Золото Чёрного леса

Глава 1. Тень Самайна

После тяжёлого трудового дня Моди поспешил увидеться с Агнетой. В небольшой деревушке вдали от фьорда приходилось работать в поте лица, чтобы прокормить семью. Юному ландбоару, чтобы позаботится о мастере и бабке с дедом и ему, как и двум его братьям, приходилось несладко. Впрочем, не меньше забот выпало и на долю всей деревне.

— Здравствуй, Агнета! — радостно поприветствовал девушку Моди.

— Здравствуй, Моди, — Агнета слабо улыбнулась, но её взгляд был потуплен, а на щеке блестела оставленная слезой дорожка.

— Ну что ты? Всё будет хорошо.

Агнета встала и обняла Моди, уткнувшись носом в его плечо, такое знакомое и родное.

— У нас осталось пять дней, — проглотив ком в горле, еле слышным голосом сказала девушка.

— Ничего, Фaркaс соберёт деньги… — голос юноши предательски дрогнул, хоть он и старался сказать это уверенно.

— Мы оба знаем, что не в этот раз. У него есть только один способ откупиться от хевдинга… — Агнета вздохнула и её глаза заполнили слёзы.

— У нас ещё есть время. И мы всё равно ничего не сможем изменить. — Моди сжал зубы.

Он бы вызвал хевдинга на поединок, но тот был могучим воином, прошедшим множество битв. А Моди даже меч в руках держал всего пару раз. Он умел ловко обращаться с топором и вилами, но что простой крестьянин может сделать настоящему воителю?

Бессильная злоба и горечь от приближения неизбежной катастрофы бились у него в груди, стремились вырваться на волю не то волчьим воем, не то медвежьим рыком. Но сейчас, рядом с любимой, нужно сдерживать свои чувства.

Агнета посмотрела Моди в глаза, но в них не было надежды, лишь тоска.

— Пойдём, прогуляемся немного, пока не стемнело, и нас не хватились. Ты же не хочешь провести эти дни, пуская ручьи слёз? Устроишь нам тут наводнение, и старина Фaркaс сам отдаст тебя хевдингу, даже если золото само на него свалится.

Агнета улыбнулась и кивнула, одарив Моди благодарным взглядом. Вдвоем они вышли из деревни и оказались на поле, которое уже было убрано. Хотелось сказать так многое, но любые слова казались неуместными, лишними. Тёплый вечер наполнял воздух волшебством, и было так легко поверить, что всё хорошо, как раньше…

— Может быть, когда-нибудь ты станешь богатым и выкупишь меня, — грустно улыбнулась Агнета.

Моди молча обнял девушку. Что тут можно сказать? У него даже нет денег, чтобы обучаться ремеслу, сможет ли он, никогда даже один золотой в руках не державший, собрать выкуп? Проще уж выплатить подати хевдингу сейчас… Моди отдал бы ногу или руку одному из богов в обмен на золото, но богам не было дела до маленькой деревеньки, они благоволили лишь славным воинам, идущим в далёкие походы и возвращающимся с богатой добычей.

Агнета притихла в его объятиях, стараясь продлить этот момент как можно дольше. Моди посмотрел на прекрасные русые волосы девушки, заплетённые в косу, и отвёл взгляд в сторону темной стены леса, начинавшегося за полем.

Чёрный лес. Это не то место, где можно запастись дровами. Даже пастух опасался выводить небольшое стадо к окраине этого леса, хоть трава там и сочнее. До самого фьорда все знали, что в лесу этом обитает нечистая сила.

В детстве Моди думал, что это просто сказки. И даже несколько отправившихся в лес и не вернувшихся искателей приключений не убедили его в правдивости легенд — мало ли по другим сторонам леса деревень.

Всё изменилось, когда в Чёрный лес отправился скальд. Как ни отговаривал его тогда Фaркaс, тот лишь усмехался местным деревенским суевериям. Дорога, огибавшая лес была длинна, и двухметровый бывалый воин был уверен, что пройдя через лес напрямик сэкономит уйму времени.

В отличие от других, скальд вернулся. На следующий же день. Но выглядел он так, словно провёл там лет десять, к тому же совсем тронулся умом, и говорил какую-то чушь про лабиринт троллей и призму снов. Бедолагу отправили в город, и о его судьбе Моди больше ничего не знал. Но случай этот отразился в его памяти и он твердо пообещал себе, никогда не входить в проклятый лес.

Однако сейчас будущее пугало гораздо сильнее притаившийся в глубине Чёрного леса нечисти. Уж лучше вовсе потерять разум, чем потерять Агнету.

И вспомнились Моди сказки, которые бабка рассказывала ему в детстве. Что живёт в чёрном лесу старец, древний настолько, что пусти в землю корни, подобно дереву, и что хранит тот старец клад с несметными сокровищами, отдаст которые он лишь чистому сердцем и помыслами.

Что если на самом деле в Чёрном лесу есть клад? Ведь не просто так идут туда воители, приезжая чуть ли не со всего полуострова. Если и правда попытать счастья?

— Холодает. Пойдём, Агнета, нехорошо на ужин опаздывать.

Не стал Моди рассказывать о том, что задумал. Да и без благословения деда идти всё равно нельзя, а ну как не отпустит?

Прощаясь с Агнетой, юноша посмотрел ей в глаза. Хотелось прикоснуться к её губам своими, но он так и не решился. Сам себе сказал, что пусть станет этот поцелуй тем, ради чего он вернётся в родную деревню из Чёрного леса.

А дома его ждал непростой разговор.

— Дед, а дед? — начал Моди после скромного ужина. — Ты ж слыхал, что в Чёрном лесу клад спрятан?

— А кто ж не слыхал? Спрятано золото там, и вестимо не один клад там сокрыт. Неспроста нечистая сила там лютует. Её тоже золото манит…

— А ты, Моди, что вдруг байками заинтересовался? — ехидно спросил старший брат.

Старик, в прошлом могучий воин, сейчас болел. Суставы его совсем не слушались, так что он большую часть времени лежал на лавке. Но пока он, а не старший брат, оставался главой семьи. Так что последнего Моди просто проигнорировал.

— Дед, а дед? Отпусти меня завтра в Чёрный лес. Я найду клад.

Под смех старшего брата старик закашлялся. Но Моди так просто отступать не хотел и посмотрел старому Йоне в глаза. Что увидел тот в глазах своего внука? Может решимость, а может упрямство, а может и что-то ещё…

— Моди, погибнешь ты там, а братьям твои одни останутся с матерью и двумя стариками на шее. На что тебе золото?

— С хевдингом расплатиться, чтоб не увёл он в трели никого.

— Да неужто Фaркac не расплатится?

— Нечем ему.

— Всегда расплачивался.

— Не в этот раз.

— Ну а тебе-то что?

— Хевдинг на Агнету глаз положил…

— Ах вот оно что… Тьфу! Ну учти, сгинешь там — на том свете тебя достану. Так что с золотом или без, чтоб домой вернулся!

— Дед, да ты что! Куда ты его отправляешь, а работать за него нам, выходит?

— Хочешь его остановить? Валяй. Сломай ему ногу!

— Чего?

— А того. Ты его уже ни цепями ни путами не удержишь. Уж коли так, пусть лучше с моим благословением идёт, глядишь, и смилуется боги, попугает его нечисть да и отпустит.

Слова старика братьям Моди не пришлись по нраву, да только делать нечего. А самому Моди сейчас не до злобных взглядов было. Ведь если только он добудет золото, то можно позабыть о тяжёлом труде, деду с бабкой лекаря оплатить, братьям хороших невест отыскать, в город выбраться, да и самому ремеслу обучиться.

— Предложат тебе залог за клад оставить, беги без оглядки, — неожиданно подала голос бабка. — Беги, зайцем петляй, да среди грибов не теряйся, троллям не верь. А дому под горой сгореть суждено.

Бабка продолжила бормотать что-то, но было уже не разобрать. Уже год как рассудок её повредился, она часто не узнавала своих внуков и мужа, и забывала, кто она. Эх, жаль, ведь Брюнгильда знала столько разных легенд… А теперь кроме бессвязного бреда от неё уже ничего не добиться…

Моди спал плохо. Ему казалось, что золото Чёрного леса зовёт его откуда-то из глубины, ждёт, чтоб он скорее смог стать его обладателем.

С первыми петухами, взяв скудный запас еды, воду, да топор, Моди отправился в Чёрный лес.

Глава 2. Вальс на костях

Лес казался негостеприимным и необитаемым. Ели стояли непроходимой стеной, отгораживая жуткое "внутри" от уютного и светлого "снаружи". Моди перехватил топор, словно собирался пробиваться в глубь леса с боем и, пригнувшись, принялся продираться через лапы елей. Несмотря на то, что солнце взошло, здесь было темно — через ветви деревьев с трудом пробивались солнечные лучи.

Наконец, ельник остался позади, и если бы не положение солнца в небе, Моди вряд ли бы смог определить, в какой стороне осталась его деревня. Здесь лес уже стал более привычным. Только пения птиц не было слышно, да и утренняя прохлада ощущалась как-то странно… Решив, что он точно не заблудится, Моди уверенно зашагал вперёд.

Лес стал казаться совершенно обычным. По крайней мере Моди себя в этом убедил. Ведь птиц сейчас, в начале осени, и должно быть мало, они бросили свои гнёзда и отправились на юг. Листья только начали желтеть и ещё не опали, а влажный воздух из обычной утренней прохлады делает лёгкий морозец. Никакая нечисть не пыталась выскочить на Моди из-за ближайшего дерева.

Неужели всё это просто выдумки? Но тогда выходит что и нет никаких кладов… Что же тогда тут произошло с теми, кто отважился войти в лес до него?

И дед больно легко отпустил его сюда, словно сам бывал тут и знает, что ничего страшного тут нет…

Моди твердо решил, что не вернётся с пустыми руками. Вот только еды у него надолго не хватит, а тут на удивление не встречалось ни грибов, ни ягод.

И всё таки этот лес казался ему странным. Моди постоянно сбивался с направления, и иногда, сверяясь с солнцем, чуть ли не разворачивался. Присев на ствол упавшего дерева позавтракать, он совершенно не мог определить, много ли он прошёл. Сложностей добавляло то, что на пути встречались то бурелом, то глубокий овраг, которые приходилось обходить, снова и снова сбиваясь с пути. К полудню небо заволокло тучами так, что идти оставалось только наугад.

Моди грустно думал о том, что если клад просто закопан под пнём или кустом, он не найдёт его никогда. Да и сама затея казалась ему всё глупее и глупее. В самом деле, это же как искать иголку в стоге сена.

Разум твердил, что пора разворачиваться, и если поспешить, то ещё можно успеть помочь с работой братьям и увидеться с Агнетой…

И тут прямо пред Моди возникла чья-то фигура. Вот только что ничего, кроме стволов высоких сосен не было, и вдруг — кто-то низкий, коренастый, с серой кожей, густо покрытой мхом, преграждал ему дорогу.

Взявшийся словно из ниоткуда тролль — ну а кто это ещё мог быть — не был похож на то, как этих созданий описывали в сказках и легендах. Ниже человеческого роста, без клыков и когтей, он был бы даже похож на человека, если бы не слой мха и торчащий из головы пучок травы.

Тем не менее, Моди покрепче взялся за топор. Ничего хорошего об этих существах не говорилось ни в одной сказке.

— Здравствуй, путник, — скрипучим утробным голосом на удивление вежливо поприветствовало существо, — заблудился никак? Дорогу подсказать?

После этих слов тролль неожиданно расхохотался. Смех его разносился по лесу лосиным рёвом и вороньим карканьем, но никакой агрессии от него при этом не исходило.

— Здравствуй, — Моди запнулся, не зная ни как обратиться к существу, ни что ему ответить.

— Я тролль Во-Мху-Камушек-Лежит. Да и зачем ты пришёл в тёмный лес догадаться несложно. Вы, люди, ради горсти золотишка сами в пасть медведю полезете. Или кому покрупнее. Повезло тебе, я уже старый, зубы сточил, а мясо у вас жёсткое шибко. — И тролль вновь разразился своим нечеловеческим смехом.

— Мне золото нужно, чтобы деревне своей помочь, не за наживой я пришёл. Был бы другой выход, ни за что бы в этот лес нога моя не ступила.

Тролль засмеялся ещё громче, схватившись обеими руками за своё огромное пузо. Смех его походил то на уханье совы, то на волчий вой, пробирал до мурашек, до самых костей пробирал.

— Золото само тебя позвало, вот и пришёл ты на его зов, — наконец, отсмеявшись, сказал тролль. — На той стороне много кладов есть. Может повезёт тебе, и не на зов проклятого золота ты пришёл. Но мой тебе совет, иди домой, пока ноги целы, и забудь про это место.

— На той стороне? Тут река что ли течёт какая? — проигнорировал предупреждение Моди.

Ответом ему стал очередной приступ смеха, пугающий до того, что и правда хотелось развернуться и бежать без оглядки домой.

— Ох и рассмешил ты меня, человек. Так и быть. Иди на север, по краю мха иди, пока кострище не увидишь, а как увидишь, к нему иди. Там и узнаешь, как попасть тебе на ту сторону.

Сказал это тролль и исчез, словно его никогда и не было.

Моди пошёл дальше, туда, куда указал ему старый Во-Мху-Камушек-Лежит. Зря он наивно думал, что сможет легко определить стороны света. В этом лесу, деревья словно сговорились, и росли так, что совершенно невозможно было понять, север. Посмотришь на одно — он справа, на другое — уже слева. А мох на стволе наоборот, с той же стороны, где судя по веткам и кроне должен быть юг… Тучи так плотно заслонили солнце, что даже понять, день ещё, или уже вечер, было невозможно.

Только теперь Моди понял, почему лес казался ему таким странным. И как понять «иди по краю мха»? Юноша уже устал бродить по лесу, а ведь ему ещё только предстояло перебраться на это «ту сторону». Опустившись рядом с большим пнём, Моди съел пшеничную лепешку и яблоко — теперь от скудных припасов остались только вода да сухари…

Он вновь задумался о том, чтобы вернуться, но ведь цель теперь была так близка. Моди пошёл дальше, стараясь задерживать взгляд на одном из деревьев впереди, чтобы идти строго к нему и не потерять направление. И тут он увидел, что ковёр хвои под его ногами заканчивается и переходит в зелёный мягких мох.

Вот же она, граница мха! Сосны сменились елями, и Моди шёл по краю ельника, стараясь не отходить далеко от растянувшегося зелёного покрова, который украшали редкие пучки травы и последние цветочки, оставшиеся на память об ушедшем лете.

Моди некогда было любоваться красотой Чёрного леса. Сумерки медленно сгущались, хотя по внутренним ощущениям солнце ещё должно было быть на середине пути от зенита до горизонта.

И тут где-то справа Моди увидел отблески пламени, пробивающиеся через густые ветви деревьев. Юноша бросился туда, не замечая хлеставших его по лицу еловых веток.

Когда же деревья остались позади, Моди оказался на поляне. В центре горел костёр, озаряя светом темные громады деревьев по краям поляны. А сама поляна была вся усыпана костями, так, что даже земли не было видно. Кости животных, совсем маленьких и крупных, птиц и зверей, травоядных и хищников. И на этих костях, взявшись за руки, в причудливом плавном танце кружились две фигуры.

Глава 3. Лабиринт троллей

Танец был завораживающим, размеренным, словно вращение шестерней в сложном механизме, разобраться в котором могут лишь лучшие мастера. Монотонным, как движение звёзд по небосводу. Казалось, остановись они кружиться вокруг костра, и время тоже остановится. А может и не время, но какой-то из законов этого мира, о котором известно лишь седым старцам, стоящим на пороге вечности и способных заглянуть за грань. На ту, другую сторону.

Эти двое походили на людей, и, возможно, даже когда-то были людьми. Мужчина, одежда которого скорее походила на лохмотья, и женщина, в чёрном платье, которое могли носить в странах, лежащих за океаном, столетия назад…

Кострище, от которого не было теплее, а даже наоборот, шёл потусторонний холод, бросало отсветы пламени на их лица, и хоть черты их и были человеческими, слишком много в них было чуждого, нереального… Мёртвого.

В воздухе на поляне ощущалась морозная свежесть — дыхание зимы. В такт танцу на костях в воздухе кружили снежинки, то опускаясь на землю, то вновь взвиваясь в воздух.

Моди не мог решиться нарушить безмолвие этого пугающего места. Но нужный ему ответ был именно здесь, и он аккуратно, боясь оступиться и упасть, начал приближаться к центру поляны.

Они заметили его и заговорили, не прерывая свой танец и не сбиваясь с темпа.

— Смотри, к нам пришёл гость, — первым нарушил тишину мужчина.

— Зря он пришёл, живым здесь не место, — ответила женщина хриплым голосом.

— Их манят золотые отблески, и они летят как мотыльки на свет…

— …чтобы сгореть в пламени любви…

— …и стать пеплом…

— …который напитает землю Чёрного леса, — закончила она мысль, казавшуюся совершенно бессмысленной.

Но, кажется, они поняли друг друга, и теперь, не замедлив свой танец под слышимую лишь им одним музыку, бросали на Моди выжидающие взгляды.

— Мне нужно на ту, другую сторону.

— И конечно же, ты не принёс нам ничего в обмен, — без особого разочарования ответила женщина.

— Да откуда ему знать? Вон он, взял с собой топор, как будто топор может помочь в Чёрном Лесу…

— Вот именно, — она назвала своего спутника по имени, но разобрать, как именно оно прозвучало, было невозможно, — можно было подумать и взять с собой курицу, какая-никакая жизнь, уже можно торговаться.

— Он не от хорошей жизни сюда пришёл, — произнесённое имя женщины разобрать тоже было невозможно. То ли они специально произносили имена так, чтоб было не разобрать, то ли они в принципе не предназначались для ушей смертных.

— Вот именно. Пропадёт его душа там, достанется Лесному Владыке или ещё кому похуже. Давай просто его съедим сами, чтоб он там почём зря не пропал.

От этих слов по спине Моди пробежал холодок. Не похоже, что женщина, кем бы она ни была, шутит. Да и покрывавшие землю кости говорили о многом. Эти двое пугали. Они не выглядели как чудовища или монстры, но было в них что-то неестественное, чуждое, даже повстречавшийся до этого тролль не вызывал таких ощущений.

Но они всё так же кружились в незнакомом танце и, кажется, о судьбе Моди говорили только умозрительно, не обращая уже на него никакого внимания. Если он сейчас вернётся назад, подальше от этого проклятого костра и поляны, они не бросятся на него. Но бежать было нельзя. И Моди шагнул вперёд.

— Простите, мне не было ведомо, что ждёт меня в этом лесу. Мне очень нужно найти золото, чтобы спасти свою возлюбленную.

— Золото, — засмеялся мужчина, — не могущество, не артефакт, не сила, — а золото! Ты это слышала?

— А знаешь ли ты, смертный мальчишка, что у всего в этом мире есть своя цена? Мы то ладно, мы можем выполнить твою просьбу просто так, потехи ради. Но что ты будешь делать, если золото будет проклято?

Наверное, этого следовало ожидать. Клад, о котором слагают легенды, может лежать столько только потому, что он проклят…

— Я заплачу любую цену. Если на меня падёт проклятие, значит так тому и быть.

— Как легко рассуждать о том, чего не понимаешь. Что ж, если ты ещё не одумался и не убежал отсюда в страхе, теряя разум на лесных тропинках, так и быть, мы выполним твою просьбу.

— Чего ты хочешь? — спросил мужчина.

И было понятно, что если сейчас Моди скажет какую-то глупость, то второго шанса ему не дадут. При этом эти двое точно не были похожи на тех, кто может исполнить любое желание. Хотя кто вообще так может? Разве что валькирия, крылатая дева в сверкающих доспехах, с копьём. С копьём потому что меч или боевой топор тут будет неуместным. И потому что в сверкающих доспехах, которые носят валькирии, не стоит подпускать близко.

Но Чёрный Лес был не тем местом, где такая встреча возможна. Если она вообще возможна.

А эти двое выглядели так, что поделать к них можно было разве что смерти. Но Моди был слишком молод для того, чтобы умирать, а хевдинг… Дело даже не в том, что его смерти не хотелось… Пусть бы его и не стало, сколько ещё препятствий встанет между Агнетой и Моди? Ведь он простой ландбоар, а жизнь вдали от фьорда полна тягот и лишений… Золото решит проблемы не только с хевдингом, золото станет залогом спокойной и долгой жизни любимой. Ведь оно даёт свободу, даже если сам конунг призовёт на службу, можно будет откупиться…

— Я хочу попасть на ту, другую сторону, — уверенно пожелал Моди того, зачем он пришёл на эту поляну.

— Нет ничего проще, — ухмыльнулся мужчина.

Танец постепенно стал замедляться, и вот, мужчина и женщина отпустили друг друга и встали по сторонам от костра. И в тот миг, когда танец остановился, какой-то невидимый и неподвластный разуму смертного механизм тоже встал. Мир вокруг потерял краски, а огонь приобрёл голубоватый цвет. Снежинки замерли прямо в воздухе, стихла музыка, хотя Моди и прежде её не слышал, но ощущал её присутствие. Теперь же всё замерло.

И стало понятно, что пути назад нет. А может, Моди просто пытался убедить себя в этом.

— Путь открыт, прыгай через проход и окажешься на той стороне.

— И не волнуйся, пройдя этим путём однажды, ты сможешь сам пересекать границу в обе стороны когда захочешь. Но если вдруг снова захочешь увидеть нас, просто обернись на этой поляне кругом три раза. Только не забудь принести нам угощение.

— Благодарю, — ответил Моди.

То, что больше он не встретит этих двоих было отличной новостью. Но сейчас нужно идти дальше. Моди закрыл глаза, сделал глубокий вздох, разбежался, всё время опасаясь споткнуться о разбросанные кости, и прыгнул.

А упал он уже на мягкую траву.

Миру вернулся цвет, и он ударил по глазам всеми оттенками зелёного. Трава, на которую он упал, была на удивление сочной, яркой, и чудной. К тому же она сияла, да так, что между тропинок будто летали тысячи крошечных искорок.

Парень встал и осмотрелся. Он был на круглой поляне, окружённой лесом. Всё зеленело, словно сейчас разгар лета, а не начало осени.

Теперь лес совсем не был чёрным. Но в шанс встретить тут прекрасную валькирию Моди всё равно не верил.

Куда-то нужно было идти, и он пошёл вперёд. Зелёный лес походил на лабиринт, деревья и растительность стояла непроходимой стеной. Наверное, топором Моди смог бы проложить себе путь через папоротники и кустарники, если бы задался такой целью. Но поскольку Моди всё равно не знал, куда идти, он просто шёл по тропинкам. Раз тут есть тропинки, значит они должны куда-то вести.

Лес, конечно, был необычным. Такого мха Моди не видел никогда. Он состоял из множества стебельков, переливающихся разными оттенками зелёного, от изумрудного до почти черного, при этом из пласта мха торчали тоненькие белые и жёлтые усики. Мох был невероятно мягким и тёплым на ощупь и немного пружинил под ногами.

Этот мох покрывал кору деревьев и почву, так что всё вокруг сливалось в сплошное зелёное пятно. И если первое время волшебный лес пробуждал любопытство и удивлял человека, который был незваным гостем в этом царстве, то после долгих блужданий по этому лабиринту Моди совершенно потерял чувство направления, и красивый мох начинал действовать на него угнетающе.

Если он так и умрёт тут, как быстро мох поглотит его, оставив только небольшую зелёную кочку? И что скрывается под теми кочками, через которые он уже не раз перешагивал?

По правде сказать, Моди совершенно не хотел этого знать. Он уже много раз убеждал себя, что проделал слишком долгий путь, чтобы поворачивать назад, но потом всё равно приходилось преодолевать опасности Чёрного Леса. Впрочем, бояться надо реальных опасностей, того, что пытается тебя убить. А с таким Моди до сих пор не сталкивался.

Но всё рано или поздно заканчивается, тропинка сделала поворот и перед Моди предстал огромный тролль.

Глава 4. В плену грибов

Тролль на этой, другой стороне был не похож на того, которого Моди встретил раньше. Тот скорее напоминал старый замшелый камень и был небольшого роста. Этот же был огромный, зелёный, и из его тела торчали наросты, похожие на деревяшки.

Существо увлеченно трясло ствол высокой ели, не то пытаясь её сломать, не то погнуть, а может и вообще без всякой цели.

Тролль злился, клыки и налитые кровью глаза говорили о том, что миролюбием это создание не отличалось. Моди принялся осторожно отступать назад. Веток под ногами не было, только мох, так что выдать своё присутствие шумом он не мог. Но тролль всё равно что-то заподозрил. Оставив ель в покое, он принюхался и, повернув голову, посмотрел прямо на Моди.

И взгляд этот не предвещал ничего хорошего.

Моди бросился бежать. Он бежал что есть силы, а тролль хохоча гнался за ним. Тропинка была узкой для его размеров, но большая часть растительности не была для него препятствием. Позади Моди слышался хруст и треск ломающихся веток. А возможно и стволов. Но Моди не оглядывался. У него был только топор, а тролль мог зашибить его ладонью. Или просто откусить голову.

Тропинка петляла и Моди надеялся, что чудовище потеряет его из вида, и действительно, шум время от времени раздавался где-то в стороне, но тролль не терял его совсем и снова начинал догонять. Один раз рядом с Моди упал поросший мхом ствол дерева, едва не прибив его под мерзкий хохот тролля. Несколько раз где-то неподалеку пролетал поросший мхом ель. К счастью тролль не был метким, а может и просто не слишком старался. Юноша задыхался от быстрого бега, когда обстановка вокруг изменилась. Зелени стало меньше, как и деревьев. Мох тут был голубоватым и немного светился. А позади раздался разочарованный вздох тролля. Похоже, в этих краях продолжать погоню он не собирался.

В этой части леса всё ощущалось иначе. Моди заметил это не сразу, только когда сердце успокоилось после бешеной погони. Тут было темнее. Может уже наступил вечер, если на этой стороне вообще меняется время суток, а может само это место было таким. Несмотря на сумерки всё хорошо было видно, благодаря голубому свечению мха. Сам мох тоже был другим, не таким мягким и упругим, он был холодный, влажный и колючий. А ещё тут тяжелее было дышать, словно воздух тут был гуще. Вряд ли теперь удастся устроить такой забег в случае опасности.

Это место тоже было лабиринтом, но не таким. Тут всё было пронизано сетью тропинок, казалось, по ним вообще можно идти в любом направлении.

И Моди шёл, ведь возвращаться туда, где он может стать закуской для тролля, у него не было никакого желания. А вот сам он уже чувствовал голод. Но все припасы уже были съедены. А грибы и ягоды, даже если бы они и встретились, Моди бы в этом месте есть не рискнул.

Вскоре он вышел на небольшую полянку, к которой сходилось множество тропинок. Точнее, к камню, лежавшему в центре полянки. Но больше тут ничего не было. Присев и отдохнув немного, Моди отправился дальше. Он старался двигаться в одном направлении, но вскоре вышел к той самой полянке с камнем на ней. Или к другой, но как две капли воды похожей.

И вскоре он возненавидел этот камень сильнее всего на свете, потому что в какую бы сторон он ни шёл, пытался ли нарочно забирать правее или левее, он снова и снова выходил к этому камню.

Сам камень Моди тоже осмотрел и даже попробовал приподнять, но это был самый обычный камень, а под ним рос самый обычных мох. Для этого места обычный, так-то мох как правило не светится.

Но сидеть на камне и ждать, когда с неба спустится валькирия можно было до старости. Даже если Моди не умрёт от голода, хевдинг придёт за Агнетой в его деревню и не будет ждать его возвращения из леса.

Так что он снова и снова пытался найти выход и снова и снова возвращался к камню. Но кое-что в этом месте всё же менялось. То тут, то там Моди начал замечать грибы. Грибы были разные, белые, синие, на толстых и тонких ножках, с шляпками самых разных форм. Объединяло их только то, что ни один из них Моди раньше не видел.

В лесу становилось всё темнее и темнее, голод одолевал Моди, а уйти от камня так и не удавалось. Похоже, в этом была какая-то магия, и кто знает, как её развеять... Грибов же вокруг становилось всё больше и больше. И откуда они только брались? Вот только что здесь было три, а уже пять.

Моди потихоньку начинал паниковать. Он уже почти бежал по тропинкам среди грибов, но куда бы он не повернул, всё равно выходил к тому же самому камню.

А потом он начал слышать шёпот. Сначала он звучал где-то на границе восприятия, но чем больше Моди бродил по лесу, тем отчётливее становились слова. Шёпот звучал отовсюду, со всех сторон, хотя вокруг были только мох, деревья и грибы. Какое-то пугающее количество грибов.

Многие слова Моди не понимал, словно они звучали на каких-то других языках. Да и те, что были понятны, тонули в хоре других. Из того, что он разобрал было: «грибы», «зачарован», «выход», «съешь» и «доверься».

Не так уж много есть вариантов, как можно понять это послание.

Но Моди был хорошо воспитан своими родителями, поэтому не доверял странному шепоту. Незнакомым грибам он тоже не доверял.

Вот только голод становился всё сильнее, шёпот всё настойчивее, а попытки выбраться из этого места всё бессмысленнее. А время уходило. Ко всему прочему начал подниматься туман. И Моди принял решение.

Возможно, неправильное. Но в тот момент ему казалось, что другого выбора у него не было.

Среди зарослей грибов, которых совсем недавно здесь не было и в помине, Моди выбрал тот, что больше всего походил на привычные ему, которые он с детства собирал в лесу. В нормальном лесу, разумеется.

Варить или жарить его было негде и не на чем. Моди мог бы попытаться развести костёр, но тут всё было покрыто мхом и грибами… А может просто колдовство этого места затуманило его разум. Но доверившись шёпоту он надкусил гриб.

И ничего не произошло.

Гриб был мягкий и немного горьковатый на вкус, но лишь самую малость. Какое-то время Моди стоял, прислушиваясь к своим ощущениям, но всё было нормально. Только есть хотелось. И шёпот стих. Не исчез совсем, но стал тише, так что уже и не разобрать.

И Моди доел волшебный гриб. Обратно его всё равно уже не посадишь, а раз уж он не ядовит, можно хотя бы утолить голод.

И удивительно, голод прошёл. И шёпот пропал совсем. Кажется, даже грибов вокруг стало меньше, хотя за это парень бы не получился.

Он выбрал правильный гриб? Не сказать, что выбор был велик. Другие были таких неестественных цветов и выглядели так, что Моди не решился бы их есть даже приготовленными, даже если бы хотел покончить жизнь Роскомнадзором.

А уж прислушиваться к шёпоту… Он понятия не имел, с чем столкнулся, а значит, никак бы не смог понять, где правда, а где обман.

И Моди пошёл по одной из тропинок с новыми силами. Но вокруг ничего не менялось. Всё также кругом росли грибы, светился мох, клубился туман. Туман поднимался всё выше, и из-за мха казалось, что он и сам светиться. А может и не казалось. Может он и вправду светился.

Мысли путались, но Моди шёл вперёд, хотя тропинку уже не было видно.

По ощущениям, время, которое он блуждал по тропинкам, до того, как в очередной раз выйти к осточертевшему камню, могло быть разным. Но так долго, как в этот раз, получилось впервые. И Моди ускорился, он уже почти бежал, надеясь наконец-то вырваться из плена этого места.

Но паутина тропинок среди грибов всё так же разбегались во все стороны. Моди уже не шёл, он бежал. Голова кружилась, в глазах всё плыло. Туман сменился непонятной светящейся пленкой, через которую проглядывало совсем другое место. Там было фиолетовое небо и грибы, огромные как деревья. Моди не замечал, не мог заметить, что он бежит по кругу. Грибной яд проникал всё глубже, сознание мутнело.

Лес вокруг плыл, юноша уже не понимал, где именно он находится. А потом лес качнулся и упал на бок, а Моди почувствовал под щекой мох. Прежде чем он понял, что упал, сознание поглотила темнота.

Глава 5. Дом под горой

Очнулся Моди в другом месте. Разум плохо осознавал происходящее. Кругом были огромные, уходящие шляпками в небо грибы. Он куда-то шёл. Словно не по своей воле. Потому что ему было не нужно туда, куда он шёл. Его вообще не должно быть в этом месте.

Оно было очень странным. Призрачным, но в тоже время реальным. И тут всюду были грибы. Но совсем другие, не из этого мира. Грибы были большие как деревья, и их шляпки уходили в небо, и были совсем маленькие и тонюсенькие, покрывавшие землю вместо травы или мха. Каких-то неестественных оттенков, призрачные и светящиеся.

Моди тоже был призрачным и светящимся, но это он отметил мимоходом, сконцентрироваться на этой мысли не получалось. Он шёл через грибную рощу вперёд, и не понимал кто он и как сюда попал, знал только, что нужно отсюда выбраться. Но там впереди, кажется был вовсе не выход. Наоборот, он всё глубже и глубже пробирался по этому миру, пока перед ним не открылся вид на огромный город. Все дома были сделаны в виде бледных грибов с пятнистыми шляпками, а впрочем, может это и были грибы. Но это точно был город. Одни дома были низкими, с широкими шляпками, другие наоборот, торчали словно башни с конусными крышами. А в центре города возвышалось что-то вроде арены или просто другой площади. Призрачное, зелёное и мерцающее, сделанное неведомо из чего. Впрочем, скорее всего из грибов, ведь больше здесь ничего не было.

Казалась, что там среди этого призрачного сияния и хоровода нечётких теней даже можно рассмотреть какой-то силуэт, но любая попытка обратить взор в это место пугало Моди. Страх этот был неестественный и словно врождённый, как будто разум сам говорил ему: “если хочешь жить, не смотри туда”. И Моди не смотрел.

От города к нему навстречу направлялась группа существ.

Откуда-то он знал, что идут они именно к нему, и поэтому остался стоять на месте. Он здесь незваный гость, и ему нужно не вглубь этого мира, а обратно в свой.

Путники дошли до него быстро, словно расстояние было гораздо короче, чем видят глаза.

Выглядели они как грибы, но внимательно посмотрев, Моди увидел, что это лишь их одежда. Огромная шляпа на голове, подобная грибной, да накидка или что-то вроде рясы, мешком обволакивающее всё тело. Их лиц не видно, эти существа могли быть похожими на людей, а могли быть и кем-то другим, а может и чем-то.

— Склонись перед величием грибов, смертный, — прозвучал в голове голос того, кто по видимому был главным.

Моди покорно склонился до земли. В конце концов здесь он в гостях, так что лучше соблюдать правила, даже если они не нравятся.

— Ты принял в дар грибной яд и теперь по праву принадлежишь грибным богам. Но сердце твоё уже занято. На чей зов ты пришёл в тёмный лес, где нет места для смертных?

— Я… Не знаю, — Моди на всякий случай поклонился, — мне просто нужно золото, чтобы спасти любимую.

— Ты отмечен кем-то сильным и древним, его невидимая длань тронула твою душу, связав с собой нитями мицелия. Споры чужой воли проникли в твой разум, ты не подходишь нам, ты осквернён перед лицом наших богов.

Голос странного существа умолк в голове Моди. Юноша ждал продолжения, так как не понимал, что ему хотели сказать, но пауза затягивалась.

— Получается, я могу идти? Или мне нужно что-то сделать?

— Ты можешь уйти. Я покажу тебе путь. Или я могу помочь тебе. Если ты хочешь стать жертвой для наших богов, мы можем очистить твои душу, разум и сердце. Тогда ты сможешь остаться здесь. Не знаю, Лесной Король ли позвал тебя к себе, или другое чудовище, но ничего хорошего они тебе не желают. Лучше останься здесь, навсегда, став частью того величия, что сейчас ты не способен осознать.

— Спасибо, но, наверное, это будет невежливо по отношению к тому, кто меня ждёт. Так что я буду очень благодарен, если вы покажете, как мне покинуть это место.

Моди не был уверен, что правильно понял своих собеседников. Да и не горел желанием разбираться. Он был точно уверен, что хочет поскорее отсюда убраться и что совершенно не хочет стать жертвой для той жути, что обитала впереди.

В его мире боги были чем-то абстрактном, существующем в другом плане бытия и лишь иногда вмешивались в дела смертных. В этом мире боги вполне могли быть гораздо реальнее.

— Подумай как следует, так ли тебе нужно то, ради чего ты идёшь вглубь Чёрного Леса? Есть и другой путь, мы могли бы помочь тебе, жертва, которую попросят наши боги за свою помощь будет не так уж велика…

— Спасибо, — Моди поклонился третий раз, на всякий случай, — но я хотел бы просто поскорее вернуться в свой мир.

— Хорошо, да будет так. Грибы — надёжные проводники, но не всем им можно верить. Мухоморы укажут тебе путь. Помогут выйти за пределы круга. Иди же навстречу своей судьбе.

И всё исчезло. И странные грибоподобные существа, и дорога, и город из гигантских грибов. Вокруг были только грибы и лес. Но лес этот всё ещё был неправильным, вместо деревьев тоже были огромные грибы, заслоняющие шляпками струящийся сверху загадочный ультрамариновый свет.

Это всё ещё был грибной мир.

Нужно было выбираться и скорее.

Моди осмотрелся, и сразу увидел у своих ног круглую яркую шляпку мухомора. Чуть дальше, шагах в пяти, рос ещё один, а поодаль краснел следующий.

Мухоморы стояли один за другим, словно маленькие маяки в грибном море, и Моди пошёл туда, куда вели эти странные проводники.

Если не знать, какие именно грибы нужны, ни за что не увидеть эту путеводную нить среди множества разноцветных грибов.

Моди шёл какими-то кругами, петляя и сворачивая то вправо, то влево, но каждый новый мухомор чем-то отличался от других, то цветом, то размером, то формой ножки или высотой шляпки.

Наконец, последний гриб привёл Моди к самому краю этого безумного леса, впереди было сплошное мерцающая голубым ничто, юноша шагнул в него и почувствовал, что падает.

Сознание вернулось с режущей болью в животе. Моди лежал на траве, и мир вокруг казался совершенно обычным, а последние события не то галлюцинациями, не то сном, не то бредом в горячке.

Моди попробовал встать и оглядеться. Он очутился на небольшой зелёной поляне, прямо перед ним началась узенькая дорожка, уходящая вглубь леса. А с другой стороны торчала скала, невысокая, но совершенно лысая и почему-то чёрная. А недалеко от неё виднелся простенький дом.

Живот болел страшно, и стоило Моди лишь попробовать сделать шаг, как его тут же сложило пополам и вывернуло наизнанку. Содержимое желудка оказалось невероятно горьким. Разумно было добраться до того дома, но Моди не мог сдвинуться с места, лишь снова и снова содрогался в конвульсиях. Когда это наконец прекратилось, он чувствовал себя обессиленным и страшно хотел пить.

Ещё раз бросив взгляд на уходящую в глубину леса дорожку, Моди слабыми шагами отправился к дому. Его собственных запасов воды хватило лишь на несколько глотков.

Дверь была прикрыта, но не заперта. Изнутри не доносилось ни звука. Осторожно открыв дверь, Моди заглянул внутрь. Он опасался диких зверей, а может и волшебных созданий, встреча с которыми теперь казалась сном или бредом, но дом пустовал.

Скромная обстановка выглядела так, будто кто-то жил тут, ещё совсем недавно: чисто, но при этом вещи лежат в небольшом беспорядке.

Тут был квадратный уродливый стол, старый стул, кровать из шкур, какие-то кадушки и вёдра, простой, но добротный шкаф. В такую глушь мебель привезти невозможно, значит кто-то сделал её прямо здесь. Работа грубая, но достойная уважения.

Ничего ценного в доме не было, только старые обмотки в шкафу да какой-то хлам в затаившимся в тёмном сундуке, но зато тут нашлись овощи и кое-какая утварь.

Пить воду из ведра Моди не рискнул. К счастью, на улице нашелся колодец, и даже небольшой запас дров.

Какое-то время пришлось потратить на то, чтобы приготовить похлёбку и травяной чай, зато теперь Моди чувствовал себя отдохнувшим и сытым. Вот только он не помнил, что было между тем, как он вошёл в глубь тёмного леса и очнулся тут на поляне. Кажется, там было что-то важное, но как ни старайся, вспомнить ничего не получалось.

Ясно одно — золото он пока не нашёл. А ещё понятия не имел, как теперь найти путь к дому. Но интуиция подсказывала, что тут он оказался не случайно.

Выйдя на улицу, Моди ещё раз осмотрелся. Дорожку, которая вела куда-то вглубь леса, больше не было видно. Будто она исчезла. Зато он заметил тоненькую тропинку, ведущую куда-то к тёмной скале.

Моди подумал, что если здесь и есть клад, то вряд ли его бы спрятали в лесу, среди деревьев. А вот холм или гора подходили для этого отлично. И Моди ступил на тропинку.