Записки Старших

Записка 1. Мечты

Это случилось очень обыденно, без каких-либо вспышек, без грома. Да что там, Мрак не сразу обнаружил, что у его очередного приступа слабости есть свидетели.

Сбежав ото всех в это место, к чарующе плещущейся воде, к тихому шелесту листьев, к спокойствию, он в какой-то момент наткнулся на нечеловеческие янтарные глаза.

- Устал? – поинтересовался тогда обладатель глаз. Его голос, на удивление, органично вплелся в окружающие звуки, и Мрак даже не подумал, что не знает мужчину рядом, напротив он зачарованно зацепился за него взглядом.

Такие встречи постепенно стали необходимой привычкой, глотком свежего воздуха в его жизни. Однажды он сам начал разговор с Хаосом, как тот представился.

- Почему я? – в голосе Мрака звучала смертельная усталость и почти незаметный интерес.

- Что именно ты? – откликнулся мужчина, сидящий на поваленном дереве и смотрящий на потрясающее своей красотой ночное небо.

- Почему я так устаю? Почему не чувствую интерес к своей жизни? Почему, смотря на нашедших свое призвание людей, я вопреки ожиданиям, не завидую, а радуюсь за них и одновременно испытываю такую тоску? – Мрак повышал громкость произносимых слов, наконец выливая свои переживания. Впервые в жизни говоря, не кривя душой, не отводя взгляда.

Хаос задумчиво пожевал травинку, сорванную рядом. В янтарных глазах мелькнуло сочувствие.

- Ты задал трудный вопрос. На него невероятно сложно ответить,- поднятием руки остановил вскинувшегося было парня. – Я не сказал невозможно. Наберись терпения.

Ветер, в меру прохладный и освежающий, дул с той стороны озера, где во тьме деревьев он нежно покачивал цветки колокольчиков, так что тихий перезвон доносился до собеседников. На его фоне умиротворенно шелестели красивые, но горькие на вкус листья липы. Пора ее цветения прошла, но пряный аромат еще не выветрился до конца.

- В этом мире много жителей,- подумав, Хаос уточнил.- Очень много, больше необходимого. И каждый из них мечтает, желает неосуществимого, разочаровывается. И однажды оставляет свою мечту. Как думаешь, Мрак, куда деваются брошенные, забытые мечты?

- Не знаю,- честно ответил парень.- Переходят к другому?

Хаос покачал головой.

- Нет. Такое почти никогда не происходит. У каждого своя, индивидуальная, иногда не одна, мечта. Ты же не станешь свою родную менять на незнакомую чужую? Прежде бы принюхаться друг к другу, опасливо соприкоснуться, вкусить чужого безумства. Но, как понимаешь, это слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой. Отвергнутые мечты витают в воздухе, вьются между людей, приходят по ночам в страстном желании стать нужными.

- Это невозможно? – обмершими губами спросил, представив на миг масштаб происходящей трагедии.

Мертвые города со стонущими ветрами и тусклыми людьми, живущими в лучшем случае сегодняшним днем, а в худшем случае – прошлым. Свалки ненужных желаний. Тускнеющие задорные глаза, с каждым разом отрывающие от души все большие куски, лишь бы перестать чувствовать.

Мрак вздрогнул от представившейся картины. Она была до жути реалистичной.

- Именно. Вижу ты представил это. Дела идут именно так, с одним небольшим различием. Мечты, надежды, страхи, чаянья, они не гуляют по миру призраками. Они вьются около таких как мы. Смерчем поднимаются в небо в надежде быть выбранными.

- Это страшно,- озвучил Мрак свои мысли.

- Не совсем так,- возразил Хаос.- Талантливые люди, в чьих руках все спорится, кому легко все дается, они обречены мечтать о многом. Страшно другое. То, что окружающие не понимают их, обрубают крылья злыми словами. Страшно, когда посвящают жизнь одному делу, с горечью закрывая глаза, потому что не принято иначе, потому что одаренный в одной области обречен на ярлык заучки, на косые взгляды, на постоянный страх быть осмеянным. Люди восхищаются великими людьми древности, которые успешно занимались и философией, и математикой, и геометрией и рисовали, и пели. И все успешно. Но почему-то за восхищением не смотрят по сторонам, убивают таких же, говоря, что им никогда не сравниться с великими. Глупцы!

Мужчина с осуждением покачал головой, подпирая подбородок кулаком. В янтарных глазах впервые за знакомство сверкнуло столь яркое чувство – гнев.

- Ты ведь уже понял о чем я говорю? – повернулся к Мраку. И дождавшись неуверенного кивка, продолжил.- Понимаешь, мечты эгоистичны. Каждая хочет быть первой, единственной, каждая тянет кусочек энергии.

- Но,- Мрак задумчиво перебил.- Разве нельзя каждую осуществить?

Парень поежился от пронзительного и насмешливого взгляда собеседника, смотрящего на него как на ребенка. Смеясь и одновременно обдавая одобрением.

- Можно, почему нет? Но нужно обладать огромной волей и уверенностью, чтобы не опустить руки от первой же критики. Скажи, ты смог осуществить хоть одну? – от такого вопроса Мрак отвел глаза. Слова били под дых. Простые по звучанию, они были натсолько к месту, что от вопроса Мрак нахмуренно замер, прекрасно зная, что ответ: «нет», но…

- Почему нет? – с непонимание спросил Хаоса.

- Потому что нас заковывают с самого детства. Резкими словами, криками, смехом, чужими мнениями. Не успели вовремя остановить, мы обожглись, а после нам забыли дать уверенности. И только могут как глумливо тыкать в нашу слабость. Первая реакция – слезы в подушку, потом язвительные ответы, а после – полное безразличие.

Мрак с ужасом и обмершим сердцем слушал мужчину и узнавал себя в описании. Все именно так, до последнего слова, до последней интонации.

Он перевел взгляд на ослепительно яркую луну – иначе, почему глаза заслезились – и судорожно вздохнул.

- А как…? – Мрак оборвал себя.

- Как ожить? – понимающе спросил Хаос.- Легко. Забудь о других. Поступай, следуя велению сердца. Хочешь петь? Пой. Писать? Пиши. Хочешь развести руками и рассмеяться? Делай так, не бойся осуждения. Бывают, правда, и запущенные случаи. Но даже их можно привести в себя небольшим толчком, неожиданным увлечением, восхищением кем-то или чем-то.

По непонятной причине на сердце стало так легко, будто Хаос взял и скинул огромный булыжник, возложенный самим Мраком. Мир в мгновение ока сменил окрас.

Из тоскливого и тихого он стал чарующим, пьянящим. Таким прекрасным.

- Нельзя оставлять мечты, да? – с негромким смехом облегченно спросил мир.

Тот не ответил, разве что порыв ветра донес легкий и нежный аромат ландышей.

Мрак ошеломленно открыл рот. Ландышей?! Они же отцвели…

Записка 2. Война

- Мир такой забавный,- эти слова прозвучали от на вид молодой девушки с волосами пшеничного цвета до лопаток. Они были растрепанны, пряди неряшливо падали на лицо, но, на удивление, все смотрелось так органично и необычно, что взгляд незнакомого человека обязательно бы завяз на этой детали, постепенно переходя на темные синие, почти что черные глаза. И незаметно появилась бы симпатия и восхищение. Это всегда происходило, без исключений.

- Что молчишь, будто язык прикусил? – обернулась назад, отвлекаясь от пристального наблюдения за горной грядой.

Хаос удивленно на нее посмотрел и еле заметно усмехнулся своим мыслям.

Мало кто мог похвастаться, что хорошо знает Тэль, ну, или как она была известна среди них, Войну. Холодная порой, циничная, она так сильно любила жизнь и мир вокруг, что Хаос не мог сдержать искреннего восхищения при ее виде.

- Слушаю тебя и пытаюсь понять, какой смысл ты вложила в слово «забавный».

Тэль по-птичьи наклонила голову вбок.

- Много смыслов,- через какое-то время вынесла вердикт. Развела руками, плавным движением обведя силуэт далеких гор.- Мир противоречив. Далеко и близко. Светло и темно. Небо и земля. Мир, готовящийся к войне, и война ради мира. Забавно, не находишь? Все так расплывчато и непонятно, хотя и границы вроде бы четко очерчены.

Девушка оборвала себя, понимая, что все ее ощущения не передать словами. Что весь ее опыт и интуитивное знание этого мира не поместить в короткие и резко звучащие звуковые вибрации, издаваемые горлом, и называемые словами.

- Этим он и прекрасен,- Хаос был сегодня умиротворен и не прочь поговорить.- Все эти границы, определения - полная ахинея, придуманная людьми, ничего более. Чужие попытки вместить необъятное в клетку одного узкого смысла. Разве можно передать что такое, ну например, темнота одним коротким словом «темнота»? Она ведь для каждого разная. Для одного ребенка, испуганно смотрящего в окно – это страх, полный ужас, искривленные руки, тянущиеся снаружи. Для другого – лучшее укрытие, что могло бы быть для того, кто расклеивает плакаты на день рождения мамы. Для разведчика – лучшая подруга. И для каждого из нас существуют тысячи смыслов одного слова.

- И многотканным полотном предстает перед нами реальность,- отозвалась Тэль, показав, что внимательно слушает, хотя и не смотрит на случайного собеседника. Хаос негромко рассмеялся, узнавая свою фразу и вспоминая события, при которых он подобное сказал.

- Именно, Война, именно так. И огненные языки пламени в безумном хороводе перекраивают ее,- продолжил памятные слова мужчина, зная, что сейчас на лице Тэль появилась редкая, но воистину прекрасная улыбка, от которой светлеет мир.

И как подтверждение в лицо дыхнул ветер, наполненный ароматами горных трав, душистых, невероятно приятных на запах. И солнце выглянуло из-за туч ненадолго, улыбнулось миру, пробежалось по далекой водной ряби речки, подарила облакам нежный золотистый цвет, и снова спряталось в смущении.

- Хорошие были времена,- Война посмотрела на мужчину в своем обыкновенном спокойствии. И только легкий прищур глаз позволял угадать, что девушка улыбалась.

- Просто нас было меньше,- пожал плечами Хаос.- А теперь вон сколько появилось из рассказов людей. Когда раньше нам хватало Сказочника, чтобы поведать о прошлом, теперь же появилось еще около десятка мутных личностей. Темный Ужас, ведающий проклятьями старины, Рассказчик Легенд и Небылиц, да всех сразу и не припомнишь!

Война тряхнула волосами и достала из кобуры револьвер. Медленным движением провела по исцарапанной рукояти и вытащила из потрепанного кармана черной джинсовой куртки патроны. Большим пальцем правой руки нажала на еле заметную кнопку: с тихим щелчком выбросился влево. Играючи подбросила патроны в воздух и резким движением поймала их. Синие глаза блеснули непонятным чувством.

- Грядут перемены,- ее голос наполнился зловещей силой. Хаос поморщился: он не любил, когда устами подруги вещали иные ветра. Иными они звались не оттого, что пришли с других миров, нет, просто невозможно было словами передать суть этих многогранных сил, знающих обо всем и одновременно пребывающих в неведении.- Они неизбежны, таков этот мир. И мы любим его за это. Когда-то мы так же родились под этим солнцем, так же искали свой путь, так же казались себе мимолетным видением, готовым растаять в лучах рассвета.

Девушка медленно, не торопясь, засовывала патроны в барабан. Первый, второй. Легкие кусочки металла, всего пару грамм, а как смертоносны. Всего шесть сверкающих смертей, ну или же спасенных жизней, смотря, как применит оружие хозяйка.

Хаос с долей интереса позволил себе подумать об этом, представляя множество возможных исходов, предшествующих событий, слез, смеха, возможно благодарности и облегчения. Варианты сменяли друг друга в хаотичном водовороте мыслей. Миг. И буря утихомирилась, умиротворенная тишиной, но готовая всколыхнуться в любой момент.

- Тэль? – негромко позвал мужчина.

Девушка обернулась, вскидывая подбородок в вопросе.

- Забавно, ты одна из немногих, кто не оставил свое человеческое имя в прошлом,- Хаос давно об этом думал, давно хотел поинтересоваться: «Почему?», но все никак не находил подходящего момента. Он подозревал, что и сейчас Тэль попросту проигнорирует повисший в воздухе неозвученный вопрос. Или же переведет тему в сторону.

Война прикрыла на миг глаза. Открыв, устремила взгляд куда-то за плечо мужчины, в далекую темную бездну, что плескалась внизу, за их плато на вершине небольшой горы. Где-то там, где царила тень, была небольшая щелка, ведущая вглубь в пещеры. Там подобно бездонному океану жила тьма, безмолвная, вечная и такая бесчеловечная… нет, не так… лишившаяся человечности, забывшая что такое сочувствие, интерес, что такое жизнь. У нее осталась лишь пустота. Нельзя было винить тьму в том, что она лишилась чего-то важного, у нее не было ни шанса изменить свой взгляд на нынешнюю и грядущую вечность, а вот у них была.

- Имя очень важно. Оно первый и последний якорь, за который можно зацепиться, когда мир катится в бездну, когда рассыпается осколками. Это происходит с каждым из нас, когда идет перестройка сознания. У некоторых это болезненный процесс, другим же переход дается играючи. Но каждый в процессе вот этого швыряния в бушующих водах находит истинного себя… по-крайне мере считается, что истинного. Новое имя – новая судьба, отличная от человеческой. А человек – это эмоции, чувства, страсти, мечтания, это жизнь,- намек на лукавую улыбку прочертил ее губы, когда Тэль посмотрела прямо в глаза Хаоса.- Ты ведь это и сам знаешь. Мне не захотелось становиться такой бездушной и пустой, как древние - это было также одним из витков непрерывных изменений мира.

Хаос медленно кивнул, понимая, о чем говорит девушка, но переживал небольшую ломку привычного мира. Он не ожидал, что его давняя подруга, бывшая старше него, могла думать настоль глубоко, что до таких глубин с опаской доходил он, Хаос! Это было… неожиданно.

- Скажу по секрету, ты ведь не выдашь меня? – наклонила голову, зная, что друг неглуп, и делать этого не станет. Да и доказал он верность уже давно.- Победу в войне одерживают не правые, а те, кто успел привлечь ее внимание, кто заслужил симпатию. Не победу, ее не существует – это эфемерное понятие, приписываемое слишком большому количеству явлений и событий, чтобы стать кем-то одушевленным. Так что войну выигрывают те, кто привлек эту самую даму, только,- Тэль перешла на шепот, придвигаясь чуть ближе и задорно сверкая глазами. Сейчас мужчина верил в то, что девушка сохранила многое от людей,- Война-то дама ветреная, влюбчивая. Ее сердце редко принадлежит одному человеку долго. Но об этом тсс!

Мир рассмеялся. Стая ворон с криками пролетели мимо. Ветер сбился, разбиваясь о выступы горы.

С щелчком Война вернула барабан на свое место и покрутила револьвер в руке. Сейчас она походила на древних воителей. Ее стойка, уверенность, осанка. Твердый взгляд, азарт, смешанный с ноткой безумия в глубине глаз.

- А сейчас мне пора. Время, мой милый друг,- ее силуэт стал смазываться, а голос становиться все менее отчетливым.- У туристов намечается битва с медведями, а мне уж больно понравился тот черненький художник в их группе…

Не было спецэффектов, просто в какой-то миг Тэль перестала находиться рядом с Хаосом на этом плато. Мужчина был уверен, что сейчас ее можно найти в том месте, куда она некоторое время назад пристально смотрела, но был ли в этом смысл?

Через несколько месяцев на известной выставке картин появилось два портрета неизвестной девушки. «Валькирия» и «Горная дева» покорили зрителей своей эмоциональностью и красотой…