Зимнептицы

Глава 1

Зимнептицы появлялись лишь в самые лютые, трескучие морозы. Приходили с ледяными ветрами, парили над лесом огромными длиннохвостыми тенями. Старики говорили, что никакие это не птицы, а духи морозные, охотящиеся на случайных путников. Впрочем, им мало верили — птицы никогда не трогали людей. Кружили над деревьями, словно высматривали что-то или охраняли. А люди в такие холода и так носу не казали в лес, разве что изредка выбирались за дровами, и то старались не заходить глубоко — как ни кутайся в тёплую одежду, мороз всё равно белил кожу, пробирал до костей, норовил заледенить сердце в груди.

Когда чуть теплело, зимнептицы исчезали так же загадочно, как и появлялись.

Альви, как и все мальчишки, засматривался порой на бело-серые громадные силуэты и даже хотел как-то отправиться вместе с друзьями в лес, чтобы увидеть их поближе. О затее вовремя узнали родители, заперли всех по домам и здорово всыпали непослушным отпрыскам. Что, впрочем, не мешало потом каждому из мальчишек вовсю врать, что уж он-то дошёл бы до самой чащи и вызнал все секреты. Кто-то из старших припомнил, что пару десятилетий назад такие же смельчаки замёрзли насмерть, и это здорово остудило пыл. Но Альви всё же частенько поглядывал на небо и каждый раз с нетерпением ждал наступления холодов.

Те год от года становились всё слабее, птицы появлялись всё реже. Проезжий маг как-то хитро объяснил это тем, что на юге слишком уж увлеклись изменением погоды. Альви слушал его рассуждения весь вечер, раскрыв рот, а наутро уехал вместе с ним.

***

Небо затянуло облаками, из которых медленно и часто сыпались крупные мокрые хлопья. Альверс Данрикарский быстро шёл по дороге, ругаясь про себя. Он надеялся успеть домой до темноты, но, видимо, подзабыл, сколько времени занимает дорога. Молодой маг совсем недавно прошёл финальные испытания и торопился похвастаться перед родителями первой полноценной степенью по магическому искусству. Повезло, что холод, ещё днём пронизывающий до костей, понемногу отступал: дыхание уже не схватывалось паром, с веток растущих вдоль дороги деревьев изредка срывались капли воды. Ноги промокали, даже несмотря на дорогие прочные сапоги и несколько наложенных на них изолирующих заклятий.

Потепления он не ожидал: холода, как и положено, пришли в середине зимы и по всем признакам установились надолго.

Огромная тень бесшумно вынырнула из-за деревьев. Ледяной поток воздуха сбил с ног, качнулись задетые гигантскими крылами придорожные ели, сбросили с себя подтаявший снег. Зимнептица приземлилась на дорогу. Снега, однако, коснулись уже вполне человеческие — похожие на человеческие — босые ступни. Хрупкое бледное существо в белых одеждах — то ли юноша, то ли девушка — взглянуло Альверсу в лицо нелюдскими прозрачными глазищами.

— Здравствуй, маг, — голос его был похож на завывания вьюги и шорох сухого снега.

— И ты здравствуй, морозный дух. — Альверс торопливо поднялся и на всякий случай припомнил несколько атакующих заклинаний, но зимнептица — зимнептиц? — не собиралась нападать. Дух медленно, очень грациозно опустился на одно колено, разметав по снегу сотканные из мельчайших снежинок одеяния.

— Я прошу твоей помощи, маг. Ты умеешь давать жизнь... давать холод. Помоги вернуть холод туда, где он должен быть.

— Я... — Альверс не сразу смог ответить. Не каждый сильный маг мог похвастаться, что подчинил себе духа, тем более столь могущественного, как крылатые воздушные элементали. А тут договор просто сам шёл в руки! Можно было потребовать пожизненной службы, исполнения желаний, чего угодно...

— Вы нарушили равновесие, но вы можете и исправить зло, — тихо добавил дух. Тяжёлая капля талой воды сорвалась с ветви и упала ему на плечо, растопив рукав и тонкую ледяную кожу. Тот вздрогнул и совсем по-человечески прикусил губу. Альверс словно очнулся.

— Я, Альверс из Данрикары, помогу вам, — выпалил он и ритуально поклонился, коснувшись ладонью земли. — Без условий и платы. Скажи, что надо делать.

— Я — Фирн, — дух тоже дотронулся до сырого снега и грациозно поднялся на ноги. — Следуй за мной.

Он развернулся и направился в лес, Альверс заторопился следом. Сугробы этой зимой намело громадные, такие, что человек мог провалиться с головой. Под стопами Фирна снег даже не приминался, магу же приходилось ежеминутно бросать под ноги замораживающие заклятья и осторожно идти по толстой корке наста.

— Куда мы идём? — отдуваясь, спросил он пару минут спустя. Мелкое ежеминутное колдовство выматывало даже сильнее самых мощных атакующих заклинаний.

— К холму. Я не знаю, как это место называют люди.

Заслуживающий упоминания холм в лесу был один-единственный, в самой чаще. На нём стояли древние, обточенные ветром камни и, говорят, росли не встречающиеся нигде больше цветы. Деревенские жители боялись к нему приближаться. «Дурное место» — говорили о нём, понизив голос. Место Силы с мощным естественным отворотом — узнал в процессе учёбы Альверс. Даже когда-то планировал наведаться туда, но так и не нашёл времени.

Дальше шли в молчании. Дух так вообще не издавал никаких звуков, Альверс решил бы, что идёт один, если бы не видел его постоянно боковым зрением.

Холм высился посреди широкой, ровной, как стол, поляны. Высокий купол с гладкими, покрытыми идеально белым снегом склонами без единого деревца или кустика. Причудливые камни стояли на его вершине редким неровным кольцом. Здесь было холоднее, чем на дороге, хотя и ненамного.

Над вершиной холма, то поднимаясь в небо, то почти задевая крыльями макушки камней, кружили зимнептицы. Лёгкие пернатые тела, огромные крылья, длинные хвосты, к концу становящиеся снежным ветром. Птичьего в них было не так много, на самом деле. Только крылья и обтекаемые тела, покрытые серебристыми перьями. Клиновидные головы с полными ледяных клыков пастями походили скорее на драконьи.

А на самой вершине между камнями крутился белый вихрь. Почти правильный шар закрученного, как клубок ниток, движущегося с огромной скоростью ветра, перемешанного со снежной крупой. Альверс приблизился и невольно застыл в благоговении. Здесь творились чары, куда более древние и мощные, чем человеческие маги могли себе вообразить. Осколок волшебства, оставшегося с тех времён, когда сами боги создавали этот мир.

Он усилием воли стряхнул зачарованную неподвижность и быстрым шагом поднялся на вершину. От камней тянуло сильным холодом. Не настолько сильным, каким должно — понял маг в следующую секунду. Тёплый воздух подтачивал ветер, разрушал хрупкие ледяные кристаллы.

— Ты видишь это, маг? — его спутник остановился почти у самой границы беснующегося воздуха. — Помоги нам.

— Я попробую, — Альверс встал рядом с ним. Снял варежку, вытянул вперёд руку, с кончиков пальцев сорвалось заклинание холода и ударило в самый центр вихря. Воздух завертелся быстрее, ледяная крошка хлестнула по лицу. Голубовато-белое свечение текло с его пальцев, понижая и понижая температуру. — Сколько вам нужно времени?

— Столько, сколько сможешь дать.

Маг сосредоточился, направляя силу ровным потоком. «Как наливаешь воду из бутыли в стакан, — вспомнились рассуждения наставника. — Не слишком быстро, иначе расплещешь, не слишком сильно, иначе повредишь себе, медленно. Магия течёт сама, ей стоит лишь показать дорогу». Холод обжёг пальцы, рука сперва заболела, потом онемела до самого запястья. Словно кисть руки заковали в ледяную броню, так, что и пальцем не шевельнуть. Холод пополз вверх, к локтю, отдаваясь болью в костях.

Ледяной вихрь кружился всё быстрее, в нём мелькали, сменяя друг друга, какие-то образы, но Альверс не видел их. Весь мир сузился до одного-единственного, удерживаемого всеми силами заклинания. Подкашивались ноги, пот заливал глаза, но холод всё равно пробирал до костей, стылый ветер бил в лицо, срывая с него мгновенно превращающиеся в льдинки слёзы и капли пота. Медленно, как смола, тянулись мгновения. Вытянутая вперёд рука онемела сперва до локтя, потом до плеча, потом маг вообще засомневался, что у него всё ещё есть рука — всё равно за снежной круговертью её нельзя было толком разглядеть.

Альверс никогда не мог похвастаться особенно великим запасом сил и слабо удивился, что они всё не кончались. В какой-то момент его обхватили поперёк груди ледяные руки, и стало легче — дух воздуха делился своей силой, иной, чем у человека, но всё же способной помочь. Кажется, только благодаря этому он и смог удержаться на ногах до самого конца.

А потом вихрь распался на несколько огромных крылатых силуэтов. Новорождённые зимнептицы взмыли в воздух и присоединились к ожидающей стае. Альви упал на колени.

— Что с тобой? — Фирн сел рядом, обеспокоенно заглянул в глаза. Маг глубоко вздохнул, приходя в себя.

— Всё в порядке. Просто устал.

— Ты сможешь добраться до людей?

Альви кивнул. Силы уже понемногу возвращались: в подобных местах они всегда восстанавливались в несколько раз быстрее.

— Скажи, — маг поднял глаза на кружащую в небе стаю, — я смогу вас ещё увидеть?

— Мы больше не прилетим сюда. — Дух сцепил руки на коленях, Альверс только сейчас заметил на ледяной коже свежие проталины там, где он соприкасался с человеком. — Теперь это бессмысленно — слишком переменчивая погода.

— А другие... подобные места у вас есть?

— Немного. Страдаем не мы одни, у всех духов рушится их привычный миропорядок.

— А-а... — Альви хотел было пообещать, что найдёт способ всё исправить, но сам понял, как бы фальшиво это прозвучало. Кто он? Молодой маг, едва завершивший ученичество. Кто будет его слушать?

Фирн вдруг протянул руку и стиснул его запястье, не обращая внимания на то, что человеческое тепло заставило таять тонкую ледяную кожу.

— Когда тебе понадобится помощь — позови, и я откликнусь. Нет такой беды, с которой не справится дух, согласный служить по своей воле.

Он поднялся на ноги, отступил на шаг назад, почти мгновенно изменяясь. Распахнул крылья, взмыл в небо с высоким протяжным криком, похожим на вой вьюги.

Альви долго смотрел ему вслед. С его ладони скатывались прозрачные капли воды.