Встреча в свободном городе

Невольничий рынок

С тем часом, что солнце достигла зенита жители густонаселённого города стали стекаться по узким улочкам между каменными громоздкими сооружениями. Двигаясь по ним, людские притоки сливались в единый поток на главной улице в направлении торговой площади. Ограждённая жилыми домами во главе которых стоит собор Союза божеств с высокими шпилями, направленными к небу.

Причина столь огромного потока людских масс проста -прибытие каравана гномов из дальних земель. Торговцев ждали с нетерпения ведь лишь они могли закрыть потребности в диковинах. Специи, ткани, фрукты, изделия ремесленников разных видов можно было найти у них на прилавках. Были редкие случаи, как сейчас, когда один из самых упитанных гномов занимал под свои товары отдельный помост, выставляя всем на обозрении свою коллекцию рабов. В обществе уже давно было принято называть их просто телами. С момента заключения у них более не было имени, их не относят к принятым расам, а их волю сломили самыми разными способами.

- Добрые люди, в этот светлый и жаркий, как пламя горна нашей кузни, где куются лучшие изделия, которые вы к вашему же счастью, вы можете приобрести сегодня по специальному предложению, если приобретёте у нас от двух и более тел. – громогласно зазывал всех собравшихся гном, одетый в белую пронизанную золотыми нитями дишдашу из шёлка и тюрбан, намотанный на голове.

Сегодня на невольничьем помосте были выставлены множество тел – чьё-то дитя в уплату не выплаченного долга семьи, тело низкого роста с пышной бородой, что предало тех, кого раньше называло товарищами, длинноухое тело, что было найдено на берегу моря и до последнего руками оно закрывает свой правый глаз.

Облачёнными в одним лохмотья они стоят на коленях закованные в кандалы и каждый желающий может своими руками проверить качество товара. В глазах у всех лишь пустота и желание избавится от мук. У всех на телах видны побои и меньше всего из них у маленького тела, что научилось быть послушным быстрее остальных.

- Добрые люди, обратите ваше внимание на юное тело, что податливо, как бронза при ковке, мы постарались что бы выбить из него такую дурь как свободную волю. – насмешливо высказался гном, - А-ну, тело, встань и попрыгай!

Юное тело, беспрекословно последовало приказу, подобно собачке начало прыгать

- А теперь подай мне бокал красного вина! – услышав это юное тело услужливо налило бокал красного вина и подало его своему госпадину .

- Рыдай! - услышав это тело залилось слезами.

Шоу продолжалось в течении часа после чего тело было выставлено на ставки с начальной ценой в двадцать шесть золотых и девять серебряков. По итогам бурных торгов товар был продан за 75 золотых и 2 медяка плотному с виду старику с ухоженной, будто только от цирюльника, седой бородой и непокрытой лысиной на голове, в тунике бардового цвета с ремнём из кожи и бляхой из серебра. Когда ему передали поводок его лицо исказилось в притворной ухмылке. Дернув за него, резко притянув тело к себе и заключив в свои объятия он прошептал что-то на ухо тела от чего его вечно без эмоциональное лицо исказилось в страхе.

Настал черед для демонстрации возможностей низкорослого бородача. Приказы ему не стали отдавать, а просто среди толпы слуги стали раздавать камни, постоянно повторяя:

- Рази камнем недомерка чей род предал наших предков, недомерку всё не почём, на нём все раны заживают как на псине -

Боль от предательства дварфийского рода, что передавалась в крови и в памяти жителей свободного города, стёрла суть морали у всех разумных кто был на площади и ведомыми единым порывом они стали забрасывать тело камнями.

- А теперь дадим же телу познать счастья и наслаждение! Кстати, эксклюзивные права на поставки пыльцы вы сможете получить, если купите этого недомерка- проговорил торговец, поднося к носу тела свою руку.

Сняв с шеи блокиратор и запихнув под нос бородача жменьку пыльцы феи гном не торопясь отошёл. Сделав последний вдох вместе с волшебным веществом лицо тела исказилось в чувстве эйфории и вместе с этим, он неосознанно стал испускать врождённую магию эмоций исцеляя все нанесённые по бренной оболочке раны. Когда раны зажили оно упало без чувств.

- Позволим телу немного отдохнуть, а мы пока начнём торги! - провозгласил гном, - напоминаю, что к этому недомерку мы также предлагаем эксклюзивные условия на поставки «топлива» для контроля и получения максимальной пользы от вашего приобретения и поэтому стартовая цена составляет 50 золотых из них 25 уйдёт в счёт годового запаса порошка дальнейшая его закупка будет дешевле!

- Повышаю до 51 золотых! – раздался крик из толпы.

- Отдайте его за 55 золотых, пусть вылечит мою мать! – жалобный голос раздался с другого края толпы.

- 55 золотых раз, 55 золотых два…- гном начал счёт.

- 100 золотых за столь стоящее приобретение для бойцовской ямы – прервал своей ставкой мужчина, облачённый в латные доспехи с красно-синим, полосатым сюрко на них и меховой накидке сверху.

- Есть кто предложит больше?!- пытаясь разогреть толпу вопрошал гном

В ответ были лишь перешёптывания о дикости такой огромной ставки почти сразу и что таким образом мужчина убил весь азарт.

- Нет?! Тогда 100 золотых раз, 100 золотых два, 100 золотых три продано! Прошу счастливчика подойти для оформления документов. - завершил так торги за бессознательное тело толстый гном.

За время, что гном потратил на бумажную волокиту и торги по поводу цены за дальнейшие поставки порошка клиенту, толпа не сводила глаз с последнего тела выставленного на продажу – длинноухую, что переводила взгляд с одного разумного на другого из толпы, стараясь запомнить всех. И среди всех, кого она возненавидела, ушастая заметила худощавую мужскую фигуру в накидке с капюшоном, стянутым на спину, под которым скрывалась проклёпанная куртка из выделанной кожи, на поясе свисал клинок людской работы. Эта фигура лишь наблюдала за всем происходящим, пока не пересеклась взглядом с невольницей.

Во возникшей лишь для них тишине они начали свой молчаливый диалог.

- Глядя, в его голубые, как озеро Инхре, глаза я ясно вижу перед собой букет из чёрных и синих роз, орхидей – первая мысль что возникла в разуме пленницы при взгляде в глаза мужчины.

- В твоём открытом, изумрудного цвета, глазу я вижу страх и боль целого народа – с сильным чувством тоски мысль пронзила разум юноши.

Закончив всю бумажную волокиту в своём шатре, гном вернулся на помост к разгорячившийся публике. Протерев пот со лба после, довольно, сложных торгов по поводу будущих поставок порошка для бойцовской ямы подошёл к своему последнему оставшемуся товару.

- А для того что бы ваш ажиотаж разгорелся ещё сильнее, как пламя горна, обдуваемый кузнечными мехами, я предлагаю вам взглянуть на то что это тело пыталось скрыть даже сильнее чем свои чресла! – сказав это гном с силой отбросил руки тела от правого глаза.

На обозрение всем открылся обсидианового цвета глаз. Символ позора в эльфийском народе, символ отродья, что родилось в промежуток вне великого цикла.

Пока гном распинался в попытках набить цену на товар, почти обнаженную узницу настигли воспоминая о далёком прошлом, о времени проведённым со своим народом. С того момента, когда она только открыла свои глаза и увидела мир её судьба была предрешена. С момента, когда она сказала первое слово и сделала свой первый шаг её стали водить к старостам, что рассказывали историю народа и о героях что ценой своей жизни продлевали века процветания эльфов. В момент, когда у неё пошла первая кровь она стала носить церемониальные одеяния: белую шелковую тунику и пеплум, окрашенный в тёмные тона с помощью лепестков чёрных розы, как герои историй. Её стали держать в отдалении от всех и ближе к таким же как она эльфам, у которых один глаз был обсидианового цвета. Всего в обсидиановом зале вместе с пленницей было одиннадцать эльфов.

Шло время избранные стали ближе друг к другу, пустое пространство зала принуждало их. Каждый вечер парнишка по имени Лейф что бы скрасить тоску придумывал истории, а после, уже днём они все вместе разыгрывали сценки из этих рассказов и каждому хватало места в историях Лейфа. Его в шутку стали называть сказателем, а истории легендами. Сказатель за всё отведённое ему время успел создать множество историй, последней стала «Сказка о воре, что дружил с тенями», после чего долг воззвал к нему и ему пришлось навсегда покинуть обсидиановый зал и проститься со своими друзьями. Так в помещении из чёрного камня осталось десять существ.

Вспоминая всё это, глаза девушки непроизвольно налились слезами. Гном опьянённый успехом сегодняшних торгов увидев слёзы воспринял их, как знак столь жданного подчинения и совершил глупейшую ошибку, которую только мог – он снял блокиратор, чтобы продемонстрировать магические способности.

- Ну, что же неогранённый камушек нам продемонстрирует? –

издевательски вопрошал гном.

- Скажу одно, глупцу понятное

Зря сковал меня на берегу

И зря пыткам подвергал

Теперь как зверя выставляешь

Неблагодарной публике на обозрение

Пожми плоды своих трудов

Услышав сказ мой о тенях. – на эльфийском ответило тело.

- Я ни слова не понял из твоей речи, но если это не какое-либо заклинание, то тебе лучше исправиться и показать людям что ты способно тело! – замахнувшись, гном.

- Последнее сказание Лейфа, о воре что дружил с тенями- с этими словами, произнесёнными на старшей речи, из её чёрного глаза, начали стелиться тени.

- ДА, ВЫ ВИДИТЕ НА ЧТО ОНО СПОСОБНО И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА ПЯТЬДЕСЯ...,- только заговорив о начальной цене в горле у гнома встал ком от того что тени стекая по помосту направились к нему, - ты что себе позволяешь?! – это стали его последние слова перед тем как тени вокруг него стали бурлить и будто слизь подниматься вверх по телу, медленно погружая его в сон.

-Прочувствуй сам весь ужас которому подверг ты остальных, ублюдок – раздалось эхом в голове гнома на незнакомом, но понятном языке.

Глубокой, тёмной ночью в доме посреди густого леса в своей комнате спал мальчишка. Он ворочался во сну из-за кошмара что ему снится и стоило ветке дерева лишь легонько коснуться окна издав стук, вскрикнув, мальчик проснулся. Открыв дверь он увидел полупрозрачный образ эльфийки с чёрным глазом. Весь в холодном поту он выбежал из комнаты, сквозь этот призрачный образ, в направление к родительской спальне.

- Прочувствуй и прими тот детский ужас, с которым жило бедное дитя – позади бегущего раздался голос.

Тени отбрасываемые деревьями в глазах ребёнка превращались в отвратительных монстров, что когтистыми руками желали утащить его в глубокую чащу и навечно заточить там.

-Мамочка! Чудовища из леса опять пришли!! – истошно на весь коридор кричал мальчик.

Скрюченные тени деревьев раззадоренные воплями ребёнка продолжали тянутся к нему. Когтистые руки раскрыли свои ладони, готовясь захватить его в свои объятья. Со страха мальчик забился под маленький столик в коридоре и закрыл лицо ладонями, в надежде спрятаться от лесных кошмаров. Изредка, отрывая руки от лица он жалобно звал маму. Недолгое время просидев так под столом вдали коридора он услышал отвратительный скрип. Съёжившись ещё сильнее он стал нервно грызть ногти на руках это единственное на что было способно его маленько тельце, скованное страхом. Вскоре в той части коридора откуда донёсся скрип во тьме загорелся чей-то жёлтый глаз. И вот спустя мгновение мальчик смог разглядеть белый силуэт. Он будто парил над землёй, а длинные, растрёпанные, чёрные волосы скрывали то что могло быть лицом. Отвратительный жёлтый глаз находившийся в районе живота продолжал таращится на мальчика. Не выдержав ужаса мальчик разрыдался. Его истерика могла бы длиться бесконечно долго, если бы не, то что он услышал из тьмы где стояло чудовище.

- Я здесь, мой мальчик – мягкий и такой родной голос проговорил.

Что-то особенно нежное и такое тёплое коснулось щеки ребёнка. Тепло придало мальчику смелости посмотреть и в силуэте что так напугал его он узнал свою маму в её белой ночнушке, а жёлтый глаз оказался тускло горящей лучиной.

- Мама! – всё ещё всхлипывая произнёс мальчик.

Женщина лишь обняла своего сына. С объятиями к мальчику пришёл покой, и он ответил такими крепкими объятиями. Он зарылся в грудь мамы, пытаясь вытереть о ночнушку набежавшие слёзы, в ответ чувствую ласковые поглаживания по голове. Окончательно придя в себя мальчик отпрянул от мамы. Подняв голову что бы разглядеть лицо мамы мальчик увидел, как оно начинает меняться. Лицо то неестественно разбухало, то сморщивалось, из глаз начала течь черная кровь, а нос начал покрываться гнойниками. Лицо приобретало черты гнома, разжиревшего на людских страданиях. Закончив превращение гном произнес: «Из тебя выйдет отличный товар, тело». В конце коридора в это же время стоял полупрозрачный образ эльфийки, что руководила этой «постановкой».

Кокон из теней раскрылся и оттуда выпал гном с опустошённым взглядом. Тёмная рука отделилась от общего сгустка тьмы и потянулась к поясу гнома, туда где висел кинжал. Перехватив его за рукоять теневая кисть резким движением перерезала горло гнома от уха до уха. Издавая хлюпающие звуки он до последнего, повинуясь инстинкту общему для всех живых созданий – «Жить», пытался сделать последний вдох.

- Один зверь усыплён навечно,

Пришёл черёд уснуть другим,

Мои друзья, стекайте вниз,

Затем последуйте за мной – девушка, обращаясь к теням продолжила читать заклятье.

Повинуясь стиху своей госпожи тени покорно стали двигаться по помосту, просачивались сквозь щели между досок, стекали вниз к обомлевшей толпе. Лишь соприкоснувшись с зеваками, они заключали их в такие же коконы, что и гнома. В толпе началась паника и все, кто остался вне коконов будто стадо ринулись бежать. Подавшись страху, они не замечали друг друга, топча, менее удачливых. Увидев разворачивающуюся, эльфийка начала отзывать тени.

- Прощай навеки отныне забытый Ле…, друг,

твоя подруга веками будет сожалеть о тебе - пробормотав это эльфийка пустила слезу о утрате последнего воспоминания о ныне неизвестном, но чем-то дорогим ей эльфе.

Призвав к себе последнею из теней эльфийка узрела весь кошмар, сотворенный её силами. Она впала в ступор от того на что способна. Истошна ища поддержки она осматривала площадь, но вокруг были лишь опустошенные тела и фигура в плаще с голубыми глазами, что спокойно шла к ней на встречу. Подойдя к ней юноша посмотрел ей в глаза, что дало почувствовать девушке спокойствие.

- Если не хочешь, чтобы твои прекрасные уши отрезали, а голову посадили пику, то следуй за мной – протянув свою руку сказал мужчина.

Склонив свою голову в недоумении она лишь настороженно протянула свою руку в ответ. Даже не понимая его речь миролюбивый взгляд и искренность в глазах она смогла распознать.

Такой была наша с тобой первая встреча, Л****

Такой я её запомнил, моя ******я

Такие, воспоминая Я напомню тебе вновь.

Узница

Стук сердца раздался эхом в пустой комнате. Узница одиночества подняла свой томный взгляд на старый комод, где лежала шкатулка. Покрытая слоем пыли она стояла не тронутой. Её содержимое манило, а боль от чувства утраты пугала.

«Сколько времени уже прошло» - думала пленница, играя с тенями.

Она не помнила откуда у неё силы управлять тенями. Лишь горечь от потери кого-то близкого, сопровождаемая тенями, была ей смутно знакома.

Собрав волю в кулак, она вскрыла шкатулку. Там аккуратно лежало ожерелье с кристаллом в центре.

«Это же…, его первый подарок» - про себя бормотала пленница.

Под ожерельем лежала маленькая записка: «Если забудешь, это украшение напомнит обо мне, ве*но тв*й А*и*», последняя часть была стерта.

Кристалл начал сиять, разгоняя окутывающую девушку тьму. В этом свете начал образовываться облик худого юноши в накидке из капюшона которой выглядывая голубые глаза.

«А ведь мы с тобой это обсуждали когда-то.» - спокойным голосом заговорила проекция.

«Мало того, что ты опять, растворилась в своих тенях так ещё и переместилась куда-то» - его голос начал немного дрожать от волнения.

«Давай начнём с простого, ты понимаешь меня, длинноухая?» - заинтригованно спросила фигура в капюшоне.

Девушка в ответ утвердительно кивнула на что проекция мужчины облегчённо вздохнула и откинула в сторону маленькие дощечки с картинками, по которым когда-то учил её человеческому языку, они тотчас растворились в яркой вспышке света.

Задумчиво опустив голову, юноша спрашивает: «А что последнее ты помнишь?».

Немного подумав, во время чего её ушки подергивались вверх-вниз, она произнесла: «Помню как мы сидели у костра и ели твою похлебку».

«Да? И как она тебе?» - заинтересовано спросил парень.

Засмущавшись, узница ответила: «Честно, она была отвратительной, густая и черная, как смола. А ещё ты переборщил с перцем».

«Эй, обидно это слышать от той кто ещё пару месяцев назад не знала что такое специи» - воскликнув ответил на обвинения юноша.

«Может сначала дашь мне сказать... для меня тогда это было самое вкусное, что я когда-либо ела» - продолжив свою мысль девушка продолжила.

Горделиво подняв нос, юноша изрек: «Кто бы сомневался».

«И после того вечера я предложила научить меня готовить и, вроде бы, после этого ты больше не готовил» - сбивая спесь, она продолжила говорить.

Схватившись за грудь, юноша согнулся наигранно изображая приступ: «Кха-ха, режешь без ножа, в самом больном месте, длинноухая», - продолжая изображать сильный кашель, после которого проекция растворилась в тенях, что в унисон дрожали с дыханием одинокой девушки.

И лишь в свете камне мы увиделись вновь

Это та часть многого, что я смог тебе подарить

Моя лю****,

Л*йр*.

Слёзы

"Опять, опять, ОПЯТЬ!" - швырнув ожерелье в сторону, прокричала девушка.

Чувствуя боль, тени начали окутывать её.

"Нет, уйдите! Вы не заберёте у меня воспоминание о его отвратной стряпне!" - кидаясь чем попало, она кричала теням.

«Я буду помнить её остроту и его мягкую улыбку от того что я её попробовала!» - разгоняя тени, она продолжила.

Повинуясь крику своей госпожи, тени отступили.

"Из-за вас я считалась проклятой, из-за вас я оказалась на рынке "тел", из-за вас я бросила его в городе!" - первая слеза скатилась по её впалым скулам

"Я лишь хотела исчезнуть, всего лишь исчезнуть, а не бросить его среди бандитов!" - вторая слеза последовала за первой.

"Я не хотела сбегать из этой битвы, не хотела оставлять его одного!" - смахнув третью слезу, она потянулась за ожерельем

"Магия на кристалле ещё не развеялась." - с трепетом девушка смотрела на тускло горящий кристалл

Вздохнув с надеждой: "Укажи мне путь к тому, кто спас меня и тому, кого спасти хочу я,” – последняя слеза упала на кристалл.

Слеза, наполненная надеждой на лучшее, пробудила последние силы заклинания, что когда-то наложил юноша. Он засиял и из новой проекции возник образ бойцовских ям, на которых сражался юноша против вечно смеющегося безумного дварфа.

Лицо юноши, обыденно, было скрыто под капюшоном, а из-под него стекала струйка крови.

«НЕТ!» - вскрикнула в пустоту девушка.

Схватив ожерелье, она потянулась к ручке запертой двери. Оставив тени стоять во тьме комнаты, девушка дернула за ручку и в комнате раздался протянутый скрип двери.

Таким было твоё одиночество

Таким был твой страх

И что же в итоге осталось от них, длинноухая?