Записки падшего паладина

Глава 1. Долина, забытая богами.

Память играет со мной странные шутки. Я всегда с некоторой гордыней подмечал, что лучше других запоминаю и дольше не забываю священные тексты, могу в точности описать события, случившиеся месяцы, а то и годы назад, помню мелочи, которых многие даже не заметили. Но, клянусь, я не помню, как оказался в этой забытой богами дыре, не помню даже, чтобы я когда-либо о ней слышал.

Я помню, как еще ребенком стоял у ступеней храма, глядя на суровых мужчин в темных, украшенных серебром доспехах, что стояли по обе стророны дверей Храма. Помню отца-предстоятеля, старого уже тогда, что спустился к нам, чтобы забрать меня у матери. Я, прах побери, помню все годы своего ученичества и разочарование в глазах отца Эйдана, хранителя печатей, когда я сказал, что хочу стать воином храма, а не жрецом.

Я помню каждую минуту всенощного бдения, когда я и еще трое юношей ждали посвящения.

Я помню суд, отвращение и злость братьев, их разочарование приговором. Изгнание.

Иди с проклятием Бога.

Но я не помню ничего о той, ради которой предал все, что было моей жизнью последние двадцать лет. И не понимаю, что привело меня к воротам жалкой, разваливающейся башни, в которой десяток солдат и престарелый жрец охраняют мост через глубоченное ущелье, ведущий в забытую богами долину.

— Говоришь, тебе надо сюда? — сказал жрец, глядя на меня мутными от пьянства глазами. Я видел красные прожилки, желтоватую склеру и расширенные, словно от страха зрачки. Почему-то это казалось мне важным, важнее всего остального. И я просто кивнул.

Жрец отступил в сторону и я прошел мимо, ведя в поводу свою лошадь — ту самую, что отбил у разбойников три года назад. На седле были навьючены сумки с доспехами и припасами, чехол с арбалетом и пристегнутый справа от седла меч — не привычный мне, из тех, что носят воины храма. Солдатский меч, простой и надежный.

Это место казалось больным, словно тот жрец в сторожевой башне. Чахлые, с потрескавшейся корой деревья, ручей с затхлой, словно застоявшейся водой, в котором не было никаких признаков жизни, мелкий, едва с шакала размером, хромоногий волк, скрывшийся среди деревьев едва завидев меня. Мне здесь не нравилось. Но пройдя пару тысяч шагов, я понял, что не могу ни остановиться, ни развернуться. Воля Бога тащила меня вперед, словно овцу на заклание…

Городок, куда привела меня дорога — несколько десятков домов, таверна, покосившаяся башня этажей в десять и богатое, окруженное стеной поместье, ютился у подножия горы. высоченный, в пару сотен локтей, но не особо широкий водопад выбил у подножия горы небольшое озерцо, из которого вытекала речушка, проходившая через городок. На этот раз с чистой водой и рыбой. Будь я рыбаком, как брат Жером, опознал бы и, чем боги не шутят, наловил бы. Я спустился к воде, напоил коня и умылся сам. Рыбы, увидев мою тень, метнулись в сторону, не дав себя толком разглядеть.

Дома, построенные из рыжевато-желтого песчаника, крытые плитками из стланика, некогда красивые и добротные выглядели не слишком ухоженными, часть и вовсе казались заброшенными, нежилыми. Похоже, что жители города постепенно переселились в бывшую некогда богатой часть города. Скорее всего, тех холмики, что я видел на подходе к городу, когда-то были лачугами бедноты.

Встречный житель, поседевший до белизны, с темной, морщинистой кожей, в опрятной, но заношенной и застиранной одежде, кое-где носившей следы починки, посмотрел на меня подозрительно, неопределенно махнул рукой, не то приветствуя, не то предлагая убраться ко всем демонам. Я кивнул ему. Старик заулыбался - беззубо, но жизнерадостно.

Таверна выглядела примерно как старик - вроде и опрятная, но с просевшей крышей, чуть покосившимся навесом для лошадей. Я привязал коня, огляделся. Никто не вышел меня встречать, что не удивительно. Расседлывать я не стал - если не удастся договориться с трактирщиком, придется искать ночлег в другом месте - у горожан или, быть может, в одном из заброшенных домов.

Редко можно увидеть орка-трактирщика. Мирные орки встречаются не так редко, как принято об этом думать, но вот трактирщика я видел впервые.

- Хо, путничек! - трактирщик посмотрел на меня исподлобья и вышел из-за стойки. Стало понятно, почему он выбрал такую жизнь - у орка не было правой ноги чуть выше колена, ее заменял грубый деревянный протез. - На старателя ты не особо похож. На купца тоже. Чтобы грабить тех и других - слишком одинокий. Интересно мне, что тебя привело?

- Мне тоже интересно. Думаю, я здесь ненадолго, можно сказать - проездом.

Орк с подозрением посмотрел на меня - чуть снизу, хоть и был немалого роста.

- Лучше скажи мне, есть у тебя комната, желательно без блох и клопов, еда, баня и прачка? - спросил я, не дав ему задать очередной вопрос.

Орк вздохнул и кивнул.

- А конюх, чтоб позаботился о коне?

- Ты такой ленивый, или богатый? За комнату, баню и все остальное возьму с тебя семь серебром. Потом постой для тебя и коня - пять серебром за день. Жратва - с меня, питье нет.

- И то и другое, друг. Ленивый и не бедный. Но вот пива я б выпил.

Деньги у меня и впрямь водились - храмовники избавили меня от храмового меча, плаща со знаками бога, но не тронули кошелька.

- Тогда даже пиво найдется. Есть то, которого много и дешево, а есть то, которого мало и дорого. Ниса принесет тебе пожрать, пока готовят баню.

Он указал мне на стол близ здоровенного камина, кликнул служанку и парнишку конюха, которые выслушав приказы умчались чуть ли не бегом. Зная орков, скажу - херовая участь. Впрочем, они не прост моей помощи, так что с чего меня должны волновать их судьба?

Проснулся я затемно. Было ощущение, что мне снился сон, снилось что-то важное, но я не помнил ничего. Я подошел к окну, толкнул ставни. Тени от луны, длинные, черные, казалось шевелились словно живые. Я тряхнул головой - наваждение пропало. Но не ощущение, что на меня кто-то смотрит. Что-то похожее было на Побережье Мечей, когда мы с братьями охотились на стаю оборотней, а они охотились на нас. Но сейчас ощущение было намного сильнее...

Наверное, я уснул на рассвете - когда давящее ощущение взгляда исчезло. Разбудили меня голоса - внизу, в большом зале кто-то ругался. Я не спеша оделся - за ночь постиранная прачкой одежда высохла и лишь возле швов оставалась чуть влажной. Скорее по привычке, въевшейся за долгие годы, чем по необходимости я взял пояс с мечом и кинжалом и, держа его в руке, вышел из комнаты и спустился по лестнице. Несмотря на полубессонную ночь, я чувствовал себя отлично выспавшимся и отдохнувшим. Но есть хотелось дико.

Честно говоря, я думал, что разбудившая меня ругань - это трактирщик Гхорш, гоняющий своих слуг. В зале было довольно много народа - с десяток оборванцев, уюившихся за дальним столом, пара богато одетых тифлингов, занявших мой вчерашний стол у камина, ссутуленый, немного скособоченный гном и самая странная компания, из всех, что я видел за последний год. Щегольски одетый грязнокровка-юань-ти, которого можно было б принять за человека, если бы не чешуя, островками растущая на коже, тонкие губы и маленькие, прижатые к голове уши. Я бы поспорил, что у него глаза с вертикальным зрачком, если б было с кем. Девушка-эльфика, из тех, которых называют светлыми. Очень светлая кожа, небесно-голубые глаза и волосы, похожие даже не на золото, а на солнечный свет в тумане. Юная, будь она человеком, я б решил, что ей лет пятнадцать. И здоровенная девица - не сказать, что очень рослая или массивная, нет. Но она прямо-таки источала ощущение физической мощи. Не назвал бы ее красивой, мне нравятся девушки поизящнее. Эта, похоже, тоже была полукровкой, но явно не юань-ти, хотя и на ее коже росла чешуя. На плече у нее, словно ручной зверек, примостился некрупный, размером с кошку, псевдодракон.

Когда я спускался по лестнице, все трое уставились на меня, словно чего-то от меня ждали. Я огляделся в поисках свободного места и в этот момент девица, та что с псевдодраконом, порывисто поднялась с табурета и шагнула ко мне.

- Ты ведь нам поможешь? - голос у нее оказался низкий, но приятный.

- Только если дело ваше - праведное. - я ответил раньше, чем успел сообразить - я ввязываюсь в неприятности.

- Понятное дело! - девица потащила меня к своему столу с такой силой и напором, что я едва не выронил оружие. - Неправильными я не занимаюсь!

Она повернулась к своим друзьям и радостно сообщила:

- Ну вот, я же говорила, что обязательно найдется тот, кто нам поможет!

Глава 2. По следам злодея

— Ищешь, значит, Балиола Дагду? — орк-трактирщик облокотился на стойку, помотал тяжеленной, впору медведю, башкой — Хреновая идея, скажу я тебе. Что-то с ним не так с этим прохвостом.

Говорил он, как и любой орк не особо внятно, но я давно наловчился их понимать. Я положил на стойку монету — на этот раз тяжелый серебряный восьмиугольник — в столице на дюжину таких можно получить золотой, а одна стоит двадцати мелких серебряков или сотню меди. Достаточно, чтобы припеваючи жить пару дней или неделю безбедно.

Орк снова помотал башкой:

— Я тебе в этом не помощник.

— Жаль. Шаман из оседлого племени советовал спросить именно тебя.

— Тхо? Старина Тхо? — орк ощерился — таковы улыбки орков.

— Да, мрачный такой, с посохом, на башке шапка с рогами и перьями и дурная привычка говорить загадками, половину из которых он сам не понимает.

Трактирщик глухо расхохотался, подвинул монету ко мне и на ее место поставил кружку пива. Того, про которое он говорил «мало и дорого». Вик хотел было что-то сказать, но я незаметно пнул его по ноге. Орк к счастью не заметил.

— Сказал бы сразу. Он был тут два дня назад. Говорил с Гленни. Дочь купца Тириана, хозяина шахты. Если кто и знает, где его искать, то это она, наглая сучка.

Я взял кружку, отпил. Пиво и впрямь было неплохим — в богами забытом городе оказывается была своя пивоварня, в которой варили аж два сорта пива — «мало и дорого» и «много и дешево». Не знаю уж, какую магию он использовал, но пиво было еще и холодным.

— Хорошее пойло, друг. Дом купца — это тот, что за речкой, у самой горы? Два этажа, забор?

— Он самый. — орк исподлобья посмотрел на меня — Я, пожалуй, выпью за тебя, когда ты сдохнешь.

— Не собираюсь доставлять тебе такого удовольствия. — я допил пиво, развернулся и пошел к выходу, оставив орку монету. Услышал, как он хмыкнул мне вслед.

— Почему ты оставил ему монету? Почему он мне пива не дал? — Вик начал задавать вопросы как только мы вышли на улицу.

— Потому, что он считает тебя слабым. Потому, что не стоит брать подарки у орков, даже мелкие.

— Не стоит брать подарки? — грязнокровка аж остановился, встопорщив те жалкие ошметки чешуи, что достались ему от родственничков юань-ти. — Подарки — признак уважения!

— Не у орков. Кто берет подачку — признает власть дарителя. Не стоит позволять орку даже подумать, что ты считаешь его сильнее себя, боишься или признаешь его власть. В лучшем случае — считаешь равным. Но лучше, если ты держишься как будто считаешь его слабее себя, не оскорбляя при этом напрямую, если, конечно, не хочешь немедленной драки. Не так уж и трудно, как кажется.

— Проклятые дикари. — он покосился на таверну, чуть ли не шипя от злости и жадности. Монета, пусть даже и моя, казалась ему слишком высокой платой за пиво и разговор.

Но теперь мы знали, что след не то жреца, не то волшебника, из-за которого погибли орочьи подростки не потерян. А это в свою очередь оставляло шанс найти его и доставить к шаману, получив обещанные за поимку деньги. Наверное стоило найти девиц и рассказать им об услышанном, но я не горел желанием встречаться с местной «аристократкой», имея за спиной жизнерадостную эльфийку и девку со здоровенным топором и псевдодраконом на плече. Хватит и грязнокровного мага.

Усадьба хозяина шахты — здоровенный двухэтажный дом из желтого камня, чуть ли не до крыши оплетенный виноградной лозой и розами, смотрелась немного легкомысленно. Высокий, в полтора моих роста забор вряд ли был серьезной преградой для воров — так же как и дом он был едва виден из-под сплетения лоз.

Ворота, собранные из толстенных, побелевших от времени плах были открыты, словно приглашая гостей. Впечатление было ложным, если судить по двум охранникам — крепким тифлингам в добротной одежде и кожаных нагрудниках, вооруженных дубинками. Тифлинги играли в карты, но при нашем приближении отвлеклись от игры. Я сперва не понял, как они нас заметили, но потом увидел на ветви здоровенного дуба, под которым они играли пантеру. Как минимум один друид в поместье есть, причем явно опытный — приручение этих тварей процесс не самый простой, если судить по словам брата Жерома, управлявшегося даже с тиграми.

— Мы к госпоже Гленни. — я сообщил о цели визита раньше, чем охранник спросил. Не скажу, чтоб он был доволен лишившись возможности спросить, какого демона мы, оборванцы, припёрлись. Возможно, он бы все равно спросил, но я был на голову выше, на мне была кольчуга и меч на поясе. Уже лет пять со мной не затевали ссор просто ради ссоры или драки, даже если на мне не было плаща с цветами ордена.

— Погодьте тут. — охранник достал из кошеля раковину размером с кулак что-то забубнил в нее и сразу же поднес к уху. Купец Тириан богат и не слишком прижимист, судя по тому, что его охранники используют артефакты «голоса», пусть даже дешевые. Охранник убрал раковину от уха и все так же неприязненно уставился на меня: — госпожа желает знать, что вам надо.

— Поговорить о нашем общем знакомом, Балиоле Дагде.

Охранника аж перекосило — не знаю, чем ему насолил этот самый Дагда, но явно они не друзья. Тем не менее, охранник снова заговорил в раковину, снова выслушал указания.

— Идите к дому. Там вас встретят.

Мы прошли мимо них. Один из охранников, тот, у которого не было «голоса», потопал следом за нами. Площадка перед домом была вымощена тëсаным камнем — не всякий аристократ в большом городе может похвастать тем же.

Нас встретил невзрачный мужчина лет шестидесяти с манерами вышколенного слуги, но, судя по тому, как глядел на него охранник и как он «подобрался» при приближении к «слуге», было понятно, что старика надо воспринимать всерьез.

— Госпожа Гленни примет вас в беседке. Прошу вас, оставьте здесь оружие и я вас провожу. — старик говорил негромко, совершенно невыразительно. Я снял пояс с мечом и кинжалом, вытащил из сапога нож. Вик, что-то бурча под нос, расстался с двумя кинжалами. После просьбы слуги оставить все, положил на стол кольцо — похоже фокусирующий предмет.

На этот раз слугу все удовлетворило и он пригласил нас следовать за собой. В дом нас не пустили — мы обошли усадьбу и оказались перед беседкой, буквально утопающей в зелени и цветах. Старик указал на вход.

Я никогда не считал тифлингов привлекательными, но женщина, или, скорее, девушка, ожидавшая нас в беседке была великолепна. Не полукровка, как охранники, а квартеронка — явление редкое, учитывая, что полукровки, как мулы, почти всегда бесплодны. Четверть демонической крови делала её… Восхитительной.

— Госпожа Гленни. — Я шевельнул пальцами, накладывая на себя очищение. Девушка из восхитительной стала просто красивой, когда я разрушил наложенное на меня очарование. И это ее, похоже, слегка разозлило. Судя по тому, что она пригласила нас за стол — именно что слегка.

Служанка — тоже тифлинг, краснокожая, с задорными рожками, вертикальными зрачками в медово-золотых глазах и с жутенькими, похожими на рысьи когтями на холеных пальцах, разлила по небольшим чашкам какой-то отвар, подвинула к нам блюдца с печеньем. Я оценил, как под кожей у нее перекатываются мышцы — похоже, что компаньонку дочери купец подобрал весьма боевую. Юный маг, который должен был заметить действие заклинания первым, не заметил ничего — он послушно сел, глядя на купеческую дочь влюбленными глазами.

— Госпожа желает знать, кто вы и что вас привело сюда. — служанка встала за нашими креслами, чем довольно сильно меня нервировала.

— Я Блас Асторио. Моего спутника зовут Викаэниаль.

— Мы ищем Балиола Дагду, он убил детей в стойбище орков. — Вик шумно отхлебнул из чашки — Орочий шаман обещал за него награду… Вы ведь наняли его, чтобы убить кого-то?

— А, так вы просто охотники за головами. — Гленни на этот раз говорила сама, не через служанку. Голос у нее тоже был вос… Я дернулся — похоже, что обворожение для нее было чем-то естественным, не требующим усилий. И, вполне вероятно, не вполне контролируемым. Это могло бы объяснить, почему купец старался окружить ее тифлингами, устойчивыми к такого рода магии.

— Не совсем. — я покачал головой — Если бы не убитые дети, пусть даже орочьи, мне бы не было дела до Балиола Дагды.

Гленни засмеялась. Хотелось слушать, как она смеется, видеть, как блестят ее глаза — зеленые, с капелькой золота… Я прикусил губу изнутри — сильнее, чем холелось, во рту появился вкус крови. Вик замер, едва не пуская слюни. Раздражение начало перерастать в злобу — это помогло едва ли не лучше чем очищение.

— Ну, если вы благородные защитники слабых, то я, пожалуй, вам помогу. — Гленни склонилась над столом, чтобы взять печенье, полупрозрачная ткань платья на миг обтянула ее грудь. — Мне не особенно интересно, зачем вы ищете Балиола Дагду и что выдумали… Но я действительно знаю, где его искать.

— И где же нам его искать? — Вик пялился на нее так откровенно, что хотелось влепить ему подзатыльник.

— Балиол должен мне услугу. — Гленни устроилась поудобнее, на этот раз продемонстрировав нам ногу чуть ли не целиком. Надо признать, красивую, даже без очарованию. — Если я скажу, где его искать, вы можете помешать ему ее предоставить. Я бы этого не хотела.

— Как нам убедить… Что мы для тебя можем сделать? — Вик торопливо отпил еще.

— Если вы помешаете Балиолу убить его жертву, то должны будете убить его сами.

— Разумеется! — Вик вскочил — Мы его убьем!

— Ты его убьешь. — я посмотрел на Вика, усмехнулся, глядя как изменилось его лицо — Один на один, раз уж ты готов убивать неизвестно за что.

Гленни снова расхохоталась, на этот раз просто весело.

— Боги, это становится веселее. Вы интереснее, чем этот занудный старик Дагда! — Гленни хлопнула в ладоши. — Что же, я наняла его, чтобы он убил пастуха Терри.

— Того, который написал, что любит тебя? — поинтересовался я. — Переборщила с очарованием?

Гленни глянула на меня, слегка покраснев. Краснела она очаровательно.

— Не важно. Главное, чтобы он умер. Когда это произойдет, приходите за наградой.

— Спасибо, Гленни. Когда Вик его убьет, думаю, он примчит без задержки.

Служанка у нас за спиной фыркнула. А я бросил «очищение» на Вика. Подействовало слабо — красивая девушка это не то же самое, что наложившая очарование или иллюзию стрига. Но хватило, чтобы Вик понял, что успел наобещать. А мне вдруг стало весело — в точности как много лет назад, когда, еще будучи сквайром, я путешествовал с бродячим театром — одному из священников пришла в голову гениальная мысль, что это поможет выследить еретиков. Тогда клоун, который на самом деле был хозяином цирка, вытащил меня на подмостки — заменить своего напарника, сорвавшего спину. После представления он сказал мне — хочешь прожить счастливую жизнь, парень, сбегай из храма и отправляйся с нами. Возможно, так и стоило поступить.

Глава 3. Охотники и жертвы

Найти Дагду оказалось до смешного просто — он действительно оказался в доме пастуха Терри.

Сначала мы увидели привязанную возле дома оседланную лошадь — неплохую упитанную кобылу, рыжую, с белыми пятнами и гривой. Седло было дорогое, вряд ли такое могло принадлежать пастуху, разве что было подарком от… Я тряхнул головой — думать о девице-тифлинге и о том, за что она могла бы одаривать пастуха не лучшая идея, если предстоит встреча с человеком, которого побаивается орочий шаман. Я шикнул на увлечённо болтавших Вика и Дею.

— Возможно Дагда внутри. Я гляну в окно, а вы идите к двери.

Они кивнули и направились к двери, все такие серьезные и сосредоточенные. Я был уже рядом с окном, когда кобыла заржала. Завертелось мгновенно — Дагда саданул какой-то магией прямо через стену, отшвырнул Вика и Дею на добрый десяток шагов вместе с дверью и облаком пыли от раздолбанной в крошево глинобитной стены.

Эта пыль меня и спасла — из-за нее Дагда меня не заметил и, когда он шагнул в пролом, взмахом руки разогнав облако, я достал его мечом в бок. Достал хорошо, но это его не убило. Ответным ударом магии он отбросил меня, оглушил. Интуитивно я откатился в сторону, там, где я только что лежал, вздыбилась, словно от удара гигантского молота, земля. Удар снова отбросил меня, выбил дыхание. Я ответил «возмездием», не самое смертельное заклинание, но попадает наверняка.

Дагда заорал — его можно понять, загореться — это не шутка. Оборвался его крик чем-то вроде всхлипа.

Когда я проморгался и сумел подняться на ноги, все было кончено — над телом мага, демоны б его драли, стояла Дея с секирой. Не сказать, чтоб умная или красивая, но вот силы и ловкости ей не занимать. И живучести, похоже, тоже — рядом со мной и едва ворочающимся на земле Виком она смотрелась бодро и весело, если б не покрывавшая её с ног до головы пыль, словно бы ничего и не случилось.

— Вроде мы хотели его о чем-то спросить. — она сплюнула, едва не попав на отрубленную голову волшебника. — Погорячилась.

— В пекло все его знания. — Я не с первой попытки убрал меч в ножны, прижал ладони к вискам, призывая целительную силу. Удалось тоже не сразу, зато полегчало.

Вик, охая поднялся и принялся обыскивать тело волшебника, ничуть не смущаясь кровью. А я зашёл в дом пастуха, в то, что от него сталось. Домик перекосило, но держался он крепко. В отличие от хозяина, привязанного к стулу.

Парнишка, рыжий, с совершенно не крестьянским, породистым, словно у наследственного аристократа лицом, всхлипывал и шмыгал носом. Когда я, шагнув в его сторону, достал кинжал, заорал и обмочился, словно напуганный щенок. Стоило мне перерезать удерживавшие его веревки, отскочил в угол дома, прикрываясь руками.

Вик, добравшийся до кошелька убитого, похоже не заметил происходящего. Паренек, поняв, что его не трогают дал деру, а я убрал кинжал, вышел на улицу и достал из сумки флягу. Разбавленное вино позволило избавиться от привкуса пыли и крови во рту.

— Эй, Дея. — Вик, копавшийся теперь в седельных сумках волшебника держал в руках тощую связку стрел — Это, пожалуй, только тебе подойдет. Огненные стрелы. Но если тебе не надо, оставлю себе, найду им применение.

Похоже, он уже жалел о первоначальном порыве — учитывая, сколько стоят такие стрелы, его можно понять. Дея обрадовалась неожиданному подарку как дитя конфетам.

Я протянул флягу Дее, девчонка, благодарно кивнув, приложилась надолго и вернула опустевшую посудину.

— Слабоватое пойло, но пойдет. — она сгребла голову убитого за волосы и, словно пританцовывая, пошла прочь. — Эй, догоняйте, нам еще к шаману идти!

Мне нравился ее настрой.

В стойбище орков мы решили отправиться пешком — путь туда проходил через каменистые осыпи, где во время первой поездки моя лошадь набила копыта так, что захромала на три ноги. В таверне к нам присоединилась Лора, вопреки обыкновению невеселая и сосредоточенная. Если б не ее настрой поскорее выбраться из города, мы скорее всего остались бы в таверне до утра. Но эльфийка была настойчива и, благодаря ей, до стойбища мы добрались немногим позже полудня.

Сказать, что шаман был рад видеть Дагду таким, каким мы его привезли — не сказать ничего. Все обошлось без обычных орочьих шуток и попыток прощупать на слабину. Мы, убившие врага племени были ему больше чем братья — брата орк при случае может и под нож пустить, а вот того, кто помог осуществить кровную месть и стал оружием нельзя предать или обидеть — этого духи не простят.

Потому он вручил нам оговоренную награду, добавив от щедрот амулет для Деи, как той, что нанесла смертельный удар. По его словам дух, заключенный в амулете должен спасти ее от неминуемой смерти, после чего амулет разрушится и дух вернется в свой мир. Я не настолько разбирался в магии и орках, чтоб определить, правду ли он говорит, но если правду, то девчонке повезло — магия орков странная, но слабой ее могут назвать только глупцы.

Наверное, пиво выпитое на пиру у орков стало причиной того, что мы отправились не в таверну, а на поиски заброшенной самоцветной шахты, о которой Вик узнал «от надежных людей». По его словам там нас ждали несметные сокровища и никаких опасностей. К моменту, когда мы окончательно потеряли представление, куда мы зашли и куда идти дальше, это уже не казалось такой хорошей идеей. К тому же мы изрядно протрезвели, кроме эльфийки, которая больше остальных налегала на пиво.

— Завтра найдем. — уверенно сообщил Вик,

Признаться, я не думал, что эльфийка напьется. Возможно, я судил о ней по тем светлым эльфам, что мне довелось видеть раньше, но все они были взрослыми, уверенными в себе и пеклись о своей репутации. Девчонка же пила с каким-то отчаянием. И лишь когда она заговорила, я понял — она пыталась набраться храбрости.

— Мне… Мне надо вам рассказать… Это важно. — Она замолчала ненадолго, глядя на нас исподлобья.

— Важно? — Вик оторвался от своей книги заклинаний, даже Дея отвлеклась от жаренного кролика.

— Да. Тот человек, которого вы убили. Дагда. — она снова замолчала, опустив голову.

— И что с ним? — я бросил в костер пару веток, подвинувшись так, чтоб было удобнее вскочить, если что-то пойдет не так. Предчувствие было поганое.

— Я встречала его раньше. Он поймал меня и что-то сделал со мной, что-то впрыснул мне в кровь. И это меня меняет. — она подняла рукав, показывая левую руку — на сгибе, прямо на тонкой, голубоватой вене темнело пятнышко, словно по коже растекались чернила.

— И как это тебя меняет? — Дея отложила еду, схватила эльфийку за руку, чтобы получше разглядеть. — О, тут как будто укус, ее словно пиявка кусала.

— Я хочу совершать что-то злое. И если я сопротивляюсь желанию, у меня словно начинает гореть кровь. Все сильнее и сильнее. И каждый раз мне хочется совершить что-то хуже… Сперва хватало насмешки над слугой в таверне, потом… Потом я убила кошку. Сегодня я убила разбойника, который бросил оружие и убегал. Я не должна была этого делать, но я убила его. И… И это возвращается.

— Ты хочешь убить кого-то из нас? — Дея уставилась на эльфийку с такой обидой, словно была ребенком у которого отбирают сладость.

— Да! — заорала Лора, вырывая руку. — Да! Я хочу вас всех поубивать! Я не хочу, но… Хочу!

Она потянулась к кинжалу, но Дея оказалась быстрее — вцепилась в нее, повалила, прижимая к земле. Лора заорала, выгибаясь, пытаясь освободиться. Я, подхватив веревку, бросился в ним. Связать довольно хрупкую эльфийку оказалось непросто — она вырывалась с неожиданной силой, кусалась, словно дикий зверь и орала, оглушительно, зло и отчаянно. Вик, наконец, пришел нам на помощь и это решило дело — мы связали ее и поднялись — потные, покусанные и грязные.

— И что нам с этим делать? — Дея шмыгнула носом — ей досталось в драке и теперь у нее по лицу текла тонкая струйка крови.

— Ты знаешь заклинание снятия проклятий, Вик? — спросил я, опускаясь на колени рядом с Лорой. Она больше не пыталась вырываться, ее била дрожь и вместо яростных криков она просто скулила, словно от боли. Вик покачал головой и отвел глаза.

Не знаю, со мной ли сила Бога, после моего изгнания, но я все же решил попытаться и, взяв девчонку за плечи, призвал благословение. Её выгнуло дугой так, что меня едва не отбросило. Лора заорала, словно с нее живьем сдирали кожу, а потом обмякла у меня в руках, мне показалось, что она умерла или потеряла сознание.

— Лучше… — прохрипела эльфийка. — Мне лучше — боли нет и я… Это снова я. Не хочу никого убивать. Но… Но я чувствую, что это еще во мне. Просто словно спит.

— Я бы не рисковал ее развязывать. — Вик нервно хрустнул пальцами. — Возможно она врет.

— Мы развяжем ее. — Дея вытерла с лица кровь и улыбнулась. В свете костра — довольно зловеще. — Я послежу, а потом Блас. Если она врет — убьем. Но я верю в магию Бласа, у него руки светились. Должно помочь.

Вик иронично хмыкнул, призвал «светлячка», но мешать Дее не стал. Развязанная эльфийка села, закуталась в плащ, а потом легла на бок и, свернувшись клубочком уснула.

— Думаю, более подробно мы ее расспросим утром. — предложил я и посмотрел на Дею. — Подежуришь первой? Потом разбуди меня, главное не усни.

— Лучше ты подежурь сейчас. — Дея зевнула — Я пива напилась, надо подремать немного. Не бойся, мне не надо много сна — успеешь выспаться.

Разбудило меня пение. Я сел, оглядываясь по сторонам и увидел сперва Дею, которая разводила костер, а потом Лору. Говорят, все юные девушки красивы. Не уверен насчет всех, но она определенно хороша — эльфийка без всякого стеснения купалась в ручье, нагая и красивая. Настроение у нее, похоже, было хорошее — она пела что-то по-эльфийски. Моих отрывочных знаний хватило понять, что это песня про дракона и цветок, что-то до оскомины романтичное. Вик, похоже проснувшийся раньше, глазел на нее с довольно странным скептичным выражением лица. Дея, похоже, ничему не удивлялась.

— Идите тоже мыться! — эльфийка плеснула водой в нашу сторону. — Что может быть лучше утреннего омовения? И вода теплая!

Я пробурчал, что нельзя всем сразу оказаться без оружия и доспехов в пустоши, а вот Дея решила поддержать подругу. Черт бы побрал их обеих. Я отвернулся — за несколько дней совместного путешествия я начал, отчасти, воспринимать их как детей, которых у меня никогда не было и мне казалось непристойным глазеть на них. Судя по звукам, им было весело.

Чуть позже я все же залез в ручей, чуть в стороне от лагеря. Вода и правда оказалась теплой.

Я ждал, что после ночной попойки, драки с нами всеми сразу, странных последствий благословения Лора будет выглядеть усталой и больной, но после купания она выглядела умиротворенной, словно жрец Огмы за чтением. Впрочем, будучи жрицей, хоть и не особо сильной, она вполне могла наложить на себя исцеление — достаточно, чтобы убрать похмелье, синяки и царапины. Одно из полезнейших заклинаний, главное не перебарщивать.

— Я встретила Дагду, когда пришла в город, когда подходила к речке. Он казался добрым и немного грустным. Когда я спросила, что у него случилось, он сказал, что его дочь заболела. И я предложила помощь — я умею лечить болезни, не все, но иногда это помогает. — Лора нахмурилась — А потом он оглушил меня и я очнулась в подвале вместе с какой-то девушкой. Мне удалось развязать веревки и добраться до люка в потолке — там, где я росла, были скалы и я любила по ним лазать. Стены подвала были из крупных камней, для меня как лестница. А люк был открыт. Я спустила лестницу и помогла девушке выбраться…. Она сказала, что знает, кто преступник и позаботится о том, чтобы его поймали.

— Поэтому ты его не искала? — я подумал, что надо бы найти девушку, о которой говорила эльфийка. Хотя, судя по тому, что кроме нас Балиола Дагду никто не искал, она вряд ли добралась до тех, кто мог поймать преступника. Или сильно их переоценила. Или они были заодно с волшебником.

— Да. И только через пару дней я поняла, что со мной творится что-то плохое.

— Ты не искала ту девушку? — спросил Вик.

— Нет… Она не назвала своего имени и сразу же убежала. А потом… Потом я испугалась. И встретила вас.

— И напивалась каждый вечер, вместо того, чтобы поговорить с нами. — обиженно фыркнула Дея.

— Вместе с тобой, ты тоже не против попоек. — Вик снова хрустнул пальцами — эта его привычка начинала раздражать.

— Да. — Лора прикусила губу — Я боялась, что вы меня прогоните, или может быть убьете. Но вы мне помогли.

— Судя по тому, что ты говорила вчера — не до конца. — я взял ее за руку, поднял рукав рубахи. На коже темнел след укуса или укола, от которого расходились тонкие, словно нити, темные извивающиеся полоски. Словно щупальца гидры.

— Я не чувствую зла. — Лора закрыла глаза, словно вглядываясь в себя — Может ты попробуешь снова? Как вчера?

— Обязательно. — я кивнул. — Но если и это не поможет, то нужно попытаться найти источник этого зла.

— У Дагды было с собой письмо, если поймем, что там написано, это может оказаться ключом. — подала голос Дея. Вот уж от кого не ожидал.

— Оно вроде на эльфийском. — Вик покопался в сумке, вытащил слегка помятый свиток, протянул его Лоре. — Прочитаешь?

Лора взяла письмо и, едва посмотрев. Отшвырнула его, едва не уронив в костер.

— Это наречие дроу! Он связан с этими тварями!

Первым неладное заметил псевдодракон Дии. Тварюшка взметнулась в небо, на миг зависла выше деревьев и спикировала ей на плечо, что-то шипя. Не думаю, что псевдодраконы владеют речью, но этого хватило, чтобы Дея всполошилась и заявила, что там, за деревьями, что-то творится. И, прихватив поудобнее секиру, направилась проверять что именно. Я выругался и зарядил арбалет — не так уж и трудно его потом разрядить, если не понадобится стрелять. А вот на то, чтоб зарядить лишний раз времени может не оказаться.

За деревьями кто-то закричал. Так не кричат ради развлечения или от злости — это отчаянный вопль человека, который понимает, что сейчас умрет и надежды на спасение у него нет. Еще кто-то кричал — яростно, словно пытаясь кого-то отвлечь от убийства. С той же безнадежностью, что и умирающий. Дея рванула вперед словно пришпоренная, задержавшись лишь чтобы вооружиться луком — спасибо и на том.

Мы выбежали на поляну и поняли, что, похоже, опоздали и, вполне вероятно, сами попали в беду — женщина в красном платье отбивалась копьем от наседавшего на нее чудовища. Вживую мне таких видеть не доводилось — здоровенная черная тварь, похожая на помесь паука и кентавра, ростом локтей шесть. Выглядела тварь израненной, но все еще опасной. Пока я думал, Дея и Вик напали — она всадила в бок твари стрелу, при попадании полыхнувшую огнем — не пожалела своей находки, выстрелила, буквально, золотой монетой. А Вик взмахнул рукой — я ощутил магию, а тварь пошатнулась, словно от удара, из бока так и плеснуло темной кровью. Тварь завизжала и, резко обернувшись к нам, швырнула тело, которое так и сжимала в клешне. Я тоже выстрелил — тяжелый болт по оперение вошел между передними лапами твари, туда, где начинался уродливый вертикальный нарост — не то голова, не то просто «украшение». Тварь, издавая скрежещущий визг, бросилась к нам и я, отбросив арбалет выхватил меч. Тут бы лучше подошло копье или протазан, но чем богаты. Лора ударила тварь светом — аж шкура полыхнула, заставив тварь присесть и остановиться, похоже, что ее еще и ослепило. Мы с Деей ударили почти одновременно. Она удачнее — начисто снесла твари одну из опорных ног. Я по суставу не попал, но и нанесенной мной раны хватило, чтобы тварь потеряла равновесие и едва не упала вперед, опираясь на лапы с клешнями. Я ударил по суставу за клешней, перехватив меч двумя руками, вкладывая в удар всю силу и вес, которые только мог. Этого хватило, чтобы лапа переломилась как гнилая ветка, но вместе с ней сломался и меч. Тварь ударила меня обрубком лапы — удар оказался неожиданно сильным — меня отшвырнуло, грудь взорвалась болью.

Вбитая за годы привычка сделала свое — я использовал «возмездие». Не знаю уж почему, но оно отлично работает, если тебе досталось и, чем крепче досталось, тем лучше работает. Тварь завизжала, Вик и Лора снова ударили магией — слабее, чем в первый раз, но этого хватило, чтобы сбить тварь с ног. И Дея не подвела — всадила свою секиру в нарост, оказавшийся, все же головой — прямо между огромных, фасетчатых, словно у стрекозы глаз. Тварь задергалась и затихла.

Я поднялся с примятой падением травы, едва не взвыв громче твари — шипы на лапе пробили кольчугу, словно десяток тонких кинжалов, проткнули колет и, похоже, разодрали плоть на боку. Болезненно, но не очень опасно.

Я посмотрел на женщину — ту, которую мы спасли. Она опиралась на копье, похоже, едва держась на ногах. Когда я подошел, силы ее оставили и она упала мне на руки.

— Романтично — съязвил Вик.

Несколько рваных ран и потеря крови — это было совсем не романтично. Думаю, если бы не помощь Лоры, моего исцеления не хватило бы, чтобы перетащить ее из-за грани смерти. Но вдвоем мы справились. И лишь потом, когда кровь перестала течь, а края ран под нашими руками срослись, я огляделся по сторонам. Тварь убила троих спутников женщины — женщину и двух мужчин. Еще одного участника стычки мы нашли в кустах — небольшая, кудлатая псина с развороченным ударом твари боком. С псом пришлось возиться не меньше, чем с хозяйкой и закончили мы не скоро — уже начинало темнеть.

— Останемся здесь. — предложила Дея. — Утром, когда отдохнем, отнесем ее в город. А может она к тому времени и в себя придет. Ночью я по этому лесу идти не хочу. Ну как эта тварь тут не одна.

— Это одиночка. Они хищники, жрут даже друг друга. Разве что когда размножаются собираются вместе, но тогда бы их сразу было много. — Вик, надо отдать ему должное, поборол свою лень и вовсю занимался обустройством лагеря. — Я читал про таких. Прелесть в том, что на несколько миль вокруг ничего опасного нет и можно спать спокойно.

— Жрать хочется. — Дея покопалась в своем мешке и горестно вздохнула — а у меня еда кончилась. И пива больше нет.

— Можно поискать у убитых. Им больше нужды нет — предложил Вик, поглядывая на остатки лагеря, разоренного тварью.

— Не трогай. — Лора покачала головой. — Это ее наследство.

Она махнула рукой в сторону лежащей без сознания женщины — мы устроили ее на моем плаще, а Дея укрыла ее своим.

Вик, который, похоже жаждал поживиться имуществом убитых недобро зыркнул на нее, но спорить не стал. Порой он казался мне немного трусоватым, а порой казалось, что он просто привык подчиняться приказам. Как бы то ни было, мы все мало знаем друг о друге.

— Блас… — Лора подошла ко мне. — Ты сможешь опять очистить меня? Мне кажется, что эта дрянь… Она возвращается. И мне страшно.

Я взял ее за руки. Это было больно — и для нее и для меня — на миг я тоже почувствовал боль и жжение во всем теле, словно благословение разделило нашу боль пополам. Если так, то не знаю, как она пережила предыдущее. Может это было знаком от моего Бога, чтобы я больше не призывал его, пока не вернусь в Орден? Кто знает. Я поднялся, добрел до костра и по-стариковски медленно устроился поближе к огню. Меня трясло, словно я подцепил лихорадку. Определенно, в этой проклятой долине все было хуже, чем мне казалось с первого взгляда.

Убитых мы тащили на волокушах, на скорую руку сделанных из жердей, нарубленных Деей в лесу. Абигайль, спасенная нами женщина, и ее пес шли сами — хоть и с явным трудом.

— Какого демона вы поперлись в лес? — поинтересовался Вик, поудобнее перехватывая жерди. Она могла б спросить нас о том же, будь ситуация немного другой.

— Мы искали работорговцев.

— Здесь и рабов можно купить, как в Лускане и Тае? — поинтересовался Вик — А казалось бы захолустье.

— Это земли королевства Стормир, здесь запрещено рабство. — Лора, которой волокуши не досталось, шла чуть впереди, но это не мешало ей принимать участие в разговоре.

— Мои друзья были арфистами.

Я с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Не скажу. Чтоб мой Орден враждовал с арфистами, нет, порой даже приходилось помогать им, но особой любви к ним я не испытывал. Иногда их методы были не лучше того, с чем они боролись. Впрочем, их неприятие рабовладения я вполне разделял.

Именно поэтому я и остался с Абигейл копать могилы для ее друзей — работа тяжелая, неприятная. Но старый могильщик, у которого оказалась лишь одна готовая могила, вряд ли управился бы с парой других до завтрашнего утра, а на жаре… На жаре нужно было спешить. Мы с гробовщиком махали кирками и лопатами, зарываясь все глубже в сухой, красноватый грунт. Абигейл готовила тела к погребению — обматывала их тканью и читала молитвы. Будучи жрицей, она могла проводить друзей в последний путь без помощи местного жреца, такого же пропойцы, как тот, что встретил меня в крепости у входа в долину. Мои «детишки» умчались в трактир — они были голодны и хотели пива. А Вик был еще и недоволен тем, что мы не добрались до заброшенного рудника и не обобрали убитых, что совсем не приближало его к вожделенному богатству.

Мы с могильщиком, рослым, жилистым, хоть и немолодым, копали наравне. Пожалуй, таким я б мог стать в старости — если доживу и буду пить много дешевого вина. Вскоре он обогнал меня — с непривычки я сбил руки до крови и пришлось тратить время на исцеление. Самое нелепое его применение на моей памяти. Похмелью тут не сравниться.

— Пожалуй, что и хватит, госпожа. — могильщик ужом вывернулся из могилы, подал мне руку, намекая, что я справился не хуже.

Абигейл, чуть подумав, кивнула. Мы с могильщиком уложили тела и принялись забрасывать землей — вот уж что гораздо проще.

— Ежели… Ежели подкинете по монетке, так я потом камнями могилки-то обложу. — могильщик заискивающе покосился на жрицу, протянул руку. Она не стала торговаться, сунула ему золотой — куда больше, чем он просил и куда больше, чем он мог бы рассчитывать.

Абигайль начала читать над могилами еще одну молитву, когда нас прервали.

— Маловато могил накопали. — сказал кто-то у нас за спиной с характерным орочьим акцентом. Я обернулся и увидел стоящих в нескольких шагах орка и крупную, мускулистую женщину с самой черной кожей, что я когда-либо видел у людей.

— Не ждала увидеть тебя живой, сучка арфистская, но это никогда не поздно исправить. — чернокожая растянула толстые, словно покусанные пчелами губы в ухмылке, демонстрируя заточенные треугольниками зубы. А может она была полукровкой-демоном, что объясняло разом и зубы и черную кожу.

— Белис… — Эбигейл покосилась на копье, лежавшее вместе с остальным оружием ее друзей на одном из плащей. Я с тоской подумал, что не успел обзавестись новым мечом, а арбалет, даже будь он сейчас у меня в руках, сейчас бесполезен. Без кольчуги, с одной только киркой, я чувствовал себя полуголым. Ну или почти совсем голым, учитывая, что колет и рубаху я тоже снял.

— Так это… Я, ежели желаете, сколь надо накопаю! — могильщик попятился, держа перед собой лопату, словно залог добрых намерений.

— Убирайся, потом их закопаешь.

Могильщик исчез мгновенно, словно владел заклинанием телепортации или невидимости.

Орк ухмыльнулся мне, двинул плечом, перехватил рукоять здоровенного меча двумя руками. Хорошее оружие, чем-то напоминающее то, которым я сражался в Ордене. Может, чуть длиннее и чуть уже.

— Хочешь, убирайся вместе с ним. — орк оскалил клыки. — Убью тебя позже, не безоружного.

Я перехватил рукоять кирки, понимая, что этот бой вряд ли выиграю. Двигался орк хорошо, легко, для его габаритов и веса. А Белис вытянула из ножен два коротких меча. Абигейл тряхнула руками — для нее единственной надеждой была магия. Но на таком расстоянии она может и не успеть.

— Ну, ты выбрал! — Орк шагнул вперед, вскидывая меч к плечу– из такого положения можно нанести несколько ударов, но скорее всего он ударит сверху, чуть наискось. Если мне удастся увернуться, продолжит ударом снизу, вряд ли я увернусь дважды, да и отбить такой удар неудобной ржавой киркой — задача не из легких.

Стрела пролетела у меня над плечом, едва не задев ухо. И ударила орка в лицо, полыхнув яркой вспышкой, спалившей ему половину челюсти. Орк издал странный, непередаваемый звук и упал, схватившись руками за жуткую рану, а я прыгнул вперед, вбил кирку в грудь орка и подхватил его меч. Белис попыталась рубануть меня своими мечами, но промахнулась буквально на пару пальцев. Я же не промахнулся, всадив ей длинный клинок в верхнюю часть живота. Удар магии добил ее, буквально спалив ей голову.

Дея и Лора, добежавшие до нас выглядели донельзя злыми.

— Я говорила усыпить ее! — Дея пнула труп Бекис — Усыпить, а не спалить ей башку! Как мы теперь найдем Вика?

— Вика? — я вытер клинок об одежду убитой, пару раз на пробу взмахнул им. Меч мне определенно нравился — он был лучше моего прежнего оружия. Пожалуй, не хуже орденского.

— Этот дурень ушел с ними. — Лора показала на убитых. Они о чем-то говорили в трактире, а потом ушли. Когда мы поняли, что он пропал и пошли его искать и встретили этих двоих, они сказали, что знать не знают, где он, мол расстались у самой таверны. Но я поняла, что они врут. И мы решили за ними проследить.

— И спасли мне жизнь.

— Становится привычкой — Дея попыталась пересчитать стрелы в колчане, сбилась и начала снова, аккуратно и внимательно. — Стрелу жалко. Они хорошие, но быстро кончаются. Всего две осталось.

— Это работорговцы. Белис и Рохоч. — Абигейл склонилась над телом чернокожей, принялась копаться в ее поясной сумке, достала оттуда письмо. — Проклятье, не понимаю, что тут написано.

— Снова наречие дроу. — Лора заглянула ей через плечо — Может они тоже связаны с Балиолом Дагдой?

— Нужно найти, кто может это прочитать, но для начала неплохо бы найти нашего простофилю-волшебника. — Дея в который раз меня удивила, предлагая дельный план.

— И в этом нам поможет Гром. — Абигейл подозвала пса, явно струсившего во время стычки. — В драке от него толка нет, но искать он обучен.

Она обернулась к могильщику, вернувшемуся к краю кладбища:

— Этих двоих тоже похорони, но это не к спеху. Пока что припрячь мои вещи у себя, я заберу их завтра.

Могильщик закивал. После случившегося я был почти уверен, что из оружия и вещей убитых арфистов, разложенных на плащах неподалеку от могил, не пропадет ничего. Разве что он сочтет это достаточным богатством, чтобы забрать все и сбежать из города.

Жрица оказалась права — пес привел нас к небольшому, но уютному дому. Вик, похоже оглушенный заклинанием сна, нашелся в подвале вместе с девчонкой лет пятнадцати, судя по виду крестьянкой. Кроме нашего волшебника мы нашли сундук с парой кошельков — один был полон медяков, а во втором позвякивало десятка три серебряных монет. Наконец-то сбылась мечта Вика — он привел нас к деньгам.

Усилий Абигейл хватило, чтобы развеять заклинание, когда оно спало, Вик, едва увидев жрицу, начал заплетающимся языком говорить, что она ведьма, притворяющаяся арфисткой и его новые друзья все ему рассказали и обещали за ее поимку награду. Я на мгновение задумался, не стоит ли дать ему в зубы, но Дея меня опередила — похоже она даже думать не стала. Вик обиженно заорал, пытаясь объяснить, что Белис была очень убедительна. Я просто вышвырнул его на улицу. И тихонько попросил Дею отвлечь арфистку. Девчонка поняла с полуслова и увела ее.

— Осмотри пленницу. Если Дагда заразил скверной и ее… Арфистке не нужно знать о ней, да и о тебе тоже. Ради того, чтоб узнать что-то новое, они вас не пожалеют.

Глава 4 Вторая смерть.

Просыпаться в обнимку с женщиной — это странно. Раньше я был с женщинами, но не спал с женщинами. До посвящения в паладины Орден не запрещает плотских утех, но запрещает сожительство и женитьбу. Провести с женщиной ночь — уже считается сожительством.

И теперь Абигейл, закинув на меня ногу, обнимая меня, посапывала у меня на плече. У нас было достаточно времени, чтобы я запомнил изгибы ее тела, россыпь родинок на спине, запах кожи и рыжих, вьющихся волос. Никогда еще мне не спалось так… Уютно.

Поминки по погибшим арфистам мы совместили с празднованием победы над Белис и ее головорезом.

— Ты дважды сражался за меня. — мы оба были изрядно пьяны, но в какой-то момент, когда мы остались вдвоем, она вдруг стала серьезной, словно внезапно протрезвела.

Я хотел возразить, что спасли нас девчонки, но она не дала мне заговорить — поцелуй для этого удивительно надежное средство. А потом мы поднялись в ее комнату и нам стало не до разговоров…

Я лежал, не решаясь ее разбудить и гадая, что будет дальше. Воображение рисовало мне странные, не особо реалистичные картины, вплоть до фермы, где я буду разводить коней и воспитывать десяток рыжих детишек.

Абигейл проснулась как-то внезапно и мгновенно, словно и не спала, соскользнула с кровати, прошлась по комнате, нагая, красивая.

— Если доведется встретиться — повторим — она не спеша надела чулки, рубаху и платье, обулась. — Не молчи, скажи что-нибудь, не заставляй меня чувствовать себя неловко и сожалеть.

— Это… Кха… Было прекрасно. Да, повторим вне всякого сомнения. — домик с рыжими детьми рассыпался, не успев окончательно оформится.

— Я отправляюсь в столицу, нужно поговорить со старейшинами и доложить о гибели отряда. — Она подпоясалась, повесила на пояс кинжал и кошель, перекинула через плечо сумку. — Возможно я вернусь недели через две, а может пришлют другой отряд. Если я не приеду, тебе привезут письмо… Чтобы ты поверил, что они от меня, они спросят, сколько раз ты за меня дрался.

— И что им ответить?

— Трижды. Два раза с врагами и разок с чувством долга. — она засмеялась, глядя на мое лицо. — Просто скажи, что дважды. Это упростит жизнь всем. Проводи меня до могильщика, я хочу забрать вещи друзей. И лучше… Лучше если ты будешь вооружен.

Я послушался. Оделся, надел кольчугу, повесил на пояс один из трофейных коротких мечей и кинжал, арбалет и большой меч пристроил у седла. Абигейл к моему удивлению взяла только свою лошадь — лошадей арфистов она продала трактирщику, не особо торгуясь. До кладбища мы доехали как раз в тот момент, когда могильщик закапывал новую могилу. Похоже он поленился копать две и зарыл работорговцев вместе. Увидев нас, он сбегал в свою хижину и приволок сверток из плащей, аккуратно обвязанный веревкой.

-Я ничего не взял, госпожа, клянусь весами Келемвора!

Арфистка кивнула и бросила ему еще одну монету. Я спешился, погрузил сверок на коня Абигейл, с некоторым сомнением посмотрел на то, что получилось. Выглядело неплохо, но вряд ли выдержит пару недель пути до столицы.

— Тебе не стоит ехать одной. — я посмотрел на нее снизу вверх. Жрица улыбнулась:

— На этом пути мне не грозит опасность, Блас. — она сняла с шеи амулет и, взявшись за него двумя руками, посмотрела на меня. — Надеюсь, что увижу тебя снова. Но если не судьба — прощай.

Она разломила кольцо амулета и ее, вместе с лошадью, окутало сияние телепорта. Арфисты…

Вик плюхнулся на скамью и замахал служанке, чтоб несла еду и пиво.

— Есть новости. Начать с хороших, или очень хороших? — он горделиво обвел нас взглядом — Пока вы развлекались, я много чего узнал.

— Начни с хорошего. — Лора разрезала яблоко и принялась нарезать его на тонкие дольки. Никогда не понимал тех, ко так делает — казалось бы, кусай, пока есть зубы.

— Я узнал кой-чего интересное о Балиоле Дагде. — Вик сцапал кружку Деи и чутьли не одним глотком ополовинил ее. — Вчера трое мужиков обсуждали Белис, ту самую, которую кто-то убил, к счастью они не знали, кто именно. И один из них сказал, что зря она связалась с Дагдой и таскала рабов не на шахту, а в его логово. Он сказал, что теперь стоит вернуться на шахту, там дело верное. Думаю, если мы их там навестим, можно будет узнать, где именно логово Дагды.

— Смотрю мысль пошарить по шахтам тебя никак не оставляет. — Дея забрала у него свою кружку. -А какая очень хорошая новость?

— Я узнал, кто может перевести письмо. — Вик вытащил из сумки два куска пергамента. — Вчера я позаимствовал у Абигейл письмо, которое она забрала у Белис. Кстати, она к нам не присоединится?

— Нет. По крайней мере не скоро.

— Как жаааль. — протянул Вик, явно не особо жалея. — Но есть проблема — язык дроу знает Гленни. А благодаря тебе мы не выполнили свое обещание. И как теперь ей показаться я даже не представляю.

— Ты не выполнил свое обещание. Давай письма, я навещу ее. Может удастся договориться.

— Давай-ка ты сходишь один. — Вик скривился — Не хочу с ней встречаться, пока не приду за наградой.

— Как хочешь. — я забрал письма и поднялся из-за стола. — Постарайтесь не встрять в неприятности, пока меня нет.

— Как скажешь, папаша. — Дея показала мне язык, остальные рассмеялись.

ххх

На этот раз к дому Гленни я пришел без доспехов, вооруженный лишь коротким мечом и кинжалом — без них я чувствовал себя не особо уверенно в городе, где оставались друзья убитой мною Белис, пусть они и не знают, чьих это рук дело. Охранники впустили меня не задавая вопросов, мне даже показалось, что они меня ждали.

Дочь купца снова приняла меня в беседке. Розы начали отцветать, наполняя воздух ароматом и роняли лепестки, лежавшие теперь и на земле и на подушках вокруг низкого столика. Гленни лежала на подушках, откинув голову на колени своей компаньонки, а смазливый юнец массировал ей ступни. Парень улыбался словно лотофаг, пока не увидел меня — в его глазах мелькнули страх и ненависть. Интересно, он решил, что я собираюсь потеснить его у ног хозяйки?

— Блас? — Гленни поднялась на локтях. — Я ждала, что придет Вик, вроде бы уговор был, что он придет за наградой.

— Награду он пока что не заслужил. — смотреть на Гленни было приятно даже когда она хмурилась.

Девушка села, скрестив ноги, юнец дернулся, но не посмел возражать. Мне было его искренне жаль — вряд ли он хотел именно этого и скорее всего не был действительно счастлив. Хотя кто его знает.

— Тогда что ты здесь делаешь?

— Пришел просить тебя об услуге.

— Не расплатившись за прежнюю? Ты интересно ведешь дела, особенно для паладина. Почему я должна помогать тебе, коль ты не хочешь помогать мне?

Я вздрогнул — никому в долине я не говорил о том, кем был прежде и никого знакомого я не видел. Не сказать, что ее слова всколыхнули приятные воспоминания.

— Я стараюсь не убивать невинных. Даже теперь, когда я уже не паладин.

— Думаешь Терри невинная жертва? — она прикусила губу, задумалась. Потом махнула рукой юнцу — Или в дом.

Парнишка вспыхнул, еще раз глянул на меня с ненавистью, но спорить не стал и ушел, словно побитая собака. Гленни дождалась, пока он исчезнет и указала мне на подушки рядом с собой:

— Сядь. Разговор предстоит не самый короткий. Шая, принеси нам вина.

Компаньонка, подмигнув мне, ушла, покачивая бедрами

— Провидица сказала мне про паладина, но не про бывшего паладина. Это становится интересно…. — Гленни облизнулась, мне показалось, что кончик языка у нее слегка раздвоен. — Это обсудим потом, а пока что… Терри не невинная овечка. Неважно… Это уже неважно, момент вы упустили и он вряд ли вернется. Будем считать, что за Балиола Дагду ты рассчитался убив Белис и ее прихвостня. Говорят, весьма эффектно.

— Я был не один и основная заслуга не моя.

Гленни засмеялась и пригубила вино.

— Чего ты от меня хотел, Блас?

Я достал письма и подал ей.

— Ходят слухи, что ты знаешь язык дроу. Не расскажешь, что не так с Терри?

Девушка поставила бокал, едва не расплескав остатки вина, повернулась ко мне.

— Он работает на работорговцев. Соблазнял девчонок и приводил их к работорговцам. Многие подозревали, кто-то знал, но доказательств не было и, сам понимаешь, просто так с ним ничего сделать было нельзя.

Я посмотрел на нее с удивлением — мне казалось, что большинство выходцев из купеческих семей не столь щепитильны.

— Можно, конечно, послать Шаю, чтобы она его убила, но это втянуло бы отца в драку с работорговцами.

— А если его убьем мы, это не будет поводом для драки, учитывая, что особого секрета твой интерес не представлял?

— Вы чужаки.

К беседке подошла Шая, поставила на столик поднос с кувшином, парой бокалом, фруктами и сыром, налила золотистое, терпко пахнущее вино, снова устроилась за спиной у Гленни.

— Впрочем, вы и без Терри влезли в драку с одной из банд, весьма, говорят, впечатляюще.

— Скорее наоборот. Они влезли в драку с нами. Мне интересно, с чего ты взяла, что Дагда убил бы пастушка, учитывая, что он вел дела с Белис?

— Терри работал не на нее. Белис продавала рабов на рудники, ловила путников, водила караваны в обход крепости, а может подкупила жреца. Терри уводил девчонок из окрестных сел и хуторов, продавал их лусканцам. Лусканцы с Белис на ножах, так что Дагда казался хорошим вариантом.

— Какое тебе дело до похищеных девчонок?

— Терри хотел продать им меня. Как думаешь, много бы за меня заплатили? — она пригубила вино.

— Наверняка не мало. — я взял с подноса яблоко — Его бы скорее убили, чем заплатили. Думаю, что если мы говорим о ценах в Лускане, то я столько денег за всю жизнь в руках не держал. Как ты узнала?

— Он проболтался. Рядом со мной многие болтают лишнее. Пора бы и тебе начинать.

— Я старый и скучный, Гленни, от меня ты ничего интересного не узнаешь.

Она засмеялась, но, похоже, не очень искренне.

— Возможно эти письма сделают тебя не столь скучным, Блас.

Она развернула письма и нахмурилась.

— Здесь кто-то по имени Тисайя приказывает везти «мясо» в башню, минуя рудник. И предупреждает о том, что нужно избегать встречи с арфистами. У кого ты это взял?

— У мертвого работорговца. Что во втором письме?

— Здесь… Довольно трудно перевести точно. Тут говорится о крови из глубин, что свет ей вреден. Это письмо для Дагды, тут его имя. Ему приказывают прекратить бездумно использовать кровь и вернуть ту, что сбежала. Она почему-то особенно важна. Ты понимаешь о чем это?

— Нет. — в храме нас учили врать убедительно, но не уверен, что против Гленни это сработало. Кровь демонов всегда преподносит сюрпризы. — Но я собираюсь разобраться.

— Ты должен мне услугу, паладин.

— Я больше не паладин. Твоя провидица ошиблась.

— О, она не ошибается, поверь. Возможно твой бог еще спросит с тебя за связь с женщиной.

Вот теперь, глядя на меня, она смеялась искренне. Как и Шая. Давно мне так сильно не хотелось ударить красивую женщину. Или двух. Я забрал у нее письма, поднялся.

— Про услуги поговорим чуть позже, когда ты будешь немного серьезнее.

— Ну нет, Блас. — Гленни молитвенно сложила ладони — Не будь так строг! Или, может быть, ты хочешь наказать меня? Или Шаю? Может быть нас обеих?

Странно, но всю злость как рукой сняло — я тоже улыбнулся.

— Таким ты мне нравишься больше! — Гленни послала мне воздушный поцелуй — Провидица просила тебя предупредить — второй раз будет сложнее. Не знаю о чем она говорила, но ты мне расскажешь, когда вернешься. А теперь — прощай.

ххх

— Да где ты, демоны тебя дери, был так долго? — Дея встретила меня на полпути к таверне — Идем скорее!

— Что случилось? Вы все же ввязались в неприятности?

— Не мы. — девчонка едва не бежала и мне пришлось приспосабливаться к ее скорости. — У орков неприятности. На шамана напали. Он, возможно, умирает и просит нас поспешить.

Пока я надевал кольчугу и собирался, «детишки» чуть не плясали от нетерпения. Переход по каменистой пустоши до стойбища поумерил их пыл, но не сказать, чтоб сильно.

Стойбище орков выглядело удручающе. Вместо большинства юрт — пепелища, в центре, близ покосившегося тотема уложенные в два ряда трупы — сплошь орки. Казалось, будто племя истребило само себя — в живых остались лишь дюжины полторы орков, по большей части дети и пара старух.

Шаман был еще жив — он стоял, прислонившись в тотему, пригвожденный к нему ритуальным копьем-гарпуном. Под ногами орка натекла целая лужа крови и непонятно было, почему он еще не умер. Я понимал, что спасти его невозможно — попытка достать копье добьет его, а моих и Лориных умений целительства не хватит, чтобы залечить такую рану, тем более быстро. Тут помогло бы вмешательство бога или кто-то из великих целителей, но и то и другое было лишь мечтой.

— Вы пришли… — Тхо шевельнулся, явно зря. — Юнцы… Они напали на вождя и на меня. Убили всех мужчин и женщин, что могли держать оружие… Остался один и он… Он забрал голову Дагды, ушел.

Шаман замолк, как мне показалось — навсегда. Но, видно, его воля оказалась сильнее смерти, хоть и ненамного.

— Кит отведет вас… Убейте предателя и всех, кто с ним. Отомстите за мое племя… Когда вернетесь, старая Глои отдаст вам награду…

Он шевельнул рукой, подзывая двоих — старуху, едва державшуюся на ногах и подростка в грязной, неопрятной одежде. Человеческого подростка, не орка. В отличие от старухи раньше я его в стойбище не видел. Когда я вновь посмотрел на Тхо, тот был уже мертв.

-Ради непонятной награды рисковать? — Вик покачал головой.

— О, награда тебе понравится, змееныш. — старуха потрясла сухим, словно мертвое дерево, кулаком. — Клянусь, награда понравится вам всем. Она того стоит, или пусть мою душу вечно грызут подземные черви!

— А что нам помешает забрать ее сейчас? — поинтересовался Вик

— Ха, змееныш… Я одна знаю, где искать наши сокровища. Посмотри кругом, мои дети, внуки правнуки мертвы. Мой внук убил моего сына, своего отца. Он убил и свою мать… Как думаешь, сможешь заставить меня говорить, пока я не увижу голову предателя?

— Главное не помри от злости до нашего возвращения. — подала голос Дея. — А ты тут откуда взялся?

— Пришел. — ответил парнишка и пожал плечами, неопределенно махнул рукой. — Оттуда, из леса.

— Из леса? — я с некоторым сомнением посмотрел на него. Или на нее? — Что ты там делал?

— Там жил народ. Больше нет. Старик, чью голову унесли, сделал плохо Хранителю. Нужно…. То что уберет. Болезнь? Будущую смерть.

Говорил он странно. Казалось, что человеческая речь ему непривычна, Впрочем, другого проводника не предвиделось.

Припустил он бодро. Не скажу, что поспевать за ним было большим удовольствием.

— Нам далеко? — поинтересовалась Лора.

Мальчишка остановился, непонимающе глядя на нее.

— Пока не придем. Нужно идти, пока я чувствую след.

Путь шел в гору — тропа поднималась не особо круто, но ощутимо. Мы миновали чахлый, выглядящий больным лес и вышли в каменистую пустошь, плавно поднимавшуюся к огромному обрыву, тянувшемуся на многие мили.

— У большой стены есть яма. Там много людей. Туда ушел орк с головой.

Я едва не пропустил момент, когда Кит, перекатившись через плечо, поднялся на ноги в облике волка. Не сказать, чтоб очень крупного, может в сотню фунтов веса, но пожалуй, больше, чем в человеческом обличье. Волк уткнулся носом в землю и побежал, дальше, теперь уже не теряя след, пока не уткнулся в стену, принялся обнюхивать ее, негромко порыкивая и фыркая.

— Если только наш орк не убился тут об стену и не исчез — Вик оперся о камень стены, переводя дыхание — Я не понимаю, что мы тут ищем.

В этот момент камень под его рукой сдвинулся и здоровенный кусок скалы, с тихим скрежетом повернувшись на невидимой оси, открыл проход в пещеру.

— Я всегда говорила — дуракам везет. — прокомментировала Лора. Последнее время они с Виком не особо ладили и грызлись по любому поводу. Без повода, впрочем тоже.

— Тогда тебе должно просто невыносимо везти! — огрызнулся волшебник. — Дамы вперед!

Дея дернулась было к проходу, но я ее перехватил.

— Погоди. Мне это не особо нравится… Давай-ка я пойду впереди, как ни крути, у меня доспехи получше.

— Зато я подвижнее! — Дея все же послушалась и я первым вошел в пещеру.

В десятке шагов от входа пещера изгибалась и я остановился, чтобы достать факел.

— Не надо! — Лора остановила меня — Свет будет виден издалека. Я могу видеть в темноте, поэтому пойду первой, если будет нужно, Вик вызовет свет.

— Я-то в темноте ничего не вижу.

— Я вижу, но не очень хорошо — Дея с сомнением посмотрела на меня, потом на Вика. — А ты?

— Вижу. И неплохо. Сдается мне, псина тоже. Так что здесь ты у нас единственный, кто ничего не видит. Не огорчайся, мы тебя поведем за ручку, хоть от тебя пользы — как от хистача.

Идти в темноте, доверившись руке Деи было странно — я ощущал беспомощность и раздражение. Особенно когда задел головой потолок — Дея не учла, что я выше нее на голову. Шлем скрежетнул о камень, Вик совершенно по змеиному зашипел:

— Ты еще заори, чтоб точно услышали!

Шагов через сто я увидел тусклый свет, становившийся все ярче — на стенах появились светящиеся лишайники и грибы — такие по слухам растут в Подземье. Света лишайников хватило, чтобы когда мы вошли в пещеру, размером с внутренность немалого храма, можно было разглядеть ее почти всю. Вряд ли это место было шахтой — сталактиты, свисавшие с потолка, подземное озеро и струившаяся по одной из стен вода говорили о его естественном происхождении.

— Вроде Тхо говорил о шахте? Или это не он? — Дея огляделась по сторонам. — эй, Кот, или как тебя там, чуешь чего?

Волк мордой указал в сторону проема в дальней стене — добраться до него можно было по узкой тропке вдоль подземного озера, или же пройдя или переплыв через него — кто знает, насколько оно глубокое. Я предпочел тропинку, а вот Вик направился к воде.

— Тут неглубоко вроде.

— Проверь, расскажешь. — Лора наклонилась, коснулась пальцами воды — Холодная. Я, кстати, слышала, что на дне в таких местах может скапливаться золотой песок. Или драгоценные камни. Ну, в самом глубоком месте…

Она едва успела закончить, как Вик выскользнул из одежды и, оставив все на берегу, вошел в воду, погрузился по шею, а затем нырнул. Не было его достаточно долго, прежде чем он вынырнул, сжимая в кулаках по горсти камней, вывалил их на берег и начал перебирать. Драгоценных я среди них не увидел.

— Дура. — прошипел Вик. — Зато я нашел под водой проход. Не знаю, куда он ведет, но можно проплыть.

— Давай сначала проверим проход. И постарайся больше не отвлекаться. Ты ж вроде хотел награду от орков.

Он оделся и, оттолкнув меня, пошел по тропинке вдоль берега.

— Берегись, назад! — крикнула Дея, бросаясь к Вику с секирой наперевес. Я заметил, как один из сталактитов удлиняется, целя Вику в спину, но помочь ему я явно не успевал. Кончик «сталактита» раскрылся, словно цветок — несколько челюстей-щупалец с множеством зловеще блеснувших в свете лишайников зубами почти коснулись головы Вика, но Лора спасла положение — ударила вспышкой света. Тварь сбило с потолка, она бесформенной тушей упала в воду, подняв сноп бызг и тотчас бросилась к Дее, поднявшись на десятке щупалец. Дея чудом вывернулась из-под удара, зацепила тварь секирой, распоров бок. Тварь проскочила мимо нее, оказалась передо мной. Я ударил — сверху вниз, наискось, вкладывая в удар силу поворота туловища. Новый меч оказался выше похвал — начисто снес твари переднюю часть. Тварь забилась в агонии, впрочем недолгой.

— Думаю, сюрприз у нас не удался. — Лора прислушалась. — А может и удался, посмотрим. Глядим в оба.

Теперь, когда света было достаточно, я все же пошел впереди, полагаясь на кольчугу и глаза своих спутников. А потом мы уткнулись в дверь — несокрушимая на вид, окованная железом, она загораживала проход.

Вик осторожно заглянул в замочную скважину, но ничего толком не разглядел — за дверью по его словам была пещера, похожая на предыдущую, но без озера.

— Сломать нам ее нечем, а вскрывать замки никто не умеет. — Лора тряхнула волосами — похоже, что нам не пройти. Или можно попробовать через подводный проход, хотя кто знает, куда он ведет.

— На ней защита от магии — сообщил Вик. — Если б не это, я бы попробовал открыть заклинанием… Но, чувствую, бесполезно.

— Я пролезу. Вам надо будет меня подсадить, а потом я открою с той стороны.

Мы обернулись к Киту — парнишка снова принял человеческий облик. Одежда была на нем, значит он точно не оборотень — судьба свела нас с друидом. Если в столь юном возрасте он так легко меняет облик, далеко пойдет. Я ощутил легкий укол зависти.

Кит снова кувыркнулся, превратившись в какую-то нелепую мышеобразную зверушку — еще меньше мыши, с тонким рыльцем-хоботком. Дея подобрала его и поднесла к замочной скважине — только хвост мелькнул. Через некоторое время заскрежетал засов и мы, навалившись, распахнули тяжеленную створку.

— Больше я превращаться не смогу — Кит тряхнул неровно обрезанными волосами — Нужно отдыхать.

— Не придется. — мы обернулись на голос, увидели несколько человек, появившихся словно из ниоткуда. Тот, что говорил, снял капюшон и я узнал… Балиола Дагду. Выглядел он хреново — серая, обвисшая кожа, мутные, словно у зомби глаза. При этом он стал значительно выше, тело его, мощное, тяжеловесное, было телом воина, а не волшебника. — Здесь ваш путь заканчивается. Кроме тебя, моя девочка. На тебя у меня большие планы.

Лора попятилась, вынимая из ножен меч. На ее месте я б больше надеялся на магию,

Дагда отбросил в сторону плащ, вытащил из колец на поясе два топора. Я наконец понял что меня смущало — его тело было телом орка. Голова смотрелась на нем чужеродно, но двигался он так, словно был воином-орком всегда. Вот только он был не просто воином орком — вскинув топор, словно волшебную палочку, он бросил в нас молнию.

Возможно это нас и спасло — Вик отразил ее обратно, сбив с ног сразу двоих спутников Дагды. А потом завертелось — я сцепился с Дагдой, наседал, не давая ему опомниться — длинный меч давал мне преимущество в дистанции. Орку, чье тело он использовал, с избытком хватало силы и выносливости, но Дагда переоценил его мастерство. Пару раз он явно пытался колдовать, но ему не хватало времени — необходимость защищаться или уворачиваться от меча сбивала его заклинания. А потом Кит проткнул ему бедро копьем, которое подобрал у убитого приспешника. Дагда словно и не почувствовал боли, но отвлекся, чтобы отмахнуться от мальчишки. Я не упустил момента и отрубил ему правую руку чуть ниже локтя. Дагда ударил левой, ничуть не потеряв ни в скорости, ни в силе, но не рассчитал удара — я чуть отшагнул и ударил в шею, а потом сразу добавил в лицо. Человека убил бы каждый из этих ударов, но Дагда, похоже, был чем-то вроде умертвия — даже с разрубленной головой он некоторое время двигался, пусть нелепо и медленно, пока Дея на ударила его секирой в основание черепа, отрубив ему голову окончательно.

— Второй раз, демоны его дери! — Она пнула голову умертвия, все еще не мертвую окончательно, судя по движению глаз и шевелящимся губам. — О чем ты, друг, не понимаю!

Она схватила голову за волосы и зашвырнула в горящий очаг.

— Если и это не поможет, то я прям не знаю… — Она поудобнее перехватила секиру — Пойду поотрубаю бошки остальным. Подкиньте дров, потому что их тоже надо спалить.

— Лора, Вик. Обыщите пока что все, может найдется что-то ценное. И что-то, что укажет нам где искать друзей Дагды, подозреваю, что это не конец истории.

Глава 5 Все имеет цену

Шахта привела нас к огромной, шагов двести длиной и лишь вполовину меньше шириной пещеру. Мы вышли к помосту локтях в пятидесяти от пола, где вокруг подземного озера сновали фигурки людей. Много, наверное десятка четыре - в лохмотьях, с корзинами или кирками и десятка полтора охранников - в основном на помостах вдоль стен, вроде того, на котором мы стояли, вооруженные луками. Четверо стояли у воды - у этих были копья и опасались они скорее того, что могло появиться из воды, нежели рабов. В том, как двигались рабы было что-то знакомое, я отчетливо вспомнил, как несколько лет назад люди, двигавшиеся точно так же - чуть подволакивая ноги, ссутулившиеся, набросились на нас, подчиняясь приказам тех, от кого мы пытались их освободить. Без раздумий и страха они набрасывались на братьев Ордена, пытаясь свалить, выцарапать глаза, задушить или откусить пальцы. Ошейники подчинения, снять которые можно или магическим ключом, или владея заклинанием снятия проклятий, не давали им даже иллюзии выбора. Эта мерзость довольно быстро убивает того, кто ее носит, но, видно, тем кто здесь всем заправляет, не особо волнуется о благополучии своих рабов.

Самое поганое, что у Дагды ключа от ошейников не было - у него вообще не нашлось при себе ничего, кроме вещей раньше принадлежавших орку, хозяину тела и еще одного письма, на этот раз на общем.

Напасть на охрану сейчас значило погубить всех и, скорее всего, погибнуть, сражаясь с обезумевшими рабами. К счастью, Дея уже взявшаяся за лук, не стала упрямиться, когда я заставил ее опустить оружие. Свет, исходивший от воды, не достигал нашей галереи и никто нас не заметил, да и гул от ударов кирками по камню надежно скрывал звуки нашего движения. Мелькнула мысль, что они, похоже, пытаются отвести воду от подземного озера. Хотят добыть что-то со дна? Судя по тому, как опасливо стражники смотрят на воду, попытки нырнуть не увенчались успехом. Если так, то время у нас еще есть - желоб для воды им долбить еще долго.

Я буквально затащил спутников обратно в шахту.

- Их не так и много, можем перестрелять тех, кто ближе к нам, остальные не сразу поймут что творится. - Дея тряхнула луком - А Вик и Лора помогут магией! Тех, что с копьями мы вообще легко одолеем, их всего четверо.

- Дело не в них. - Вик прошипел какое-то ругательство - Рабы будут драться за своих хозяев как умалишенные.

- Доводилось такие видеть? - поинтересовалась Лора.

- Доводилось такой носить. - грязнокровке эти слова явно дались не легко. - Самое поганое, что ключ от них может быть не здесь, а без него их не освободить. И, Блас, лучше б позвать твою подружку-арфистку. Если кто и может справиться с лусканскими заклинаниями, то это арфисты.

- Она мне не подружка - выдал я вместо того, чтоб поинтересоваться, как ему удалось освободиться.

- Ага, я проспорил Лоре кувшин пива, сказав, что паладины не интересуются женщинами.

- Я больше не паладин.

- И она тебе не подружка, мы все это поняли. Вопрос в том, что нам теперь делать.

- Проверим башню. - Дея убрала лук в налуч, не став, впрочем, снимать тетиву. - Если оттуда Дагде слали приказы, значит главный злодей там. И ключ от ошейников стоит поискать у него.

- Беда в том - Лора убрала меч в ножны и как-то недобро глянула на нас - Что мы не знаем где эта башня.

- Старый высокий дом. Идти день и еще немного. - наш юный друид почесал затылок под неровно остриженными волосами - Идем сейчас, будем там утром. Еще немного.

Малец явно знал эти места - мы шли быстро, обходя каменные осыпи, заросли колючих кустарников и разок прошли по краю зыбучих песков, черт знает откуда тут появившихся. Шли молча, чтобы не сбивать дыхание - темп друид задал высокий.

К закату Кат довел нас до леса, явно знавшего лучшие времена - часть деревьев высохла, часть теряла листву, словно в разгар осени.

- Хранитель почти умер. - друид махнул рукой в сторону мертвой части леса - Деревья умирают, чтоб не умер совсем.

- Ты здесь жил? - спросила Лора.

- Весь народ жил. - малец тряхнул волосами и принялся устраиваться спать, словно собака свернувшись калачиком под выворотнем.

Не знаю, что там случилось с его народом, но он явно не хочет об этом говорить. А я подозвал Лору - мы оба понимали, что проклятие никуда не делось. Я взял ее за руки, призывая очищение... И узнал, что такое настоящая боль. Мне случалось драться, меня рубили, я получал ожоги - огнем и едкой слюной зеленой виверны. Но теперь я понял, что такое "горит кровь".

Лора смотрела на меня, лежащего у ее ног. Огромные голубые глаза эльфийки, казалось, распахнулись еще больше.

"Мне не больно" - я скорее угадал, чем услышал.

Похоже, Бог намекал мне, что минули времена, когда я мог к нему обращаться. Но зло, поглощавшее эльфийку отступило, это я чувствовал точно.

Стыдно сказать, без помощи девчонок я не смог встать на ноги. Они помогли мне дойти до костра, усадили у дерева.

- Выпей, полегчает. - Дея протянула мне флягу с вином, я разом выпил чуть ли не половину и мне действительно полегчало.

- Спасибо. - собственный голос показался мне дребезжащим, словно разбитая лютня.

- Мы подежурим без тебя, старикан. - Дея похлопала меня по плечу и забрала флягу. - Оставлю на завтра.

Я откинулся спиной на ствол дерева, еще хранивший дневное тепло. Непривычно гладкая кора пахла чем-то знакомым, чуть горьковатый запах, словно растертый между пальцами листок полыни. Я закрыл глаза и мгновенно уснул.

Пробуждение было странным – я открыл глаза и осознал себя сидящим у костра, хотя вроде бы засыпал под деревом. Напротив меня на стволе упавшего дерева сидел непонятно откуда взявшийся старик в поношенной одежде и распахнутом на груди поддоспешнике. На коленях у него лежал меч – копия моего. Я дернулся, оглядываясь по сторонам, увидел Дею, клубочком свернувшуюся на плаще, Судя по дыханию – жива.

- Не бойся, не трону я твоих детишек. – голос у старика был низкий, но при этом удивительно мягкий. Людям с таким голосом веришь куда вернее, чем тем, кто говорит пискляво. Но я ему не верил. Мой собственный меч оказался рядом – только руку протяни. Я пока что не стал этого делать, пытаясь понять, откуда он взялся и что ему нужно.

Старик провел рукой над клинком своего меча, раздался знакомый звук – похоже, в руке у него был точильный камень, невидимый в неверном свете костра.

- Знаешь, когда мой брат говорил о тебе, я ему не очень поверил. Он сказал, что ты заинтересовал его.

- Я знаю твоего брата?

Старик хмыкнул, из-за усов и бороды улыбка была не видна, но я понимал, что он улыбается.

- Да, причем давненько. Не особо близко, мягко говоря, но он, порой, за тобой приглядывал.

- Не наставник ли Геттир? – старик был не особо похож на наставника, но я не знал больше никого в Ордене, у кого б был брат и кто бы за мной приглядывал хотя бы порой, по крайней мере из тех, кто еще жив.

Старик усмехнулся.

- Возьми-ка меч, паренек. – он легко, совсем не по-старчески поднялся, держа меч клинком вниз, чуть в сторону.

Я вскочил, сграбастав свое оружие за рукоять.

- Нападай, покажи, что ты можешь.

- Старик, я не хочу портить клинок и ненароком убить или покалечить тебя. Все эти "покажи, что можешь" с боевым оружием заканчиваются херово.

- Не о том тревожишься, парень. – старик взмахнул мечом и я понял – действительно, беспокоиться стоит не о нем и даже не о сохранности меча.

Я почти ничего не видел из-за пота и крови, заливавшей глаза из рассеченной брови. Старик мог бы убить меня еще полчаса назад, первым же ударом. Вместо этого он гонял меня по поляне, ругаясь, как сапожник на меня и на наставника Геттира, требовал бить быстрее, сильнее и запоминать, как правильно.

Когда я осознал, что он не желает меня убивать, по крайней мере сразу же, мелькнула мысль, что он пытается меня таким образом чему-то научить. Я чуть расслабился и получил удар в бровь навершием меча.

- Ну же, парень! Я показывал! – старик ударил снизу вверх, целя в подмышку, я блокировал и ударил в ответ, одновременно призывая «возмездие». Пламя безобидно стекло по его одежде, а старик отбил удар, довольно легко вырвал у меня из рук оружие, несильно ткнул меня острием своего меча в грудь, отступил на пару шагов.

- Неплохо. А теперь смотри, как надо. Запоминай…

Я подскочил с воплем – умирать от удара молнии оказалось очень больно. От моего крика проснулись, хватаясь за оружие и остальные.

- Это… Это просто дурной сон. – я попытался успокоить своих спутников.

- Ты где-то поранился. – Лора подошла и коснулась моего лица – бровь словно укололо множеством небольших теплых игл. Когда эльфийка убрала руку, на ладони у нее была кровь.

Башня выглядела не особенно хорошо. В стенах зияли проломы, подножие оплетал давно засохший плющ, из-за чего башня казалась заброшенной. Сколько ни вглядывался, я не видел признаков жизни. Но вот Лора с ее эльфийским зрением что-то увидела, шикнула, чтоб мы спрятались.

- Там наверху кто-то есть. Я видела движение и блеск стали, это точно не зверь. - девушка подобралась к нам, разложила на земле несколько камней - Вот башня. С этой стороны в стене пролом, на верхних этажах. И там точно кто-то есть, похоже он смотрит в эту сторону, но нас пока не заметил. Я обойду башню, огляжусь, возможно найду путь, как подобраться незаметно. Если кого-то встречу, попробую использовать заклинание сна, так будет тише всего.

- Если кто-нибудь не почувствует твою магию. - пробурчал Вик.

- Вряд ли. Заклинание обнаружения действует не особо далеко и долго, а сил тратит немало. - эльфийка, похоже, очень верила в свой план. - А вы пока спрячьтесь в этой лощине, на всякий случай держите оружие наготове.

- Я могу обойти башню как волк. Или как птица. - подал голос Кат. Если заметят, не боятся. Не звать помощь.

- Твои умения могут пригодиться позже. - сказала Лора.

- Без твоих превращений мы б вчера не открыли ту дверь. - я покосился на юного друида, в очередной раз задумавшись не девчонка ли это. Мелькнула дурная мысль, что узнать точно можно заглянув волку под хвост. Кат нехотя кивнул и уселся на корточки, словно потеряв интерес к происходящему.

- Я двинула. - Лора нервно облизнула губы. Все-таки по сравнению с эльфами, которых я знал, она очень эмоциональная.

- Хорошо. - я взвел арбалет, а Дея вооружилась луком. Эльфийка набросила на волосы капюшон своего невзрачного коричневого плаща и скользнула между камнями. Пожалуй, в ее плане действительно было здравое зерно - что я, что Дея были б намного заметнее, да и шумели бы больше. Оставалось только ждать.

Ждать, если нет привычки - непросто. У меня привычка была - любой, кто стоял в карауле или сидел в засаде знает, что как бы ни хотелось, нельзя ни спать, ни слишком глубоко задумываться "о своём". Похоже было, что такой опыт есть только у меня - Кат дремал в тени здоровенного булыжника, Вик погрузился в чтение своего гримуара, а Дея, сперва вертевшая головой и вслушивавшаяся, принялась крутить ножом, тренируя, смену хвата. Я не стал им ничего говорить - они не новобранцы Ордена, да и меня должно хватить, чтобы заметить опасность или приближение Лоры.

Я ошибся - первым её услышал Кат. Друид шевельнулся, наклонил голову, словно вслушиваюшаяся сова.

- Эльфийка. Идет одна, не спешит.

Оставалось позавидовать его слуху.

- Я увидела троих. Два на верхних этажах, смотрят в разные стороны. Один внизу, прячется в проломе. Незаметно подойти вряд ли получится, если они, конечно, не слепые и не играют в кости.

- Можно их как-то выманить. - Дея убрала нож. - Ты можешь раздеться и показаться им. Мужики на такое клюют как рыба на приманку.

- У меня идея получше! - Вик поднялся во весь рост и повернулся к башне, вскидывая руку и направляя на башню сплетенные в знак пальцы. Я не успел его остановить - в воздухе мелькнула вспышка.

Огненная стрела - заклинание не слишком простое, зато действенное. Она ударила в заросли плюща, полыхнувшие словно их облили земляным маслом. Вик, похоже и сам не ожидал такого эффекта, замер с открытым ртом. И от прилетевшей с башни стрелы его спас Кат, сбивший его с ног.

Я подхватил арбалет, выстрелил в появившегося в проломе лучника, но промахнулся. А вот он попал - стрела ударила меня в левое плечо, но не смогла пробить кольчугу.

В башне кто-то заорал, ему ответили... Похоже, что их там немало. Я отбросил арбалет и, схватив меч, побежал к пролому. Если не дать им выйти, не придется драться со всеми сразу.

Пламя вокруг башни взметнулось сильнее - похоже Вик использовал ветер, чтобы его раздуть. Лучник на вершине башни истошно заорал и его объятое огнём тело вывалилось из пролома в стене.

Я сперва решил, что его достал огонь, но в груди у него торчала стрела - Дея девушка не жадная и тратит огненные стрелы не жалея.

Первый противник вырвался из башни, прикрываясь от огня и искр высоко поднятым щитом, не заметил меня, за что и поплатился - я ударил его в бедро, попал и попал сильно - он с криком упал и затих довольно быстро. Второй лучник на башне попытался меня подстрелить, но его достало чьё то заклинание.

А потом мне стало пришлось туго - из башни появилось сразу семеро - двое копейщиков вынудили меня отступить, позволив двум мечникам рвануть прямо через огонь. Одного копейщика достала из лука Дея, пробила ему шею. Второй растерялся на мгновение и я этого не упустил - достал его остриём меча в висок.

И тут же получил в бок из арбалета. Болт пробил и кольчугу и поддоспешник, но ранил не сильно. Впрочем, этого хватило, чтобы дать время еще двоим мечникам выбежать на улицу.

Меня спасала кольчуга и длина меча - я пропустил несколько ударов, не пробивших доспехи, но болезненных, заставивших отступить. Ответил всего одним, зато удачным - ранил одного из них в руку, заставив выронить меч и отступить за спины товарищей. Подоспела Дея с сестрой, прикрывая, меня слева. В целом для нас все складывалось неплохо, но в этот момент арбалетчик выстрелил снова. сперва я подумал, что он промахнулся - болт мелькнул между мной и Деей.

Дея взревела, словно медведь, высоко вскинула секиру и мечник, что дрался с ней купился на это и, попытавшись сорвать дистанцию, получил древком в зубы. Его товарищ попытался спасти упавшего от добивающего удара секирой, подставил щит. Не особо удачно - широкое лезвие пробило дерево и, похоже, крепко зацепило ему руку. Я отогнал своего противника широким взмахом клинка и ткнул раненного щитоносца поверх щита, попал в шею. Бедолага завалился на оглушенного товарища и тут вступил в дело друид - малец подобрался почти вплотную и саданул конусом холода, захватив обоих упавших и арбалетчика. Определенно, малец далеко пойдет - расчетливый и безжалостный.

Тот, которого я ранил в руку, попытался сбежать бросив последнего товарища в одиночестве, но Дея метнула в него секиру и, что удивительно, попала. Последний бросил меч и развел руки, надеясь на пощаду. Я приказал ему встать на колени, он послушался. С виду обычный разбойник, не особо удачливый, еще не давно, скорее всего, бывший крестьянином, а может ремесленником.

- Сколько вас там еще? - я выдернул пробивший кольчугу болт. Лора подошла, я ощутил прикосновение и тепло - она остановила заклинанием кровь.

Разбойник трахнул сальными волосами и, криво ухмыльнувшись сообщил, что нам с избытком хватит.

Я хотел было спросить его ещё о чем-то, но не успел. Вик всадил разбойника в лицо все ту же огненную стрелу. Этого хватило с избытком - тут уж и некромант не вдруг ответов добьется.

- Лусканский урод. - полукровку аж трясло. - Думал я его не узнаю. Он бы все равно ничего не сказал.

- Что ж, как бы то ни было, нам нужно идти внутрь. И поискать вход в подземелье. Уверен, он там есть и там нас ждут неприятности.

- Да ты оптимист, старикан. - Вик усмехнулся. - не неприятности, а полная задница.

****

Лестница, которая нашлась за толстенной дверью из побелевшего от старости, похожего на кость дерева с петлями из почти черного металла, выглядела даже старше башни. Ступени были вытерты множеством ног настолько, что по ним было боязно идти - сверзиться по винтовой лестнице, которая тянется неведомо на сколько - закончится плохо. Одно было хорошо - на стенах светился мох, пусть и тускло, мертвенным зелено-голубым светом.

Я перехватил меч за рукоять и клинок, держа его острием вниз и направо, в сторону спуска. За мной шагала Дея, державшая наготове секиру. Накоротке меч быстрее магии, а при необходимости для начала хватит моей. Остальные шли следом, мы решили никого не оставлять наверху, не делить отряд, хотя это могло оказаться ошибкой.

На второй сотне ступеней я сбился со счета - лестница начинала казаться бесконечной. Обратно идти будет весело - подумал я. Еще через несколько оборотов лестницы и десятков ступеней я услышал пение - монотонное, почти заунывное. Не нужно объяснять паладину, пусть даже бывшему, что такое литания - кто-то взывал к неведомому божеству. Я остановился, глянул через плечо. Дея кивнула - она тоже услышала голоса. Девчонка казалась напряженной, но не испуганной. Кто знает, умеет ли она вообще бояться. Шагавший следом за ней Вик явно боялся, но выглядел очень злым - убитый им разбойник явно был ему знаком по прошлой жизни. Но говорить что-либо об этом парень наотрез отказался. Остальных я не видел.

Проход в подземный зал - без двери, просто портальная арка, украшенная нечеткой из-за облепившего ее мха резьбой. Я осторожно выглянул - зал, ближайшая часть которого была выложена полированным камнем по полу и стенам переходил в огромную пещеру - там, где пол обрывался в гулкую пустоту. И на этой границе я увидел три фигуры - в центре полуобнаженная женщина с обсидиановой кожей и серебристо-белыми волосами, а по бокам от нее двое мужчин в доспехах, высившихся над ней словно горы. Дроу, которую мы, наверное и искали.

Она прервала речетатив и обернулась.

- Рада, что вы привели эльфийку, теперь не придется ее искать. - между нами было шагов двести, но я слышал ее отчетливо, словно она стояла прямо передо мной. - И рада, что не придется искать вас.

Она свела руки и я хотел было закричать, предупреждая остальных об опасности, но не успел - волна жара и спресованного до каменной твердости воздуха швырнула нас вперед, чуть ли не на четверть зала. Я перекатился через плечо, вскочил, вскидывая меч. На удивление, ее заклинание почти не причинило мне вреда. Оглянуться на остальных я не успел - словно из ниоткуда на меня набросился человек в черном - быстрый и агрессивный, словно дикий кот, он атаковал меня двумя короткими мечами. Охранники жрицы побежали в мою сторону, но немного времени у меня оставалось.

Не знаю, что многие находят в идее сражаться двумя одинаковыми клинками. Мне милее меч и кинжал, если уж не нашлось доброго двуручника или щита. И уж всяко я б не стал набрасываться на владельца двуручника с разбега. Но он рассчитывал на свою скорость, а может на то, что я буду оглушен или просто его не замечу. И напоролся на острие, насадившись на меч до середины клинка, выронил оружие, выгнулся, цепляясь пальцами за сталь. Даже в неверном свете мха и нескольких магических светильников я узнал его - пастушок, которого мы отбили у Дагды, не такой уж и простой, как оказалось. Я пнул его в живот, освобождая сове оружие и ударил в шею - быстро и надежно. Кровью плеснуло как из фонтана, его голова крутнулась в воздухе и откатилась в сторону, а тело, нелепо взмахивая руками, осталось стоять. Я рубанул снова, сверху наискось, вкладывая в удар весь свой вес и силу, развалил ему грудь почти до поясницы. Возможно это было перебором, но я помнил, как неохотно умирал Дагда.

Доспехи и меч одного из бежавших ко мне воинов налились светом, точно раскаленные, он запнулся, но продолжил бег - в дело, похоже, вступил наш друид, есть у них такое жуткое заклинание. Пусть и ненадолго, но раскалившийся металл, если и не убьет, но выведет из боя любого. Если это не нежить, с которой нам, похоже, придется иметь дело.

Того, которому досталось от друида, успела подстрелить парой огненных стрел Дея - похоже, что потратила последние, потому что следующая, попавшая в него стрела была обычной - выбив из наплечника несколько бледных искр она улетела куда-то в темноту. Это его серьезно замедлило - одна из стрел, попавшая в ногу, спалила кусок бедра так, что теперь была видна кость и воин едва ковылял. Я встретил второго - вооружены мы были похоже, но его кольчуга была усилена пластинами - в отличие от моей. И мне нужно было быть осторожнее.

Он оказался чудовищно, не по-человечески силен - первый обмен ударами едва не стоил мне меча, который я с трудом удержал в руках. К счастью, ему недоставало мастерства - он бил сильно, быстро, но однообразно. Очередной его удар я принял на рикассо и уколол его в горло. Я не рассчитывал пробить кольчужный хауберк, но укол получился сильный, вывел его из равновесия. И сразу же рубанул по ноге, на которой он балансировал, чуть выше поножи, над коленом, где ногу защищал кольчужный чулок. Кольчуга почти выдержала - возможно я и разрубил пару колец, но не более того. Не выдержала нога - ее согнуло вбок и вперед, неестественно, жутенько. Любой бы заорал - но не мой противник. Он упал молча, лязгнув о камень доспехами и шлемом, тут же зашевелился, пытаясь подняться. Я рубанул его по запястью правой руки - меч вместе с кистью в кольчужной перчатке отлетел в сторону, а я наступил ему на грудь и, перехватив меч за клинок, всадил ему острие в прорезь шлема, надавил, с хрустом пробив череп.

Мой противник дернулся и затих. Второй не успел даже доковылять - его добила Лора.

- Вы меня впечатлили. - дроу теперь стояла шагах в тридцати от меня - достаточно, чтобы не опасаться меча. Кто знает, как определять возраст темных эльфов, но мне казалось, что она немолода. Её можно было назвать красивой - хищные животные тоже красивы по-своему. Но... Дроу - это другое. Она покачала головой - легкие, словно паучий шелк волосы колыхнулись. - Я предложу лишь раз - присоединяйтесь ко мне, примите благословение Павшей, вдохните ее силу.

- Это та дрянь, что вы с Дагдой влили ей в жилы? - я мотнул головой в сторону Лоры - Это ты считаешь благословением?

Дроу мягко, по-кошачьи или по-змеиному двинулась вперед, обходя меня полукругом, слева.

- Это кровь Павшей. - она махнула рукой в сторону провала, приглашая подойти и взглянуть. - Путь к её могуществу, к её возрождению!

Лора, словно завороженная, прошла мимо меня, постепенно ускоряя шаги. Я рванул за ней, пытаясь остановить, но догнал только у края провала. Перед нами была пещера. Серый, словно оплавленный камень, свисающие со сталактитов полотнища светящегося мха... И огромное, частично вросшее в камень тело.

Возможно, что дроу права и это действительно Павшая. Не знаю, с чего она взяла, что это тело принадлежало женщине. Оно было чудовищно - гротескное, гигантское нагромождение конечностей, увенчанных не то щупальцами, не то многосуставчатыми пальцами, пронзенное, приколоченное к полу пещеры огромным, локтей двадцати в длину сталактитом. На котором тусклым, но вполне различимым светом горел отпечаток исполинской ладони.

Вокруг тела Падшей, словно облако тьмы, колыхалась лужа черной крови - живая, зовущая к себе, алчущая... Я схватил Лору - в последний момент вцепился ей в волосы, отшвырнул от края провала. Девушка завизжала, словно безумная и бросилась на меня, пытаясь царапать, срывая о кольчугу ногти, вцепилась в плечи и попыталась укусить за лицо. А я сдавил ей голову ладонями и призвал очищение, надеясь, что это сработает снова....

Нас разбросало в разные стороны. Я едва удержался на краю провала, успел сделать от него пару шагов и... Лору окутало сияние - она буквально светилась изнутри. Божественная сила, похоже, изгоняла из нее скверну. Сказать, что я удивился - не значит сказать ничего. Боль пришла чуть позже. Бог, отозвавшийся на мой призыв был, быть может, благостен, но не милосерден. За все нужно платить - моей расплатой стала боль. Я надеялся, что потеряю сознание. Но этого не случилось.

Глава 6. Иллюзия победы

Женщина шла, часто, боязливо оглядываясь через плечо. Одной рукой тащила мальчишку, тощего оборванца лет десяти, а другой узелок с пожитками. В ее глазах я видел страх — она боялась, что я передумаю, что догоню их и снова отберу ее сына.

— Предатель!

Я обернулся. Брат Гилмер, невысокий, кряжистый, похожий на дварга-переростка больше, чем на человека, сидел на земле, баюкая сломанную руку. Смотрел он на меня с обидой и ненавистью. — Даром тебе это не пройдет!

Я не ответил, снова посмотрел вслед женщине и мальчишке.

Служение должно быть добровольным. Мать, перед тем как отвести меня в Храм, спросила моего согласия. И я его дал, прах меня побери. Я не рвался из рук отца-предстоятеля, не кричал, не выл словно волчонок. Меня не покупали за деньги. Не отбирали. Быть может, я ошибался, но это было мое решение — настолько, насколько это возможно для десятилетнего мальчишки.

Найдите послушника. Отец-предстоятель приказал нам найти послушника и брат Гилмер не придумал ничего лучше, чем попытаться купить, а потом просто отобрать сына у нищенки.

Это не зло — немного пострадать сейчас, но обрести славу и покровительство Бога — сказал он. И приказал нищенке, на коленях молившей его не забирать сына, чтобы она ушла прочь, потому что он ее щадить не будет, коль уж она желает сыну зла.

Мы все же не подняли друг на друга оружие. А без оружия я оказался сильнее — просто сломал ему локоть…

— Храм открыт для тебя, парень. Но ты должен прийти туда сам. — я смотрел на мальчишку сверху вниз — он глядел зло, похоже еще не понимая, что произошло…

Движение рядом, на грани поля зрения вырвало меня из видения, я повернулся, увидел дроу. Она стояла совсем рядом, смотрела на меня, по-птичьи склонив голову. За спиной у нее, отсекая меня и Лору от остальных клубилась тьма — для меня непроглядная, а по бокам жрицы высились две тени. Я ощущал их присутствие, словно странную смесь холода и зловония.

— Ты интересный. — дроу шагнула ближе, остановилась в пяти шагах от меня. У меня прямо руки чесались убить ее, но меч я выронил, когда ловил Лору, а для кинжала далековато. — Девчонка все равно достанется Павшей, пусть теперь это и займет больше времени. Что же касается тебя… Твой бог от тебя отказался, изгнал тебя, словно паршивую овцу, хотя ты соблюдал свою клятву. До сих пор ее соблюдаешь, бросаешься защищать тех, кто того не стоит…

Она чуть подалась вперед, но не шагнула. Взмахнула рукой в сторону провала:

— Падшая и я предлагаем тебе стать больше, чем жалким смертным. Прими ЕЁ кровь, ее мощь и благословение добровольно. Встань рядом со мной.

Тьма расползалась, окружала нас, теперь я не видел никого, кроме нее. Даже тени нырнули в тьму, растворились в черноте. Я все еще ощущал их, знал, что они обходят меня, стараясь зайти за спину. Хотелось подчиниться, опуститься на колени перед жрицей, протянуть к ней руки…

— Нет. — я вытащил кинжал, провел по клинку ладонью. И искренне удивился, когда клинок разгорелся божественным светом — превращая тьму в полумрак, заставив теней болезненно дернуться.

Они напали одновременно — тени бросились на меня, раскинув призрачные руки, а жрица ударила заклинанием. Холод и зловоние — я ощутил его так. Мне удалось увернуться от теней, крест-накрест полоснуть одну из них кинжалом, ощутил легкое сопротивление. Тень отбросило в сторону, вторая снова кинулась на меня и снова промахнулась. Я слишком поздно понял, что это было ловушкой — уворачиваясь от тени я оказался рядом с дроу. Она взмахнула рукой и хлестнула меня кнутом. Казалось бы, что кнут может сделать против кольчуги и поддоспешника? Я почти не ощутил удара кнута, но вот его последствия почувствовал сразу — тело налилось тяжестью, сердце, казалось, пропустило несколько ударов, а дыхание замерло у меня в груди. Я медленно, словно во сне начал падать. Падение казалось бесконечным.

«Детишки» не сплоховали — ударили разом. Дроу сбило с ног, ей досталось, казалось всем чем только можно — ударившая ее молния задела и одну из теней, огненная стрела и что-то темное ударили ее в спину. Тяжесть, давившая на меня исчезла и я, нелепо взмахнув руками и всхлипнув, втягивая воздух, упал. Одна из теней бросилась на меня, но ее охватило пламя и она исчезла. В дело вступила Лора.

— Мы видим в темноте, сучка — Дея взревела, словно медведь и обрушила на жрицу свою секиру. Этого хватило — с разрубленной пополам головой дроу умерла мгновенно. С оставшейся тенью они управились еще до того, как я поднялся на ноги.

— Куда вы, демоны вас дери, побежали? — Дея сгребла меня за ворот кольчуги, встряхнула, словно терьер поймавший крысу. — Хотите сдохнуть — скажите, я вас сама пришибу!

— Ох ты ж ничего себе!!! — заорал Вик — Глядите!!!

Он указывал вниз, туда, где лежало тело Павшей. Дея отпустила меня и в несколько шагов домчалась до края пролома, тоже выругалась. Я подобрал оброненный кинжал, огляделся в поисках меча, но не увидел его — видимо он упал в провал. Тоже подошел к краю.

Из крови Павшей одно за одним выползали черные, словно облитые смолой тела. Медленно, мучительно, словно черная, дурно пахнущая жидкость действительно была густой и липкой, словно расплавленная смола, они ползли, освобождаясь из плена. Я насчитал полторы дюжины, сбился. И ощутил их всех — сгустки ненависти, направленной на нас.

Безысходность. Вот что я ощутил, глядя, как они медленно поднимаются на четвереньки, встают, делают первые, шаткие шаги в нашу сторону.

— Уходите. Я их задержу насколько получится.

— Черта с два, дедуля! — Дея сунула секиру в петлю на поясе, вытащила из налучи лук и стрелу из колчана. Я хотел было сказать, что это бесполезно — стрел все равно не хватит. Но она выстрелила до того, как я успел открыть рот.

Это был отличный выстрел — до ближайшей твари, вылезавшей из крови Павшей было две с половиной, а то и три сотни шагов. Стрела почти попала в голову одной из тварей и канула в темной жидкости.

— Чуть промахнулась — Дея — Де…

Полыхнуло и громыхнуло так, что я думал обрушится вся пещера. Вот теперь огненные стрелы у нее точно закончились.

Нас опрокинуло, протащило по полу несколько шагов.

— Бежим — заорал Вик, на четвереньках рванул в сторону лестницы, лишь через десяток шагов поднявшись на ноги. Мы побежали следом, Дея по дороге подхватила труп жрицы. Я схватил его с другой стороны, мы побежали, сквозь зубы переругиваясь.

На лестнице нас встретил постепенно усиливающийся ветер — с каждым шагом подниматься становилось все тяжелее и, когда мы наконец вывалились из башни, все рухнули на землю, хватая ртом воздух.

— Надо убираться как можно дальше — задыхаясь прохрипел Вик. — Слышите, убираемся отсюда!

Спорить мы не стали — звучал он убедительно.

Кит сунул мне рукоятью вперед меч — не мой, а убитого мной охранника жрицы.

— Дальше сам тащи. Тяжело.

— Спасибо. — я поднялся, забросил на плечо тело убитой дроу и перехватил меч левой рукой. Дея хмыкнула, но возражать не стала, лишь когда мы отошли шагов на пятьсот молча забрала дроу. Я уже понял, что силы и выносливости у нее не меньше чем у меня.

— Хватит… — Вик сел на камень, повернувшись в сторону башни. Чуть дальше, над одной из скал, поднимался столб дыма — словно миниатюрный вулкан. — Думаю, тут уже не опасно. Можно подождать.

— Чего? — поинтересовалась Лора. Выглядела она усталой, но счастливой. Возможно моя догадка о том, что скверну из нее удалось изгнать была верной. Непонятно только, почему удалось сейчас, а не в какой-либо из прошлых раз.

— Когда эта дрянь выгорит, можно будет спуститься вновь и спокойно разграбить это сраное подземелье. Но вот дышать этим дымом лучше не стоит. Нам повезло, что башня работала как поддувало, а не труба у печки.

— Не поспоришь. — Лора вытерла с лица пот и грязь — Должна признать, иногда от тебя есть польза и иногда ты бываешь прав. Впервые, но да, бываешь.

— Дура. Если бы не…

Договорить он не успел. Земля под ногами дрогнула, затем еще раз, уже сильнее. А потом мы увидели, как башня начинает крениться, заваливаясь в сторону столба дыма. Тряхнуло сильнее и скала, из которой все еще валил дым, вдруг осела, проваливаясь в песок… Тряхнуло так, что нас сбило с ног — вместо скалы, башни и равнины на пару тысяч шагов перед нами образовалась огромная воронка, которую постепенно скрывал из вида дым и поднятый обрушением песок.

— А, нет, не бываешь. — Лора засмеялась, хлопая себя ладонями по коленям — Ничего мы не обыщем!

— Дура! — Вик вскочил, ругаясь на чем свет стоит. — Проклятье, да как же так!

— Зачем тебе труп? — Кит толкнул ногой тело дроу и посмотрел на Дею.

— Если она тут главная, у нее может быть ключ от ошейников тех рабов в шахте. Мы вроде за ним сюда притащились, или я что-то путаю?

— Если ты не заметила, мы тут убили безумную жрицу и спалили падшую богиню, а может демона. — Лора тряхнула волосами. — Это может быть поважнее.

— Не для тех бедолаг в шахте. — Дея принялась обыскивать тело. — Проклятье, ну и несет от нее. О, глядите-ка, сумка.

Она сдернула сумку, отодвинулась от тела жрицы, которое и правда выглядело и пахло так, будто пролежало на солнце не несколько минут, а несколько дней.

— Вик, как должен выглядеть этот твой ключ?

— Не ключ, а амулет. — Вик принялся рыться в сумке, через некоторое время торжественно поднял над головой каменного уродца. — Повезло. Дея, ты молодец, что сообразила.

— Что у нее еще есть? — поинтересовалась Лора — Может что полезное?

Вик молча вывалил содержимое сумки на песок и демонстративно отвернулся.

Я подобрал пачку писем — похоже снова придется идти к Гленни — как выглядит письменность дроу я уже запомнил. Лора сунула нос в кошель и удивленно присвистнула — привычка, которую она переняла у Деи.

— Вот это да! — она вытряхнула на ладонь несколько самоцветов. Я не особо разбирался в камнях, но почему-то был уверен, что стоят они немало. — Гляньте!

Среди самоцветов лежало кольцо — медное, с вставленным в медь необработанным кусочком обсидиана.

— Осторожно! Дай гляну! — Вик поднес кольцо к глазам, зашевелил губами. — Думал, оно проклятое.

— И оно проклятое?

— Нет, просто магическое. Если я правильно понял, защищает от магии тьмы. Но… Но как-то странно все, я б его надевать не стал, пока не покажем кому-то… Кому-то кто знает, что это такое.

— Возможно оно пригодится Лоре. — я посмотрел на эльфийку. — Покажи-ка руку.

Она задрала рукав. Кожа была идеально чистой — такой, какой и должна быть у юной эльфийки.

— Получилось, Блас! — она повисла у меня на шее, мне ничего не оставалось, как подхватить ее на руки. Через какое-то время я понял, что она плачет. Отец предстоятель многому нас научил, но вот что делать с плачущей девчонкой — не говорил. Я просто держал ее на руках — это было не тяжело. Чувствовал себя глупо. И чувствовал себя счастливым.

К реальности нас вернул Кит.

— Идти. Дохлая воняет. Башня все.

— Меньшее зло. — старик склонил голову набок, как делают вороны. — Не веришь в него?

На этот раз он был одет в просторные штаны, свободную, застиранную рубаху. Босые ноги по щиколотки утопали в песке, а меч он держал подмышкой.

— Не то чтоб не верю. Иногда есть выбор между злом и злом, какое-то кажется меньше. Но вот вопрос — если не искать путь без зла, куда придешь в результате?

Он засмеялся, бросил мне неведомо откуда взявшееся яблоко. Я поймал, не думая откусил и… И долго отплевывался, ругаясь как пьяный возница. Яблоко, крепкое и спелое с виду, оказалось гнилым и омерзительным.

— Так же с выбором, парень. Красивые яблоки частенько гнилые. Берегись красивого, скажу я тебе.

— Шел бы ты в жопу, старик. — я попытался снять с пояса флягу, но ее не было — во сне я тоже оказался одет лишь в штаны и рубаху и так же бос, как и старик. — Напоминаешь одного моего знакомого, советовавшего из всех женщин выбирать самую уродливую, мол она не откажет.

— В этом есть смысл, если тебе не важно, кто тебе не откажет. Но я говорил не о том.

— Я догадался.

— Поглядим. Ты вообще плохонько меня слушаешь. Хватит философии, бери меч. Смотрю, предыдущий ты ненадолго сохранил. Впрочем, этот получше, есть у него скрытые достоинства. Ну, давай спляшем, сынок!

Он напал, ударив снизу, мощно, быстро. Я разорвал дистанцию… И снова получил молнию в лицо. Меня сбило с ног, скрутило конвульсиями. Старик наступил мне на грудь, ткнул острием меча под кадык, не спеша, впрочем, убивать.

— Я же говорю, ты меня плохо слушаешь, парень. Меньшее зло — получить мечом или молнией? Ну, не разлеживайся, вставай. Попробуем еще разок-другой, глядишь, будет толк.

Я поднялся, поднял меч к правому виску.

— Зачем тебе это надо?

— Скука, сынок. Мне скучно, я развлекаюсь. Поспорил со своим другом, что из тебя может получиться что-то толковое. Пока что прям чую — в этот раз проигрыва…

Я ударил, не дав ему договорить. Ничуть не удивился, когда он отбил удар и ответил так, что едва не снес мне голову. Но на этот раз я был близко…

— Интересно, что они все же здесь ищут? — Вик облизнул губы, было в этом что-то неприятное. — Они пытаются отвести воду и осушить это проклятое озеро, вместо того, чтобы просто нырять. Видать пытались, но что-то пошло не так. Помните в таверне было объявление о поиске ныряльщиков?

— Было что? — Дея аккуратно выглянула в пещеру, огляделась.

— Листок в таверне. Там было написано, что в шахту требуются ныряльщики.

— Оптимистично искать грамотеев среди ныряльщиков. — Лия стояла, прислонившись к стене пещеры, задумчиво накручивала на пальцы прядь волос. — Или ныряльщиков среди грамотеев.

— Мне интереснее, почему они не заставили нырять рабов. — Вик достал нож и принялся рисовать на пыльном полу план пещеры.

— Сдается мне, что они пытались. Но поняли, что останутся без рабов, потому и возятся с отводом воды. — Я смотрел, как он чертит и понимал, что у парня талант. Очертания пещеры и озера были именно такими, как я их запомнил. — Нужно держаться подальше от воды. Что тебе нужно, чтобы ключ от ошейников сработал?

— Просто видеть тех, на ком они надеты. Этот ключ «главный», даже если у кого-то есть другие, их приказы ничего не значат. А я открою ошейники. — Вик закончил схему — Мы здесь, прошли через тайный проход. Все еще тайный, потому что его никто не сторожит. Из того, что видно — тут семеро лучников на галереях и трое копейщиков. В прошлый раз было больше, так что, возможно, есть еще. Нам бы не помешало подкрепление, но арфисты появляются только тогда, когда особо не нужны.

Я хмыкнул — с ним трудно было спорить. Вроде все знают, что арфисты помогают тем, кто попал в беду, борются с рабством и несправедливостью, но куда чаще этим занимаются другие. Абигайль всерьез добавила моей симпатии к арфистам, но недоверие к ним я полностью не утратил. Впрочем, способов связаться с ней я не знал, как и не знал, есть ли еще арфисты в долине. Искать помощи у орков было бесполезно, а кто еще мог бы помочь — непонятно. Возможно, стоило дойти до Гленни и ее отца, их охрана не помешала бы точно, но не было ни малейшей уверенности, что они помогут. При этом, пока мы бы ходили в город, охранники могли узнать о том, что башня разрушена. Чем это закончится для рабов — непонятно.

— Сперва нужно справиться с лучниками. — Дея ткнула стрелой в крестики, которые их изображали. — Их семеро, это проблема.

— Эти трое стоят рядом, причем близко. Я мог бы их подпалить, дальше огненным шаром не дотянусь, для меня это непростое заклинание. — Вик ткнул в ближайшие крестики. — Если повезет, уделаю всех троих. Еще могу достать огненной стрелой, считай любого из тех, что есть. Но это не очень быстро.

— Рассчитываем на троих. Тех, кого не убьешь сразу, добивай. Если получится — поможешь остальным. — сказал я и Дея обвела выбранных Виком «лучников». — У меня арбалет, больше чем на одного рассчитывать не стоит. Выстрелю в этого. Дальше мне нужно будет спуститься к копейщикам, чтобы они не смогли перебить рабов после того, как Вик их освободит. Дея, у тебя лук, так что стреляй в этого, потом, если попадешь, в этого. Лора?

— Смогу одного достать заклинанием. Давай вот этого. — она выбрала жертву.

— Могу превратиться в сокола. Отвлеку тех, других. — Кит выбрал двоих лучников. На мой взгляд план был так себе, но другого особо не было.

— Справимся с лучниками, я помогу тебе с копейщиками. — Дея хлопнула меня по плечу — Не сдохни там, дедуля, и не рассыпай слишком много песка.

— Я тебя тоже люблю, ага. Готовы?

— Погодите! — Вик закопался в своей сумке, с радостной улыбкой вытащил небольшой мешочек — Есть ингредиенты для заклинания невидимости. Я могу заколдовать Кита, чтобы он летел незаметно, пока не нападет или не начнет превращаться, его никто и не увидит.

Их энтузиазм мне нравился. Вик разложил перед собой ингредиенты заклинаний, хрустнул пальцами. Пальцы у него подрагивали.

— Начинаем. — голов у юного волшебника звучал твердо. Он произнес заклинание и Кит, обернувшийся соколом за мгновение до этого, исчез. Вик поднял с пола небольшой, дурно пахнущий шарик и, сжав его пальцами поднялся с колен. — Ну, покажем этим уродам! Стреляйте сразу, как я взмахну рукой. Кит, думаю, уже на месте.

Лучники на галереях скучали — болтали между собой, те, трое, на которых нацелился Вик, играли в кости. Все как всегда, если долго не нападают враги или не приходит командир.

Я привязал веревку к одному из сталактитов, натянул перчатки — чтобы не тратит время на шаткую лестницу, я собирался спуститься по ней, как только выстрелю и брошу арбалет. Вик начал колдовать, мы приготовились к стрельбе и, когда он взмахнул рукой, стрелы сорвались с тетив чуть раньше огненного шара.

Сказать, что нам повезло — все равно что промолчать. Огненный шар накрыл сразу троих, снеся их вниз вместе с галереей, я попал одному их лучников в затылок, сразу убив его наповал. Дея тоже не промахнулась, лучник в которого она попала, едва не свалился вниз, уронил лук. Дальше я не смотрел — положил арбалет на пол и, схватившись за веревку, прыгнул вниз.

Что-то громыхнуло так, что я едва не сорвался, руки обожгло даже через перчатки, но своего я добился — оказался рядом с ошалевшими копейщиками и напал на них еще до того, как они поняли, что случилось.

Меч подземного стража и правда оказался хорош — кожаный нагрудник словно и не был для него преградой, копейщик упал, проткнутый насквозь. Оставшиеся двое опомнились, напали на меня, довольно ловко орудуя копьями. Меня спасала длина рук и меча и кольчуга.

Рабы, копавшиеся в канаве зашевелились, дружно поворачиваясь к нам, поднимая лопаты и кирки, а потом разом осели на землю, словно оглушенные. Все как надо — Вик задействовал амулет как раз вовремя. Копейщики ударили разом, один удар я отвел, клинок моего меча скользнул по древку, оставив копейщика без пальцев, а второй попал мне в бок, но не пробил доспехи. Удара по печени хватило, чтоб я потерял равновесие и задохнулся от боли, копейщик взмахнул своим оружием, целя мне в лицо, но ударить не успел — Дея буквально смяла его, прыгнув с лестницы.

— Дедуля, я уже устала тебя вечно спасать!

Раненный копейщик попытался сбежать, но не успел сделать и пяти шагов, как один из пришедших в себя рабов размозжил ему голову киркой.

Я не ответил — стоял, пытаясь восстановить дыхание. Где-то кто-то кричал, словно его рвут на куски. Наверняка так и было — освобожденные рабы дорвались до тюремщиков. Можно было не ждать, что кто-то попадет в плен. Я огляделся — лучников на галереях не было, по крайней мере живых.

— Кит долбанул громом, ты б видел, как его лучники полетели! — Дея изобразила руками полет по весьма запутанной траектории. — И Вик молодцом, еще одного поджарил. Его словно подменили, дрался как демон.

— Давай осмотримся. На всякий случай будь настороже. — я использовал наложение рук, боль в животе почти исчезла.

— Поглядывай на рабов, не очень мне нравится, как они на нас пялятся.

Я кивнул и двинулся вперед… А потом ощутил, что на дне озера покоится что-то… Что ощущалось как зловоние, с каждым шагом становившееся все сильнее. Зло, рядом с которым Павшая в подземелье ощущалась чем-то незначительным.

— Нужно им всем отрубить бошки, чтобы не получилось как с Дагдой. — у Деи дела не сильно отстают от дел, она пошла от тела к телу, методично опуская широкое лезвие секиры на шеи. А я смотрел то на озеро, где под толщей воды ждало своего часа что-то более могущественное, чем все, что я раньше видел вблизи, то на серую, пыльную толпу бывших рабов, сбившихся вместе и глядевших на нас со смесью недоверия, злобы и надежды. Нужно было что-то сказать, но я никак не мог найти в себе силы для этого. Зло буквально душило меня. И мне было страшно…