же, если ты умрёшь - то будешь перерождён в семье Эспада. Решай быстрее, у нас мало времени.

И действительно, Амадей начал буквально разваливаться по частям, источая тошнотворный запах. Мышцы опадали с костей, растворяясь в кровь, а с самих костей начали отваливаться куски, осыпаясь прахом.

У меня не осталось времени, тело Амадея сгнило до такого состояния, что его руки развалились полностью, а ноги едва держались. Решение было принято от безысходности и спешки, а не в результате долгих и чётких раздумий.

- Я принимаю сделку.

- Прекрасно. Позволь мне несколько помочь тебе в дальнейшем путешествии, победа над Хефаремом в наших общих интересах.

Что-то щёлкнуло в воздухе, словно невидимые пальцы Амадея. Тело бога развалилось окончательно, окрапив кровью алтарь, и внезапно моя броня начала скрипеть, а на старых шрамах словно начали выжигать рисунки калёным металлом. Раны затягивались, как на доспехах, так и на моей плоти, за считанные секунды. И вот, серые пластины стали уже были как новые спустя жалкое мгновение, а шрамы как рукой сняло, оставив аристократически бледную и гладкую кожу.

- Стой, ты можешь ответить ещё на один вопрос? - Выкрикнул я в воздух, даже не ожидая ответа.

- Конечно, - разразился громом голос из пустоты бесконечного неба, - я могу держать этот портал открытым долго, но не больше дня, так что лучше не затягивайте.

- Что или кто есть Совет? Это боги или люди? Откуда оно или они в Виренте?

- И ты спрашиваешь это у меня? Совет - это тот или те, о ком не знает ничего кроме имени сам Престол! Это может быть бог богов, сотворивший все миры, или воплощение самой судьбы, но никто подлинно не знает.

- Хорошо. Спасибо и на том, Амадей. Мы ещё встретимся, мне нужно позвать остальных.

- Прощай, Адам. До встречи, и удачи. Она тебе понадобится.

Дополнительные главы 2

Дополнительная глава Династии

Я нашёл остальных уже через пару минут после того, как ушёл от алтаря, благо обнаружились все.

Эвелин с нетерпением ждала моего возвращения, к тому моменту девчонка уже успела сбегать к месту, где мы сразили Мен’Гха и вернуться с его саблей на поясе. Я хотел сначала отобрать оружие и отнести похороненному чемпиону, но тут вмешался Ларс. Он позволил Эви забрать клинок себе.

Спустя пару секунд я понял причину такого странного ожидания - Эвелин тут же пошла к алтарю, решительно и с мрачным выражением лица, а нас оставила у дорожки. Мне даже не удалось объяснить ей, что стоит делать, чтобы поговорить с Амадеем. Аделаида, видимо, заметив моё беспокойство, подошла со спины и завела разговор, в котором я никогда бы не хотел участвовать.

- Она справится, я рассказала, что нужно делать.

- А эта сабля тогда…

- Подношение, да. Когда девчонка услышала об алтаре и дуэли, она отчего-то пошла именно за саблей, хотя и её меч, окраплённый кровью нежити, подошёл бы. Может, захочет себе оставить.

- Прекрасно, только сабли ей и не хватало. Ещё поверит в себя и будет рваться вперёд, пока не помрёт на поле боя, а то и хуже.

- Ну, для того ты и есть.

- В плане?

- Ларс рассказал всё. Он не забыл, что ты давал обещание Габриэлю и как-то раз упоминал это. А ты помнишь?

- Да, конечно, как же забыть… Защищать Эвелин и присматривать за ней. Я на самом деле не это ему говорил.

- А что тогда?

- Что для Эви найдётся защитник, даже если Габриэля не будет рядом.

Внезапно, в воздухе повисло неловкое молчание. Мне было как-то не до всех этих разговоров, и особенно печально было вспоминать своего бывшего сержанта с его отрядом, так что я решил хоть чем-то заняться - рука непроизвольно потянулась за последними ирисками.

- Слушай, - прервала Аделаида тишину, на удивление тихо для её характера, - у меня к тебе личный разговор. Не против?

- Конечно нет, добивай уже, раз начала. А если серьёзно - вперёд, лучше сказать всё сейчас, мы из-за портала можем не вернуться.

- Ты собираешься свергнуть Архонта, четвёртого правителя древней Рисвольской Империи, так же?

- Да боже правый, - вздохнул я с ощущением тяжести сотен доспехов на спине, - тебе Ларс и это рассказал?

- Да, как же без этого. И Эспада тебе просто так не подчинится, даже не надейся.

- Война так война, мне не привыкать.

- Слушай, ты, конечно, фехтовальщик неплохой, но и я ведь не одна, - игриво усмехнулась Аделаида, поддразнивая меня, - а вообще, я не об этом.

- А о чём же тогда?

- Предлагаю брак.

- Я… Правильно услышал?

- Ну да, династический брак, что такого? Я получаю себе видного героя, символ государства, ты - людей и территории, а в результате выйдет династия нового королевства. Чем не отличная сделка?

- Я не собираюсь себя закрепощать таким, тем более мы едва знакомы.

- Никаких закрепощений, это исключительная формальность. Я продолжу путешествовать по землям и совершать подвиги, может, если попросишь, графством позанимаюсь, а ты получишь трон и титул.

- Ладно, ладно, убедила. Всё равно выбора у меня нет. Сделаем это как можно быстрее, как только и если победим Архонта. У меня будет ой как много работы, тем более с Разломом и Рисволем в частности.

Глава 6.0. Бездна (отчаяние)

Часть 0 Настроение

Предисловие к главе. Не бойтесь, длинным не будет. Раз уж мы близко к концовке, предлагаю музыку под настроение главы из своего плейлиста. Да, я ещё живой.

Часть 1. Aviators - Monumental

Часть 2. Aviators - We Evolve

Часть 3. Aviators - Sainthood and Sanctuary

Финал. Aviators - Streets of Gold

Глава 6.1. Бездна (отчаяние)

Часть 1 Страж врат

Время было уже к вечеру, когда мы всем своим отрядом решились наконец зайти в луч света, который Амадей так гордо называл порталом. Уж не знаю, что они с Эвелин там так долго обсуждали, но нам это хотя бы дало достаточно времени собраться с силами и подготовиться.

На выходе нас встретила Бездна, буквально, по названию, и метафорически, ведь лучшего слова для этого не было. Я словно вернулся в первый день своего пребывания здесь: Эвелин тряслась от страха, Ларс старался уверенно и гордо идти за мной, Аделаиду, похоже, всё это не впечатлило, а я, вцепившись в рукоять Розы, едва ли на ощупь пробирался вперёд.

Не имею ни малейшего представления, сколько времени прошло со времён нашего появления там. Может дни, недели, месяцы или годы, а может всего пара часов. И всё же, мы добрались, ведь в какой-то момент сквозь тьму на нас начали смотреть ориентиры - стены из чёрного камня, стальные ворота и верхушка Башни Тёмной Стали - угловатое здание, практически идеально квадратное, устремлённое ввысь и пронзающее небеса… Или то, что здесь можно считать небесами.

Истоптав свои ноги в кровь и покрывшись тёмно-серой пылью, мы всё-таки дошли до стен и ворот вдалеке. Всё было исписано барельефами о великих битвах прошлого, свершениях Архонта и вообще неизвестных мне людях; я даже спрашивать не стал, кто это. А ворота были украшены лишь одним изображением: змея, проглотившая свой хвост - Уроборос, цикл жизни и смерти. Символ моего мира, похоже, использовался и здесь.

Перед вратами стоял одинокий силуэт. На нём не было плащей, с ним не было армий - лишь он один. Чем ближе мы подходили, тем лучше его было видно - воин, с головы до пят закованный в доспехи, и даже сочленения были прикрыты кольчугой. Броня сверкала серебром, как новая, а вместо лицевой пластины шлема было отполированное до зеркального блеска изображение

На плечо загадочного человека была закинута коса - золотая, с бритвенно острым лезвием, но ничем не выделяющаяся. Разве что более прямая, чем обычное крестьянское орудие, и сверкающая, словно маяк в беспросветной темноте.

Казалось, что сам человек внутри мёртв, а броня просто стоит в километре от ворот, но не тут-то было. Как только между нами осталось два метра, доспех ожил, а вместе с ним и человек внутри. Коса словно взлетела в воздух вместе с его руками и, промелькнув золотистой молнией в воздухе, вонзилась лезвием в мёртвую землю между нами.

- Кто вы такие? - раздался гремящий голос, отразившийся сотни и тысячи раз внутри сверкающей маски.

- Мы пришли за Архонтом, - ответил я, вцепившись в рукояти обоих мечей. - Если захочешь остановить нас - отправишься к тем, кто пытался это сделать до тебя. Прошу, представься, чтобы нам было удобнее говорить.

- Гарм. Не рассказывайте, на ваши имена мне глубоко наплевать. После стольких лет всё, чего я ищу - это окончательная смерть в дуэли. Окажете ли вы мне эту честь?

- С чего бы мы должны были?

Стоило мне закончить эту фразу, как Гарм вновь взмахнул косой, параллельно земле. Я внезапно ощутил, как по моей груди начала стекать кровь; знакомое, отвратительное чувство, которое я испытывал ещё в бою в Виренте. Рана не была глубокой, но я всё равно выхватил из ножен Клеймо и встал в стойку, как и все остальные.

- Если вы отказываетесь от честной дуэли один на один, я готов принять вас всех и сразу. Не говорите, что я не предупреждал.

- Какой тогда смысл для тебя в дуэли? Ты же не умрёшь, - выкрикнула из-за моей спины Аделаида.

- Если уж вы достаточно сильны, чтобы победить меня, то и Архонт для вас окажется лишь очередным препятствием на пути.

- Самоуверенно, но резонно, - ответил я, вложив Клеймо обратно в ножны с тихим лязгом металла. - Есть предпочтения по поводу противника?

- Только одно: он должен быть способен победить меня.

Около минуты я стоял в замешательстве, переглядываясь со своими товарищами. Всё же, мы приняли предложение Гарма, ведь было очевидно - противостоять ему будет слишком трудно даже для меня, если он начнёт биться в полную силу.

Спор о том, кто должен пойти, вышел невероятно ожесточённый. Каждый предлагал свою кандидатуру, и каждому мне надо было ответить, так как я - лидер отряда. Самого Гарма, видимо, мало интересовало всё это, и он вернулся к своему положению почти живой статуи.

Аделаида первая предложила пойти на дуэль. Честно сказать, я почти согласился: она со своим молотом могла в мгновение ока уничтожить любого противника, да и в её боевых навыках я не сомневался.

Ларс решил сыграть очень грязно - он попросил меня, как брата по оружию, пустить его в бой в последний раз. Как он сам сказал: “Мы оба - уже древние воины, без цели и дома, потерявшие всё и ищущие лишь смерти.” Он не был слаб, но один взмах косы Гарма мог убить Ларса.

Первое же, что пришло мне в голову - это выдвинуть себя в качестве дуэлянта. В конце концов, у меня был и опыт боёв, и благословение Престола, которое не даст умереть, видимо, ни от каких ранений, и два легендарных меча.

Наш спор кончился очень быстро, и никому даже не дали слова. Эвелин просто молча вышла вперёд к Гарму, между ними оставалось где-то полтора метра - слишком близко, её могли убить одним ударом.

- Я не дам никому из вас умереть. Не в этот раз.

В её голосе ощущалась невероятная уверенность, которой никто не смел перечить. Я хотел подойти и отдать ей Клеймо легиона, может даже отговорить, но она даже не заметила - взмахнула трофейной саблей и отгородила всех от себя. Это её бой.

- Ах, ну наконец-то. Надеюсь, ваш господин не против этой дуэли?

- Ничуть. Позволите дать отсчёт и проследить за нарушением правил?

- Последнее не обязательно, но в целом мне без разницы. Начинайте уже поскорее.

- Прекрасно. Три… Два… Один… En Garde!

Ни Гарм, ни Эвелин, даже не дождались окончания фразы, а тут же кинулись в бой. Коса столкнулась с саблей, их движения подняли даже не облако, а вихрь тёмно-серой пыли.

Я удивился, когда Эви вызвалась принять участие в дуэли, но ещё больше меня поразило то, что она даже не уклонялась. Девчонка каждый раз стойко держала удар, и выкручивала такие кульбиты с саблей, которые мне даже и не снились. Всё внимание ушло на бой, никто не смел даже открыть рот

Всё, что было видно за стеной поднятой пыли - это лишь короткие удары сабли и косы, но я даже успел один раз разглядеть, как Эвелин сняла с плеча арбалет и выстрелила из него в Гарма один раз. Тот ответил на это двумя быстрыми ударами, оставив рваные разрезы на её броне.

Пыль осела на оружии и доспехах, наконец появилась возможность разглядеть, что происходит. Оба тяжело дышали в двух шагах друг от друга, но сдаваться не собирались, и всё так же направляли оружие друг на друга.

Лишь на мгновение мне удалось увидеть под шлемом Эви хитрую улыбку перед тем, как она выхватила с пояса бомбу и провела ей по лезвию сабли, высекая сноп искр. Фитиль тут же вспыхнул, и девчонка подкинула бомбу в воздух, заткнув уши и закрыв глаза. Никто кроме неё этого сделать не успел, и спустя секунду бомба разорвалась.

К моему величайшему удивлению, нас не сожгло, но, похоже, это было нечто близкое. В ушах начался невыносимый звон, а глаза не различали иных цветов, кроме белого. Это длилось где-то около секунды: столько хватило Эвелин для того, чтобы закончить бой.

Когда мы все вновь смогли видеть, тело Гарма уже было исполосовано во всех сочленениях доспехов, а разрезанные кольца кольчуги лежали на земле. И всё же, вопреки ожиданиям, он стоял до последнего, опираясь на свою косу.

Прошло ещё около секунды, и я оказался первым, кто заметил Эви - прямо за спиной своего противника. Гарм попытался сделать круговой удар косой, но даже не успел со всеми своими сверхчеловеческими умениями. Эвелин одним лёгким взмахом сабли попала по узкому незащищённому месту между шлемом и нагрудником, и снесла голову воина.

Глава 6.2. Бездна (отчаяние)

Часть 2 Путешествие по Бездне

После дуэли с Гармом мы в очередной раз решили пройтись молча по накрытому мраком городу. Эвелин взяла косу, и мы, не слишком торопясь, пошли в сторону ворот.

Вход в Бездну отворился перед нами самостоятельно, словно приглашая внутрь. Я до сих пор не могу понять, почему так случилось, но ещё больше меня смутили абсолютно пустые улицы. Вся Бездна была похожа на Рисволь, как же я давно там не был, но совершенно без людей. Только здания, уходящие на десятки метров в высоту, напоминали о том, что здесь когда-то присутствовал человек.

Не знаю, что это было - уважение или страх, но вся нежить расступалась перед нами. Даже полуразумные ожившие легионеры не решались подойти ближе, чем на расстояние выстрела из лука. Иногда я думаю, что тогда их напугала именно коса Гарма; или, быть может, я уже обрёл настолько дурную славу среди ходячих трупов.

Мы встретили по пути двух старых знакомых: первый вызвал некоторое сожаление, а второй… А второй даже не успел подобраться.

Первым был тот самый легионер Каина, которого я когда-то изрубил на куски просто чтобы посмотреть, вернётся ли тот к жизни. И вернулся ведь, только в виде человекоподобной смеси металла и мяса. Нет, не плоти, именно мяса. Он, или, лучше сказать, “оно”, бесцельно бродило по улицам города, не в силах ни видеть, ни слышать, ни даже чувствовать что-то кроме боли. Именно тогда мне впервые стало стыдно. Нет, не от того, что я кого-то убил - это норма, да и он сам выбрал свою судьбу. Проблема была в том, что это существо будто почувствовало нас, хотя ему и было нечем. Оно сбежало, подрагивая всей своей неуклюжей массой и разваливаясь на ходу. Меня до сих пор иногда интересует, насколько нежить была разумной, разносили ли они слухи и могли ли чувствовать хоть что-то? Наверное, лучше не задаваться такими вопросами во время размышлений о своих врагах.

Вторая встреча оказалась с давним знакомым - Палачом. Из нашей группы никто не успел его заметить; или то, что от него осталось. Да, Палач выглядел столь же убого, как и тот солдат - под разрубленной на лоскуты кольчугой с табардом свисала гнилая плоть, местами даже оголяя разорванные внутренние органы, отчего-то почерневшие. Эвелин хорошо постаралась в прошлые разы, и в этот раз решила не терять возможность. Без всякой жалости, едва заметив Палача, она кинулась на него и разрубила новообретённой косой на мелкие кусочки. Я хотел с ней об этом поговорить, ведь видеть Эви в таком состоянии было страшно до дрожи, но она отказалась.

Так, медленно и уверенно, мы в полной тишине дошли до той самой Башни Тёмной Стали. Несмотря на всю её величественность, вход в неё был очень уж обычный - стальная дверь с простенькой круглой ручкой, высотой под три метра. Я понимал, что именно тогда оставался один важный момент, который стоило обсудить со всеми, ведь иначе “всех” могло бы уже и не быть.

- Кто возьмёт Клеймо легиона?

Раз уж никто не решился выйти вперёд, я сказал Эви, чтобы зажгла последний кристалл цетрина и устроила привал. Первым кандидатом лично для меня стал именно Ларс, которому я молча протянул меч.

- Простите, господин, но видимо не в этот раз. Я не могу стать командиром ещё раз, тем более на такой высокой позиции.

- Хорошо, Ларс, найдём замену тебе. Но вот скажи мне - если не это, то чем ты будешь заниматься после того, как всё кончится?

- Не знаю, но уж точно не пойду обратно в легионы или на войну. Скорее всего попрошу у вас домик на берегу озера… Нет, ручья! Тот самый. Отстрою его, заживу как человек, и буду себе мирно рыбачить.

- Воевать не пойдёшь, значит? Даже за своего короля?

- Простите, господин, но с меня уже достаточно этого. Я навоевался на десятки лет вперёд.

- Да не будь ты таким серьёзным, я пошутил просто. Ладно, бывай.

Вторым моим кандидатом на этот пост была Эвелин. В последнее время она стала куда как более серьёзной и менее общительной, смерть Габриэля разделила её на “до” и “после” для меня. Именно такой генерал-капитан понадобился бы моему легиону: дисциплинированный, серьёзный, вселяющий ужас в сердца врагов и готовый умереть ради своих солдат, почти полная противоположность Каина.

- Эвелин? Есть время поговорить?

- Да, милорд, - произнесла она отстранённым голосом, взгляд её был устремлён куда-то ввысь.

- Мне нужен офицер для моего легиона. Генерал-капитан, если быть точным. Нам предстоит много работы когда всё кончится, и…

- Нет, - впервые за всю жизнь Эвелин прервала меня на полуслове, - я не могу.

- Хорошо, но почему?

- Я должна кое-кому. Очень много должна за очень большие дары. Да, пожалуй лучше сказать так.

- Ладно, но если что - тебя всегда примут в королевстве, которое я планирую построить на поверхности.

- Спасибо, но это более… Другого толка долг. Простите.

Решив не продолжать этот разговор, я подошёл с мечом к Аделаиде. Вечно радостная вступить в бой, несерьёзная, но всё же невероятно могущественная, имеющая тесные связи с богами - она тоже была неплохим кандидатом. И всё же, прямо на подходе к ней я услышал это прямо в лицо:

- Даже не предлагай, я не соглашусь.

- А что так? Неужели не хочешь приключений? Поверь, когда мы выберемся отсюда, генерал-капитану легиона даже присесть не удастся.

- Да не в этом проблема. Я хочу быть свободной, помогать людям там, где могу и хочу, а не там, куда послали. Я хочу быть со своим народом и странствующими рыцарями, а не с легионерами, тем более если ты их будешь набирать из ветеранов.

- Быстро ты поняла, что я хочу сделать.

- Да неужели?

- Да, на самом деле я хотел создать новый легион из рекрутов и остатков старых, четвёртого в основном. Ну ладно, не хочешь - дело твоё.

- Место всегда открыто, слышала. Ни за что не вернусь во дворец, и уж тем более в палатки в военных походах.

- А разве ты не на троне была когда мы впервые встретились?

- Технически нет, мы встретились в том разрушенном доме. А вообще, Адам, ты действительно думаешь, что я сама на это пошла бы? Душа жаждет приключений, но людям нужен правитель - тот, на кого можно положиться. Аккурат тогда, когда вся моя династия была уничтожена.

Отчаявшись найти офицера, я уже начал мысленно проклинать Габриэля за то, что тот умер. В нём не было этого командирского духа, но он готов был бы порваться на чей-то там флаг, не помню уже точную поговорку, за своих солдат. Конечно, опять же мысленно, я извинился перед ним - пусть отдыхает, где бы он там ни был.

Я последний раз попрощался со всеми и сразу: пожал руку Ларсу, обнял Эви и поклонился Аделаиде. Они были готовы как один пойти со мной до конца, но я запретил - нельзя терять ещё и их. Финальное испытание мне предстояло пройти в одиночку.

Глава 6.3. Бездна (отчаяние)

Часть 3 Пятна крови на святой земле

Мой подъём по Башне Тёмной Стали вышел даже слишком быстрый, для своей высоты и ширины она была больно маленькой. Между стенами было очень мало пространства, и всюду раздавался гул, словно жидкость переливалась по трубам в склянки, а из них - обратно в трубы.

Вверх вёл единственный механизм - лифт, срабатывающий по нажатию рычага. Четыре троса мучительно медленно тянули плоскую металлическую платформу вверх. Я бы сказал, что прошло около двух часов, и за всё это время не было ни одного этажа, только самый нижний у входа и верхний. Обставлено всё тоже было очень скромно, даже освещение в виде ламп с цетрином было только на самом лифте и наверху, о мебели даже говорить не стоит.

Кстати про “наверху”, я наконец-то доехал. Стальная плита звучно щёлкнула и сцепилась с полом, по-сути слившись с ним. Гул ещё никуда не делся, но уже стихал.

Помещение было столь же минималистичным, сколь и вход - квадратная комната, десять на десять метров и потолок где-то в пять высотой. В одной из стен расположились створки стальных ворот, со всё тем же символом змеи, проглотившей свой хвост.

Оперевшись спиной на ворота, сидел человек, очень похожий на меня. Он был в той же броне, но белой, а не грязно-серой. Примерно той же комплекции, того же роста, словом отражение меня в более светлых тонах. У него на поясе висел меч без ножен - очень похожий на Розу, но с белоснежным лезвием и навершием в виде красного цветка… Розы, за неимением лучшего слова. Сразу вспомнились витражи из соборов Рисволя.

Он сидел в полном одиночестве, до меня в помещении не было ни единой души. Даже на моё прибытие он едва ли поднял голову.

- Привет, Адам, - произнёс он с тяжёлым вздохом, встав и отряхнувшись.

- Мы знакомы?

- А то. Мы с тобой почти один человек - оба Рыцарь Роз под покровительством одного бога.

- Я… Не понимаю ничего. Изволь объяснить.

- Чего тут объяснять? Я, как и ты, прошёл Путь Покаяния и был послан сюда Престолом. Мне тоже дали благословение - моя броня нерушима, пока я не совершаю ошибок в бою. Твои раны затягиваются быстро, да, но на мне нельзя оставить ран. Я тоже прошёл весь путь сюда, лишь только не сворачивал в Вирент и Антарес, Престол привёл меня сюда сам.

- Тогда почему мне он ни разу не помог?!

- Будь добр, дослушай. Я собрал генерал-капитанов трёх легионов, лишь Каин отказался идти с нами. Я создал пророчество, по которому ты оказался святым. Я хотел создать своё королевство в качестве пророка божества, который убьёт Бессмертного Архонта. Ты идёшь по моим стопам! Я должен был войти в тронный зал! Ты должен был умереть по пути.

- ...Что? Ты сидишь перед входом, почему бы тебе не войти? Я даже мешать не буду.

- Какой смысл?

- Ты же видел Рисволь, и после этого “какой смысл”?! Освободить людей, уничтожить Уро…

- Заткнись. Просто заткнись уже. Думаешь всё это - из ненависти к людям? Из любви к ним? Нет, нет, нет! Архонт просто хотел отсрочить прибытие Хефарема настолько, насколько мог. Он заключил контракт со змеем и поит его своей кровью с помощью Катализатора. Всё это только для того, чтобы отложить пробуждение бога смерти. Но всё же, его аватар уже пробрался в мир. Даже в нынешнем состоянии, мы не выдержим долго.

- Я могу победить. У меня есть не только вера, но и план - две вещи, о которых ты забыл.

- План, говоришь? А где гарантии, что Уроборос, Хефарем или как бы его там ни звали, не вернётся после твоей победы? Что помешает ему убить человечество?

- То, что он будет мёртв.

- Ха… Убить бога смерти. Как глупо.

Мой собеседник тихо усмехнулся и достал меч, покрутив его одной рукой.

- Скажи мне, Адам. Ты хоть сам в это веришь? А впрочем, не отвечай, всё равно уже известно, что ты скажешь. Я не позволю тебе освободить его, убить всё, над чем старался Архонт. Вперёд, к бою.

Я молча кивнул ему и встал в стойку, достав из ножен Розу, в голове прозвав своего противника “Белым Рыцарем Роз”, или просто “Рыцарь Роз”, а его меч - “Белая Роза”. Не слишком оригинально, но и сам он не был кем-то новым - он был мной.

В самом начале между нами было около пяти метров. Я приготовился атаковать Розой, но он словно мгновенно покрыл это расстояние и ударил своим мечом по моему. Лезвие “чёрной” Розы разлетелось на осколки, что заставило меня отойти от него на шаг. Он вновь застыл, направив острие меча в сторону моего горла.

- Если ты действительно способен победить Хефарема - тебе не нужен этот проклятый меч.

Я тут же схватился за Клеймо и встал в оборону. Рыцарь Роз бросился на меня, проводя одну атаку за другой. Широкий взмах, укол, серии разрезов - он пробовал всё, как и я. Мы оба дрались, отдавая все силы, несмотря на то, что мне предстояло победить Архонта.

Несколько раз мне удалось пробиться сквозь его оборону, но лезвие лишь отскакивало от доспехов. Зато он каждым своим ударом приближал меня к смерти; куда сильнее, чем мне бы того хотелось.

Одна пропущенная атака чуть не стоила жизни - широкий взмах меча прошёлся по моему животу и раскрыл старый шрам, откуда вновь потёк поток крови. Я ощутил невероятную боль, слабость и головокружение, и внезапно понял: пора заканчивать этот бой.

В голове промелькнула только одна мысль, как это можно сделать: выбить меч из рук и прервать действие благословения. Рыцарь Роз продолжал наступать, а я лишь мог уворачиваться от атак и выжидать момент, придерживаясь за живот, дабы мои внутренности не начали вываливаться наружу.

Один неосторожный укол Белой Розы прошёл под моим плечом, и лучше возможности быть не могло. Я взмахнул Клеймом, описав им дугу, и выбил меч из рук своего оппонента. Оба клинка взлетели в воздух; Клеймо я поймал и вложил в ножны, а “новую” Розу сразу пустил в бой. Лезвие со смачным звуком врезалось в плоть моего врага рядом с шеей, прорубаясь сквозь кости. Второй удар снёс левую руку, третий - правую, и так труп моего ближайшего по духу противника упал на пол. А сколько он там пролежит - зависит лишь от того, смогу ли я победить. Я вложил оба меча в ножны, оставшиеся на поясе, и вошёл в тронный зал.

Финал

Финал Цикл продолжается

Я вновь в тронном зале, уже другом, но плевать. Двери снова открылись будто сами собой, с приложением минимального усилия к ним. Гул стал совсем уж невыносим, как и лязг машин.

Там, посреди пустой комнаты, уставленой огромными стеклянными резервуарами с кровью, в паутине позолоченных труб разной толщины, сидел на троне, покрытом шестернями и вентилями, виновник всего произошедшего - сам Архонт в своей искажённой броне. Одна из прозрачных труб, хотя это скорее был шланг, была подключена прямо к его шее и постоянно выкачивала кровь.

- Приветствую, Избавитель, - заговорил он со мной первым, и внезапно вся система стихла. - Ты пришёл, чтобы убить меня, ведь так?

- Конечно, стал бы я заходить так далеко просто ради дружеской беседы.

- Так вперёд. Я не собираюсь тебе противостоять.

- Так, а здесь ты меня заинтересовал. Могу я задать пару вопросов в честь нашей, скажем так, более мирной встречи?

- Вперёд, главное не задерживайся здесь слишком долго.

- Что это, за тобой? Катализатор?

- Да. Он превращает воду в любое иное вещество, даже некоторые экзотические.

- Почему ты не стал бороться за свою жизнь?

- Ха! Примитивный вопрос от примитивного ума. Скажи мне, тот воин за входом в мой тронный зал - он был силён?

- Невежливо отвечать вопросом на вопрос. Впрочем, да.

- Он вполне мог победить меня. Меня! Великого Архонта, понимаешь? Ты убил его и забрал его меч, а потому мне нет никакого смысла с тобой драться. Ты физически сильнее меня, Адам, можешь возрадоваться.

- Только физически? Мне хотя бы хватило уверенности пойти против тебя в нашу первую встречу, тогда как ты сидишь на троне, даже не пытаясь.

- Это правда, и всё же, морально я выше тебя.

- Каким образом? Ты проклял весь мир, пытался ослабить меня во снах вместо честного боя и устроил резню среди мирного населения. Трижды!

-Я желал спасти свой мир, и получаю лишь это в ответ… Нет здесь никакой справедливости.

-Ты обрёк всех на страдания, для тебя именно такое отношение и будет справедливым.

- Как же слепо ты следуешь своему богу… Хочешь расскажу тебе, что он сделал с этим миром?

Когда-то давно, югом правил король, имя которого уже стёрлось в истории, севером - ещё один, и лишь имя короля срединных земель сохранилось - Амадей. Король юга видел засуху, с которой пришлось бороться его народу, и решил бросить вызов своему богу - Хефару, змею пустынь. Он смог победить змея, и получил имя “Хефарем”, буквально “Убийца Хефара”, но тогда на наш мир и снизошёл Престол.

Он уничтожил всех богов ради какого-то эфемерного “баланса жизни и смерти”, а затем из их душ, тёмных и светлых, создал холод и тепло соответственно. Их кровь обратилась жизнью, а их мстительный ум наполнил глубины мира, образовав Разлом. Твой бог, Престол, превратил Амадея в вечно страдающее нечто, творящее жизнь из своей крови, а Хефарема - в змея, от которого он защищал свой народ, и по собственным словам “восстановил баланс”.

- Это… Невероятная история. И всё же, как она относится к происходящему?

- Всё, что я делаю, было справедливо, чёрт возьми! Я отомстил тому, кто уничтожил юг и север, заставил вечно страдать целые пантеоны богов, а двух великих правителей заточил в ненавистных оболочках. К тому же, эта месть принесла с собой бессмертие людям - чем не плюс?

- Это не бессмертие, а вечная старость. Они гниют заживо, страдают. Это даже не жизнь.

- Такова цена за бессмертие. У нас, Архонтов, не было имён кроме порядковых номеров, не было интересов, кроме властвования народами, и не было смысла, кроме великих свершений.

- Я понимаю, ты страдал. Но это не значит, что другие должны, тем более ради твоей мести.

- Значит. Даже если отбросить все эти великие цели, я сдерживаю Хефарема. Если он выберется на свободу, всему миру придёт конец.

- Он выбрался, твой план уже не работает.

- Я знаю. Но что мы можем сделать с высшими силами? Лишь сдержать неизбежное. Ладно, давай. Убей меня. Я готов. Но справляться с последствиями этого ты будешь сам.

- Прекрасно.

Молча, в затихшей комнате полной механизмов, я подошёл к Архонту и пронзил его грудь Белой Розой. Он истёк кровью на месте, успев лишь прошептать: “Несправедливость восторжествовала.”

У меня действительно было лишь смутное представление о том, как победить Уробороса. И всё же, в голове промелькнул план. От мёртвого тела Архонта я отсоединил шланг и достал с пояса флакончик с ихором, висевший там ещё с начала путешествия. Светящаяся жидкость полилась по трубам, разрастаясь и преумножаясь, и весь механизм пришёл в движение.

Из-под земли в тот же миг раздался дикий рёв раненого существа, смешанный с гулом механизмов. Вся Башня Тёмной Стали начала разваливаться по кускам и трястись, резервуары были опустошены от ихора. Я понимал, что могу умереть тогда, и потому забрал меч и встал посреди тронного зала. Будь что будет.

Худшего не свершилось. Вой прекратился, а сквозь трещины в стенах начали пробиваться лучи света. Я вновь проделал весь путь, но уже вниз, минуя трупы Архонта и Рыцаря Роз. Необычный мрак, когда-то нависавший над Бездной, рассеялся, и в небе наконец-то засияло солнце. Наконец-то… Хотя бы эта история окончена.

Эпилог

Эпилог Да здравствует король

Я дописываю эти строки уже спустя 25 лет после победы над Архонтом. Мир наконец-то стабилизировался, и в новом Валлонском Королевстве начался золотой век - эпоха процветания и мира, ведь больше никого из людей и не осталось.

Многие умерли, как только в мире прекратило действовать проклятие, наложенное Архонтом. Я до сих пор ощущаю вину за случившееся, но почти все из них получили заслуженный отдых от страданий, хоть это и слабое оправдание.

С ядовитой солью поначалу было очень трудно справляться, и мы теряли было надежду, что сможем восстановить этот мир. И всё же, здесь помог Амадей, рассеяв свою божественную кровь по всему миру. Вновь начали расти густые леса и мелкие кусты степей, реки потекли с новой силой, и даже в пустынях заново закипела жизнь.

Я остался в запасном дворце в каком-то окраинном городе, отошедшем мне после тихого и быстрого брака с Аделаидой, создавая новое королевство. Назначил себе алхимика, Горация кстати, дедушку Эвелин, дабы тот работал с последствиями действий Архонта на земле и советовал мне по своей специальности, и выбрал нового генерал-капитана для недавно созданного Валлонского легиона - Зейна. Хороший, в общем-то, офицер, когда-то командовавший отрядом, где пребывали Габриэль и Эвелин, но ушедший в отставку за год до моего появления. Он был уже далёк от молодого, но всё ещё способен выкрикивать боевые кличи, отчитывать солдат и здраво мыслить, когда доходило до усмирения народа. Работы вышло ну очень много, но вроде как мы сумели организоваться на новых землях. Я приказал перестроить Антарес и Рисволь, и доставить туда всех выживших жителей этих городов, а потом ещё и заложили Валлонь - будущую столицу.

Где-то год наша группа (я, Ларс, Эвелин и Аделаида) держалась вместе. Мы общались, ходили на пиры и балы, вспоминали былое и посещали монументы, построенные в честь солдат, павших в Виренте.

Как только прошёл этот самый год - все разошлись. Первым был Ларс. Он, как и хотел, выпросил тот дом у ручья, ещё не восстановленный, и стал жить там, не зная беспокойств. Иногда я заглядывал к нему с бутылками вина, но он часто вежливо отказывался вспоминать о наших похождениях. Понимая, что там произошло, я никогда не настаивал.

Аделаида, что неудивительно для неё, ушла из дворца и примкнула к какой-то наёмничьей компании из бывших странствующих рыцарей. С тех пор она борется с оставшейся нежитью, которая упорно отказывается умирать, и зарабатывает на жизнь борьбой с преступниками и защитой людей. Удивительно, но много она не просит, лишь бы на еду хватало. Порой ей даже приходится менять снаряжение, чтобы к ней не относились как к королеве.

Из всех, загадкой для меня осталась только Эвелин. Она резко перестала посещать место упокоения Габриэля, как мы с ней привыкли делать. В тот же момент само тело исчезло, а у порога моей комнаты обнаружились броня легионера, арбалет и короткий меч, на котором оставались следы сильного яда. Куда она ушла - до сих пор непонятно. Полагаю, это связано с Амадеем, но мне никогда не удавалось спросить.

К двадцать пятому году жизни королевства мы уже успели заселить более или менее весь материк. Оказалось, что по всему миру строили крепости с невероятно высокими стенами, дабы сдержать продвижение альбедо. Все эти города, из которых первым был Фар Харбор на дальнем западе, объединились в так называемую “Коалицию” - девять государств, собравшиеся вместе без чёткого правителя.

На юго-западе под правлением очередного местного царя образовался Аликарский Халифат, очень досаждавший первое время своими набегами и грозившийся объявить священную войну ради отмщения за Мен’Гха. На севере же сформировались свободные территории, без какого-либо контроля, где было дозволено всё, даже эксперименты над трупами. Ситуация настолько вышла из-под контроля, что всю западную границу пришлось поделить на три провинции и приставить по легиону к каждой. Затем, по совету Аделаиды, я ещё и приказал создать в каждой по рыцарскому ордену - люди, похожие на странствующих рыцарей способностями и снаряжением, но не заключавшие сделок с богами. Графству Эспада вообще был выдан особый статус - Валлонь по-минимуму вмешивалась в их дела, а они - в наши.

Несмотря на всё это, я до сих пор ощущаю страх. Вой, пронзивший Бездну тогда, всё ещё раздаётся в ушах, и я жду пришествия бога смерти. Ведь что, если Архонт и Рыцарь Роз были правы? Что, если мне придётся сделать то же самое?

Придётся ли мне жертвовать всем миром и собой, чтобы продлить золотой век?

Послесловие

Послесловие

О господи, это кончилось! Наконец-то. Я уже вымотан, так что давайте быстро.

Подписи к главам - стадии, через которые прошла идея Рыцаря Роз.

Я знаю, что начало неудобоваримое, но исправлять его уже нет душевных сил.

Продолжение будет, когда - сказать точно не могу. Ориентировочно конец февраля/начало марта - время, когда я начну над ним работать.

Особые благодарности Дараде Оками А.К.А. Дара Нерельская А.К.А. Dar Jigoky (надеюсь правильно написал). Именно благодаря ней всё это по-сути существует, ибо на протяжении пути она была основным мотиватором. Подписывайтесь на её группы в ВК, она - талантливый художник и периодически выкладывает туда свои работы: https://vk.com/dar_jigoky и https://vk.com/darada_n

Также благодарю всех тех, кто подписался и вообще обратил внимание на этот кусок текста. Искренне в шоке от того, насколько много собралось людей смотреть на то, что написано по большому счёту чисто для себя.

Удачи. Подробно распишу планы на будущее в посте, который будет… Как-нибудь после того, как эти главы выпустятся. Адьос!

U.P.D.: Возможно поста не будет, так что АХТУНГ МНОГО ТЕКСТА

TL;DR: ещё раз спасибо Дараде, подписывайтесь на неё. Про продолжение уже сказал. Пока будет научная фантастика, и очень долго, если это не по вам - окей, всё равно рано или поздно вернусь к "Золотому Веку" и прочему фэнтези.

Спасибо также и человеку, которого я знаю только под именем Маркус. Если он это читает или вы чисто случайно его знаете - можете выслать ему. Так вот, твой комментарий с критикой заставил меня перечитать пролог - это скучнейшая пафосная вода, как вы через неё пробивались? Если что, к комментам я не прикасался, так что если где удалено - не при делах. Тот же комментарий, кстати, несколько выбил меня из колеи и заставил взять перерыв на два дня, после чего писать стало намного легче. Огромное спасибо тебе за это.

Дальше будет один, два, а может и три рассказика, все по научной фантастике и без обложек (скорее всего, может попробую пошаманить с фотошопом и выделить их каким-нибудь другим цветом). Выпускать такое буду как вдохновение появится, в основном между большими проектами, по одному разу в неделю минимум. Остальное - когда в голову взбредёт.

Ну и наконец, то что поважнее. Что дальше? Огромный кусок текста по научной фантастике, к которой я всегда тяготел. Не даётся мне ваше фэнтези, хоть убей. Постараюсь воду не лить, а писать по делу. Начну выкладывать уже на следующей неделе (возможно через две (скорее всего через две)) по расписанию. В общем, будет когда будет.

Во избежание выгораний больше не будет правило "день=новая глава", а будет чёткое расписание.

Маленькие рассказы: воскресенье, 12:00 по МСК, и когда я посчитаю нужным

Большие проекты: вторник, пятница, воскресенье, 12:00 по МСК.

Вот, вроде, и всё. Спасибо что дошли до конца со мной, если кто-то это читает. До встречи через неделю.